Лекция: Красная Линия, часть 1 17 страница
Я прислонился свои любом к её, закрыл глаза, улыбнулся и сказал, «Ты заставляешь меня чувствовать себя НАСТОЯЩИМ, Белла. Мне нравится это».
Она выдохнула и встала, обняв меня крепче, и я снова поцеловал её сладкие губы со вкусом сиропа.
«Иди одевайся, Белла», — сказал я, чтобы не взять её прямо здесь, на стойке.
«You can’t help a drowning person if you’re drowning, too, can you?»
«Ты не можешь помочь утопающему, если сама тонешь, не так ли?»
BPOV
Я всё еще была в раздумьях на счет Эдварда, когда мы с девочками шли в колледж. Они спросили, как с ним идут дела, и я просто сказала, «Хорошо».
Я не хотела им ничего рассказывать, и я знала, они были немного расстроены или оскорблены моим молчанием, но мне было всё равно. Мне было так больно и грустно, и я так запуталась и чувствовала себя бесполезной, некомпетентной, легкомысленно влюблённой и в то же время с разбитым сердцем.
Он никогда не оставит такой образ жизни. Так он сказал. И еще он не полностью доверял мне. Но что я ожидала за три дня? Я ожидала слишком многого. Я не трудилась для этого. Я решила прекратить быть маленькой тупицей и быть более терпеливой… и продолжать стараться. Не сдавайся – вот мой новый девиз.
Эта сука, Виктория! Он так говорил, будто верит ей, но не может верить мне? Держу пари, ОНА знает всю его историю. Сутенёрша! Как она могла так поступить с ним? Я представила всю сцену в своей голове…
Эдвард сидит здесь, без майки, прижимая полотенце к разбитой губе, Эммет бинтует его сломанные кости, на белой коже ярко видны тёмные синяки.
«OWWWW…» — застонал Эдвард, вздрагивая, когда бинт туго затянулся.
И затем из-за из-за его обнаженной спины раздался голос Виктории.
«Так, так, так…» — проворковала она, «Что это у нас тут?»
«O», — Эммет встал и Эдвард слегка повернулся к ней, держась рукой за забинтованные ребра, «Виктория, это Эдвард. У него были небольшие проблемы у черного входа, и я привел его сюда, чтобы немного подлатать».
«Эммет, ты такой милый…» — Виктория улыбнулась Эдварду, пока говорила с Эмметом, проводя рукой сквозь его бронзовые волосы, а затем вниз по спине, «Всегда помогаешь заблудившимся…»
«Мне жаль, мне пора идти», — вздрогнул Эдвард, пытаясь встать, держась за ребра, и поднять скомканную майку.
«Нет, нет, нет…» — Виктория мягко усадила его обратно, и Эммет сделал то же самое, «Останься… это моё заведение, и ты мой гость. Как на счет чего-нибудь выпить и поесть? И я позвоню в скорую, если нужно».
«О, нет, я не могу…» — должно быть он был смущен тем, что был голоден, но в то же время горд.
«Я настаиваю», — Виктория улыбнулась, проводя пальцами по его щеке, «Ты выглядишь голодным, любимый. Я пойду, прихвачу тебе хороший сочный ужин, Эдвард. Поззволь Эммету помочь тебе, он хорошо справляется с синяками и подобным. Останься».
Она ушла, взглянув на Эммета.
Я представила дружеский разговор между Эдвардом и Эмметом о том, кто были эти ребята, которые его избивали и почему… и потом Виктория принесла ему горячую еду и скорее всего осталась с ними, слушая историю, пока Эдвард ел, не в силах сопротивляться запаху еды. Должно быть прошли дни с тех пор, как он последний раз ел.
И потом, наверное, вернулись эти парни, или их шестёрка, или кто там у них, вне себя от злости, ворвались через заднюю дверь, требуя расплаты… требуя Эдварда.
Как Эдвард и говорил, я видела их в своей голове с пистолетами в руках, глядя на испуганного, но неподвижного Эдварда.
«Поднимайся, красавчик», — прорычал один из них в моём воображении, «Пора платить».
