Реферат: Политическое и культурное развитие Ольвийского полиса

Введение

Ольвийскийполис – одноиз самых значительныхантичных государствСеверногопричерноморья.Среди многочисленныхколоний МилетаОльвия выделяетсянеобычайнымбогатствомпамятниковматериальнойкультуры, нумизматикии особенноэпиграфики, позволяющихс желаемойполнотой воссоздатьход ее историческогоразвития, политическийстрой, социальнуюструктуру икультурныйоблик.

Интересученых к ЮжнойРоссии вообщеи к Ольвии вчастности сталпроявлятьсяв отечественнойнауке послевключения Крымаи Новороссиив состав Российскойимперии. В концеXVIII в. туда отправляютсяП. Сумарокови П. С. Паллас, правильнолокализовавшиев своих трудахместоположениеОльвии у селаИльинское(соврем. Парутино)в низовьях Бугаи описавшиеостатки ееразвалин1.

Перваяпопытка создатькраткий очеркистории Ольвиина основанииизвестий древнихавторов и данныхнумизматикипринадлежитголландскомуэмигранту И.П. Бларамбергу2.Практическиодновременнос ним выпустилисвои труды Д.Р. Рошетт и П.Кёппен, небесполезныедля своеговремени главнымобразом тем, что они ввелив научный оборотновые эпиграфическиепамятники.

Однаковсе перечисленныеработы, несмотряна отдельныеудачные наблюдения, ни по охватуисточников, ни по методическомууровню их изучениянельзя признатьв полном смысленаучнымиисследованиями.Первым, ктопоставил изучениеольвийскихнадписей исвидетельствдревних авторово городе наподлинно научныйуровень, был«отец греческойэпиграфики», выдающийсянемецкий историки эпиграфистАвгуст Бёк, который в вводнойглаве к надписямСарматии своего«Корпуса греческихнадписей» далмонографическисвязный очеркистории Ольвии3.

Образцовыедля своей эпохив археологическоми нумизматическомотношениисочинения А.С. Уварова4и Б. В. Кёне в своихисторическихразделах выглядяточень слабымии не соответствуютдаже уровнюсовременнойим науки.

В целом антикварныйпериод не прошелдля науки бесплодно: он положилначало собиранию, систематизациии публикациинумизматических, эпиграфическихи археологическихпамятниковиз Ольвии. Вэту пору предпринимаютсяи робкие попыткипроводитьраскопки наОльвийскомгородище ", атакже первыеопыты обобщенияее истории.

Началосистематическогоизучения Ольвиии ее историипроисходилов 1885-1917 гг. 1885 годознаменовалсякрупным событиемв науке о классическихдревностяхЮга России: недавний выпускникПетербургскогоуниверситета, питомец школыФ. Ф. Соколова, тридцатилетнийученый ВасилийВасильевичЛатышев, которомуРусское археологическоеобщество в 1882г. по возвращенииего из командировкии Грецию поручилособрать и издатьгреческие илатинскиенадписи античныхгородов СеверногоПричерноморья, выпускает томI своего корпуса«Inscriptiones antiquae orae septentrionalis Ponti EuxiniGraecae et Latinae», включившийэпиграфическиепамятники Тиры, Ольвии и Херсонеса.

«Исследованияоб истории игосударственномстрое городаОльвии» сталиобразцовымтрудом, в которомиспользованывсе и наличествующиек тому времениписьменныеисточники, включая эпиграфические, извлечен изних максимуминформациии на основанииее построенапредельновозможнаяисторическаякартина развитияОльвии от основанияколонии до ееокончательнойгибели.

Большуюроль в развитииизучения историиОльвии и всегоСеверногоПричерноморьясыграла составлявшаясямного лет Латышевымхрестоматия«Scythica et Caucasica»5, вобравшая в себя практическивсе свидетельствагреческих илатинскихавторов о СеверномПричерноморьеи Кавказе.

Эти планомерныеизысканияпривели к накоплениюбольшого количестванового материала, потребовавшегооперативнойобработки иисследования.Латышев регулярнопубликует вразных изданияхвновь прибывающийэпиграфическийматериал.

В советскойисториографиитакже предпринимаютсяпопытки составлениякратких очерковпо историиОльвии: В. Ф.Гайдукевичем, Д. П. Каллистовым, Т. Н. Книпович, Д. Б. Шеловым.Всех их объединяетодно: они основаныне на собственныхисследованиях, но лишь резюмируютвыводы предшественников.

Современныйэтап изученияистории Ольвиикачественноотличаетсяот предшествующихнеуклоннымстремлениемне только стремлениемк расширениюкруга источников, но и к совершенствованиюметодики, квыведению еена комплексныйуровень.

Источникипо политическойистории Ольвииразнообразны, но не равнозначны как по своемуколичеству, так и по уровнюинформативности.

Надо откровеннои с сожалениемпризнать, чтосвидетельствадревних авторовоб Ольвии весьмаскудны. Из болееили менее связныхрассказов можноназвать толькодва: новеллуГеродота оСкиле (Herod. IV. 78-80) ивступительныйраздел ДионаХрисостома(Dio Chrys. XXXVI. 1-18). Они бесценныдля нас тем, что оба — объективныесвидетельстваочевидцев, однако цельюих не былоспециальноеописание города: для «отца истории»Ольвия служитдекорацией, перед которойразыгрываетсядраматическаяистория скифскогоцаря-вероотступника, для бродячегоритора-изгнанникаиз Прусы-этоэкзотическийфон, на которомему удобнее, как Орфею передфракийцами, излагать своефилософскоеcredo о «хорошоустроенномгороде».

Остальныесвидетельстваотрывочны иразрозненны.Это объясняетсятем, что Ольвияза редкимиисключениямине была втянутав мировые катаклизмыдревней истории.

Наибольшеезначение имеютданные греческихнадписей, какаутентичныеи наиболееобъективные.Преимуществоих перед свидетельствамиавторов ещеи в том, что онизачастую заполняютсобой лакуны, оставленныеантичнымиписателями.Так, например, об ольвийскойистории III в. дон. э. мы узнаемисключительноиз таких замечательныхдокументов, как декретыв честь Протогена, Антестерия, сыновей херсонеситаАполлония идр. Для воссозданияполитическойистории наиболееважны постановления, надписи почетные, посвятительные, строительные, каталоги, даи все прочиекатегориинадписей. Особенноже ценны длянас те редкиеслучаи, когданадписи подтверждаютлибо даже дополняютнарративнуютрадицию о техили иных событиях; для Ольвииможно назватьпока толькодве такие счастливыхслучайности: декреты в честьТимесилея ив честь Каллиника.

Тем не менееи надписи, несмотряна всю их объективность, неравнозначныпо информативности, а потому и ониоставляютпробелы в нашихзнаниях обольвийскойистории. В силукакого-то магическогозакона в Ольвииэто почти всепервые половиныстолетий: из-застандартногохарактерадокументовони пока скрываютот нас во мгле«событийную»историю первыхполовин V-II вв., для реконструкциикоторой мывынужденыприбегать кдругим источникамлибо к косвеннымданным, чтоособенно характернодля архаическогопериода. Напомощь приходятздесь памятникималой эпиграфики: многочисленныеи как нигдеразнообразныепо содержаниюграффити накерамике, атакже уникальные, свойственныепочти исключительноданному регионуи не такие ужтеперь редкиедокументы — частные письмана свинцовыхпластинках.Они дают бесценнуюинформациюо социальной, экономической, а отчасти и ополитическойистории Ольвийскогополиса. Сюдаже следуетприсовокупитьи называемоеусловно «письмомжреца» многострочноеграффито наостраконе.

Ольвийскоемонетное делоуходит своимикорнями в VI в.до н. э., а прекращаетсятолько с окончательнымупадком городав III в. н. э. Отсюдапонятно и значениемонет: онидокументируютпрактическивсю историюполиса. Естественно, памятникинумизматики, чутко реагировавшиена любые измененияэкономическойконъюнктуры, дают бесценнуюинформациюо состояниихозяйстваполиса и егофинансов. Нопри сопоставлениис другими источникамиони могут пролитьдополнительныйсвет и на ходисторическогопроцесса, как, па-пример, этопроизошло ссобытиями концаIV и второй четвертиII в. до н. э. Однаков исключительныхслучаях монетывыступают инепосредственнымисточникомпо политическойистории. Так, преимущественнона материалахольвийскоголитья и серебрянойчеканки V в. удаетсягипотетическиреконструироватьгенезис ольвийскойтирании и порядокчередованияее с властьюварварскихнаместников.Наконец, самиэти уникальныев античном мирелитые фигурныеи круглые монетыVI-IV вв. позволяютсделать выводо культурныхконтактах междуОльвией и варварскиммиром, с однойстороны, и греческимиполисами Понта- с другой. Неменее важныи результаты, получаемыепри изученииденежногообращенияОльвийскогополиса: так, наблюдениянад притокомтуда понтийскоймеди в эпохуМитридатапозволяютуточнить времявхожденияОльвии в составего панпонтийскойдержавы, формыподчиненияему полиса идату выходаиз-под властиМитридата.

Исходя изисторическихисточников, мы построимпериодизациюна фактахполитическойистории, котораядолжна, однако, пониматьсякак основнойитог комплексногоисследованиявсех доступныхисточников.

История Ольвии от VII в. до н.э. до V в. до н. э.

История Ольвии от скифов до завоевания Митридата (V – I вв. до н.э.)

А также рассмотримкультуру Ольвийскогополиса.

В даннойработе мыпостараемсяпроследитьисторию Ольвийскогополиса на протяжениипервых шестивеков еготысячелетнегосуществования, для каждогопериода предлагаетсяреконструкцияего внутреннегоустройстваи взаимоотношенийкак с эллинистическимигосударствамиСредиземноморьяи причерноморья, так и с окружающимнегреческиммиром. Выявимобщее и особенноев развитииОльвии, ее местои роль в античнойистории.

История Ольвии с VII по V вв. до н.э.

Архаическая эпоха

Какизвестно, наиболееактивно берегачерного морявообще и северныйв частностиосваивал Милет, которому вдревностиприписывалосьоснование 75или даже 90 апойкий.Из этой метрополиивыселилисьв низовья Бугаи Днепра будущиежители Ольвийскогои, по всей вероятности, Березанскогопоселений.

Об Ольвиикак об апойкийМилета единодушносвидетельствуютантичные авторыначиная с Геродота.

Евсевийпод вторымгодом 33-й олимпиады(647/6 г. до н. э.) сообщает, что «в Поитеоснован Борисфен»6.Борисфеномв устах средиземноморскихгреков называласьОльвия. Вторуюдату приводитПсевдо-Скимн(809 Muller, 814 Diller), указывающий, что Ольвияоснована «вовремя мидийскоговладычества».Большинствоисследователейвполне законнопонимало этислова как указаниена время существованияили расцветаМидийскойдержавы и датировало, таким образом, основаниеОльвии в широкихпределах от709/8 (или 687) до 550/49 (или559/8) гг7.

Иначе обстоитдело в Ольвийскомпоселении, изкоторого происходитпока лишь одинкерамическийфрагмент третьейчетверти VII в.16Массовой жекерамика становитсяс первой четвертиVI в., причем этоотнюдь немалочисленные, как иногдаутверждается, керамическиематериалы: внимательноизучившая ихЛ. В. Копейкинаотмечает «довольномногочисленныефрагментыродосско-ионийскихсосудов», «довольномного фрагментовкратеров», «вбольшом количествеобломки родосско-ионийскихкиликов первойи второй половиныVI в. до н. э.» и т.п8. Все эти богатыематериалы идали возможностьисследовательницеприсоединитьсяк выдвинутойпри публикацииграффито КсанфадатировкеоснованияОльвии рубежомVII-VI вв. или началомVI в. В свою очередь, эта надписьна сосуде местногоизготовлениясвидетельствуето налаженномместном керамическомпроизводствев первые десятилетияпосле основаниягорода.

Итак, рассмотренныеархеологическиеданные окончательнозаставляютотнести основаниегорода Ольвиипримерно крубежу VII-VI, самоепозднее — к началуVI в., что укладываетсяв широкиехронологическиерамки сообщенияПсевдо-Скимна.

В областиэпиграфикиследует указатьна полное домельчайшихнюансов копированиешрифта и системыписьма метрополии, а в языковой— на филиациюотдельныхфонетическихявлений, свойственныхв раннее времятолько Милету9.То же касаетсяи некоторыхпривычек, вывезенныхс родины, и типичноионийско-милетскойантропонимии.Аналогичнаякартина прояв­ляетсяв некоторыхэлементахградостроительства и архитек­туры.Наконец, наиболееважными представляютсязаимствова­нияиз метрополииберезанскимии ольвийскимижителями рели­гиозныхи государственныхинститутов: ольвийскийкалендарь вдеталях копируетмилетский, подавляющеечисло типичномилетских боговприсутствуетв березанско-ольвийскомпантеоне, здесьже засвидетельствованакультоваяколлегия мольповво главе сэсимнетом—городскимэпонимом10.

Многообразиеэтнополитическойситуации породилоразличныеспособы контактовпервых колонистовс аборигеннымнаселением.По всей видимости, в Побужье иПоднестровьевстреча милетянс номадами былапочти или вовсебесконфликтной.По крайнеймере, фортификационныесооруженияБерезани необнаруженыдо сих пор, анаиболее раннееоборонительноестеностроительствоОльвии фиксируетсяпока лишь дляпервой половиныV в. до н. э. Ни водном из остальныхрайонов мы нерасполагаемпока документальнымиматериаламио наличии в VIв. враждебныхотношенийэллинскихпервопоселенцевс автохтоннымнаселением, экспроприацииу местных жителейземли и т. п.Вероятно, освоениеновой территориивелось либос молчаливогосогласия скифов, либо на каких-тодоговорныхначалах11.

