Доклад: Красная Линия, часть 1 28 страница
В моей жизни никогда не было приключений или конфликтов. Я с трудом могла жаловаться в ресторане, и в последние два дня я напала на двух женщин. Вау. Что со мной случилось?
Эдвард.
Вот что случилось… Я СДЕЛАЛА это. Чарли бы мной так гордился. Или нет?
Я так рада, что сейчас Эдвард здесь, со мной, вместо того, чтобы дрожать в этой клетке в подвале Рэйвен. Если бы я до сих пор не знала, где он и что с ним, я бы наверно сломалась.
Он был таким теплым и спокойным сейчас, и я не могла сдержать улыбку, просто глядя на него… кто мог ранить нечто настолько красивое? И снова эти надутые губы.
Надо их поцеловать.
Наклонившись, я нежно прикоснулась губами к его губам, наслаждаясь его мягкой кожей.
«Ммммм…» — его голос был полон удовольствия.
Он не открывал глаз, но его губы вытягивались в воздух, требуя еще.
Я улыбнулась, вернулась и дала ему еще, но только осторожные ласки моими губами.
Затем я поцеловала его веки, лоб… и маленькую ямочку на его подбородке.
Он довольно улыбнулся, не открывая глаз.
«Я всё еще злюсь на тебя», — строго сказала я.
И он открыл глаза, выглядя пристыженно.
«Ну, ты должна простить меня», — прямо сказал он.
«Неужели?»
«Я могу заставить тебя простить меня, Белла», — его улыбка превратилась в дьявольский оскал, и он начал подниматься.
«Нет, нет», — усмехнулась я, отпихивая его назад на кровать, «Сегодня, ты в МОЙ пленник. Ты будешь отдыхать и вести себя хорошо весь день. Это вся часть моего заботливого фетиша.»
«Но, Белла, на улице так здорово…» — сказал он, словно маленький мальчик, «Разве ты не хочешь пойти погулять и поиграть со мной? Мы можем пойти в другой книжный… или может супермаркет… исследовать 9-ый ряд…»
Его пальцы пытались проскользнуть под мой топ, но я отскочила.
«Эдвард, успокойся», — я улыбнулась его игривости и встала с постели, «Я приготовлю тебе завтрак, а ты будешь хорошим мальчиком и останешься в кровати. Точка.»
Он зарычал и немного надулся, а я пошла в кухню и начала готовить. Я передвинула телевизор в спальню, позволив ему смотреть свои обожаемые мультики, пока я была занята. Время от времени, я слышала его смех, и снова была поражена, насколько быстро Эдвард приходил в себя после неприятностей.
Терапия может подождать до завтра. Ему нужен перерыв, приятный день и вечер, чтобы расслабиться и залечить раны. Я уже заметила, что он пытался играть роль внимательного и заботливого любовника. Это по-настоящему, или он просто избегает упоминания о том, что случилось прошлой ночью? Где его злость? Где его страх?
У меня есть семь дней, чтобы найти выход для него. Я не позволю ему вернуться назад.
Когда мы завтракали и смотрели телевизор, сидя в постели, зазвонил телефон Эдварда.
Он быстро взял его посмотрел на экран и, взглянув на меня, поднял палец и сказал, «Не говори ни слова.»
Он нажал кнопку и сказал, «Да, Виктория?»
Пауза. «Да, я знаю».
Он сжал губы, слушая, потом сказал, «Мне жаль».
Невероятно. Он извиняется перед ней? И она оставила его с этой сукой прошлой ночью?! Мне придется сильно постараться во время нашей терапии.
«Да, я приду», — сказал он, глядя на моё напряженное лицо.
Он вздрогнул и закрыл телефон, глядя на меня из-под ресниц.
«Она знает?» — спросила я, не в состоянии дышать.
«Нет, во всяком случае, я так не думаю», — ответил он, «Она просто злится, что я не позвонил ей, когда уехал от Рэйвен», — он выглядел задумчивым, «Может Рэйвен не хочет, чтобы у меня были проблемы».
«Что ты имел в виду, когда сказал, «я приду»?» — спросила я, уже зная ответ.
Он посмотрел на меня и слегка напрягся, «Она сказала, чтобы я был в своей комнате в следующий понедельник на рассвете».