И тут встал Эммет, объёмная стена мышц.
«Хотите еще?» — пригрозил он, улыбаясь, стоя перед Эдвардом.
Они направили пистолеты прямо в его лицо и сказали, «Если только ты не можешь поймать пулю зубами, ты свалишь и дашь нам закончить наше дело. Держись подальше от этого. Это не твоё дело».
Эдвард встал, держась за правый бок, и сказал, «Эммет, не нужно. Он прав. Я пойду с ними».
«Сядь, Эдвард», — Виктория встала и, нахмурившись, сказала парням, «Это МОЁ место, как вы посмели зайти сюда с ОРУЖИЕМ?!»
«Виктория, нет!», — Эдвард мягко предостерёг её, не желая, чтобы она тоже попала в беду.
«Этот маленький мудак торчит нам кучу бабок!» — заорал один из них, «Мы дали ему еще один день после маленького предупреждения, но сейчас нашему терпению пришел конец! Этот твой головорез заехал мне по голове и сломал руку моему партнеру! Радуйся, что мы застрелим только красавчика в его маленькое симпатичное лицо, а не ТВОЕГО мальчика».
«Жди здесь», — свирепо сказала Виктория, «Я пойду наверх с Эдвардом, немного поговорю с ним, а затем верну вам деньги наличными».
Она медленно передвинулась и встала перед Эмметом, защищая своего танцора.
Эдвард растеряно нахмурился и нерешительно посмотрел на неё, но она смотрела на парнях с пистолетами.
«Ты думаешь, мы тупые?» — спросил один из них, «Мы не будем тут торчать, пока ты вызываешь копов».
Она фыркнула, и Эммет засмеялся.
«Копы», — передразнила она, «У меня здесь в приватных комнатах наркотики и шлюхи, трахающие клиентов, ты думаешь я позвоню копам… по какой-нибудь причине? Мне не нужны копы, я вас сама могу отделать. Это не первый мой раз, знаешь».
Они быстро обменялись взглядом, раздумывая.
«Я знаю, что вы на кого-то работаете», — спокойно улыбаясь, сказала Виктория, «И что если вы не достанете эти деньги сегодня, вы оба в больших неприятностях. Вы можете получить немного удовольствия, убивая Эдварда, но потом, вы не вернете деньги. И что тогда скажет ваш босс?»
Они занервничали и сглотнули, понимая, что она права.
«Дайте мне пару минут с Эдвардом», — Виктория повернулась и взяла Эдварда за руку, «Когда мы решим НАШИ дела, и если всё закончится хорошо, я сама принесу вам деньги… наличными. Только так. Соглашайтесь или убирайтесь».
Наконец, один из них сказал, «Только быстро».
«Конечно. Пойдём, Эдвард», — Виктория обаятельно улыбнулась и увела за собой Эдварда, оставив Эммета с ними.
Прогулка вниз по коридору и через красную линию, за которой открывался темный клуб, должно быть была сложной для Эдварда со сломанными рёбрами. Наверное он видел танцоров и женщин, и клетку, когда она молча вела его вверх по лестнице к своему офису.
Дверь кабинета закрылась, и она повернула замок и отошла на несколько шагов, присела на свой стол и посмотрела на него, скрестив свои длинные кремовые ноги.
«Эдвард, Эдвард, Эдвард…» — она покачала головой, «Тск, тск, тск… Ты в очень затруднительном положении, не так ли, любимый?»
Он прижался к запертой двери, достаточно умный, чтобы знать, чего она хочет от него. Он никогда не был в подобных ситуациях, его ноздри раздувались, скулы сомкнуты, губы сжаты в тонкую линию, глаза смотрят в пол, отчаянно пустые, пока он пытался придумать, как выбраться из этого беспорядка.
«Ты не можешь заплатить им все эти деньги», — тупо сказал он, «И зачем тебе это? Ты даже не знаешь меня».
