Лекция: Война в пространствах государственности 18 страница

Революционеры использовали антихристову символику. Вот, что пишут историки о терроре в Крыму.

Перед тем, как 15 ноября 1920 года в Севастополь вошли части 51-й стрелковой дивизии под командованием В. К. Блюхера, в город въехал огромный бронеавтомобиль, вдоль корпуса которого большими красными буквами было написано «Антихрист».

Выступая 6 декабря 1920 года на совещании московского партийного актива, Ленин заявил: «Сейчас в Крыму 300 000 буржуазии. Это источник будущей спекуляции, шпионства, всякой помощи капиталистам. Но мы их не боимся. Мы говорим, что возьмем их, распределим, подчиним, переварим».

И они стали «переваривать». Для ликвидации потенциального очага сопротивления создается «особая тройка», наделенная практически ничем неограниченной властью… В состав ее вошли: член РВС Южного фронта, председатель Крымского военно-революционного комитета Бела Кун, секретарь обкома Розалия Самойловна Залкинд («Роза Землячка», которую А. И. Солженицын назвал «фурией красного террора»), а также председатель ЧК Михельсон.

По официальным советским данным в 1920 – 1921 гг. в Симферополе было расстреляно около 20 тысяч человек, в Севастополе – около 12, Феодосии – около 8, в Керчи – около 8, в Ялте – 4-5 тысяч, всего до 52 тысяч человек. Однако, по свидетельству генерала Данилова, служившего в штабе 4-й Красной Армии, в период с ноября 1920 по апрель 1921 г. в Крыму было истреблено более 80 тысяч человек.

В графе «В чем обвиняется?» следователи Особых троек без сомнений писали: «казак», «подпоручик», «чиновник военного времени», «штабс-капитан», «участник армии Врангеля» и т. п. Вслед за офицерами террор практически сразу же перекинулся на мирное население.

Официальный представитель Наркомнаца в Крыму М. Султан-Галиев писал: «…среди расстрелянных попадало очень много рабочих элементов и лиц, отставших от Врангеля с искренним и твердым решением честно служить Советской власти. Особенно большую неразборчивость в этом отношении проявили чрезвычайные органы на местах. Почти нет семейства, где бы кто-нибудь ни пострадал от этих расстрелов: у того расстрелян отец, у этого брат, у третьего сын и т. д.»

Казнили людей, которые содержались в концлагере, организованном на территории Херсонесского Свято-Владимирского монастыря, основанном в 1850 году на месте, где, согласно преданию, в 988 году крестился Святой Равноапостольный князь Владимир.

Это тоже был символ хазарского реванша.

Людей не только расстреливали и вешали, но и топили. Землячка как-то заявила: «Жалко на них тратить патроны, топить их в море».

декабря 1921 го да, спустя ровно месяц после взятия Крыма, Ю. П. Гавен пишет письмо члену Политбюро РКП(б) Н. Н. Крестинскому, о том, что, не имея сдерживающего центра, Бела Кун «превратился в гения массового террора».

«Геноцид сотен тысяч людей, поверивших обещаниям победителей и потому решивших остаться, имел такой же ритуальный характер, как и аналогичные зверства в Киеве, Харькове и Одессе, как и расстрел Царской семьи. В жертву ненасытному Молоху приносились лучшие люди Отечества. В землю уходила лучшая часть нации, ее золотой генофонд».

Троцкий был виновником чудовищных преступлений, включая самый массовый геноцид. Он организовал массовый голод в целом ряде районов. Схема была проста. Наличные продукты изымались, и контролировалось, чтобы продукты не ввозились и не производились внутри данной местности. Голодом были охвачены Украина, Дон, Поволжье. По очень заниженным оценкам, число жертв голода, организованного Троцким в 1921-1922 годах, превышало 6 миллионов человек.

В Российской империи наиболее крепкими сословиями русского народа были – крестьянство, духовенство, купечество и казачество. Именно эти сословия большевики постарались уничтожить в первую очередь. Для этого они сделали все, чтобы натравить разные части русского народа друг на друга. Я. М. Свердлов в мае 1918 года выразил это так: «Только в том случае, если мы сможем расколоть деревню на два непримиримых враждебных лагеря, если мы сможем разжечь там ту же гражданскую войну, которая… шла в городах… мы и по отношению к деревне сделаем то, что смогли сделать для городов».

