Реферат: Правосудие и его демократические основы

--PAGE_BREAK--
2.2.2 Обеспечение прав и свобод человека и гражданина при осуществлении правосудия
В любом государстве, претендующем на то, чтобы его считали демократическим, данный принцип тоже следует относить, как и принцип законности, к числу универсальных. Жизнь и здоровье, честь и достоинство, права и свободы человека и гражданина — ценности, которые подлежат первоочередной защите во всех сферах государственной и общественной жизни, в том числе, разумеется, и при осуществлении правосудия. Юридической базой для такого подхода в наши дни является уже давно пользующаяся широким признанием идея, положенная в основу ст. 2 Конституции РФ. «Человек, его права и свободы,— говорится в этой статье, — являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства».
Эта основополагающая идея развита и конкретизирована во многих предписаниях Конституции РФ и других законодательных актах, включая те, которые имеют непосредственное отношение к правосудию и в целом ко всем направлениям правоохранительной деятельности. О ряде предписаний такого рода речь уже шла выше и пойдет в последующих параграфах данной главы и других главах учебника. Это предписания о равенстве всех перед законом и судом, презумпции невиновности, праве на защиту от обвинения в преступлении, состязательности и равноправии сторон, праве на судебную защиту прав и свобод от каких бы то ни было посягательств, а также о национальном языке судопроизводства, открытом разбирательстве судебных дел и т. д. Многие из них имеют существенное значение для создания надлежащих условий, необходимых для подлинного правосудия как по уголовным, так и гражданским, в том числе арбитражным делам.
Особого внимания требуют конституционные и иные законодательные положения, которые призваны гарантировать неприкосновенность личности человека и гражданина, их частной жизни и жилища.
Соблюдение этих положений — важнейшее условие для осуществления правосудия во всех сферах. Однако значительную актуальность они имеют для правосудия, которое осуществляется в связи с разбирательством уголовных дел. Именно в данной области распространено применение весьма острых мер государственного принуждения. И это в определенной мере служит реальной почвой для опасных ошибок, влекущих нередко тяжелые последствия, и даже для злоупотреблений должностных лиц правоохранительных органов, чрезмерно усердствующих в стремлении «показать свою власть» либо создать видимость непримиримого отношения к преступникам, подлинным и нередко мнимым, а порой — и больших достижений «на ниве борьбы с преступностью».
Многолетний отечественный и зарубежный опыт подсказал, что человек, привлекаемый к уголовной ответственности и предстающий перед судом в качестве подсудимого, нуждается в дополнительных средствах защиты его основных прав и свобод. Таким средствам уделяется значительное внимание. Они закрепляются как в обычных законах, так и на конституционном уровне. С известной долей условностиих можно объединить в три группы.
К первой относятся юридические средства, гарантирующие неприкосновенность личности человека и гражданина. Вполне естественно, среди средств данной группы ведущее место занимают те, которые предназначены для правовой защиты наивысшей ценности — человеческой жизни. В соответствии со ст. 20 Конституции РФ каждый обладает правом на жизнь. Для правосудия имеет принципиальное значение тот факт, что в этой же статье подчеркивается исключительный характер смертной казни. Она и в соответствии с ней уголовное законодательство ориентируют суды на необходимость особой осмотрительности при принятии решений о применении данной меры наказания.
Конституция РФ и другие законы бескомпромиссно запрещают любые действия, которые причиняли бы какой-то ущерб и здоровью, умаляли бы достоинство личности. В ее ст. 21 четко сказано, что «ничто не может быть основанием» для умаления достоинства личности. Там же категорически запрещено применение в каких бы то ни было формах насилия, а также проведение медицинских, научных или иных опытов без добровольного согласия тех, кого намереваются подвергать таким опытам.
Эти запреты, естественно, подлежат безусловному соблюдению и являются крайне важными, прежде всего, для тех областей государственной деятельности, которые связаны с борьбой с преступностью и, соответственно, с осуществлением правосудия по уголовным делам. Они означают, в частности, что нельзя ни у кого требовать под угрозой насилия и тем более с применением такового дачи показаний, признания своей вины в совершении преступления, принудительного медицинского освидетельствования, совершения поступков, унижающих человеческое достоинство либо опасных для жизни или здоровья и т. д. Сведения, полученные при несоблюдении таких запретов, не могут считаться Доказательствами, которые суд вправе положить в основу приговора или иного своего решения по конкретному делу. Должностные лица, допускающие антиконституционные действия, должны нести ответственность, в том числе уголовную.