«Ну, вот почему я привела тебя сюда», — Виктория поставила руки на стол по бокам от себя, улыбаясь, играя с ним, её глаза бродили по его груди, «Мы должны узнать друг друга… и если ты мне понравишься, я заплачу этим ублюдкам. После чего ты будешь моим, полностью, пока не выплатишь свой долг. Ты будешь делать всё, что я тебе скажу, и будешь работать на меня. Или… ты можешь дотащить свою задницу вниз, пойти с этими парнями на улицу и позволить им оттрахать твой рот своим оружием перед тем, как они застрелят тебя. Я знаю этих ребят. Я знаю, на кого они работают. Они не убьют тебя БЫСТРО. Это займёт много, много времени. И когда они убьют тебя, ты будешь рад».
«Чего ты хочешь?» — спросил он, держась за рёбра, облокотившись на дверь.
«Сними одежду, всю», — сказала она сразу же, нагло.
Он широко раскрыл глаза и быстро посмотрел на неё, а она уверенно смотрела в ответ, показывая тем самым, что она не шутит.
Он не шевельнулся, его дыхание немного участилось, когда он думал о вариантах, ни один из которых ему не нравился.
«Ты же не хочешь умереть, Эдвард?» — мягко надавила она, «Тебе есть ради чего жить, не так ли? Ты не хочешь потерять это навсегда?»
Через минуту Виктория закатила глаза и сказала, «О, да ладно, Эдвард, неужели ты предпочтёшь МНЕ болезненную смерть?»
Эдвард постоял еще минуту, потом наконец закрыл глаза на пару секунд, расстёгивая штаны, выдохнул и опустил их вниз, слегка застонав от боли.
Виктория усмехнулась, кивая пару раз, когда он разулся и снял штаны, оставляя их на полу, а потом быстро снял нижнее бельё, не позволив себе долго думать об этом.
Он снова наклонился к двери с беспокойством на лице, его руки напряжены, правая вцепилась в левую, кисти сжаты в кулаки, прикрывая половые органы, его тело слегка дрожало, глаза смотрят в пол.
«Расслабься, любимый, расслабься…» — улыбнулась она на его невинность, «Это просто кожа, я вижу это каждый день. Повернись… медленно. Дай мне посмотреть на тебя, ангел».
С дрожью, он заставил себя повернуться кругом. Казалось, это заняло вечность, но наконец он стоял к ней спиной, опустив голову на дверь с тихим стуком, закрыв глаза, его дыхание участилось.
Виктория даже подумала, что слышала как он всхлипнул.
«Ты плачешь?» — усмехнулась она, «Боже».
Он не ответил.
«У тебя хорошая задница», — профессионально заявила она, «Но больше мышц не повредит. Ты будешь тренироваться каждый день. Эммет поможет тебе. Повернись обратно».
Он подчинился, его глаза влажные и холодные, когда он хмуро посмотрел на неё.
«Опусти руки», — приказала она.
Он снова колебался, и она улыбнулась, «Эти ребята не будут ждать вечно. И если они пристрелят Эммета, пока ждут, всё это будет ТВОЯ вина».
Снова выдыхая, он одеревенело опустил руки, прижимая их к двери, будто что-то держало их здесь против его воли.
«Ух ты», — она выглядела впечатлённой, «Теперь я вижу, почему ты защищал ЭТО. Очень хорошо, Эдвард. Заставь его встать».
Он резко посмотрел на неё, «Что?» — выдохнул он.
«Заставь. Его. ВСТАТЬ», — проговорила она медленно, как будто он плохо понимал.
«Я не могу просто… заставить его… встать…» — он выглядел униженным, «Я не машина!»
«Конечно, ты машина», — сказала она плоско, «Вы ВСЕ машины. Если ты хочешь жить и выжить, тебе лучше сделать из себя машину. СЕЙЧАС. Если бы ты принадлежал мне, я бы не терпела это колебание и изнеженность. Я не воспитатель в детском саду, и ты не ребёнок. Перестань тратить моё время и заставь его ВСТАТЬ.»
Она дала ему минуту или две, он закрыл глаза, стараясь изо всех сил. И вскоре он был готов и ненавидел это.
«Подойди, Эдвард», — потребовала она безжалостно.
