Реферат: Нравственное и духовное воспитание современной молодежи

МИНИСТЕРСТВООБРАЗОВАНИЯРОССИЙСКОЙФЕДЕРАЦИИ

РЕФЕРАТ

ТЕМА:

НРАВСТВЕННОЕИ ДУХОВНОЕВОСПИТАНИЕСОВРЕМЕННОЙМОЛОДЕЖИ

ВЫПОЛНИЛА: Телицына Мария

ученица 9класса «А»

средней школы№ 27

Ижевск, 2003 г.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение 3

Духовноеи нравственноевоспитаниесовременноймолодежи 4

Материал

Введение

Что выводилоРоссию и русскихиз катастроф? Духовная вера, высокое нравственноечувство, беспредельноемужество вборьбе за Отечествов самый тяжелыймомент. Такимтяжелым моментомв истории былXIV век – векТатаро-монгольскогоИга. Почему явыбрала именноэтот период? Потому что онсродни нашемувремени. Войныв Чечне, Афганистане, множествокатастроф чутьли не каждыйдень.

Но большевсего менязаинтересовалаодна личность.Этот человек“дал почувствоватьзаскорбевшемународу, что внем еще не вседоброе погаслои замерло; своимпоявлениемсреди соотечественников, сидевших вотьме и сенисмертной, оноткрыл им глазана самих себя, помог им заглянутьв свой собственныйвнутренниймрак и разглядетьтам еще тлевшиеискры того жеогня, которымгорел озарявшийих светоч»(В.О. Ключевский).Этим человекомбы СергийРадонежский.

Я решила взятьдва романарусских писателейБ. Зайцева«ПреподобныйСергий Радонежский»и Д. Балашова«Похвала Сергию»и сравнитьобразы Преподобного.Но сравнитьне только образы, но мысли, чувства, переживаниясамих авторов.Так лучшевоспринимаетсяих мировоззрение.Я уверена, задача, которую преследовали писатели, былаедина: в этитяжелые временаободрить, наставитьна путь истинный, вселить надеждув сердце каждого.Поэтому и взялиони для примерадеяния СергияРадонежского.

По-моему, жизнь Сергияне должна бытьтолько примером, прежде всего, это эталондуховного инравственноговоспитания.Наверное, болееглубокое пониманиеэтой проблемыприходит свозрастом.Человек начинаетболее серьезноотноситьсяк жизненнымситуациям, наоснове предыдущего опыта. А чтоже современныеподростки? Какнам преодолетьтрудности? Сделать правильныйвыбор? Кто нампоможет? И получитсяли у нас встатьна путь духовноговозрожденияРоссии? Ведьтолько от насзависит светлоебудущее нашихдетей.

Духовноеи нравственноевоспитаниесовременноймолодежи

Для научнойконференциия выбрала тему«Нравственногои духовноговоспитаниясовременноймолодежи», длячего и решилазаглянуть вовремена ДревнейРуси. Почемуименно этутему? Ведь насотделяют векаи столетия, ноименно там янашла истинныежизненныеценности: дружбу, любовь, чувстводолга, ответственностии, прежде всего, патриотизма, который ужев наше времяч тал дефицитом! Мы просто стесняемсяпроизнестиэто слово вслух.Поэтому я полностьюсогласна смнением А.С.Пушкина: «Чтобыпонять настоящее, надо знатьпрошлое». Япопыталасьраскрыть темунравственногои духовноговоспитаниядля моего поколения.Ведь что такоедуховность? Это свойстводуши, состоящеев преобладаниидуховных, нравственныхи интеллектуальныхинтересов надморальными.Именно этосвойство душии характернодля Сергия. Кемже он был? Наставник, учитель илиДуховный пророк? У каждого писателясвой Сергий.Первый человек, попытавшийсянаписать биографиюПреподобногоСергия, был егоученик Епифаний.Автор житияпреследовал, прежде всего, задачу датьтакой образсвятого, которыйсоответствовалбы представлениюоб идеальномцерковномгерое, изображаяСергия обычнымкрестьяниномXIV века: «Святогов худой одежде, разодраннойи много раззаплатанной, копающегоземлю». Именноэтот первоначальныйисточник послужилфундаментомдля произведенияЗайцева «ПреподобныйСергий Радонежский»и Балашова«Похвала Сергию».