Я ненавижу её.
«Думаешь, она на самом деле всё знает и молчит?» — запаниковала я. Я не хотела, чтобы ему причинили еще больше боли из-за какой-нибудь тупости, которую совершила я.
«Нет», — Эдвард отпил сока из стакана, «Если бы она знала, она бы была здесь, чтобы собственноручно забрать меня домой. Думаю, мы в безопасности, Белла. Пожалуйста, не волнуйся.»
«Эдвард, С НЕЙ нет никакого дома», — сказала я, мои глаза серьёзны, «СЕЙЧАС ты дома».
Он улыбнулся и открыл рот, чтобы сказать что-то, но промолчал. Его глаза блестели от слёз, и он поцеловал меня, гладя руками моё лицо.
«Я люблю тебя, Белла», — прошептал он, словно боясь, что кто-то еще услышит его.
Так что я старалась не переживать, но всё равно переживала. В любом случае, мы отлично проводили время, просто смотрели фильмы, лежали в постели, держась за руки, прижимаясь друг к другу и целуясь, как подростки, во время рекламы.
Я позволила ему есть нездоровую пищу, и, казалось, это большое удовольствие для него. Другое открытие: Эдвард любит Дорито по-деревенски [чипсы вроде].
«Ну как я справляюсь с твоей игрой в заботу?» — спросил он позже, потеревшись своим носом о мой, лежа на своей стороне постели, обнимая меня.
«Довольно хорошо», — я поцеловала кончик его носа, «Ты ни разу не пытался сбежать».
«У тебя очень классная тюрьма, Белла», — улыбнулся он, «Мне нравится проводить здесь время».
Он раскрыл губы и поцеловал меня, и через секунды я целовала его с грубой страстью, и он отвечал взаимностью.
Как он всегда делает это со мной? Я хотела, чтобы сегодня всё было невинно, чтобы мы отдыхали. И теперь я снова в огне.
Я застонала, когда его рука проскользнула в мои штаны и стянула их наполовину с моей задницы и немного с моего бедра, его пальцы впивались в мою левую ягодицу. Я даже не успела понять, а его голова уже исчезла под одеялами, и я почувствовала его горячий, влажный язык и губы внизу живота.
Раздался стук в дверь, и я недовольно простонала, собираясь выбраться из-под одеяла, но его зубы вонзились в моё бедро, и он прорычал, «Даже не думай».
Я засмеялась, и вздрогнула, и немного сражалась, сказав, «Кто-то стучит».
«Они уйдут», сказал он, и его горячий язык двинулся выше к моему пупку. БЛЯДЬ!!! Как же это охуенно!
«Эдвард», — сдвинув моё тело так, чтобы я легла на спину, он держал мои запястья по бокам, его нос отодвигал вверх мой топ, он кусал и облизывал мои рёбра.
«Белла…» — раздался мужской голос из-за двери, и я резко подняла голову, и Эдвард прекратил целовать и кусать меня под одеялом.
«Кто это?» — спросил он.
«Не уверена», — я нахмурилась, встав с кровати и направившись к двери. Надев на дверь цепочку [не помню уже как это действие называется :)], я приоткрыла дверь, прячась за ней.
«Джеймс- то есть, Доктор Койлер, здрасьте», — улыбнулась я на него. В его руках были два кофе из Старбакса.
«Добрый день, Белла», — улыбнулся он, «Я иду в МИС, и подумал, может ты тоже захочешь пойти».
МИС значит Музей Искусства Столицы. Вот это да. Он никогда раньше здесь не появлялся. Что это с ним?
«О, спасибо, но я не могу», — сказала я, «Я не чувствую себя хорошо. Просто валяюсь в кровати сегодня».
«О, я вижу», — глаза Джеймса двинулись за меня.
Я повернулась и увидела Эдварда, он скрестил руки на груди, глядя на Джеймса взглядом, который мог заморозить воду.
Я резко повернулась к Джеймсу, чувствуя жар на лице.
«Прости, Белла», — кивнул Джеймс, снова взглянул на Эдварда, и повернулся, чтобы уйти, «Увидимся в колледже».
«Ладно, пока», — сказала я, закрывая дверь, и резко повернулась, «Что ты делаешь? Я сказала тебе оставаться в постели весь день».
