Реферат: Гитлер и тоталитарная Германия

ГОСУДАРСТВЕННЫЙКОМИТЕТ РФ ПОВЫСШЕМУ ОБРАЗОВАНИЮ

СГАУ ИМ. С.П. КОРОЛЕВА

Кафедраистории

Реферат натему

“ГИТЛЕРИ ТОТАЛИТАРНАЯГЕРМАНИЯ”

Реферат выполнил:

студент гр. 215 Ганжа Семен Сергеевич

Научный руководитель:

доцент Савченко Ирина Александровна

Самара, 1998 г.

Как-тоодин человекмне сказал:“Послушайте, если вы этосделаете, тотогда черезшесть недельГермания погибнет”.Я говорю: “Чтовы имеете ввиду?” — “ТогдаГермания развалится”.Я говорю: “Чтовы имеете ввиду?” — “ТогдаГермании конец”.Я ответил: “Немецкийнарод в былыевремена выдержалвойны с римлянами.Немецкий народвыдержал переселениенародов. Посленемецкий народвыдержал большиевойны раннегои позднегоСредневековья.Немецкий народвыдержал затемрелигиозныевойны Новоговремени. Немецкийнарод выдержалпотом Тридцатилетнюювойну. Посленемецкий народвыдержалнаполеоновскиевойны, освободительныевойны, он выдержалдаже мировуювойну, дажереволюцию —и меня он тожевыдержит!

АдольфГитлер, 1938 год

1.тоталитаризм

Наоснове изучениямировых тоталитарныхрежимов можновыделить вкачестве основныхпризнаковтоталитаризманаличие единственноймассовой партииво главе слидером-диктатором; официальногосподствующуюв обществеидеологию; монополию насредства массовойинформации, на вооружённыесилы; системутеррористическогополицейскогоконтроля; централизованнуюсистему контроляи управленияэкономикой.

1.1.О возникновениитоталитаризма.

Необходимоотметить, чточасть политологовсчитает, чтототалитаризмвсего лишьполитическаяметафора, вчастности вамериканской«Энциклопедиисоциальныхнаук» 1968 годаон назван «ненаучнойконцепцией».

Такженет единогомнения средиполитологово том, когдавообще возниктоталитаризм.Одни считаютего вечныматрибутомчеловеческойистории, другие— достояниеминдустриальнойэпохи, третьи— феноменомисключительнодвадцатоговека.

Историческимпрототипомтоталитарныхрежимов считаютвосточныедеспотии. Однакомежду тоталитаризмоми ортодоксальнымисистемамипрошлого (ивосточнымии европейскими)есть ряд коренныхразличий. Одноиз них состоитв том, что этисистемы в отличиеот тоталитарныхне менялись, а если и менялись, то достаточномедленно. ВсредневековойЕвропе церковьуказывала вочто веровать, но позволяладержаться однихи тех же верованийот рождениядо смерти.Особенностьже тоталитарногогосударствата, что контролируямысль оно нефиксирует еёна чём-то одном.Выдвигаютсядогмы, не подлежащиеобсуждению, однако изменяемыеизо дня в день.Догмы нужныдля абсолютногоповиновенияподданных, однако невозможнообойтись безкорректив, диктуемыхпотребностямиполитики властьпредержащих.

Дж.Оруэлл в 1941 годув своей статье«Литератураи тоталитаризм»приводит такойпример: "… досентября 1939 годакаждому немцувменялось вобязанностьиспытыватьк русскомубольшевизмуотвращениеи ужас, послесентября 1939 года— восторг истрастноесочувствие.Если междуРоссией и Германиейначнётся война, а это весьмавероятно вближайшиенесколько лет, с неизбежностьювновь произойдёткрутая перемена."

1.2.Основныечерты тоталитарногообщества.1.2.1.Контрольза свободоймысли и подавлениеинакомыслия.

Дж.Оруэлл по этомуповоду писал:«тоталитаризмпосягнул насвободу личноститак, как никогдапрежде не моглии вообразить.Важно отдаватьсебе отчёт втом, что егоконтроль надмыслью преследуетцели не толькозапретительные, но и конструктивные.Не простовозбраняетсявыражать — дажедопускать —определённые, но диктуется, что именнонадлежит думать.Личность изолируется, наскольковозможно, отвнешнего мира, чтобы замкнутьеё в искусственнойсреде, лишиввозможностисопоставлений.Тоталитарноегосударствообязательностараетсяконтролироватьмысли и чувствапо меньшей мерестоль же действенно, сколь контролируетих поступки.»

