Реферат: Экономические аспекты глобальных проблем
Сергиево-Посадскаягимназия №5
/>
Реферат по экономике на тему:
“ Экономическиеаспекты глобальных проблем”.
работувыполнил:
руководительгруппы: ______________________
СергиевПосад
1999год
ПЛ А Н:
ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ ПРОБЛЕМА ВСОВРЕМЕННОМ МИРЕ… 3
МАСШТАБЫ ГОЛОДА И НЕДОЕДАНИЯ КАКПРОБЛЕМА… 3
КОНЦЕПТУАЛЬНЫЙ АСПЕКТ ПРОБЛЕМЫ… 6
РОССИЯ: ОТ ПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ ПРОБЛЕМЫСОЦИАЛИЗМА К ПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ ПРОБЛЕМЕ КАПИТАЛИЗМА… 9
ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ ИНАЦИОНАЛЬНЫЕ ГОСУДАРСТВА 12
ГЛОБАЛЬНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА ИЭКОНОМИКА: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ПРОБЛЕМЫ… 23
ПРИЧИНЫ ИЗМЕНЕНИЯ КЛИМАТА… 24
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ИЗМЕНЕНИЯКЛИМАТА… 27
Сельское хозяйство… 27
Повышение уровня моря… 28
Лесное хозяйство… 28
Водоснабжение… 28
Затраты на поддержание комфортнойтемпературы в зданиях… 28
Страхование… 28
Туризм… 28
Здравоохранение… 28
Загрязнение воды и воздуха… 29
Миграция населения… 29
Потери, связанные с ущербом вэкосистеме… 29
ЗАКЛЮЧЕНИЕ… 30
ПРОДОВОЛЬСТВЕННАЯ ПРОБЛЕМАВ СОВРЕМЕННОМ МИРЕ
© 1999г. Е. Ковалев[1]
«В поте лица будешь есть хлеб...»
«Библия». Бытие 3
«В мире есть царь: этот царь
беспощаден.
Голод названье ему.
Водит он армии; в море судами
Правит; в артели сгоняет людей.
Ходит за плугом, стоит за плечами
Каменотесов, ткачей».
Н. А. Некрасов. Железная дорога
На пороге третьеготысячелетия мировое сообщество старается заглянуть в будущее, уделяя особоевнимание нерешенным задачам, среди которых немаловажное место принадлежитпродовольственной проблеме. В конечном счете перспективы ее решения определяютсяразвитием производительных сил в сельском хозяйстве.
Продовольственнаяпроблема родилась одновременно с появлением рода человеческого и по мере егоразвития меняла свои черты и масштабы, превратившись во второй половине XX в.в мировую, планетарную.
Человечество овладеломногими секретами природы, поставило себе на службу энергию атома, биотехнологию,вышло в космос. Могучие производительные силы развились и в сельском хозяйстве,но продовольственная проблема осталась нерешенной и, более того, обретает большиемасштабы по мере роста численности населения Земли. За ее кажущейся простотойскрывается сложный биологический, экономический, социальный и политическийфеномен, который, несмотря на огромное количество концепций, подходов ирецептов решения, все еще, кажется, не осознан до конца. Сложность,многогранность и противоречивость проблемы порождают немало споров о ееприроде и путях решения, в которых иногда правы или не правы все.
В широком смысле кпродовольственной проблеме обычно относят производство, распределение, обмени потребление продовольствия в мире и в отдельных странах. Может быть, поэтомуее называют иногда политэкономией продовольствия. В узком смысле продовольственнаяпроблема — это обеспечение продуктами питания населения, его различных классови социальных групп.
Среди многих аспектов мировой продовольственнойпроблемы один из наиболее важных — вопрос о том, как и в какой степени можнообеспечить продовольствием человечество. А в более узком понимании — вопрос отом, в какой степени и в каких формах распространены в мире голод и недоеданиеи в состоянии ли человечество покончить с ними в обозримом будущем.
Хотя продовольственная проблема и развитиесельскохозяйственного производства в каждом регионе или стране тесно связанымежду собой, между ними нельзя поставить знак равенства. В определенном смыслеможно сказать, что собственно продовольственная проблема (или продовольственнаяпроблема в узком смысле) зависит больше от общего уровня и характера экономическогои политического развития той или иной страны, чем непосредственно от развитияее сельского хозяйства.
МАСШТАБЫ ГОЛОДА ИНЕДОЕДАНИЯ КАК ПРОБЛЕМАНа протяжении второйполовины XX в., несмотря на регулярно чередующиеся, почти циклические взлетыи падения мирового производства продовольствия, можно наблюдать медленноеулучшение мирового продовольственного положения. Однако эта долговременнаятенденция проявляется лишь в конечном счете: два региона — Южная Азия и Африкак югу от Сахары — испытывают хроническую нехватку продовольствия, которая принеблагоприятных климатических условиях — задержке периода муссонных дождей,засухе, наводнениях и т.д. превращается в массовый голод миллионов, как этобыло, например, в странах Сахеля и в Эфиопии в 1973, 1983-1984 и 1991 гг.
По масштабам голодаАфрика, где производство продовольствия на душу населения фактически неувеличивается (а по некоторым данным, даже сокращается), не знает себе равных вмире. Но голод не обходит и другие регионы и страны. В настоящее время мы являемсясвидетелями массового, продолжающегося уже более двух лет голода в СевернойКорее, где, по оценкам, уже умерли сотни тысяч человек.
На наш взгляд, именнопродовольственная проблема в узком смысле заслуживает особого внимания. В товремя как собственно сельскохозяйственное производство тщательно изучается настрановом и международном уровне, данные о численности голодающих и недоедающихлибо скрываются национальными статистическими органами из политическихсоображений, либо, напротив, завышаются ими для получения большейпродовольственной помощи. Очевидно, что для эффективной борьбы с голодом это явлениенеобходимо тщательно изучить.
Массовый голод,связанный с резкими, но временными нарушениями «нормальных» климатическихусловий в каком-то регионе или стране, охватывает миллионы людей и уносит сотнитысяч жизней. Одновременно существует перманентный, «хронический»голод различной степени остроты, который охватывает, по разным оценкам, околомиллиарда или более человек. Масштабы голода были многократно рассмотрены ипроанализированы в научной и публицистической литературе — российской и зарубежной.
Следует отметить, чтоподавляющее большинство сведений, используемых даже в научных публикациях,являются оценками, полученными на базе данных о числе заболеваний и смертей,превышающих «естественную» норму для данной страны или региона. Вряде случаев трудно даже установить это число, поскольку во многих наименееразвитых странах такая статистика ведется крайне плохо. В еще меньшей степениэто возможно по отношению к хроническому голоду, поскольку в научной имеждународной статистике обычно отсутствуют бесспорно достоверные данные о числефактически голодающих или недоедающих.
Это объясняется рядомпричин. Во-первых, в принципе до сих пор не разработаны какие-то единые длявсего мира нормы потребления продовольствия, соответствующие медицинскимстандартам или рекомендациям (во всяком случае ныне они существенно различаютсяпо странам и регионам). Во-вторых, хотя относительно легко подсчитать среднеепотребление в той или иной стране на основе данных о ее продовольственныхресурсах и численности населения, очень трудно найти и рассчитать фактическоепотребление по отдельным категориям потребителей. В-третьих, если использоватьдля таких подсчетов опросы и анкеты, нельзя забывать об их выборочном характереи значительной дозе субъективности в каждом ответе. В-четвертых, многиенедоедающие об этом даже не догадываются, поскольку распространенныетрадиционные рационы часто не соответствуют реалиям современного общества.Поэтому обычно число голодных и недопотребляющих в мире является оценкой,базирующейся на более достоверных и доступных данных о числе лиц сопределенным душевным доходом, лежащим ниже минимального прожиточного уровня.
Мне неоднократноприходилось возвращаться в своей научной работе к продовольственной проблемечерез различные, иногда довольно продолжительные промежутки времени. И каждыйраз я с удивлением обнаруживал, что новые поколения исследователей начиналисвой анализ почти с прежних позиций, используя почти те же подходы и оценки,что их предшественники. Это в определенной степени повышает сопоставимость результатовисследований, но делает более трудной задачу продвижения вперед, затрудняявыход за пределы привычных трафаретов.
Чтобы получитьпредставление об эволюции продовольственной проблемы во второй половине XX в.,приведем две оценки продовольственного положения в мире, разделенные периодомпримерно в 40 лет. Первая принадлежит известному бразильскому ученому Жозе деКастро, который в 1952 г. опубликовал книгу «Геополитика голода».Эта книга вскоре была переведена на русский язык и стала настольной для трехпоколений советских ученых, специализировавшихся на изучении аграрнойпроблематики и продовольственной проблемы в мире. Кстати сказать, в русскомпереводе она называлась «География голода», что в значительной мереоставляло за кадром политический характер продовольственной проблемы. Ноиного и нельзя было ожидать, ведь в то время геополитика в СССР считалась лженаукой.
В этой книге автортак оценивал послевоенную продовольственную ситуацию в мире: «Труднообъяснить и еще труднее понять тот поразительный факт, что человек, претендующийна превосходство над другими живыми существами, одержавший столько побед вборьбе с силами природы, провозгласивший себя ее господином, так и не добилсярешающего успеха в борьбе за собственные средства к существованию. Достаточносказать, что после длительного периода времени, измеряемого несколькими сотнямитысяч лет борьбы, выявляется, что в настоящее время, согласно строгим научнымнаблюдениям, около двух третей населения мира существуют в условияхпостоянного голода, что около полутора миллиардов человеческих существ нерасполагают средствами, чтобы вырваться из тисков самого страшного из всехсоциальных зол»[2].
Такова мрачнаякартина голода и недоедания продовольствия на земле в середине XX в., созданнаяодним из ярчайших представителей антимальтузианского, оптимистическогонаправления в изучении продовольственной проблемы. Насколько измениласьситуация к концу века?
Чтобы ответить наэтот вопрос, воспользуемся результатами многолетних исследований так называемойМировой программы по борьбе с голодом, в которой участвовали многие ведущиеученые почти из всех стран мира. В концентрированном виде они были опубликованыв документе, известном как «Декларация Белладжио» (в этомитальянском курортном городке в конце 1989 г. состоялась международная неправительственнаяконференция по борьбе с голодом[3]).
В этой декларациипродовольственная ситуация в мире к концу 90-х годов, прежде всего распространениеголода и недоедания, характеризовалась следующими показателями: 1) миллиардлюдей на земле не обладает денежными средствами, достаточными для приобретенияпродовольствия, обеспечивающего нормальную работоспособность; 2) половина изних слишком бедны даже для покупки продовольствия, поддерживающего минимальнуюжизненную активность; 3) один ребенок из шести рождающихся на земле веситменьше, чем необходимо для нормального развития, каждый третий не набирает нормальноговеса к 5 годам; 4) сотни миллионов людей страдают от анемии, базедовой болезнии асимметричности зрения из-за потребления пищи, не содержащей необходимогоколичества железа, йода или витамина А[4].
Как видим,продовольственная ситуация в мире на начало XX в. оставалась крайне серьезной.Но если сравнивать с тем, как она охарактеризована Жозе де Кастро в серединевека, создается впечатление значительного улучшения. По крайней мере числонедоедающих уменьшилось на полмиллиарда человек, в то время как само населениеЗемли увеличилось в течение второй половины века вдвое.
Следует, однако,учитывать то обстоятельство, что оценка Жозе де Кастро основывалась на данныхстатистики ФАО 1946 г., когда весь мир и особенно Европа и Азия все еще неоправились от Второй мировой войны. Например, в Германии среднее ежедневное потреблениепродовольствия на душу населения составляло всего 2 тыс. ккал. Следовательно,значительная часть отмеченного улучшения, особенно в Европе и Азии, приходитсяна восстановление нормального продовольственного потребления, соответствующегодостигнутому уровню экономического развития. Таким образом, реальноепоступательное движение было менее значительным, чем это кажется на первыйвзгляд.
Несмотря на развертывание научно-техническойреволюции в мире в этот период и резкое увеличение производственногопотенциала, в том числе и в земледелии, человечество не смогло ликвидировать голоди обеспечить все права на нормальное, сбалансированное питание, провозглашенноерядом международных документов. В частности, в 1966 г. Генеральная АссамблеяООН приняла «Международный договор об экономических, социальных икультурных правах людей», среди которых фигурировало и право на свободу отголода. Увы, и сегодня, более чем через тридцать лет, голод все еще остаетсяуделом одной пятой населения Земли.
Большой вклад визучение проблемы права людей на свободу от голода внесли западные и особенноамериканские ученые. Известная исследовательница, президент американскойМировой программы по борьбе с голодом, Элен Мессер насчитала восемь международныхконференций, на которых провозглашалось это право. Несмотря на твердую уверенностьв его справедливости и реализуемости, исследовательница вынуждена была признать,что на практике оно не осуществляется или осуществляется в недостаточной степени,особенно в развивающихся странах. Ее анализ останавливается перед проблемой(на наш взгляд, наиболее важной) причин этого. Причины же непосредственносвязаны с глубинными политэкономическими факторами. Для их выяснениянеобходимо еще раз взглянуть на характер самой продовольственной проблемысовременного мира.