А какой жеСергий в изображенииуже более современныхавторов? У Зайцеваэто, преждевсего, человекне заключенныйв определенныерамки святого:«А Сергий былвсе так же прост– беден, нищ иравнодушенк благам, какостался и досамой смерти.Ни власть, ниразные «отличия»его вообще незанимали. Ноэтого он неподчеркивал.Как удивительноестественнои незаметновсе в нем? О, еслибы его увидеть, слышать. Думается, он ничем бысразу и не поразил.Негромкийголос, тихиедвижения, лицопокойное, святогоплотникавеликорусского»(Зайцев, «Осеннийсвет», с. 486).

С одной стороныСергий – обладательобширнымизнаниями италантом, мужествоми искренностью.С другой – человек, которого непокидало чувствостраха: «Видимоболее всегоподвергалсяСергий искушениюстрахом, надревне мало-наивномязыке «страхованию».Будто слабость, куда он впадал, брошенныйбратом, быласомненье инеуверенность, чувство тоскии одиночества»(Зайцев, «Осеннийсвет», с. 493).

Написаниемтакой житейскойповести послужиладля Зайцевамиграция вПариж. Но дажетам он не забывало Родине: «Всенаписанноездесь мноювыросло изРоссии, лишьРоссией дышит».Так и появилосьпервое произведение, несущее в себепамять о России– «ПреподобныйСергий Радонежский».Писатель жилв век гражданскойвойны. Я считаю, что поэтомуон и выбрал XIVвек, которыйему так сродним, век татаро-монгольскогонашествия. Онпоказал читателюсвою эпохучерез этопроизведение.Борис Зайцевбыл изгнанником.Ему грозиласмерть, в случае, если бы он ступилна родную землю.Пережитыестрадания ипотрясениявызвали в немрелигиозныйподъем. С этойпоры писательстал увлекатьсяхудожественными философскимисследованиедуховности, его корней исути, на примеревысоконравственногожития лесногоотшельника, одного из самыхстрастныхпатриотов землирусской. Этаработа, по-моему, повлияли и насудьбу автора.Он продолжилсвое художественноеи философскоеосвоение проблемыдуховности, но не с точкизрения религиозной, а с позицииобщечеловеческогопознания этоговысшего проявлениянравственности, он посетилмного святыхмест и написалфилософско-публицистическийтриптих о русскойдуховности.Это непосредственнобыло сделанодля того, чтобы, на мой взгляд, пробудить всесамые добрые, нежные чувствас сердцах читателей, дать им задуматьсянад проблемамиокружающегомира. Поэтому, прежде всего, ПреподобныйСергий Радонежскийдля Зайцева– неотъемлемаячасть России.Образ, нарисованныйавтором, болееяркий, чем вжитие и, по-моему, более понятныйдля современногочитателя: «Сергийподавал во всемпример. Самрубил кельи, носил воду вдвух водоносах, в гору, варилпищу, кроил ишил одежду.Летом и зимойходил в этойже одежде, нимороз его небрал, ни зной.Телесно, несмотряна скудную пищу(воду и хлеб)был очень крепок, имел силу противудвух человек»(Зайцев, «Осеннийсвет», с. 453). Таковпервоначальныйоблик Сергияв изображенииЗайцева.

А каков жеон в описанииБалашова? Здесьнам предстаетсовсем еще юныйобраз Сергия– маленькогомальчика, которыйбыл последнимсыном в семьеростовскогобоярина, оченьтрудолюбивым, усердным, асамое главноедобрым и отзывчивым.Уже в этом возрастеего волновалопрежде всегодуховное воспитание, и к 23 годам онточно решилпосвятить своюжизнь служениюБогу во благорусского народа.Пока я все большестала узнаватьдетство Сергия, у меня возниквопрос. Почемуже автор затронулименно этопериод жизниПреподобного.И, на мой взгляд, я нашла ответ:«Все чем будущийСергий впоследствииизумлял братьюсвою, все егомного различныеумения были приобретеныим теперь (т.е.в детстве), вэти радонежскиегоды». Он с детстваустановил усебя строгую, полумонашескуюжизнь. А сможетли современныйчеловек такжепожертвоватьсвоим социальнымиположением, всеми развлечениями, интересамиради чего-тоболее высокого?