Неприкосновенность личности с конституционной точки зрения означает также недопустимость произвольного ареста, заключения под стражу и содержания под стражей. Отступление от данного запрета возможно только в законом установленном порядке, который предусматривает систему гарантий, обеспечивающих законность и обоснованность лишения свободы человека и гражданина в любой форме. В частности оно может быть применено только при наличии условий, тщательно определенных в законодательном порядке, под контролем суда или прокурора. Лицу, подвергнутому такой мере, предоставлены неограниченные возможности по принесению жалобы на ее незаконность или необоснованность.
Вторую группу дополнительных средств, обеспечивающих реализацию прав и свобод человека и гражданина, образуют те, которые предназначены для защиты неприкосновенности их частной жизни. Основные из них тоже предусматриваются в Конституции РФ (ст. 23). В принципе данная сфера жизни любого неприкосновенна. Но при возникновении необходимости в ходе, скажем, выявления преступления и расследования уголовного дела вторгнуться в частную жизнь человека (прослушать телефонные переговоры, просмотреть почтовую корреспонденцию, ознакомиться с телеграфными или иными сообщениями и т. д.) безусловно, обязательно соблюдать специальные правила, гарантирующие от произвола (к примеру, получить судебное решение, разрешающее производство соответствующего действия). Такие правила детально регламентируются УПК, Законом об оперативно-розыскной деятельности и некоторыми другими.
К третьей группе названных средств относятся установленные Конституцией РФ и иными законами правовые средства, обеспечивающие неприкосновенность жилища. Жилье — не то место, где посторонним, даже должностным лицам весьма уважаемых и авторитетных правоохранительных органов, можно произвольно, против воли проживающих в нем лиц совершать какие-то действия, в том числе в связи с выявлением и расследованием преступлений. Таково общее правило, и оно четко и ясно определено в ст. 25 Конституции РФ. Однако если все же в процессе выполнения оперативно-розыскных мероприятий или следственных действий возникает потребность проникнуть в жилое помещение против воли его хозяина, то требуется заручиться санкцией прокурора или решением суда, допускающим такое проникновение. Отступление от этого правила возможно только в случаях, не терпящих отлагательства. И о каждом таком случае должны ставиться в известность прокурор либо суд. Подобная форма контроля тоже способна влиять сдерживающе на тех, кто не привык считаться с конституционными правами человека и гражданина.
В связи с характеристикой рассматриваемого принципа правосудия важно иметь в виду, что несоблюдение изложенных правил должно влечь за собой исключение из числа доказательств всех данных, обнаруженных в ходе действий, произведенных без соблюдения таких правил. А это означает, что данные подобного рода не могут служить основанием для постановления того или иного акта правосудия. В случае их использования принятые судебные решения должны отменяться. Соответственно правосудие не может считаться состоявшимся.
2.2.3 Осуществление правосудия только судом В соответствии со ст. 118 Конституции РФ, как отмечено выше, правосудие осуществляется только судом. Данное положение конкретизируется в ч. 1 ст. 4 Закона о судебной системе, где сказано: «Правосудие в Российской Федерации осуществляется только судами, учрежденными в соответствии с Конституцией Российской Федерации и настоящим Федеральным конституционным законом. Создание чрезвычайных судов и судов, не предусмотренных настоящим Федеральным конституционным законом, не допускается».
Применительно к разбирательству уголовных дел рассматриваемый принцип детализируется в ст. 49 Конституции РФ и ст. 13 УПК. В последней по данному поводу сказано следующее: «Никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом». Другими словами, только суд, действующий на основании предписаний закона, может признать человека виновным и назначить ему уголовное наказание. Что касается отправления правосудия по гражданским делам, осуществляемому общими, арбитражными и военными судами, то положение, содержащееся в ст. 118 Конституции РФ и приведенной ч. 1 ст. 4 Закона о судебной системе, тоже конкретизируется в ряде Других законов, в первую очередь в ГПК и АПК.
