Реферат: Рынок ценных бумаг в России до 1917 года

--PAGE_BREAK--1.2 Облигации Российской империи

Как уже было упомянуто ранее, настоящие российские ценные бумаги появились только в 1809 году. Это были государственные облигации с номиналами от 1000 ассигнационных рублей и выше на общую сумму 100 млн. рублей с доходностью 6% годовых и сроком обращения 7 лет. В связи с тем, что данный финансовый инструмент был новым для российских инвесторов, а также имел ряд неудобств по владению им, его размещение с треском провалилось. Было размещено не более 3% от общего объема эмиссии.

Следующий заем был выпущен уже в 1812 году. Облигации выпускались со сроком обращения до 1 года и доходностью 6% годовых. Государство в этом случае поступило несколько хитрее. Этими облигациями оно погашало долги по военным поставкам в действующую армию. Отечественная война 1812 года опустошила бюджет государства, и этот облигационный заем позволил частично избежать эмиссии необеспеченных рублей.

В последующем внутренние облигационные займы выпускались в виде 4,32% билетов Государственного казначейства, которые в финансовых кругах прозвали “сериями”. Датой их рождения считается 1831 год. Билеты Государственного казначейства были не пассивными финансовыми инструментами. Они принимались казной по всем платежам и залогам, кроме платежей государственным кредитным учреждениям. Первоначально срок обращения данных ценных бумаг составлял 4 года, но начиная с 1840 года срок обращения был увеличен до 8 лет. Уже к 1855 году в стране обращалось казначейских билетов на сумму 75 млн. рублей. А к 1 января 1881 года в России было выпущено 72 “серии” на общую сумму 216 млн. рублей.

Российское правительство постоянно пыталось придумать новые механизмы государственного заимствования. В 1864 году был выпущен выигрышный заем на 100 млн. рублей под 5% годовых сроком обращения 60 лет. Два раза в год правительство производило тираж выигрышей и тираж погашения. Каждый раз разыгрывалось 300 денежных призов на общую сумму 600 тыс. рублей. Ажиотаж по этому займу был такой, что уже в 1864 году 100-рублевая облигация стоила не менее 1000 рублей. В связи с успехом первого выигрышного займа правительство в 1866 году выпустило второй 5% выигрышный заем на сумму 100 млн. Он имел аналогичный успех[2].

Российское правительство во второй половине XIX века широко использовало механизм облигационного заимствования, и к 1 января 1881 года “облигационный долг” государства составил 4.885,9 млн. рублей, в том числе по гарантированным правительством ценным бумагам 1.895,5 млн. рублей, а по внешним облигационным займам 1.200 млн. рублей.

В 1883 году Министерство финансов применило новинку на рынке государственных заимствований. В России впервые была выпущена государственная ценная бумага, не имеющая срока обращения. Были выпущены “Свидетельства Государственной комиссии погашения долгов на золотую ренту, приносящую по 6% на капитал” на номинальную сумму 50 млн. рублей золотом. По новым ценным бумагам государство обязывалась выплачивать раз в год доход. Новый финансовый инструмент позволил сбалансировать государственный бюджет. Отпала необходимость в выпуске новых заимствований для погашения старых. В последующем “рентные” займы стали основной формой внутреннего государственного долга.

Проводя активную политику в экономике страны и используя благоприятную ситуацию, сложившуюся на финансовых рынках как внутри страны, так и за рубежом, российское правительство приступило в 1889 году к реформированию долга государства. Была проведена обмена облигаций прежних выпусков на новые с золотым обеспечением, что позволило отсрочить погашение долгов. Одновременно с этим в новых выпусках облигаций был снижен процент выплат дохода. В результате в течение 1889-1894 годов с согласия кредиторов было конвертировано долга на общую сумму 2.644 млн. рублей.

Новые облигации вначале выпускались под 4% годовых, затем доходность по ним была снижена до 3% годовых. Облигации выпускались в довольно экзотических номиналах в 125, 625 и 3.125 рублей, что было эквивалентно 500, 2.500 и 12.500 французским франкам. Это было связано с тем, что основными кредиторами российского государства были французские инвесторы.