Из всех сословий большевикам удалось в наименьшей степени расколоть казачество. Возможно, именно поэтому из всех сословий казачество пострадало в наибольшей степени.

Троцкий был Люцифером революции.

Особенно он гордился еще одной своей должностью: «Кроме своих официальных должностей наркома обороны и транспорта… партия поручила мне еще и антирелигиозную пропаганду».

Он стал министром по делам религий и организовал аппарат, занимавшийся пропагандой ненависти к христианам. Троцкий и его хазарское окружение сыграли главную роль в уничтожении и осквернении православных храмов и монастырей.

Во времена разгула большевистского антихристианского террора и богоборчества в нескольких исконно русских городах были установлены памятники Иуде Искариоту – предателю Христа. При открытии подобного скульптурного изображения в г. Свияжске большевики сокрушались по поводу того, что им не удалось соорудить памятник самому Люциферу (Г. Бостунич «Масонство и русская революция»).

Борьба против христианства повлекла убийства десятков тысяч священнослужителей и их семей. Из 100 тысяч дореволюционных священников в 1919 году в живых осталось всего 40 тысяч.

Отмечу, что 1919 год, равно, как и указанный ниже 1923-й, – это годы, когда правил троцкистский, а не сталинский блок.

В 1923 году в своей речи в Палате лордов английского парламента лорд Сиденхэм сказал о большевистской революции, что «уничтожение в России под еврейским руководством более 30 миллионов христиан — это наиболее ужасное преступление в истории».

«В Сухуми, – писал Троцкий, – я проводил целые дни, лежа на балконе, выходившем на море. Хотя уже стоял январь, солнце было ярким и теплым… Вдыхая морской воздух, я всем существом ощущал уверенность в своей исторической правоте…»

Историк Пол Джонсон пишет: «Троцкий, как никто другой, символизировал насилие и демоническую власть большевизма и его намерение воспламенить мир». (A History of Jews. New York. 1987).

В своей речи на съезде Коммунистического интернационала в Москве в марте 1920 года Троцкий заявил: «Кровь и беспощадность должны быть нашими лозунгами».

Троцкистский блок виновен в самых крупных и чудовищных преступлениях геноцида.

Хазарская химера проявилась в своей демонической сущности, сыны колена Данова приносили жертвы Ваалу и с жестокой беспощадностью брали реванш.

Троцкий сродни Гитлеру. Оба были заряжены на абсолютное разрушение, нигилизм. И тот и другой приносили массовые жертвы Ваалу. Троцкий – в ходе революции, Гитлер – в ходе войны. Впрочем, у них грань между войной и революцией стирается. Революция и есть форма войны, а война как форма бунта против системы государственности и есть революция. Мировая революция Троцкого продолжилась в Мировой войне Гитлера. И тот и другой в конечном итоге – люди одной и той же антисистемы, люди, как пишет Гумилев, с «негативным мироощущением», жизнеотрицающим по своей сути, которое ставит целью и идеалом уничтожение и смерть.

Не случайно поэтому Гитлер восхищался Троцким. Известно, что Гитлер прочитал книгу Троцкого «Моя жизнь» сразу же после ее выхода. Биограф Гитлера Конрад Гейден рассказывает в своей книге «Фюрер», что Гитлер в 1930 году изумил кружок своих друзей неумеренными похвалами «Моей жизни». «Блестяще! – кричал Гитлер своим собеседникам, размахивая перед ними томиком Троцкого. – Меня эта книга научила многому, и вас она может научить».

Борьба за власть между пришедшими на гребне Октября двумя группировками – государственнической (сталинской) и хазарской (троцкистской) – вспыхнула после смерти Ленина со всей ожесточенностью.

