Реферат: Цена реформ Петра I

Выполнил:

ЖуравлёвНиколай

ученик 11 «В»класса

21 ноября 2002 г.

ЦЕНА РЕФОРМПЕТРА I

Оценкапреобразований, осуществленныхв царствованиеПетра Великого(1689—1725), была и остаетсяодной из самыхсложных проблемотечественнойисторическойнауки. Еще вначале XXв. В. О. Ключевскийписал: «Всякий, кто хотел взглянутьсколько-нибудьфилософскимвзглядом нанаше прошлое, считал требованиемученого приличиявысказать своесуждение одеятельностиПетра. Частодаже вся филосо­фиянашей историисводилась коценке петровскойреформы… РеформаПетра становиласьцентральнымпунктом нашейисто­рии, совмещавшимв себе итогипрошлого изадатки буду­щего».

Оформившиесяв 30—40-е гг. XIXв. два различныхподхода к оценкепетровскихреформ и отечественнойистории в целомобычно связываютс традициямиславянофильства,отстаивав­шегомысль об особомпути развитияРоссии, и западничества,основанногона идеях общественногопрогресса, закономерностикоторого одинаковыдля всех народов(по край­неймере, в рамкаххристианскойцивилизации).Противо­поставлениезападническихи славянофильскихобщественныхидеаловочень схематично; на самом делевнутри каждогоиз этихтечений существоваливесьма различныетрактовкифило­софскихи социальныхпроблем, причемнекоторыемысли­тели, причисляемыек разным (напервый взглядпротивостоявшимдруг другу)группам, сходилисьво многих своихсуждениях.

Тем неменее, с известнойдолей упрощенияможно утверж­дать, что славянофилывоспринималипреобразованияПетра Iкак искусственноевмешательствогосударственнойвласти в ходобщественногоразвития, какнасильственноеперенесениена русскуюпочву чужеродныхидей, обычаеви установлений; западники жеисходили изтого, что Петрзатеял и осуществилполезное длястраны дело, ускорив ееразвитие иликвидировав(или уменьшив)«отставание»России от Европы.Понят­но, чтов крайних своихвыраженияхи западническаякон­цепция«прогрессивности»петровскихреформ, и славяно­фильскаятеория «искусственногоразрыва» вразвитии страныгрешат преувеличениями.

Абсолютизациялюбого научногосуждения, признаниеего единственноправильнымпрепятствуетизучению ипониманиюисторическойдействительности.Но из этогововсе не следует, что нужно вовсеотвергнутьи славянофильскую, и запад­ническуюоценку того, что произошлов России в концеXVII— начале ХУ1Йв. Просто необходимопомнить онеод­нозначностипроявившихсятогда тенденцийдуховного, поли­тическогои социальногоразвития общества, о сложныхвзаимосвязяхэтих тенденцийс предшествующейи последую­щейэпохами.

Мнение о том, что Петр привнесв русскуюобщест­веннуюжизнь не свойственныеей ранее черты, создал принци­пиальноновый государственныйаппарат и впервыеприобщил русскихк достижениямзападнойцивилизации,—это расхожеемнение сильноупрощает проблемуи основано напроизволь­ных, далеких отфактов оценкахдопетровскоговремени. Оченьмногие из техчерт общественныхотношений, куль­туры ибыта, которыестали особеннозаметны в эпохупреобра­зований, были известныв России и прежде.

Политическиеи социальныенеурядицыначала XVIIв. силь­но подорвалиуверенностьподданныхмосковскихцарей в непогрешимостиотечественногогосударственногоустройства.Пренебрежительно-высокомерноеили опасливо-настороженноеотношение ковсему чужеземномуи нетрадиционномупродол­жалосуществовать, но уже не былони всеобщим, ни безуслов­ным.По-прежнемусильна былатяга к «старине»; так, изме­нойобычаю объяснялнесчастья, постигшиеРусскую землюв Смутное время, дьяк Иван Тимофеев, автор написанногопри царе Михаилеисторическогоповествованияпод названием«Временник».Однако уже вцарствованиепервого Романованамечаетсяи другая тенденция: не отказываясьот традицион­ныхспособов устроенияобщества игосударства, перениматьотдельныезападные достижения.По словам В. О.Ключевского, в XVIIв. «правительствостало обращатьсяк иноземцамдля удовлетворениянаиболее насущныхматериальныхсвоих потребностей, касавшихсяобо­роны страны, военного дела, в чем особеннобольно чувство­валасьотсталость»73.То же стремлениебыло присущеи Петру, длякоторого обращениек западномуопыту сталосредствомрешения вполнепрактическихвопросов военногостроительст­ва, снабженияармии, строительствафлота.