Круг органов, уполномоченных вершить правосудие, четко ограничен названными выше законами. К ним отнесены Верховный Суд РФ, Высший Арбитражный Суд РФ, верховные суды республик, краевые и областные суды, суды городов федерального значения, суды автономной области и автономных округов, районные суды и мировые судьи, военные суды, а также федеральные арбитражные суды округов и арбитражные суды субъектов Российской Федерации. Этот перечень является исчерпывающим. Государство доверяет отправление правосудия только специально уполномоченным (компетентным) органам. Никакие другие государственные либо иные органы не вправе осуществлять данный вид деятельности, поскольку у них нет соответствующих полномочий.
Требование, чтобы данный вид государственной деятельности выполнялся только судами, имеет в виду также то, что акты правосудия (приговоры или иные судебные решения), которые после вступления в законную силу приобретают общеобязательное значение, подлежат неуклонному проведению в жизнь. Отменять или изменять их вправе лишь вышестоящие судебные органы с соблюдением строгих процессуальных правил и гарантий, ограждающих права и законные интересы граждан, а равно правомерные интересы общества и государства.
2.2.4 Обеспечение законности, компетентности и беспристрастности суда Кратко суть данного принципа можно выразить примерно следующим образом: суд, которому доверяется рассматривать и разрешать гражданские и уголовные дела, способен вершить подлинное правосудие, если он законен, компетентен и беспристрастен.
Это самоочевидное положение прямо в действующем законодательстве не сформулировано. Оно вытекает из анализа предписаний Конституции РФ ( ст. 18, 45, 47, 119, 121 и 123) и других российских законов, в первую очередь судоустройственных и процессуальных, а равно авторитетных международных документов. К числу последних можно отнести, к примеру, Международный пакт о гражданских и политических правах. «Каждый имеет право, — говорится в ч. 1 ст. 14 этого документа, – при рассмотрении любого уголовного обвинения, предъявленного ему, или при определении его прав и обязанностей в каком-либо гражданском процессе на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона».
Для обеспечения всех этих свойств суда существуют многие установленные законом средства. О том, как такая обеспеченность достигается в отношении независимости суда и судей, речь пойдет в следующем параграфе, поскольку данное свойство нуждается в особом рассмотрении.
Что касается других из перечисленных свойств суда (законности, компетентности и беспристрастности), то средства, обеспечивающие их, отличаются своеобразием и могут быть объединены в три группы:
– правила, определяющие порядок наделения судей, народных, присяжных и арбитражных заседателей их полномочиями, включая те правила, которые устанавливают требования, предъявляемые к кандидатам на эти роли;
– правила определения суда, где должно рассматриваться конкретное гражданское или уголовное дело (правила определения подведомственности и подсудности), а также его состава;
– правила, ограничивающие возможность необъективности либо пристрастности тех, кому доверяется принятие решения по существу вопросов, возникших по делу.
Первая группа правил устанавливается предписаниями Конституции РФ (ст. 119 и 123), Закона о судебной системе, Закона о статусе судей, Закона о судоустройстве, Закона с Конституционном Суде и Закона об арбитражных судах. Их соблюдение, как будет показано в гл. XI учебника, создает «сито» с помощью которого от реализации судебных функций отстраняются люди, неспособные выполнятьих (не имеющие достаточной квалификации, профессионального и житейского опыта, не соответствующие высоким нравственным требованиям, дающим право судить других и т. д.). В конечном счете правила данной группы обеспечивают преимущественно компетентность суда.
Правила второй группы тоже устанавливаются предписаниями Конституции РФ (ст. 47), а равно ГПК, УПК г АПК. Они вытекают также из приведенного выше положение ч-1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах. В основе всех этих предписаний лежит давно и широко признанная предпосылка: всякий заранее и наверняка должен знать, к какому судье ему придется обратиться, если возникни имущественный или иной разрешаемый в суде спор, либо перед каким судьей он предстанет в случае привлечения его к уголовной ответственности.
Вопрос о подсудности дела не относится к числу юридико-технологических. Правильное его решение — это обеспечение компетентности и беспристрастности суда, его надлежащего состава. И решаться он должен не по усмотрению какого-то должностного лица или по его капризу, как это нередко случалось в прошлом, в том числе в не столь отдаленном.
Этим и объясняется тот факт, что ему уделено внимание и в Конституции РФ. «Никто не может быть лишен права, — говорится в ч. 1 ст. 47, — на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом». В развитие этой общей установки законодательство по данному вопросу предусматривает, скажем, что изъятие конкретного уголовного дела вышестоящим судом из нижестоящего допускается лишь при наличии ходатайства подсудимого. Помимо его воли дело не может быть изъято, к примеру, из районного суда даже в Верховный Суд РФ.