Вторая группировка действовала в лучших традициях невидимой Хазарии, то есть не только открыто, но главным образом подпольно, тайно. Сайерс и Кан в своей книге «Тайная война против Советской России» пишут: «С самого начала левая оппозиция действовала двумя путями: открыто, с публичной трибуны, в своих газетах и аудиториях оппозиционеры несли свою пропаганду в народ. За сценой же подпольные совещания Троцкого, Бухарина, Зиновьева, Радека, Пятакова и др. вырабатывали свои стратегические планы и договаривались о тактике оппозиции.

На базе этого оппозиционного движения Троцкий создал в России тайную организацию заговорщиков, построенную по «системе пятерок», которую в свое время ввел Рейли и которая применялась эсерами и другими антисоветскими заговорщиками.

К 1923 году подпольный аппарат Троцкого уже представлял собой широко разветвленную организацию. Троцким и его приверженцами были разработаны для нелегальной связи специальные коды, шифры и пароли. По всей стране были организованы подпольные типографии. Троцкистские ячейки были созданы в армии, в дипломатическом корпусе, в государственных и партийных учреждениях».

Таким образом, была создана мощная тайная сеть, которая являлась оружием Хазарии в ее борьбе против российской государственности. И эта сеть, как это было и в период революционной борьбы против Российской империи, слилась с ячейками за границей, что трансформировало троцкистский заговор в тайную войну против советского строя с привлечением всего мирового потенциала невидимой Хазарии. Сеть опять стала противодействовать иерархии российской государственности.

Организация заговора вышла за пределы России. Зимой 1921/22 года. Николай Крестинский, бывший советским послом в Германии, явился с официальным визитом к генералу Гансу фон Секту, командующему рейхсвером, который знал, что Крестинский – троцкист. Сект дал понять, что рейхсвер сочувствует целям троцкистской оппозиции.

Крестинский сообщил об этом Троцкому, и тот поручил ему предложить Секту, чтобы он оказывал «систематическую денежную субсидию для разворачивания нелегальной троцкистской работы».

У Секта запросили сумму в 250 тысяч марок золотом, на что он дал свое согласие при условии, что Троцкий передаст ему секретные и серьезные сведения военного характера. Были и другие условия, касающиеся оказания содействия в выдаче виз людям, которые засылались на территорию Советского Союза в качестве разведчиков. Таким образом, начиная с 1923 года этот договор стал выполняться.

После революции Троцкий продолжал также поддерживать самые тесные связи и с американскими банкирами. Здесь его личным посредником был нарком внешней торговли и бывший террорист, застреливший русского промышленника Савву Морозова, Лев Борисович Красин.

Утратив после смерти Ленина свою власть, Троцкий перешел в жесткую оппозицию. Для борьбы с советским руководством и советской государственностью были брошены все средства. Троцкий создает оппозиционную сеть в России и устанавливает отношения с английской разведкой. Троцкистская оппозиция подготовила путч, который в итоге провалился и заставил советские власти принять серьезные меры. В результате было арестовано и сослано руководство тайной сети, включая Каменева, Пятакова, Зиновьева и Радека.

Троцкий был исключен из большевистской партии и сослан в Алма-Ату. Ему и его семье был отведен дом, разрешено сохранить при себе несколько личных телохранителей и позволено вести переписку и принимать друзей.

Но Троцкий не прекратил свою активную подрывную деятельность.

В декабре 1928 года к Троцкому в Алма-Ату был направлен представитель советского правительства, который, как следует из книги «Моя жизнь», сказал Троцкому следующее: «Деятельность ваших политических единомышленников в стране приняла в последнее время явно контрреволюционный характер. Условия, в которые вы поставлены в Алма-Ате, дают вам возможность руководить этой деятельностью…»

От Троцкого потребовали прекратить подрывную деятельность, но он продолжал свою борьбу. Как следствие этого, его дело было рассмотрено в Москве Особым совещанием при ОГПУ. И 19 февраля 1929 года в газете «Правда» было опубликовано следующее сообщение ТАСС: «Л. Д. Троцкий за антисоветскую деятельность выслан из пределов СССР постановлением Особого совещания при ОГПУ. С ним, согласно его желанию, выехала его семья».

