Лекция: СТРОЧКИ ИЗ ЗАМОРОЧКИ 2 страница

Вот поэтому: «И наш тренер, экс- и вице-чемпион ОРУДа, не пускать меня велел на стадион – иуда! Ведь вчера мы только брали с ним с тоски по банке – а сегодня он кричит: „Меняй коньки на санки!“ Под тренером шифруется Главный Идеолог Рая. Да, впредь надо быть более осмотрительным. Во время последних „забегов“, а это очень ответственный промежуток времени, в блоке должны быть единомышленники, чтобы в случае чего,… вторые, третьи, четвертые… и т.д. мог ли отстоять тот же курс и программу. Видели, как меняют перспективных лидеров...?

Последний куплет в песне очень обнадеживающий, особенно строки: »… не имею больше я на счет на свой сомнений..." Начинайте заниматься «борьбой и боксом», – а мы изо всех сил – поддержим… У нас еще достаточно времени… И все получится. И кому, как не Вам, открывать людям глаза, ведь Вы ж этим занимались всю жизнь. Борьба со слепотой была целью всей Вашей работы, это роднит Вас с библейским Зоровавелем, в имени которого спрятан «зоркий глаз Авеля» или «впередсмотрящий».

Следующая песня «Мой друг уедет в Магадан» посвящена группе людей, вышедших на земной план с особой, можно сказать, с магической миссией. Их профиль – деятельность с магическим уклоном, среди них есть контактеры, сенситивы, врачи-целители и т.д. Но речь идет о людях с благородным сердцем и чистой совестью. Они не ставят во главу угла ни корысть, ни карьеру, ни большие рубли. Ванта из Болгарии – один из примеров. Такие есть и в России. Каждый из них для чего-то послан и предназначен. Однако, их очень немного, буквально считанные единицы. «Уехать в Магадан» – то же, что и стать магом, заняться мистикой, увлечься тонким планом.

«Мой друг уедет в Магадан –

Снимите шляпу, снимите шляпу!

Уедет сам, уедет сам –

Не по этапу, не по этапу.

Не то чтоб другу не везло,

Не чтоб кому-нибудь назло,

Не для молвы: что, мол, – чудак, –

А просто так.

Быть может, кто-то скажет: «Зря!

Как так решиться – всего лишиться!

Ведь там – сплошные лагеря,

А в них – убийцы, а в них – убийцы...»

Ответит он: «Не верь молве –

Их там не больше, чем в Москве!»

Потом уложит чемодан

И – в Магадан.

Не то чтоб мне – не по годам, –

Я б прыгнул ночью из электрички, –

Но я не еду в Магадан,

Забыв привычки, закрыв кавычки.

Я буду петь под струнный звон

Про то, что будет видеть он,

Про то, что в жизни не видал, –

Про Магадан.

Мой друг поедет сам собой –

С него довольно, с него довольно, –

Его не будет бить конвой –

Он добровольно, он добровольно.

А мне удел от бога дан...

А может, тоже – в Магадан?

Уехать с другом заодно –

И лечь на дно!..»

Время для поездки «в Магадан» выбрано неспокойное. Уж если набитые убийцами лагеря сравниваются с Москвой, то это Апокалипсис. «Ябуду петь под струнный звон про то, что будет видеть он...» – намек на связь через песни, на информацию, спрятанную для слуха исследователя. Об этом еще полнее намекает последний куплет песни: "… уехать с другом заодно – и лечь на дно..." Да, чтоб не могли «запеленговать...» Куда деться от всевидящего ока таможенных властей? Лезут во все тексты: «Это, мол, нельзя, это убрать, это сократить, это заменить другим текстом, вот тут – слишком жирно, а здесь – бросается в глаза, а это что? – да вы тут целую „рыбу“ упаковали...» В таких вот условиях приходится работать нашему другу на телепатических каналах связи...

Песенка посвящалась другу Высоцкого – И. Кохановскому, одно время работавшему в газете «Магаданский комсомолец». Все сюжеты брались из жизни, попробуй придерись… Все накладывается на естественную канву… И мне тоже вспоминается один поселок «Коханы», где я прожила с родителями целых восемь лет, до моего отъезда в Таллинн… Очень редкое слово… Следующая песня «Натянутый канат» посвящается Анатолию Кашпировскому, тоже из цикла «Магадан» (привод, в сокр.)