1.2.2.Разделениенаселения на«наших» и «ненаших».

Людямсвойственно— и это почтизакон человеческойприроды — быстрееи легче сходятсяна негативнойпочве, на ненавистик врагам, завистик тем, кому лучшеживется, чемна конструктивнойзадаче. Враг(и внутреннийи внешний) являетсянеотъемлемойчастью арсеналатоталитарноголидера. В тоталитарномгосударстветеррор и страхиспользуютсяне только какинструментуничтоженияи запугиваниядействительныхи воображаемыхврагов, но икак нормальныйповседневноиспользуемыйинструментуправлениямассами. С этойцелью постояннокультивируетсяи воспроизводитсяатмосферагражданскойвойны.

Такжетоталитаризмдолжен постояннодемонстрироватьгражданам своиуспехи, доказыватьреалистичностьпровозглашаемыхпланов илинаходить убедительныедля населениядоказательства, почему данныеавансы нереализованы.И сюда оченьхорошо вписываетсяпоиск внутреннихврагов. Здесьдействуетстарый, давноизвестныйпринцип: «Разделяйи властвуй».Те, кто «не снами, а значит, против нас»должны подвергнутьсярепрессиям.Террор развязывалсябез какой-либовидимой причиныи предварительнойпровокации.В нацистскойГермании онбыл развязанпротив евреев.В СоветскомСоюзе террорне ограничивалсярасовыми признаками, и его объектоммог стать любойчеловек.

1.2.3.Тоталитаризмсоздаёт особыйтип человека.

Стремлениетоталитаризмак переделкечеловеческойприроды — однаиз основныхотличительныхособенностейего от всехдругих формтрадиционногодеспотизма, абсолютизмаи авторитаризма.С этой точкизрения тоталитаризмявляется феноменомисключительнодвадцатоговека. Он ставитзадачу полнойпеределки итрансформациичеловека всоответствиис идеологическимиустановками, конструированиянового типаличности сособым психическимскладом, особымиментальностью, мыслительнымии поведенческимихарактеристиками, путём стандартизации, унификациииндивидуальногоначала, егорастворенияв массе, сведениявсех индивидовк какому-тосреднестатистическомузнаменателю, подавлениюличностногоначала в человеке.

Такимобразом, конечнаяцель создания«нового человека»— формированиеиндивида, полностьюлишённоговсякой автономии.Таким человекомне нужно дажеуправлять, онбудет самоуправляться, руководствуясьтеми догмами, которые наданный моментвыдвигаютсяправящей верхушкой.Однако на практикепроведениеэтой политикипородилодоносительство, писание анонимоки привело кморальномуразложениюобщества.

2.АВТОРИТАРИЗМ

Авторитарныйрежим — однаиз форм политическогорежима, характеризующаясяоткрытоантидемократическимиметодамиосуществлениядиктатурыэксплуататорскихклассов. Длянего типичныограничениеили полноеотсутствиебуржуазно-демократическихправ и свобод, запрещениедеятельностипрогрессивныхпартий и организацийтрудящихся, ограничениепринципа выборностии полномочийпредставительныхучреждений, концентрациявласти в рукахглавы государстваили правительства, бюрократическийцентрализм, прямая опорана военно-карательныйаппарат и т.п.

Крайнейформой авторитарногополитическогорежима являютсятоталитарныефашистскиедиктатурынацистскойГермании(1933 — 1945), фашистскойИталии (1922 — 1944), франкистскойИспании (1939 — 1975), салазаровскойПортугалии(1926 — 1974). Профашистскиеи военныеразновидностиавторитарногорежима (военныедиктатуры)существуютсегодня в рядестран Азии, Африки и ЛатинскойАмерики.

