Лекция: Глава 17.Пайпер
Дочь Афродиты поверить не могла, насколько трудно было найти смертельный яд.
Все утро они с Фрэнком прочесывали порт Пилоса. Он разрешил пойти с ним только Пайпер, решив, что ее дар убеждения может оказаться полезным, если они вдруг наткнутся на его метаморфозных родственничков.
На деле, ее меч пригодился больше. Они уже убили лестригона в булочной, сразились с гигантским страшилищем на городской площади и победили стаю стимфалийских птиц с помощью меткой стрельбы Пайпер из рога изобилия.
Она была рада заняться делом. Это отвлекало ее от размышлений о разговоре с матерью прошлой ночью — о том мрачном проблеске будущего, о котором Афродита попросила ее никому не рассказывать...
Между тем, самым большим испытанием для Пайпер в Пилосе стала реклама нового фильма ее папы, расклеенная по всему городу. Постеры были на греческом, однако нетрудно было догадаться, что на них написано: Тристан МакЛин в роли Джейка Стила в фильме «Помеченный кровью».
Ну и ну, что за кошмарное название. Вот бы ее отец никогда не принимал участия в съемках этой франшизы. Тем не менее, это была одна из его самых популярных ролей. И вот он на постере в разорванной рубашке, демонстрирует всем свой идеальный пресс (ужас, пап!), в руках у него по автомату Калашникова, а на точеном лице — лихая ухмылка.
Пайпер пересекла уже полмира, однако отец, казалось, преследовал ее повсюду — даже в самых маленьких и укромных уголках света можно было увидеть его лицо.
Она ощутила грусть, растерянность, тоску по дому и раздражение, и все это одновременно. Жизнь продолжалась как здесь, так и в Голливуде. Пока ее отец притворялся спасителем мира, Пайпер с друзьями в действительности пытались его спасти. Еще восемь дней, и не будет никаких фильмов, театров или людей… Все зависит от того, справится ли она с задачей, которую на нее возложила Афродита.
Где-то в час по полудню, Пайпер наконец-таки удалось воспользоваться своим даром убеждения. Она поговорила с древнегреческим призраком в прачечной (по шкале странности разговора от одного до десяти, определенно одиннадцать) и раздобыла информацию о том, что им следует идти в древнюю крепость, где якобы зависали метаморфозные потомки Периклимена.
Протащившись через весь остров под раскаленным солнцем, они все-таки нашли пещеру, расположенную на пляже на полпути к утесу. Фрэнк настоял на том, чтобы Пайпер ждала его внизу, пока он проверяет местность.
Ее это не обрадовало, однако она послушно осталась стоять на пляже, щурясь на вход в пещеру и надеясь, что не привела Фрэнка в смертельную ловушку.
Белый песчаный пляж позади нее обнимал подножья холмов. Любители позагорать растянулись на покрывалах.
Детишки плескались в волнах. Синее море призывно блестело.
Пайпер до колик хотелось зайти в воду. Она обещала научить серфингу Хейзел и Аннабет, если они когда-нибудь приедут в Малибу… если Малибу еще будет существовать после первого августа.
Дочь Афродиты взглянула на вершину обрыва, где руины старого замка цеплялись за хребет. Быть может, это было частью укрытия тех меняющих форму существ. Однако вдоль утеса не было ни души. Вход в пещеру располагался около семидесяти футов вниз по скале — черная дыра в желтом известняковом камне, похожая на гигантское отверстие точилки для карандашей.
Пещера Нестора, как именовал ее дух прачечной. Вполне возможно, что древний пилоский царь скрывал там свои сокровища в скудные времена. Дух также утверждал, что именно в этой пещере Гермес спрятал украденное стадо Аполлона.
Коровы.
Пайпер вздрогнула. Когда она была маленькой, они с отцом проезжали мимо мясоперерабатывающего завода в Чино. Одного запаха было достаточно, чтобы сделать ее вегетарианкой. С тех пор только от одной мысли о коровах ей становилось плохо. Ее знакомство с Герой, царицей коров, катоблепасы в Венеции и изображения жутких коровьих смертей в Доме Аида только усложнили ситуацию.
