Лекция: Политико-географического облика мира

В конце XX в., с завершением эпохи «холодной войны», про­тивостояния двух сверхдержав, двух мировых систем, с распадом биполярной структуры мира и в связи с глубокими социально-экономическими и политическими изменениями во многих стра­нах Евразии, мир приобретает черты «многополюсности», «много­полярности», становится сложнее и «мозаичнее», в том числе и в политико-географическом отношении.

Распад Советского Союза, который воспринимался как целост­ное экономически развитое государство (часто — без проникнове­ния в чрезвычайно существенные различия между союзными рес­публиками), привел к образованию 15 суверенных государств, находящихся на разных стадиях социально-экономической и поли-

тической «зрелости», созданию демократического общества, право­вого государства.

Эти различия усложняют их двусторонние отношения, но особенно — взаимодействие в рамках СНГ.

В 90-е гг. существенно возросло число государств, и все новые государственные образования имеют республиканскую форму правления, чаще всего это президентские республики, хотя станов­ление подлинной государственности в них еще продолжается, и оно тормозится межнациональными конфликтами, сепаратизмом и т. п.

Исследование, осуществленное экспертами Всемирного банка, свидетельствует о том, что с конца 80-х гг. практически во всех регионах мира развивается процесс демократизации.Для 177 стран был подсчитан т. н. «индекс демократичности», исчисляемый с учетом пяти показателей: конкурентная основа участия в поли­тической деятельности, регулирование участия в политической де­ятельности, конкурентная основа найма руководителей, открытость при найме руководителей и ограничение полномочий главы ис­полнительной власти. По рейтингу 1994 г., наивысший индекс демократичности (максимальный уровень — 10 баллов) имели страны Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР) в совокупности. За ними следовали Латинская Америка (около 7), Восточная Европа и Центральная Азия, т. е. постсоциа­листические страны вместе с Китаем (примерно 5). Третье место (с 2 баллами) заняли Юго-Восточная Азия и Океания27 (рис. 5.6).

Вместе с тем многие народы и страны продолжают жить в условиях «несвободных» (диктаторских и им подобных) режи­мов.Судя, например, по докладу независимого исследовательс­кого центра «Фридом хаус» (США), в 1992 году лишь четверть населения мира проживала в странах, которые можно назвать свободными с точки зрения уважения прав человека и полити­ческих свобод. В этом докладе сообщается, что число демокра­тических государств в мире увеличилось в 1972-1992 гг. с 44 до 99. По классификации названной организации, из обследован­ных 186 стран 75 являются «свободными», 73 — «частично сво­бодными» и 38 — «несвободными». К числу стран «с наиболее низким рейтингом » «Фридом хаус» отнес Бирму (Мьянму), Китай, Кубу, Гаити, Ирак, КНДР, Ливию, Саудовскую Аравию, Сомали, Судан, Сирию и Вьетнам. Характерны перемещения стран мира либо вверх, либо вниз по этой иерархической лест­нице. Так, в начале 90-х гг. Латвия и Эстония были переведены

5. 10. Некоторые черты современного политико-географического облика миро_ НИ^

из разряда «свободных» в «частично свободные», а ранее «частич­но свободные» Таджикистан, Узбекистан, Туркменистан опусти­лись до уровня «несвободных».

При всей условности данной классификации стран современ­ного мира она отражает его чрезвычайное и весьма динамичное политическое разнообразие.

Еще одной важной характеристикой политико-географическо­го облика человечества является «география политической напряженности».Согласно обзору американского еженедель­ника «Джейн Дифенс уикли», по состоянию на конец 1992 г., в 26 странах шли войны или восстания, 23 района мира были отне­сены к зонам потенциальных конфликтов, а в 24 наблюдался рост напряженности. Составитель этого обзора Пол Бивер зая­вил: «Мы продолжаем жить в самом опасном десятилетии века, а может быть, и всей истории человечества .

Среди 73 „горячих точек“ на нашей планете выделяются т. н. „районы конфликтов“ (войн, восстаний, столкновений на межэтни­ческой почве и т.д.), к которым в 1982 году были, в частности, от­несены Таджикистан, Абхазия, Чечня, Нагорный Карабах, Курдистан, Либерия, Судан, Сомали, Западный берег реки Иордан, которые, как известно, и во второй половине 90-х гг. оставались таковыми.

К 23 „районам потенциальных конфликтов“ были отнесены Балканы (в том числе Косово, Албания, Хорватия и Сербия), Ал­жир, Чад, Мозамбик, южный Ирак, Восточный Тимор, Кашмир и др. Как видно, некоторые из них в последнее время (1997-98 гг.) пре­вратились в настоящие „районы конфликтов“ (например, Косово).

В группу „районов напряженности“ были включены: Запад­ная Сахара, Заир, Тибет, Ирак, Кипр, которые и по сей день оста­ются „горячими точками“.

В 90-е гг. претерпевает существенные изменения территори­альная расстановка военно-политических потенциалов — в связи с выше названными процессами большого международного значения, и, прежде всего, по причине распада СССР, объединения двух германских государств, вывода советских (российских) войск из стран Восточной и Центральной Европы, начавшимся продвиже­нием НАТО на восток и стремлением США к упрочению своих позиций как сверхдержавы.