Однако эллины, переселившиесяво второй половинеVII и VI в. до н. э. наберега Понта, не явилисьпионерамиподобнойколонизационнойпрактики. Выбордля поселенияместа, защищенногоестественнымирубежами, приэтом с учетомдемографическойситуации, характеризуетуже самый раннийэтап Великойгреческойколонизации.

Милетскиеколонисты, закрепившиесяпервоначальнона защищенномсамой природойполуостровеБерезань, примерночерез полвекапосле основанияколонии прониклипо берегуДнепро-Бугскоголимана на 40 кмв глубь материка, где ими былаоснована новаяапойкия — Ольвия.

Выбор местадля новогогородскогоцентра был неслучаен, нообусловливалсярядом соображенийпринципиальногохарактера.

Во-первых, нигде по побережьямБугского, Днепровскогои Березанскоголиманов нетстоль удобногов географическоми топографическомплане места: только Ольвийскоегородище располагаетналичием двухтеррас — верхнейи нижней; втораяиз них изобилуетродниковойи колодезнойводой и представляетсобой удобнуюплатформу дляустройствагавани.

Во-вторых, Ольвия занимаеткрайне благоприятноеместоположениеу слияния двухкрупнейшихводных артерий- Днепра и Буга, служившихвеликолепнымиречными магистралямидля торговлис лесостепнымии степнымирайонами СеверногоПричерноморья12.

В-третьих, крайне важноположение«ольвийскоготреугольника»и в стратегическомаспекте: онпрекраснозащищен естественнымирубежами обороны- Заячьей балкойс запада, Севернойбалкой на севереи берегом Бугскоголимана с востока13, то есть и здесьповторно примененпервый из названныхприемов милетскойколонизационнойпрактики. Наконец, не случайнок моментуокончательногосложения Ольвийскогополиса кактерриториальногоединства вовторой половинеVI в. Ольвия «оказалась»точно посрединеего обширнойхоры. Это наводитна мысль опервоначальном«программировании», с одной стороны, местоположениягорода какцентра будущегогосударства, а с другой — ипримерныхграниц будущегогосударства, что было вызвано, вероятно, предоставлениемскифами заранееи строго ограниченнойтерриториидля заселения.

Ольвияформируетсякак урбанистическийцентр, причемна большейчасти верхнегоплато. К этомувремени прокладываетсяцентральнаяосевая магистральгорода, перерезавшаяего с северана юг, распланированатерриториятеменоса, древнейшиеалтари которого- ботросы — начинаютфункционироватьуже с третьейчетверти столетия14.Выделен участокпод общественнуюплощадь, агоруи прилегающиек ней с юга исеверо-западаадминистративныездания, инымисловами, складываютсяосновные элементымонолитнойурбанистическойструктуры, именуемойгреческимполисом. С другойстороны, теперьуже никто, пожалуй, не сомневаетсяв том, что вовторой половинеVI в. происходитне синойкизм, а, напротив, массовое освоениеземель НижнегоПобужья путемоснованияпоселений, причем происходилоэто освоениеиз двух городскихцентров — сначалаБерезани, апотом и Ольвии.

Перейдемтеперь к однойиз наиболеесложных и остродискутируемыхв науке проблем- вопросу о причинахи целях эмиграционногопроцесса.

В последниегоды исследователиприходят квполне оправданномувыводу, чтогреческаяколонизациябыла гетерогеннымпроцессом, причины, еепородившие, и цели, ею преследуемые, равно как иорганизационныеформы, призванныеслужить реализацииэтих целей, вразных местахпроявляли себяпо-разному, хотя и подчинялисьобщим историческимзакономерностям, обусловливавшимсходные ситуациив разных регионах.

Многочисленныесельскохозяйственныепоселениявозникают винтерисующемнас районе поберегам Бургскогои Березанскоголиманов в архаическоевремя — в VI в. дон. э. Самые ранниеиз них, основанныене позже второйчетверти VI в., группируютсяна левобережьеБерезанскогои правобережьеДнепровско-Бугскоголиманов внепосредственнойблизости отБерезани. Ссередины VI в.непрерывнойцепью такихпоселенийохвачена ужеобширная территорияот Николаевана севере доОчакова на югеи далее вверхпо берегамБерезанскоголимана. Этакартина даетоснованияпредположить, что первыеаграрные выселкив районе Березанисуть продуктдеятельностижителей именноэтого центра, направленнойна расширениетерриториипутем освоенияприлегающегопространства15.Многочисленныеже поселениявторой половиныVI в. следует связатьуже с созданиемхоры единогоОльвийскогополиса.

Мы вынужденыпризнать, чтоимпорт заморскихтоваров первыепоколенияколонистовдолжны быликомпенсироватьпрежде всегои главным образомпродуктами, полученнымив результатеторговогообмена с глубиннымирайонами Скифии, а не произведениямисобственныхрук. Это заключениеподводит наск важномуметодическомупринципу, недоучеткоторого былприсущ работамисследователейкак «торгового», так и «аграрного»концепционноголагеря. Сутьего в том, чтоследует четкоотграничиватьранний этаппоселенийНижнего Побужья(вторая половинаVII-первая четвертьVI в.) от болеепозднего. (втораячетверть VI-началоV в.) в экономическомаспекте16.

Естественно, эта роскошноукрашеннаяпосуда, как бывысоко ни оценивалиее греческиекупцы в обменес туземцами, не могла в силусвоей немногочисленностиобеспечитьдостаточныйприток продуктовсельскогохозяйства, сырья и т. п., необходимыхприпонтийскимэллинам дляоплаты средиземноморскогоимпорта. Однаконельзя сбрасыватьсо счетов иввоз в Скифиюпродукции, неоставляющейследов в археологии(perishables), прежде всеговина, транспортировавшегосяв мехах. Виноже, напротив, довольно быстронашло у нихпризнание, кольскоро столетиеспустя скифскоепьянство ужевошло в Грециив поговорку.В подобной же«таре» могимпортироватьсяв скифскийHinterland и такой продуктэллинскойагрикультуры, как оливковоемасло. Наконец, нельзя забыватьи о возможностиввоза дорогихтканей, особенногонких шерстяных, которыми славилсяв древностиМилет. Еслиприсовокупитьсюда изделиядеревообделочногоремесла, тополучаетсявесьма солидныйассортимент.

После всегосказанного, учитывая природныересурсы древнейтерриторииУкраины, яснеестанет, чтомогло вывозитьсячерез Березанскую, а потом и Ольвийскуюапойкии в Милети другие греческиеполисы. Преждевсего это хлеб- основной продуктземледельцевлесостепнойСкифии, затемскот, дерево, позднее, возможно, рабы. Однаконедавниеинтереснейшиеархеологическиеизыскания вЯгорлыцкомпроизводственномрайоне, возникшем, по-видимому, в период складываниясобственноберезанскойхоры (перваяполовина VI в.), показали, чтомикрорайондревней Гилейкроме лесныхмассивов обладалсобственнымизапасами минераловдля чернойметаллургиии стеклоделательногопроизводства, которые моглиэкспортироватьсяв Грецию какв виде ремесленнойпродукции, таки сырья.

Такимобразом, приходимк выводу озаинтересованностиМилета в освоенииНижнего Побужьяпрежде всегодля расширениясырьевой базыметрополии.Эта неослабевающаязаинтересованностьпрослеживаетсяи утверждаетсятеми устойчивымии перманентнымисвязями, которыенеразрывносоединялиматеринскийгород и егодалекую апойкиюна протяжениипо крайней мереполутора столетийсуществованияпоследней17.

В литературенеоднократнопредпринималисьпопытки связатьвозникновениеБерезани иОльвии с конкретнымисобытиямиистории милета.

можнопопытатьсяопределитьи время основанияОльвии. Из рассказаГеродота (I, 16-19)мы знаем, чтонаиболее ожесточеннуювойну с Милетомвели в течение11 лет лидийскиецари Садиатти Алиатт, вовремя котороймилетяне потерпелидва крупныхпоражения икоторая темне менее благополучнодля них завершиласьбез взятия ихродного города, хотя лидийцыпостоянноопустошалиих поля. Несмотряна различныедатировкиисследователямиэтой одиннадцатилетнейвойны, все ониотносят ее ксамому концуVII в. Не могла лиэтой разорительнойвойной бытьвызвана новаяпотребностьМилета всельскохозяйственныхпродуктах иином сырье итем самымстимулировановыведение новойапойкий в устьеГипаниса иБорисфена водин из кризисныхпериодов историиметрополии? Согласно высказаннойв свое времягипотезе, вновую волнуколонистовиз Милета влилисьи жители ужесуществовавшегоБерезанскогопоселения, осуществившиетаким образомтрадиционныйFestlandssprung и рассматривавшиепоэтому новую/>как свое кровноедело, что и привелов дальнейшемк отсутствиюкакого-либоантагонизмамежду березанскимии ольвийскимипоселенцами, а с образованиемединого полиса- к созданиюединого борисфенитского, а позже ольвиополитскогогражданстваи обусловилопереход названия«Борисфен»с Березани наОльвию как усамих местныхжителей, таки в устах грековметрополии.

Около серединыVII в., на начальномэтапе освоениямилетянамиНижнего Побужья, основываетсяпоселение насовременномострове Березаньс целью обеспеченияметрополиинеобходимымипродуктамии сырьем. ОднакоБерезанскоепоселение нестало с самогоначала «эмпорием»по дефинициямновых историков, напротив, представляется, что оно былоапойкией, выводившейсяпо строгопродуманномуплану, сформировавшимсяеще в метрополииполитическиморганизмом, который и заложилядро будущегоОльвийскогополиса.

Второй этапсоставилооснованиегде-то около600 г. новой волноймилетских-переселенцевс участиемберезанцевОльвийскогопоселения, первые полвекасуществованиякоторого остаютсяпока для насскрытыми подмощными римскиминапластованиями, перекрывшимиюжную, наиболеедревнюю частьгородища. Вчастности, мыможем лишьгадать о политическомстатусе ивзаимоотношенияхБерезани иОльвии в первойполовине VI в.: были ли та идругая автономными, имели ли сепаратныеобщины или однуобщую, объединялисьли узами какого-тосоюза типасимполитииили составлялиодин полис ит. д. Однако, какуже было сказано, следует решительновозразитьпротив обозначившейсятенденциипоставитьОльвию этойэпохи в одинряд с прочимирядовыми поселениямиПобужья иПоднепровья.

Историческоесодержаниетретьего этапа, начавшегосяоколо серединыVI в., составилоокончательноеоформлениеи утверждениеединого Ольвийскогополиса. С этогомомента Ольвияпревращаетсяв политическийи административныйцентр новогогосударства, а Березань — вего внутреннийторгово-промышленныйэмпорий. С этогоже моментаначинаетсяширокое освоениеольвиополитамиокружающихземель, гдесоздаетсядлинная цепьземледельческихпоселков ихуторов, нонаряду с этими такие районыс ярко выраженныминдустриальнымобликом, какЯгорлыцкий.

В гот же, третийпериод окончательнооформляетсягражданскаяобщина новогополиса и егоосновные культовыеи государственныеинституты.Поэтому вопрос, который нампредстоитрассмотретьпоследним, — это проблемаполитическогои социальногоустройствараннего Ольвийскогополиса, проблеманаиболее сложная, менее всегоразработанная, однако однаиз самих важных.

Договорныеначала, регламентировавшиеотдельныевопросы религиозных, политическихи экономическихвзаимоотношенийМилета и егоапойкий, моглиустановитьсякак раз послеокончательногооформленияольвийскойгражданскойобщины и еепредставительныхинститутов, а именно вовторой половинеVI в. Тесные связии обоюднаязаинтересованностьобоих полисовдруг в друге, прослеживаемаяво всех сферахжизни, лучшеетому свидетельство.

Первоначальныйконтингентпереселенцевне мог не бытькак-то организован, то встает вопросо характереего организациии цементирующихначалах. Представляется, что таким началомдолжна былаявиться личностьойкиста, ролькоторого впроцессе основанияколонии известнаслабо, но всеже лучше некоторыхдругих моментовколонизационногодвижения.

Отметимглавное — независимостьойкиста отметрополии, диктаторскую, почти монархическуюсущность егопрерогативи полномочий.Ситуация оправдываласебя: попадаяв неизведанныеместа, зачастуюво враждебноеварварскоеокружение, колонистыдолжны былибыть спаяныединым связующимначалом, которое, в свою очередь, обязано былотребовать отних неукоснительногособлюдениястрогой дисциплины.Поэтому этотпервый этапжизни молодого, зарождавшегосяполисногоорганизма можноназвать «периодомдиктатурыойкиста». Этотпериод могдлиться достаточнодолго; так, поГеродоту (IV. 159), Батт-Аристотельправил Киренойоколо 40 лет.Применительнок ольвийскойистории в этототрезок временимогут уложитьсяте самые полстолетиясуществованиягорода от моментавыведенияапойкий домомента началатрансформацииее в полис.