«Он не вышел ни званьем, ни ростом.

Не за славу, не за плату –

На свой, необычный манер

Он по жизни шагал над помостом –

По канату, по канату,

Натянутому, как нерв.

Посмотрите – вот он без страховки идет.

Чуть правее наклон – упадет, пропадет!

Чуть левее наклон – все равно не спасти...

Но должно быть, ему очень нужно пройти

Четыре четверти пути.

И лучи его с шага сбивали,

И кололи, словно лавры.

Труба надрывалась – как две.

Крики «Браво!» его оглушали,

А литавры, а литавры –

Как обухом по голове! "

Ах, как жутко, как смело, как мило!

Бой со смертью – три минуты!" –

Раскрыв в ожидании рты,

Из партера глядели уныло –

Лилипуты, лилипуты –

Казалось ему с высоты.

Он смеялся над славою бренной,

Но хотел быть только первым –

Такого попробуй угробь!

Не по проволоке над ареной, –

Он по нервам – нам по нервам –

Шел под барабанную дробь!

Посмотрите – вот он без страховки идет.

Чуть правее наклон – упадет, пропадет!

Чуть левее наклон – все равно не спасти...

Но замрите, – ему остается пройти

Не больше четверти пути!

Закричал дрессировщик – и звери

Клали лапы на носилки...

Но прост приговор и суров:

Был растерян он или уверен –

Но в опилки, но в опилки

Он пролил досаду и кровь!

И сегодня другой без страховки идет.

Тонкий шнур под ногой – упадет, пропадет!

Вправо, влево наклон – и его не спасти...

Но зачем-то ему тоже нужно пройти

Четыре четверти пути!»

В песне намекается на широкую известность и большую популярность А.Кашпировского, а также на его связь – «по канату» – с «Канатчиковой дачей». Как врач, и как психолог "… он по нервам – нам по нервам – шел под барабанную дробь!" Его лечебные сеансы (с помощью верхов) имели грандиозный успех. Но он шел без страховки, т.е. тоже предназначался Минотавру,… который очень сильно прогадал; как только совершилась подмена по модели X, сверхъестественная магическая связь оборвалась сама по себе. Жириновскому не удалось вкусить от нее плодов. Анатоль, по сути дела, стал для них не интересен, и скорее всего, – его первым вернут из плена...

«Закричал дрессировщик – и звери клали лапы на носилки...» – так преподана, картина замены. «Носилки» – то же, что и телоноситель, т.е. – белковое тело.

Как не вспомнить песню Олега Газманова: «Офицеры, офицеры! Ваше сердце под прицелом!» Она написана по этому же поводу, хотя сам Олег этого и не осознаёт,… но когда-нибудь узнает.

Лидерам большой политической арены, скажем прямо, не повезло. Минотавр воспылал – только к ним. Но когда гибнут полководцы, на их место встают менее заметные, младшие офицеры. «Песня о времени» (привод, в сокр.).

«Замок временем срыт и укутан, укрыт

В нежный плед из зеленых побегов,

Но… развяжет язык молчаливый гранит –

И холодное прошлое заговорит

О походах, боях и победах.

Время подвиги эти не стерло:

Оторвать от него верхний пласт

Или взять его крепче за горло –

И оно свои тайны отдаст.

Упадут сто замков и спадут сто оков,

И сойдут сто потов с целой груды веков, –

И польются легенды из сотен стихов

Про турниры, осады, про вольных стрелков.

Ты к знакомым мелодиям ухо готовь

И гляди понимающим оком, –

Потому что любовь – это вечно любовь,

Даже в будущем вашем далеком.

Звонко лопалась сталь под напором меча,

тетива от натуги дымилась,

Смерть на копьях сидела, утробно урча,

В грязь валились враги, о пощаде крича,

Победившим сдаваясь на милость.

Чистоту, простоту мы у древних берем,

Саги, сказки – из прошлого тащим, –

Потому, что добро остается добром –

В Прошлом, будущем и настоящем!