«Так это Джеймс», — он приподнял бровь, «Он не так уж ужасно выглядит».
«Зачем ты так сделал?» — я наполовину улыбнулась, «Ты ревнуешь?»
«Просто даю понять другим волкам, что я здесь, вот и всё, маленькая овечка. Все мужчины – хищники, которые ищут добычу. И Джеймс может продолжать поиски», — он улыбнулся, закинул меня на плечо и понес меня обратно в кровать.
Эммет позвонил позже Эдварду, когда мы ели пиццу в постели на ланч. (Эдвард сказал, что ему придётся тренироваться завтра два часа, вместо одного, из-за великолепной нездоровой пищи).
После того, как Эдвард положил трубку, он сказал мне, что Джаспер остался в клубе прошлой ночью, когда Эммет ушел, и прикрыл его, сказав Виктории, что его клиентка увела его в приватную комнату. Эммет сказал, что всё было тихо прямо сейчас, и если случится что-то подозрительное, он сразу же позвонит нам.
Я проверила ранки Эдварда, спереди и сзади, и нанесла мазь на каждую, после того, как осторожно целовала их, конечно. Я заметила, что Эдвард был очень тихий, когда я делала это, и спустя долгое время, он заговорил.
«Никто никогда так не заботился обо мне», — тихо сказал он, глядя вниз на одеяла.
«Ну, тобой пренебрегали», — сказала я, используя его блестящую фразу, «Но теперь я здесь».
В три часа Эдвард взял в руки телефон.
«Время для моего звонка», — сказал он, глядя на телефон, снова более тихий, чем обычно.
«Я пойду прогуляюсь или что-нибудь еще», — я схватила джинсы, «Но ты всё равно оставайся в постели».
Я направилась в ванную, чтобы переодеться и причесаться, но Эдаврд остановил меня, «Подожди».
«Что?» — я обернулась, его глаза были закрыты, он держал телефон обеими руками, «Ты в порядке?»
Я подумала, может ему больно, или где-то течет кровь.
«Я в порядке, Белла», — он открыл глаза и посмотрел на меня.
Я смотрела на него, не понимая, что он хочет, ждала, когда он заговорит.
«Ты бы…» — он глубже заглянул в мои глаза, «хотела остаться? Тебе не обязательно уходить».
Он хотел, чтобы я осталась, пока он будет говорить по телефону? Серьёзно? Это большое дело. Определенно я не буду разговаривать с тем, кому он звонит, но то, что он просит меня остаться и слушать это… показывает, насколько сильно он доверяет мне. Я думала, после прошлой ночи его способность доверять пошатнётся, и он больше никогда не опустит своих стен передо мной. Я была так рада, что ошиблась. Я чуть не заплакала.
«Я с удовольствием останусь, если хочешь», — я медленно подходила к кровати.
«Я хочу тебя, Белла», — он слегка улыбнулся и похлопал мою сторону постели, приглашая меня сесть рядом с ним.
Я выключила телевизор и села, и Эдвард начал искать номер.
«Так…» — я вздохнула, «Кому мы звоним?»
«Моей дочери», — произнес он мягко, словно молитву, добавив, «Кэйтлин… Кэти».
«Эдвард – интервью номер шесть», — говорила позже этим вечером после ужина. И снова Эдвард попросил о терапии, и он хотел попробовать без шарфов на глазах и запястьях.
Я была рада этому, потому что увидев его в этой клетке у Рэйвен, я не думала, что смогу это сделать.
«Привет, Эдвард», — улыбнулась я, восхищаясь им. Он был таким смелым, и я по-настоящему наслаждалась, слушая тоненький голосок Кэти в телефонной трубке ранее вечером.
В основном она говорила о том, как провела день на карнавале в городе. Она дважды каталась на лошади, наелась сладкой ваты и погладила кролика. Единственная вещь, которую мне было больно слышать, и я знаю, Эдварду тоже, хотя он, казалось, привык к этому, это когда её маленький голосок спросил, когда он приедет домой.
«Скоро, крошка», — сказал он, и я улыбнулась ему, хотя мне хотелось кричать.
