Лекция: Судьба – однозначная неизбежность, можно только пойти ей навстречу, приговора норн не избегнешь.
Далее – свадьбы С. и Гудрун и Брюнхильд и Гуннара. (Это скорее относится к предыдущему вопросу: до этого момента место действия фантастическое, С. – сказочный богатырь, то теперь все более конкретно. Место действ. – Бургундия, известны историч. прототипы). После убийства С. Гуннар и Хегни завладевают кладом и погибают. Атли тоже хочет его получить – тоже погибает.
4)Специфика героического характера.
На фоне неизбежной судьбы – разработка героического характера с трагической окраской. Для героев характерны героизм (прошу прощения за тавтологию), величие души и бесстрашие перед лицом гибели. Герои эпоса вырублены из одного куска, каждый олицетворяет какое-то качество, детерминирующее его сущность. Его не мучают сомнения и колебания, его характер выявляется в его действиях. Речи его так же однозначны, как и поступки. Эта монолитность героя эпоса объясняется тем, что он знает свою судьбу, принимает ее как должное и неизбежное и смело идет ей навстречу. Эпический герой не свободен в своих решениях, в выборе линии поведения. Собственно, его внутренняя сущность и та сила, которую героический эпос именует Судьбою, совпадают. Поэтому герою остается лишь наилучшим образом доблестно выполнить свое предназначение. Отсюда — своеобразное, немного примитивное величие эпических героев.
5) Особенности поэтики.
Обращает на себя внимание разностильность песен — в них присутствуют трагические (например “Плач Оддрун”) и комические (“Перебранка Локи”) сюжеты, элегические монологи (“Подстрекательство Гудрун”) и драматизированные диалоги, дидактические поучения (“Речи Высокого”) и загадки (“Речи Альвиса”), прорицания (“Сны Бальдра”) и повествования о начале мира, советы житейской мудрости и пословичный фольклор. Напряженная риторика контрастирует в “Эдде” со спокойной объективностью повествовательной прозы, стихи нередко перемежаются с прозаическими кусками. Возможно, это добавленные позднее комментарии, но не исключено, что сочетание поэтического текста с прозой образовывало органическое целое еще и на архаической стадии существования эпоса, придавая ему дополнительную напряженность.
Вместо пространной, неторопливо текущей эпопеи здесь перед нами — динамичная и сжатая песнь, в немногих словах или строфах излагающая судьбы героев или богов, их речи или поступки. Так, в самой длинной из эддических песен, “Речах Высокого”, всего 164 строфы, тогда как в “Песни о Нибелунгах” 2379 строф по четыре стиха в каждой. Специалисты объясняют это спецификой исландского языка. Широкое эпическое полотно обычно вмещает в себя несколько сюжетов, множество сцен, объединяемых общими героями и временной последовательностью, тогда как здесь внимание большей частью сосредоточено на одном эпизоде, хотя эта “отрывочность” не мешает наличию в тексте песен разнообразных ассоциаций с сюжетами, которые разрабатываются в других песнях.
Составитель эпической поэмы сосредотачивал внимание на избранных им героях и сюжете, оттесняя на периферию повествования многие другие связанные с этим сюжетом предания. Разрабатывая свою тему, он ограничивался лишь намеками на ее ответвления, будучи уверен в том, что его аудитории уже известны все события и персонажи, как воспеваемые им, так и те, которые лишь вскользь им упоминались. Об этом свидетельствуют разбросанные в изобилии в песнях “Эдды” беглые указания на королей, их войны и раздоры, на мифологических персонажей и предания, а также многочисленные кеннинги — поэтические перифразы, заменяющие одно существительное обычной речи двумя или несколькими словами. Кеннинги применялись в скандинавских и древнеанглийских стихах для обозначения наиболее существенных героических понятий: воин — “древо меча”, конунг — ”дарящий кольца”, меч — ”змея крови” и т.д.
Самые широкие картины мифологии или героической жизни в «Старшей Эдде» всегда даются очень лаконично, даже “конспективно”. Особенно это заметно в “тулах” — перечнях мифологических и исторических имен, даваемых без пояснений. Для древнего скандинава с каждым именем был связан определенный эпизод мифа или героической эпопеи, это имя служило ему знаком, который не составляет труда расшифровать. Таким образом в сжатой и сравнительно немногословной эддической песни получалось “закодировано” гораздо больше содержания, чем это может показаться на первый взгляд.
6) Связь с последующим литературным развитием.
Самое главное здесь – “Кольцо Нибелунга” Вагнера. В. стремился выйти за конкретные пространственно-временные рамки, представить все как изначальный миф. На 1 план вышло проклятое золото, но все действие осмысливается как оппозиция цивилиз./ природа. Кольцо – отделение от природы. Горит и рушится Вальгалла, кольцо попадает в Рейн => природа побеждает цивилизацию, которая запятнала себя ненавистью.
Ну и Толкиен опять же.