«Замок временем срыт...» – падение старого политического строя. "… но… развяжет язык молчаливый гранит..." – выйдут наружу тайны Мавзолея В.И.Ленина. «Упадут сто замков и спадут сто оков, и сойдут сто потов с целой груды веков...» – все то, что писалось, сочинялось и нарабатывалось веками, станет достоянием гласности, будет расшифровано и рассекречено. А ради последнего времени – старались с Глубокой древности. "… Про турниры, осады, про вольных стрелков" – узнают непременно, и про команду Робин Гуда – тоже.

«Ты к знакомым мелодиям ухо готовь и гляди понимающим оком,» – совет со смыслом. Обратите внимание на грамотную композицию песен, там где чувствуется талант, профессионализм – там спрятана информация. Конечно же, в визгах, криках, истерических куплетах ничего нет, либо дается не от того мира. Такое тоже есть.

«Звонко лопалась сталь под напором меча,» – да, если под «сталью» понимать стан сталинистов из лагеря Сталина. "… смерть на копьях сидела, утробно урча..." – разумеется, а как по другому она будет урчать, если – внутри и на одном и том же шурупе?.. К тому же обнародована… «Песенка про метателя молота".

«Я раззудил плечо – трибуны замерли,

Молчанье в ожидании храня.

Эх, что мне мой соперник –

Джонс ли, Крамер ли, –

Рекорд уже в кармане у меня!

Замётано, заказано, заколото, –

Мне кажется – я следом полечу.

Но мне нельзя, ведь я – метатель молота:

Приказано метать – и я мечу.

Эх, жаль, что я мечу его в Италии:

Я б дома кинул молот без труда, –

Ужасно далеко, куда по далее,

И лучше – если б раз и навсегда.

Я против восхищения повального,

Но я надеюсь: года не пройдет –

Явсе же зашвырну в такую даль его,

Что и судья с ищейкой не найдет...

Сейчас кругом корреспонденты бесятся.

«Мне помогли, – им отвечаю я, –

Подняться по крутой спортивной лестнице

Мой коллектив, мой тренер и – семья».

Читатель, вероятно, уже понял, что речь идет не о спортивном снаряде, и не о спорте, а о молоте из герба революционной эмблемы, того самого, в котором присутствует «лот» – строительный отвес и проходной балл в 21-ый век. «Эх, жаль, что я мечу его в Италии,» – на самом деле речь идет о Таллинне, применено звуковое подобие. По генеральному плану Лунных начинать и разворачивать процесс решено было в Эстонии – для начала.

"… я все же зашвырну в такую даль его, что и судья с ищейкой не найдет"… – расчет с дальним, последующим прицелом, намек на расширенный процесс. «Сейчас кругом корреспонденты бесятся,» – речь о тонком плане, ведь внимание их общественности всё приковано к состязаниям в России. «Заметано, заказано, заколото» – это о территории России, ей полагается стать обетованной землей для нового эволюционного витка. Так распорядились Природа и Космос. Еще раз – о спорте, «Песенка про прыгуна в высоту».

«Разбег, толчок...

И стыдно подниматься:

Во рту опилки, слезы из-под век, –

На рубеже проклятом два двенадцать

Мне планка преградила путь наверх.

Я признаюсь вам как на духу:

Такова вся спортивная жизнь, –

Лишь мгновение ты наверху –

И стремительно падаешь вниз.

Но съем плоды запретные с древа я,

И за хвост подергаю славу я.

У кого толчковая – левая,

А у меня толчковая – правая!

Разбег, толчок...

Свидетели паденья

Свистят и тянут за ноги ко дну.

Мне тренер мой сказал без сожаленья:

«Да ты же, парень, прыгаешь в длину!»

У тебя – растяженье в паху;

Прыгать с правой – дурацкий каприз, –

Не удержишься ты наверху –

Ты стремительно падаешь вниз"

Но, задыхаясь словно от гнева я,

Объяснил толково я: главное,

Что у них толчковая – левая,

А у меня толчковая – правая!

Разбег, толчок...

Мне не догнать канадца –

Он мне в лицо смеется на лету!

Я снова планку сбил на два двенадцать –

И тренер мне сказал напрямоту,

Что – начальство в десятом ряду,

И что мне прополощут мозги,

Если враз, в сей же час не сойду

Я с неправильной правой ноги.

Но лучше выпью зелье с отравою,

Янад собой что-нибудь сделаю –

Но свою неправую правую

Я не сменю на правую левую!