Использованиеиностранцевна военнойслужбе было'не редкостьюдаже в XVI.в., когда, например, чужеземцампору­чалипушкарскоедело. В XVIIв. подобнаяпрактикарасши­рилась.Уже около 1630 г.служившие, царюМихаилу инозем­ныеполковникиЛесли и Фандамзанималисьвербовкойсолдат в Европе.В 1632 г., когда шлаСмоленскаявойна с Польшей, в русской армиибыло шестьпехотных полковиноземногостроя. В 1647 г. былотпечатансоставленныйпо западнымобразцам воинскийустав («Учениеи хитростьратного строенияпехотных людей»).Голландскиемастера организовывалив Москве пушечныйзавод, а позднееучаствовалив строитель­ствепервого русскоговоенного корабля«Орел» (1669; в 1670 г.был сожженказаками СтепанаРазина).

Как видим, и мысль о строительстверусского флотавозникла ещедо Петра; точнотак же еще приАлексее Михайловиче(1645—1676) была вполнеосознанастратеги­ческаяи хозяйственнаязначимостьбалтийскихберегов и гава­ней.В 1662 г. русскаядипломатияпыталась (правда, безуспеш­но)договоритьсяс властямиКурляндскогогерцогствао размещениив его портахрусских военныхкораблей,

Русь нежила в изоляцииот европейскихвоздействийдаже во временамонголо-татарскоговладычества; затруд­ненныев ту эпоху связи, прежде всегос Византией, не прерывались.После Флорентийскойунии и турецкогозавоеванияКонстантинополя(1439 и 1453; см. главу6) активно развивалисьотношения ис другимиевропейскимистранами, ужене толькоиноязычными, но и чужеверными.При Иване IVблиз городскихстен Москвывозникла Немецкаяслобода (немцамина Руси обычноназывали иангличан, иголландцев, а иногда всехиностранцеввообще). Созданиеспециального, относительноизолированногопоселения длявыходцев изЕвро­пы свидетельствовалои о заинтересованностирусскогоправи­тельствав развитиисвязей с Западом, и о настороженномотношении к«латинянам»и «Люротам»(т. е. католикам, исполь­зующимлатинский языкв богослужении, и протестантам, в ко­торыхрусские, невдаваясь втонкости европейскойРефор­мации, видели последователейнемецкогопреобразователяЦеркви МартинаЛютера).

Антипольскиеи вообще националистическиенастроения, весьма распространенныев первой половинеXVIIв., ко­нечно, ограничиваливозможностиполноценногокультурногодиалога с Западом, но диалог этотвсе же продолжался.ПриМихаиле Федоровичеиностранцамвновь запретилисво­бодноселиться вМоскве и строитьсвои «храмыв пределахгородских стен(1643); ранее возведенныекирки (так русскиеназывалипротестантскиецеркви, от нем.«dieKirsch»)велено былоснести. Опятьвозникла Немецкаяслобода на рекеЯузе — та самая, где любил быватьмолодой Петр.

Двойственноеотношение кзападному опытув XVIIв. осо­беннозаметно проявлялосьв сфере культурыи образования.Несмотря насдержанноевосприятиеЦерковью западнойуче­ности, вМосковскомгосударствепереводилии печаталикниги европейскихавторов. В началецарствованияАлексея Михай­ловичаиз польскихвладений быливыписаны ученыезападно­русскиеправославныемонахи ЕпифанийСлавинецкий, Арсений Сатановский, Дамаскин Птицкий; в их задачувходил полныйперевод Библиис греческогона церковнославянский.Славинецкийи другие монахипереводилитакже различныеэнциклопедическиесборники иученые трактаты; вызывавшиеинтерес образованныхмосквичей.