Но диктаторскаядеятельностьойкиста имелаи другую сторону- облеченныйнеограниченнымиполномочиями, он в значительнойстепени долженбыл влиять ивлиял на политическоеустройствобудущего полиса.В некоторыхслучаях доходилодо полной узурпациивласти и превращенияее в тираническую, а потом и монархическую.Так, тот же Баттосновал в Киренединастию Баттиадов.Есть основанияполагать, чтодаже там, гдедо тирании имонархии делоне доходило, в первые векасуществованиянет никакихпризнаковдемократическогорежима. Главнаяпричина тому- появление насцене крупнойполитическойсилы — новойаристократии.

Описанныйвыше широкомасштабныйи притом спонтанныйпроцесс освоенияольвийскойхоры начинаяс середины VIв. несомненнотребовал значительныхлюдских ресурсов.Понятно, чтоэти ресурсыне могли образоватьсяза полстолетиятолько в результатевоспроизводствапервоначальногоконтингентапереселенцев- необходим былприток извне.Одним из источникових поступлениямогло статьварварскоеокружение.Однако, судяпо археологическими просопографическимданным, варварскийэлемент в архаическуюэпоху составлялв населенииОльвии незначительныйпроцент, поэтомуон не в состояниибыл покрытьсоздавшийсядефицит в рабочейсиле.

Таким образом, мы приходимк неизбежномувыводу о новойволне добавочныхколонистовиз Греции — эпойков, которая и должнабыла создатьнеобходимыйрезерв дляосвоения обширногофонда земель.Только принявэто предположение, можно понятьимпульсивность, а не перманентностьпроцесса освоенияпространства.В пользу этогоговорит такжесинхронноеи спонтанноерасширениетерриторииОльвийскогогородища неменее чем в трираза и характерего застройкиземлянкамии полуземлянками, которые вполнемогли на первыхпорах служитьскромнымижилищами новымколонистам, а также масштабныеперестройкина Березанскомпоселении, которое к этомувремени достиглосвоих максимальныхразмеров.

В связи с этимвозникаетвопрос: какиеюридическиевзаимоотношенияустановилисьмежду первопоселенцамии эпойками? Имеющиеся унас источникипо соответствующейколонизационнойпрактикесвидетельствуют, что добавочныеколонистыполучали участкииз незанятойземли или неделимогофонда, частоменьшие клерына худшейтерриториальноили качественноземле, т. е. налицоэкономическоенеравноправие.

Обнаруженныенедавно эпиграфическиепамятникирисуют намяркую картинудалеко зашедшегопроцессаимущественнойи социальнойдифференциации.

Предположениеоб аристократическомхарактереправленияОльвийскогополиса во второйполовине VI в.получило правона существование, хотя, конечно, конкретныеего формы станутясны лишь послеобнаружениясоответствующихписьменныхисточников.

Мощнаяволна новыхэпойков («семьтысяч»), переселившихсяоколо серединыVI в. в низовьяГипаниса иБорисфена, хотяи получилаземельныеучастки, создавту самую обширнуюольвийскуюхору, котораяизвестна нампо археологическимразведкам ираскопкам, новсе же была, видимо, как-тоущемлена вполитическихправах по сравнениюс «исконной»аристократией, захватившейключевые позициив полисе. Делодошло до конфликтамежду потомкамипервопоселенцеви массой добавочныхколонистов.Предотвращениюнадвигавшегосяили ликвидацииразразившегосястасиса. примерыкоторого типичныдля историигреческойколонизации, помог Дидимскийоракул, повелевшии ввести культ«разумногодельфина»-Аполлона Дельфиния, который в конечномитоге водворилвнутренниймир в государстве, отныне получившемназвание«благоденствующего».Это гражданскоепримирениеповлекло засобой ряд измененийв разных сферахжизни полиса.Новому покровителюОльвии нарезаетсянапротив раннегосвященногоучастка подругую сторонуГлавной улицыцентральныйтеменос; в томи другом святилищеоба Аполлонасосуществуютнесколькодесятилетийнеконвергентно, чуть ли неантагонистически, каждый со своейсвитой: Врачвместе с Матерьюбогов, Гермесоми Афродитой, Дельфиний — сЗевсом и Афиной18.Происходитсмена полисныхденежных знаков: прежние монеты-стрелки- символ «дружественноголучника» — постепенновытесняютсямонетами-дельфинами, символизирующимиАполлона вновой ипостаси.Таким образом, новые материалыиз раскопокБерезани иОльвии открываютзамечательныеперспективыизучения теснойвзаимосвязанностирелигии и политикив архаическомгреческомобществе.

1.2 Историческаяситуация вСеверномПричерноморьена рубеже VI-V вв.

В концеVI в. в СеверномПричерноморьепроизошлокрупное военно-политическоесобытие, поменявшееход историческогоразвития какнаселявшихего местныхплемен, так исамих греческихполисов. Повсей видимости, в 519 г. или чутьпозже ДарийI Гистасп, недавноставший владыкоймощной персидскойдержавы, с огромнымвойском переправилсячерез Босфори вторгся впределы Фракии.Пройдя черезземли фракийцев, он навел понтонныймост черезДунай, переправилпо нему своевойско и повелего противскифов. Судяпо отсутствиюкаких бы то нибыло разрушенийв самой Ольвии, на Березании на многочисленныхпоселенияхобширной еехоры, походперсов никакне затронулОльвийскийполис: Дарийлибо пощадилгород, либо — что скорее — прошел сторонойили вовсе недошел до него.

Тем не менеескифский походДария опосредованноотразился ина судьбе Ольвии.

Как бы ниоцениватьсоциальнуюструктуруСкифскогоцарства тойэпохи, оно обусловилона рубеже VI-V вв.те внешнеполитическиесдвиги, которыеи привели кзарождениюкачественноновых процессовв среде северопонтийскогоэллинства.Отправнымрубежом этихизмененийявилась победанад войскомДария I, одержаннаяцарскими скифами.После этогоскифские правителирезко меняютсвою политику, перейдя к экспансиив сопредельныеземли19.

Не миноваласкифская экспансияи Ольвии. Подчинивсебе Лесостепьи постоянновоюя с фракийцами, скифы перекрылитрадиционныепути пополненияварварскогозависимогонаселенияОльвийскогополиса, в итогечего из составаего лепнойкерамики исчезликарпато-дунайскиеи Лесостепныеэлементы20.Не случайноименно в этотревожное времяОльвия обноситсякольцом оборонительныхстен.

Можнопредположить, что вооруженнаяконфронтацияольвиополитовсо скифамиимела местолишь на первойстадии скифскойэкспансии, когда основныесилы номадовбыли отвлеченыборьбой с неменее воинственнымии сильнымифракийцами.Вероятно, послезаключениягде-то в 80-х годахV в. до н. э. мирногосоглашениямежду теми идругими, воплотившегосяв династийномбраке скифскогоцаря Ариапифас дочерью владыкиодрисов Тереса21, руки у скифскихправителейв этом регионебыли развязаны, и они окончательноподчиняютполисы Поднестровьяи Ольвию своемудиктату, послечего положениестабилизируется, о чем речь впереди.

Итак, в СеверномПричерноморьев V в. сложилисьдва типа государственныхструктур: содной стороны, Никоний, Тира, Ольвия, Керкинитида, которые пошлипо пути развитияк классическомугреческомуполису, с другой- города Боспора, консолидировавшиесяв надполисноетерриториальноеединство. Привсех кардинальныхразличиях уних — особеннона начальномэтапе — прослеживаетсямного схожего.Во-первых, тами там импульсоми катализаторомпроцесса послужилорезкое изменениевнешнеполитическойобстановки- возникновениеугрозы скифскогозавоевания.Во-вторых, именноданное обстоятельствопривело к появлениюкак на Боспоре, так и в Ольвииавтократическогообраза правления.Различие состоялов том, что сплотившиесявокруг Пантикапеябоспорскиеполисы сумелиотстоять своюнезависимость, а изолированнаяОльвия, силкоторой нехватило противостоятьварварскомунатиску, вынужденабыла отдатьсебя под протекторатправителейСкифскогоцарства.

Приняв концепциюскифскогоконтроля надОльвийскимполисом и внедренияв некоторыесферы ее жизниварваров, легчеобъяснить тоткрасноречивыйфакт, что ровнополовина всехнегреческихимен догетскогопериода падаеткак раз на V в., полностьюисчезая навремя с началаследующегостолетия. Средиих носителейоколо третивходит в правящуюверхушку, а длядругой третиможно предполагатьпринадлежностьк обеспеченнымслоям города.

Попытаемсятеперь определитьсферу контроляскифскимпротекторатомжизни Ольвиии его характер.По имеющимсяу нас на сегодняшнийдень немногочисленнымданным мы можемконстатировать, что властьскифских царейпростираласьпреимущественно, если не исключительно, на экономикуполиса. Преждевсего это нашловыражение впереносе доминантыв хозяйствеольвиополитовс земледелияи скотоводствана транзитнуюторговлю скифскимипоставкамив Эгеиду, а такжеремесло. Археологическиэто отразилосьв сворачиванииольвийскойхоры и концентрацииземельныхучастков внепосредственнойблизости отгорода, которыетеперь обрабатывалисьжителями либосамого города, либо возникшегоза его стенамипредместья.Непосредственнаявнеэкономическаяэксплуатацияольвиополитовсо стороныскифов проявилась, видимо, в системекормлениявойска, котораядолжна былаощутимо затронутьбюджет Ольвийскогополиса. Не исключеныи взиманиеопределеннойподати илисистема даров.Унас пока нетникаких данныхпредполагать, что скифскиеправители иих наместникизаметно вторгалисьв сферу внутреннейи внешней политикиОльвийскогогосударства, напротив, мывидим, что вгороде существуетгражданскаяобщина и местноесамоуправление, издающее общественныепостановления, выпускающеемонету с полиснымисимволами; функционируютмагистратуры, такие, какобщегородскойэпоним эсимнет, по-видимомуагораном; продолжаютсвою деятельностьрелигиозныеколлегии мольпови орфиков, игравшиеопределеннуюроль в городе.

Я ничуть несклонен полагать, что даже экономическийконтроль былпродиктованодним лишьнасилием иэксплуатацией.Практическиполную ликвидациюземледельческойбазы Ольвийскогополиса я ненамерен объяснятьодним толькодавлениемСкифскогоцарства, направленнымна то, чтобыустранитьочевидногоконкурента.Признаваядействительноглавной причинойстремлениеномадов к реализацииполучаемыхими от лесостепныхплемен (в результатевнеэкономическогопринуждения)излишковсельскохозяйственнойпродукции черезпосредствоэллинскихторговцев, авозможно, и кпрямой эксплуатациив той или инойформе самихгреков, я вовсене исключаюи того вероятногофакта, что какие-токонкретныеслои ольвийскогообщества былизаинтересованыв том, чтобысосредоточитьсвою предпринимательскуюдеятельностьна определенной, несомненновыгодной и, видимо, не новойдля них, отраслиэкономики — посредническойторговле, апотому вполнемогли дажеподдерживатьновый режим.

Интереснотеперь сопоставитьхарактер эксплуатациискифами ольвиополитовс формамизависимости, в которой оказалисьв то же времязападнопонтийскиеполисы от Одрисскогоцарства. Фукидидпрямо говорит, что все эллинскиегорода, надкоторыми правилифракийцы, уплачивалиим подать наравнес варварскимиплеменами. ПриСевте I ее размерыот тех и другихдостигли максимальнойденежной суммыв 400 талантовзолотом и серебром.Кроме того, изделиями изтех же благородныхметаллов подносилисьдары на равнуюсумму, а отдельноот них роскошныеи простые ткании всякая утварь.Из приведенногофакта делаетсясправедливоезаключение, что системавзимания трибутабыла введенаеще до Севта- при Ситалке, а может быть, и при Тересе.Дань с греческихполисов ХерсонесаФракийскогопродолжалавзиматьсяодрисскимиправителямии в IV в. Интереснасистема перераспределенияподати и подношений: согласно Фукидиду, их получал нетолько самцарь, но и егопарадинастыи знатные одрисы.

В таком случаемы должныпредположитьеще одну причинучастых посещенийСкилом Ольвии: как и его «коллега»Саитафарн двас половинойстолетия спустя, он навещалгород для получениядани и подарков.В этой связистановитсяпонятным, чтозолотые и бронзовыеукрашения, изготовленныеруками ольвийскихмастеров сучетом вкусаварварскогопотребителя, могли попадатьв конечномитоге в могилыскифской знатине только врезультатеторговогообмена.

В Ольвии V в.народовластиеотсутствовало.Исследованиеономастикидекрета приводитк заключениюо том, что ониздан в честьдвух синопейцев- тирана Тимесилеяи его братаТеопропа, изгнанныхоколо 437 г. до н.э. в результатесовместныхдействий синопскихдемократови афинскогофлота подкомандованиемПерикла и Ламаха.Неординарныйхарактерпостановленияподтверждаетсяи составомпривилегий: самое раннеев ольвийскойэпиграфикедарованиеполитии вместес ателией ставилосинопскихэкс-тирановвыше граждан, а древнейшеев греческойпрактикепредоставлениеим права приобретенияземли и домав условияхкрайней редукцииольвийскойхоры обеспечивалополитическимизгнанникамиз Синопы гарантиюзанятости втой же, что ипрежде, сферехозяйственнойдеятельности.Наконец, хорошодокументированныев греческойистории политическиесвязи тирановделают весьмавероятнымпредположениео том, что изгнанныйафинянамиТимесилей«сотоварищи»нашел радушныйприем в родственнойему по духуОльвии.