Трибуны дружно начали смеяться –

Но пыл мой от насмешек не ослаб:

Разбег, толчок, полет...

И два двенадцать –

Теперь уже мой пройденный этап!

Пусть болит моя травма в паху,

Пусть допрыгался до хромоты, –

Но я все-таки был наверху –

И меня не спихнуть с высоты!

Я им всем показал «ху из ху», –

Жаль, жена подложила сюрприз:

Пока я был на самом верху –

Она с кем-то спустилася вниз...

Но съел плоды запретные с древа я,

И за хвост подергал все же славу я, –

Пусть у них толчковая левая,

Но моя толчковая – правая!»

Опять секретное, и опять в спортивной форме. Канва естественная – не придерешься. Под прыгуном и высоту шифруется группа, предназначенная Минотавру. В противовес остальной команде, которая «прыгает» с левой ноги, они предпочли выступить с «неправильной правой ноги», т.е. подыграть своему Минотавру, а именно – блоку правых, в расчете на его способы игры. Как видим по песне, в двух первых случаях – одни неудачи, и только с третьего захода – победа. Берется высота «два двенадцать». Что это такое? Это то, что потеряли в 24–м, 53–м годах. «Два двенадцать» – то же, что и 24 (именно, в 24–м году со смертью Ленина – все приостановилось). "… на рубеже проклятом два двенадцать мне планка преградила путь наверх" – точнее не скажешь, хотя все преподносится с юмором.

«Но съем плоды запретные с древа я, и за хвост подергаю славу я». Отчего не подергать? – когда у них у всех, самые что ни па есть, настоящие хвосты. И отчего не съесть, когда они сами внутрь лезут...

Ссоры и споры с тренером особо брать в расчет не следует; это обрамление для красного словца и для отвода глаз пристрастного наблюдателя. Для удачного завершения операции «Минотавр» команда готова на все: пить зелье с отравой и проводит, над собою любые эксперименты, лишь бы только кое-кого подергать за хвост… «Но лучше выпью зелье с отравою» я над собою что-нибудь сделаю...» – ничего себе, допекли так допекли… Главный Козырь, так тот, помнится, заранее камни готовил для операции, – чтоб Минотавру не так совестно было его есть, и потом не мучили бы угрызении совести.

«Пусть болит моя травма в паху, пусть допрыгался до хромоты», – это уже со слов Главного Козыря. «Травма в паху» – след от операции по удалению камней. «Допрыгался до хромоты», – т.е. сошел с политической арены, не имея возможности в дальнейшем проводить свой курс из стен Оловянного замка. Плен даже в царских апартаментах остается пленом.

"… жаль, жена подложила сюрприз: пока я был па самом верху – она с кем-то спустилася вниз..." – да, так и есть. Как угадаешь, если они оба по очереди – на одной и той же оси, в одном и том же скафандре, при одном и том же макияже? Бывает жена на одного… на двоих… на троих… даже тогда; когда она об этом и не знает. А при таком гриме – практически невозможно догадаться.

Есть у Высоцкого и о Мавзолее В. И. Ленина – в песне про «Гербарий». Правда, рассказ ведется не только о мумии, но и о других захоронениях у Кремлевской стены; где таблички и бюсты, бюсты и таблички… А какая подборка экспонатов… ого-го! Коллекция уникальная, достойная официального эмблемного гербария. Этот «гербарий» – от «герба», точно… и вредные и полезные – вместе. Термин «гербарий» подходит вполне. Засушенная, забальзамированная мумия в своем обрамлении может служить аналогом любого засушенного экспоната. Для сравнения годится даже «сено», что и использовалось часто в шифрах пророчеств М. Нострадамуса, речь ведется как бы от лица мумии (песня Привод, в сокр.).

«Лихие пролетарии,

Закушав водку килечкой,

Спешат в свои подполия

Налаживать борьбу,

А я лежу и гербарии,

К доске пришпилен шпилечкой,

И пальцами до боли я

По дереву скребу.

Корячусь я на гвоздике,

Но не меняю позы.

Кругом жуки-навозники

И мелкие стрекозы,

По детству мне знакомые –

Ловил я их, копал,

Давил, – но в насекомые

Я сам теперь попал.