Западнорусскиеземли (Украинаи Белоруссия), входившие вXVIIв. в состав РечиПосполитой74, играли большуюроль в ознакомленииМосковскойРуси с европейскимидостижениями.Близость языка, общность культурыи веры делалименее подозрительнымите книги илинововведения, ко­торые Великороссияполучала припосредствеукраинцев ибело­русов(несмотря насомнения московитов, связанные с«латин­скойпорчей» западнорусскогоправославия, т. е. с католиче­скимвлиянием). Украинскаяи белорусскаякультура, пере­рабатывавшаяи синтезировавшаякак древнерусскиетрадиции, таки влияниякатолическогоЗапада и греческогоправослав­ногоВостока, теснавзаимодействовалапри этом с культуроймосковской, великорусской.

Этовзаимодействиес «ополяченными»русскими и сПоль­шей; вообщебыло особенноинтенсивным, именно в XVI—XVIIвв. Культурнымсвязям не мешалини взаимнаявраж­дебность, ни почти постоянныевойны Московскогогосу­дарствас Речью Посполитой, Поэтому некажется удиви­тельным, что «западноевропейскаяцивилизацияв XVIIв. приходилав Москву… впольской обработке, в шляхетскойодежде» (выражениеВ. О. Ключевского)75.Взаимная враждаоборачиваласьвзаимнойзависимостью; политическиесообра­жениячасто побуждалимосковскуюзнать, да и самогоцаря, осваиватьпольский языки культуру.Так, царь Алексей, надеясь навозможноединастическоесоединениеПольши и Московско­гогосударствав результатесвоего избрания(или избраниясвоего сына)на, трон РечиПосполитой, изучал польскийязык; приглашенныйв Москву писательи мыслительСимеон Полоцкийобучал царскихдетей латынии польскому76.

Верхироссийскогообщества постепеннопривыкали кевропейскомукомфорту; ещедо Петра прицарском дворевошла в модуодежда западногопокроя, вытеснившаястарые русскиемодели (за образецтогда быловзято не немецкое, как при Петре, а польскоеплатье). Театри танцы (польскаямазурка) вошлив быт московскойзнати еще приАлексее Михайловиче.

Внешниеприметы новогоне были случайныминаслоениямина поверхностироссийскойобщественнойжизни; самовнутрен­нееразвитие Московскогогосударствав XVIIв. порождалотягу к переменам.

«Бунташный»XVIIв., начавшийсясо Смуты, непринес политическогои социальногомира. Решаяграндиозныевнешне­политическиезадачи (началоосвоения Сибири, успешная борьбаи примирениес Речью Посполитой, стремлениеобез­опаситьюжные рубежи), русское обществоне смогло обеспе­читьвнутреннююстабильность.Обозначившийсяна Земскомсоборе 1613 г. компромиссне стал прочнойосновой длясбалансированныхвзаимоотношенийвласти и основныхсо­циальныхгрупп. Сословно-представительнаямонархия посте­пеннообретала чертысамодержавия; абсолютистскоегосу­дарство, используя своюестественнуюроль арбитрав спорах различныхобщественныхсил, сумелоподчинить себевсе эти силы.Гипертрофированное, неестественновозросшеевмеша­тельствогосударствав социальныеотношения сталореаль­ностьюеще до Петра; царь-реформатортолько слегкаупоря­дочилспособы этоговмешательстваи придал имвиди­мостьзаконности.

Неорганизованный, приобретавшийпорой дикиеформы про­тестсоциальныхнизов, и варварскиекарательныеакции властейрасшатывалисамые основыобщественногосогласия. Впринципе быливозможны двавыход из создавшегосяположения: постепенноеослаблениегосударственногодавления наобщество, развязываниечастной инициативыи обеспечениеэлементарнойсословной (азатем и личной)свободы — илинасильственноеподчинениевсех сословийобщегосу­дарственныминтересам иявное забвениеинтересовчастных. Приналичии традицийдеспотическойгосударственнойвласти болеевероятным былвторой вариант.Он и лег в основупетров­скихпреобразований.