Не допускается произвольная передача дела, подсудного одному суду, в другой суд того же уровня. В упомянутом выше постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года разъяснено, что в случаях, когда имеется крайняя необходимость в переносе дела из одного суда в другой суд того же уровня (например, в данном суде один судья, и он заболел надолго; ожидание его выздоровления чревато тем, что подсудимый будет вынужден находиться неопределенно долго под стражей до вынесения приговора), передача дела может состояться по решению председателя вышестоящего суда, но при этом подсудимого нужно обязательно известить о причинах такого решения. Извещение даст ему возможность своевременно обратиться с жалобой, если он не будет согласен с решением. Словом, таким образом Верховный Суд РФ принял меры к тому, чтобы и в данном вопросе не было произвольных отступлений от конституционных предписаний, предусматривающих одно из средств обеспечения законности суда, которому можно доверить разбирательство конкретного дела.
Для обеспечения законности, компетентности и беспристрастности суда существенное значение имеетправильное определение состава суда, который должен рассматривать конкретное дело.
В настоящее время все суды общей юрисдикции могут рассматривать гражданские дела по первой инстанции в двух составах суда: судьями единолично или коллегией в составе профессионального судьи и двух народных заседателей. Фактически большинство такого рода дел рассматривается судьями единолично.
Дела, подведомственные арбитражным судам, могут рассматриваться по первой инстанции в одном из трех вариантов составов судов: судьей-профессионалом единолично, тремя судьями-профессионалами, судьей-профессионалом и двумя арбитражными заседателями. Чаще всего такое рассмотрение осуществляется судьями-профессионалами единолично в арбитражных судах субъектов Российской Федерации. Формирование коллегиальных составов должно происходить, например, по делам о банкротстве (несостоятельности) либо по решению председателя суда с учетом каких-то обстоятельств (ходатайство стороны спора, сложность дела и т. д.). В этих случаях в состав коллегии судей входят три судьи-профессионала, работающих в данном арбитражном суде. Состав суда с участием арбитражных заседателей при определенных условиях может формироваться решением руководства соответствующего суда по просьбе или с согласия спорящих сторон.
    продолжение
--PAGE_BREAK--Что касается уголовных дел, то дляих разбирательства в гражданских судах общей юрисдикции по первой инстанции возможны четыре варианта состава суда:
— один судья (дела о преступлениях, наказуемых не более строгим наказанием, чем пять лет лишения свободы). Такой состав суда возможен только по делам, рассматриваемым районными судами, если подсудимый — совершеннолетний. На военные суды, общие (гражданские) суды среднего звена и Верховный Суд РФ данное правило не распространено — в них все уголовные дела по первой инстанции должны разбираться коллегиально. Оно не распространяется также на все уголовные дела несовершеннолетних;
– один судья-профессионал и два народных заседателя (по делам о преступлениях, за которые в районном суде может быть назначено лишение свободы на срок свыше пяти лет, а во всех других судах — любой вид наказания; сюда относятся и все дела о преступлениях несовершеннолетних);
– три судьи-профессионала (с согласия обвиняемого по делам, подсудным всем военным судам, общим (гражданским) судам среднего звена и Верховному Суду РФ);
– один судья-профессионал и двенадцать присяжных заседателей (такие коллегии образуются в судах среднего звена общей «юрисдикции тех субъектов Российской Федерации, где допускался разбирательство дел с участием присяжных, по ходатайствам подсудимых по делам о преступлениях, за которые может быть назначено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пятнадцати лет, пожизненного лишения свободы или смертной казни).
Созыв суда присяжных допускается только в таких общих делах (гражданских) среднего звена, как краевые, областные и городские суды в тех субъектах Российской Федерации, в отношении которых есть специальное решение
В кассационной, надзорной и апелляционной инстанциях разбирательство дел возможно только в коллегиальном составе. Например, в судебных коллегиях судов общей юрисдикции среднего звена и Верховного Суда РФ оно осуществляется тремя профессионалами, а в президиумах этих судов — не менее чем половиной членов президиума. По такой же схеме в общих чертах, как будет показано ниже, определяется состав арбитражных судов, рассматривающих дела в апелляционном, кассационном и надзорном порядке.