Она приподняла своё крошечное платье, обнажая рыжие волоски между ног, пока он медленно подходил, его лицо растеряно и искажено болью.
«Урок первый», — Виктория взяла его за подбородок мягкой рукой, и покачала его немного, «Сбрось это лицо. Без слёз, без отвращения, без хмурого взгляда… УЛЫБАЙСЯ.»
Он измученно выдохнул на это, и она нахмурилась и сжала сильнее его лицо, «Улыбнись, Эдвард. Заставь меня поверить, что ты хочешь меня».
Его губы слегка приподнялись в уголках, в попытке улыбнуться, но его глаза были полны боли.
«Давай, попробуй еще…» — ворковала она, «Покажи мне свою красивую улыбку, любимый».
Он улыбнулся больше, но это не достигло его глаз.
«Мы можем поработать над этим позже», — сказала она разочарованно, «Трахни меня».
«Виктория…» — он зажмурил глаза на секунду.
«Сейчас», — она легла на стол, «Я люблю быстро и грубо. Без поцелуев. К тому же, ты научишься делать это для клиентов позже. Давай, Эдвард, тик-так.»
Молча он подошел ближе и вздрогнул, когда она положила ноги на его плечи.
«Сделай это хорошо, Эдвард», — предупредила она, «Заставь меня кончить, и я заплачу за тебя».
Прозвенел звонок, и я резко подскочила, глядя на Джеймса, который стоял перед классом, вытирая руки от мела, «Это всё. Удачного дня.»
Дерьмо. Занятие закончилось, и я не слышала не слова. Вот фигня, надеюсь по этой теме не будет теста.
Я взяла рюкзак и пошла к выходу, оказавшись самой последней, когда услышала голос Джеймса, «Ты в порядке, Белла?»
Я настороженно вздрогнула и повернулась к нему.
«Ага, нормально», — соврала я.
Почти все уже вышли, и Джеймс усмехнулся, раскусив меня, «Я знаю этот взгляд. Взгляд «Я в миллионе миль отсюда». Я профессор психиатрии, я знаю эти вещи».
«Простите… я просто… замечталась, наверно…» — запиналась я.
«Иди сюда, сядь», — он указал на парту в первом ряду и сел за соседнюю, «Поговори со мной, Белла. Что тебя беспокоит?»
Я глупая… Мне больно… и я чувствовала будто ослабляю Эдварда… и не успев понять, я начала плакать.
Я чувствовала себя дурой и хуже, маленькой девочкой, и мне было стыдно, за то что Джеймс видеть меня такой. Должно быть он думает, я какая-нибудь идиотка.
«О-оу», — сказал он спокойно, подошел к своему столу и вернулся, протягивая мне настоящий платок.
Я взяла его и прижала к губам, больше для того, чтобы прикрыть всхлипы, которые собирались прорваться наружу. Что-то внутри меня сильно болело, и я держала это внутри, а теперь не могла остановить это.
«Шшшш..» — Джеймс снова сел рядом и ждал, когда я заговорю.
«Я никогда не буду психиатром», — пробормотала я сквозь ткань.
«Ты будешь, Белла», — твёрдо сказал Джеймс, «И будешь великолепным психиатром.»
«Я так боюсь спрашивать, то что должна спрашивать», — стенала я, «И я боюсь его ответов. И я так боюсь, что он разозлиться и уйдёт, если я задам слишком сложный вопрос. И я хочу помочь ему, но он отталкивает меня. И я ненавижу причинять ему боль своими вопросами. Он плакал прошлой ночью, и мне хотелось умереть. Как только я думаю, что начинаю понимать его, он не отвечает мне и снова хочет говорить о сексе.»
«Так, ты говоришь об Эдварде.» — сказал Джеймс для себя, «Я знаю, он сложный для первого пациента, и я предупреждаю тебя, это будет тяжело. Секс – это его опора, его ширма, за которой он прячется. Ты уже знаешь это. Но ты справишься. Ты не боишься – например – не думаешь, что он применит силу?»
«Нет» — всхлипнула я, «Он не такой».