КОНЦЕПТУАЛЬНЫЙ АСПЕКТПРОБЛЕМЫКак ни странно, нопуть к более полному и адекватному пониманию проблемы все еще проходит в значительнойстепени в концептуальной сфере через выяснение и четкое установление рядабазовых понятий.
Голод и недоедание посути своей являются физическими явлениями, выражающимися в недостаточномпотреблении (по сравнению с так называемыми медицинскими, или средними дляданной страны или региона нормами) продуктов питания. Они могут быть измереныколичеством реально потребленных или не потребленных тем или иным конкретнымчеловеком или некоей среднестатистической «душой» калорий, белков,жиров, углеводов и микроэлементов, соотнесенных с их нормативным потреблением.
Но в человеческомобществе голод и недоедание неизбежно обретают социально-экономическую природу,социально-экономическое выражение, или, правильнее сказать, имеют свою социально-экономическуюсторону. Она обычно характеризуется таким понятием как бедность, то естьотсутствие достаточных доходов (или перерыв в их получении), которые можнопотратить на продукты питания. Забвение этой двойственной природы голода инедоедания в обществе, отрыв физиологической стороны от социальной ведет квольному или невольному смешению понятий и затрудняет понимание проблемы.
В уже упомянутой«Декларации Белладжио», с одной стороны, говорится о физическойприроде и последствиях голода и недоедания, с другой -подчеркивается социально-экономическийхарактер явления, указывается, что голодающие и недоедающие — это бедняки, неимеющие достаточных средств.
Данные, которыеприводятся в «Декларации Белладжио», широко используются в международномнаучном обороте. Иногда их называют «кочующими» цифрами. Они основаныглавным образом на анализе и обобщении страновой статистики национальногодохода и его распределения по группам населения. Для их получения былопределен некоторый минимум дохода на душу населения в мире в целом, обеспечивающийпитанием, достаточным для нормальной жизнедеятельности и работы. Люди, доходкоторых ниже этого минимума, считаются страдающими от голода разной степениостроты. Такой минимальный уровень дохода Мировой банк определил в 370 долл.на душу населения в год. Число людей с меньшим годовым доходом составило вразвивающихся странах, по расчетам того же банка, в 1985 г. 1.12 млрд.человек. Людей, получающих на душу в год 275 долл. и менее, то есть крайнебедных, страдающих от сильного голода, во всех развивающихся странах насчитывалось633 млн.
Альтернативныйподсчет, осуществленный Международным институтом по исследованию продовольственнойполитики (Вашингтон, США) по собственной методологии и использующий болеенизкий уровень минимального дохода на душу населения, определяет числоголодающих в развивающихся странах в 1990 г. на уровне 700 млн. человек[5].
Подобные подсчеты взначительной степени отражают отсутствие или трудности получения данных оголодающих. Однако само использование показателя дохода на душу населенияозначает уже признание социально-экономической природы голода.
Голод есть физическое,или, как иногда говорят, медицинское выражение бедности. Как хроническоеявление и как характерная черта человеческого общества он порожден низкимидоходами одной пятой человечества, то есть в конечном счете разрывом вдоходах, характерным для существующей системы производства и распределения в обществе.
Чисто биологическиголод и недоедание измеряются в иных показателях, которые также являются взначительной степени условными, хотя и опираются на медицински установленныенормы. Существует несколько дифференцированных оценок норм потребления, которыеих создателями и сторонниками считаются оптимальными. Наиболеераспространенной и признанной считается норма (главным образом дляиндустриально развитых стран) в 2800-3000 ккал в день при 90 г белка, изкоторых не менее половины должны быть животными. Известна и другая норма, равная2600 ккал в день при 70 г белка. В некоторых развивающихся странах (например вИндии) используются еще более низкие расчетные нормы. Всех, кто потребляеткалорий и белков меньше нормы, можно считать недоедающими.
Использование врасчетах более низких норм дает немедленное снижение числа голодных и недоедающих,что занижает или маскирует общие масштабы голода в тех или иных странах и регионахили даже в мире в целом. Наличие средних расчетных норм питания, с однойстороны, позволяет получить представление о степени удовлетворенияпотребностей в продовольствии населения планеты, регионов и отдельных стран,но, с другой, оставляет в тени все многообразие составляющихпродовольственного рациона. Использование разных средних норм потребления наоснове разной методики подсчетов и разной ее аргументации создает обманчивуювидимость возможности простого технократического решения проблемы.
Отсюда упрощенныерецепты решения продовольственного вопроса или его отдельных аспектов.Например, уже упомянутая «Декларация Белладжио» считает, что вполнедостижимо в короткое время (1) покончить со смертностью от голода, (2)избавить от голода половину бедных семей, (3) уменьшить в два раза недоеданиематерей и малых детей, (4) устранить недостаток йода и витамина А в рационах.Причем последнее должно быть достигнуто путем простого добавления к пищехимически чистых йода и витамина.
Нерешенностьпродовольственной проблемы и, видимо, даже ее неразрешимость в современном миренаводят на мысль, что либо наука все еще не до конца исследовала продовольственнуюпроблему и не раскрыла всех причин голода, либо в самой основе нашейцивилизации содержатся какие-то внутренние, глубинные преграды ее решения.Если последнее верно, то возникает естественный вопрос о природе таких прегради характере их воздействия на рассматриваемую проблему.
Путь к решению этой загадки лежит, как нам кажется,через признание факта: то, что мы называем мировой продовольственнойпроблемой, в действительности является сочетанием гетерогенных или дажеспецифических продовольственных проблем, каждая из которых имеет своюсобственную внутреннюю природу, структуру и внешние проявления и может бытьрешена лишь своим специфическим путем.
Продвигаясь по этомупути, мы можем выделить по крайней мере пять основных составляющих мировойпродовольственной проблемы. Не претендуя на исчерпывающую характеристику,попытаемся обозначить наиболее существенные стороны каждой из них.
1. Медицинское, илифизическое измерение продовольственной проблемы. Оно стоит особняком средиостальных составляющих как неформационное, не обусловленное существующими илисуществовавшими общественно-экономическими формациями, а выражающее продовольственнуюпроблему через отношение имеющихся продовольственных ресурсов или способностиих произвести к численности населения Земли, региона или страны.
Иногда этосоотношение называют биномом Мальтуса, по имени английского ученого, которыйвпервые сопоставил оба показателя. Сто предполагает, что национальные правительства,международные организации или механизмы вполне способны контролировать ирегулировать производство, распределение и потребление продовольствия в любыхсоциально-экономических условиях. Под давлением глобализационных тенденциймирового развития это измерение продовольственной проблемы вырастает в глобальнуюпроблему, которую предстоит решать будущему мировому сообществу. По своемузначению она заслуживает особого внимания и тщательного рассмотрения.
2. Продовольственнаяпроблема феодализма. Она все еще существует кое-где в мире в виде пережитков.Для этой проблемы характерна дифференциация производства и распределения междукрестьянами и латифундистами (помещиками), тесно связанная и обусловленнаяотношениями личной зависимости. В Эфиопии, например, почти каждый неурожай ивызванный им голод до 1974 г. (свержение негуса Хайле Селассие) приводил кросту числа людей, находящихся в состоянии личной зависимости.
3. Продовольственнаяпроблема капитализма. Для нее характерны две основные черты – высокаядифференциация в распределении и потреблении продовольствия (в наиболееразвитых странах главным образом по качеству и составу рациона) ифункциональная роль голода или нехватки продовольствия как фактора принужденияк труду, особенно тяжелому или не пристижному. Возможно, именно эта роль голодаи недоедания в экономическом процессе и служит главной причиной нерешенностисовременной продовольственной проблемы. В известном смысле можно сказать, чтоликвидировать голод и недоедание — то же самое, что ликвидировать безработицу.И сколько бы законодатели ни провозглашали право на труд, рыночная экономикане может функционировать без определенной, хотя, быть может, и низведенной государствомблагосостояния до относительно низкого уровня безработицы.
В большой степенифункция принуждения к труду характерна также и для феодализма и социализма, нов этих формациях несколько смягчена или компенсирована патернализмом, в товремя как в капиталистическом обществе эта функция голода и недоедания впрошлом выступала в своей открытой, обнаженной форме. Государство в западныхстранах создало ряд эффективных и гибких противовесов свободному действию этойфункции голода и недоедания, но не смогло (а может быть и не ставило целью)устранить ее.
Более того, по меревозрастания масштабов компенсирующей деятельности государства, как правило,снижается эффективность национальной экономики (например Швеции) и государствопод давлением конкуренции тех стран, где система социальной защиты менееразвита, вынуждено ослаблять меры по поддержанию наиболее бедных слоев. Голоди недоедание до сих пор может быть даже больше, чем неудовлетворенность другихпотребностей, все еще играют важную функциональную роль в капиталистическом воспроизводственномпроцессе.
4. Продовольственнаяпроблема социализма. Имеет свои собственные характерные черты: жесткоегосударственное регулирование и контроль над производством и распределениемпродовольствия, уравнительное распределение, возрастающий дефицит, систематическоеисчезновение из продажи то одного, то другого вида продовольствия.
Средние показатели потребления были относительновысокими по сравнению с уровнем экономического развития Советского Союза, номагазины пустели с каждым годом. Огромные очереди и продажа из-под прилавкастали обычным явлением; постоянный дефицит продовольствия послужил одним изфакторов, способствовавших увяданию и гибели социализма в СССР и другихгосударствах. Такая ситуация с продовольственным обеспечением была не толькопрямым результатом политического и экономического волюнтаризма господствующейэлиты, но в еще большей степени проистекала из самой глубинной природысоциализма, который отвергал рыночные отношения и стимулы.
5. Продовольственнаяпроблема в развивающихся странах. Представляет собой смесь черт продовольственнойпроблемы капитализма и предкапиталистических формаций и может быть понятапрежде всего как проблема переходных обществ.
Таблица 1. Среднее потреблениепродовольствия в России до и после либерализации цен (кг в год на человекасогласно выборочному обследованию Института питания РАМН)
1989 г. 1991 г. 1992 г. 1993 г. Хлеб и хлебопродукты (включая макароны в эквиваленте муки) 98 98 104 109 в том числе пшеничный 68.7 73.0 71.5 70.5 ржаной 23.6 24.7 26.7 26.7 Картофель 94 98 107 118 Овощи 91 87 83 74 Фрукты и ягоды 41 37 34 37 Сахар и сладости в эквиваленте сахара 33 29 28 33 в том числе сахар 20.8 17.5 17.3 21.6 Мясопродукты в эквиваленте мяса 75 65 54 58 Рыба и рыбопродукты 16.1 14.1 11.6 12 Молоко и молокопродукты в эквиваленте молока 397 348 299 298 в том числе сливочное масло 7.1 5.5 5.6 5.8 Яйца (шт.) 237 229 243 255 Растительное масло и маргарин 6.9 6.1 6.5 7.2 Источник: Известия, 29 июня 1994 г. РОССИЯ: ОТПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ ПРОБЛЕМЫ СОЦИАЛИЗМА К ПРОДОВОЛЬСТВЕННОЙ ПРОБЛЕМЕ КАПИТАЛИЗМАИзвестное выражение«на заре капитализма», обычно применяемое к ранним стадиям рыночногоразвития в Европе, как ни парадоксально, ныне вполне применимо к России. Конец80-х — начало 90-х годов характеризовались первыми неуверенными шагами в направлениик капиталистической экономике до начала 1992 г., когда правительство Гайдараосуществило ряд мер, направленных на развитие рыночной экономики в стране.
Можно спорить о том,насколько продуманными были эти меры, но после их осуществления Россиявступила в новую экономическую и социальную реальность, основой которойявляется рыночная экономика. Вместе с изменением социально-экономическойприроды общества стал меняться и характер его продовольственной проблемы.Произошла резкая дифференциация уровней дохода и вместе с нею уровней потребления.Решающий шаг к рыночной экономике, выразившийся в либерализацииценообразования, и последующая приватизация привели к резкому ужесточениюборьбы субъектов рынка за долю в национальном доходе, что привело к резкомуросту цен, который уже в первом году преобразований стал 26-кратным. Уровеньзаработной платы остался далеко позади. Обвальное изменение всех экономическихпропорций не могло не отразиться на уровне жизни большинства населения исоответственно на уровне потребления продовольствия.