Я уверена, Балашов хотелпередать, чтоименно в этигоды закаляетсяхарактер. Поэтому поводуя с ним полностьюсогласна, потомучто лично дляменя детство– очень важныйпериод жизни, именно тогданачинаетсяформированиеличности, проявляютсяи закрепляютсяпервые знания, накапливаетсяопыт.

Это оченьхарактернодля Балашова.Ведь он самперенес тяжелоедетство. Ещебудучи подростком, он пережилстрашную зимублокады 1941 – 1942гг., котораяотняла у негоотца.

Сравниваяобразы Сергияв произведениях, я заметила, чтоБалашов, например, слишком подробноописываетвнутренниймир героя иокружающийего мир, отображаябыт и разговорыкрестьян. Этотписатель большевнимания уделяеткартинам природы:«Шла весна.Подтаивалисугробы. Рушилисьпути. Кони призывноржали, катилисьпо мокромуснегу. Оралиптицы. Влажные, пухлые облакаплыли по синему, безмерному, омытому влагойи продутомувесеннимиветрами океанунеба» (Роман-газета,№3, 1993 г., с.33). Я былавосхищена такимописаниемприроды, потомучто Зайцев визображенииСергия вообщене используеткаких-либокартин живойприроды, а хотяименно пейзажнепосредственновзаимосвязанс характеромглавного героя.

И все же язаметила тообщее, что существуетв обоих жизнеописаниях.Это преждевсего размышленияавторов наинтересующуюих тему, рассмотреннуюв произведении.

Например, у Балашова:«Откуда самозло? Вечнаярознь братьев-князей, убийства, неправыйсуд, жестокость, бедность, леность, зависть, болезнии, паче всего, равнодушиелюдское? Чтодолжен думатьи творить верующий? Как все этосогласить сблагостьюБожией? ВедьГосподь злогоне творит! Недолжен творить!»(Балашов, томI, 1991, с. 563) Насколькоже эти проблемыактуальны идля нашеговремени. Есливдуматься, тосколько нерешенныхвопросов. Нопочему же такполучается? Как ликвидироватьв себе все этиотрицательныечерты характера?

А вот мысли Зайцева: «Богтем болееподдерживает, окрыляет изаступаетсяза человека, чем большеустремлен кнему человек, любит, чтит ипламенеет, чемвыше го духовнопроводность.Ощущать действиеэтого промысламожет и простоверующий, несвятой. Чудоже, нарушение«естественногопорядка», чудо«простомусмертному недано». Именноблагодаря такимотступлениями в той и в другойповести чувствуетсянезримое присутствие автора, еголичное мнение.

Читая произведениеБалашова, видно, что писательдоскональнорассматриваетюную жизнь нетолько Сергия, но и его отношениек крестьянам, служащим в домебоярина, ихбыт. И как я узнала, это связанос тем, что онзанималсяфольклорнойработой. И дажеспециальнодля того, чтобыглубже понятьего суть, онуехал в деревню, где и продолжилисследования.Свои увлеченияон непосредственнопередал и своемугерою, которыйбольшую частьсвободноговремени проводилс крестьянами:«Постояннотаскаясь вчелядню, гдеон обучалсявсяческомуремеслу у всезнающеготюхи, Варфоломейнаслушалсявсякого. Ужеи приметы, ивера в птичийграй сделалисьему ведомы. Онвсе запоминалмолча, не вмешиваясьни в бабьи пересуды, ни в толковнюмужиков, и, возвращаясьв себе в терем, открывая твердыедоски книжногопереплета, думал о том, как теперьсовместить,- не для себя, для них! – всеэто, слышанноетолько что, ивысокие словацерковныхпоучений (Балашов, том I,1991 г, с. 499).

В изображенииБалашова, каки у Зайцева, Сергий преждевсего человек, который испытывал«безвыходноеотчаяние итомление духа, до потери веры, до ропота кГосподу своему.Бог такой большойи сильный, Богможет все! Аон, Варфоломей, такой слабыйи маленький.Разве трудноБогу помочьВарфоломею? Поддержать, ободрить его, поставить напуть… Или Богне добр? Или невсесилен? Зачемже тогда он?»(Балашов, томI,1991 г., с.562). По моему, у многих людейв определенныйпериод жизнивозникаютподобные мысли.Они будто потерялисьв себе, не знают, что для нихбудет лучше, к кому обратитьсяза помощью, какнайти выходиз данногоположения.