Наиболее драматичными в Российской империи были последние выпуски займов 1915-1916 годов. Военные расходы вызвали дисбаланс государственного бюджета. Дефицит государственного бюджета в 1915 году составил 8.561 млн. рублей, а в 1916 году 13.767 млн. рублей. Для его покрытия правительство вновь прибегло к массовому выпуску облигационных займов, в том числе и военных. В 1915 году были выпущены три внутренних займа на сумму 2.500 млн. рублей и проведена эмиссии 4% билетов Государственного казначейства («серий”) на сумму 2.500 млн. рублей. В 1916 году выпуск облигационных займов составил 2.000 млн. рублей, а “серий” — 6.500 млн. рублей.

В последующем, после прихода к власти в 1917 году Временного правительства, выпуск облигационных займов не прекратился. Весной 1917 году выпускается так называемый “Заем Свободы”[3]. Облигации имели доходность 5% годовых со сроком обращения 49 лет. Заем был размещен на сумму около 4.000 млн. рублей. Одновременно с этим Временное правительство продолжило практику выпуска 4% билетов Государственного казначейства (“серий”). Но денег явно не хватало. Поэтому в августе 1917 года выпустило новый заем, который стал последним в истории дореволюционной России. Это был 4,5% выигрышный Государственный облигационный заем. Данный заем интересен тем, что впервые в истории России его бланки были изготовлены не внутри страны, а в США.

По периоду обращения облигаций государственные займы Российской империи делились на краткосрочные, среднесрочные, долгосрочные и бессрочные. Продолжительность обращения краткосрочных бумаг составляла от 3 до 12 месяцев, а их номинал не превышал 500 руб. Эмитентом выступало Министерство финансов, объем непогашенной задолженности, который по этим займам первоначально был ограничен суммой 50 млн. руб., в начале XXвека был существенно расширен. Краткосрочные облигации продавались с дисконтом к номиналу, а погашались Государственным банком по нарицательной стоимости, что позволяло владельцам получать установленный доход.

К среднесрочным бумагам относились выпускавшиеся Государственным казначейством билеты[4], период обращения которых составлял 4 и 8 лет соответственно для разных серий, а номинал устанавливался в размере 50 руб. Первые выпуски этих бумаг приносили доход в размере 3% годовых, а доходность последующих серий достигала 4%. Они имели льготы по налогообложению дохода, а также принимались Государственным банком и казначейством во все виды платежей по номинальной стоимости. Билеты Государственного казначейства сохраняли свою платежеспособность на протяжении еще 10 лет после завершения установленного при эмиссии срока обращения и по существу выполняли функции процентных денег.

Долгосрочные облигации в России выпускались на период 50-80 лет и более и вместе с бессрочными займами занимали доминирующее положение в структуре государственного долга. Бессрочные займы приносили владельцам облигаций непрерывный доход, т. е. ренту, однако правительство в соответствии с законом имело право погашать их по номинальной стоимости. Такая процедура могла проходить тиражами с обязательным предъявлением бумаг к погашению или путем их свободной скупки на бирже. Последний вариант объясняет очень долгое нахождение в обращении отдельных выпусков российских бессрочных бумаг, эмитированных еще в начале XXвека.

Завершая характеристику государственных ценных бумаг Российской империи, следует упомянуть и так называемые гарантированные бумаги. К ним относились, как правило, акции и облигации российских железнодорожных компаний, имевшие срочные или бессрочные правительственные гарантии. Наличие таких гарантий обеспечивало держателям бумаг безусловное получение в срок установленных процентов и минимальных дивидендов, несмотря на проблемы, возникавшие у эмитентов. Такая практика позволяла стимулировать привлечение капитала, особенно иностранного, в частный сектор экономики страны.

После Октябрьской революции, декретом СНК (Совет Народных Комиссаров), от 3 февраля 1918 года, были аннулированы все государственные займы России. Все ценные бумаги Российской империи стали обращаться в Советской России в качестве наличных денег практически до начала 20-х годов.