Необходимостьсерьезныхреформ явственноощущаласьмногими русскимигосударственнымидеятелямипредпетровскоговремени. Очевидно, было и то, чтозападный опытможет статьсущественнымподспорьемв деле преобразований.

Занимавшийвидные государственныепосты при цареАлексее АфанасийЛаврентьевичОрдин-Нащокин(ок. 1605— 1680) прославилсяне только своимиуспехами надипломати­ческомпоприще, но исмелыми по томувремени реформатор­скимипроектами.Знакомый сдостижениямизападнойоб­щественноймысли политикполагал, чтомногое в Россииможно исправить«с примерусторонних чужихземель». Будучипсковскимвоеводой (главойадминистрации), Ордин-Нащокинпопыталсяввести элементысамоуправленияпо европейскомуобразцу. Всоставленныхвоеводой «Статьяхо градскомуправ­лении»предусматриваласьпередача некоторыхсудебных иад­министративныхфункций выборнымпредставителямгорожан. Почтиреволюционнымв то время былотказ царскогочинов­никаот надзора занекоторымисборами, которымипополня­ласьгосударственнаяказна. ВпоследствииПетр I, не хуже Ордина-Нащокиназнакомый севропейскойпрактикойналого­обложенияи фискальнойсистемой, использовалсходную кон­цепциюпри проведениигородскойреформы. Но дляПетра эле­ментысамоуправлениягорожан и ихколлективнойответствен­ностиза своевременныевыплаты в казнубыли в основномфискальнымсредством (отлат. «fiscus»— «государственнаяказна»); Нащокинже, не забываяо финансовыхнуждах государства, смотрел напроблему несколькошире.

Будучи сторонникомпротекционистских(покровительственных)мер, способствующихразвитию ремесели торговли, Ордин-Нащокинсчитал необходимымразвязатьчастную ини­циативу, создать условия.для народнохозяйственногопроцве­тания.Этой цели былиподчиненымногие действияпервого отечественногополитэконома(так отзывалсяо НащокинеКлю­чевский); экономическиевоззренияевропейскиобразованноговельможи отразилисьв составленномв 1667 г. Новоторговомуставе.

Несмотряна то что царьАлексей благоволилОрдину-Нащокину, тому не удалосьосуществитьмногих своихзамыслов (иныеиз них, как, например, идеязамены дворянскогоополченияпостояннымвойском, набираемымиз «даточныхлю­дей», предвосхищалипетровскиепреобразования).В 1671 г. дипломат, Отличавшийсяредкой дляполитическогодеятеля совестливостью, отказался, вопреки требованиюцаря, нарушитьслово, данноево время переговоровс Польшей. Насле­дующийгод А. Л. Ордин-Нащокинпостригся вмонахи.

Большие, хотятоже не безграничные, возможностиосу­ществитьсвои планы былиу другогореформатора-запад­ника, у князя ВасилияВасильевичаГолицына (1643—1714), ставшего в годырегентствацаревны Софьи(1682—1689) фактическимправителемгосударства.Годы Софьиногоправ­ленияотнюдь не быливременем торжества«боярскойреак­ции», какутверждалосьв некоторыхкнигах, изданныхв совет­скоевремя. Голицынуудалось сделатьнемногое, нодля оценки тойперспективы, которую стремилсяоткрыть передРоссией фаворитцаревны, следуетучитывать нетолько сверше­ния, но и замыслы, планы, идеи.

Программапреобразований, намечавшихсяГолицыным, былаизложена имв беседе с польскимпосланцемНевиллем в 1689г., незадолгодо государственногопереворота, приведшегок власти юногоПетра. СвидетельстваНевилля,

подкрепленныесобственнымипризнаниямикнязя ВасилияВа­сильевичаи сведениямииз иных источников, позволяютсо­поставитьголицынскуюконцепциюреформ с петровской.