«Привет, Доктор Белла», — ответил он, улыбаясь, глядя как я сидела в кресле в пижаме, стараясь вести себя профессионально.
«Я хочу сказать кое-что перед тем, как мы начнем, хорошо?» — мягко сказала я, и он кивнул.
«Ты перенес вчера суровое испытание. Что случилось с тобой, это ужасно, жестоко и дико. И сегодня ты улыбаешься. Сегодня утром я слышала, как ты смеялся, когда смотрел мультики».
Он помолчал и пожал плечами, «Был смешной мультик».
«Я говорю о том, что…» — пояснила я, «Ты очень быстро отходишь от подобного. Ты просто блокируешь это, или забываешь об этом?»
«Мне нужно забывать это», — он провел пальцами вверх и вниз по краю дивана, «Это часть работы. Мне некогда плакать по этому поводу, и я не могу валяться весь день в постели, после того, как проведу день у кого-нибудь вроде Рэйвен».
«Я хочу, чтобы ты произнес некоторые вещи вслух», — сказала я, «Хорошо?»
«Хорошо», — сказал он спокойно.
«Я КТО-ТО», — сказала я, поднимая глаза на него.
На секунду он опустил глаза, и я добавила, «И смотри на меня, когда будешь говорить. И имей это в виду».
«Я кто-то», — сказал он неуверенно, наполовину глядя на меня. [хз, как это.]
«Еще раз», — сказала я строго.
«Я… кто-то», — повторил он, более уверенно.
«Я что-то значу». [я чего-то стою, я важен, итд]
Эдвард вздохнул и посмотрел на меня с болью в глазах.
«Белла, это глупо», — пробормотал он, снова сражаясь внутри, избегая моего взгляда.
«Что глупо, Эдвард?»
«То, что я повторяю слова, которые не являются правдой, не заставит меня поверить в них», — признался он, «Я долбаный раб. Я ничего не стою. Я НИКТО».
Ну вот опять, мы вернулись на шаг назад. Мы продолжаем упираться в эту стену. Я хочу, чтобы она исчезла. Я хочу прорваться через неё. Эдвард не сможет спастись, если он на самом деле будет чувствовать ничего незначащим рабом.
«Ты отец Кэти, разве не так?» — спросила я, и его глаза загорелись, когда он посмотрел на меня.
А вот и злость. Я не хотела, чтобы это случилось сейчас, но это должно было случиться, чтобы стереть его вежливую улыбку с лица. Может это и хорошо, сразу же после дня с Рэйвен, когда он еще не отошел полностью и ему трудно делать вид, что ничего не произошло.
«Уже нет», — прорычал Эдвард, «Теперь Бен отец Кэти».
«Ну, это наверно к лучшему, раз уж у тебя нет чувства собственного достоинства, как ты можешь научить её чему-то?» — я начала разжигать внутри него пламя.
Он начал отвечать, отводя взгляд, «Я не думаю---»
«То есть, как ты можешь научить её быть сильной и защищаться от всех злобных хищников мира, когда ты просто улыбаешься, ложишься и позволяешь им насытиться тобой и облизать твои кости?» — спросила я, скрывая от него свои чувства, и ненавидя это. Сейчас я должна быть Доктором Беллой, нравится мне это или нет.
«Я же говорил тебе, я---», теперь он сильно хмурился, ему не нравилось то, что я говорила.
«Что, если Рэйвен или Виктория когда-нибудь доберутся до Кэти?» — спросила я, «Ты опустишься на колени и скажешь, Да, Виктория?»
«ЗАТКНИСЬ, БЕЛЛА!!» — заорал он вскочив на ноги, слёзы и ярость горели в его глазах.
«Сейчас! Скажи это!!» — я встала и схватила его за руки, слегка встряхнув его.
«Я ЧТО-ТО ЗНАЧУ!!» — закричал он, немного дрожа, «Я КТО-ТО…»
«Хорошо! Останься со мной, Эдвард», — я схватила шарф и быстро завязала его глаза.
Я закрыла свои глаза и слегка ударила его по щеке, сказав, «Ты бесполезная шлюха».
«Что ты сказал, Эдвард?» — я ударила его по другой щеке, «Давай, я Виктория… прямо здесь, перед тобой. Говори со мной».