Почему жена протяженииуже несколькихстолетий неугасает интереск личностиСергия? Что этоза человек? Прочитавжизнеописаниезнаменитогорусского святого14 века, я отметилаодну особенностьв его облике, Зайцеву, видимо, очень близкую.Это скромностьподвижничества:«Как осторожени неторопливВарфоломейв выполнениидавнего намерения, так же он скроменв вопросе сцерквью»(Роман-газета-3,1993г., с.75). Скромность– качество еговсегдашнее, и Зайцев приводитодин рассказ, связанный сбедностьюмонастыря силоюверы, терпения, сдержанностьюсамого Сергиярядом с большойслабостьюнекоторых избратии. Кстати, мне кажется, что терпениедолжно присутствоватьв душе каждогочеловека. Онопритягиваетокружающих.Это поистинерусская чертахарактера.Недаром вжизнеописаниисвоими человеческимиприметами, Сергию противопоставляетсядругой католическийсвятой – ФранцискАссизский: «Св.Франциск ушел, конечно бы, отряхнул крахот всего житейского, в святом экстазеринулся бы вслезы и молитвыподвига. Варфоломейсдержался.Выжидал.»(Роман-газета-3,1993 г., с. 85). Я думаю, именно такавтор хотелпоказатьтерпеливость, упорство русскогонарода. И я полностьюсогласна смнением Зайцева.

В произведенииБалашова этачерта характераформируетсяс самого детства.Пусть тогдаон еще не былотмечет даромкрасноречия, особеннымталантом. Он«беднее»способностями, чем старшийбрат Стефан, Но зато излучаетсвой тихий светнезаметно ипостоянно.

Борис Константиновичутверждал, чтоглавное длячеловека состояниедуши – этоспокойствие, трудолюбие, а самое главное– жизнелюбие.Он вообще синтересомвоспринималвесь окружающиймир, принималего именнотаким, какойон есть. Да, конечно, порой былитяжелые моменты, но он терпел, и добивалсяпоставленнойцели. И подтверждениемэтому являетсято, что он неуступноследовал главномунамерению всейсвоей жизни– служениюБогу. На мойвзгляд, егосиле воли позавидовалбы любой современныйподросток. Да, даже не подросток, а взрослыйчеловек.

А вот, чтоприсуще Сергиюв жизнеописанииДмитрия Балашова: упорство вдостижениицелей, терпимость, умение веритьи завоевыватьлюдское доверие.Кто враз и навсегдавыбрал свойпуть и шел понему от истокалет и до конца, не сбиваясьи не уставая, так точно, какшел по своемупути, во младенчественачатому, отрокВарфоломей.Эти чертывырабатывалисьуже в стольюном возрасте.Он старалсяпомочь всемокружающимделами, поройсоветами илипросто своимипредположениями.У меня возниквопрос. А нехочет ли авторпоказать черезгероя повестисвое мировоззрение, свои интересы? Ведь все вышеперечисленныекачества этоесть лучшиекачества Балашова.За многие годыон сумел соединитьв сердце любовьк родной землес глубокимизнаниями спецификиобраза жизнирусского крестьянина.

Многие изэтих качествникогда непокидали Зайцева.Не покидаютони и Сергия.Так, например, в его произведениия увиделапрактическуюшколу благонравия, в которой сверхрелигиозно-иноческоговоспитанияглавными наукамибыли умениеотдавать всегосебя на общеедело, навык кусиленномутруду, и привычкак строгомупорядку в занятиях, помыслах ичувствах. Наставниквел ежедневнуютерпеливуюработу надкаждым отдельнымбратом, приспособляяих к целям всегобратства: «Вначалемонастырь наМаковице тожебыл особночистый.Уже упоминалось, что до поры довремени Пр.Сергий дозволялмонахам даженекоторуюсобственностьв кельях. Но сростом монастыряи братии этостановилосьнеудобным.Возникаларазность вположениимонахов, зависть, нежелательныйдух вообще.Преподобныйхотел болеестрогого порядка, приближавшегок первохристианскойобщине. Всеравны, и всебедны одинаково.Ни у кого ничегонет. Монастырьживет общиною»(Роман-газета-3,1991 г., с. 87). Наверное, именно благодаряэтому по следующейсамостоятельнойдеятельностиучеников преподобногоСергия видно, что под еговоспитательнымруководствомлица не обезличивались, личные свойстване стирались, каждый оставалсясамим собой.Наблюдениеи любовь к людямдали умениетихо и кротконастраиватьдушу человекаи извлекатьиз нее, как изхорошего инструмента, лучшие ее чувства.Именно поэтомуя полагаю, чтои Зайцев преждевсего на первоеместо ставилинтересы личности, ее внутренниймир: «Сергийпостригал несразу. Наблюдая, изучая пристальнодушевное развитиеприбывшего.Прикажет одетьпришельца вблинную свиткуиз грубого, черного сукна, и велит проходитькакое-нибудьпослушаниевместе с прочимибратьями, покатот не навыкнетвсему уставумонастырскому, потом облечетего в одеждумонашескую; и только послеиспытанийпострижет ужев мантию и дастклобук. А когдавидел, что которыйлибо инок опытенуже в духовномподвиге, тогоудостаивали святой схимы.»(Роман-газета-3,1991 г., с.98). По моемумнению, современномучеловеку необходимопонять, что всев этом миреодинаковы. Богс самого началаникого не выделял, мы все равны.Так что, наверное, не стоит считатьсебя лучше, илиболее счастливым, ведь это поройпроявляетсяв издевательскихупреках в адресокружающих.