Если Петрставил во главуугла укреплениегосударства, то Голицынпридавал большеезначение исправлениюнравов и высвобождениюхозяйственнойи политическойэнергии 'под­данных.Важнейшимсредствомрешения этойзадачи князьсчи­тал просвещение, но не ограничивалсятолько сферойобразо­вания, распространениемзнаний и грамотности.Смягчениеза­конов, отказот средневековыхнаказаний иосуществлениевыд­винутойеще Ординым-Нащокинымидеи государственногопоощренияторговли иремесел — таковыбыли важныекомпо­нентыголицынскихпланов.

Черезнесколькодесятилетийпосле утверждениякрепостногоправа и почтиза два века доего отменыГолицын ужевидел в крестьянскойнесвободепрепятствиена пути общественногоразвития. Онпредлагалосвободитьземле­дельцевот власти помещиков(неизвестно, распространялсяли этот плани на вотчинныевладения, которые, впрочем, к концуXVIIв. почти неотличалисьпо своемуфактиче­скомустатусу отпоместий). Умереннаяпоголовная(подуш­ная)подать со свободныхкрестьянскиххозяйств, принеслабы, по мысликнязя, немалыйдоход казнеи позволилабы государствувзять на себязаботы о содержаниислужилых дворян.Осуществлениеэтой идеи впринципе моглобы спо­собствоватьчрезмерномуусилению государства— ничуть не вменьшей степени, чем петровскиереформы. Однаконадо пом­нить, что в представленииГолицына государстводолжно в первуюочередь обеспечиватьхозяйственноепроцветаниепод­данных, а в системевзглядов Петра— свою собственнуюмощь, в основномвоенную.

Голицын, подобно Петруили Ордину-Нащокину, считал важнымотказатьсяот неэффективногодворянскогоополче­ния, но, судя по всему, склонялся кконцепциинаемной армии, содержатькоторую дешевле, чем помещиков, живущих за счетмалопроизводительноготруда крестьян.

Итак, кконцу XVIIв. в русскомобществе нетолько былаосознананеобходимостьперемен, но исложилисьнеко­торые, еще не совсемотчетливые, представленияо программепреобразований.Затевая крутуюломку существовавшихв Мос­ковскомгосударствепорядков, Петротталкивалсяот реаль­ныхпроблем ипротиворечий, а не каких-либопридуманныхим или позаимствованныхв Европе схем.

Тем не менее, нельзя признатьпетровскиепреобразованияестественнымрезультатомпредшествующегоразвития. Наси­лие, ставшее основныминструментомполитики ПетраВели­кого, иподчинениевсего ходареформ одной, притом произ­вольнонавязаннойобществу, цели— внешнемуусилениюгосу­дарства, возрастаниюего военноймощи — придалиреформамискусственный, неорганическийхарактер.Противоестественностьмногих установленийпетровскоговремени самымнепосредственнымобразом сказаласьна ито­гах ипоследствияхпреобразованийв целом.

Основнымисферами преобразовательнойдеятельностиПет­ра былиармия, государственноеуправлениеи финансы. Реформы, затрагивавшиеиные областиобщественнойжизни, были такили иначе подчиненывоенно-государственнымзада­чам! У Петраизначальноне было продуманногоплана реформ, наличествовалитолько представленияо тех целях, которых онхотел достичь, было стремлениепревратитьРоссию в процветающуюи грозную державу.Процветаниене мысли­лось, без военноймощи, и такоесоединение, даже слияниедвух разныхзадач во многомопределилопротиворечивостьрезультатовреформы.

Петр смотрелна мир оченьрациональнои механисти­чески; он искренневерил в возможностьчуть ли небукваль­ногоперенесенияна русскуюпочву всеготого, что былоуместно в иныхстранах, будьто шведскаясистема администра­тивногоделения страныили немецкийпокрой платья.Меха­нистическийвзгляд мешалреформаторупонять или хотябы признатьсложную взаимозависимостьявлений. Так, Петр был убежден, что для создания— почти, что напустом месте— российскойнауки (имелосьв виду естественнонаучноезна­ние) достаточноимператорскогоуказа и несколькихвыписан­ныхиз-за рубежаспециалистов.