Судя понемногочисленностиэмиссий оболовПавсания, правлениеего продолжалосьнедолго — неболее десятилетия.По-видимому, примерно к 480г. ситуацияменяется: Ариапифзаключаетмирный договорс фракийцами, скрепленныйдинастийнымбраком с дочерьюТереса, и, окончательноразвязав себеруки на Юго-Западе, подчиняет своейвласти нижнеднестровскиеполисы и Ольвию, устанавливаянад ними протекторатскифов. Вследза тем хораОльвии сокращаетсядо минимальныхразмеров. Можнопредположить, что ни доверенноелицо распоряжалосьне только личнойдвижимостьюи недвижимостьюсвоего патрона, но и было посредникомв осуществленииим экономическогоконтроля надОльвией, а можетбыть, даже иисполнителемего более глубокогопо проникновениюв полиснуюжизнь диктата.Был ли он наместникомили тираном- ставленникомцаря, решитьтрудно; несомненноодно: это грек, происходившийиз среды ольвинскогогражданства.Нельзя установитьточно, когдаАриапиф палжертвой коварствацаря агафирсовСпаргапифаи трон занялего сын Скил, но можно допустить, что это случилосьв промежуткемежду 475 и 460 гг.Трудно интерпретироватьиначе, какпредположив, что этот скифскийцарь, частопосещавшийОльвию с вполнеопределеннымицелями, водворилв ней своегонаместника, происходящегоиз среды варварскойзнати. Этотфакт весьмазнаменателен: целиком продолжаяполитику своегоотца, Скил ещеболее усилилконтроль надполисом, осуществлявшийсячерез егоставленника, но теперь неэллина, а варвара.В годы правленияСкила, по-видимому, наблюдаетсяокончательнаястабилизацияобстановкив Нижнем Побужье.Свидетель тому- возникновениев это времяольвийскогопредместьяи поселениев нем зависимогосельскогонаселения, этоможет знаменоватьсобой частичныйвозврат к земледелию, хотя и в ограниченныхмасштабах.

Октамасадотказался оттех явных выгод, которые емусулили контрольи внеэкономическаяэксплуатацияольвиополитов.Более того, можно с полнымправом предположить, что при немпроисходитдаже подъемполисной экономики, посколькувесьма знаменательно, что в это времяОльвия впервыеначинает чеканитьсеребрянуюмонету.

При этом, однако, допустимопредположитьнекотороеусилениеэкономическогоконтроля и дажеопределенноеущемление«национального»достоинстваольвиополитов.Во всяком случае, достаточнокрасноречивтот факт, чтомонетные полисныесимволы теперьцеликом перекочевываютна статерахЭминака наоборотнуюсторону, уступаяместо на аверсеarme parlante — «натягивающийлук Геракл», т. е. аллегорическойпередаче средствамиизобразительногоискусствалегенды опроисхождениискифов и ихцарей, призваннойпропагандироватьтвердую ихвласть надэллинскимполисом. Трудноустановитьэтническуюпринадлежностьи политическийстатус Эминака: если эмблемапринадлежитему, то в немможно видетьодного из местныхдинастов, если- Октамасаду, то не исключенои не столь высокоеего социальноеположение; несомненнотолько одно: Эминак былтаким же варварскимставленникомскифского царя, как и его предшественникАрих.

Конкретноеразвитие ихарактервзаимоотношенийольвиополитови Скифскогоцарства в последниепримерно четыредесятилетияV в. скрыты отнас непроницаемойзавесой веков, однако несомненнымипредставляютсяследующиефакты: 1) непосредственноеприсутствиескифских царейв Ольвии, такявно ощутимоепрежде всегопо рассказуГеродота иданными нумизматики, исчезает идалее не прослеживаетсяпо источникам;2) их влияниена жизнь полисане прекращаетсявовсе, что следуетпрежде всегоиз факта запустенияего земледельческойбазы вплотьдо начала IV в., а кроме того, фиксируетсяпо даннымангропонимии,3) автократическийрежим еще держалсяв начале 30-х годов, что вытекаетиз декрета вчесть Тимесилея;4) окончательноольвинскаятирания быласвергнута самоепозднее в началеIV в.

Исходя изэтих фактов, можно предположитьследующуюгипотетическуюреконструкциюхода событийольвийскойистории второйполовины V в.Где-то в начале30-х годов нарастающаятенденция кусилению скифскогодиктата вэкономической, а может быть, отчасти и вдругих сферахжизни Ольвиивдруг резкообрывается.При этом полисне выходитвовсе из-подконтроля Скифскогоцарства, о чемсвидетельствуетотсутствиеу него хорыпрежних размеров.Просто этотконтроль сновавозвращаетсяв прежние умеренныерамки, ограниченныелишь вопросамиэкономики.Вместе с темиз политическойжизни Ольвииисчезают варварскиенаместникискифских царей- власть вновьпереходитцеликом в рукигреческихтиранов. Средиперечисленныхвыше случаевбегства тирановесть и такие, когда они ищутубежища у варварскихмонархов — персов.Однако болеевероятно, чтоТимесилея иего брата спочестямиприняли родственныеим по духу, аможет быть, ипо семейнымсвязям ольвийскиетираны.

Кроме того, приютившийбеглецов скифскийнаместник вОльвии, особеннов условияхстановящегосявсе более жесткимпротекторатамог бы обеспечитьим беззаботноесуществованиеsua manu, не прибегаядля этого ктребованиюот ольвийскойобщины издатьсоответствующеепостановление.

Причин резкойперемены вполитике скифовможно предполагатьнесколько.Здесь и возможнаясмерть Октамасадас переходомвласти к егоболее слабовольномупреемнику, инекий вполнедопустимыйполитическийкризис в средескифской верхушки, приведший кослаблениюпротекторатаномадов надполисом.

Широкомасштабныйразмах строительнойдеятельностинаблюдаетсяи в Ольвии V в.В начале столетиякультовымисооружениямиукрашаетсяпрежде всегоглавный ольвийскийтеменос, в которомперестраиваетсяцентральныйалтарь и сооружаетсяхрам in antis в ионийскомордере, посвященныйверховномубожеству — покровителюгорода АполлонуДельфинию. Вначале тогоже V в. к северо-западуот него расширяетсяплощадь другогосвященногоучастка, посвященногосперва АполлонуВрачу, а затемГермесу и Афродите, который такжеукрашаетсямонументальнымхрамом, алтареми другими культовымипостройками.К югу от агоры, по-видимому, в начале второйчетверти V в.на месте какого-тообщественногосооружения, возводитсяздание гимнасия- общественногокомплекса, жизненно важногодля воспитаниябудущих граждан, защитниковполиса. В егоюжной частистроится в этовремя сложноегидротехническоесооружение; центр его составлялочень глубокийколодец, устройствокоторого требовалобольших затратматериальныхи людских сил.Весьма показателени тот факт, чтотерриториятеменоса впервой половинеV в. несколькосокращаетсяза счет расширенияцентральнойгородскойплощади агоры, которая впервыепокрываетсячерепянойвымосткой. Этосвидетельствует, с одной стороны, о росте численностигородскогонаселения, ас другой — овозникающейпотребностиобеспечитьбольше просторадля его растущейделовой иполитическойактивности.

Не останавливаясьдолго на фактерасширенияэкономическихсвязей Афинс СевернымПричерноморьемвообще и Ольвиейв частностикак раз с серединыV в., приведусвидетельстванеэкономическогопорядка. Эрхардтобратил вниманиена то, что в V в.в Ольвии в одномвотивном граффитовстречен культэлевсинскойтриады — Деметры, Персефоны иИакха, что имбыло поставленов связь с афинскимвлиянием. Однако, имя посвятителяSavOinnos встретилосьдо этого в ольвийскойэпиграфикевсего лишь впроксеническомдекрете в честьдвух афинян, один из которых- Ксантипп, сынАристофонта- происходилиз дема Эрхия.Отсюда предположим, что этот сосудбыл посвященне ольвиополитом, а каким-то приезжим.Этот приезжий, однако, не могбыть афинянином, посколькунадпись выполненаионийскималфавитом, авырезал еепосвятитель, судя по ошибкам, сам. Таким образом, этот посвятительныйдар принесэлевсинскимбожествам некийиониец, не исключенодаже — и ольвиополит.

Как раз околосередины V в. вязык ольвиополитовначинают проникатьаттицизмы. ВпосвященииАндокида Аполлонус четырьмяэпиклезамиодна из нихвыдает присутствиесразу двухпризнаковаттическогодиалекта. Поэтомуи материалыольвийскогодикастерия, поставленныев один ряд спрочими аргументами, могут говоритьне просто обэкономическихи политическихконтактахОльвии с Афинами, но и подтверждатьее вхождениев Афинскийморской союз.

Постараемсятеперь восстановитьисторическуюситуацию иопределитьхарактер политическихвзаимоотношенийОльвии и АфинскойАрхэ с моментаПонтийскойэкспедицииПерикла. Прибывв Ольвию, Периклзастает здесьтакую же примерноситуацию, каки в Синопе, стой толькоразницей, чтогородом, какя пытался показатьвыше, управлялне греческийтиран, а наместникскифского царя; возможно, этовсе еще былЭминак, ставленникОктамасада.Совсем не исключено, что ольвиополитык этому моментустали все болеетяготитьсяпостепенноусиливавшимсяна них внеэкономическимнажимом скифскоговладыки, а можетбыть, и приобретающимопасные формыущемлениемавтономии иполитическогосамосознания, а поэтому иобратилиськ «первому мужу»Афин за помощью.Главной цельюэкспедицииПерикла былоне вовлечениев Архэ новыхчленов и сборс них фороса, а организацияпрочногопродовольственногоснабжения Афинв условияхпотери египетскогохлебного рынкаи в преддвериинадвигавшейсявойны со Спартой.Как одно изусловий он могвыставитьтребованиеполностьювернуть Ольвииее политическуюавтономию, пускай в рамках«экономического»протектората, дезавуироватьскифскогонаместникаи предоставитьольвиополитамсамим решатьвопрос о выборегосударственногоустройства.Искусно проведяпереговоры, успеху которых- не исключено- мог содействоватьи вероятныйполитическийкризис в правящейверхушке скифскогообщества, Периклпокинул Ольвиюи по ЛевомуПонту двинулсяк проливам. Подороге он, проводясвою политику, присоединилк Морскомусоюзу по крайнеймере Аполлонию, поддержав, неисключено, демократическуюпартию в ееборьбе с олигархами.

Главнымиостаются, однако, следующиемоменты: 1) Периклс флотом, скореевсего, посетилОльвию; 2) онабыла включенав состав Афинскогоморского союза;3) с этого моментаскифские наместникиисчезают изнашего полязрения; 4) Ольвииустанавливаетсятираническоеправление, ликвидированноелишь в началеIV в.

Что же получилаОльвия в итогеподобных политическихконтактов? Во-первых, каки любой союзник, потенциальноеправо, на оказаниевоенной помощив случае нападениянеприятеляесли, толькотакая угрозатогда для Ольвиибыла реальностью.Во-вторых, налаженнаяторговля сАфинами неизбежнык повышениюэкономическойконъюнктуры.В-третьих болеерегулярноеобщение с первымгородом Элладывело, к известномукультурномуобогащениюдалекого городана Гипанисе.И наконец, немогло ли болеетесное и непосредственноезнакомствоольвиополисовс самой передовойдемократиейтогдашнегомира способствоватьуспешномуосуществлениютого переворота, результатомкоторого сталов начале IV в.свержениетирании, освобождениеот скифскогогосподстваи установлениенового государственногостроя.

--PAGE_BREAK--

История Ольвии от скифов до завоевания Митридата (V – I вв. до н.э.)

Ольвия в эпоху поздней классики и раннего эллинизма (IV – первая половина III в.)

Впердыдущейглаве мы старалисьпоказать, чтоэпоха раннейклассики проходитдля Ольвийскогополиса подзнаком двухосновополагающихмоментов, взначительнойстепени определявшихее политическоесуществование: греческойтирании и скифскогопротектората.Теперь возникаетзакономерныйвопрос: можемли мы установитьхотя бы примернодату смены ихновым политическимстроем и уловитьпри этом в нашихисточникахкакие-то следынаступившихперемен?

Прежде всегобросается вглаза интересныйфакт: при том, что культ Зевсазасвидетельствованв Ольвии каклапидарныминадписями, тами граффити покрайней мереначиная с концаVI в. до н. э. Введениекульта ЗевсаЭлевтерия вгреческихполисах — явлениене случайное, но обусловленноевполне определеннымиисторическимиобстоятельствами.Вполне обоснованноепредположениео том, что вольновздохнувшиеольвиополитыввели у себяв начале IV в. культЗевса Элевтерияпо торжественномуповоду освобождениясразу от двойногобремени: отверховноговладычестванад полисомСкифскогоцарства иодновременноот власти собственныхтиранов.

Весьмазнаменательно, что как раз сначала IV в. дон. э. резко редуцированнаяс установлениемскифскогопротекторатаольвийскаяхора начинаетбыстро возрождаться, причем в масштабах, которые теперьпревосходятпрежние. Натерриториистарых поселков, как и на новыхместах, в пределахпрежних границполиса возникаетбольшое количествосельскохозяйственныхпоселений. Этотфакт нельзяистолковатьиначе, как стремлениеобновленногоОльвийскогогосударствавосстановитьодну из главныхотраслей своейэкономики, нормальноефункционированиекоторой былонекогда нарушенодиктатом варваров.