Балашовпоказал, чтоуже в детствеу Сергия зарождаласьмысль о совмещениидуховного мирас миром обычногонарода, какбыть вместесо всеми, но вто же времябыть ближе кБогу, жить другойжизнью. Так ужев более зреломвозрасте вописании ЗайцеваСергий остаетсятверд и непреклонен– в своей кротости, смирении, скромности:«Когда братиямонастырскаявдруг началароптать, игуменне в пал в гневпастырский, не принялсяобличать своих«за греховность».Он, уже старик, взял посох свойи ушел в дикиеместа, где основалскит Киржач.И другу своему, митрополитумосковскомуАлексею, непозволил возложитьна себя золотойкрест митрополичий:«От юности яне был злотоносцем, а в староститем более желаюпребывать внищете». Ондаже похоронитьзавещал себяна общем кладбище.»(Роман-газета-3,1991 г., с. 81). Простота.Вот что такпритягивалолюдей к Сергию.Я уверена, досих пор сердцамногих людейхранят памятьо его благодеяниях.Но что же такзапомнилось? Что же нашлив нем люди такого, что вызываету них восхищениеи по сей день? На мой взгляд, прежде всегоэто патриотизм, которого такне хватаетсовременномучеловеку. Уобоих писателейэта черта характераглавного герояпроходит черезвсе произведения.Да и сами авторы– истинныепатриоты родины.

В юностиСергий всегдабыл послушнымребенком ибезумно любилсвоих родителей:«маленькийВарфоломейне только никогдане мучил зверей, но и не позволялдругим мучить, какого бы возрастаи роста не былобидчик. Онтрогательнозаботился омладшем братикеи несомненнооставил следв узком кругусвоей семьи.Родственники, братья, родителизапомнили еготихим, готовымв любую минутупомочь мальчиком.БлагодарныйВарфоломей, не забыв заботуи ласку своихродителей, решил до концабыть вместес ними, и теперьуже не они, аон заботилсяо них: «Украсимпамять их панихидами, и литургиями, и милостынямипо убогим инищим» (Роман-газета-3,1991 г., с. 60). А сможемли мы так позаботитьсяо своих родителях? Отплатитьдобром на добро?

Мне кажется, что в произведенииЗайцева патриотизмглавного герояраскрыт болееглубоко и подробно, чем в жизнеописанииБалашова. Зайцевбольше вниманияуделяет преждевсего описаниюпоступков исобытий, в которыхучаствуетСергий, и послекаждого оннепосредственновысказываетсвою точкузрения длячитателя, по-моему, очень схожую:«Самая победа- грандиозна, и значение еепрежде всегоморальноедоказано, чтомы, мир европейский, христианский, не рабы, а силаи самостоятельность»(«Осенний свет»,1990 г., с. 455).