Тот подход, который оправдывалсебя в военномстроитель­стве, царь с легкостьюпереносил вовсе иные сферыгосу­дарственнойдеятельности.Если можноперенять унеприятеляприемы ведениябоя или строительствакрепостей, то, полагал Петр, с тем же успехомможно использоватьи заимство­ванныегосударственныеорганы. Первыйрусский императорстремилсяуправлятьгосударствоми обществомтак, как хоро­шийкомандирраспоряжаетсяв своем полку.

ПетрВеликий вомногом походилна тех русскихлюдей XVIIв., которые, пословам Ключевского, пользовалисьпло­дами иноземнойцивилизации,«не заглядываядалеко вперед, в возможныепоследствиясвоих начинаний, и не допыты­ваясь, какими усилиямизападноевропейскийум достиг…техни­ческихуспехов». Петрбыл намногорешительнеесвоих предкови предшественников; если АлексейМихайлович«толь­ко развлекалсяновизной», тодля его сынановизна сталапредметомсерьезныхустремлений.Последствияже нововведе­нийочень частооказывалисьдалеко не стольблаготворными, как представлялосьих инициатору.

Надо заметить, Петр (по крайнеймере, в последниегоды своегоцарствования)понимал ущербностьреформ, направлен­ныхпочти исключительнона укреплениегосударственной

власти, и в 1721 г. говорило том, что насталапора позабо­титьсяи о благоденствииподданных. Темне менее государствовсегда оставалосьв центре петровскихпреобразований— не только, как их.средство, но и как цель.

Петр ослабилте ограничения, которые привязываличело­века кего сословию, но вырватьсяиз сословныхпут мож­но былотолько полностьюподчинив своидействия ипомыслы государственнойидее, толькозаняв местона одной изступенек «Табелио рангах». Реформыне освободилиличность, алишь переподчинилиее, хотя, конечно, н создали болееблаго­приятныеусловия дляслужебнойбюрократическойкарьеры и дляинтеллектуальногоразвития человека.

Неоднозначнымбыло и воздействиепетровскихпреобразо­ванийна развитиегосударства.Петр нуждалсяв механизмепополненияказны и на первыхпорах был озабоченименно этой, фискальнойпроблемой.Затем естественноедля царя-само­держцастремлениедобиться правильногои быстрогоиспол­нениявысочайшихраспоряженийзаставиловзглянуть наорга­ны управленияболее широко.Петр первымиз русскихмонархов вполнеосознал, чтогосударствонельзя пол­ностьюотождествлятьс государем, что государьслужит держа­ве, а не тольковладеет ею,(удобная мысльвозникала вумах русскихлюдей и раньше,XVI—XVIIв. но недву­смысленноепризнаниеполучила лишьв законодательственачала XVIIIв.).

В ходеадминистративныхреформ, начатыхбез четкогоплана, всё жепостепеннооформиласьконцепциясоздания стройного, слаженнофункционирующегогосударственногоме­ханизма82.Осуществитьэту концепциюПетр не смог— и из-за собственныхмногочисленныхошибок, которыеприхо­дилосьспешно, на ходуисправлять, и из-за несоответствиязамыслов иналичных ресурсов(в России немогла вдругпоявитьсявысококвалифицированнаябюрократия; русские куп­цы, которым Петрхотел поручитьряд государственныхфункций, связанныхс городскимиденежнымисборами и судом, не прошлимноговековойшколы западноевропейскогосамоуп­равления).

Реформируягосударство, Петр явно недооценилроль правовойсистемы. Старыеустановления, содержавшиесяв Со­борномуложении 1649 г., не были всерьезпересмотрены.Новые указыпросто возникалирядом со старымиправовыминормами, причемодни законодательныеакты противоречилидругим; все этосоздавалообстановкуюридическойсумятицы ипутаницы. Неслишком настойчивыепопытки привестив по­рядокзапущенноезаконодательствобыли безрезультатными.Ни созданнаяв 1700 г. комиссия, на которуювозлагаласьобязанностьсистематизациизаконов наоснове Уложения1649 г., ни Сенат, которому в 1719г. было данопоручениесоздать новыйкодекс с учетомшведскогоправовогоопыта, не моглисправитьсясо своими задачами.Сам же царьпродолжалруководствоватьсяне правовымподходом крешению об­щественныхпроблем, асоображениямипользы.