Стоило Пайпер подумать, что отсутствие Фрэнка затянулось, как он тут же появился у входа в пещеру. Рядом с ним стоял высокий седовласый мужчина в белом льняном костюме и с бледно-желтым галстуком. Пожилой человек передал Фрэнку какой-то маленький блестящий предмет — нечто похожее на камень или кусок стекла. Затем они обменялись несколькими фразами. Сын Марса мрачно кивнул. Тогда мужчина превратился в чайку и улетел прочь.
Фрэнк пробрался вниз по тропинке, пока не достиг Пайпер.
— Я нашел их, — сообщил он.
— Я заметила. Ты в порядке?
Он проследил взглядом за чайкой, летевшей к горизонту.
Торчащие, словно стрела, коротко стриженые волосы Фрэнка делали его напряженный взгляд еще более пристальным. Римские значки — корона, символы центуриона и претора — блестели на воротнике его рубашки. Татуировка SPQR со скрещенными копьями Марса на его предплечье мрачно выделялась при солнечном свете.
Сейчас на нем были новые черные джинсы, мягкие кожаные ботинки и облегающая темно-зеленая рубашка без воротника, из-за которой сын Марса чувствовал себя немного неуютно. Он привык скрывать свою грузную фигуру под мешковатой одеждой, однако Пайпер убедила его в том, что это не должно его больше волновать. После скачка в росте в Венеции он стал более подтянутым.
«Ты не изменился, Фрэнк, — сказала она ему однажды. — Ты просто повзрослел».
Хорошо, что Фрэнк Чжан оставался добрым и тихим. Иначе он был бы жутким типом.
— Фрэнк? — мягко спросила она.
— Да, извини, — он сосредоточился на ней. — Мои, эм… скажем так, кузены… жили здесь поколениями, они все потомки аргонавта Периклимена. Я рассказал им о том, как семья Чжан уехала из Греции в Рим, оттуда в Китай, а затем в Канаду. Поведал о призраке легионера в Доме Аида, призывающего меня отправиться в Пилос. И их… их, похоже, это не удивило. Они сказали, что это уже случалось прежде… когда давно потерянные родственники возвращались домой.
Пайпер расслышала тоску в его голосе.
— Ты ждал чего-то другого.
Фрэнк пожал плечами.
— Радушного приветствия что ли. Быть может, с воздушными шариками. Не знаю. Бабушка говорила, что я должен замкнуть круг, принести честь семье и все такое. Но эти мои родственники… они держались так холодно и равнодушно, словно им плевать на меня. Не думаю, что им по душе то, что я сын Марса. Или то, что я китаец. А, может, и то, и другое.
Дочь Афродиты посмотрела в небо. Чайка уже давно скрылась из виду. Вероятно, к лучшему. А то у Пайпер был соблазн запустить в нее глазурованной ветчиной.
— Если это правда, то они идиоты. Они не знают, насколько ты крут.
Фрэнк переминался с ноги на ногу.
— Стоило им сообщить, что я здесь проходом, как дружелюбности в них прибавилось. Они даже вручили мне прощальный подарок.
Он раскрыл свою ладонь. В ней блестел металлический флакон размером с пипетку. Пайпер подавила желание отойти назад.
— Это яд?
Фрэнк кивнул.
— Они называют это пилосской мятой. Похоже, растение выросло из крови нимфы, которая давным-давно умерла на горе неподалеку отсюда. Я не вдавался в подробности.
Флакон был таким малюсеньким… Пайпер встревожилась, что содержимого в нем будет недостаточно. Собственно говоря, она не была поклонницей смертельного яда. Более того, она понятия не имела, поможет ли им эта мята создать так называемое снадобье, о котором говорила Ника. Однако если сие лекарство действительно могло одурачить смерть, Пайпер стремглав сделала бы каждому по дозе.
Фрэнк вертел флакончик в своей ладони.
— Хотел бы я, чтобы Вителлий Ретикулус был здесь.
Пайпер не была уверена, что расслышала его правильно.
— Редискулус кто?
На губах Фрэнка промелькнула улыбка.
— Гай Вителлий Ретикулус, хотя мы иногда звали его Редискулусом. Один из ларов Пятой Когорты. Казалось бы, обычный дурень… но он был сыном самого Асклепия, бога врачевания. Если кто и знал что-либо об этом снадобье… это был он.