В моем сознании вспыхнули картинки, как он закрывал мне рот рукой, и моё тело потеплело на пару секунд.
«Ладно», — Джеймс уставился на меня с удовлетворённым взглядом, насколько я могла видеть сквозь слёзы, «Чего ты боишься, Белла?»
«Если я расскажу вам… обещайте, что не скажете ничего…»
«Я обещаю, Белла», — Джеймс немного заёрзал, «Клятва доктора, помнишь?»
«Я забочусь о нем», — я снова немного всхлипывала, «Я думаю…»
«Что, Белла?» — Джеймс положил руку мне на спину.
Я решила опустить всю правду, «Я думаю… у меня есть чувства к нему.»
А правда заключалась в том, что я была по уши влюблена в него, и знала, что никогда не выберусь из этого. Я хотела быть с ним вечно, но знала, что это невозможно для нас. Миллион и еще три вещи стояли на нашем пути, и я знала, он никогда не будет любить меня в ответ, после всего через что он прошел. Случится чудо, если он скажет слова «Я люблю тебя» и будет на самом деле так думать.
И даже если бы он мог любить, у нас всё еще был миллион и два препятствия. Казалось, я смотрю на горную страну, и дует ветер, и гремит гром… и я уже чувствую усталость.
Мы можем никогда не справиться с этим. Мы никогда не справимся с этим.
«Белла.» — сказал Джеймс совершенно не удивленный, поглаживая мою спину, «Это нормально. Особенно, пока ты учишься. Это нормально, что ты заботишься о нем, это то, что делает хороший врач. Но ты не можешь иметь чувства к нему, Белла, ты не можешь. Ты должна остановить себя. Я знаю, ты говорила, он очень привлекательный, и это его работа, быть обаятельным, флиртующим, должен соблазнять тебя. Из всего, что я слышал о нем, я могу сказать, что он мастер манипуляций, и он будет продолжать делать это, даже если он не осознает, что делает. Ты не можешь позволить ему соблазнить тебя, Белла. Ты должна быть сильнее, чем он.»
Ты не должна позволить соблазнить себя… это уж точно, заявила тинейджер внутри меня, когда я вспомнила семь оргазмов, то, как он бился в меня сзади, стул, стойка, душ, массаж! Он уже не один раз соблазнил меня, и не только моё тело – моё сознание, моё сердце, даже мою душу!
Я притихла немного и выдавила, «А что если я не смогу?»
«Тогда ты должна будешь позволить ему найти настоящего доктора… и ты должна будешь отпустить его.» — решительно сказал Джеймс. «Это для его пользы и для твоей. Ты не можешь помочь утопающему, если сама тонешь, не так ли?»
Джеймс любил эту фразу. И наверно он воткнул её в мою голову, так я видела Эдварда вчера ночью.
«Нет», — всхлипнула я, вытирая глаза платком.
«Ты будешь в порядке, Белла», — Джеймс улыбнулся и внимательно посмотрел на меня, «Хочешь, я отвезу тебя домой?»
«Нет», — я начала вставать, «Я прогуляюсь, там так хорошо на улице».
«Ладно», — он поднялся вместе со мной, похлопывая меня по плечу, «Удачного вечера. Держи нос по ветру.»
«Спасибо».
Я протянула ему платок, но он остановил меня рукой, «Оставь его, милая».
Да, думаю, он не хочет его теперь, когда я распустила нюни на него.
Я сложила его и попыталась улыбнуться, покидая класс, он шел сразу за мной и попрощался, направившись в сторону парковки, а я пошла в сторону дома.
BPOV
Когда я пришла домой, я чувствовала себя гораздо лучше – но больше, как идиотка, за то что потеряла самообладание перед Джеймсом. Хотя думаю, мне нужно было выговориться, потому что мне стало легче.
Мои проблемы не исчезли, но я сказала себя, что смогу справиться с этим. Мне придётся сильнее стараться с Эдвардом, и держать свои чувства лёгкими, и не особо углубляться.