Ольвийскоегосударствообрело независимостьот внешнегогосподстваскифов, а ольвийскийдемос, избавившийсяот тираническогодиктата, впервыеполучил суверенноеправо по собственномуусмотрениюустанавливатьгосударственныйстрой, законыи политику.Таким образом, терминологическийанализ полностьюподтвердилгипотезу обосвобожденииольвиополитовот двойногобремени.

Вернемся, однако, к вопросуо политическомустройствеОльвии в позднеклассическоевремя. Для решенияэтой проблемыпервостепенноезначение имеютследующиефакты. Преждевсего в началеIV в. со сцены сходяткультовыеассоциациимольпов, орфиков, нумениастови т. п., служившиеопорой тираническомурежиму: в контрастес довольномногочисленнымидокументамиV в., свидетельствующимиоб их активнойдеятельностии одновременновыдающемсяположении вгороде, о какой-либоих активностив позднеклассическуюэпоху эпиграфическиесвидетельстваотсутствуют.Должностьгородскогоэпонима переходитс этого времениот эсимнетамольпов к жрецуАполлона22.Но эти элитарные, однако же, общеполисныесоюзы аристократииуступают своеместо внутриродовым, клановым религиознымсообществам- фиасам, объединеннымисключительнопо гентильномупризнаку подэгидой своихбогов-покровителей.Еврисивиады, Леократидыи им подобныеразветвленныекланы принимаюттеперь на себяпрерогативыпредшественниковпо совершениюжертвоприношений, воздвижениюстатуй и т. п.Однако ихдеятельность, как показываетпример Еврисивия, сына Сириска, не ограничиваласьодной толькорелигиознойсферой: предводителитаких гентильныхсоюзов возводятдорогостоящие, но жизненнонеобходимыеполису оборонительныесооружения, как бы принимаяна себя и тефункции, которыепрежде находилисьна компетенциитирана, чтоможет свидетельствоватьоб их политическойактивностив городе. Этоподводит кмысли, чтообновленныйгосударственныйстрой Ольвииэтого временине повторялполностьюклассическуюмодель радикальнойдемократии, но имел заметнуюаристократическуюокраску.

Одним из рубежей, предопределившимсудьбы Ольвийскогополиса на десятилетиявперед, оказалисьсобытия, связанныес оборонойгорода от войскЗопириона.«Борисфениты, осаждаемыеЗопирионом,- пишет Макробий, римский сановники писательконца IV и первойполовины V в.н. э., — отпустилина волю рабов, дали правагражданстваиностранцам, изменили долговыеобязательстваи таким образомсмогли выдержатьосаду врага».«Первый ударпроцветаниюОльвии, — писалон, — был, по всейвероятности, нанесен осадоюЗопириона», которая оказалась«одним из первыхзвеньев длиннойцепи бедствий, опутавшихнекогда богатуюи счастливуюОльвию»; ведьдаже, «чтобыотбиться отЗопирионачрезвычайныеи крайне стеснительныедля государствамеры».

По всем имеющимсяв настоящеевремя данным, в первые десятилетияпосле Зопирионовойосады наблюдаетсяне упадок, а, напротив, расцветОльвии, знаменательносовпадающийс гигантскимисоциальными, экономическимии политическимиизменениями, происшедшимив древнем мире, вступившемв новую эпохусвоей истории– эллинистическую.

Во времяЗопирионовойосады в Ольвииверх взялирадикальныеэлементы, обложившиебогатых большимиподатями. Вдальнейшемолигархи пыталисьвернуть позициив борьбе с«радикалами»- одну из вспышекразногласийуладил Каллиник, принадлежавшийтогда к умеренным; но в дальнейшемего позиция, возможно, сдвинуласьв сторону олигархии, если предположить, что он отменилналоги насостоятельных.

Что жекасаетсяпричин и целейсоциальныхреформ времениосады, то яприсоединяюськ той группеученых, котораявидит но крайнеймере в однойиз них — проведеннойКаллиникомкассации долгов- не простопревентивнуюмеру, но, какпрямо заявляетдекрет в егочесть, следствиеразразившегосясоциальногоконфликта23, хотя второевовсе не исключает, но лишь дополняетпервое. Такуюоценку подкрепляети рекомендациятеоретикаосадного делаЭнея Тактика.Причины вспыхнувшихсоциальныхволнений зрели, видимо, в недрахольвийскогообщества давно, и осада послужилалишь катализаторомих разрешения.В качествеконкретныхстимулов, породившихстасис, можнопредполагатьподтверждаемоеархеологическиопустошениеосаждавшимисельскохозяйственнойтерритории, вызывавшеепродовольственныйкризис и лишавшеемалоимущихосновногоисточникадоходов. Осадапарализовалаэкономическуюжизнь Ольвии, прекратив, вчастности, поступлениев казну однойиз основныхстатей пополнениягосударственногобюджета — таможенныхпошлин и иныхторговых сборов.В итоге городскиевласти быливынужденыввести чрезвычайныйвоенный налог, отмена которогопосле победынаряду с редукциеймедной монетыбезусловнооблегчалаположениепрежде всегогородскойбедноты, а потомуне может бытьрасцененаиначе, как важноедемократическоепреобразование.

Весь изучаемыйдекрет носитотпечаток ярковыраженнойдемократическойокрашенности, поскольку онв числе заслугКаллиниканазывает толькодве акции: раздачуработ и предложениепо отмене долгов; все остальныеважные мероприятия, в которых, повсей видимости, должен былпринять определенноеучастие и самэвергет, поставленыв заслугу демосу.Все это достаточноубедительносвидетельствуето победе в полисерадикально-демократическогорежима и осопряженномс этим обновлениивсех или большейчасти сферполисной жизни: внутри- ивнешнеполитической, социально-демографической, финансово-экономической, религиознойи архитектурно-градостроительной.

По всем приводимымниже источникамвырисовываетсявполне четкая, неопровержимаякартина могуществаи процветанияОльвии как до, так и послеосады Зопириона.В возобновленномдоговоре обисополитииОльвии с Милетом, эпиграфическаяфиксация которогонайдена прираскопкахмилетскогоДельфиниона.Изучениеобстоятельствзаключениядоговора, привелик вполне оправданномувыводу о том, что с милетскойстороны предпосылкойподтвержденияранее существовавшегосоглашенияс колонией былоизменениеполитическогостроя, а именнореставрациядемократии.Обе договаривающиесястороны, хотяи по разнымпричинам инезависимодруг от друга, но все-такиодновременноповернувшиесвой политическийкурс, при этомв одном направлении, постаралисьтут же пересмотретьсвои международныеотношения, подтвердивисополитиюи прежде существовавшуюмежду обеимиобщинами.

Урегулированиеполисом международныхотношений неограничилосьодним лишьмилето-ольвийскимдоговором: впоследнее времяпоявляетсявсе большеданных о возникновениии последующейликвидацииконфликтаОльвии с еевосточнымсоседом — Херсонесскимполисом.

Раннее поселениеПанское I сталонеопровержимымсвидетельствомтерриториальнойэкспансииольвиополитовна запад Крымскогополуостровав первой половинеIV в.

Однако околосередины илив третьей четвертиэтого столетияольвийскийфорт гибнетв мощном пожаре, а затем перестраиваетсяпо типичнохерсонесскомуобразцу, чтотрудно не поставитьв связь с синхронноразвернувшейсяэкспансиейхерсонеситовв Северо-ЗападныйКрым. Последовавшийза военнымконфликтомразрыв в отношенияхОльвии и Херсонеса, фиксируемыйпо целому рядуисточников, ликвидируетсядовольно скоро: по данным лапидарнойи керамическойэпиграфики, а также нумизматики, в последнейчетверти IV в.прерванныесвязи налаживаются, что знаменательносовпадает спобедой радикальнойдемократиив Ольвиипослезопирионовскогопериода. Взаимоотношенияобоих полисовв последующиедва столетиябыли построенына основе дружбы, взаимопомощии, возможно, политическогосоюза.

Демократическиевеяния вторгаютсяив такую консервативнуюсферу общественногобытия, как религия.

Очевидныйподъем, оживлениеконъюнктурыи процветаниенаблюдаютсяи в экономическойсфере. О состояниигосударственногобюджета этоговремени красноречивоговорит одинтот факт, чтоольвиополитыбезо всякогонапряжения, только чтовыдержавизнурительнуюосаду, оказалисьв состояниивыделить изказны для наградыКаллинику, сынуЕвксена, 1000 золотыхили 3,3 талантасеребром. Подъемощущается ив частноэкономическомсекторе: неоднократноупоминавшийсяКлеомброт, сынПантакла, строитна собственныесредства такоедорогостоящеесооружение, как башня; наблюдаетсяявная интенсификациястроительстважилых домов.Ольвийскаяхора — зеркалоэкономикиполиса — переживаетв это времямомент своегонебывалогорасцвета: раскопкамии разведкамизарегистрированыперестройкаи увеличениеплощади старыхпоселенийдозопирионовскогопериода, возникновениемногочисленныхновых поселений, появлениепервых ольвийскихусадеб. Наконец, именно на этигоды приходитсяольвийскаяденежная реформа, среди различныхмероприятийкоторой наиболееважен первыйв истории Ольвиивыпуск золота.Представляетсявероятным, чтоэмиссия великолепныхпо исполнениюзолотых статеров, нагляднопротивопоставившихолимпийскойсимволике монетФилиппа и крылатойНике широкораспространившихсязолотых статеровАлександра, была не толькочисто экономическиммероприятием, но и политическойдемонстрациейгорода, устоявшегоперед армией, превышавшейколичествоего населения.

И наконец, раскопкамипослевоенныхлет твердоустановлено, что на первыедесятилетияпосле Зопирионовойосады падаюткоренныепреобразованияархитектурногооблика самогогорода Ольвии.Прежде всегозаметно преображаетсяобщественныйцентр полиса- агора и прилегающиек ней строительныекомплексы. Самаглавная площадь, по крайней мерев своей севернойчасти, вместочерепяногопокрова получаетмонументальнуювымостку изпрекрасноотесанныхизвестняковыхплит. Территориясвященногоучастка — теменоса, полностьюнивелируетсяслоем лёссаи также замащиваетсяплитами, на нейстроится болеемонументальный, периптериальныйхрам АполлонаДельфиния иновый простильныйхрам Зевса24.Старый известняковыйалтарь V в. служиттеперь фундаментомдля нового — роскошного, мраморного.На юге частьтерриториитеменоса сокращаетсяза счет сооруженияздесь большойстой — внушительныхразмеров портика, открывавшегосяна агору; портикомоформляетсяи западный входв священныйучасток. Особенносущественными показательнымпредставляетсяфакт повторногорасширенияглавной площадиза счет теменоса: как и в началеV в., это прямойпоказательне только ростанаселенияполиса, но иего экономическойи — что особенноважно — политическойактивности.

Перестраиваетсякомплекс ольвийскогогимнасия, обрамлявшийагору с юга.Реконструкцииподвергается, вероятно, издание суда- дикастерий, расположенныйу северо-западноговъезда на агору.На восточнойстороне площади, перед склоном, ведущим в нижнийгород, возводитсядлинное здание«торговыхрядов». Капитальнуюперестройкупретерпеваюттакже торговыеи общественныездания, обрамлявшиеагору с запада.Выше уже говорилосьо строительствефортификационныхсооружений.

Весьма характерно, что реконструкцияне ограничиласьтолько сферойгосударственногостроительства, но в значительнойстепени затронулаи частные жилыеансамбли. Учитываяэто обстоятельство, ольвийскоеградостроительствопоследней третиIV-начала III в. связываютпрежде всегос победойрадикально-демократическогорежима.

Итак, можноприйти к выводуо том, что подвлиянием социальныхволнений, разыгравшихсяв Ольвии вовремя осадыЗопириона, произошелполитическийпереворот, приведший квласти радикальныхдемократовво главе сКаллиником, сыном Евксена, который провелв жизнь кассациюдолгов, упомянутуюМакробием.Смена государственногоустройстваповлекла засобой обновлениепочти всех сфержизни общества: внутри- ивнешнеполитической, религиозной, экономической, архитектурно-градостроительной.

Подводя итоги, необходимократко коснутьсяпричин окончательнойпобеды ольвийскойдемократии.Ведь мероприятиеКаллиника былопо существусвоему всеголишь первымшагом на путидемократизацииобщества. Главнуюпричину успешногозавершенияэтого процессая склонен усматриватьв обретениидемократическимисилами прочнойсоциальнойопоры средитех слоев населенияполиса, правовойи экономическийстатус которыхбыл улучшенв результатеупомянутыхреформ. Демократическимпреобразованиямне могли неоказать поддержку, во-первых, разорившаясяпрослойкаграждан, наполитическуюактивизациюкоторой, безусловно, должна былаповлиять кассациядолгов, отменаналоговогообложения иредукция медноймонеты; во-вторых, ксены — прежденеполноправные, а ныне включенныев гражданскийколлектив; инаконец — рабы, когда-то юридическинедееспособные, а теперь вместесо свободойполучившиеопределенные, хотя и ограниченные, права. В своюочередь демократизацияявилась немаловажнойпредпосылкойнебывалоговзлета ольвийскойэкономики, поскольку теже факторы, аименно пополнениегражданскойобщины, кассациязадолженностигородскихнизов, расширениеюридическихправ вчерашнихрабов и сопряженнойс этим их экономическойсамостоятельности, не могли несказатьсяблаготворнона повышенииконъюнктурыпроизводстваи развитиикоммерции, нарасширениии упроченииторговых связейс греческими варварскиммиром. А это, всвою очередь, стимулировалоприток в городновой массычужеземцеви зависимыхлюдей значительноувеличившихчисленностьнаселенияполиса и в своюочередь способствовавшихобщему экономическомуподъему, в частности- более интенсивномуосвоению хоры.Таким образом, постзопирионовскийпериод сталапогеем развитияОльвийскогополиса.