Больше всегоснизилось потребление мяса, рыбы и молока, последнего — на 20%. Одновременнопроисходил рост потребления хлеба, картофеля, яиц и маргарина. Хлеб в значительнойстепени уступил свою компенсирующую роль картофелю в связи с быстрым ростом ценна пшеницу, которые прежде находились под жестким государственным контролем. Послерезкого падения душевого потребления в 1992 г. уровень среднего потребленияпродуктов питания стабилизировался и обнаружил определенную тенденцию кросту. Поразителен тот факт, что более высокое среднее потребление в 1989 и1991 гг. сосуществовало с почти полным исчезновением продовольственных товаровиз магазинов.
Как ни странно, сточки зрения диетологов изменения в сфере потребления продовольствия были полностьюотрицательными. Например, в 1989 г. реальное потребление жиров было на 10-15%выше, чем установленная физическая потребность и падение среднего суточногопотребления жиров до 95-100 г на душу населения довело содержание жиров в рационедо медицински рекомендуемых норм.
Переход к рынкупривел к значительной социальной поляризации общества, которая нашла свое отражениев дифференциации потребления продовольствия. В советский период общество былоотносительно однородным. В 1991 г. перед началом рыночных реформ разрыв вдоходах между верхней и нижней децилями (10%) населения был 4-5-кратным. С техпор разрыв постоянно возрастал. В начале 1998 г., как показывает исследованиеИнститута социально-экономических проблем населения, он достиг 40 и более раз.
Из состоянияпринудительного равенства Россия перенеслась в состояние глубокой дифференциации,характерной для ранних капиталистических обществ. Но если в развитыхкапиталистических государствах процесс дифференциации занял десятки или дажесотни лет, то в России это произошло рывком, всего за несколько лет. Психологическийшок, пережитый половиной населения, которая почти в одночасье стала не толькобеднее других, но и попросту бедствующей, оказывает сильное влияние на социальнуюи политическую стабильность в стране.
Резко возросшаясоциальная стратификация находит выражение и в поляризации потребления продовольствия.Как следует из анализа, осуществленного Всероссийским центром уровня жизни,продовольственный рацион «новых русских» значительно превосходитрацион более бедных сограждан.
Таблица 2. Россия:дифференциация доходов (начало 1998 г.)
Доля в населении, % Размер денежного дохода на душу в месяц, долл. Богатые 3-5 более 2000 Состоятельные 15 1000-2000 Центр (аналог среднего класса) 20 100-1000 Ограниченные в средствах 20 50-100 Бедные 40 менее 50 Источник Известия, 17 июля 1998 г.Таблица 3. Потреблениепродовольствия на душу в месяц (кг)
Молоко и молокопродукты Яйца (шт.) Мясо и мясопродукты Рыба и рыбопродукты Фрукты и ягоды Бедные 13.8 9 2.9 0.5 2.0 Богатые 23.4 15 5.8 1.3 4.7 Источник: Известия, 17 января 1998 г.В таблице 3 беднымисчитаются 10% населения, находящиеся в самом низу социальной пирамиды, богатыми- 10%, находящиеся на ее вершине. Как можно видеть, богатые потребляют в двараза больше мяса и молока, чем бедные. Но доля расходов на продовольствие в ихбюджете составляет 25-30%, что приближается к средним показателям Запада.
Другое исследование,охватившее 2720 семей в различных районах России, показывает, что и бедные ибогатые питаются нерационально, но по разным причинам. Семьи с низким доходомсокращают потребление жизненно важных продуктов из-за нехватки денег, в товремя как семьи с высоким доходом допускают излишества. В соответствии сисследованием, 15% населения с низкими доходами вообще не потребляют мяса, 26%не потребляют рыбы, 35% — молока и йогурта, 56% — сыра. Более 55% из нихникогда не пьют соков.
Население с высокимидоходами потребляет на душу населения в 3.1 раза больше говядины (2.8 кг против0.9 кг в месяц), в 2.5 раза больше свинины (1.5 кг против 0.6 кг), в 3.4 разабольше рыбы (1.7 кг против 0.5 кг), в 19 раз больше соков. Богатые выпивают в20 раз больше пива, чем их бедные соотечественники, и в 6 раз больше водки, в5 раз больше шампанского, съедают в 4 раза больше шоколада. Бедные превосходятбогатых только по картофелю, которого они потребляют в два раза больше, чембогатые (8.9 кг против 4.9 кг в месяц). У богатых в рационе слишком многокопченой колбасы, рыбы и консервированных овощей и фруктов[6].
Многие из бедняков не отдают себе отчета в том,насколько неполным, монотонным и низкокачественным является их рацион. Болееполовины респондентов (51.2%), имеющих среднемесячный доход на душу 100-200руб. считают свой рацион «скромным», 31.1% считают себя недоедающимии 5.4% воспринимают свое питание как хорошее. На такой оценке явно сказываютсяпережитки традиционных представлений о рационе, которые перекочевали из старойрусской деревни в современный город и сейчас помогают некоторым слоям населениясмириться с новыми условиями жизни.
Падение среднегодушевого потребления можно считать результатом стремительного неподготовленногоскачка к рыночной экономике. Растущая социальная стратификация, в том числе впотреблении продовольствия, кладет конец уравнительному распределениюпродуктов питания, характерному для социалистического общества.
С приходом рыночныхотношений недавно пустые магазины заполнились товарами, исчезли очереди, вгородах я селах возникли сотни тысяч новых магазинов, киосков, ресторанов, кафеи других торговых точек. Но, как мы уже могли убедиться это отнюдь, не улучшаетпитания народах масс, ибо продукты питания стали неизмеримо менее доступнымидля тех, кто потерял работу, стал жертвой невыплаты зарплаты и вообще беден.
Рыночная экономикаоткрыла возможность быстрого роста цен на зерно, которые обогнали по этому показателюмногие другие виды сельскохозяйственной продукции. Это привело к некоторомуснижению потребления хлеба. Использование хлеба на корм скоту, прежде весьмараспространенное, фактически прекратилось. В результате перемен Россия почтиполностью отказалась от импорта зерна, и в будущем, когда страна сможет болеерационально вести свое хозяйство, в том числе и сельское, вполне возможно еепревращение в экспортера зерна.
Политикамассированного государственного вмешательства в производство и распределениепродовольствия, проводившаяся в советские годы, существенно нарушала объективныеэкономические и социальные императивы. Развивающаяся рыночная экономика можетприблизить стереотипы питания в России к типу, преобладающему на Западе.
ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫЙ КАПИТАЛ И НАЦИОНАЛЬНЫЕГОСУДАРСТВА
© 1999г. А. Мовсесян,С. Огнивцев[7]
Транснационализацияхозяйственной деятельности явилась важнейшей доминантой развитая мировойэкономики в уходящем XX в. Она должна рассматриваться в общем контекстеглобализации, представляющей собой постепенно нарастающий в историческоммасштабе процесс взаимодействия и взаимопроникновения различных культур ицивилизаций, сложившихся в более или менее устойчивых территориальных границахна базе определенных этносов. Выход капитала за границы национальныхгосударств, внутренне присущий его природе, соответствует основнымстратегическим установкам субъектов рынка, к побудительным мотивам которых приосуществлении прямых зарубежных инвестиций можно отнести.
1. Стремление к технологическому лидерству,являющемуся в современном мире залогом конкурентного преимущества на рынках.
2. Оптимизацияразмера корпорации и экономия масштаба организации, уже неосуществимая в узкихрамках национальных рынков.
3. Доступ киностранным природным ресурсам для надежного обеспечения собственногопроизводства иностранным сырьем.
4. Борьба за новые, втом числе и иностранные, рынки сбыта, преодоление импортных барьеров.
5. Снижениесебестоимости и увеличение конкурентоспособности своей продукции за счетрассредоточения производства и рационализации отдельных операций воспроизводственногопроцесса.
6. Внедрении единойсистемы управления предприятиями корпорации, организация внутреннего рынка,создание рекламно-информационной сети.
7 Установлениепрочного контроля за рынками иностранных государств не ТОЛЬКО через филиалыматеринских компаний и смешанные предприятия, но и с помощью союза сполитическими элитами, через которые оказывается многоаспектное влияние напринимающие государства.
8. Рационализацияналогообложения за счет использования специфических черт налоговых системстран, в которых работает корпорация.
Реализация различныхсочетаниях и пропорциях этих базовых стратегических установок породила всемногообразие стратегий и организационных структур ныне действующих транснациональныхкорпораций (ТНК).
Исторически развитиеТНК прошло ряд этапов. С периода зарождения первых ТНК (конец XIX в.) онипретерпели весьма существенную трансформацию. Деятельность ТНК первого поколенияв значительной мере была связана с разработкой сырьевых ресурсов бывшихколоний, что дает основание определить их как «колониально-сырьевыеТНК». По своей организационно-экономической форме и механизмам функционированияэто были картели, синдикаты и первые тресты. Затем на мировой арене появляютсяТНК трестового типа, связанные с производством военно-технической продукции.Начав свою деятельность в период между двумя мировыми войнами, некоторые изэтих ТНК второго поколения сохранили свои позиции в мировой экономике и послевторой мировой войны.
В 60-е годы все болеезаметную роль начали играть ТНК третьего поколения, которые широко использовалидостижения научно-технической революции. Они выступали в организационно-экономическойформе концернов и конгломератов. В 60-80-е годы деятельности ТНК органичносоединялись элементы национального и зарубежного производства реализациитоваров, управления и организации работы персонала, научно-исследовательскихработ, маркетинга и послепродажного обслуживания. Основные элементывоспроизводственного процесса переводились на общие для соответствующих странстандарты и принципы. ТНК третьего поколения способствовали распространениюдостижении НТР в периферийные зоны мирового хозяйства и, самое главное,закладывали экономические предпосылки для появления международного производствас единым рыночным и информационным пространством, международным рынком капиталаи рабочей силы, научно технических услуг.
В начале 80-х годовпостепенно появились и утвердились глобальные ТНК четвертого поколения. Ихотличительными чертами являются: планетарное видение рынков и осуществлениеконкуренции в мировом масштабе; разделмировых рынков с немногими такими же глобальными ТНК; координация действийсвоих филиалов на основе новых информационных технологий, гибкая организациякаждого отдельного производственного узла, адаптивность структуры корпорации,единообразная организация бухгалтерского учета и аудита; объединение своихфилиалов, заводов и совместных предприятий в единую международную сетьуправления, которая в свою очередь интегрирована с другими сетями ТНК; осуществлениеэкономического и политического влияния на государства, в которых действуют ТНК.
К настоящему времениуже в основном сложилась такая система мироустройства, при которой ТНКконтролируют до половины мирового промышленного производства, 63% внешней торговли,а также примерно 4/5 патентов и лицензий на новую технику, технологии и«ноу-хау». Под контролем ТНК находится 90% мирового рынка пшеницы,кофе, кукурузы, лесоматериалов, табака, джута и железной руды, 85 — рынка медии бокситов, 80 — чая и олова, 75% — бананов, натурального каучука и сыройнефти. Половина экспортных операций США осуществляется американскими ииностранными ТНК. В Великобритании их доля достигает 80, а в Сингапуре 90%.Большая часть платежей, связанных с трансфертом новых технологий,осуществляется внутри ТНК: в США их доля составляет 80%, в Великобритании — 90.
Ядромирохозяйственной системы составляют около 500 ТНК, обладающих практически неограниченнойэкономической властью. При этом в развитых странах в каждой отрасли доминирующееположение занимают всего два-три супергиганта, конкурирующие между собой на рынкахвсех стран.
По оценкам журнала«Экономист», 5 крупнейших ТНК контролируют более половины мировогопроизводства товаров длительного пользования, а также самолетов, электронногооборудования, автомобилей и другой продукции. Особенно значительна степеньконцентрации в отраслях, связанных с информационными технологиями. Например, 2-3компании контролируют практически всю международную сеть телекоммуникаций[8].Экономическая мощь крупных транснациональных корпораций сравнима с ВВП среднихгосударств, и они диктуют свою волю многим странам. На развивающемся рынкегражданского самолетостроения, объем которого в начале следующего столетиявырастет до 1 трлн. долл. и 16 тыс. новых самолетов в год, господствовали восновном три компании: «Эйрбас индастри», «Боинг» и«Макдоннел Дуглас». Они контролировали соответственно 30-35%, 60-70 и3% рынка. Происшедшее в августе 1997 г. слияние «Боинг» и«Макдоннел Дуглас», стоившее 15 млрд. долл., усилило позицииамериканского капитала и оставило на рынке лишь две основные компании[9].
Всего в миредействуют около 40 тыс. транснациональных корпораций, имеющих в 150 странах200 тыс. филиалов. Вместе с тем из этой довольно значительной совокупности ТНК,по мнению ряда экспертов, могут быть полностью отнесены к разрядудействительно международных компаний примерно 1/10 от их общего числа. Еще1/10 их общей численности близка к тому, чтобы стать полноправными,«настоящими» международными ТНК.