2.1.Типологияфашизма

Вычленениефашизма изтоталитарнойсвязки открыловозможностидля сравнительногоанализа еговариантов ив конечномсчете для еготипологии. Всвоей книге “Фашизм в егоэпоху” ЭрнстНольте строитсвоеобразнуютипологическуюшкалу или лестницуиз четырехступеней: низшая— авторитаризм, верхняя —тоталитаризм, и две промежуточных.Низшая ступеньили, как говоритНольте, низшийполюс, это ещене фашизм. Верхнегоже, тоталитарногополюса достигаюттолько радикальныеформы фашизма.Между двумяполюсамирасполагаются“ранний” и“нормальный”фашизм. Все этоконкретизируетсяследующимобразом: “Междуполюсамиавторитаризмаи тоталитаризмапротягиваетсядуга от режимаПилсудскогочерез политическийтоталитаризмфалангистскойИспании довсеобъемлющегов тенденциитоталитаризмаМуссолини иГитлера”. Однакоступени радикальногофашизма в полноймере достигтолько германскийнационал-социализм, тогда как итальянскийфашизм застрялна средней или“нормальной”фашистскойпозиции.

Судитьо фашизме вцелом можнотолько с учетомнацистскогоопыта: “послетого, какнационал-социализмуудалось добитьсягосподства, в нем самымнагляднымобразом олицетворялисьи радикализировалисьпочти всесущественныечерты фашизма, и все оценкидолжны в первуюочередь соотноситьсяс ним”.

Почвойже для возникновенияфашизма явиласьлиберальнаясистема или, иными словами, европейскоебуржуазноеобщество, сформировавшеесяпосле 1815 года.Фашизм возникаетвследствиекризиса либеральнойсистемы, но“без вызовабольшевизманет никакогофашизма”.Первоначальнофашизм какбудто бы беретлиберальноеобщество подзащиту отбольшевистскойугрозы, используяпри этом “методыи силы, чуждыебуржуазномумышлению ижизненнымтрадициям”1.

3.АдольфГитлер и фашизм

Досих пор, несмотряна обилиепроизведенийбиографическогожанра, при том, что многиефакты жизнии деятельноститоталитарныхдиктаторовдовольно широкоизвестны, остаетсянемало белыхпятен, фактическихи психологическихзагадок, требующихрешения. Поэтомулюбая биография, скажем, Гитлераили Сталинаоставляет учитателя чувствонеудовлетворенности, ощущениянедосказанности, незавершенности.

Тоталитарнаядиктатуранемыслима безкульта вождя.Пьедесталомкульта всегдаслужат мифыи легенды. Темболее, что подлинноепрошлое диктаторов, часто бесцветноеили преступное, не годится длязакладки фундаментакульта.

Вождидолжны соответствоватьмессианскиможиданиям масс, необходимонекое таинствоявления. Поэтомуновоявленномумессии лучшевсего возникнутьиз туманности, сверкнув подобнокомете. Не случайнотак тщательнооберегалисьот постороннегоглаза или простоликвидировалисьисточники, связанные спроисхождениемдиктаторов, со всем периодомих жизни до“явления народу”, физическиуничтожалисьлюди, которыеслишком многоезнали. Особеннорьяно такуюстратегию“выжженнойземли” вокругсебя проводилГитлер. Этосоздает благодатнуюпочву для всякогорода домыслови измышлений.Ситуация усугубляетсятем, что в условияхтоталитарныхрежимов и процесспринятия решений, и личная жизньдиктаторовокутаны ещеболее плотнойпеленой секретности.

“ИсторияГитлера — этоистория недооценки”2— отмечал известныйгерманскийисторик ФайтВалентин, имеяв виду историюего приходак власти. Какподчеркиваетодин из наиболееавторитетныхисследователейнацизма К. Д.Брахер, недооценкойгрешили все: и правые, и левые, в самой Германиии за ее пределами, что и облегчилоГитлеру путьв рейхсканцелярию, помогло емустать вершителемсудеб Европы.

ЧудовищныепреступленияГитлера ититаническиеусилия, которыепотребовались, чтобы сокрушитьего империю, не оставлялиместа для недооценки.Но ей на сменуприходит другаякрайность: изкарикатурногоперсонажаГитлер превращаетсяв воплощениенекой сверхчеловеческойсатанинскойсилы, не подвластнойобъяснениюс позиций здравогосмысла, неподдающейсянаучного анализу.