Я боялась, что то, что я держала его всю ночь, испугает его сильнее, но этим утром он сказал, что наслаждался этим, и я верила ему. Он сказал, я заставлю его чувствовать себя настоящим. У меня слёзы подступают в глаза даже сейчас, вспоминая его голос, когда он говорил это.
Начиная с этого времени, я должна наслаждаться нашим временем, изо всех сил стараться помочь ему, перестать бояться ранить его чувства, и перестать боятся разозлить его. Я должна начать работать… несмотря ни на что.
Я снова скучала по нему, хотя я никогда не переставала думать о нем. Его поцелуй этим утром, когда я уходила, был самым сильным за всё наше время, и я поняла, что верю ему, несмотря на все мысленные предупреждения. Это я чувствовала в сердце. А моё сердце не слушала сознание в данный момент.
Это определенно должно закончиться катастрофой, и это я тоже знала.
Когда я поднималась по лестнице, мной завладела паранойя, и я начала оглядываться по сторонам, на случай, если Эдвард запрыгнет на меня сзади, повторив вчерашнее выступление. Но к сожалению, никаких насильников сегодня на моей лестнице.
Вместо этого на кухонной стойке лежала записка. Маленький золотой стикер, на котором было написано – «Одень топ и юбку и приходи ко мне».
Ниже был адрес, несколько кварталов от моего дома.
Я улыбнулась и пошла в спальню, сразу же следуя своим инструкциям, размышляя, что он задумал, но тайна и ожидание сводили меня с ума.
Я даже использовала немного косметики, глядя на своё отражение в огромном зеркале в ванной. Я выглядела совсем неплохо, необычно, думала я, рассматривая маленький белый топ, который плотно держал мою грудь, создавая приятную маленькую ложбинку, и мою легкую газовую, красную мини-юбку, вместе с привлекательными туфлями, которые Элис купила мне в прошлом месяце, красные каблуки и лямка, которая обхватывала мою лодыжку, очень сексуально. Держу пари, Эдварду понравится ЭТО.
Я даже решила не одевать нижнее бельё, но передумала, точно не зная план. К тому же, если подует легкий ветер, моя воздушная юбка полетит вверх, и все вокруг на улице получат классное маленькое пип-шоу.
Я расчесала волосы и даже немного надушилась и поспешила на улицу, взяв с собой только маленький клатч, где лежал мой ключ от квартиры. Я вернулась в спальню и положила туда пару презервативов. Просто на всякий случай.С Эдвардом я никогда не была уверена, что он задумал.
Я держала в руке маленькую липкую записку, и перешла на улицу, которую он написал. Теперь мне нужно найти здание.
243, 243… Все здания были магазинами, ресторанами, бутиками… может он пригласил меня на ланч.
Так, сейчас я возле 216. Мне нужно перейти улицу и пройти еще немного.
Я прошла мимо двух мужчин, которые улыбнулись мне, и почувствовала, что краснею.
С мужчинами так легко. Просто немного косметики и каблуки, и их языки торчат наружу.
Я дошла до 243 дома, это был книжный магазин. АНГЕЛ-ХРАНИТЕЛЬ было написано на вывеске. Я посмотрела на записку и в окно. Внутри было огромное пустое помещение, у входа за стойкой сидел пожилой мужчина и читал книгу, его очки сидели на кончике носа, и казалось, ему очень скучно.
Почему Эдвард сказал мне прийти сюда в юбке и топе? Может я ошиблась.
Я подошла к двери и открыла её, прозвенел маленький колокольчик, когда я вошла внутрь. Мужчина выпрямился и поправил очки, и тусклый отблеск солнца снаружи скользнул по его почти лысой голове.
Улыбаясь мне, он был воплощением дружелюбности и услужливости.
«Добрый день, Мисс», — он живо привстал со своего места.
«Добрый день», — улыбнулась я, оглядываясь вокруг. Здесь было очень тихо и темно, не было яркого освещения, только солнце из окна. Нескончаемые ряды книг уходили в глубину магазина, где было гораздо темнее.
«Могу я вам помочь найти что-то особенное, моя дорогая?» — спросил он, стараясь быть полезным.
Ага, где мой сексуальный демон, Эдвард?