В соответствии с правилами третьей группы обеспечивается в первую очередь беспристрастность суда. Они сосредоточены главным образом в ГПК, УПК и АПК. Согласно этим правилам судьи и заседатели устраняются от разбирательства конкретного дела:
– если они, например, выполняли какие-то функции в связи с производством по данному делу (являлись свидетелями или потерпевшими, дали экспертное заключение по вопросам, возникшим в процессе расследования дела, участвовали в расследовании дела, оказывали юридическую помощь истцу или ответчику и т. д.);
– либо если есть основания считать, что судья или заседатель имеет личную заинтересованность в исходе дела (к примеру, является родственником какой-то из сторон, свидетелем, лицом, производившим расследование, уже участвовал в производстве по данному делу в качестве судьи, и т. д.).
При оценке роли и значения рассмотренных правил, обеспечивающих законность, компетентность и беспристрастность суда, которому доверяется разбирательство гражданских и уголовных дел, важно не упускать из виду то, что между этими правилами нет непроходимой пропасти. Они тесно взаимосвязаны и дополняют друг друга.
2.2.5 Независимость судей, присяжных, народных и арбитражных заседателей Принцип независимости судей, присяжных, народных и арбитражных заседателей провозглашается во многих законодательных актах: в Конституции РФ (ст. 120), Законе о судебной системе (ст. 5), Законе о статусе судей (ч. 4 ст. 1), Законе о Конституционном Суде (ст. 5, 13 и 29), Законе об арбитражных судах (ст. 6), Законе о судоустройстве (ст. 12), УПК (ст. 16), ГПК (ст. 7), АПК (ст. 5) и др.
Суть данного принципа правосудия состоит в стремлении обеспечить такие условия, в которых суд смог бы иметь реальную возможность принимать ответственные решения без постороннего вмешательства, без какого бы то ни было давления или иного воздействия, на прочной основе предписаний закона и только закона.
Опыт многих десятилетий и даже столетий говорит о том, что суд относится к числу таких государственных учреждений, решения которых находятся в поле зрения других государственных органов, должностных лиц различного уровня и просто граждан, так или иначе заинтересованных в результатах разбирательства конкретных дел. Отсюда и то многообразие способов и методов, используемых для оказания влияния на суды, которые выработаны многолетней практикой. Вплоть до наших дней к такого рода способам и методам относится многое: от посулов и подкупов до угроз и физической расправы с судьями. Чем дальше, тем более изощренными становятся эти способы и методы.
В связи с этим существенное внимание уделяется разработке и внедрению гарантий независимости судей, присяжных, народных и арбитражных заседателей. Усилия в этом направлении предпринимаются давно. Весьма заметный шаг был сделан 26 июня 1992 года, когда Верховный Совет РФ принял Закон о статусе судей. В ст. 9 этого Закона установлено, в частности, что независимость судей обеспечивается:
– предусмотренной законом процедурой осуществления правосудия; запретом, под угрозой ответственности, чьего бы то ни было вмешательства в деятельность по осуществлению правосудия;
– установленным порядком приостановления или прекращения полномочий судьи;
– правом судьи на отставку;
– неприкосновенностью судьи;
– системой органов судейского сообщества;
– предоставлением судье за счет государства материального и социального обеспечения, соответствующего его высокому статусу.
«Судья, — говорится в ч. 2 названной статьи, — члены его семьи и их имущество находятся под особой защитой государства. Органы внутренних дел обязаны принять необходимые меры к обеспечению безопасности судьи, членов его семьи, сохранности принадлежащего им имущества, если от судьи поступит соответствующее заявление».
Эти положения существенным образом развиты и дополнены Федеральным законом «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» от 20 апреля 1995 года, в котором достаточно детально определяется не только круг лиц, пользующихся правом особой государственной защиты, но и подлежащие применению конкретные меры защиты, условия и порядоких реализации. Набор таких мер довольно разнообразен: от обеспечения личной охраны, охраны имущества и жилища, выдачи оружия, специальных средств индивидуальной защиты вплоть до переселения на другое место жительства, замены документов и изменения внешности.

2.2.6 Осуществление правосудия на началах равенства всех перед законом и судом
Этот принцип правосудия тоже закреплен во многих законодательных актах. В Конституции РФ ему посвящена ст. 19, где сказано:
«I. Все равны перед законом и судом.