Гитлерявился порождениемэпохи, котораяоказаласьантрактом междудвумя мировымивойнами и быланеразрывносвязана с ними.За исключениемкороткой передышкив 1924 — 1925 гг. мирсодрогалсяв конвульсияхполитических, социальных, экономическихпотрясенийи глобальныхвойн. “Век мировыхвойн и революций”,“эра тоталитаризма”,“время диктаторов”,“эпоха европейскойгражданскойвойны” — таковвесьма неполныйперечень определенийэпохи, охватывавшейпочти всю первуюполовину нашегостолетия.

Тяжелоймрачной теньюлег на межвоенноевремя тяжелыйопыт первоймировой войны.“Уникальнымновшеством, привнесеннымвойной на всюЕвропу, — пишетвидный исследовательфашизма, американскийисторик Дж.Моссе, — сталоужесточениежизни”3.Эту тенденциюподхватилии усугубилирадикальныедвижения правогои левого толка.“Великий страх”был порожденприходом квласти большевиков.

Ватмосферевсеобщегоожесточения, экстремизациисоциально-политическойи духовнойжизни на авансценувыходят вождинового типа.Перед их агрессивнымнапором, пренебрежениемк общепринятымнормам, возведеннойв принципаморальностьючасто пасуютпредставителитрадиционнойэлиты, потерявшиепривычныеориентиры. Ониоказалисьзажаты междукоммунистическимдьяволом ифашистскимВельзевулом.В фашизме многиеиз них склонныбыли видетьменьшее зло, что в значительнойстепени объясняетуспехи Гитлера, Муссолини инекоторыхфюреров меньшегокалибра.

Растерянностьодних, агрессивныйдинамизм другихсоздавалинепредсказуемую, не поддающуюсяконтролю ситуациюв мире. Британскийисторик А. Дж.П. Тейлор писалоднажды, что“период междувойнами былкак будто специальносоздан дляправлениясумасшедших”.Речь идет нестолько оненормальностив обыденномсмысле, сколькооб отклоненииот традиционныхнорм политическойжизни. Но именноэто обеспечивалонередко такиепреимуществаГитлеру, Муссолинии Сталину, чтомногим современникамказалось: наступил“век диктаторов”.

Ещетеснее генетическаясвязь междуфеноменомГитлера ипсихологическимсостояниемгерманскогообщества. Самапо себе тяжелейшаятравма поражения1918 годя вскрылаглубинные изастарелыеего болезни.Трудно переоценитькатастрофическиепоследствияинфляционногокризиса 1923 года, когда одинамериканскийдоллар былэквивалентен40 миллиардаммарок, а кружкапива, за которуюв 1913 году платили13 пфеннигов, стоила 150 миллионовмарок. И не успелаГермания кое-какоправитьсяот этого стресса, как последовалграндиозныйкризис 1929-1933 годов.Не будь его, возможно, нацизми его фюрер таки остались бы“всего лишьвоспоминаниемвремен инфляции”4.

Длястраны, привыкшейк упорядоченномусуществованию, послевоенныепотрясениябыли особенномучительны, она сталаколоссальнымрезервуаромнедовольстваи страхов. “Гитлер,— отмечаетФест, — придаетэтим чувствамнедовольствакак средигражданскогонаселения, таки среди военных, единение, руководствои направляющуюсилу”. “Егоявление, — пословам Феста,—и впрямь кажетсясинтезированнымпродуктом всехэтих страхов, пессимистическихнастроений, чувств расставанияи защитныхреакций, и длянего война быламощным избавителеми учителем, иесли есть некий“фашистскийтип”, то именнов нем он и нашелсвое олицетворение”.

Вроль “фюрера”Гитлер вошелдовольно быстрои стал не толькофигурой, интегрирующейразнообразныеэмоции, страхиили интересы.По сравнениюс прочимиродственнымисистемаминационал-социализмстал самойрадикальнойи безоговорочнойформой проявленияфашизма. И именноэта принципиальнаязаостренность, выявившаясякак на интеллектуальномуровне, так ина уровнеисполнительнойвласти, быласобственногитлеровскимвкладом в сутьнационал-социализма.Его дерзкоебесстрашиеперед лицомдействительностине было лишенопризнаковманиакальности.Только в крайнемрадикализмеон казался тем, кем он был. Вэтом смысленационал-социализмбез него немыслим.