Под всеми экспонатами –

Эмалевые планочки, –

Все строго по-научному

Укачан класс и вид...

Я с этими ребятами

Лежал в стеклянной баночке,

Дрались мы, – это к лучшему:

Узнал, кто ядовит.

Я представляю мысленно

Себя в большой постели, –

Но подо мной написано:

«Невиданный доселе»...

Я гомо был читающий,

Я сапиенсом был,

Мой класс – млекопитающий,

А вид… уже забыл.

В лицо ль мне дуло, в спину ли,

В бушлате или робе я –

Тянулся, кровью крашенный,

Как звали, к шалашу, –

И на тебе – задвинули

В наглядные пособия, –

Я злой и ошарашенный

На стеночке вишу.

Оформлен как на выданье,

Стыжусь как ученица, –

Жужжат шмели солидные,

Что надо подчиниться,

А бабочки хихикают

На странный экспонат,

Сороконожки хмыкают

И куколки язвят.

Ко мне с опаской движутся

Мои собратья прежние –

Двуногие, разумные, –

Два пишут – три в уме.

Они пропишут ижицу –

Глаза у них не нежные, –

Один брезгливо ткнул в меня

И вывел резюме:

«Итак, с ним не налажены

Контакты, и не ждем их, –

Вот потому он, гражданы,

Лежит у насекомых.

Мышленье в ём не развито,

И вечно с ним ЧП, –

А здесь он может разве что

Вертеться на пупе».

Берут они не круто ли?! –

Меня нашли не во поле!

Ошибка это глупая –

Увидится изъян, –

Накажут тех, кто спутали,

Заставят, чтоб откнопили, –

И попаду в подгруппу я

Хотя бы обезьян.

Нет, не ошибка – акция

Свершилась надо мною, –

Чтоб начал пресмыкаться я

Вниз пузом, вверх спиною, –

Вот и лежу, расхристанный,

Разыгранный вничью,

Намеренно причисленный

К ползучему жучью.

А может, все провертится

И соусом приправится...

В конце концов, ведь досочка –

Не плаха, говорят, –

Все слюбится да стерпится:

Мне даже стали нравиться

Молоденькая осочка

И кокон-шелкопряд.

Да мне приятно с осами –

От них не пахнет псиной,

Средь них бывают особи

И с талией осиной.

И кстати, вдруг из коконов,

Родится что-нибудь

Такое, что из локонов

И что имеет грудь...

Паук на мозг мой зарится,

Клопы кишат – нет роздыха,

Невестой хороводится

Красавица оса...

Пусть что-нибудь заварится,

А там – хоть на три гвоздика, –

А с трех гвоздей, как водится,

Дорога – в небеса.

Когда в живых нас тыкали

Булавочками колкими –

Махали пчелы крыльями,

Пищали муравьи, –

Мы вместе горе мыкали –

Все проткнуты иголками, –

Забудем же, кем были мы,

Товарищи мои!

Заносчивый немного я,

Но – в горле горечь комом:

Поймите, я, двуногое,

Попало к насекомым!

Но кто спасет нас, выручит,

Кто снимет нас с доски?!

За мною – прочь со шпилечек,

Сограждане жуки!

И, как всегда в истории,

Мы разом спины выгнули, –

Хоть осы и гундосили,

Но кто силен, тот прав, –

Мы с нашей территории

Клопов сначала выгнали.

И паучишек сбросили

За старый книжный шкаф.

Скандал потом уляжется,

Зато у нас все дома,

И поживают, кажется,

Вполне не насекомо.

А я – я тешусь ванночкой

Без всяких там обид...

Жаль, над моею планочкой

Другой уже прибит.

«Лихие пролетарии» – это сталинисты, с красными повязками, на распашку – с пистолетами в руке. «А я лежу в гербарии, – повествует мумия В.И.Ленина, – к доске пришпилен шпилечкой...» "… по детству мне знакомые – ловил я их, копал, давил, – но в насекомые я сам теперь попал," – имеется в виду классовая, освободительная борьба, ведущая им с глубокой древности, можно сказать, что с самых ранних воплощений. И на протяжении всей истории идут встречи и столкновения с одними и теми же людьми. «Под всеми экспонатами – эмалевые планочки, – всё строго по-научному – указан класс и вид...» – имеется в виду галерея урновых захоронений у Кремлевской стены. «Я представляю мысленно себя в большой постели...» – намек на одно ложе вместе со Сталиным. А ведь лежали! Вот вам и «ножницы»,… залог будущей подмены по модели X. На вес уже намекалось заранее… Бог любит предупреждать...