К числу крупнейших повеличине зарубежных активов относятся следующие ТНК: «Ройал-Датч-шелл»(Великобритания — Голландия, основная сфера деятельности — нефтепереработка);
«Эксон»(США, нефтепереработка); «1ВМ» (США, компьютерная техника);«Дженерал мо-торз» (США, автомобилестроение); «Хитачи»(Япония, электроника). Среди 20 ведущих нефинансовых ТНК по этому показателюпреобладают 6 американских корпораций, 3 представляют Японию, 3 — Германию, 3- Великобританию (из них 2 совместно с Голландией), 3 — Голландию (2 — совместно с Великобританией), 2 — Францию, 2 — Швейцарию. Однако по объемупродаж лидирующие позиции в мировой экономике до начала кризиса 1997 г. сохранялияпонские ТНК: «Ито-чи», «Мицуи», «Мицубиси»,«Сумитомо», «Мару-бени». За ними следовали американскиеТНК: «Дженерал моторз», «Форд», «Эксон».
Борясь за рынки сбытав глобальном масштабе, ТНК обеспечивают потребности в постоянных инновациях,смене технологий и научно-техническом прогрессе. Транснациональные компаниисоздают скелет мировой экономики, кровь и плоть которой — средние и малыефирмы. Важно подчеркнуть, что законы свободного рынка не работают внутри ТНК,где устанавливаются внутренние цены, определяемые корпорациями. Если вспомнитьо размерах ТНК, то окажется, что только четвертая часть мировой экономикифункционирует в условиях свободного рынка, а три четверти — в своеобразной«плановой» системе. Таким образом, наметился переход к конвергентнойэкономической системе, сочетающей в себе плановые и рыночные начала.
Между тем, на фоне этих глобальных перемен впоследние годы проявился исключительно важный, но пока еще малоизученныйэкономический феномен, который можно охарактеризовать как возникновениесамостоятельного транснационального капитала, начинающего жить своейсобственной жизнью. Количество глобальных экономических изменений переросло вкачество и транснациональный капитал стал самостоятельным экономическиморганизмом со своей оригинальной структурой и внутренними целями развития.
Первой ласточкой вразвитии этого феномена явилось возникновение евродолларов и еврорынков еще в60-е годы. Именно тогда, воспользовавшись либерализацией валютного рынка, европейскиебанки стали привлекать частные вклады и предоставлять кредиты в долларах.Образовались еврорынки, не регламентируемые национальными законодательствами.На средства, привлекаемые с еврорынка, не распространяются резервные требованияцентральных банков, а процентные ставки по евровкладам освобождаются от подоходныхналогов. Еврорынок получает конкурентные преимущества, поскольку стихийноскладывающийся на нем уровень процентных ставок позволяет банкам выплачиватьпо заемным средствам в евровалютах больший процент и предоставлять кредиты поболее низким ставкам. Вскоре начались выпуски еврооблигаций, эмиссия которыхне регламентируется национальными законодательствами, а проценты выплачиваютсядержателям еврооблигаций без удержания налогов. Поскольку на операции в евровалютахне распространяются денежно-кредитные ограничения страны нахождения, банки вЛондоне стали самостоятельно устанавливать среднюю ставку ЛИБОР, по которойпредоставляются кредиты в евровалютах. В 1973 г. еврорынки достигли ужезначительных размеров и евроэмиссии явились важным источником средств длязападной экономики. Появились еврокоммерческие векселя, оплата которыхпредусмотрена в евровалюте.
Благодаря развитиюеврорынка появились новые международные финансовые центры — Люксембург, Сингапур,Гонконг, Панама, Багамские острова и др., деятельность которых освобождена отвалютного контроля, а на получаемые доходы от процентов отменены налоги.Организационно еврорынок стал представлять собой несколько сотен крупныхбанков, расположенных в основных центрах Западной Европы и в тех странах, гдене ограничиваются права банков на проведение операций в иностранных валютах снерезидентами. Со временем возникли новые центры — ПИБОР в Париже, СИБОР вСингапуре, КИБОР в Кувейте и др., уровень ставок по которым имеет тенденцию квыравниванию. Поскольку Лондон, являясь первым финансовым центромевродолларового рынка, сохраняет ведущие позиции, то ЛИБОР определяет ставкиеврорынка.
В 1981 г. Нью-Йоркбыл объявлен свободной банковской зоной, где на операции, осуществляемые снерезидентами, были распространены налоговые льготы, и их освобождали отвалютного контроля и других ограничений, действующих на внутреннем рынкекапиталов. Это расширило рынок евровалют на США.
Для повышения своейконкурентоспособности европейские центры стремительно либерализовывали своифинансовые рынки. Одновременно с этим стали создаваться новые международныефинансовые рынки фьючерсов валют (Чикаго, начало 70-х), фьючерсов дляпроцентных ставок (Чикаго, Нью-Йорк, 1978), валютных опционов (Филадельфия,1982). Заемщиками еврорынка стали ТНК, финансирующие капитальные вложения вразных странах, и государства, имеющие дефициты платежных балансов. Ведущиетранснациональные банки (ТНБ) с широкой сетью заграничных филиалов стали главнымипосредниками на еврорынке между ТНК, государствами и международнымиорганизациями, фактически осуществив его раздел.
Свободно перемещаемыйв современном экономическом пространстве транснациональный капитал находитсявне юрисдикции национальных государств. Естественно, он ищет наиболее доходныерынки и по большей части является спекулятивным. Если в 1990 г. в денежныеспекуляции были вовлечены 600 млрд. долл. ежедневно, то в 1997 г. — уже более1 трлн. долл., что в 29-30 раз превышает стоимость продаваемых за день товарови услуг[10].По оценкам «Гарвард бизнес ревю», на каждый доллар, обращающийся вреальном секторе мировой экономики, приходится до 50 долл. в финансовой сфере.Общий объем рынка вторичных ценных бумаг приближается к 100 трлн. долл., агодовой оборот финансовых трансакций достиг полуквадриллиона долл. Если учесть,что объединенный фонд 23 развитых стран составляет около 550 млрд. долл.[11],то становится очевидным, что даже при согласованной политике всех мощных государствони не могут направлять для борьбы со спекулятивными операциями суммы,сопоставимые с оборотами финансовых рынков. Это означает, что реальной силы,способной противостоять транснациональному капиталу, сегодня в мире не существует.
Если с помощьюжесткого финансового контроля государство могло регулировать национальный валютныйрынок, то в условиях либерализации финансовых рынков и смягчения валютногоконтроля транснациональный капитал получил возможность при желании обрушитьфинансовые рынки практически любого государства. В 90-е годы мы имеем совершенноновую историческую ситуацию, когда государства уже не обладают достаточноймощью для крупномасштабных финансовых интервенций, противодействующих движениямспекулятивного транснационального капитала. Например, Дж. Сорос, объявив в1992 г., что датская марка упадет в цене, сделал ставку на 10 млрд. долл. иполучил 2 млрд. долл. за две недели.
Летом 1997 г.базельский Банк международных расчетов опубликовал ежегодный отчет, гдепредупреждал о реальной угрозе банковской системе, ее постепенном выходе запределы действенного контроля[12].Как известно, мировой финансовый кризис не заставил себя ждать. Финансовыемагнаты, владевшие огромными пакетами акций, обрушили в октябре 1997 г. даженью-йоркский фондовый рынок, чтобы потом скупить эти акции по гораздо болеедешевым ценам.
Колоссальный разрывмежду реальным и фиктивным капиталом не дает возможности правительствамнациональных государств осуществлять капитальные вложения, что приводит к снижениюпроизводства и заставляет искать новых заемных средств для покрытия государственныхрасходов. Большинство государств уже попало в безвыходную долговую яму, вомногом организованную транснациональным капиталом. Государственный долг странОЭСР вырос с 40% ВВП в 1978 г. до 70 в 1994 г. Долги развивающихся страндостигли 1.5 трлн. долл. и перешли в разряд вечных. Даже у более или менееблагополучного Чили они составляют сейчас 19 млрд. долл. (половина ВВП).Большая часть этих долгов, по-ЯЬди-мому, никогда не будет выплачена. Но длязаемщиков из развитых стран это в конце концов не столь уж важно. Ведьизвестно, что более 20% от займов сразу же непосредственно возвращаются ккредиторам — в виде компенсаций за услуги, зарплат западным специалистам и пр.
Совокупные валютныерезервы ТНК сейчас в несколько раз больше, чем резервы всех Центральных банковвместе взятых. По мнению французского экономиста П. Вельтса, «перемещение1-2% массы денег, находящихся в частном секторе, вполне способно изменитьпаритет любых двух национальных валют. Часто ТНК рассматривают обменныевалютные операции в качестве наиболее выгодного источника получения прибылей».В этом случае ТНК работают по той же схеме, что и индивидуальные спекулянты,только более согласованно и мощно. Анализируя современное состояние мировойэкономики, П. Вельтс делает вывод, что «итогом глобальных стратегий вконечном счете становится формирование интегрированной международнойторгово-финансовой системы, по сравнению с которой национальные государствавыступают как второстепенные величины»[13].
С начала 80-х годовнаблюдается все более явственный переход от регулируемой государствами экономическойсистемы, заложенной Бреттон-вудскими соглашениями 1944 г., к системе,управляемой рынками капиталов, в которых главенствуют ТНК и ТНБ. По нашемумнению, неудачи, которые последовательно потерпели неокейнсианцы в начале 80-хгодов и монетаристы в начале 90-х, во многом объясняются недоучетом совершеннонового фактора мировой экономики, которым является самостоятельный и самодеятельныйтранснациональный капитал, своей мощью сводящий на нет попытки регулированиявнутренних финансовых рынков. Влияние этого фактора еще не изучено экономическойнаукой. Р. Буало, один из авторов теории регуляции, считает, что сейчасустановился чрезвычайно «запутанный мировой порядок», и пока нет«нового Кейнса» для его научного осмысления.
Может быть, это иверно. Сегодня можно лишь с уверенностью констатировать, что на равных с национальнымигосударствами, в мировой экономике действуют и другие актеры: играющие главнуюроль ТНК и ТНБ; международные организации (МВФ, Всемирный банк, ЮНЕСКО, ФАО,МОТ, ВТО, «Большая семерка С-7»); около 60 региональных организацийи блоков (ЕЭС, НАФТА и др.); неправительственные организации (движение«зеленых», «врачи без границ» и др.); крупные города(Лондон, Нью-Йорк, Токио, Париж, Москва и др.); отдельные индивиды (ученые,артисты, бизнесмены типа Дж Сороса и Б. Гейтса). Новые реалии уже осознаются мировойобщественностью. Так, в заявлении 27-й конференции американского Фонда Стэнлисказано: «Изменения (в мире) столь велики, что, по мнению участников,даже историческая основа мирового политического порядка — концепция суверенногогосударства — серьезно поколеблена».
В наши дни транснациональный капитал по характеруповедения, свободе межотраслевого и территориального передвижения и степени неконтролируемостинапоминает свою первоначальную фазу, повторяя определенные черты ещесвободного национального капитала, естественно, со спецификой, присущей новойстадии развития технологий, мировой экономики и общества. Он вновь сталстимулировать кризисы, но уже в глобальном масштабе. Современные государства нев состоянии справиться с ними, и мировая экономика практически утратиланаметившуюся в послевоенный период управляемость. Возникла очевиднаянеобходимость в формировании международных организаций, которые при благоприятномсценарии обуздают транснациональный капитал, направят его энергию на осуществлениецелей устойчивого развития. В перспективе эти организации неизбежно должны будутбрать на себя все больше функций мирового правительства.
Современноеэкономическое мироустройство уже имеет ряд важных надгосударственных политическихинститутов и международных организаций (Международный валютный фонд, Мировойбанк. Международная финансовая корпорация, Международная ассоциация поразвитию. Всемирная торговая организация и т.д.). Сейчас они далеки отрегулирования деятельности транснационального капитала и скорее объективностоят на его стороне, ослабляя роль национальных правительств. Суверенным государствамприходится постепенно — сначала экономически, а затем и политически — делитьвласть с надгосударственны-ми институтами транснационального капитала,объективно отражающими тенденцию интернационализации экономики. При этомвлияние государств идет на убыль, и власть все больше переходит в рукитранснационального капитала и подконтрольных ему международных институтов.Между национальными элитами и транснациональной мировой олигархией идет сложнаяборьба за влияние в международных организациях.
Все более активнуюполитическую и экономическую роль начинают играть крупные мегаполисы, которыеявляются идеальной «средой обитания» для ТНК и важнейшими базамитранснационального капитала. Жители крупных городов постепенно вырабатываютнекую новую интернациональную субкультуру. Они смотрят одни и те же всемирныеинформационные программы, воспитаны на единых стандартах образования иповедения, живут в едином ускоренном ритме, гораздо чаще других участвуют вдеятельности международных организаций, ТНК и ТНБ. Житель Нью-Йорка илиЛондона имеет в повседневной жизни гораздо больше общего с жителем Москвы, чемтот — с россиянином из маленького провинциального городка или села.