Исаак Маркусон в своей книге «Бурные годы» так пишет об этом этапе жизни Троцкого: «Изгнание обычно означает уход со сцены; в случае с Троцким произошло обратное. Пока Троцкий находился в пределах СССР, его можно было уподобить жалящему шершню, но и на расстоянии многих тысяч миль его жало не утратило своей остроты. Действуя издалека, он стал заклятым врагом России… Мастер демагогии, он жил в фантастической атмосфере национальных и международных заговоров, подобно герою детективного романа Е. Филипса Оппенгейма».

Черчилль в своей книге «Великие современники» написал: «Троцкий… стремится мобилизовать всех подонков Европы для борьбы с русской армией».

Американский корреспондент Джон Гюнтер после встречи с Троцким отметил, что его главная цель – «продержаться, а тем временем со всей энергией неустанно совершенствовать свою антикоммунистическую организацию за рубежом».

С тех пор антикоммунизм Троцкого стал знаменем борьбы с советской государственностью и в целом с российской государственностью. Во время «холодной войны» антикоммунизм стал синонимом антисоветизма и основой идеи антигосударственности как таковой. Все преступления Троцкого и его палачей были приписаны советскому строю, который после Троцкого, сосредоточившись на реализации идеи национальной государственности, стал ее символом.

Коммунизм в СССР утратил свою хазарскую космополитическую сущность глобальной революции для достижения глобального господства и стал олицетворять во многом прямо противоположные патриотические и государственнические идеи.

Но именно эти идеи в ходе войны против государственности, которая разгорелась в ментальном пространстве, и нужно нашим врагам уничтожить в массовом сознании народа. И с помощью пропаганды они формируют следующую цепочку суждений – коммунизм в советском варианте равен советизму. Коммунизм в советском варианте преступен, следовательно, преступен советизм и связанная с ним национальная государственность.

Чтобы дискредитировать в сознании людей идею национальной государственности, Запад запускает огромную пропагандистскую машину, которая призвана оказывать мощное психологическое и политическое давление с целью заставить наших людей испытывать чувство стыда и отвращения к любому ее проявлению.

И вот с высоких трибун звучат обличительные лукавые речи сынов колена Данова, обличающих всех тех, кто им противостоит в их же собственных преступлениях, совершенных всеми теми, кто организовывал, финансировал и осуществлял революцию в России.

В июне 2007 года в Вашингтоне состоялась торжественная церемония открытия «Памятника жертвам коммунизма». Как сообщили СМИ, на ней присутствовало около тысячи человек, включая членов президентской администрации и депутатов конгресса США, а также иностранных дипломатов и видных политических деятелей.

«Памятник жертвам коммунизма» возведен в Вашингтоне в соответствии с законом конгресса США, принятым в первоначальной редакции в 1993 году, а затем в новом варианте в 2005 году.

В преамбуле к закону говорится: «Коммунизм уничтожил более 100 миллионов человек менее чем за 100 лет». И далее подчеркивается, что «для народа США важно помнить и чтить память жертв коммунизма».

Созданием мемориала занимался сформированный в 1994 году распоряжением Конгресса США Фонд памяти жертв коммунизма (Victims of Comunism Memorial Foundation). Почетным председателем фонда стал Буш-старший.

Сообщается, что в мемориальный комплекс, занимающий 900 кв. метров, который находится в центре Вашингтона, входит площадь с размещенной в ее центре статуей, символизирующей демократию, и информационной табличкой с «историческими пояснениями».

На церемонии открытия «Памятника жертвам коммунизма» президент США Джордж Буш заявил: «До сих пор в столице нашей страны не было памятника жертвам имперского коммунизма – идеологии, которая, по оценкам, унесла жизни 100 миллионов невинных мужчин, женщин и детей». Буш напомнил, что Владимир Ленин «уничтожил сотни тысяч казаков».

Остановимся на этом обвинении. Американские неоконсерваторы, которые определяют нынешний политический и военный курс Вашингтона, связаны с троцкизмом. И те, кто писал речь Бушу, определенно знали, кто действительно, виновен в геноциде казачества. Поименно, персонально.

Именно по настоянию Льва Троцкого ЦК РКП (б) в 1919 году принял резолюцию, подписанную Яковом Свердловым, «О полном уничтожении казаков». Тогда их насчитывалось 11 миллионов.