Степеньрадикальноститого или иноговарианта фашизмазависит отсоотношенияв нем экстремизманизов и верхов, поскольку самфашизм представляетсобою сплавэкстремизматого и другоготипа. Это ключеваятипологическаяособенностьфашистскогототалитаризмапо сравнениюс коммунистическим, в котором однозначнодоминируетэкстремизмнизов, а прежниегосподствующиеклассы незамедлительноустраняются.

Внутриже фашистскогоряда ситуациясложнее. Например, во франкистскойИспании традиционнаяэлита оказаласьнамного сильнеефашистскойпартии — фаланги.Сам Франко былближе к традиционномутипу военногодиктатора, чемк тоталитарномувождю. Тамтоталитарныйрежим фактическине сформировался, дальше авторитаризмас фашистскимичертами делоне пошло, чтооблегчилоэволюционныйпереход кпарламентскойдемократии.В Италии сложилосьнеустойчивоеравновесиемежду старойи фашистскойэлитами, Муссолиниколебался междуролями Цезаряи тоталитарногодиктатора.

Итолько в Германиифашистскийтоталитаризмдостиг радикальнойстадии благодарякак своемуфюреру, так имассовомубазису, служившемуГитлеру своегорода аккумуляторомэкстремистскойэнергии и вместес тем получавшемуот него ещеболее сильныйответный импульс.Германскиеверхи неслив себе болеесильный экстремистскийзаряд, чем ихитальянскиеили испанскиесобратья. Поповоду слепотыгерманскойконсервативнойэлиты, вымостившейГитлеру путьк власти, необходимозаметить, чтоподобная политическаяслепота былане столькопричиной, сколькоследствиемэкстремизмаверхов, обусловленногокак исторически, так и ситуационно: вспышкой “великогостраха” и другимипоследствиямипервой мировойвойны.

ЯвлениеГитлера можнопонимать и какпопытку утверждениясвоего родатретьей позиции— между обеимигосподствующимисилами эпохи, между левымии правыми, междуВостоком иЗападом. Находясьмежду всемипозициями, онв то же времяучаствовалв них во всехи узурпировалих существенныеэлементы, сведяих, однако, ксобственномунеподражаемомуфеномену. Кстати, и Муссолинив день основанияфашистскогодвижения (23 марта1919 года) писалв своей газете“Пополо д’Италиа”, что фашизм“позволяетсебе роскошьбыть одновременноаристократичными демократичным, консервативными прогрессивным”5.

Действительно, всеядностьфашизма затрудняетего однозначнуюоценку. Делоусугубляетсядвойственнымотношениемфашизма к революции.С одной стороны, те же нацистыборолись против“ноябрьскогопозора” 1918 годау себя в стране, против всемирнойбольшевистскойреволюции, ас другой — ихкоронным лозунгомбыла националсоциалистическаяреволюция.Смутные виденияГитлера устремлялиськ прошлому, причем весьмаотдаленному, мифологическому.Средства жеих реализации— суперсовременные, по последнемуслову индустриальноговека.

Безусловно, свои решающиестимулы Гитлерчерпал из стремлениявоспрепятствоватьприходу новыхвремен и путемвеликойвсемирно-историческойпоправки вернутьсяк исходнойточке всехложных дороги заблуждений: он — как это онсам сформулировал— выступилреволюционеромпротив революции.В конце концовон довел оборонумира, о защитекоторого говорил, до разрушенияэтого мира.

Всеже некоторыеисторики склонныпреувеличиватьреволюционизирующий, модернизаторскийэффект деятельностиГитлера. Когдаговорят, чтоблагодаряГитлеру былиразрушеныустаревшиесоциальныеструктуры, ещеоставшиесяклассовые исоциальныеперегородки, то это в большеймере побочныйрезультаттоталитарногогосподства, расовой гегемониии неограниченнойэкспансии.Гитлер выступалкак грандиознаяразрушительнаясила.