Право подчинялосьзлободневным, нуждам, законыписались ипереписывалисьпо произволумонарха. Неумениевысшей властиуважать закони постоянноепренебрежениеюриди­ческойпроцедуройформировалиправовой нигилизмисполни­телейзакона, низшихчиновников, подданных.Возникала«мол­чаливаякруговая порукабеззакония».

СвойственноеПетру утилитарное, прагматическоеотноше­ниек закону какк инструментувласти во многомопреде­лилодальнейшееразвитие российскойгосударственности, ко­торая лишьпостепенно, очень медленнообретала правовыечерты. Самодержавиевесьма неохотношло даже натакие самоограничения, которые характерныдля «полицейскогого­сударства», власти которого, издавая удобныедля них (а недля общества)законы, все-такисами их соблюдают.

Государствов послепетровскойРоссии оказалосьпротиво­поставленнымобществу. Этоне было чём-тосовершенноно­вым в отечественнойистории, новозникшая врезультатере­форм надсословнаябюрократия, слабо укорененнаяв тради­ционныхструктурах, взяла на себячрезвычайноширокие функ­цийименно тогда, когда в общественачала формироватьсятяга к известнойнезависимостиличности отгосударства.

РеформыПетра сталиисходным пунктомдвух во многомпротивоположныхпроцессов.Именно в началеXVIIIв. полу­чиломощный импульсогосударствлениеобщественнойжизни; ноодновременнопотрясенияпетровскойэпохи и внезапноерасширениекультурногогоризонтаобразованныхслоев об­ществастимулировалиразвитиекритическогоотношения ксо­циальномуи политическомустрою созданнойПетром империи.Эта втораятенденция таилав себе большойантигосударст­венныйпотенциал.Либеральныевельможиекатерининскоговремени, вольнолюбивыеофицеры-декабристы, мыслителини­колаевскойэпохи, революционерыи радикальнонастроенныеинтеллигентыпореформеннойРоссии — всеэти оппозицион­ныевластям силыскладывалисьв новой культурнойсреде, характерныечерты которойпроявилисьименно приПетре Великом.

Конечно, и до Петрасуществовалаинтеллектуальнаяоппозициявласти (достаточновспомнить хотябы князя АндреяКурбского), ноне было условий, превращающихоппо­зициюв неизбежностьи выталкивающихв ее ряды многихярких представителейполитическойи культурнойэлиты. Глуби­напротивостояниябюрократическогогосударстваи значитель­нойчасти этойэлиты бываларазличной, былонемало попы­токпримирениядвух начал —государстваи общества, были времена(например, вцарствованиеАлександраII), способст­вовавшиекомпромиссу, но трагическаяраздвоенностьсо­циальногоорганизмаоставаласьпостояннойчертой отечест­веннойдействительности.

Этараздвоенность, проявившаясяуже в послепетровскоевремя, не сводиласьк идейномуразмежеваниювнутри элиты.Петр невольноспособствовалкультурномуобособлениюоб­разованногоменьшинства,приобщившегосяк западнойцивили­зации, и большинства, хранившеговерность заветамстарины.

Европеизацияменьшинствапервоначальнобыла довольновнешней иискусственной.Трт синтезчужеземногои отечест­венного, старого и нового, который былхарактерендля строя мыслиА. Л. Ордина-Нащокинаили В. В. Голицына, оказался недоступенпосредственномуофицеру издворян иликупеческо­мусыну, поступившемуна государственнуюслужбу. Отечест­веннаятрадицияинтеллектуальногопостижениямира, духов­ногоего осмыслениябыла оченьслаба и поддерживаласьв основномнемногимипредставителямиправославногодухо­венства.