По мнению директора Института международных экономических и политических исследований РАН академика О. Т. Богомолова, „Россия в результате событий последнего времени оказалась в не-

ГЛАВА V. НОВЕЙШИЙ ЭТАП ФОРМИРОВАНИЯ ОБЛИКА МИРА

5. 10. Некоторые черты современного политико-географического облика

мира

благоприятном геополитическом положении, и это осложняет обеспечение главных целей внешней политики или, другими слова­ми, обеспечение жизненно важных интересов нашего государства, нашей нации во внешней сфере“. К этим жизненно важным целям он относит: „в первую очередь, военную и экономическую безопас­ность государства; во-вторых, сохранение политического суверени­тета и недопущение иностранного вмешательства во внутренние дела“ 29.

О. Т. Богомолов обращает внимание на то, что „сегодня в мире сталкиваются по существу две концепции построения постконфронтационной(в смысле — после окончания “холод­ной войны») системы международных отношений.Одна, так называемая «моноцентричная» концепция, предполагает такую си­стему международных отношений, которая основывается на ли­дерстве, а точнее гегемонии одной оставшейся ныне сверхдержа­вы — Соединенных Штатов Америки… Вторая концепция, которую разделяем мы и многие другие государства, предполага­ет развитие полицентрической, равноправной системы междуна­родных отношений, где между главными центрами военно-полити­ческого и экономического влияния сохраняются партнерские, демократические отношения, развертывается мирное эконо­мическое соревнование. Группы ведущих государств, образующих центры влияния, выступают при этом стержнем демократизации всей системы международных отношений"30.

Утверждение второй концепции непосредственно связано с военно-политической стратегией международно признанных ядерных держав, с международным контролем над распростра­нением ядерного оружия. Но, судя по всему, его распростране­ние, очевидно, уже состоялось. Как считает президент Внешне­политической ассоциации А. А. Бессмертных, в настоящее время существует 8 ядерных государств, а не 5, как полагает «неинфор­мированное общественное мнение». Это: Россия, США, Вели­кобритания, Франция, Китай, а также Израиль, Индия, Пакистан, которые создали сами или обрели ядерное оружие. Кроме того, еще 26 государств входят в число «потенциальных ядерных держав» (Бельгия, Германия, Италия, Нидерланды, ЮАР, Австрия, Австралия, Канада, Аргентина, Бразилия и др.)31.

Такая реальная (и потенциальная) география ядерных во­оруженийчревата возможностью усиления напряженности и конфронтации в целом ряде регионов мира.

Вместе с тем, очевидно, было бы неправильно принижать зна­чение международного Договора о нераспространении ядерно­го оружия (ДНЯО),подписанного 1 июля 1968 г. СССР, США, Ве­ликобританией и другими государствами (по состоянию на 1997 г. его участниками являются около 160 государств). В мае 1995 г. этот Договор был продлен бессрочно. Договор обязывает ядерные державы не передавать неядерным странам ядерное оружие, не по­могать им в его производстве или приобретении. Неядерные госу­дарства обязаны не производить его, не испытывать и не добивать­ся в этих целях чьей-либо помощи. В то же время Договор не препятствует любому государству развивать исследования, производство и использование ядерной энергии в мирных целях. В связи с действием ДНЯО важное значение имеет создание т. н безъядерных зон,договоры о которых (в отличие от ДНЯО) запрещают не только производство ядерного оружия, но и размещение такого оружия, принадлежащего ядерным держа­вам, на территории зоны (даже временное, транзитное — при пе­ревозке его на морских или воздушных судах).

Безъядерные зоны дают их участникам еще одно большое преимущество -они получают юридически обязательные гаран­тии безопасности их безъядерного статуса, которые ДНЯО не пре­доставляет. Эти гарантии оформляются путем присоединения ядерных держав к специальному протоколу, который является неотъемлемой частью договора о зоне.

Такие зоны уже созданы в Латинской Америке (в нее вхо­дят все страны этого обширного региона, кроме Кубы) и в юж­ной части Тихого океана (включая Австралию и Новую Зелан­дию). В апреле 1996 г. был открыт для подписания договор о создании зоны, свободной от ядерного оружия в Африке (пре­дусматривающий охват всех стран континента).

Все более активно ставят вопрос об образовании безъядерной зоны на Ближнем Востоке арабские страны во главе с Египтом. Весьма сложным является образование такой зоны в Южной Азии, где сталкиваются ядерные потенциалы двух противостоящих друг другу государств — Индии и Пакистана.

Общемировая тенденция к региональным решениям ядер­ной проблемы распространяется и на новые районы мира. Так, Белоруссия несколько лет тому назад выступила с идеей созда­ния пояса или зоны, свободной от ядерного оружия, от Балтий­ского до Черного морей, которая охватила бы страны Централь­ной и Восточной Европы.

13 — 2461

194________________ ГЛАВА V. НОВЕЙШИЙ ЭТАП ФОРМИРОВАНИЯ ОБЛИКА МИРА

В 1992 г. Республика Узбекистан обратилась с призывом объявить Центральную Азию безъядерной зоной.

При всех сложностях создания таких зон их образование посте­пенно прокладывает путь к созданию безъядерного мира, к полному освобождению человечества от дамоклова меча ядерного оружия.

Политико- (и социально-, и экономико-) географическое разнообразие мира на рубеже XXI века находит яркое проявле­ние в специфике, своеобразии его отдельных регионов, чему по­священы следующие главы настоящего пособия.

ВОПРОСЫ И ЗАДАНИЯ