При этом Троцкий писал: «Казаки – единственная часть русской нации, способная к самоорганизации. По этой причине они должны быть уничтожены поголовно». «Это своего рода зоологическая среда, и не более того. Стомиллионный русский пролетариат даже с точки зрения нравственности не имеет здесь права на какое-то великодушие. Очистительное пламя должно пройти по всему Дону и на всех них навести страх и почти религиозный ужас. Старое казачество должно быть сожжено в пламени социальной революции… Пусть последние их остатки, словно евангельские свиньи, будут сброшены в Черное море…»

Итак, в 1918 году большевики развернули против казаков настоящий террор, оформленный законодательно. Казакам надлежало, как выразился Троцкий, «устроить Карфаген».

Истинным мотивом конфликта Троцкого со Сталиным был вовсе не вопрос о военных специалистах, а вопрос о тотальном уничтожении казачества целыми селами вместе с женщинами и детьми.

Сам Троцкий объясняет причину конфликта так. «Я считаю покровительство Сталина царицынскому течению опаснейшей язвой хуже всякой измены и предательства военных специалистов… Троцкий».

Эта «измена» заключалась в том, что член Реввоенсовета Южного фронта Сталин был против геноцида казаков, против тактики выжженной земли, и его поддерживал командарм Ворошилов.

Троцкий возмущен: «Оппозиция Ворошилова, за спиной которого по прежнему стоял Сталин, делала эту работу (геноцид) совершенно невозможной. 10 января 1919 года я передаю тогдашнему председателю Якову Свердлову со станции Грязи: «Заявляю в категорической форме, что царицынская линия, приведшая к полному распаду царицынской армии, на Украине допущена быть не может. Линия Сталина, Ворошилова и К. означает гибель всего дела. Троцкий».

Военная оппозиция, о которой говорит Троцкий, была против геноцида гражданского населения, который Троцкий объявил своим делом.

В своей книге «Тайная война против Советской России» М. Сейерс и А. Кан приводят ряд фактов, свидетельствующих о разрушительной роли, которую сыграл Троцкий и его блок в отношении советской государственности.

Так, находясь за границей, Троцкий пишет письмо в Россию своим соратникам, где излагает план действий оппозиции и ставит три задачи:

. «использовать все возможные средства для свержения Сталина и его сторонников», что означало террор в масштабах страны.

. «объединить все антисталинские силы», что означало сотрудничество с иностранной разведкой и вреждебными СССР иностранными державами.

. «противодействовать всем мероприятиям советского правительства и партии, особенно в экономической области», что означало повсеместные диверсии и вредительство.

«К осени 1934 года троцкистские террористические группы действовали по всему Советскому Союзу. На Украине и в Белоруссии, в Грузии и Армении, в Узбекистане, Азербайджане и в Приморской области на Дальнем Востоке в террористический аппарат вербовались фашисты и антисоветски настроенные националисты. Во многих местах операциями этих групп непосредственно руководили нацистские и японские агенты.

Был составлен список советских вождей, которых намечалось убить. Во главе списка стояло имя Иосифа Сталина. Далее следовали имена Климента Ворошилова, Вячеслава Молотова, Сергея Кирова, Лазаря Кагановича, Андрея Жданова, Вячеслава Менжинского, Максима Горького и Валериана Куйбышева».

Троцкий неоднократно заявлял, что его главной задачей является убийство Сталина.

Троцкисты в России действовали в сотрудничестве с немецким агентом – инженером Францем Вайцем, работавшим в Советском Союзе по заданию начальника гестапо Генриха Гиммлера. Вайц во взаимодействии с троцкистами должен был организовать кампанию шпионажа и террористические акты.

Известно, что Альфред Розенберг, бывший эмигрант из Ревеля, первым установил от имени нацистов тайные отношения со Львом Троцким. Эти отношения закрепил Рудольф Гесс, заместитель Гитлера…

Троцкий в связи с этим сказал члену троцкистского блока Крестинскому, который был заместителем народного комиссара по иностранным делам: «Гитлеру нужны колонии, территории, а не только шпионская информация. И он готов вместо колоний, за которые надо драться с Англией, Америкой и Францией, удовлетвориться территорией Советского Союза. А нам нужны не 250 тысяч золотых марок, нам нужны германские вооруженные силы для того, чтобы при их помощи прийти к власти, и в этом направлении нужно вести работу… Прежде всего необходимо достигнуть соглашения с германским правительством».