2. Государство гарантирует равенство прав и свобод человека и гражданина независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям, а также других обстоятельств. Запрещаются любые формы ограничения прав граждан по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности.
3. Мужчина и женщина имеют равные права и свободы и равные возможности для их реализации».
Равенство перед законом — это одинаковое применение положений, закрепленных в законодательстве, ко всем гражданам. При этом имеются в виду не только предоставление прав, их реализация, но и возложение обязанностей, возможность применения и применение ответственности в соответствии с теми законодательными актами, которые регламентируют осуществление правосудия.
Понятие равенства перед судом не отличается существенно от понятия равенства перед законом. Оно означает наделение всех граждан, предстающих перед судом в том или ином качестве, равными процессуальными правами и соответствующими обязанностями. Если, скажем, кто-то вызывается в суд в качестве свидетеля, то это значит, что он, независимо от своего происхождения, социального, должностного и имущественного положения, расовой и национальной принадлежности и т. д., обязан явиться и дать правдивые показания. Правила судопроизводства во всех общих и военных судах одинаковы, независимо от того, кто привлекается к ответственности, признан потерпевшим, предъявил гражданский иск, является ответчиком по такому иску и т. д. Одинаковы правила судопроизводства и для дел, рассматриваемых арбитражными судами.
Закон вместе с тем предусматривает некоторые особенности судопроизводства, которые зависят от принадлежности гражданина к Вооруженным Силам РФ или иным военным структурам, воинского звания или занимаемой им должности. Но эти особенности проявляются лишь в том, что для лиц, состоящих на военной службе, или тех, кто приравнен к ним, установлены свои правила определения подсудностиих дел. Рассматриваются они не общими судами, а военными. При этом полностью соблюдаются одинаковые для всех общих и военных судов правила судопроизводства и исключаются какие-то преимущества либо привилегии.
До сравнительно недавнего времени исключения из принципа, закрепленного в ст. 19 Конституции РФ, были редкостью. В соответствии с широко распространенными во многих странах мира традициями в российском законодательстве устанавливался особый режим привлечения к уголовной ответственности и применения мер принуждения, к которым прибегают при производстве по уголовным делам (арест, обыск, задержание, привод и т. п.), только в отношении главы государства и депутатов законодательных (представительных) органов.
Например, в ст. 96 Конституции РФ по данному поводу сказано следующее:
«1. Члены Совета Федерации и депутаты Государственной Думы обладают неприкосновенностью в течение всего срока их полномочий.
2. Они не могут быть задержаны, арестованы, подвергнуты обыску, кроме случаев задержания на месте преступления, а также подвергнуты личному досмотру, за исключением случаев, когда это предусмотрено федеральным законом для обеспечения безопасности других лиц.
3. Вопрос о лишении неприкосновенности решается по представлению Генерального прокурора Российской Федерации соответствующей палатой Федерального Собрания».
Эти конституционные положения существенно уточняются и дополняются в ст. 18 и 20 Федерального закона «О статусе депутата Совета Федерации и депутата Государственной Думы Федерального Собрания» от 8 мая 1994 года (СЗ РФ. 1994. № 2. Ст. 74). Были приняты, как и в прежние времена, законы, предусмотревшие нечто подобное для членов местных представительных органов и некоторых выборных должностных лиц органов местного самоуправления.
Такую законодательную практику вполне можно признать в целом понятной и оправданной. Она отражает стремление предусмотреть дополнительные гарантии законности и обоснованности привлечения к уголовной ответственности и применения весьма острых мер принуждения к лицам, занимающим особое положение в силу того, что они принимают активное участие в политической жизни. Дополнительные гарантии – средство, ограждающее, прежде всего, от преследований по политическим мотивам. Как показывает российский и зарубежный опыт, такие гарантии нужны в любом по-настоящему демократическом государстве.
Вместе с тем в последние годы введение различного рода изъятий из принципа равенства перед законом и судом приобретает характер нарастающей тенденции. Появились законы, ставящие в особые условия многих должностных и не должностных лиц. В их числе оказались зарегистрированные кандидаты на должность Президента РФ и в депутаты, члены комиссий по проведению выборов и референдумов с правом решающего голоса, судьи всех судов, прокуроры и следователи прокуратуры, сотрудники органов федеральных служб охраны, безопасности, внешней разведки при исполнении ими своих служебных обязанностей, Председатель, заместители Председателя, аудиторы и инспектора Счетной палаты РФ, Уполномоченный по правам человека в РФ и др.
