Реферат: Московское хлебосольство

Ученика10 класса «А»

ГуральскогоЮрия

Ана столе-то! Настоле стоитЕго ВеличествоСамовар, сверкающийначищеннымибоками с медалями, с кокетливым, а то горделивымкраником сподставленнымблюдцем, чтобына скатертьне капало. Какойже вечер в Москвебез самовара? А позавтракать– как без него? А после обедакак чайку непопить Недаромже испокон векамосквичейзавзятымиводохлебамипочитали –потому что безчая, без самовараони собственнойжизни не представляли.И как гостиприходят –первым деломза стол. Разогревалигде-то на столесамовар, а потом, как драгоценнуюреликвию, настол выносили.За чашкой чаяразговор дружнееи на душе теплее.

Москвичибольше любяту себя принимать, а не в гостиходить, наверноепотому что вхлебосольстве, в самой сутиего лежит желаниесделать людямприятное, расположениесвое выказать.Обратить внимание, как чаек заварен…А пироги горяченькиес визигой, скартошкойдавленной, сжареным лучкоми грибами. Аеще с капустойи мелко порезаннымяйцом крутым, но без желтков, а эти – с мясоми луком, а этисладкие, с вареньембрусничным, другие – с яблочным…

Понятноедело, преждевсего и большевсего приемгостей ложилсяна плечи даруки хозяйки.Если нет в домеискусницы, любящей и умеющейгостей принимать, так и гостейне зазвать: чемугощать-то? Непринято былов старой Москвекормить гостейрестораннымиблюдами илиедой какай -–пусть и добротнойиз трактира, что внизу илипоблизости.Дурным тономсчиталось.

Готовили, конечно, целенаправленно, уже выведав, кто из званыхгостей любитчего – прислугау прислугивыведываларазведка сразведкойсходились имоментальнонаходили общийязык. И потом, если на завтракждали – одно, что-то полегче, без пирогов, а с холоднойзакуской, и нес водкой подсамоваром, наливочкикакие-нибудь, настоечкифруктовые, травные. К обеду, помимо закусокмясных и рыбных, салатов неподавали – модана них появиласьтолько в прошломвеке – из Францииветром повеяло.А винегрет –блюдо для всехдоступное ис небольшимивариациямиприготовляемое– в простых, небогатых домахнепременноподавался кобеду. Супы –самое хитроедело, и тут, еслинет отработанных, нажитых вовремени домашнихрецептов, безповара не обойтись.

Обедв богатых московскихкупеческихдомах начиналис холодныхзакусок. Поначалу– балычок янтаристый, белорыбицусо свежим огурчикомдля контраста, икорку парную, икорку паюсную– зернышко кзернышку, поросеночка, не успевшегопохрюкать какследует, а ужс хреном и травкойв ротике… Этот– холодный, ас гречневойкашей подадутеще и горячего.Но малостьпопозже, а послезакусок супчик, например, дымящуюсяароматнымпарком селяночкус осетринойи со стерлядкой: рыба родственная, в одной супницепрелестносходится. А это– только половинаобеда! Ещерасстегайчикис печенкойналимьей, телятинка– светлая, каклетнее утро, окорок провесной, порезанныйтончайшими, ну прямо бумажнымиломтиками –не столько естьуже, сколькосозерцать всехочется! А воти родным огородцемповеяло: тыква варенаяс огурцамисолеными исвежими, крупныеломти пахучегочерного хлебас мозгами говяжьими, с луком и чеснокомпожаренными.

К хлебу в Москвеотношениеиспокон векубыло особое.Есть хлеб –живет человек.С ним всякоеблюдо вкуснееделается. Сейчасдаже не верится, что еще тристапятьдесят летназад на Русиржаную мукупо строгимвсяким отличиямделили на 25 сортов, а пшеничную– на 30. Хлеб измуки разногосорта по-разномустоил, и в ценетой все расходыучитывалисьпровоз мукис торга в пекарнюи обратно потом, соль, дрова, подати за правоторговали, хлебопекам, и даже стоимостьсвечей в туцену входила.Все расписано, ничего не упущено.Роспись длявсех была одинакова, и царскиецеловальникистрого следили, чтобы праване нарушались.

А болеевсего из всеххлебов почиталсяв России ржанойхлебушко икалачи пшеничные– тертые (“Тертыйкалач!”– ежели хотелиподчеркнутьбывалого человека)и еще коврищатые.Никакой праздникбез калача необходился, ковсякому пиршествуиздавна онподавался. Царипатриархамкалачи посылали, больным и нищимподать калач– дело благородное.В один деньсвоего рожденияПетр 1 приказалотпуститьгостиной сотни240 калачей толченых.А московскиекалачи всегдасчиталисьлучшими. И поговоркабыла: “ВМоскве калачи, как огонь, горячи”.Никто столькохлеба не ест, сколько мы.Всегда считалосьв Москве – хлеблучший. Знаменитыймосковскийбулочник ИванФилиппов говаривал, то нету лучшемосковскогохлеба во всейРоссии. Пыталисьпо его рецептами в Петербургефилипповскийхлеб наладить, а не получилось, потому как воданевская гораздохуже московской.Вот и гналивозы с готовымхлебом из Москвыв Петербург, когда еще дорогижелезной небыло. Сохранятьхлеб в дорогеумели. Был секретдаже и в Сибирьсвежий хлебпривозили.