Гитлерназывал себя“самым консервативнымреволюционеромв мире”6.Такую терминологиюпустили в обиходконсерваторы-экстремисты, непримиримыепротивникиВеймарскойреспублики, либеральнойдемократиивообще. Смысл, вкладываемыйими в парадоксальныйтермин “консервативнаяреволюция”, заключалсяв том, что необходимосначала разрушитьсуществующую“систему”, тоесть Веймарскуюреспублику, а затем на ееместе возвестинекую “органическуюконструкцию”, порядок, которыйзаслуживалбы сохранения.

Неследует упускатьиз виду восхищениеГитлера советскойсистемой. Вкоммунистахему импонировалото. что они фанатичныв отличие оттрусливой ислабой буржуазии7.Вместо капиталистическойэкономики, Гитлер хотелввести смешанную, новый синтез: с одной стороны, он за конкуренцию, воплощавшуюего излюбленнуюсоциал-дарвинистскуюидею, а с другой— критика рыночнойэкономики заэгоизм и автоматизм.Что же касаетсяпредпринимателя, то ему предназначаласьроль всего лишьуполномоченногогосударства8.

Германияне испыталаудавшейсябуржуазнойреволюции, вотличие отНидерландов, Англии, Франции.Процесс отчужденияот действительностиеще усилилсявследствиемногочисленныхразочарований, пережитыхбюргерскимсознанием вXIX веке, входе его попытокдостичь политическойсвободы, и следыэтого процессазаметны на всехуровнях. Политикалежала в сторонеот этого пути, она не былачастью национальнойкультуры.

Неприятиеполитики длянемецкихинтеллектуаловбыло элементомболее широкойантитезы: культура— цивилизация.В вульгаризированнойформе вся этамногообразнаядуховная проблематикавошла в идеологическийбагаж “фелькише”, этих германских“почвенников”, придавших ейкрайне националистический, антисемитскийи в конечномсчете расистскийхарактер. Какраз “аполитичный”подход к политикеоткрыл великолепнуювозможностьдля политизациисвоих комплексови эмоциональныхсостояний. Вэтом ключ кпониманиюистоков гитлеровскогоантисемитизма.Его антисемитизмявляетсясфокусированнойформой ненависти, бушевавшейвпотьмах инашедшей, наконец, свой объектв еврее.

Фашистскаяэстетизацияполитики связанас потребностямиманипулированиямассовым сознаниеми массовымиэмоциями. Этосвойство присущетоталитаризмувообще и каксвоего родазаменительреальногополитическогоучастия людейв жизни общества.

Гитлеруне довелосьбы стать диктатором, не обладай он, в отличие отмножествапрочих политизированныхаполитичных“практическимпониманиемвласти”. Присущееему сочетаниесвойств фанатикаи оппортунистаоборачивалосьв его практическойдеятельностиопаснейшимсимбиозомавантюризмаи прагматизма.С одной стороны, он показалсебя, особеннов дипломатии, искусным тактиком, умеющим обратитьв свою пользулюбую предоставляющуюсявозможность, использоватьмалейшую слабостьпротивника.И вместе с темего всегдавлекла щекочущаянервы играва-банк. Ни одиниз его собратьев-диктаторовне позволялсебе такойстепени риска; и Муссолини, и Сталин предпочлибы синицу журавлю.

Неполитичный, в сущности, характер политикиГитлера ярчевсего проявляетсяв его взглядена соотношениемежду политикойи войной. Гитлерговорил о том, что война является“конечной цельюполитики”, икогда она началась, принося одинтриумф за другим, нацистскийдиктатор сбросилс себя тягостныевериги политика.Характерно, что с принятиемрешения о началевойны регулярно, иногда по несколькураз в одной итой же речи, опять сталивыдвигатьсячуждые политикеальтернативы:“победа илисмерть”, “мироваядержава илигибель”, онвтайне всегдаиспытывал кним симпатию.

Ивсе последующееразвитие событийсвидетельствовало, что отход Гитлераот политикипроистекалне из преходящегокаприза, ибопо сути он никогдане возвращалсяв политику.Разрыв междувидениями иполитикой, который какое-товремя маскировалсятактическимискусствомГитлера, привелк крушению“тысячелетнегорейха”. Гитлернастолько тесносвязал судьбусвоего рейхасо своей собственной, что созданнаяим империя непережила егогибели.