— Бог врачевания… неплохо, — задумалась Пайпер.— От него точно было бы больше пользы, чем от связанной и орущей богини победы на борту.
— Эй, да тебе повезло! Моя каюта находится ближе всех к конюшням. Я всю ночь слышу её вопли: «ПЕРВОЕ МЕСТО ИЛИ СМЕРТЬ! ПЯТЬ С МИНУСОМ — НЕУДОВЛЕТВОРИТЕЛЬНАЯ ОЦЕНКА!». Лео нужно смастерить затычку получше моего старого носка.
Пайпер вздрогнула. Она все еще сомневалась, что взять богиню в плен было хорошей идеей. Чем раньше они избавятся от Ники, тем лучше.
— Так твои кузены… они не дали тебе никакого совета? Хотя бы об этом закованном боге… Он находится в Спарте?
Выражение лица Фрэнка помрачнело.
— Точно. Боюсь, у них были некие мысли на этот счет. Давай вернемся на корабль, и я расскажу вам обо всем.
Пайпер совсем не чувствовала своих ног. Она даже подумывала над тем, что ей следует убедить Фрэнка превратиться в гигантского орла и понести ее. Однако спросить она не успела — позади них послышались шаги.
— Здравствуйте, милые туристы! — к ним подошел старый рыбак в белой фуражке капитана, его рот был полон золотых зубов. — Не хотите ли вы прокатиться на лодке? Очень дешево!
С этими словами он указал в сторону берега, где их поджидала лодка с подвесным мотором.
Пайпер ответила ему улыбкой. Ей нравилось общаться с местными жителями.
— Было бы неплохо, — сказала она, используя свой чарующий голос. — Не могли бы вы отвести нас в одно особое место?
Капитан лодки высадил их около Арго II, пришвартовавшись в четверть мили к морю. Пайпер сунула помятый евро ему в руку.
Она никогда ранее не использовала свой дар убеждения на смертных в полную силу, поэтому старалась быть настолько честной и осторожной, насколько это было возможно. Дни, когда она угоняла BMW из автосалонов, были сочтены.
— Спасибо вам, — сказала она. — Если кто-нибудь поинтересуется, вы катали нас вокруг острова и показывали достопримечательности. А затем высадили на пристани в Пилосе. Вы никогда не видели никакого военного корабля.
— Никаких военных кораблей, — согласился капитан. — Спасибо вам, прекрасные американские туристы!
Они поднялись на борт Арго II и Фрэнк неловко ей улыбнулся.
— Ну… было очень приятно убивать гигантских монстров плечом к плечу с тобой.
Пайпер рассмеялась.
— С тобой тоже, мистер Чжан.
Дочь Афродиты заключила Фрэнка в объятия, от чего ему явно стало неловко. Как бы там ни было, Пайпер не могла не любить его. Не только потому, что он хорошо относился к Хейзел, но и потому, что надел значок бывшего преторства Джейсона на себя. Она была безмерно благодарна ему за то, что он принял эту службу. Фрэнк снял огромную ответственность с плеч Джейсона, тем самым позволив ему со спокойной душой отправляться в Лагерь Полукровок… если, конечно, они переживут оставшиеся восемь дней.
Экипаж поспешно собрался на заседание в носовой части корабля, в основном из-за того, что Перси приметил гигантского красного морского змея, плавающего поблизости.
— Эта штуковина действительно красная, — пробормотал Перси. — Интересно, она со вкусом вишни?
— Почему бы тебе не сплавать и не узнать? — спросила Аннабет.
— А как насчет — нет.
— В любом случае, — начал Фрэнк. — Судя по тому, что сообщили мне кузены в Пилосе, связанный бог, которого мы ищем в Спарте — это мой отец… эм, то есть Арес, не Марс. Видимо, спартанцы держали его статую закованной в цепях у себя в городе, таким образом надеясь, что дух войны их никогда не покинет.
— Ну и ну, — протянул Лео. — Вот же выродки эти спартанцы. Хотя, мы вообще богиню связали… так что не нам судить.
Джейсон прислонился к передней баллисте.
— Тогда решено, едем в Спарту. Но как сердцебиение прикованного бога поможет нам найти лекарство для умирающего?