2.2 Эпохакризиса (втораяполовина III– первая половинаIIв. до н.э.)

Предшествующая- раннеэллинистическая- эпоха былапериодом последнегои наивысшегорасцвета всехсторон жизнидогетскойОльвии. Примернос середины IIIв. до н. э. онавступает взатяжную полосукризиса и упадка, наложившегонеизгладимыйотпечаток набольшинствосфер бытияполиса, егообитателейи непосредственногоокружения.Регулярнаянехваткапродовольствия, прежде всегохлеба, постоянныеи затяжныевойны и варварскиенабеги, тесносвязанные сэтим вымогательствадани, истощениегосударственныхфинансов ипорча монеты- все это вместес имущественнойи социальнойполяризациейприводило квспышкам политическойборьбы — таковыпроявлениякризиса, подробнаяхарактеристикакоторых даетсяниже.

Ольвиополитыв отличие отбольшинствагородов Средиземноморьяне испытывалинад собой доконца II в. до н.э. власти ниодной из эллинистическихмонархий.

Археологическиеработы последнихлет на хореОльвии, Херсонёсаи Боспорскогоцарства показалипринципиальноеразнообразиетипов жилищи поселений, которое с полнымправом предполагаетразличия и всоциальномстатусе ихобитателейи владельцев.Социальноеи имущественноенеравноправиесоздавалиблагодатнуюпочву, на которойпри благоприятном- а точнее говоря, неблагоприятном- для полисавнутренне- ивнешнеполитическомклимате разражалисьбури социальныхи политическихконфликтов.Широко известныйольвийскийдекрет в честьПротогенапроливает яркийсвет на огромноеимущественноеразличие междутакими, какПротоген, которыйбезвозмездноистратил наобщественныенужды 50 талантов, и массой обнищавшегонаселения, страдавшегоот постояннойнехватки хлеба.

Внутриструктурныепричины кризисаОльвийского, как и прочихпонтийскихполисов, значительноусугублялисьнестабильностьювнешнеполитическойобстановки.Прежде всегоесть некоторыеоснованияполагать, чтоОльвия моглабыть втянутав эту эпоху ввоенные конфликтысо своими греческимисоседями — полисамиЗападногоПонта.

Этот фактможно поставитьв связь с тем, что Ольвиявступила впервой половинеIII в. в конфликтс «сестринским»полисом Истрией, возможно, из-затерриториально-экономическихпритязанийпоследней.

Если о войнахОльвии с еегреческимисоседями мырасполагаемв лучшем случаекосвеннымиданными, тосвидетельствао постояннойугрозе полисусо стороныварварскогоокруженияпросто вопиющи.Прежде всегоследует иметьв виду, что вэту эпохуэтнополитическаяситуация вюжнорусскихстепях по сравнениюсо временемГеродота резкопоменялась.Сарматы, которыев конце IV в. дон. э. перешлиДон, постепенновытеснилискифов из ихисконных областейобитания. Сзапада усилилсянатиск гето-фракийскихи кельтскихплемен на скифов, которые, вероятно, к середине IIIв. до н. э. былипочти целикомоттеснены вНижнее Поднепровьеи за Перекопскийперешеек вКрым, где основалиновое царствосо столицейв Неаполе, названноеСтрабоном МалойСкифией.

Происшедшее, подобно цепнойреакции, перемещениеплемен привелок нарушениямгреко-варварскихконтактов: теперь местодобрососедских, обоюдовыгодныйвзаимоотношенийзаступилидлительные, непрекращающиесявоенные конфликты.Наиболее яркоэта картинавырисовываетсяпо строкамбесценнойольвийскойхроники рассматриваемогопериода — Протогеновскогодекрета. Протогенне толькофинансировал, но и осуществилстроительстводвух куртин, отстроил требовавшиеремонта пятьбашен, починилжитницу, пилон, привел в порядокобщественныесуда, возившиестроительныйкамень, довершилпостройку ещеодного прясластены.

Постоянныевойны Херсонесасо скифамидокументируютсянарративными, эпиграфическими, нумизматическимии археологическимиисточниками на протяженииIII и II вв. вплотьдо окончательныхпобед Диофанта.Следовательно, миссия Никератане могла состоятьсяпосле вхожденияХерсонеса всостав всепонтийскойдержавы Митридата, поскольку послеподчиненияпоследнимСкифскогоцарства, во-первых, положение вполисе должнобыло стабилизироваться, а во-вторых, внем, по всейвидимости, былразмещен понтийскийгарнизон, которыйне допустилили, по крайнеймере, тут жесам погасилбы вспышкустасиса междужителями. Врядли это моглослучиться иво время военныхкампаний Диофантаи его предшественников, т. е. примернопосле 114 г., посколькуДиофантовскийдекрет и другиедокументырисуют поразительноеединодушиехерсонеситовво время военныхдействий. И ужвовсе невероятно, чтобы протекторОльвии царьСкилур позволилодному из гражданконтролируемогоим (пусть иавтономного)полиса отправитьсяумиротворятьодного из злейшихего врагов — херсонеситов, восстанавливаятаким образомих единодушиеи усиливая ихобороноспособность.Исключено, конечно, и отнесениедекрета в честьНикерата ковремени правлениясына МитридатаЕвпатора Фарнака, посколькуОльвия незадолгодо разгромаБуребистойпредставляласобой полностьюистощенныйи обескровленныйгород.

Таким образом, в полном согласиисо сделаннымивыше наблюденияминад палеографиейи языком документаостается отнестиего к первойполовине II в.до н. э., это могутподтвердитьи уточнитьследующиесоображенияисторическогопорядка. Многочисленныеразнохарактерныематериалы, добытые в последнеевремя, неоспоримосвидетельствуюто том, что в началеII в. Херсонесуприходилосьотражать постоянноусиливавшийсянатиск скифов: в это времяполис теряетзначительнуючасть своейхоры, на сохранившейсятерриторииусадьбы и крепостисрочно обносятсямощными панцирямистен, сам город, в непосредственнойблизости откоторого гибнутпоселки ипроизводственныекомплексы, вынужден, идяна крайниемеры, использоватьсвятые дляэллинов надгробияпредков дляукрепления«башни Зенона», прекратитьчеканку серебраи т. п.

Итак, эпиграфическиеисточники водин голоссвидетельствуюто том, что вовторой половинеIII-первой половинеII в. Ольвийскийполис постояннотерроризировалисвоими нападениямии вымогательствомдани воинственныеварвары: сарматы, галаты, скирыи, возможно, другие племена.Во многом схожаяситуация, сложившаясяв ЗападномПричерноморьеи известнаянам по рядуисточников, позволяетдопускать, чтои в Нижнем Побужьеварвары опустошалихору Ольвии, уводили в пленее жителей, брали заложников и т. п.

Изучениеольвийскойхоры последнихпримерно полуторадесятилетийнеопровержимодоказало: околосередины III в.до н. э. практическивсе многочисленныепоселениянекогда обширнойсельскохозяйственнойтерриторииполиса погибают, причем обнаруженныев них слои разрушенийи пожарищкрасноречивоговорят онасильственномхарактере ихисчезновения.Неизвестно, какие варварскиеплемена причинилиОльвии стольопустошительныеразрушения, но налицо фактповторения, с соответствующимиизменениями, конечно, историиV в.: опять вмешательствовнешних силпрактическиполностьюлишило полисодной из главныхотраслей егоэкономики — сельскогохозяйства, нона сей разокончательновплоть до римскойэпохи.

Разрушениесобственнойземледельческойбазы полисабыло одной изглавных причин, вызывавшихпостояннуюнехваткупродовольствияи хлебный голодв городах Понта.Другой немаловажнойпричиной былото, что агрессивностьвоинственныхгалатов, скиров, фракийцев ит. д. терроризировалане только греческиегорода, но и ихмирных соседей- варваров, парализуянормальныезанятия последнихземледелиеми скотоводством.Такое положениевещей вело, содной стороны, к тому, что мирноеварварскоеокружениеподвергалосьтой же, что игреки, эксплуатациипутем грабежаи взиманиядани, а с другой- к нарушениютрадиционныхторговых коммуникациймежду ними игреческимиполисами, что, в свою очередь, лишало последниеодного из источниковпродовольственного, снабжения ивызывало в нихчастый хлебныйголод.

Прогрессирующеесоциальноеи имущественноерасслоениев обстановкеусугубляющегосяэкономическогокризиса и вызваннойим нехваткипродовольствияприводило кобострениюсоциально-политическойборьбы в Ольвийскомполисе, катализаторомкоторой зачастуюоказывалисьнапряженныемоменты военнойугрозы. Приступысоциальнойи политическойборьбы не вменьшей степенидолжны былисказаться нанормальномходе производства, при этом средипрочего — наиболееболезненнодля полиса-производствасельскохозяйственного25, в тех рамках, в которых оноеще моглоосуществляться.Они же вредилистабильностипроизводстваремесленнойпродукции, атакже заморскойторговле — врассматриваемуюэпоху одномуиз главныхисточниковхлебоснабженияполиса. Инымисловами, мывидим передсобой примерциклическойвзаимозависимостимежду экономикойи общественнымиотношениями: продовольственныйкризис влечетза собой стасис, последний жев свою очередьснова обостряетнехватку основныхпродуктовпитания.

Кризис Ольвийскогополиса затрагивал, очевидно, в тойили иной степении прочие сферыобщественногобытия: идеологию, культуру, социальнуюпсихологиюи т. д., но здесьмы не располагаемпока необходимымиданными.

Каким жесредствамипытались боротьсяс кризиснымсостояниемольвиополитыи к каким мерамприбегли дляего преодоления? Прежде всегоими были предпринятыусиленныепопытки устранитьодну из первопричинтого бедственногоположения, вкотором ониочутились, аименно ликвидироватьвражескуюугрозу, котораякак Дамокловмеч нависланад полисом.Здесь они столкнулисьс тройной задачей.Во-первых, оградитьсвой городмощными оборонительнымисооружениями.Ольвия обноситсястенами в первойполовине V в.Однако Иротогеновскийдекрет свидетельствуето том, что дажек концу III в. большаячасть территориигорода, лежащаяу реки, не былазащищена. Благодарячастным пожертвованиям, ссудам и личнойинициативеПротогена всеэти фортификационныесооруженияудалось построить, завершить ипривести впорядок, а сверхтого и соорудитьновый пилону выставкитоваров.

Второйзадачей явилосьстроительствомощного военногофлота с цельюотразить состороны моряи лимана нападениякак своихсоплеменников, так и пиратов.

И наконец, самой главнойи первоочереднойзадачей былоорганизоватьсухопутныевооруженныесилы, способныеотразитьнеприятельскиенабеги на полиси обеспечитьнадежную защитуего территории.

Не менеерешительно, чем противварварскойугрозы, боролисьольвиополитыс постояннобичевавшимиих обществопродовольственнымикризисами, вводя для этогоряд действенныхмер. Одной изних была ситония- массовые закупкихлеба государствоми перепродажаего населениюпо твердым идостаточноумереннымценам.

Декрет в честьАнтестериясообщает некоторыеважные подробностиоб устройствев Ольвии другоймеры борьбыс голодом — ситометрии, т. е. раздачехлебных рационов.

Ольвийскаяситометриябыла бесплатной, долгосрочной, распространяласьисключительнона граждан, причем толькоимевших на этоправо. Подобныйпорядок нельзяне признатьсправедливым, ибо такие богачи, как Протоген, сами предоставлявшиедля продажизерно тысячамипудов, причемв моменты остройнехватки хлеба, с точки зрениянеимущих граждан, едва ли нуждалисьв минимальныхего порциях, необходимых, чтобы тольконе умереть сголода. Наконец, эти раздачипроисходили(или сталипроисходить)не только виндивидуальном, но и в коллективномпорядке, т. е.в виде всенародныхугощений, совершавшихся, как мы знаемиз практикидругих городов, во время праздников, как правилорелигиозным.

Регламентацияналогообложенияи упорядочениепоступленийдоходов в полиснуюказну былитолько одноймерой по спасениюгородскихфинансов изкатастрофическогоположения и, видимо, далеконе столь эффективной, как того хотелосьбы. Гораздоболее многообещающими, как поначалумогло казаться, были манипуляциис медной монетой.Из одного декретаСеста эллинистическоговремени известно, что даже простаячеканка медив условияхстабильногоуровня экономикиприносилазначительныйдоход полису.Можно себепредставить, какие прибылисоздавалисьот выпуска вобращениемедной монетыпо принудительномукурсу путемчастой сменымонетных типов, редукции веса, постоянныхнадчеканоки перечеканок.

Следуетзаметить, чтос середины IIIв. ольвиополитыпрекратиличеканку серебра26.Это неуклонновело к тому, что количествоциркулировавшегона внутреннемрынке золота, превратившегосяв номинальныесчетные деньги, резко сократилось, а функции реальногосредства обращенияпрактическибезраздельноприняла на себямедь, которуюбрали в обращениев любом количествепо принудительномукурсу, что влеклоза собой ееобесценение.

Гораздо болееобещающим былфинансовыйтрюк, когдагосударствобрало ссудузолотом, авыплачивалодолг по курсуредуцированноймедью.