Социально-экономическийкризис, вакуумвласти, коррупция, коллективноеозлобление, политизация, утрата чувствабезопасности— вот питательнаяпочва для фашизма.Не нужно забывать, что и сам фашизмбыл мятежомради “порядка”.

4.Великийстрах4.1.Триумфи кризис демократическоймысли

Ничтоне казалосьпосле окончанияпервой мировойвойны стольнепререкаемымкак победадемократическойидеи. Если в1914 году в Европенасчитывалосьтри республикии семнадцатьмонархий, точетыре годаспустя числореспубликанскихи монархическихгосударствсравнялось.

Итолько Германия, первоначальновременно задетаяи даже охваченнаяэтим духом, казалась теперьсопротивлявшейсяему — средипрямо-такинеобозримойтолчеи партийи клубов, придерживавшихсяидей “фелькише”, в стране воинственныхорденов идобровольческихотрядов шлаорганизацияотпора созданнойвойной реальности.Революциявоспринималасьэтими группамичужой и навязаннойнасильно, онабыла для нихсинонимом“всего, чтопротиворечитнемецкомупониманиюгосударства”.

БывшиепротивникиГермании увидятв этих симптомахнациональногопротеста реакциюстроптивогои извечноавторитарногонарода на демократиюи гражданскоесамоопределение.

Однакокартина победоноснойдемократии, породившаятак много надежд, была обманчивой, и момент, когдауже казалось, что демократияполучает своеисторическоевоплощение, стал одновременнои началом еекризиса. Всегонесколько летспустя демократическаяидея в самомее принципебыла поставленапод сомнение, и то, что тольковчера торжествовало, было затоптанокуда болеедикими триумфами.

Наиболеекрупные успехиэтих движенийотмечалисьв тех странах, где война пробудилаили заставилаосознать мощныекомплексынеудовлетворенностии где, в частности, войне сопутствовалиреволюционныевосстаниялевого толка.Национал-социализмбыл всего лишьразновидностьюэтого европейскогопокроя движенияпротеста исопротивления, решившегоперевернутьмир.

4.2.Угрозареволюции

Национал-социализмвозник по-провинциальному, из скучных, мещанскихобъединений,“компаний”, как издевалсяГитлер, которыесобиралисьв мюнхенскихпивных за столикамисо скуднойвыпивкой изакуской, чтобыпоговоритьо национальныхи семейныхгорестях. Никтоне мог и предположить, что у них будетшанс не толькобросить вызовмощным, высокоорганизованныммассовым марксистскимпартиям, нодаже и обойтиих.

Ихпобудительныемотивы былистоль же различными, как и группы, в которые ониформировались.Только в одномМюнхене в 1919 годусуществовалооколо пятидесятиобъединенийболее или менееполитическогохарактера, вних входилипреимущественноразрозненныеосколки сбитыхс толку и распавшихсяв ходе войныи революциипартий довоенноговремени. Ониназывали себя“Новым Отечеством”,“Советом духовноготруда”, “КольцомЗигфрида”. Былатут и Немецкаярабочая партия.А то, что всехих объединялои несмотря наразличия сводило— и теоретически, и практически— вместе, былоне что иное, как всепокоряющеечувство страха.

Первоначальноэто был совершеннонепосредственныйстрах передреволюцией, тот “grande peur”(великий страх), который современ Великойфранцузскойреволюции напротяжениивсего XIX векаврывался вовсе сны европейцев.

Этотстарый страхусугублялсятеперь не толькосходными среволюциейсобытиями всобственнойстране, но впервую очередь— русской Октябрьскойреволюциейи исходящейот нее угрозой.Ужасы красноготеррора неизгладимоврезались внародную фантазию.

Ужепридя к власти, Гитлер будетпугать тем“ужасом ненавистноймеждународнойкоммунистическойдиктатуры”, который овладелим еще в началеего пути: “Явздрагиваюпри мысли отом, чем сталбы наш старыймногонаселенныйконтинент, еслибы победил хаосбольшевистскойреволюции”.