Троцкий также сказал Крестинскому: «Но ведь если даже произойдет нападение, скажем, Германии на Советский Союз, это еще не даст возможности захватить аппарат власти, если у нас не будут подготовлены известные внутренние силы… Необходимо иметь оплот и в городе, и в деревне, у мелкой буржуазии и у кулаков, а там связи имеют главным образом правые. Необходимо иметь наконец опору, организацию в Красной армии, среди командиров, чтобы соединенными усилиями в нужный момент захватить важнейшие пункты и прийти к власти, заменить нынешнее правительство, которое должно быть арестовано, и посадить на его место свое собственное правительство, заранее подготовленное».

Вернувшись в Россию, Крестинский должен был установить контакт с генералом Тухачевским, заместителем начальника штаба Красной армии, которого Троцкий охарактеризовал как «человека бонапартистского типа, авантюриста, честолюбца, стремящегося играть не только военную, но и военно-политическую роль, который, несомненно, с нами пойдет».

Кроме того, Троцкий пишет письмо Радеку в Россию, который впоследствии сообщил следующее о содержании этого письма: «Троцкий ставил вопрос так: приход к власти фашизма в Германии коренным образом меняет всю обстановку. Он означает войну в ближайшей перспективе, войну неизбежную, тем более что одновременно обостряется положение на Дальнем Востоке. Троцкий не сомневается, что эта война приведет к поражению Советского Союза. Это поражение, писал он, создаст реальную обстановку для прихода к власти блока…

Троцкий указал в этом письме, что он установил контакт с неким дальневосточным и неким среднеевропейским государствами и что официозным кругам этих государств он открыто сказал, что блок стоит на почве сделки с ними и готов на значительные уступки и экономического, и территориального характера».

Поклонником Гитлера был тайный член троцкистского блока Генрих Ягода, ставший в мае 1934 года председателем ОГПУ. Ягода, мечтавший стать русским Гитлером, прочитав «Майн Кампф», признавался своему секретарю Павлу Буланову: «Это действительно стоящая книга».

Убийство Кирова было только одним из многих убийств, осуществленных троцкистским блоком при прямом участии Генриха Ягоды.

«Ягода готов был воспользоваться переговорами Троцкого с Германией и Японией. Вооруженный переворот, по словам Ягоды, должен был быть приурочен к началу войны против Советского Союза».

Ягода говорил Буланову: «Для осуществления этого переворота нужны будут все средства: и вооруженное выступление, и провокация, и даже яды… Иногда бывают моменты, когда нужно действовать медленно и чрезвычайно осторожно, а бывают моменты, когда нужно действовать и быстро, и внезапно».

В 30-е годы троцкистский блок в союзе с немецкими и японскими агентами начал систематическую кампанию террора и саботажа против советского государства, прежде всего промышленности и земледелия. Целью был подрыв советской обороны в преддверии надвигающейся войны.

На секретном собрании троцкистского блока в Москве заместитель народного комиссара тяжелой промышленности троцкист Пятаков говорил: «Надо действовать энергично и настойчиво, не останавливаясь ни перед какими средствами. Все средства необходимы и хороши – это директива Троцкого, которую разделяет троцкистский центр».

В конце 1935 года Троцкий переправил в Москву Карлу Радеку письмо, в котором было написано, что «диверсионные акты троцкистов в военной промышленности» должны будут совершаться под прямым «наблюдением немецкого и японского верховных командований».

Троцкий заключил с нацистами соглашение, состоявшее из пяти пунктов, где излагались обязательства Троцкого в обмен на обещание Германии поставить троцкистов у власти в России:

. Гарантировать необходимое сотрудничество с германским правительством.

. Согласиться на территориальные уступки.

. Допустить германских предпринимателей к эксплуатации сырьевых предприятий в СССР (речь шла о железной руде, марганце, нефти, золоте, лесе и т.п.).