Светскаяобразованность(вырастающаяиз собственныхраздумий, а «еиз усвоенияготовых истин)делала в Россиитолько первыешаги. Без посредничества«книжных»монахов и священников(в том числевыходцев изукраинскихи бело­русскихземель) большинствомирян не могловоспринятьне только западныхвеяний, но ирелигиознойотечественнойи культурнойтрадиции.Приверженностьправославиюдля мно­гихбыла в основномпривычкой кобрядам. Усваиваяпро­пагандируемыеПетром европейскиезнания, попреимуществуприкладногохарактера, такие людивпервые приобщалиськ культуре, выходящей зарамки поверхностнойрелигиоз­ности.

Большинствоже населения— крестьяне, посадские люди— оставалосьвне сферыцивилизаторскойдеятельностиПетра и отвергалоевропейскиенравы как «барскиезабавы». Куль­турнаядеятельностьдуховенствав петровскоеи после­петровскоевремя не смоглаприобрестинеобходимыхмасшта­бовиз-за оченьнепродуманнойцерковнойреформы.

Петр был, несомненно, православным(несмотря наего кощунственныепорой развлечения), но смотрел наЦерковь попреимуществус государственнойточки зрения.Огосу­дарствление, столь последовательнопроводившеесяПетром во всехсферах общественнойжизни, коснулосьи религии. Петрхотел превратитьЦерковь в одноиз государственныхведомств иподчинить еецарской власти.Политическиепритязаниянекоторыхрусских патриарховXVIIв. вызывалибеспокойствоПетра, поэтомуон постепенноупразднил самудолжностьпредстоятеляЦеркви. Послесмерти патриархаАдриана (1700) царьне разрешилизбрать емупреемника, ав 1720 г. заменилвысший в церковнойиерархии постколлегиальныморганом — Синодом(в проектерегламентаэтот органимено­валсяДуховной коллегией, но затем получилболее высокийста­тус, чемдругие коллегии).Синод постепеннопревратилсяв ор­ган нестолько церковный, сколько государственный.(Уже в послепетровскоевремя обер-прокурорСинода, светский чиновник, стал фактическим главой этого собрания высшихиерархов исветских лиц.)

ГосударствоподчинилоЦерковь, ослабленнуюрасколом (онстал непреложнымфактом послецерковногособора 1666— 1667 гг.), и сильно затруднилоее деятельность.Осуществлен­наяпо протестантскомуобразцу реформацерковнойоргани­зациипагубно сказаласьна приходскойжизни, на деятель­ностишкол (народноеобразованиетрадиционносчиталось деломдуховенства; светские школы, создававшиесяпри Петре, возникалипочти исключительнов городах иобучали толькоменьшинствонаселения).Духовенствосамо нуждалосьв более основательномобразовании, но подчинениеЦеркви государствуне слишкомблагоприятствовалопросвещенческой

(хотя Петри не препятствовалтакой деятельности, требуя лишьполитическойлояльности).

Невольнымитогом культурныхи религиозныхреформ на­чалаXVIIIв. стала поверхностнаяевропеизацияменьшин­ства, сопровождавшаясяего отрывомот традиционнойкуль­туры(которую в течениесотня лет послеПетра поддержи­валов основномдуховенство, не вполне готовоек этой ро­ли).Одновременноконсервироваласьпрежняя малообразован­ностьбольшинства, так как государство, несмотря напросве­тительскийпафос, долгоевремя не предпринималосерьезныхусилий дляорганизациимассовых школ.

Петр, конечно, не мог предвидетьотдаленныхи косвенныхпоследствийсвоих преобразований.Нелепо и антиисторичновыводить пугачевщинуиз нежеланияПетра освободитькре­постных, а истоки распространенияв России европейскихреволюционныхтеорий искатьв петровском«западничестве».Петровскиереформы непредопределилираз и навсегдаразвитие страны, но все же обозначиливероятноенаправлениеэтого развития.

Использованнаялитература:

А.ГоловатенкоИсторияРоссии: спорныепроблемы.Издательство:«Школа-пресс»