У меня появиласьтакая мысль:«Наверное, такой высоконравственныйдуховный человекнесомненнооставил свойслед не тольков душах людей, но и должнысуществоватьреальные предметы, оставшиесяпосле его смерти».Ответ на этотвопрос я нашлатолько у Зайцева, т.к. Балашов, изображаяопределенныйпериод жизниСергия, не затронулэту тему, по-моему, имеющую огромноезначение. А вотдругой авторсловно делаетвыводы всейжизни Преподобного:«Сергий пришелна свою Маковицускромным ибезвестнымюношей Варфоломеем, а ушел православнейшимстарцем. ДоПреподобногона Маковицебыл лес, вблизи– источник, гдежили медведив дебрях пососедству. Акогда он умер, место сильновыделилосьиз лесов и изРоссии. На Маковицестоял монастырь– Троице-СергиеваЛавра, одна изчетырех Лаврнашей Родины.Вокруг расчистилисьлеса, поля явились, реки, овсы, деревни.Еще при Сергииглухой пригорокв лесах Радонежастал светло-притягательнымдля тысяч. Через30 лет по смертибыли открытымощи Сергия– и на поклонениек ним ходилибогомольцынесколькихстолетий – отцарей до бабв лаптях, проложившихтропки торныепо большакук СергиевуПосаду» («Осеннийсвет», 1991 г., с. 498).

Автор дажесам предлагаетчитателю рассмотретьблагодеянияСергия: «Присмотримся немного, чтоже он оставил.Прежде всего– монастырь.Первый крупнейшийи прекрасныймонастырьСеверной России.Если кельиЛавры он рубилсобственноручно, если сам построилБлаговещенскиймонастырь наКиржаче, тобесчисленныеобители, возникшиепо его благословлению, основанныеего учениками– и проникнутыдухом его.»(«Осенний свет»,1991 г., с.467). Из этихслов я поняла, насколькосильно влияниеэтого духовногочеловека нанарод русский.Его помыслы, мысли, чувства, деяния – всетак живо! И намой взгляд, наша задачасостоит в том, чтобы сохранитьпламя этоговысоконравственногоэмоциональногокостра в душахнаших.

Сопоставляяцитаты из разныхпроизведений, я увидела, что, конечно, у Балашованет таких точныхи полных описанийблагодеянийСергий, чем уЗайцева, которыйдаже давалоценку егодействиям, поступкам.Поэтому здесья больше настороне Зайцева, т.к. его текстмне более близоки понятен.

Чем же запомнилсяэтот тяжелый14 век? Преждевсего этотатаро-монгольскоенашествие. Икаково же отношенияСергия к происходящимсобытиям? онне остался кним равнодушен.По моему мнению, Преподобныйи история нашегомногонациональногоРоссийскогогосударствасвязаны нерушимымиузами. Не прошлиэти событияи мимо Зайцева.Писательнепосредственнозатронул и этусторону жизниСергия: «Преподобныйне был никогдаполитиком, какне был он и «княземцеркви». Запростоту ичистоту данаему судьба, далекая отполитическиххитросплетений.Если взглянутьна его жизньсо стороныкасания государству, чаще всеговстретишьСергия-учителяи ободрителя, миротворца.»(Роман-газета-3,1993г, с. 98). КнязьДмитрий шелза благословлениемк Сергию, занадеждой: «Теперьотшельник стоялперед труднымделом: благословленияна кровь. Благословилбы на войну, даже национальную– Христос? Икто отправилсябы за своимблагословлениемк Франциску?»(«Осенний свет»,1991 г, с. 452). Но даже, несмотря настолько вопросови сомнений, терзающих егодушу, Сергийрешается настоль опасныйшаг: «Он не завойну, но разона случилась, за народ и заРоссию, православных.Как наставники утешительон не можетоставатьсябезучастным»(«Осенний свет»1991 г., с. 463). Я думаю, Зайцев смогпередать, наскольковелика рольСергия в истории.Ведь это именноон своими советами, молитвами, незапятнаннойдуховностью, стойкостьювоскресилдуховную веру, высокое нравственноечувство, всеобщееобъединение, беспредельноемужество вборьбе за отечествов самый тяжелыймомент.

Как же нехватает такогочеловека нашемугосударству, современнойРоссии, полностьюпогрязшей вомраке войныи различныхкатастроф.Таков Сергий, как политическийдеятель, визображенииЗайцева.