«Эмм, нет, спасибо. Я просто похожу здесь, если можно?» — застенчиво ответила я.
«Конечно», — кивнул он, «Позовите меня, если будет нужно».
«Спасибо», — я снова взглянула на него и пошла вдоль высоких до потолка книжных шкафов. Я заглядывала в каждый ряд, ища Эдварда, но никого не видела. Думаю, я одна в этом магазине. Здесь и там были красные таблички, на которых было написано что-то вроде «Пожалуйста, возвращайте книги на место. Спасибо».
Пройдя дальше, я слегка задохнулась. Здесь были каменные столбы и мраморные колонны, потолок поднимался вверх, образуя купол, всё выглядело, как в церкви, замок со множеством книжных полок, которые поднимались на 30 футов над моей головой.
Это потрясающе! Так красиво! Но это не было похоже на приятный, светлый, живой замок. Это был средневековый, темный замок, и во мне крепло плохое предчувствие.
Наверно это бывшая церковь, или что-то такое, сказала я себе, глядя на большие столы около стен и стулья, для того чтобы сидеть и читать, и здесь было очень темно. На каждом столе стояла лампа, но они были выключены, думаю, для экономии электричества, раз уж никого не было.
Я бродила здесь около десяти минут и не видела ни одной души. Пожилой мужчина был несколькими вселенными вдали от меня, на входе в магазин, и я размышляла, может быть кто-то из нас совершил ошибку в плане.
Я повернулась, чтобы пойти назад, но заметила длинный ряд слева от меня, который я еще не проверила, и табличка возле него гласила «Сексуальная Помощь».
Я улыбнулась и пробормотала про себя, «Ты, придурок…»
Я знала, что он здесь. Я просто знала.
Медленно я подошла к секции и заглянула внутрь. Никого. Я посмотрела вокруг. Никого нет. Я зашла внутрь, и мне было одновременно комфортно и неуютно в темноте, окружающей меня. Одна маленькая лампа горела над моей головой, и я начала смотреть на книги, мимо которых проходила.
Я прикоснулась рукой к одной или двум, и потом я увидела книгу, которая выглядела очень извращенно, но правильно в этом ряду. «Учение Подчиняться».
Я оглянулась и, ничего не заметив, вздохнула и открыла книгу. Вау! Рисунки! Я была загипнотизирована черными кожаными воротниками и резиновой экипировкой… невозможные позиции, в которых были связаны женщины, шокировали меня, и я почувствовала, как мой рот раскрылся, когда я начала поворачивать книгу, пытаясь понять они были вверх ногами или нет…
«Я читал это», — раздался глубокий мужской голос сзади, и я вскрикнула, подбросив книгу вверх, которая ударила меня по носу и упала на пол. Всё это случилось за одну секунду.
Я услышала смешок позади меня, но не оборачивалась. Я наклонилась, чтобы поднять книгу, и начала запихивать её на место, но он протянул руку и забрал её.
Я знала, что это Эдвард, но я пыталась прийти в себя после сердечного приступа. К тому же я хотела, чтобы моё лицо остыло, и он не видел, как я краснею. Я ненавижу краснеть.
«Роль покорного – подчиняться и удовлетворять», — его хриплый голос читал из книги позади меня, «Но это должен быть подарок, данный Хозяину свободно, с любовью и привязанностью».
Я чуть не повернулась, но остановила себя. Его рука медленно двинулась вверх по моей ноге, под юбку, осторожно поглаживая её.
«Покорный – это доброволец», — читал он, его голос словно лава, «Слуга – НЕ доброволец».
Его свободная рука была высоко на моем бедре, массажируя теперь немного глубже, двигаясь назад, под мои трусики, лаская мою правую ягодицу.
«Ваш Хозяин должен отхлестать Вас своим кнутом», — читал он, его пальцы схватили полоску моих трусиков, «Но это также его удовольствие, целовать и ласкать, чтобы облегчить боль».
Он начал понемногу стягивать трусики, и я смотрела прямо перед собой, глядя сквозь книжные полки, над книгами, в ужасе ища других посетителей. Это публичное место… о, нет… неужели он собирается… прямо здесь, посреди магазина? Твою мать!!