Я снова похлопала его по щеке, и он вздрогнул.
«Нет…» — он дрожал всем телом, «Не надо, Белла».
«Я не Белла. И куда же делась вся злость?» — спросила я, «Ты можешь выпустить это, Эдвард, не бойся. Всё хорошо. Я Виктория, и я хочу, чтобы ты ответил мне. СЕЙЧАС ЖЕ».
«Прекрати», — его голос снова был тихим, и я начала выходить из себя. Я хотела увидеть его злость.
«Представь, что Кэти слышит нас сейчас», — я снова похлопала его по лицу, и он слегка повернул голову налево, «Используй это в своих мыслях, когда кто-то причиняет тебе боль. Ты должен видеть себя отцом Кэти, а не рабом. Я Виктория. Я хочу узнать, что ты чувствуешь. Выпусти свою злость. Она убивает тебя».
Я ударила его по лицу и презрительно зарычала, как Виктория, «Время трахнуть меня, шлюха».
«Прекрати!» — уголки его губ опустились вниз, и голос стал громче.
«Не приказывай мне, маленькая блядь, я сказала, ТРАХНИ МЕНЯ!!» — заорала я и ударила его сильнее.
И с этим, он низко зарычал, и взревел львиным голосом, который я еще никогда не слышала, «УБЕРИ ОТ МЕНЯ СВОИ ЁБАНЫЕ РУКИ!!»
Ооооо. ДА!
«Хорошо… хорошо, Эдвард… шшшш…» — говорила я, держа его руки и целуя их, они дрожали в моих руках, «Сядь… осторожно… всё хорошо… шшшш…»
Я усадила его на диван и уже собиралась снять шарф, когда он снова заговорил.
«Я ненавижу тебя», — зарычал он голосом из самой глубины своей груди, «Я ненавижу твоё лицо, твоё тело, твой голос, даже твой ЗАПАХ… Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ВИКТОРИЯ. Я ненавижу тебя…»
Его голос был пропитан ядом, и я знала, он никогда раньше не произносил этих слов. Я чувствовала невероятное облегчение, услышав, как он озвучил это.Это большой шаг вперед. Я снова поражена его открытостью и желанием пробовать во время терапии. Всего за несколько дней он зашел так далеко. Думаю, глубоко внутри он всегда хотел помощи, но никогда не признавал этого… только сейчас.
«Я люблю тебя… Я люблю тебя…» — шептала я, обняв его и раскачивая наши тела. Его руки скользнули вокруг моей талии и прикоснулись к спине, прижимая меня сильнее.
«Хорошо, Эдвард… так хорошо», — шептала я, закрыв глаза.
__________________________________________________
EPOV
Понедельник, День 8.
Прошлой ночью я спал как ребёнок. Казалось, Белла применила на мне какое-то заклятье, или что-то такое. И интервью было просто гениально. Я до сих не могу поверить, что это сработало, но на несколько секунд я действительно почувствовал Викторию перед собой, и она любила бить меня по лицу. Откуда Белла знала это? Это не может быть счастливым совпадением.
Даже сейчас, у меня было такое ощущение, что я действительно послал её вчера. Хотя если бы это было правдой, я бы сегодня сидел в клетке с окровавленной спиной.
Этим утром я чувствовал себя прекрасно после вчерашнего свободного дня. Я сказал Белле, что мы пойдем гулять и немного повеселимся, забыв о терапии, клубе, Виктории, и о колледже.
Сегодня я просто хотел быть Эдвардом и взять Беллу на свидание на целый день. У меня свободна целая неделя, и я не собираюсь терять ни секунды. Я свожу свою девочку погулять.
Одев джинсы и серую водолазку с горлом и без рукавов, я посмотрел в большое зеркало, чтобы убедиться, что на руках не видно шрамов и что они как следует скрыты.
Наконец, Белла вышла, на ней были красные хлопковые шорты и симпатичный маленький белый топ на бретельках. Боже, она сексуальна даже в небрежной одежде. [сasual]
Мой плотоядный взгляд и хриплый стон дали ей понять, что я оценил её наряд, и наконец-то мы вышли на улицу, в солнечный свет и легкий ветер, и я вёл машину с открытыми окнами и громкой музыкой, и я чувствовал себя так здорово, что мне хотелось кричать об этом.