А как же сэтой стороныописываетСергия Балашов? Точной связиего с государствомписатель нерассматривает.Но уже в юномвозрасте вПреподобномвидны чертыободрителя, наставника, способноговызвать высоконравственныйподъем в человеке.Прежде всегоэто его спокойствие:«Рушился дом.Вместо прибытков, доходов и кормовоставалосьвсе меньшеслуг, наваливаловсе большеработы на плечисыновей, и гдетам на ученьекнижное» (Балашов, том I, 1990 г., с. 451). Ясчитаю, чтотяжелые детскиегоды надолгоостались впамяти Сергия.И поэтому ужев более зреломвозрасте Преподобныйне хотел видетьугнетенный, измученныйнарод от нашествияБатыя. И, мнекажется, именноэтим и объясняетсяего вера в Дмитрия, вера в победу.Сравнивая дваслучая изпроизведенийЗайцева и Балашова, мне показалось, что это словнодве части, существующиеодна неразрывноот другой. Перваяу Балашова –это как исток, начало, а у Зайцева– продолжение, использованиеопыта, набранногов молодые годы.Поэтому здесьневозможновыбрать, чтовосприятиеСергия, какполитическогодеятеля, болееглубоко илиблизко длячитателя.

Читая двапроизведенияБалашова иЗайцева, сопоставляяих цитаты, мнения, я поняла: «Да, конечно ониразные, но цель, к которой онистремятся, едина: она должнапроникнутьв сердце читателя, показать истинныежизненныеценности совершенноослепшим современнымподростком».А вдохновителемдля авторовслужит Сергий, с которого иначиналосьнравственное, политическоеи духовноевозрождениеРоссии. Ну ачто же случилосьсейчас? Во чтомы превратилинаш мир? Поймемли мы это? Услышим? Внемлем? И незапоздаем липонять? в настоящеевремя, времяраздоров, ожесточенияи разорения, нам необходимовзаимопонимание, любовь ближнего.Созидать способнатолько любовь– та любовь, которую явилпримером своегослужения Богу, людям и ОтечествуПреподобныйСергий Радонежский.

Все мы должныслужить своейРодине, ее спасениюи ее благу, итем самым служитьБожьему делу.Каждый гражданин, какой бы нибыла его национальность, должен, следуяуказаниям долгаи совести, служитьна благо своейстраны, для ееобновленияи оправданияперед лицомБожьим. ВозрождениеРоссии теперьполностьюзависит от нас, нашего воспитания.А сможем ли мы, дети XXI века, изменить окружающиймир? Внести внего лучиксвета, добраи справедливости?

А еще я быхотела обратитьвнимание наязык в жизнеописанииДмитрия Балашова.Не всякий бырешился сегоднязаставитьгероев своихпроизведенийговорить наязыке, близкомк реальномуразговорномуязыку XIV века.А вот именноэтого нет вжитейскойповести Зайцева.

Да, действительно, язык Балашовапо праву можноназвать богатым, картины природыв изображенииэтого автораочень поэтичны:«Смеркалось.Уже угаслипоследниепотоки расплавленногодневного светила, уже мохнатыеруки тумановподнялись изболот, и глуховдалеке ухнулфилин, а он всебежал и шел, шатаясь от горяи усталости, и снова бежал, неведомо кудаи зачем» (Роман-газета-3,1993 г., с. 35).

Такое изображениепейзажа простонеобходимочитателю длялучшего пониманиявнутреннегомира главногогероя, не зрятаким приемомвоспользовалсяДмитрий Михайлович.А вот у Зайцевая не заметиланичего подобного.Тем не менееего жизнеописаниеочень интересно.Но что же такпривлекаетв этой повести? Да, конечно, здесь нет такихкартин природы.Но зато какэмоциональноавтор рисуетобраз Сергия, прибегая кпомощи яркихэпитетов: «Такойон даже на иконе– через всю ееусловностьобраз невидногои обаятельногов задушевностисвоей пейзажарусского, русскойдуши. В нем наширжи и васильки, березы и зеркальностьвод, ласточкии кресты, инесравнимоени с чем благоуханиеРоссии. Все –возведено кпредельнойлегкости, чистоте»(«Осенний свет»,1991 г., с. 431). И сразуже все становитсяясно и понятно.

Но все жеэпитеты, употребленныеБалашовым, ядумаю, болеехудожественные:«крохотныекапельки воды»,«знаменитыйподвижник»,«духовныйсклад», «ангельскаякрасота», «сугубаятвердота»,«величавыесводы», «внутренниеусилия», «дубовыестены», «пьянящаякора», «сияющиеглаза», «мировыесобытия», «телесныйплен» и другие.Если собратьих всех вместе, несомненно, сложится именнотот образ, темысли, что хотелнам передатьавтор. Но болеевсего меняпоразило употреблениетаких сравнений:«воздух свеж, как юность»,«темной, убеленнойветром, громадоювысится терем»,«облака стоятвысокими омертвелымигромадами»,«мохнатые рукитуманов».