Следует заметить, чтомногие крупные города по масштабам своей экономической деятельности превосходятсредние национальные государства. Например, Токио производит вдвое большетоваров и услуг, чем Бразилия; Чикаго по масштабам производства сравним сМексикой, половина ВВП которой производится в мегаполисе Мехико. Крупныегорода становятся самостоятельной силой в экономической и политической сферахи в своих растущих амбициях активно идут на подготовленный на социокультурномуровне союз с ТНК. Создание союзов ТНК с мегаполисами, в которых размещается«ядро» корпорации, представляет собой новую тенденцию развитиямировой экономики.
В современных ТНКдавно уже благодаря новым компьютерным технологиям превалирует сетевая организацияс базами транснационального капитала и узлами управления в крупных городахразличных стран. Развитие мировых коммуникационных сетей и глобальных ТНК ссетевой структурой управления проходило параллельно, и эти процессы, безусловно,взаимодополняли и стимулировали друг друга.
По нашему мнению,именно технологическое развитие и образование на его базе нового всемирногоинформационно-финансового пространства создали условия для свободногоперемещения транснационального капитала и переплетения сетей управленческихструктур глобальных корпораций и информационных связей, материальнымотображением которых явилась знаменитая WWW (World Wide Web — Всемирная паутина).
Единые для всего мирафинансовые инструменты, стандарты передачи и обработки информации, единообразныефинансовые и информационные институты создают идеальную среду длятранснационализации бизнеса и свободного движения его капитала. Технологическоесовмещение магистральных информационных и финансовых коммуникаций и сетейспособствовало созданию нового информационно-финансового института и привело ксближению и постепенному слиянию информационной и финансовой сфердеятельности. Транснациональный капитал, в технологическом плане базирующийсяна глобальных информационно-финансовый сетях и добивающийся мировогогосподства через информационные и финансовые рынки, породил новуютранснациональную информационно-финансовую олигархию.
По нашему мнению, современные технологииорганизации информационных систем оказали значительное влияние на стратегию иструктуру глобальных ТНК. От информационных систем корпорации переняли сетевуюструктуру, модульность, открытость и возможности гибкого измененияуправленческой конфигурации. Профессор университета Карнеги-Меллона Б.Харрисон считает, что крупные корпорации нашли способ стать «менее жесткимии иерархичными», но более предприимчивыми в создании всемирных сетеймежфирменного сотрудничества, в которых производство становится не стольцентрализованным, гибким и модульным, а власть, финансы и контрольпо-прежнему остаются в руках корпорации.
Одной из важныхособенностей современной организации ТНК является их способность гибко переноситьсвои центры управления и штаб-квартиры из одного узда корпоративной сети вдругой, легко меняя основную страну «прописки» с целью полученияналоговых и других льгот. Сейчас распространены две основные моделиналогообложения ТНК: американская, при которой местопребыванием корпорации считаетсястрана, где она зарегистрирована, и модель ОЭСР, в которой местопребываниеопределяется по месту фактического управления корпорации. Развитые государства,в которых в основном размещены штаб-квартиры ТНК, находятся в состояниинепрерывной конкурентной борьбы законов и условий для«перетаскивания» к себе свободно перемещающегося транснациональногокапитала. Например, США позволяют американским корпорациям, независимо от ихместонахождения, пользоваться преимуществами американского законодательства оюридических лицах[14].
При превалирующейсейчас сетевой системе организации терминальные звенья современных ТНКпредставляют собой, говоря языком компьютерных сетевых технологий, своеобразные«порты», открытые для подсоединения к корпоративной сетивзаимосвязей новых элементов через механизмы транснациональных стратегическихальянсов (ТСА), благодаря которым границы компаний и промышленных группразмываются или приобретают форму «созвездий», включающих связанныемежду собой, но до известной степени независимые, компании различных размерови отраслей.
Быстрое увеличениеТСА — один из самых существенных феноменов изменения среды, в которой действуютпредприятия в текущем десятилетии. Сотрудничество между компаниями можнообразно сравнить со своего рода «романом» между фирмами, эволюционнопроходящими все этапы — от «встречи» до «семейной жизни».Профессор Гарвардской школы бизнеса Р. Кантер выделяет пять основных этапов иформ интеграции, встречающихся в стратегических альянсах:
1)«стратегическая интеграция» с постоянным контактом высшегоруководства партнеров для решения стратегических вопросов; 2) «практическаяинтеграция», основанная на взаимодействии среднего звена менеджеров попроблемам совместной деятельности; 3) «оперативная интеграция»,обеспечивающая взаимный доступ рядовых сотрудников к общим информационным ресурсам;4) «межличностная интеграция»; 5) «культурная интеграция»,предполагающая взаимное стремление находить пути для преодоления различий втрадициях, языках и т.д.[15]В американских корпорациях соотношение различных форм ТСА и создание филиаловсо 100%-ным владением уже в 80-х годах составляло 4:1, и оно продолжает увеличиваться.
К основнымтехнологическим факторам, способствующим расширению межфирменного сотрудничества,относятся: распределение риска, связанного с разработкой и использованием новыхтехнологий; стремление опередить конкурента в коммерческом использованиирезультатов НИОКР; предотвращение трудностей, связанных с различиями внациональных патентных законодательствах; преодоление трудностей, связанных сполучением лицензий на продажу товара за границей; стремление окупить затратына проведение дорогостоящих НИОКР; необходимость преодоления протекционистскихбарьеров;
стремлениеинтегрировать отдельные изобретения в рамках новых систем производственногоили потребительского назначения; разработка единых стандартов и норм на болееранних стадиях разработки процессов или продукта, чтобы избежатьнеобходимости их согласования на более поздних стадиях, что требуетдополнительных ресурсов.
Как видно из этогоперечня, большинство факторов, стимулирующих стратегические альянсы, относятсяк сфере организации и использования результатов НИОКР. Об этой же тенденциисвидетельствует и статистика. Численность соглашений, связанных с НИОКР ипередачей технологии, растет наиболее высокими темпами и уже в начале 90-хгодов достигла более половины всех соглашений, в то время как 10 лет назад онасоставляла менее 30%[16].Это вполне естественно в эпоху, когда инновации стали основным конкурентнымпреимуществом фирм.
Традиционная модельповедения ТНК, при которой инновационные продукты создавались в основном встране происхождения, а затем экспортировались в зарубежные филиалы, уступаетместо более рациональному территориальному размещению исследовательских работ спереносом части разработок в страны, где лучше условия для их проведения илигде есть дешевые и достаточно квалифицированные кадры. В Белой книге Агентствапо науке и технологиям Японии отмечается, что за последние пять лет компаниистраны открывают свои зарубежные лаборатории примерно раз в неделю. Всего зарубежом на начало 90-х годов действовало 276 японских исследовательскихцентра, половина из них — в США и 1/3 — в Западной Европе.
В последние годынаряду с традиционным вывозом капитала в форме прямых инвестиций ТНК все болеепрактикуют экспорт организационных технологий, ноу-хау и целых фрагментовразвившихся в других странах пребывания корпорации или зародившихся и сложившихсяв недрах самой ТНК неформальных институтов в сфере организации и управления.Постепенно руководители передовых ТНК стали понимать, что инновации являютсялишь видимой вершиной айсберга социокультурных институтов, и для обеспечения ихнепрерывного и успешного производства необходимо научиться переносить крупныеинституциональные модули в «принимающие» страны.
После распада СССРмы, как всегда, чрезмерно резко отвернулись от идеологической поддержки экономическихпреобразований. Между тем, процветание США, например, во многом базируется наидеологической платформе «трудовой этики» Ж. Кальвина. И это непросто религиозная традиция, а реальность, проявляющаяся в практическойэкономической деятельности американцев. Как известно, в США обвиненный в незаконномполучении денег политик просто публикует свою декларацию о доходах, чем вглазах общества полностью снимает с себя обвинение. Такое доказательствоневиновности не вызвало бы ничего, кроме смеха, не только в страдающих откоррупции Латинской Америке и Италии, но и в Германии и Австрии. Здесь ведущуюроль играют обычаи, культура и традиции. Например, аргентинец Э. Алеманпишет: «Сокрытие имущества от налогообложения является еще более любимойнациональной игрой (в Аргентине), чем футбол»[17].Как это контрастирует с США, где высокая налоговая дисциплина передается«с молоком матери»!
В известнойклассификационной системе А. Тойнби из 28 когда-либо существовавших на Землецивилизаций и 7 доживших до наших дней выделена славяно-православная как обладающаяуникальным своеобразием. Действительно, еще в византийском Земледельческомкодексе сказано, что «входящие в чужой виноградник, чтобы насытиться, пустьбудут безнаказанны». Как это непохоже на западноевропейское «мой дом- моя крепость». Да, наша цивилизация весьма отличается от тех, на базекоторых были построены экономики Запада, но вряд ли стоит пестовать этууникальность. Исторический опыт России ярко показывает, что не толькотехнологические, но и идеологические и культурологические заимствования,проводимые в некоторые периоды истории в грандиозных масштабах, в конечном счетеблаготворно повлияли на развитие страны.
Современный мирхарактеризуется глобализацией и интернационализацией экономических процессов,которые продуцируют формирование так называемой цивилизационной идентичности.За время жизни двух-трех поколений людей человеческая деятельность и основанныйна ней научно-технический прогресс настолько радикально изменили мир, чтопредметная область идеологии и философии давно сместилась от воспроизведенияобъективной действительности к удовлетворению потребности в успешном действии,к проектированию наиболее эффективных реакций на внешние воздействия, кмаксимизации результативности.
Именно единообразиемеханизмов обеспечения успешности, а также глобализация и интернационализациямировой экономики обусловили потребность в формировании цивилизационнойидентичности. Поэтому те государства, которые сумеют с использованием идеологическихсредств сформировать наиболее продуктивные неформальные институты как на базесвоего, так и мирового опыта, получают значительные конкурентные преимуществаи войдут в круг стран, формирующих «правила игры» постсовременнойцивилизации. В наступающем веке ведущую роль будут играть те страны, которыесмогут найти механизмы, быстрого и экономически эффективного встраиваниязаимствованных из других стран и адаптируемых в рамках собственной идеологическойсистемы крупных отдельных институциональных моделей, а также внедрение их впрактику экономической жизни. Идеологический фактор обеспечения экономическойэффективности должен стать одним из основным в новой промышленной политикеРоссии.
Транснациональныйкапитал, представленный прежде всего ТНК и ТНБ и поддерживаемый другимивышеназванными актерами современной мировой экономики, в силу объективныхзакономерностей своего развития стремится к расширению прежде всего экономической,но все более явственно также политической и идеологической власти. Это обусловливаетситуацию двоевластия и динамическое равновесие, сложившееся между транснациональнымкапиталом, с одной стороны, и национальными государствами — с другой.
Противоборство этихосновных сил носит диалектический характер и принимает разнообразные формы — от прямого противостояния до вполне конструктивного и взаимовыгодногосотрудничества. Транснациональный капитал в своем движении и развитииориентируется исключительно на собственную выгоду и свободно переливается то вприводящую к жесточайшим кризисам форму спекулятивного капитала, то вдругстановится главной созидательной силой на планете, обеспечивающейнаучно-технический прогресс.
В тех случаях, когда интересы транснациональногокапитала объективно совпадают с интересами определенных национальныхгосударств, он может обеспечить им значительные и даже решающие преимущества вмежстрановой экономической конкуренции. В передовых странах, входящих в такназываемый «золотой миллиард», это двоевластие приняло скореехарактер симбиоза. Развитые государства активно поддерживают собственные ТНК,которые в свою очередь обеспечивают сюзеренам поступление налоговых средствот международной деятельности и, что, возможно, более важно, распространение ихэкономического, а в дальнейшем и политического влияния.
Среди разнообразныхмер по поддержке транснационального капитала можно выделить следующие:предоставление государственных гарантий и страхование прямых инвестиций, какнапример, в США, где действует Государственная корпорация по страхованию игарантированию инвестиций; поддержка в урегулировании инвестиционных споров исоздание специализированных институтов международного арбитража в инвестиционнойсфере (Международная конвенция по урегулированию инвестиционных споров подписана115 странами); создание справедливых и недискриминационных инвестиционныхусловий как для отечественных, так и для иностранных инвесторов; исключениедвойного налогообложения; административная и дипломатическая поддержка своихмеждународных корпораций при освоении новых иностранных рынков.