Сначала Белла жаловалась, что её прическа превратится в бардак, но потом расслабилась, и позволила волосам свободно летать вокруг её лица… и она была самой красивой женщиной, которую я когда-либо видел. Мысленно, я сфотографировал её и сохранил изображение в своем сердце на потом, когда мне понадобится увидеть что-то чистое, волшебное и настоящее. Я поместил его рядом с изображениями своей дочери и Тани. Оно очень хорошо вписывалось сюда.
Мы приехали в Центральный Парк и гуляли там часами, просто говорили о забавных ежедневных вещах, ничего серьёзного. Мне нравилось это. Я чувствовал себя нормальным. Мы ели хот-доги, и поп-корн, и мороженое, сидя на траве и наслаждаясь теплом и тишиной вокруг нас, в тени большого дуба.
«Белла, ты когда-нибудь занималась любовью на траве?» — спросил я, не отпуская её взгляд, мои пальцы двигались сквозь высокую влажную траву.
«Думаю, я говорила тебе, я делала это ОДИН раз до тебя», — она слегка покраснела, улыбнувшись мне, «И это было на заднем сидении машины».
«Получается, нет», — ответил я.
«Нет», — она обняла свои колени.
«Иди сюда, Белла», — ухмыльнулся я, раздумывая, сделает ли она это.
«Каждый раз, когда ты говоришь «иди сюда», мы трахаемся», — возразила она.
«Ты жалуешься?» — я чуть не рассмеялся.
«Нет».
«Тогда иди сюда», — сказал я мягко.
Она подползла ко мне и поцеловала мои губы, стоя на четвереньках, пока я держал в обоих руках её лицо. Я целовал её, словно прошли годы с тех пор, как я пробовал что-то настолько же нежное и восхитительное. Так я чувствовал.
Я приподнял её и перевернул, так что она лежала на спине, и я лег рядом, обернув свою ног вокруг её ног, нежно держа её на месте.
Её темные волосы выглядели шикарно в контрасте с зелёной травой. И её бледная кожа… черт возьми.
Я взял её за руку, и наши пальцы переплелись, и она улыбнулась мне, размышляя, что я задумал.
Не сказав ни слова, я поцеловал её руку и положил её над её головой, мои пальцы медленно начали задирать её топ, обнажая её живот и наконец её белый лифчик. Она слегка напряглась и повернула голову на бок, чтобы убедиться, что рядом никого не было, и никто нас не видел.
«Шшш, шшш… Белла Свон…» — я взял её за подбородок и повернул к себе, «Перестань. Смотри на меня. Никто не смотрит. Никого нет рядом. И что, если бы кто-то был? Расслабься… наслаждайся».
Мои пальцы двигались по её скулам, словно она была сделана из тонкого стекла, невероятно медленно опускались вниз по её шее… её тело снова расслабилось, она разжала пальцы… и она положила другую руку над головой, закрыв глаза, пока я гладил её лицо правой рукой.
«Вот так… просто чувствуй меня», — прошептал я, «Чувствуй воздух вокруг своего тела… как он целует твою кожу, как я…»
Всё еще очень медленно, я поднял её топ, снимая его с её груди и над её лицом, оставив его вокруг её запястий, и он открыла глаза и посмотрела на меня… она слегка улыбнулась… нервно, но взволнованно.
«Чувствуй влажную траву под собой…» — улыбнулся я, наслаждаясь выражением её лица, «Она такая мягкая… и холодная, и влажная… это естественно… нет ничего неправильного…»
Я медленно расстегнул её лифчик спереди, и она тихо и тонко захныкала, её тело слегка дрожало.
«Всё хорошо…» — заверил я её, мои пальцы на её правой груди… потом на левой… так нежно, словно бы она могла лопнуть, если я надавлю сильнее… я хотел, чтобы мои прикосновения были такими же лёгкими, как ветер.
Я стянул лямки лифчика с её плеч, и положил его рядом с собой на землю.
«Просто лежи… чувствуй, как это хорошо…» — шептал я, когда вокруг нас снова затанцевал приятный ветерок, наслаждавшийся шоу, «Ты такая красивая… ты принадлежишь этому месту… со всем остальным красивым и вечным… воздух… земля… вода… солнце….»