Наряду стихими меткимифразами, сбезглагольнымисловами немаловажноезначение имеюти олицетворения:«земля клубится, исходит соками»,«снег подчеркнули выкружилбелою проресьюкаждое бревно»,«в оснеженныхкрохотныхоконцах смеркаеткороткий день»,«ночная мглабеззвучно илегко выползаетиз чащоб, окутываясвоею незримоюфатою вершиныдеревьев».

Зайцев, похоже, решил не прибегатьк помощи сравнений, метафор, гипербол, т.к. в его повестиих сравнительноменьше, чем уБалашова: «небольшаяплощадка высилась, как маковка».Но, несмотряна это, произведениеБориса Константиновичая представляюв виде единойобъемной метафоры, ведь все изображенныеим событиянесут в себескрытый смысл.И, наверное, только духовноразвитый человексможет егопонять, постараетсявсе осознать.Чаще это случаи, связанные свидениямиСергия, то это«образы зверейи мерзких гадов», то появление Богоматерис АпостоломПетром и ЕвангелистомИоанном. Нотакже я заметиладеталь, объединяющуюдве повести– это риторическиевопросы и обращения.На них – то ужеточно не скупилисьписатели. Ядумаю, с помощьютаких отступленийавторы хотятдойти до сердцакаждого читателя, чтобы и онизадумалисьи постаралисьнайти ответына такие вопросы, как «что такоечудо?», «чтотакое жизнь?»,«как выбратьправильныйпуть, следуетли верить вБога?» — следует!– однозначноговорят обаписателя. Онисами ищут ответы, много размышляют, делятся своимипредположениями.

А задумывалисьли мы над такимипроблемами, довольно-такиактуальнымив наше время? Я уверена, большеполовины населенияответят положительно.Более глубокое осознаниеприходит свозрастом.Например, человекпрожил определенныйпериод жизни, что-то приобрелдля себя, чему-тонаучился. Аможет быть сталдаже сильнее…духовно, преодолевкакое-то испытание, поняв сутьпроисходящегои сделав правильныйвыбор.

Я чувствую, что в Россииеще не раз прозвучитслово СергияРадонежского, которое призываетнас к объединению, зовет к возрождениюОтечества. Вотчто самое главное! Великое бескорыстие, вдохновенноеслужение Родине, духовная высота, преданностьВере – как необходимовсе это сегодня, как не достаетэтого нам! Гдеобрести сейчасблагодатногозаступникаи печальникаперед Богом, за нашу землю, за народ, зачесть, достоинствои целостностьнашей великоймногонациональнойДержавы.

Может бытьвся наша греховность, наши несчастьязаключаютсяв том, что мыутратили Богав сердцах иделах, погасилив Себе Его огонь, растеряли искрысвятости идобра. И разрушилинравственныеосновы своейжизни.

Я простовосхищенанравственнойчистотой образаСергия. Ведьтолько благодаряему его соотечественники, обратившиськ делам верыи совести, честии правды становилисьспособны кподвигу жизнипо вере и потомусумели отстоятьисторическоеправо Руси нагосударственноебытие и развитие.Так разве мыне способнына такой жерывок? Я уверена, творчествоЗайцева и Балашованесомненнопо достоинствуоценены читателями, они повлиялина внутренниймир каждогочеловека, прочитавшегоэти страницырусской истории.Повлияли онии на меня. Частозадумываясьо том, почемуже обществостало настолькомало развиватьсядуховно, простоигнорироватьслово «Бог»и словосочетание«религиозныйдолг», почемумногих современныхподростковвообще не интересуетболее высокоепознание окружающегомира. Здесь ябы хотела сказатьсловами Ж.Ж.Руссо: «Всянравственностьчеловека заключаетсяв его намерениях».

Я сможем лимы реализоватьсвои намерения? Добиться истинноговозрожденияРоссии? Воспитатьв себе нравственныеи духовныекачества?

МАТЕРИАЛ

Борис Зайцев «Осенний свет». – 1990 г.

Дмитрий Балашов, том 1, 1991 год.

Дмитрий Балашов «Похвала Сергию». – 1990 г.

Роман-газета-3, 1991 г.