По напряженности его лица было видно, что он все еще мучится от боли. Пайпер вспомнила слова Афродиты: «Это не просто мечевое ранение, моя дорогая. Это горькая правда, с которой он столкнулся в Итаке. Если бедолага не будет сильным, эта истина проест его насквозь».
— Пайпер? — позвала Хейзел.
Она вздрогнула.
— Прости, что?
— Я спрашивала тебя о видениях, — повторила Хейзел. — Ты говорила, что видела что-то в своем кинжале?
—Ах… точно, — Пайпер неохотно обнажила Катоптрис. С тех пор как она заколола им Хиону, богиню снега, видения в лезвии стали более холодными и резкими, словно картинки выгравированные на льду. Она видела орлов, кружащих над Лагерем Полукровок, колебания земли, уничтожающие Нью-Йорк. Она так же видела сцены из своего прошлого: её отец, побитый и связанный на вершине горы Дьябло; Перси и Джейсон, сражающиеся с гигантами в римском Коллизее; речной бог Ахелой, умоляющий вернуть рог изобилия, который она срезала с его головы.
— Я, э-э… — она попыталась разобраться в своих мыслях. — Сейчас я ничего не вижу. Но есть одно видение, которое повторяется довольно часто: мы с Аннабет осматриваем какие-то руины...
— Руины! — Лео потер руки. — А это о многом говорит. Сколько руин в Греции?
— Заткнись, Лео, — отругала его Аннабет. — Пайпер, как ты думаешь, видение показывало Спарту?
— Возможно, — ответила Пайпер. — В любом случае… неожиданно мы оказываемся в темном месте, похожем на пещеру. Смотрим на бронзовую статую воина. Я прикасаюсь к лицу статуи и вокруг нас начинают плясать языки пламени. Это все.
— Пламя, — нахмурился Фрэнк. — Не нравится мне это видение.
— Мне тоже, — отозвался Перси, одним глазом следя за красным морским змеем, который все еще скользил по волнам на расстоянии ста ярдов от них. — Если в видении есть пламя, мы определенно должны отправить Лео.
— Я тебя тоже люблю, дружище.
— Ты знаешь, что я имею в виду. У тебя иммунитет. Ну или дай мне водную гранату, черт побери. Тогда пойду я. Мне не привыкать собачиться с Аресом.
Аннабет уставилась на отдаляющуюся береговую линию Пилоса.
— Если Пайпер увидела нас около статуи, то должны идти мы. Все будет в порядке. Всегда есть способ выжить.
— Не всегда, — предупредила Хейзел.
Так как она была единственной в их команде, кто на самом деле умер, а затем вернулся к жизни, ее замечание сразу же подавило оптимистичный настрой.
Фрэнк указал на флакончик пилосской мяты:
— А что насчёт этой штуки? Мне кажется, что в Доме Аида мы и так наглотались достаточно яда.
— Нужно хранить его в надежном месте, — посоветовала Аннабет. — На данный момент это все, что мы можем предпринять. Как только ситуация с закованным богом прояснится, отправимся на остров Делос.
— Проклятие Делоса, — вспомнила Хейзел. — Звучит весело.
— Надеюсь, Апполон тоже там будет, — сказала Аннабет. — Делос был его родным островом. Он же бог медицины как никак. Нам нужен его совет.
Пайпер припомнила слова матери: «Ты должна уничтожить пропасть между греками и римлянами, дитя мое. И буря, и огонь бесполезны без тебя».
Афродита предупредила ее о грядущем и сказала, что Пайпер должна сделать все, чтобы остановить Гею. А вот хватит ли ей на это храбрости… она не знала.
Морской змей, предположительно с вишневым вкусом, изрыгнул пар возле левого борта.
— Мда, он определённо оценивает нас, — решил Перси. — Быть может, нам стоит подняться в воздух на время.
— Воздух, так воздух! — сказал Лео. — Фестус, окажи честь!
Бронзовый дракон протрещал что-то в ответ. Двигатель корабля загудел. Весла поднялись, превращаясь в лопасти со звуком, напоминающим открытие девяноста зонтиков сразу. Арго II взмыл в небо.
— Мы должны достичь Спарты к утру, — объявил сын Гефеста. — И не забудьте явиться на ужин, так как сегодня Шеф Лео готовит свои знаменитые жгучие тофу-тако!