    продолжение
--PAGE_BREAK--2. Московская фондовая биржа. 2.1 Становление Московской биржи

Дореволюционная Москва играла важную роль в развитии рынка ценных бумаг России. Емкость московского рынка ненамного отставала от ведущей Петербургской биржи. Здесь обращалось большинство тех же бумаг, которые предлагались в тогдашней столице. Московская биржа начала свою деятельность, видимо, еще в XVIII в.  Собрания купцов проходили под открытым небом. Первый указ о строительстве здания биржи в Москве вышел в 1789 г. Но по различным причинам строительство откладывалось.

Только во второй половине 1839 г. было построено первое здание биржи. В 1873—1875 гг. рядом было возведено новое здание.

Официальной датой начала работы Московской биржи считается 8 ноября 1839 г. Именно с этого дня решением Государственного совета на Московскую биржу были распространены биржевые правила, действовавшие в С.-Петербурге, и начал работать биржевой комитет.

Но свой собственный устав у Московской биржи появился только в 1870 г. С инициативой выступило местное купечество, недовольное тем, что деятельность биржи регламентировалась правилами столичной биржи. Проект устава был передан в Министерство финансов 18 ноября 1870 г., а через два дня он уже был утвержден. Устав был составлен на основе Положения о маклерах 1831 г. и устава С.-Петербургской биржи 1832 г., которые еще долгое время оставались образцом написания уставных документов провинциальных бирж и банков[5].
2.2 Устав и правила Московской биржи

Согласно уставу Московской биржи членами биржевого общества могли быть лица, производившие торговлю по купеческим свидетельствам, акционерные общества и товарищества на паях, внесшие установленную плату за право посещения биржи. Таким образом, производить свои операции на бирже имели право только три категории:

·       лица, осуществлявшие оптовую торговлю и имевшие промысловое свидетельство 1- го разряда на торговое предприятие;

·       владельцы промышленных предприятий, торговавшие продукцией своих предприятий оптом;

·       скупщики сельскохозяйственных продуктов и животных, имевшие промысловое свидетельство на торговые предприятия 2 -го разряда.

Исполнительным органом Московского биржевого общества являлся Биржевой комитет, который избирался на 3 года в составе председателя и пяти членов. Кроме того, при бирже функционировали комиссии: котировальная, банковская, юридическая, справочная и др. Фондовый и торговый отделы на Московской бирже не разделялись.

В то время как на С.-Петербургской бирже уже совершались сделки с фондами, на Московской их еще не было. В 1847 г. московские маклеры так отозвались на приглашение гоф-маклера доставлять сведения о ценах на акции и денежном курсе: «В Москве банкирских домов, которые постоянно занимались бы курсовыми делами, не находится, а в посылаемых заграничных векселях и прочих расчетах московское купечество сообразует с курсом, означенным в «С.-Петербургской Коммерческой газете»; акций же при Московской бирже не продается и не покупается».

В 1868 г. в С.-Петербурге началась биржевая лихорадка, сопровождавшаяся активизацией неофициальной фондовой торговли. Позднее нечто подобное охватило и Москву. В 1869 г. Биржевому комитету пришлось принимать меры против распространения неофициальной биржевой игры. Потребовалось введение ежедневных котировок и принятие административных мер против игроков, которые первоначально собирались в Чижевском Подворье, а позднее в доме грузинской царевны. В 1873 г. с некоторой долей иронии газета «Русские ведомости» писала: «По примеру Петербурга замутилась и наша неповоротливая Москва: и она поднатужилась, успела было на короткое, правда, время завести у себя также в каком-то трактире фондовую биржу». Именно с этого времени сделки с ценными бумагами стали обычным явлением на Московской бирже.

Из-за неразвитости фондовой торговли Московская биржа находилась в полной зависимости от С.-Петербургской. Освобождение от «рабства» наступило только в 1889 г., когда часы биржевых собраний были перенесены на более раннее время, а курсовые дни со среды и субботы (назначенными еще в 1866 г. как следующие за существовавшими в то время курсовыми днями в С.-Петербурге) — на вторник и пятницу. Такого изменения оказалось достаточно, для того чтобы придать фондовой торговле в Москве более самостоятельный характер.

В 1891 г. выборные Московской биржи приняли «Правила для сделок по покупке и продаже ценных бумаг, золота, серебра, таможенных купонов и иностранных переводных векселей».