"… но подо мной написано: «Невиданный доселе...» – так оно и есть: объявлен гением, вождем пролетариата) выставлен на обозрение, как редчайший индивид. "… мой класс – млекопитающим," – точно, даже с точки зрения гороскопа.

«В лицо ль мне дуло, в спину ли, в бушлате или в робе я – тянулся, кровью крашенный, как звали, к шалашу...» – смысл такой: в любой обстановке, при попутном ветре или неблагоприятных условиях, не взирая на материальные трудности, когда призывало время, долг, необходимость – всегда откликался и был послушен воле направляющей судьбы. «Кровью крашенный» – имеется в виду, что в прошлом хватало ранений, болей и мук. «Тянулся к шалашу»… – заостряется внимание на общеизвестном факте из биографии – жизни в шалаше.

«Оформлен как на выданье, стыжусь как ученица,» – да, египетские замашки не всем правятся. Фараонские приемы могут вызывать восхищение разве что у идиотов. А тут даже хуже. В египетские пирамиды никто не шастал, а здесь – смотри, кто хочет. «Ко мне с опаской движутся мои собратья прежние...» – намек попадает в цель. Это мы видим уже сейчас. Какие только не делаются попытки очернить и опорочить! И оказывается – Антимиром это планировалось уже давно. «Они пропишут ижицу»… – т.е. прочитают мораль, нравоучение, применят наказание. «Глаза у них не нежные...» – да, это мы видим по сегодняшнему дню и по книге Волкогонова. Вроде бы и двуногие, и разумные, но «два пишут – три в уме».

«Берут они не круто ли?! – Меня нашли не во поле! Ошибка это глупая – увидится изъян, – накажут тех, кто спутали, заставят, чтоб откнопили...» – советую над этим куплетом всем хаятелям и чернителям хорошенько пораскинуть мозгами, авось чего и прояснится.

«Нет, не ошибка – акция свершилась надо мною, – чтоб начал пресмыкаться я вниз пузом, вверх спиною, – вот и лежу; расхристанный...» – дается намек на спланированную заранее акцию. Для чего? Для того, чтобы поставить на колени, надломить волю, лишить уверенности в себе. «Расхристанный» звучит как «низверженный Христ», опозоренный и несостоявшийся.

«Паук на мозг мой зарятся,» – опять намек на какую-то акцию. Уж не на замену ли по модели X? Очень похоже… «Когда в живых нас тыкали булавочками колкими – махали пчелы крыльями...» – намек на связь с Пасекой и ее народом, но также и на неестественную, безвременную кончину. Ленин был отравлен Сталиным… А о каких осах ведется речь? Они то нравятся, то не нравятся автору протеста. В данном случае «Осы» созвучны с «Иосифом». Это не очень ретивые последователи Сталина, хотя и являются его сторонниками.

Последние три куплета нет смысла пояснять. И без того все ясно. Клопы и пауки изгоняются в первую очередь, потом остальные вредители… «Скандал потом уляжется, зато у нас – все дома, и поживают, кажется, вполне не насекомо,» – это уже о будущем России. И дома будут – все свои… Какая красота: ни клопов тебе, ни пауков, никаких других вредителей хозяйства – «Вот такой секрет для маленькой, для маленькой такой компании, огромный такой секрет,»… как поется в одной чудесной детской песенке для взрослых пап и мам. И таким секретом приходит время поделиться.

Кое-кто скажет, что это «чистейшей воды – философия» – и будет абсолютно прав. Может быть даже единственный раз в своей жизни. И Вы знаете, дорогой читатель, – почему, ведь у Вас уже есть опыт работы с этой книгой. Чистая вода – то же, что и кристально чистый снег. О философии на воде – песня «Мореплаватель-одиночка». Для очень маленькой, такой компании… огромный такой – привет...

«Вот послал господь родителям сыночка:

Люльку в лодку переделать велел, –

Мореплаватель родился одиночка –

Сам укачивал себя, сам болел...