Я представила себя, как я звоню отцу, чтобы он вытащил меня из тюрьмы, за то что я занималась сексом в книжном магазине.
«Что-нибудь их этого… ИНТЕРЕСНО тебе?» — спросил он, прекратив читать.
Он вроде как спрашивал, хочу ли я продолжить, а я продолжала смотреть сквозь щели, в соседний проход. Его руки ждали, не двигая мои трусики.
Я дрожала с ног до головы и ответила, «Да».
«Ммммм…» — прорычал он, возвращая книгу на место, и затем обе его руки были под моей юбкой, гладя вверх и вниз мои ноги. Его тело было прямо позади меня, его твердый член вжимался в мою задницу. Я чувствовала, как он целует мою спину через ткань, и я улыбнулась себе, довольная, что в этот раз не надела лифчик. Я вспомнила злого насильника, который орал по этому поводу вчера.
Его пальцы скитались под моей легкой юбкой, и прижимались сильнее спереди моих трусиков, двигаясь вверх и вниз между моих ног. Я отклонила голову назад на его плечо и вздохнула, сотрясаясь всем телом, пока его губы и язык двигались на моей шее.
Он резко откинул мои волосы своим лицом, и начал кусать и грубо целовать. Я чувствовала его руки проскользнули внутрь моих трусиков и его пальцы прикоснулись к моему клитору и двинулись ниже.
Я резко выдохнула, но попыталась быть тихой, а он мрачно шептал мне в ухо.
«Я собираюсь трахнуть тебя, Белла… прямо здесь… прямо сейчас…» — я стала еще влажнее только от его голоса и задрожала сильнее, «Ты ХОЧЕШЬ меня?»
«Да», — прошептала я, чувствуя легкое головокружение от страха и возбуждения одновременно.
«Ты маленькая блядь…» — выдохнул он, «Такая возбужденная, ты позволишь мне трахнуть тебя посреди книжного магазина… тебе должно быть стыдно».
«Да, Эдвард», — покорно сказала я, так же как он постоянно говорит мне «Да, Белла». Я снова услышала смешок.
Его руки медленно двинули мои трусики вниз, и он наклонился вниз и сказал, «Теперь подними ноги… держись.»
Я подняла одну ногу, а затем другую, держась за полку перед собой.
«Блядь, только посмотрите на эти туфли!» — прокомментировал он.
Я снова взглянула в щель над книгами, а затем по сторонам, задыхаясь от страха, что пожилой мужчина или другой клиент пройдут мимо и увидят нас.
Он воткнул мои трусики между двух книг, и медленно начал водить руками по моему топу, вверх и вниз… вверх и вниз… создавая горячее трение, и его губы целовали мои плечи, прикасаясь языком… слегка прикусывая кожу, достаточно для того, чтобы я застонала, стараясь не шуметь сильно.
«Мне нравится то, что ты одела, Белла», — его голос сочился сексуально в моё сознание, «Ты чертовски сексуальна, Белла, и ты даже не знаешь об этом. Я люблю это в тебе».
Его пальцы сдвинули лямки моего топа с плеч, вниз, и потянули его за собой к моей талии, обнажая грудь.
Топ практически связал мои руки лямками, держа их по бокам. Его губы нашли мои, и он грубо целовал меня, в то время как моя грудь стала жертвой его сильных рук.
«Uuuuhhhhh….» — простонала я, закрывая глаза от страсти, но снова резко раскрывая их, чтобы проверить, нет ли никого поблизости.
Его губы продолжали двигаться вместе с моими, его язык сражался с моим, его руки опустились к моей юбке, дёргая её вверх, так что она болталась над моей голой задницей.
«Поставь ноги на нижнюю полку», — сказал он, дыша также глубоко, как и я.
Я сделала, как он сказал, надеясь, что не упаду с моей неуклюжестью и высокими каблуками.
Но на нижней полке было достаточно места для моих ног. Руками я держалась за верхнюю полку, и чувствовала себя здесь довольно уверенно.