И сегодня интересны извлечения из этих правил. Так, в п. 8 раздела I этих типовых правил говорилось буквально следующее: «Условия о срочных сделках, а именно курс, срок и способ расчета, излагались в торговой маклерской записке, составленной и подписанной маклером в двух экземплярах и утвержденной подписями продавца в том, что он продал, и покупателя в том, что он купил, на условиях, изложенных в записке. По исполнении сделки записки эти взаимно возвращаются».

В п. 5 раздела II таким образом определялось право на дивиденды и проценты по срочным сделкам: «Со времени заключения сделки с акциями купон на получение дивиденда принадлежал покупателю; равным образом ему принадлежало и право на получение акций нового выпуска. При этом при срочных сделках с процентными бумагами проценты насчитывали в пользу продавца по день сдачи бумаг»[1, стр. 13].

Есть и еще несколько интересных положений, не потерявших актуальность и для современных фондовых бирж. Они касаются того, что сегодня мы называем депозитарно-клиринговой деятельностью. Порядок сдачи проданных бумаг определялся так: «Проданные процентные и дивидендные бумаги должны были быть сданы в неповрежденном виде и годными к обращению с подписанным счетом, в котором должна была быть обозначена фамилия маклера, через посредство которого совершена сделка, или лица, по поручению которого сдаются бумаги. При сдаче бумаг продавец имел право доставить бумаги в листах всякого достоинства...

При сдаче именных бумаг только последняя передаточная надпись могла быть бланковая. Сопровождающее бумаги объявление о передаче (трансферт) должно заключать в себе: наименование бумаг, номера их и подпись владельца. Если акции или паи значились по книгам правления не на имя продавца, а на имя постоянного лица или учреждения и сопровождались передаточным объявлением или имели бланковую надпись последнего, продавец обязан в счет, при котором он сдавал бумаги, перечислить номера их. В таких случаях продавец отвечает перед покупателем за правильность объявления или передаточной надписи, но ответственность эта прекращалась, если покупатель не заявил никакой претензии в течение 30 дней после принятия бумаг. Гербовый сбор по трансферту должен был падать на продавца».

Чтобы получить должность, маклер должен был удовлетворять определенным нравственным критериям и внести залог 15000 руб. Маклер получал вознаграждение в размере 0,1 % по сделкам с фондами с обеих сторон, с иностранных переводных векселей — 0,1% со стороны продавца, по внутренним учетным векселям — от 1/32% до 1,8% в зависимости от срока векселя с той и другой стороны сделки.

О всех совершенных сделках маклеры обязаны были сообщать котировальной комиссии. На основе этих сведений составлялись официальные котировочные бюллетени, которые передавались в Министерство финансов и публиковались в «Биржевых ведомостях» и «Торгово-промышленной газете».

При допуске облигаций и акций к обращению на бирже Совет фондового отдела руководствовался «Правилами о допущении бумаг к котировке на Санкт-Петербургской бирже», утвержденными также Министерством финансов[6].

Постепенно по емкости Московская биржа практически догнала С.-Петербургскую. На Московской бирже оборачивалось большинство бумаг, котировавшихся в С.-Петербурге. Но в официальном бюллетене число допущенных к обращению акций промышленных предприятий было ограничено. По мнению современников, это объяснялось большей разборчивостью Московского Биржевого комитета при допуске к котировке на бирже новых ценных бумаг.

Биржевой комитет Московской биржи старался опередить С.-Петербург в усовершенствовании различных норм и правил, которых должны были придерживаться участники фондового рынка. Так, 18 мая 1914 г. состоялось заседание банковской комиссии Биржевого комитета, куда были приглашены представители кредитных учреждений. На заседании обсуждался вопрос об ускорении расчетов банков по принимаемым ими ценным бумагам. Прежде всего это касалось выполнения поручений клиентов по онкольным счетам (счет on call открывался клиенту под залог ценных бумаг или денег для игры на фондовом рынке через банк). Комиссия приняла следующие решения:

·        банки должны выполнять поручения своих клиентов на «сдачу» ценных бумаг с их онкольных счетов не ранее следующего за поступлением приказа дня;

·        если бумаги присланы в банк до 11.30, то расчет по ним должен быть произведен не позднее   13.00;  если бумаги доставлены после 11.30, то все расчеты по ним должны быть завершены до 15.30;

·        в случае отказа банка от принятия бумаг должна быть сделана специальная отметка о предъявлении и причинах отказа [1, стр. 14].