Транснациональныйкапитал чутко откликается на поддержку «своих» государств, обеспечиваяих экономическую мощь и экономическую экспансию. Например, за последние нескольколет, действуя через свои корпорации, Германия установила более эффективныйконтроль над чешской экономикой по сравнению с периодом 30-40-х годов — «мюнхенского сговора» и последующего военного вторжения. В 1990 г. германскийконцерн «Фольксваген» присоединил чешскую «Шкоду» и сучетом более ранних поглощений «Ауди» и испанской «Сеат»окончательно утвердился как панъевропейская компания. Наверно, нужно толькоприветствовать, что борьба за рынки перешла из военно-политической в жестокую,но, по крайней мере, бескровную экономическую сферу.
Сложнее складываютсяотношения ТНК с менее развитыми государствами, в число которых входит иРоссия. Здесь интересы крупных международных корпораций зачастую входят впротиворечие с национальным капиталом и через него с государством.
Можно выделитьследующие основные моменты негативного влияния транснационального капитала наразвивающиеся государства:
1. ТНК создают мощнуюконкуренцию местным компаниям и теснят их на внутреннем рынке, не даваяразвиться.
2. Свободные перемещениятранснационального капитала могут подорвать стабильность национальных валют исоздать угрозу для национальной безопасности развивающихся стран.
3. Космополитизм,внутренне присущий транснациональному капиталу, способен подавлять неокрепшуюгосударственность развивающихся стран и насаждать идеологию, противоречащуюинтересам развития национального бизнеса.
4. Транснациональныйкапитал, защищая свои интересы, может оказывать мощное политическое давлениена принимающие страны в направлении, не всегда совпадающем с их национальнымиинтересами.
Осуществляя в«принимающие» страны прямые инвестиции (около 200 млрд. долл. ежегодно),ТНК нуждаются в гарантиях их сохранности и, исходя из сугубо эгоистических интересов,пытаются всеми доступными им средствами обеспечить в «принимающих»странах стабильную обстановку. Для этого используются вышеупомянутыемеждународные организации, методы информационного давления, а также экономическиеи даже силовые меры воздействия с использованием военной мощи международныхполицейских сил. Кстати, военные конфликты возникают именно в тех местах(Ирак, Босния и т.д.), где по разным причинам транснациональным корпорациям неудалось удержать власть экономическим путем или их интересы были нарушены.
Это огульно критикуемое,но вполне естественное для ТНК поведение, хотя и вызывает постоянноераздражение развивающихся стран, все же имеет несомненно положительные, стабилизирующиечерты. Двоевластие национального государства и транснационального капитала вТретьем мире иногда позволяет сдерживать местные деспотии и исподволь насаждатьдемократические институты.
В групперазвивающихся стран Россия, как всегда, оказалась в положении совершенноособенном. На пороге реформ наша страна, ее научно-технический потенциал иэкономика были выше других развивающихся стран. По своим историческим корням,вкладу в мировую цивилизацию, промышленному и интеллектуальному потенциалуРоссия должна была бы занять место в группе развитых стран. Однако в результатенедостаточно эффективной реструктуризации экономики она по большинствупоказателей была отброшена в середину списка развивающихся стран. Вместе сотжившими формами забюрократизированной директивной экономики пошли на сломвполне жизнеспособные мощные отраслевые промышленно-финансовые группы. Междутем именно на их базе естественно было бы сформировать новые рыночныеинституты, подобные транснациональным корпорациям, обеспечивающим процветание ибогатство современных передовых стран. Только имея собственные эффективные иконкурентоспособные ТНК, можно на равных войти в мир, который уже стал«миром ТНК».
Сейчас особенно важнонайти верный подход во взаимоотношениях российского государства со «своими»и «чужими» ТНК. Анализ современного состояния нашей страны и возможностейуправления громадным почти сравнявшимся с ВВП внешним долгом (около 200 млрд.долл., включая приблизительно 50 млрд. долл. долгов частных корпораций ибанков) приводит к выводу о том, что одним из основных способов отдачи долга ипривлечения транснационального капитала в страну должна стать коммерческая концессия.При этом кредитор получает в счет своей доли долга права на долгосрочные разработкиполезных ископаемых в малоосвоенных регионах России.
По оценкам экспертов Отделения экономики РАН,национальные богатства страны оцениваются в 300 трлн. долл., и малой их долидостаточно для успешного погашения долга. Вопрос об иностранных концессияхдолжен быть проработан и закреплен в законодательном порядке. Необходимоготовить перспективные районы к концессионным разработкам, проводя в нихдополнительные геологические исследования и давая широкую информацию об ихбогатствах. Важно создать конкуренцию кредиторов и других концессионеров заправо пользования природными ресурсами регионов страны.
Естественно, основнойупор должен быть сделан на отечественные финансово-промышленные группы (ФПГ).Первые шаги в этом направлении уже делаются. Только за последний год, поданным статистики, производство в официально зарегистрированных финансово-промышленныхгруппах выросло в 4 раза, инвестиции в 15 ведущих ФПК возросли на 250%, аэкспорт — на 30%, и все это в условиях продолжающейся стагнации производства.Кризис нанес сильнейший удар по всей российской экономике и в первую очередь поФПГ. Но это не означает, что мы должны отойти от магистрального для всехпередовых стран направления развития — поддержки отечественныхфинансово-промышленных групп в конкурентной борьбе за мировые рынки.
В то же времяотношение широких слоев общества к финансовым группам и их руководителям складываетсяпока в негативном ключе. Виной тому — раздражающие общество способы быстрогообогащения новых магнатов, а также постоянно муссируемые в прессе межкорпоративные,межбанковские, личные войны, да и просто грязные склоки и скандалы. По крайнеймере наше общество еще очень далеко от убеждения: «что хорошо для «Дженералмоторз», то хорошо для Америки». Думается, что и у нас должен постепеннопривиться прагматический подход к отечественным промышленным группам. Хорошиони или плохи, но это и есть современная российская индустрия, и тольковзлелеяв их, мы сможем пробиться в клуб передовых стран. Конечно, мы непризываем к безумной любви народа к своим ФПГ и финансовым магнатам, но и та,и другая сторона должна понять, что брак по расчету между ними необходим,иначе новая процветающая Россия родиться не сможет.
В современном мире,основанном на двоевластии национальных государств и транснационального капитала,государство российское, по примеру передовых стран, обязано войти в тесныйстратегический альянс с отечественными финансовыми группами. Но в отличие отсуществующей сейчас системы личных уний чиновников и финансовых магнатов,носящих зачастую коррупционный и нелегальный характер, условия этого союзадолжны быть абсолютно четко сформулированы и закреплены соответствующимидокументами, в которых были бы определены цели государства в данном альянсе,способы их достижения и правила контроля.
По каждой ФПГ илиназывающейся по-другому крупной корпорации государству необходимо твердорешить, каковы его интересы в данном бизнесе, как используются его долясобственности и направляемые средства. Группы, участвующие в осуществлении национальныхцелей, должны, по нашему мнению, находиться под государственным патронажем иконтролем, осуществляемым через специально разработанные законодательно-нормативныеинституты или на основе имеющейся в этих группах доли государственной собственности,которую при необходимости следует увеличить.
В переходный периодгосударство должно культивировать ФПГ в сфере высоких технологий, имеющих хотябы отдаленные перспективы отвоевания определенных секторов мирового рынка.Нужно буквально «воспитать» из своих ведущих групп настоящиетранснациональные корпорации с передовыми технологиями и современнымменеджментом. Всемерно протежируя продвижение своих транснациональных ФПГ нарынки других стран, постоянно ориентируя на это внешнеэкономическую политику,государство тем самым расширяет сферу своего влияния и повышает свое значениев мировой экономике.
Нужно ясно осознать,что именно сейчас, на рубеже веков, формируется облик нового мира, в которомпридется жить нашим потомкам. Нам необходимо во что бы то ни стало принятьдейственное участие в формировании новых институтов, правил экономическойжизни и международных организаций. Но для этого мы должны быть экономическисильны, поскольку сильные считаются только с силой. И только тогда, когда торговыемарки наших ТНК уверенно зашагают по миру, Россия реально, не на словах, а на делевернет себе статус великой державы.
ГЛОБАЛЬНОЕ ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА И ЭКОНОМИКА:СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ ПРОБЛЕМЫ
© 1999 г. Б. Фомин,Е. Житницкий[18]
Наблюдающееся внастоящее время глобальное потепление климата, по общепринятому мнению, связанов первую очередь с усилением так называемого «парникового эффекта»из-за антропогенного увеличения концентрации углекислого газа, метана и другихатмосферных газов. При этом скорость возрастания концентрации СО2 неимеет аналогов в истории Земли. Возникают естественные вопросы: каким образомизменение климата будет сказываться на мировой экономике и какие меры следуетпринять для снижения его возможных негативных последствий? Сразу же необходимоотметить следующее:
— Человечество отнюдьне бессильно в данной ситуации и в принципе может принять эффективные меры посохранению существующего климата. Однако все эти меры весьма дорогостоящие — например, переход на источники энергии, альтернативные традиционным,основанным на сжигании ископаемого топлива. Применение таких мер может привестик большему экономическому ущербу, чем собственно от изменений климата.
— «Излишки»углекислого газа в отличие от метана и других газов крайне медленно выводятсяиз атмосферы (за многие столетия). Поэтому эффективно стабилизировать климатможно лишь с помощью существенных и немедленных ограничений на антропогенные выбросыСО2.
— Масштабные преобразования экономики длястабилизации климата, скажем, переход от тепловых электростанций к атомным,требуют достаточно длительного периода времени, измеряемого десятилетиями исравнимого со временем наступления возможного качественного изменения климата.
Вышеуказанныеобстоятельства существенно сужают временные рамки даже для разработки соответствующихадекватных мер, не говоря об их осуществлении. Однако разработка таких меркрайне затруднена из-за большой неопределенности современных прогнозов измененияклимата и, соответственно, оценок возможного экономического ущерба. Для решениявозникшей глобальной проблемы требуется координация усилий политических деятелейи специалистов из самых разных отраслей знаний: экономистов, математиков,физиков, медиков, социологов и др. Поэтому при поддержке Программы ООН по окружающейсреде UNEP (United Nations Enviroment Programme) и ВсемирнойМетеорологической Организации WMO (World Meteorological Organization) в 1988 г. быласоздана авторитетная Межправительственная комиссия по изменениям климата IPCC (The Intergovernmental Panel on Climate Change). Основные цели этойкомиссии таковы:
— оценить доступнуюнаучную информацию по изменениям климата;
— оценитьсоциально-экономические последствия климатических изменений и их воздействийна окружающую среду;
— сформулироватьстратегию реагирования на эти изменения.
За истекшеедесятилетие IPCC проделала большуюработу по накоплению и анализу информации и подготовила серию отчетов, содержащихрекомендации, уже послужившие основой для принятия ряда важнейших международныхсоглашений («Рамочная конвенция по изменениям климата», 1992 г.,Рио-де-Жанейро; «Соглашения по ограничениям выбросов СО2»,1997 г., Япония).
В выпуске каждогоотчета обычно участвовали один-два десятка ведущих авторов и около сотни соавторовиз 10-15 стран (в этой работе также принимал участие один из авторов даннойстатьи). Кроме того, каждый отчет рецензировался несколькими сотнями ведущихспециалистов соответствующих областей знаний из нескольких десятков стран.Таким образом, уникальные исследования IPCC достаточно полноотражают коллективное мнение специалистов и только они служат основой разработкисоответствующих межгосударственных соглашений по стабилизации климата.
К сожалению, этиисследования недостаточно хорошо известны в России.
В отечественнойлитературе экономические аспекты потепления климата практически не рассматривались,хотя, по мнению авторов, иметь некоторое представление о возможном воздействииклиматических изменений на экономику полезно всем специалистам, так или иначесвязанным с данной проблематикой. Поэтому одной из основных целей даннойстатьи является ознакомление общественности с современным состоянием проблем,связанных с потеплением климата, именно на основе материалов IPCC.
ПРИЧИНЫ ИЗМЕНЕНИЯКЛИМАТАОбщеизвестно, чторадиационные процессы играют центральную роль в атмосферном тепло-энергообменеи, следовательно, в формировании климата Земли, так как «глобальныедолговременные динамические процессы регулируются реальными притоками тепла,среди которых одним из главных является лучистый»[19].Мало того, климат крайне чувствителен даже, казалось бы, незначительным изменениямв механизме радиационных процессов. Так, по данным ряда исследований[20],уменьшение в прошлом солнечной энергии, приходящей на Землю, всего на ~1% (всилу ряда астрономических факторов) провоцировало ледниковые периоды. Запроисходящее же изменение климата ответственен, как уже отмечалось,«парниковый эффект». Парниковым эффектом называется повышениетемпературы поверхности Земли (или иных планет) вследствие относительнохорошей прозрачности атмосферы по отношению к солнечному излучению и ее непрозрачностипо отношению к инфракрасному (ИК) излучению.