Я всё еще ни разу не поцеловал и не схватил её резко или грубо, я боготворил каждую частичку её… каждую пору… каждый изгиб её тела… я снова мысленно фотографировал… её белая, идеальная грудь… соски твердели, как только я прикасался к ним… мои пальцы двигались невероятно, мучительно медленно вокруг них.
Она тихонько застонала, глядя мне в глаза, подчиняясь моим инструкциям, и я с гордостью улыбнулся ей. Она прекрасная ученица.
«Чувствуй солнце целующее твоё тело…» — я осторожно наклонился и поцеловал тёплую кожу между её грудей, снова слыша её стон, её дыхание стало глубже.
Я начал двигать пальцы вниз по её телу и двумя руками медленно стянул шорты. Я ждал напряжения или протеста… но ничего не было.
Вместе с шортами я стянул трусики, и она впилась в меня взглядом, её пальцы слегка сжались над головой и потом снова расслабились. Я знал, это слишком для неё, позволить мне раздеть её вот так, на улице, но с моего места не было видно какой-нибудь внутренней борьбы. Она доверяла мне… полностью.
«Uhhh….» — выдохнула она, когда её обнаженная задница прикоснулась к земле, солнце сверкало в коричневых волосиках между её ног; я положил одежду под её голову в качестве подушки.
«Вот так, Белла…» — сказал я низким голосом, аккуратно снимая её кеды… затем носки, «Отдыхай… наслаждайся… многие люди никогда не узнают, как это замечательно… ты более, чем живая… чтобы не почувствовать это».
Я гладил её ноги, которые она вытянула рядом со мной. Я еще не раздвинул их… я просто хотел, чтобы она лежала здесь со мной… и наслаждалась чувствами и ощущениями внутри неё… я наклонил голову, улыбнувшись, когда она закрыла глаза… всё её тело расслабилось… потрясающе.
«Я так тебя люблю…» — прошептал я, «Ты слишком красива, чтобы быть настоящей. Ты словно богиня… Богиня Травы…»
Я ухмыльнулся своим словам и она слегка засмеялась; я вырвал из травы маргаритку не далеко от себя и начал свой культ обожания.
Прикоснувшись лепестками к её лбу, я начертил V здесь, двигаясь медленно, словно улитка. Она улыбнулась, как и я, потом я спустился вниз по её носу, слегка поворачивая маргаритку на ходу, слегка пощекотав кончик, усмехнувшись, когда она наморщила нос в ответ.
Потом я поцеловал лепестками её губы, двигая цветок по краям. Она раскрыла губы и посмотрела на меня.
Боже, что за кадр! Щёлк. Мой навсегда. И ТОЛЬКО мой.
Двинувшись вниз, я ласкал цветком её скулы, позволив каждому лепестку поучаствовать в этом.
«Чувствуешь как трава щекочет твои пальцы на ногах ?» — спросил я, и она кивнула, снова закрыв глаза.
«Отлично», — я опустил маргаритку под её подбородок, потом по её тонкой белой шее… вниз через центр её груди…
Не произнося не слова, я обвел цветком её сосок, каждый лепесток целовал её. Она тихонько стонала, открывая и закрывая глаза, каждый раз в них было всё больше огня. Но прошла вечность, когда я убедился, что цветок исследовал каждый сантиметр её тела. Я уверен, маргаритки мечтают прикоснуться к чему-то такому же уникальному и совершенному. Этой маргаритке повезло. Счастливая маргаритка.
«Эдвард…» — прошептала она, открыв глаза.
Ей не нужно было говорить, чтобы я понял её. Я надеялся, что её не оттолкнут мои шрамы, когда я снимал футболку, но она улыбнулась мне, словно бы я был самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела.
Она всегда заставляла меня чувствовать это. Я буду по-настоящему скучать по этому взгляду.
Я встал и, не глядя по сторонам, расстегнул и снял джинсы и нижнее бельё и опустился в высокую траву, присоединяясь к ней.
«Я люблю тебя, Эдвард… люблю так сильно…» — она схватила моё лицо и напряженно поцеловала меня, поцелуй, который я никогда не забуду. Меня так много целовали… но никогда не целовали ТАК.