Однако дажевведением вдействие всехназванных мерОльвийскийполис не могвыкарабкатьсяиз перманентногосостояниянегативногоплатежногобаланса. Нерегулярноепоступлениедоходов, подорванныхрасстроеннойэкономикой, сплошь и рядомприводило ктому, что городскиевласти не былив состояниивернуть заимодавцуодолженнуюсумму основногокапитала инаросшие наней проценты.

Из этого ианалогичныхслучаев следует, что для ольвиополитовоставалосьодно наиболееэффективноесредство: постоянноприбегать кчастной благотворительностикак своих сограждан, так и иностранцев.Однако денежныхпожертвованийодних толькосограждан нехватало, чтотолкало ольвийскиегородскиевласти прибегатьк займам ивеликодушиюиноземцев.

Первый признакэлитаризациия вижу в нарушенииодного из основныхпринциповантичной демократии- превышениигодового срокадля исполненияполномочийобычного магистрата.Причина этогокроется нестолько в том, что исполнениеэтих должностейтребовалобольших расходовсо сторонымагистратов, сколько в том, что по отношениюк ним ввидусерьезнойфинансовойи административнойответстввенностиприменялсявысокий имущественныйценз, под которыйуже не подходилисредняя и низшаяпрослойкигражданства.

Во-вторых, в ольвийскомобществепозднеэллинистическойэпохи заметноначало тойтенденции, которая в римскоевремя станетдоминантойполитическойструктурыполисов Средиземноморьяи Причерноморья.Элитаризациюгосударственногоаппарата, когда, с одной стороны, доступ к верхушкеполисной иерархиистановитсяпрерогативойнемногих оченьбогатых аристократическихродов, а с другой- одни и те жепредставителиэтих родовзанимали годза годом высшиепосты в полисе.

Из достаточнообильногосовпаденияимен дедов, отцов, внуков, возможно также- братьев иплемянниковследует закономерныйвывод о том, что в III-II вв. верховноежречество иэпонимат частозамещалипредставителиодних и тех жесостоятельныхи знатных фамилий.

Наконец, третье проявлениеисследуемогонами процессаэлитаризацииольвийскогообщественногостроя наблюдаетсяв эйсегетикедекретов.

Подводя итоги, попробуем врусле общихтенденцийпротогеновскойэпохи определитьроль, которуюиграли в общественнойжизни полисаольвийскиеmattres de la politique. Одни характеризуютольвийскихПротогеновкак неких «мироедов», захватившихвласть в государствеи наживавшихсяна несчастьеи бедах своихнеимущих сограждан.Как-никак этобыл и их роднойполис, с гибельюкоторого — дажеесли отрешитьсяот их, вполнеестественных, патриотическихчувств — онитеряли еслине жизнь, тосвои состояния, заключавшиесяв немалой степении в недвижимости.Но, с другойстороны, приобщем плачевномсостояниифинансов иэкономики, повторяющихсяхлебных голодах, при постояннойвоенной опасности, угрожавшейблагополучиюи даже существованиюгорода, и самисогражданенуждались вблаготворительности-доброхотнойили вытребованной- Протогена ииже с ним, волей-неволейплатя за неенекоторымущемлениемсвоих реальныхполитическихправ.

2.3 От Скилурадо Буребисты

Нарисованнаяв предыдущейглаве картинаглубокогоэкономическогоупадка не должнапородить впечатления, что кризис, вкотором очутиласьОльвия, непрерывнонарастая, превратилсяна два столетияв неразлучногоспутника полисавплоть до егоразгрома гетамив середине I в.до н. э. Полосакризиса не быланепрерывной: успешные попыткиего преодолениястали даватьсвои плоды ужево второй четвертиII в., приводя квременномуподъему и оживлениюэкономическойконъюнктуры.

Во второйчетверти II в.ольвиополитывозрождаютчеканку породосскойсистеме серебряныхмонет трехноминалов: статеров, драхми триоболов, притом в сравнительнобольшом количестве.Реальный признакулучшенияэкономическойи финансовойситуации городаследует усматриватьтолько в возобновлениичеканки серебра, поэтому намостается лишьпопытатьсявыяснить, скакими историческимисобытиями этаперемена моглабыть связана.

Нет сомнения, что и Ольвиядолжна былаизвлечь выгодыиз создавшейсяблагоприятнойситуации. Поскольку, как уже былосказано к этомувремени полиссвоей хорыокончательнолишился, нормализациямеждународнойобстановкии какая-то, пустьвременнаянейтрализацияагрессивностивоинственныхварваров немогли благотворноне сказатьсяпрежде всегона поставкахв город продовольствияот соседнихземледельческихплемен, а успешнаяборьба с пиратами– и на заморскойторговле, одномиз немногихоставшихсяисточниковкак снабженияхлебом, так идоходов Ольвийскогополиса.

Однако периоднекоторогооживления вэкономическойи финансовойсферах Ольвиидлился недолго, как о том свидетельствуютте же нумизматическиеисточники.Выпущенноенедавно серебро, как и обращавшаясяпараллельнос ним медь, вскоребыло дваждыподвергнутонадчеканке, можно сделатьзаключениео новом обострениикризиса околосередины II в.до н. э. Однойиз главныхпричин новогоупадка былоопять-такиухудшениеотношений сокружающимиварварами. Так, известно, чтов рассматриваемоевремя к западув непосредственнойблизости отгорода всколыхнуласьновая мощнаяволна миграцииварваров — бастарнов, которые в 179 г.переходят Дунайи ближе к серединестолетия усиливаютдавление нагреческиегорода Добруджи.Вполне возможно, что они, равнокак и другиевоинственныеварвары, сталиактивнее тревожитьсвоими нападениямиОльвию, что изаставилопоследнюю послесмерти Фарнакаискать себенового защитникаи покровителя.И такой простатвскоре нашелсяв лице скифскогоцаря Скилура.

Но, так какСкилур удерживалв руках прибрежныетерриториик западу отПерекопа вплотьдо Днепра, емуудалось приизвестныхусловиях установитьпротекторатнад Ольвией.Нет основанийпредполагать, что их взаимоотношенияс самого началасложились наоснове политическогомонолога, одностороннегодиктата. Ольвиополитыполучали усвоего могучегопротекторавоенные отрядыдля защитырубежей полисаот опустошительныхнабегов соседнихварваров иодновременнообеспечивалисвою безопасностьс востока. Взаменони расплачивались, видимо, той жеценой, что иСаитафарну: либо постояннымфоросом, либовремя от временивыплачиваемымидарами.

Не оставалсяв проигрышеи Скилур, которыйполучал отольвиополитовкроме данипрежде всеготорговый флотс опытнымиэкипажами, принадлежавшийтаким крупнымсудовладельцам, как Посидей.Давние деловыесвязи последнегос Родосом, Косом, Тенедосом идругими островамии полисамиЭгеиды способствовалитому, что в обменна скифскуюпшеницу знатьНеаполя получалаиз средиземноморскихи причерноморскихцентров вино, масло, предметыроскоши, другиепроизведениягреческогоремесла. Благоприятнаяэкономическаяконъюнктурапривлекалаольвийскихбогачей в скифскуюстолицу, гдеони оставалисьдостаточнодолго, становясьприближеннымицаря, нуждавшегосяв греческихсоветниках, экспертах, военачальникахи т. п.

Вместе с нимиприходили имногие достиженияэллинистическоикультуры, чтов значительнойстепени способствовалоэллинизацииверхушки скифскогообщества. Свидетелямиэтого процессавыступаютмногочисленныестатуи с вырезаннымина их базахгреческиминадписями, посвященныев Неаполе эллинским, а возможно, иварварскимбожествам, втом числе — чтосимптоматично- и от имени самогоцаря. Некоторымиз греков придворе скифскихправителей, подобно Посидею, доверялосьдаже командованиевоенно-морскимиэкспедициямидля борьбы спиратами. Цельюэтих операцийбыло преждевсего обеспечитьбезопасностьморской торговлиСкифскогоцарства.

Сделанныевыше наблюденияо структуревзаимоотношенийольвиополитови Скифскогоцарства подводятнас вплотнуюк вопросу отом, каким путемпроизошлоподчинениеОльвии скифскомупротекторату.

Таким образом, и археологияне позволяетговорить онасильственномзахвате Скилуромгорода, сопровождавшемсявоенным разгромом.Маловероятенон и по следующимвеским соображениям.Не говоря ужео том, что, признавнад собой главенствоСкилура, ольвиополитыполучали болееили менее надежнуюзащиту от окрестныхварваров успешнаяборьба с нимии с пиратамиспособствовалаоживлениюторговли ипрежде всегоулучшалахлебоснабжениегорода, т. е. помчаларешать основнуюэкономическуюпроблему тойэпохи. Немаловажнымфактором дляэтого явилосьи открытиенового источникаполученияпродовольствия- крымских степейМалой Скифии.Наконец, текруги ольвийскойплутократии, которые пошлина альянс соскифами и стали, подобно Посидею, советникамиСкилура, убедилиего — и, как мывидели, небезуспешно- оставить внеприкосновенностибольшинствоавтономныхправ полиса.А коль скоро, как показанов предыдущейглаве, именноони игралипервую скрипкув политическойжизни Ольвии, им ничего нестоило убедитьи сограждан, номинальнопоступившисьпринципамиэллинскойэлевтерии, спасти отечествои извлечь приэтом явныеэкономическиевыгоды из создавшейсяполитическойситуации. Такимобразом, какмне представляется, проблема генезисаподчиненияОльвии Скифскомуцарству должнарешаться однозначно.

Итак, властьскифов надОльвией паласо смертьюСкилура. Мыимеем прямыесведения о том, что некотороевремя спустяОльвия былавключена всостав Понтийскойдержавы МитридатаЕвпатора.

Оказаниепонтийскимцарем военноймощи ольвиополитамнедвусмысленнопоказывает, что они, оказавшисьв критическойситуации безмогучего заступника, нуждаясь впокровительствепонтийскогоцаря, а потомудолжны былидобровольноотдать себяпод его начало.По всей вероятности, после смертиСкилура иокончательногоразгрома Палакаольвийскоепосольство, подобноедоставленномукапитаном-амисенцемна родину, былоотправленоко двору «освободителяэллинов» Митридатас просьбой ипредложениемстать и дляОльвии такимже простатом, каким он сделалсянезадолго доэтого для Херсонеса.По сути, ольвиополитысменили одногохозяина надругого, к томуже не менее, анаверняка дажеболее эллинизованого.Как мы видим, политика новогопокровителяпо отношениюОльвийскомуполису — по крайнеймере, на первыхпорах — ничутьне измениласьпо сравнениюс периодомскифскогопротекората: продолжаютфункционироватьгородскиемагистратуры- архонты, жрецы-эпонимы, органы самоуправленияобщины — Совети народноесобрание, издающиеот своего именипостановления, чеканитсямонета и т. п.Определенноеущемлениесобственнойинициативыможно предполагатьтолько в сферевнешней политики, которая должнабыла отнынеподчинятьсяволе понтий: когоцаря.

Митридатсо своей стороныполучал одиниз важныхстратегическихфорпостов вСеверо-ЗападномПричерноморье, потенциальныйисточник снабженияматериальнымии людскимиресурсами, короче — ещеодно звено вцепи создаваемогоим всепонтийскогополитическогои экономическогоединства.

С инойситуациейсталкиваемсямы в последующиедесятилетияправленияМитридата. Какуже отмечалосьвыше, еще вовторой половинеII в. до н. э. ольвиополитыразбираютмонументальныепостройкитеменоса, оставивна месте лишьцентральныйалтарь. В то жевремя прекращаютсуществованиеи другие сооруженияагоры: торговыеряды, водоем, дикастерий, гимнасий, наземныестены которыхвскоростиразбираются.Для этого жепериода констатируетсязахирениежилого строительствав Верхнем иНижнем городе.По наблюдениямраскопщиковОльвии27, а также личномуопыту автораэтих строк, участвовавшегово многих раскопочныхкампаниях, культурныйслой I в. до н. э.на большейчасти верхнегоплато к югу отСеверной балкивообще отсутствует.Все перечисленныефакты могутозначать толькоодно: к началуI в. до н. э обитаемаятерриториягорода ещезадолго догетского разгромарезко сокращается, стягиваясь, видимо, до пределовюжной оконечности«ольвийскоготреугольника», заселенногов дальнейшемв римскую эпоху.

Итак, всеприведенныефакты рисуютнам Ольвиювторой четвертиI в. до н. э. какобескровленный, захиревший, пришедший вкрайний упадокгород. Едва липосле последовавшиходно за другимпораженийМитридата втретьей войнес Римом онамогла представлятьдля царя сколько-нибудьдостойныйинтереса итраты усилийобъект, требовавшийотвлеченияна его оборонувоенных силв тот момент, когда эти силыбыли стольнеобходимысамому царюдля того, чтобывыиграть решающуюсхватку с Помпеем.

Оставленнаяв критическуюминуту понтийскимцарем без военнойподдержки, онаавтоматическивышла из-подего контроля.Ослабленный, истощенныйвоенными нападениямигород доживалсвои последниедни. Катастрофаразразиласьодним-двумядесятилетиямиспустя.

Ольвия в рядудругих западно-понтийскихполисов подвергласьнападению иразгрому полчищамигетов, сплотившихсяпод властьюих правителяБуребисты.Обессиленный, изнуренныйгород, или, вернеето, что от негоосталось ксередине I в.до н. э., был взятгетами, можносказать, голымируками, разграблени разрушен.Однако Ольвияк этому моментунастолькозахирела, чтоархеологическиеследы разгромадо последнеговремени дажене улавливались.