Интересно отметить,что механизм «парникового эффекта» был описан еще в 1860 г. известныманглийским физиком Тиндалом. В общих чертах он объясняется поглощением ватмосфере теплового ИК излучения, исходящего от земной поверхности (нагретойсолнцем) с последующим его изотропным переизлучением в атмосфере, приводящем квозвращению части первоначального теплового излучения к поверхности. Эта добавкак солнечной энергии, падающей на земную поверхность, и вызывает ее дополнительныйразогрев[21].(В среднем земная поверхность поглощает 168 Вт/м2 солнечнойэнергии, а испускает 390 Вт/м2 тепловой, причем 324 Вт/м2возвращается обратно из-за парникового эффекта[22].)Без
парникового эффектабыла бы вообще невозможна жизнь на Земле (по всяком случае в привычныхформах), так как средняя глобальная температура тогда равнялась бы всего -20°Свместо наблюдающихся +15°С[23].
Важно также отметить,что в прошлом действительно наблюдались сильные корреляции между климатом иконцентрацией СО2 в атмосфере[24].На протяжении нескольких последних тысячелетий эта концентрация была довольностабильной и составляла примерно 280 ppmv (280 молекул СО2 на 1 млн.молекул воздуха). Однако с начала интенсивного развития промышленности (примернос середины прошлого столетия) эта концентрация начала экспоненциально расти ив настоящее время уже составляет около 360 ppmv. Только с 1980 по1990 г. концентрация СО2 увеличилась на 17 ppmv (с 337 до 354 ppmv)! Так же резковозрастают концентрации и других парниковых газов, в первую очередь метана (зато же десятилетие с 1.57 до 1.72 ppmv)[25].
При сохранении такихтемпов роста уже приблизительно через 30 лет следует ожидать концентрациюпарниковых газов в атмосфере, эквивалентную удвоению концентрации СОз (приэтом концентрация собственно СО2 будет равна примерно 450 ppmv)[26].В прошлом при такой концентрации парниковых газов (средний Плиоцен, 3-5 млн.лет назад) климат существенно отличался от настоящего: среднеглобальнаятемпература была на 4-5°С выше, отсутствовало оледенение Антарктиды, уровеньокеана был выше на несколько метров и т.п. Установление такого климата закороткий промежуток времени в несколько десятилетий привело бы к глобальнойклиматической катастрофе. Поэтому неудивительно, что в течение ряда последнихлет климатические проблемы активно обсуждаются как в научных кругах, так и намежправительственном уровне при активном содействии ООН.
В IPCC такжерассматриваются некоторые прогнозы будущего роста концентрации углекислогогаза в атмосфере, существенно зависящие от выбора стратегии развития промышленности,энергетики, транспорта и т.п. Согласно этим сценариям, к концу следующего столетияможно ожидать возрастание концентрации углекислого газа от ~450 ppmv до ~950 ppmv! Вышеуказанныепрогнозы основаны на достаточно надежных в настоящее время теориях и моделяхуглеродного цикла и данных мониторинга СО2[27]. Как уже отмечалось,ситуация обостряется вследствие возрастания антропогенного выброса и другихпарниковых газов — метана, фреонов и др.
Полезно также иметь ввиду основные черты природного углеродного цикла (следить за углеродомудобнее, чем за его соединениями типа углекислого газа из-за химических превращений).Вообще говоря, в атмосфере содержится примерно 750 гигатонн (Гт) углерода(здесь и далее величины даны для периода 1980-1989 гг.), при этом обменатмосферы с сушей (растительность, почва) составляет около 60 Гт/год и сокеаном около 90 Гт/год, то есть довольно интенсивен. Казалось бы, ежегоднаяантропогенная эмиссия, составляющая всего около 7.1 ± 1.1 Гт/год (5.5 ± 0.5Гт/год только из-за сжигания угля и нефти и производства цемента), при такоминтенсивном обмене могла бы быть легко поглощена, например океаном (где ужесодержится около 40000 Гт углерода). Однако — и это является установленнымфактом — обмен атмосфера — суша и атмосфера — океан весьма инерционен исоответствующие скорости абсорбции СОз могут меняться лишь довольно медленно(за столетия). Кроме того, в отличие от метана, озона и других газов, углекислыйгаз не вступает в химические атмосферные реакции, могущие эффективно выводитьего из атмосферы. Иначе говоря, природная «фабрика» по утилизацииатмосферного углекислого газа не может быстро наращивать свои мощности, что иприводит к накоплению углерода (СО2) в атмосфере (в указанныйпериод в атмосфере ежегодно оставалось около 3.2 Гт углерода). Поэтому, какпоказывают модели углеродного цикла[28],накопившийся в атмосфере «лишний» СО2 приведет кустановлению концентрации углекислого газа на новом, более высоком уровне,причем снижающемся крайне медленно (в течение многих столетий), даже приполном прекращении антропогенной эмиссии. Значит, возможно воздействовать наситуацию только на стадии накопления СО2, а снижения его установившейсяконцентрации можно будет добиться только если срочно принять меры по ограничениювыбросов в атмосферу.
Однако введение любыхтаких ограничений требует весьма существенных (а зачастую и весьма дорогостоящих)перестроек в экономике. Так, наиболее «безопасный» (но вообще говорямало реальный) из сценариев, рассмотренных IPCC (1592 с), в которомустановившаяся концентрация равна 350 ppmv, предполагает, что дальнейшееудовлетворение растущих энергетических потребностей человечества будетпроисходить в основном за счет ядерной энергетики (в развитых странах), а ростэнергетических потребностей в развивающихся странах будет незначительным. Нотакая перспектива не слишком реальна.
Возникаетестественный вопрос: насколько опасны возможные изменения климата при том илиином сценарии развития глобальной экономики и каков безопасный уровень установившейсяконцентрации СО2? Очевидно, только ответив на эти вопросы, можнообоснованно выбрать стратегию по предотвращению возможных негативныхпоследствий изменения климата. К сожалению, определенность существующихклиматических прогнозов оставляет желать лучшего. Так, имеющиеся оценкиувеличения среднеглобальной температуры и повышения уровня океана при удвоениисодержания СО2 в атмосфере дают разброс в 1.5-4.5°С и 30-140 см,соответственно[29].Иначе говоря, по одним оценкам климат почти не изменится, а по другим — можетпроизойти чуть ли не климатическая катастрофа.
В свою очередь неудовлетворительная надежностьклиматических прогнозов обусловлена сложностью описания процессов переноса солнечнойи тепловой энергии в атмосфере и моделирования обратных связей в системеатмосфера-суша-океан. Так, поглощение солнечной и тепловой радиации в ИКобласти имеет очень сложную зависимость от энергии, так как определяетсяколебательно-вращательными ИК-спектрами поглощения молекул водяного пара, углекислогогаза, озона и др. (при моделировании радиационных процессов требуется учесть несколькодесятков мегабайт информации о нескольких сотнях тысяч спектральных линий газов).Большие трудности представляет и моделирование переноса солнечной энергии воблачной атмосфере из-за весьма неоднородной структуры облаков. Недавно былоустановлено, что существующие радиационные блоки климатических моделей(программы, где вычисляются параметры атмосферного радиационного теплообмена)могут давать рассогласование в расчетах потоков атмосферной радиации в десяткипроцентов, тогда как изменения в потоках при удвоении СО2 — всегопорядка одного процента[30].В результате чисто научная проблема моделирования атмосферных радиационныхпроцессов сдерживает решение важнейших практических проблем, имеющихобщечеловеческую значимость.
Однако в последнеевремя, наконец, были освоены более адекватные методы теоретического исследованияпереноса атмосферной радиации[31].Кроме того, бурно развиваются экспериментальные исследования в этой области, втом числе с использованием спутников. В этой связи особо следует отметитьамериканскую программу экспериментально-теоретических исследований атмосфернойрадиации ARM (Atmospheric Radiation Measurements)[32].В рамках этой программы на специальных полигонах проводятся уникальные натурныеэксперименты по измерениям атмосферной радиации в различных климатическихзонах. Все это позволяет надеяться на получение качественно новых методикрадиационных расчетов, обладающих достаточной точностью для целейпрогнозирования климатических изменений уже в ближайшее десятилетие.
Очень важно также правильно учесть многочисленныеобратные связи в климатической системе. Например, дополнительный разогрев атмосферыиз-за парникового эффекта вызовет увеличение испарения воды и приведет к ещебольшему разогреву вследствие поглощения радиации водяным паром. Кроме того,рост испарения приведет к увеличению облачности. Это, с одной стороны, будетспособствовать охлаждению атмосферы из-за отражения солнечной радиацииоблаками, а с другой — усилит разогрев вследствие экранирования тепловойрадиации. (По этим причинам, как хорошо известно, в летний, ясный, солнечныйдень теплее, чем в пасмурный, тогда как при отсутствии облаков ночи холоднее.)В целом, как показывают расчеты, «изначальный» парниковый эффект попричине подобных обратных связей будет увеличиваться в несколько раз.Неизвестен лишь точный коэффициент такого увеличения.
Для кардинальногоулучшения климатических прогнозов в настоящее время развернуты широкомасштабныеразработки в рамках Всемирной программы исследования климата («World Climate Research Programme») иМеждународной геосферно-биосферной программы («International Geosphere-Biosphere Programme»). Все этотакже позволяет надеяться на существенное улучшение климатических прогнозов в самомближайшем будущем.
Однако уже сейчассуществует возможность сравнивать различные факторы воздействия на климат спомощью понятия «радиационного форсинга» (radiactive forcing). Опуская некоторыеподробности, можно определить радиационный форсинг как характерное изменениепотоков радиации из-за данного фактора, измеряемое в Вт/м2 (см.табл. 1).
Таблица 1. Радиационные форсинги(в Вт/м2) на настоящий момент в сравнении с серединой прошлого векаот наиболее существенных климатообразующих факторов
CO2
СН4
N2O, фреоны
Озон Аэрозоли Солнечная радиация 1.5 0.5 0.5 0.5 -1.0 0.3 Источник: по данным IPCC.Как следует из этойтаблицы, суммарный форсинг в настоящий момент составил около 2 Вт/м2,причем форсинг от увеличения СО2 доминирует. Как полагают многиеспециалисты по климату, это уже привело к увеличению среднеглобальнойтемпературы примерно на 0.5°. Полезно также отметить, что форсинг от удвоенияСО2 должен быть около 4.5 Вт/м2, то есть будет уже в несколькораз превышать все другие форсинги. Это хорошо иллюстрирует широкораспространенное мнение о начале существенных климатических изменений и необходимостипринятия безотлагательных мер по стабилизации климата.
ЭКОНОМИЧЕСКИЕПОСЛЕДСТВИЯ ИЗМЕНЕНИЯ КЛИМАТАИз-за отмеченной вышесущественной неопределенности климатических прогнозов все оценки возможныхэкономических последствий потепления климата также крайне неопределенны, но,по мнению авторов, все же полезны при достаточно осторожном с ними обращении.Здесь мы будем опираться в основном на результаты исследований IPCC[33].
Для упрощения анализаобычно рассматриваются гипотетические ситуации при среднеглобальном увеличениитемпературы на 2.5 и 4°, что отвечает изменению климата при удвоении СО2и реализации «наиболее вероятного» и «близкого к наиболеенеблагоприятному» прогнозу климата соответственно. (Напомним, что такойклимат может быть уже в ближайшие десятилетия.) Кратко опишем возможные последствияпотепления на различные секторы экономики.
Сельское хозяйство.IPCC отмечает, чтовследствие потепления возможный ущерб может возникнуть из-за уменьшенияувлажнения почвы, увеличения количества вредителей растений и животных, а такжевследствие стрессовых воздействий жары. Кроме того, в одних регионах может возрастиэрозия почвы по причине увеличения дождей, тогда как в других усилятся засухи.
Модели предсказывают,что в ряде регионов средних широт (например США) число засушливых лет можетвозрасти с 5% в настоящее время до 50 к 2050 г. Однако отмечаются и возможныеположительные эффекты для экономики. Так, станет больше период времени,благоприятный для роста растений. Кроме того, ожидается увеличение урожаев приросте концентрации СО2 из-за известного стимулирующего действияуглекислого газа на фотосинтез растений. Согласно лабораторным экспериментам,удвоение концентрации СО2 может на 1/3 увеличить урожайность риса,сои и других культур.
При сравнительно небольшом падении валовогопродукта ожидаются существенные изменения на рынке продовольственных товаров.Так, даже при «очень неблагоприятных» сценариях (когда в большинстверазвивающихся стран и бывшем СССР урожай уменьшится на 5-40%) валовой продуктможет уменьшиться всего на 0.5%, но цены возрастут на 40%! По причине этогороста цен только в США потребители будут ежегодно тратить на продовольствие на40 млрд. долл. больше, тогда как доходы фермеров возрастут всего на 19 млрд.долл. по сравнению с 1986 г.
