Лекция: Война торжественная по праву народов ведется между различными народами.

I. 1. Мы выше начали говорить о том1, что у почтенных авторов война зачастую называется справедливой не в связи с причиной, по которой она возникает, ни даже в силу величия совершенных подвигов, но ввиду некоторых особых правовых последствий. А какова подобного рода война, лучше всего можно понять из определения неприятелей у римских юристов. «Неприятелями являются те, кто нам или кому мы публично объявили войну, прочие же — разбойники и грабители». — говорит Помпоний (L. Hostes de verb. sign.). He иначе рассуждает Ульпиан: «Неприятели — это те, кому римский народ объявит публично войну или кто сам объявит воину римскому народу: прочие же называются разбойническими 'или грабительскими шайками. И оттого тот. кто захвачен разбойниками. не есть раб разбойников2; и для того нет надобности в послевоенном восстановлении мирного состояния (постлиминии). Взятый же в плен неприятелем, например германцами или парфянами. становится рабом неприятеля, и ему возвращается прежнее.состояние с восстановлением мирных отношений» (L, Hoetee D. de captivis). И юрист Павел пишет: «Захваченные морскими или иными разбойниками остаются свободными»3 (L Postliminium. 2. D. de capt.). Сюда же относится следующее место из Ульпиана: «При внутригосударственных раздорах государство, хотя оно нередко и страдает от них, тем не менее нe клонится к гибели; те, кто расходится на ту и другую партии, не становятся неприятелями, между которыми возникают права на пленных и на восстановление довоенного состояния, и оттого захваченным, проданным и затем отпущенным на волю лицам признано излишним взывать к милосердию государя с просьбой о возвращении свободы, которой они не лишились, так как не находились ни в каком плену» (L. Si quis ingenuam. I, eod, tit.).

2. Необходимо только заметить, что под римским народом, приведенным в виде примера, следует понимать всякого, кто в государстве располагает верховной властью. «Тот есть неприятель, — по словам Цицерона, — кому подвластно государство, правительственный совет, казна, на чьей стороне согласие и единодушие граждан и кто, если дело дойдет до того, полномочен выбирать между войной и миром» («Филиппики», IV).