Представление о том, какие предусматриваются изъятия из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом для названных лиц, можно получить при ознакомлении, например, со следующими актами:
– ч. 7 ст. 37 Федерального закона «О выборах Президента Российской Федерации» от 17 мая 1995 года (СЗ РФ. 1995. № 21. Ст.1924);
– ч. 7 ст. 19 названного закона, а также ч. 7 ст. 20 Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации» от 10 октября 1995 года (СЗ РФ. 1995. № 42. Ст. 3941);
– ч. 5 ст. 22 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации» от 6 декабря 1994 года (СЗ РФ. 1994. № 33. Ст. 3406);
– ч. 9 ст. 44 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 21 -июня 1995 года (СЗ РФ. 1995. № 26. Ст. 2398);
– ст. 16 Закона о статусе судей;
– ст. 42 Закона о прокуратуре;
– ч. 4 ст. 17 Федерального закона «Об органах федеральной службы безопасности Российской Федерации» от 3 апреля 1995 года (СЗ РФ. 1995. № 15. Ст. 1269);
– ст. 29 Федерального закона «О Счетной палате Российской федерации» от 11 января 1995 года (СЗ РФ. 1995. №3. Ст. 167);
– ч. 7 ст. 18 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 28 августа 1995 года (СЗ РФ. 1995. № 35. Ст. 3506);
– ч. 1 ст. 12 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» от 26 февраля 1997 года (СЗ РФ. 1997. № 9. Ст. 1011).
2.2.7 Обеспечение права граждан на судебную защиту Свободу доступа к правовой защите, осуществляемой судами, принято считать одним из оплотов демократии. Она является выражением линии на разделение основных ветвей государственной власти, на четкое разграничение их функций и установление так называемой системы сдержек и противовесов.
Общечеловеческий опыт уже давно подсказал широко известную в наши дни мысль: никто не может быть судьей в своем собственном деле. Признание людьми собственных ошибок или Допущенных злоупотреблений недостижимо или почти недостижимо в подавляющем большинстве случаев и в полном объеме. Вероятность того, что должностное лицо какого-то исполнительного органа, причинившее заведомо неправильными действиями вред гражданину или организации, охотно и полностью признает свои злоупотребления, примет меры к ликвидации их последствий, крайне мала. Не очень высока и вероятность того, что злоупотребления или ошибки могут быть добровольно исправлены вышестоящими должностными лицами исполнительной власти. Во всяком случае, нет стопроцентной уверенности в том, что так Сзываемый ведомственный механизм борьбы со злоупотреблениями и ошибками сработает безотказно и надежно. Нужна какая-то сила, которая пришла бы на помощь тому, кому причинен вред. В качестве такой силы и призван выступать независимый, объективный и компетентный суд.
Примерно такова логика признания эффективности и важности судебной защиты прав и свобод. И это признание получило весьма, широкое распространение не только у нас в стране, но и во многих других странах, на международном уровне. Судебной защите и обеспечению права на нее уделено значительное внимание и в российском законодательстве. В наши дни оно почти полностью отражает современные представления о рассматриваемом принципе. В 2 ст. 46 Конституции РФ по этому поводу говорится, что каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод, а также что решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Это конституционное положение конкретизируется рядом законодательных актов, в частности Законом РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» от 27 апреля 1993 года. И практика их реализации в последние годы, как отмечалось выше, становится все более активной.
Для полноты характеристики рассматриваемого принципа важно иметь в виду, что принятие решения по жалобе высшей судебной инстанцией— не предел. В ч. 3 ст. 46 Конституции РФ сказано: «Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты».
Такими наиболее известными международными органами являются: Комиссия ООН по правам человека, Комитет по правам человека, Комитет по ликвидации расовой дискриминации и Комитет против пыток. Все они образованы и действуют под эгидой ООН на основании положений Устава ООН, Международного пакта о гражданских и политических правах и Факультативного протокола к нему, Международной конвенции о ликвидации всех форм расовой дискриминации и Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Российская Федерация приняла на себя обязательство о соблюдении предписаний этих весьма авторитетных международных документов, в том числе тех предписаний, которые регламентируют порядок рассмотрения жалоб отдельных лиц на нарушенияих прав и свобод.
    продолжение
--PAGE_BREAK--