Уцелевшиепосле погромаольвиополиты, подобно жителямИстрии и Одесса, вынуждены былипокинуть город.Вернулись онина пепелищаспустя некотороевремя по желаниюскифов, нуждавшихсяв торговле сэллинами. Очевидно, Ольвия пережила, как и Истрия, событие, получившееназвание «второеоснование».

Однакокак из детальногоповествованияДиона, так и изрезультатовмноголетнихраскопок явствует, что возрожденнаяОльвия никогдауже не достиглабылого расцветаи благополучия- после разоренияее воинамиБуребистытерриторияее застройкисократиласьв несколькораз. Так печальнои несчастливозакончилисьпервые шестьстолетий «счастливогогорода» наберегу Гипаниса.

    продолжение
--PAGE_BREAK--Заключение

Мы проследилиэпоха за эпохойбольшую частьтысячелетнейистории Ольвийскогополиса, основанногомилетскимиколонистамина берегахГипаниса иБорисфена.

Судьбы Ольвиибыли теснопереплетеныс судьбамивсего греческогомира, ее развитиешло в ногу современем, приходяте же стадиии порождая теже феномены, которые былиприсущи полисамСредиземноморьяи Причерноморья.Однако все этоне лишало Ольвийскийполис свойственногоему неповторимогосвоеобразия, вызванногок жизни вполнеопределеннойэкологической, этнополитическойи конкретно-историческойобстановкой.Именно в этомгармоничномнеразрывномпереплетенииобщего и особенногосостоит, на мойвзгляд, непреходящеезначение Ольвиидля общеэллинскойистории. Попытаемсяже определить, в чем главномзаключалосьто и другое.

Основнымобщим моментом, роднившимОльвийскийполис с егособратьямив Малой Азиии Великой Греции, в Галлии и Испании, в Ливии и Египте, было столкновениеего буквальнос первых шагови вплоть допоследнеговздоха с огромными пестрым посвоему составумиром варваров, характервзаимоотношенийс которыми иопределял напротяжениивеков судьбыкак самогополиса, так взначительнойстепени и егоокружения.

Второйосновополагающийобщий момент, присущий оченьмногим областямгреческойколонизации, состоял встолкновениис огромныминеисчерпаемымипроизводственнымиресурсами, которые приблагоприятнойна первых порахэтнополитическойобстановкепривели к резкомувзлету экономики, а последняя, в свою очередь, вызвала возникновениезначительнойпоначалуимущественной, а затем исоциально-правовойдифференциациижителей полиса, отчетливопрослеживаемойпо нашим источникамуже с конца VIв. Имущественноеи юридическоепревосходствопервых основателейнад прибывавшимивпоследствиидобавочнымиколонистамине могло невызвать социально-правовогонеравенстватех и других, стимулируятем самымустановлениеи укреплениеаристократическогообраза правления.Дальнейшееразвитие полисав экстремальныхусловияхвнешнеполитическойугрозы со стороныварваров вынеслона гребеньволны ольвийскуютиранию. Изменениеже политическойобстановкив регионе привелок смене ее сначалаумеренной, затем радикальной, а спустя известноевремя и элитарнойдемократией.Это был путь, которым прошлимногие греческиеполисы.

Особенноеже в историческомразвитии Ольвииобусловливалосьво многом темсущественнымфактором, чтополис в течениеболее чем пятивеков, т. е. напротяжениибольшей частисвоей историивообще, не подчинялсямощным державамвосточноготипа, затем невходил в империюАлександраВеликого, апосле ее распадане был интегрированв состав ниодной возникшейна ее развалинахэллинистическоймонархии. Этоотнюдь не означает, что Ольвия напротяжениивсего этоговремени оставаласьв полном смыслеслова автономнымгосударством.Напротив, вданном, как, впрочем, и всоседнемзападнопонтийскомрегионе возникаетсовершенноособая формазависимости- «варварскийпротекторат».Этот своеобразныйвид подчиненияиграл стольсущественнуюроль в историиОльвии, и не ееодной, что требуетпрежде всеговыработкичеткой дефиниции.

Под «варварскимпротекторатом»предлагаетсяпонимать установлениеопределенныхформ зависимостигреческихполисов от тогоили иного варварскогополитическогообразованиябез интегрированияих в структурупоследнего, выражавшихсяв контролеварваров в лицеверховногоправителя илиего наместникови ставленниковнад экономическойсферой жизниполисов и вовнеэкономическойэксплуатацииразличныхвидов; взаменэтого — определенные, в той или иноймере соблюдавшиесягарантии варварскихпротекторовпо оборонеполисов. Подсформулированныйтип зависимостиподпал не одинОльвийскийполис, и доказывалон свою жизнеспособностьне одно столетие.Можно уверенносказать, чтоварварскийпротекторатстал универсальнымдлительнымфеноменом вобширном западно-и северопонтийскомрегионе напротяженииV-II вв. Однако ему, как и самойистории Ольвии, был присущ рядобщих и различныхмоментов.

Общее заключаетсяв том, что независимоот экономическогоуклада и типаварварскихобществ — будьто кочевое, полукочевоеили оседлое,- независимоот степениразвитостив них формгосударственностипри установлениипротекторатавсем им былоприсуще главное: как правило, невмешательствово внутреннююи внешнюю политикуполисов, действиепротекторатараспространялосьпреимущественнона сферу финансови экономики.Вторым общиммоментом, проявлявшимсяв несколькоиной сфере, было стремлениеварварскихправителейпривлечь к себена службу греческихсоветников, экспертов, военных специалистови т. п., в том числеи из полисов, которые находилисьпод эгидойпротектората.Таковыми былиольвиополитыТимн при цареАриапифе иПосидей придворе Скилура, антиохиецГермей у Канита, маронеец Гераклидпри Севте I, Антигонпри Сариаке.Наконец, нередковарварскиеправители отсвоего имениили от именисвоих наместниковвыпускают вподвластныхим греческихполисах монетукак символ ихподчинения: Скил в Никонии, Арих, Эминаки Скилур в Ольвии, Атей в Кал-латисе, Канит и другиецари МалойСкифии в городахДобруджи.

Различиемежду отдельнымиварварскимипротекторатамисостоит преждевсего в разныхформах и способахвнеэкономическойэксплуатации, которые опятьже не былиобусловленытипом общества, не зависелиот времени ихприменения.Во-первых, этоэкономическийдиктат, проявившийсяв Ольвии периодаправленияАриапифа, Скилаи Октамасадав переводехозяйства нановые рельсы- в сворачиванииземледелияи интенсификациитранзитнойторговли. Наиболеераспространеннойформой эксплуатациибыла регулярнаядань, уплачиваемаяполисами варварам.Форос вносилигорода фракийскогопобережьяцарству Одрисов, Истрия Ремаксу, возможно, ВизантииАтею, тот жеполис кельтскомуцарству в Тиле.Из Протогеновскогодекрета мыузнаём и обиной формеуплаты трибута, выражавшейсяв менее регулярныхдарах, которыепривозят вставку Саитафарналибо самиольвиополиты, либо за нимиприезжаютварвары, либопоследниеполучают ихпо особомуповоду (например,«дары по случаюпроезда»). Наконец, еще однойразновидностьювнеэкономическойэксплуатациибыло кормлениевойска по типу«персидскихугощений», окотором мыможем догадыватьсяна основаниирассказа Геродотао частных прикочевкахСкилова войскак Ольвии.

В обоюдномпроцессе подобныхгреко-варварскихконтактов ниодна из сторонне участвовалапассивно.Установлениепротекторатапрежде всегостимулировалоускоренныетемпы эллинизацииварварскихобществ. Однакотемпы эти, каки сама степеньакцептацииварварамидостиженийэллинскойцивилизации, не были одинаковыми, но зависелиот множестваобъективныхи субъективныхфакторов. Так, Атей приказываетчеканить вКаллатисемонету, нопрезрительноотносится квеликолепнойигре прославленногофлейтистаИсмения. Скил- кочевник, нов силу воспитанияи образованностипроникся греческимобразом жизнии религией.Саитафарн иРемакс тольковзимают даньсоответственнос Ольвии и Истрии, а Ариапиф, Скили Скилур используютОльвию длявывоза своейпродукции, привлекаютк себе на службуее граждан, хотя из последнихтроих двоекочевники, атретий — правительцарства эллинистическоготипа. Даже Буребиста, поправший всевековые нормыпротектората, держит при себегреческогосоветникаАкорниона, родной городкоторого Дионисопольон не трогает.

Однако описываемыйпроцесс нельзяпредставлятьсебе в виденекоего монолога, в котором требуети получаеттолько варварскаясторона. Несомненно, известныевыгоды из подобногочастичногоущемления своейэлевтерииизвлекали игреческиеполисы, по меньшеймере определенныеслои их жителей.Так, потеряОльвией хорыв V в. компенсироваласьза счет расцветавнешней торговлии ремесел, апотому в целомпагубно несказалась насостоянииэкономикиполиса и, видимо, на благосостояниибольшей частиего жителей.ВхождениеОльвийскогогосударствапод протекторатпозднескифскогоцарства в Крымукроме укрепленияего обороноспособностидолжно было, несомненно, улучшить снабжениегорода продовольствием, усилить занятостьего жителейв разных отрасляхпроизводстваи коммерции, а потому повыситьих жизненныйуровень.

Резюмируявсе сказанное, можно сформулироватьосновной, кардинальныйитог всегоисследования: история Ольвийскогополиса во всехее проявленияхобщего и особенного, при всех показателяхнеодностороннегохарактерапротекавшихв ней процессовдает нам яркуюиллюстрациюсложности имногообразиясамого ходаразвития античногообщества, новыеаспекты и граникоторого будутвсе полнеераскрыватьсяпо мере накопленияисточникови углубленногоих изучения.

План

Введение

История Ольвии с VII по V вв. до н.э.

История Ольвии от скифов до завоевания Митридата (V – I вв. до н.э.)

3. КультураОльвии

Заключение

Список используемыхисточников

Содержание

Введение 2

История Ольвии с VII по V вв. до н.э.

1.1 Архаическаяэпоха

1.2 Историческаяситуация вСеверномПричерноморье

на рубежеVI-V вв. 19

История Ольвии от скифов до завоевания Митридата

(V– Iвв. до н.э.) 30

Ольвия в эпоху поздней классики и раннего

эллинизма(IV – перваяполовина IIIв.) 30

Эпоха кризиса

(вторая половинаIII– первая половинаIIв. до н.э.) 38

2.3 От Скилурадо Буребисты 46

3. КультураОльвийскогополиса 52

Заключение

Список используемыхисточников

Списокиспользуемыхисточников

Blaramberg I. P. Choix de medailles antiques d’Olbiopolis ou Olbia, P., 1822. Рус. пер.: М., 1828.

Виноградов Ю. Г. Древней­шее греческое письмо с о. Березань // ВДИ. 1971. № 4. С. 80.

Виноградов Ю. Г. Полис в Северном Причерноморье. С. 389.

Виноградов Ю. Г. Милет и Ольвия. С. 256.

Виноградов Ю. Г. Политическая история Ольвийского полиса. М.: Наука, 1989. – 288 с., с ил.

Graham A. J. The Colonial Expansion of Greece. P. 125

Euseb. Chron. can. / Helm. В., 1984. Р. 95b.

Зограф А. Н. Античные монеты. С. 130.

Карасев А. Н. Указ. соч. С. 28; Яценко И. В. Скифия VII-V вв. до н.э. М, 1959. С. 111

Карасев А. Н. Монументальные памятники ольвийского теменоса. С. 39, 41, 45, 113.

Карышковский П. О. Ольвийские эпонимы//ВДИ. 1978. №2. С. 88

Козуб Ю.И. Историческая топография некрополя Ольвии// Античная культура Северного Причерноморья. Киев,1984. С. 162.

Копейкина Л. В. Некоторые итоги… С.243.

Лапин В. В. Греческая колонизация. С. 352.

Леви Е. И. Новые посвятительные Апполону Дельфиниу из раскопок Ольвии//История и культура античного мира. М., 1977. С. 195.

Леви Е. И. Ольвийская огора. С. 115.

Lindisch F. De rebus Olbiopolitarum, P/ 4 (655-558 гг.); Ziebell W/ Olbia/ S/ 9 (та же дата) .

Марченко К. К, Модель… С. 142

Рубан В. В.// ВДИ. 1977. №2. С. 204

Scythica et Caucasica. Известия древних писателей греческих и латинских о Скифии и Кавказе. СПб., Т. 1, 1893 – 1900; Т. 2 1904-1906.

Corpusinscriptinum Graecarum/ 1843/ Vol/ 2, cap/ 1/ P/ 86-89, 5-10

Сумароков П. Путешествие по всему Крыму и Бессарабии. М., 1800.

Трофимова М. К. Указ. соч. С. 54.

Уваров А. С. исследования о древностях южной России и берегов Черного моря. СПб., 1851. Вып. 1. Об истории Ольвии см.: с 355.

Фол А. Политическая история на траките. С., 1972. С. 139.

Хазанов А. М. Социальная история скифов. М., 1975. С. 235.

МинистерствообразованияРФ

СтерлитамакскийГосударственныйПедагогическийИнститут

Кафедравсеобщей истории

«Политическаяистория и культура

Ольвийскогополиса»

Курсоваяработа

Научныйруководитель: ДенисовИ. В.

Студентисторическогофакультета

1 курса группа«Г»

ВасильеваС. А.

Стерлитамак2000