В этом сценариинаибольшие потери ожидаются для Китая (до 5% их валового продукта) и бывшегоСССР. В другом, более оптимистичном сценарии, воздействие изменения климата намировое производство будет практически пренебрежимо малым, причем некоторыйнегативный эффект в Канаде, Японии и Европе будет компенсироваться ростомпроизводства продовольствия в Австралии, Китае (?) и бывшем СССР. Ожидаетсятакже, что риск голода возрастет с 640 млн. человек до 680-940 млн. Понекоторым оценкам, голод, косвенно связанный с потеплением климата, будетпричиной смерти 900 млн. человек за период 2010-2030 гг. Следует отметить, чтовоздействие климатических изменений на сельское хозяйство в разных регионахдаже одной и той же страны будет проявляться различно.
Повышение уровня моря.По прогнозам IPCC, ожидается повышениеуровня моря примерно на 0.5 м к 2100 г., что наиболее серьезно скажется вприбрежных зонах и для небольших островов. В литературе обычно рассматриваетсятри вида ущерба от повышения уровня моря: дополнительные капитальные затратына берегоохранные сооружения; убытки, связанные с потерями прибрежных земель,затраты в результате более частых наводнений.
Так, по некоторымоценкам, капитальные затраты в следующем столетии составят только для США от73 до 111 млрд. долл. в расчете на повышение уровня на 1 м. Для всего мираповышение уровня моря на 0.5 м к концу столетия потребует вложений примерно в 1млрд. долл. ежегодно.
В случае повышенияуровня океана на 1 м ожидается, что только США потеряют (если не будут принятызащитные меры) 6650 кв. миль земли, что приведет к ежегодным экономическимпотерям почти в б млрд. долл. Для всего мира, при повышении уровня на 0.5 м ожидаемыеэкономические потери составят примерно 50 млрд. долл.
Согласно оценкам, в случае повышения уровня океанана 1 м примерно на 20% возрастет число людей, оказавшихся в зоне возможныхнаводнений. Ежегодный экономический ущерб вследствие этого будет измерятьсясотнями миллионов долл.
Лесное хозяйство.Предполагаетсянекоторое увеличение лесных пожаров и сокращение лесов вследствие засух, компенсируемоеболее интенсивным ростом лесов благодаря увеличению концентрации СО2в атмосфере. В целом оценки потерь в лесном хозяйстве из-за климатическихизменений весьма неопределенны и равны примерно 2 млрд. долл. в год.
Водоснабжение.Предполагается, что врезультате засух и других эффектов, сопровождающих изменение климата,ежегодные экономические потери в водоснабжении составят примерно 50 млрд. долл.
Затраты на поддержаниекомфортной температуры в зданиях.С одной стороны,потепление климата очевидным образом снижает затраты на обогрев жилищ, однакопри этом возрастают затраты на кондиционирование. Учет этих обстоятельствприводит к оценке экономических потерь для мировой экономики порядка 20 млрд.долл. в год.
Страхование.Смысл страхованиязаключается в защите ряда секторов экономики от неожиданных или несчастныхслучаев, включая экстремальные условия погоды. С 1987 г. после сравнительноспокойного двадцатилетнего периода страховая индустрия начала нести дополнительныепотери порядка 1 млрд. долл. в год от различных причин, связанных с погодой.Так, в 1992 г. только ураган Эндрю нанес ущерб в 30 млрд. долл., причемполовина этого ущерба была возмещена страховыми фирмами.
Туризм.Наиболее существенныепотери (примерно 1.7 млрд. долл. в год) ожидаются в горнолыжном бизнесе из-засокращения горнолыжного сезона.
Здравоохранение.Существует многофакторов, обусловленных изменением климата — как благоприятных, так и неблагоприятных,воздействующих на здоровье людей. Одни из них могут быть прямыми, например,смертельные случаи из-за жары, другие — сказываться косвенно, напримерфакторы, связанные с изменениями в экосистемах. Весьма грубые оценкипоказывают, что повышение среднеглобальной температуры на 2.5° приведет кдополнительным 215 тыс. смертей в год, главным образом в развивающихся странах.Так, дополнительно заболеют малярией 200 млн. человек. По этим оценкам,экономический ущерб составит примерно 50 млрд. долл.
Загрязнение воды ивоздуха.Повышение температурывоздуха должно привести к увеличению концентрации тропосферного озона и другихвредных газов. По некоторым оценкам, меры по восстановлению качества воздухана прежнем уровне потребуют порядка 15 млрд. долл. в год. Аналогичные меры повосстановлению качества воды потребуют от 15 млрд. до 67 млрд. долл. в год.
Миграция населения.Изменения климата могутвызвать дополнительную миграцию населения в силу ухудшения условий жизни водних регионах и улучшения в других. Оценки показывают, что миграция составитпорядка 1.5% населения Земли, или примерно 150 млн. человек, что приведет кежегодным экономическим потерям в несколько сот миллионов долл.
Потери, связанные сущербом в экосистеме.Здесь потери — какпрямые, так и косвенные — могут быть очень большими. Например, уменьшение мангровыхлесов может привести к необходимости финансирования дополнительных работ позащите побережья. Потепление стало бы причиной потери многих видов животных ирастений как по физиологическим причинам, так и вследствие изменений вовзаимоотношениях различных видов, например в системах жертва — хищник и др.Для сохранения видов потребуется до нескольких десятков долл. на одну особь вгод (например, 15 долл. для сохранения одного бурого медведя в Норвегии). Понекоторым оценкам, все это потребует порядка 30 млрд. долл. в год.
В таблице 2 приведенынекоторые оценки экономического ущерба для США при потеплении климата отвышеперечисленных и некоторых других факторов. Представленные в ней величиныхорошо отражают неопределенность различных оценок ущерба. Тем не менее разбросоценок полного ущерба относительно невелик. Следует также отметить, что повышениесреднеглобальной температуры с 2.5 до 4°С увеличивает ожидаемый экономическийущерб почти в два раза.
Таблица 2. Экономический ущерб(в млрд. долл./год) для США при потеплении климата в случае удвоения СО2(базовый год 1990)
Тип ущерба при потеплении климата по: W.R. Cline на 2.5° S. Fankhauser на 2.5° R.C.J. Tol на 2.5° J.G. Titus на 4° Сельское хозяйство 17.5 8.4 10.0 1.2 Лесное хозяйство 3.3 0.7 - 43.6 Восстановление видов 4.0 8.4 5.0 - Повышение уровня моря 7.0 9.0 8.5 5.7 Производство электроэнергии 11.2 7.9 - 5.6 Здравоохранение 5.8 11.4 37.4 9.4 Миграция 0.5 0.6 1.0 - Ураганы 0.8 0.2 0.3 - Водоснабжение 7.0 15.6 - 44 Загрязнение воздуха тропосферным озоном 3.5 7.3 - 27.2 Всего (включая другие факторы) 61.1 69.5 74.2 139.2 Использованы прогнозы: W.R. Cline The Economics of Global Wanning. Washington, 1992; S. Fankhauser. Valuing Climate Change. The Economics of the Greenhouse. London, 1995; R.S.J. Tol. The Damage Costs of Climate Change: Towards more Comprehensive Calculations («Environmental and Resource Economics», 1995, vol. 5, pp. 353-374); J.G. Titus. The Cost of Climate Change to the United States. Easton, 1995.Соответствующиеоценки экономических потерь для важнейших регионов земного шара представлены втаблице 3.
Таблица 3. Экономический ущерб(в млрд. долл./год и в долях ВНП) при потеплении климата в случае удвоения СО2для важнейших регионов земного шара
Расчеты ущерба по: S. Fankhauser R.C.J. Tol Страна/регион млрд. долл./год ВНП (%) млрд. долл./год ВНП (%) Европа 636 14 - - США 610 13 - -СССР1
182 07 -79 -0.3 Китай 167 47 180 52 Ю Азия - - 535 86 Африка - - 303 87 Лат Америка - - 310 43 Средний Восток - - 13 41 Всего 2696 14 3157 191 Территория бывшего Союза
Данные из этойтаблицы, полученные в разных прогнозах, также существенно отличаются, особеннодля бывшего СССР. В последнем случае даже неизвестно, будут ли грядущиеклиматические изменения благоприятны для его экономики или неблагоприятны.[34]
В целом для мировойэкономики ожидаемые экономические потери составляют 1.5-2% ВНП, или около 300млрд. долл. в год.
Еще неопределеннееоценки более отдаленных последствий увеличения концентрации углекислого газав атмосфере. Так, ожидается, что к 2200-2300 гг. концентрация углекислого газадостигнет уровня 1600-2200 ppmv, среднеглобальная температура увеличится на6-18°С, а уровень океана повысится на 2-3 м. При повышении средне-глобальнойтемпературы на 10° (так что средне-глобальная температура будет почти 30°)ожидается, что только США потеряют около 300 млрд. долл. в год, или около 6%ВНП.
Следует иметь в виду, что во всех сценариях до сихпор рассматривался достаточно плавный ход климатических изменений. Однакосуществует, к счастью, весьма незначительная, вероятность катастрофическогоразвития событий. Здесь обычно рассматривают три опасности: резкое усилениепарникового эффекта из-за включения неизвестной положительной обратной связи(например, высвобождение метана и углекислого газа при таянии вечноймерзлоты), разрушение Западно-Антарктического ледяного щита (уровень моря приэтом повысится на 5-6 метров) и изменение циркуляции в океанах (например,отклонение Гольфстрима от берегов Европы). Однако реалистические прогнозытаких возможных изменений — дело будущего.
ЗАКЛЮЧЕНИЕПодведем некоторыеитоги. Все существующие оценки экономического ущерба вследствие возможногоизменения климата даже на ближайшие десятилетия весьма неопределенны. Однакоопасность признается достаточно серьезной, особенно из-за отсутствия эффективныхприродных механизмов, могущих быстро снизить содержание СО2 ватмосфере. Поэтому в 1995 г. многими странами была подписана «Рамочнаяконвенция по климатическим изменениям» (UNFCCC – United Nations Framework Convention on Climate Change), статья 2 которойгласит: «Цель конвенции… достичь стабилизации концентрации парниковыхгазов в атмосфере на уровне, исключающем опасное антропогенное вмешательство вклиматическую систему…»
Однако сама величинадопустимо безопасной концентрации парниковых газов остается неопределенной.Поэтому в настоящее время, безусловно, имеет смысл рассматривать лишь такиемеры по стабилизации этой концентрации, которые дают определенный выигрыш и вдругих отношениях — например, лесоохранные мероприятия. Так, из 7.1 Гтуглерода ежегодной антропогенной эмиссии в период 1980-1990 гг. около 0.5 Гтуглерода выводилось из атмосферы благодаря мерам по восстановлению лесов в северномполушарии. Развитие энергосберегающих технологий, помимо известныхэкономических выгод, может также на десятки процентов снизить антропогенную эмиссиюСО2.
Вместе с тем такиемеры, хотя и безусловно полезные, не могут полностью решить проблемы стабилизацииконцентрации парниковых газов в атмосфере. Поэтому в ближайшее время следуетожидать острую борьбу за получение определенных выгод между разными странами ифинансово-промышленными группами, использующими как инструмент борьбы конвенциюЦМРССС и спекуляции на неточности оценок ущерба от изменения климата. Например,нефтедобывающим и угледобывающим странам, очевидно, выгодно занижать опасностьизменения климата. Напротив, кругам, связанным с атомной энергетикой и газодобывающейпромышленностью (при сжигании газа на единицу полученной энергии в атмосферувыбрасывается почти вдвое меньше углекислого газа, чем при сжигании мазута илиугля), выгодно преувеличивать эту опасность. Очевидно, преимущество в этойборьбе (за многие миллиарды долларов) получат те страны и финансово-промышленныегруппы, которые смогут сформулировать более весомые аргументы в свою пользу,применяя новейшие достижения теории климата. Не случайно вышеупомянутая чистонаучная программа АКМ, посвященная исследованиям атмосферной радиации, финансируетсяМинистерством энергетики Соединенных Штатов.
К сожалению, уровеньсоответствующих исследований в России, главным образом из-за неоправданноскудного (даже для теперешней экономической ситуации) финансирования и плохойкоординации работ, неудовлетворителен, несмотря на еще имеющийся научный потенциал.Так, в деятельности IPCC участвовало несколько сотен специалистов, из них всегооколо десятка российских. Особо следует отметить слабое внимание крассмотренным проблемам отечественных экономистов, хотя в силу ряда очевидныхгеополитических и других факторов (зависимость от цен на углеводородное сырьеи продовольствие, развитая атомная промышленность, большая и сравнительно слабозаселенная территория, наличие мощных и густонаселенных соседних государств ит.п) исследования воздействия изменений климата на экономику России оченьактуальны. Причем в силу большого разнообразия климатических зон такиеисследования должны быть проведены для многих регионов страны. Авторы, физикипо профессии, надеются, что данная публикация привлечет внимание экономистов кизложенным проблемам и будет способствовать развитию комплексных исследованийв этой области.