Не по году он мужал – по денечку,

И уже из колыбели дерзал:

К мореплаванью готовясь в одиночку,

Из пеленок паруса вырезал.

Прямо поносу – глядите! – то ли бочка,

То ли яхта, то ли плот, то ли – нет:

Мореплаватель, простите, одиночка,

Посылает нам мудреный привет!

Ой, ребята, не к добру проволочка!

Сплюньте трижды все, кто на корабле:

Мореплаватель на море одиночка –

Вроде черного кота на земле!

«Вы откуда – отвечайте нам, и точка, –

Не могли же вы свалиться с небес?!

Мы читали, что какой-то одиночка

В треугольнике Бермудском исчез...»

«Это утка, это бред – все до строчки! –

И простите, если резок и груб, –

Я там плавал, извините, в одиночку:

Он совсем но треугольник, а – куб!

Были бедствия – посуда на кусочки!

Била Бетси – ураган – все подряд, –

Мореплаватели нынче – одиночки –

Из летающих тарелок едят!..»

Вот добавил он в планктон кипяточку...

Какорудует: хоть мал, да удал!

Глядь – и ест деликатесы в одиночку, –

А из нас – таких никто не едал.

И поведал он, что пьет он по глоточку,

Чтоб ни капли не пропасть в бороде, –

Мореплаватель, простите, в одиночку

Философию развел на воде.

«Не искусственную ли оболочку

Вы вокруг себя, мой друг, возвели?

Мореплаванью, простите, в одиночку

Наше общество предпочли?»

Он ответил: «Вы попали прямо в точку!

Жаль на суше не пожать вам руки:

В море плавая подолгу в одиночку,

Я по вас затосковал, моряки!»

Мы, услыша что-нибудь, сразу – в строчку,

Мы, завидя что-нибудь, – в негатив!

Мореплавателя сняли, одиночку,

В фотографию его превратив.

Ах, побольше б нам немного юморочку! –

Поскучнели, отрешась от земли, –

Мореплавателя – брата – одиночку

Мы хотя бы как смогли развлекли!,

Так поменьше им преград и отсрочек,

И задорин на пути, и сучков!

Жаль, что редко их встречаешь – одиночек, –

Славных малых и таких чудаков!»

Речь, действительно, идет об очень небольшой компании философов, направленных для выяснения истинных параметров, границ и содержания форм «Бермудо-Пермутского» направления. Задание cверxнаучное, сверхфилософское и сверхсекретное; не говоря уже о том, что сверхответственное и весьма срочное… Вот поэтому «какой-то одиночка» и нырнул под этот треугольник, в смысле – отправился на разведку… И очень кстати. Потому как вместо простой и чисто земной аномалии, там оказались фигуры более сложной конфигурации...

«Вот послал господь родителям сыночка; люльку в лодку переделать велел...» – речь об отрасли, потомстве, очень рано вставших на зрелый, самостоятельный путь развития. "… и уже из колыбели дерзал," – т.е. в самых первых воплощениях. «… из пеленок паруса вырезал» – парус кодируется как флаг, вывеска, знак принадлежности, а значит, – очень рано определился в своем мировоззрении.

"… мореплаватель, простите, одиночка посылает нам мудреный привет!" – совершенно неожиданный поворот. В то время, как в Бермудском треугольнике «исчезает и распадается па куски могучий научный лайнер», то и слава богу, что хоть кто-то умудряется выжить, пусть и в одиночку. Вот только странно… больно молод и один. Как такое бывает? Уж, не эончики ли помогают? Те проныры куда угодно пройдут, всё что угодно стянут, да так, что и комар носа не подточит. Поди потом ищи ветра в поле. А эти маленькие кибальчиши уже спозаранок научились управлять сапогами-скороходами, да так ловко, что взрослому не потягаться.

"… мореплаватели нынче – одиночки – из летающих тарелок едят!"– намек на связь свыше. "… пьет по глоточку" – то, что дается из «летающих тарелок», поступает по частям, растягивается по времени, в меру необходимости. "… мореплаватель, простите, в одиночку философию развел па воде", – надо понимать, что занимается писательской деятельностью с философским уклоном. "… Жаль, на суше не пожать вам руки," – это так, ибо мореплаватель-одиночка разговаривает не с земными моряками, а с тонким планом.