. Создать в СССР условия, благоприятные для деятельности германских частных предприятий.

. Провести во время войны по согласованию с германским генштабом диверсионные операции на военных предприятиях и на фронте.

Троцкий в одной из бесед с Пятаковым изложил свою доктрину: «Если мы упустим случай, возникнет двоякая опасность: с одной стороны – опасность полной ликвидации троцкизма в стране, а с другой – та опасность, что сталинское государство будет существовать десятилетия, опираясь на некоторые экономические достижения, и в особенности на молодые новые кадры, которые выросли и воспитаны так, что считают это государство чем-то само собой разумеющимся и смотрят на него как на советское социалистическое государство. Наша задача противопоставить себя этому государству.

…Было время, когда мы, социал-демократы, считали развитие капитализма явлением положительным и прогрессивным… Но у нас были и другие задачи, а именно – организовать борьбу против капитализма, взрастить его могильщиков. Так и теперь мы должны идти на службу сталинскому государству, но не для того, чтобы помогать его строительству, а для того, чтобы стать его могильщиками. Вот в чем наша задача».

По сути своей борьба государственнического блока Сталина против антигосударственнического блока Троцкого была самой настоящей войной за освобождение от хазарского нашествия и оккупации.

О том, что это была именно война с иностранными интервентами и оккупантами, а не просто политический конфликт двух пришедших на гребне Октября группировок, подтверждает и Ариадна Тыркова-Вильямс, по национальности еврейка, которая в своей выпущенной в 1919 году книге воспоминаний «От Свободы до Брест-Литовска» свидетельствует: «Очень немного русских среди большевистских кукловодов. Никто из них не занимал видного положения при старом строе. Кроме очевидных иностранцев большевики привезли много реэмигрантов, которые многие годы жили за границей. Некоторые из них вообще никогда прежде в России не были. Особенно много евреев. Они ужасно говорят по-русски. Нация, которую они захватили, совсем им чужда, и они ведут себя как захватчики. На протяжении всей революции, и в частности в большевизме, евреи занимают руководящее положение. Это весьма интересный феномен. Вы посмотрите, кто был выбран в первых Советах? – Либер, Дан и Гоц, а во вторых еще более».

Это была настоящая мировая война не только по своим целям, масштабам и субъектам ее ведения (с одной стороны Россия, с другой – глобальная невидимая Хазария), но и по колоссальным потерям, которые по численности своей могут быть только следствием тотальной войны.

Ни в одной из мировых войн Россия не несла такие потери, какие она понесла в результате революции. Это была война против хазарской антисистемы, рвущейся к реваншу через чудовищные преступления. Весь наш народ оказался под угрозой полного уничтожения.

Именно по этой армии невидимой Хазарии и был нанесен первый сталинский удар. Если бы его не было, то не было бы и других десяти ударов, обеспечивших победу в Великой Отечественной войне. В этом смысле Сталин продолжил поход Святослава Храброго.

И эта победа сталинской гвардии на поле русско-хазарской брани должна рассматриваться как акт обороны, защиты собственного населения, как акт освобождения в беспощадной войне, которую вел агрессор. Эта победа должна рассматриваться как акт возмездия за геноцид казачества, за организованный голодомор, за расстрел полутора тысяч Кронштадтских моряков, поверивших большевикам. «За расстрелы тысяч крестьян Тамбовщины и Сибири, за массовые убийства священнослужителей Русской Православной Церкви, за зверское убийство Русского Царя и всей его семьи», за гибель десятков миллионов людей, ставших жертвами этого чудовищного нашествия невидимой Хазарии.

В гибели этих людей виноваты и те американские банкиры, которые финансировали революцию, финансировали и готовили хазарское войско. Именно они были главнокомандующими этого войска головорезов. И потому очень символично, что памятник жертвам коммунизма воздвигнут на американской земле как вечное обвинение режиму США, который находится под хазарским контролем.

Ариель Шарон в свое время сделал четкое заявление по поводу этого контроля США со стороны Израиля: «Я хочу сказать вам одну ясную мысль – не беспокойтесь об американском давлении на Израиль. Мы, евреи, контролируем Америку, и американцы знают это».