    продолжение
--PAGE_BREAK--2.3 Объемы сделок на Московской бирже

Особенно важную роль Московская биржа играла в деле обращения акций железных дорог и земельных банков.

Всего в официальном бюллетене Московской биржи на 1 января 1913г. значилось 146 облигаций на сумму 11,7 млрд руб. По отдельным категориям облигаций картина выглядела как в табл. 1 [1, стр.14].

О допущенных к официальной котировке на Московской бирже акциях дают представление данные табл. 2 [2, стр.15].
Таблица 1.
Облигации, обращавшиеся на Московской бирже в 1913 г.



Вид займа

Количество выпусков

Объем, млн руб.

Государственные и железно-дорожные, гарантированные государством

29

7086,32

Частные железнодорожные Закладные листы банков

17

293,42

Дворянского земельного

9

823,77

Крестьянского поземельного

5

1137,54

Земельных

13

1419,58

Облигации

 

 

Городских кредитных обществ

20

748,74

Городов

31

108,36

Торгово-промышленных предприятий

22

28,32

Итого

146

1 1 706,05


Таблица 2.
Акции, обращавшиеся на Московской бирже в 1913 г.



Вид предприятия

Число выпусков

Капитал млн руб.

Железнодорожные

5

70,11

Банки:





коммерческие

20

402,00

земельные

9

78,52

Общества:





пароходные

6

30,13

страховые

5

15,70

Торгово-промышленные

24

187,78

Итого

69

784,24



Среди котировавшихся банковских акций бумаги Московского Торгового банка с основным капиталом в 10 млн руб. обращались только на Московской бирже. Акции остальных 19 банков с основным капиталом в 392 млн руб. находились в обращении и на С.-Петербургской бирже.

Только в Москве котировались акции 12 предприятий с основным капиталом 41.81 млн руб. Главным образом, это были местные семейные предприятия. О соотношении объемов облигационных займов и московского городского бюджета свидетельствуют данные табл. 3 [2, стр.15].
Таблица 3
Соотношение объема займов и бюджета Москвы, руб.



Год

1907

1908

1909

1910

1911

1912

1913

Доходы, руб.

26379342

28588659

31419342

35306007

39805022

43242820

47594643

Расходы, руб.

27481688

29385645

31419342

35564296

39613063

43242820

47594643

Задолженность города на 31 декабря

44000500

70985417

92373328

116375728

113499453

148403307

147182620

Общая сумма, необходимая для уплаты процентов и погашения всех долгов города в течение года

2601054

3061214

4706084

5679571

7163769

7168830

9005003

Общая ценность городского

движимого и недвижимого

имущества на 31 декабря

117401190

131664485

150148011

166492312

172005032

—

—



Можно говорить о постоянно увеличивавшемся долге Москвы перед держателями ее городских облигаций. Если в 1907 г. превышение займов над доходной частью бюджета составляло 66%, то в 1913 г. — уже 209%. С другой стороны, если городские доходы за этот же период увеличились в 1,8, то объем займов — в 3.3 раза [2, стр. 15]. Подобное соотношение доходной части бюджета и заимствований не было в то время чем-то исключительным. Размер займов практически всех европейских столиц превышал их доходы в несколько раз.

К сожалению, дореволюционная статистика не оставила нам цифр, исчерпывающе характеризующих емкость фондового рынка в начале XX в., но в нашем распоряжении есть сведения о распределении государственных ценных бумаг по губерниям. Конечно, на первом месте по номинальной стоимости обращавшихся бумаг был С.-Петербург, но и Москва, занимая второе место, намного опережала провинциальные города. На 1 января 1907 г. московские инвесторы владели ценными бумагами на сумму более 562 млн руб., в 1914 г. эта сумма составляла 626,2 млн руб., а в 1916 г. она возросла до 1219,3 млн. Это составляло от 10 до 14% от общего объема государственных займов.
    продолжение
--PAGE_BREAK--