Этойзащитной реакциина угрозумарксистскойреволюциинационал-социализми будет в значительнойстепени обязансвоим пафосом, агрессивностьюи внутреннейсплоченностью.Цель НСДАП, какнеустанно будетповторятьГитлер, “формулируетсяабсолютнокоротко: уничтожениеи истреблениемарксистскогомировоззрения”, а именно — путем“пропагандыи просвещения”, а также с помощьюдвижения, обладающего“беспощаднойсилой и свирепойрешимостью, готовогопротивопоставитьтеррору марксизмав десятки разбольший террор”.Сходного родасоображенияпобудили примернов то же времяи Муссолинисоздать свои“Fasci di combaftimento” (боевыеотряды), по которымэти новые движенияи стали называть“фашистами”.

Радостьразрушенияустарелых илискомпрометированныхсоциальныхи культурныхформ спровоцируетконсервативныйтемпераментнемцев в особойстепени. Процесстехническойи экономическоймодернизациипроизошел вГермании позднее, быстрее ирадикальнее, чем в другихстранах, а решимость, с которой Германияпроводилапромышленнуюреволюцию быласреди европейскихстран беспримерной.

Потой же причинеэтот процессвызвал тутдикую боязньпоражения ипородил мощнейшиеответные реакции.Вопреки широкораспространенномумнению Германия, превратившаясяв неразрывныйсплав достиженийи упущений, вкоем соединилисьэлементы феодализмаи прогресса, авторитарностии социальногогосударства, могла в канунпервой мировойвойны по правупретендоватьна звание самогосовременногов промышленномотношениигосударстваЕвропы.

Такчто печатьанахронизмана портретекайзеровскойГермании вцелом объясняетсяотнюдь неэкономическимиявлениями.ОтсталостьГермании имелаидеологическуюприроду.

Многообразныесамоуничижительныеаффекты буржуазноговремени будутвыпущены насвободу иодновременнорадикализованывойной. Войнанаучила тех, кто назоветпотом себя еенаследниками, смыслу и преимуществубыстрых и единоличныхрешений, абсолютногоподчиненияи одинаковогообраза мыслей.Компромиссныйхарактерпарламентскихрежимов, ихслабость впринятии решенийи их частыйпаралич необладалипритягательнойсилой для поколения, вынесшего свойны миф оботлично слаженномбоевом коллективе.

Перваяпослевоеннаяфаза явиласькатализаторомне только страхаперед революцией, но и чувстваотрицанияцивилизации, а они, в своюочередь, породилисиндром необычайногодинамизма. Тотже слился скомплексомстраха и обороныпотрясенногодо самых основобщества, утратившегосвое национальноесамосознание.

Вдружинах самообороныи добровольческихотрядах, создававшихсяв большом числе, частично поличной, частичнопо скрытойгосударственнойинициативе, преимущественнодля отпораугрозе коммунистическойреволюции, сорганизовалсяодин из техэлементов, которые с угрюмым, но решительнымнастроем былиготовы сопротивлятьсяпри всех обстоятельствахи высматривалиту волю, котораяповела бы ихв новый порядок.

Поначалубыла еще, помимоэтого, и огромнаямасса вчерашнихфронтовиков, тоже представлявшихсобой резервуарвоинственнойэнергии. В окопахна фронте и те, и другие приблизилиськ очертаниямкакого-то нового, еще до концане ясного смыслажизни, которыйони тщетнопытались теперьобрести вновьв налаживающейсяс трудом нормальностипослевоенноговремени.

4.3.Идеяфюрера

Гитлерпридаст этимчувствамнедовольства, как средигражданских, так и средивоенных, единение, руководствои движущуюсилу. Его появлениеи впрямь кажетсясинтезированнымпродуктом всехэтих страхов, пессимистическихнастроений, чувств расставанияи защитныхреакций, и длянего война быламогучим избавителеми учителем, иесли и естьнекий “фашистскийтип”, то именнов нем он и нашелсвое олицетворение.

Ужеопыт раннихлет помог емуузнать товсеподавляющеечувство страха, которое сформируетвсю системуего мыслей ичувств. Он былохвачен страхомперед чужимзасильем, перед“нашествиемподобных саранчерусских и польскихевреев”, перед“превращениемнемецкогочеловека внегра”, перед“изгнаниемнемца из Германии”и, наконец, перед“полным истреблением”последнего.Но беспокойствоу него вызывалитакже и американскаятехника, и цифрырастущей рождаемостиу славян, и крупныегорода, и “стольже безудержная, сколь и вреднаяиндустриализация”, и “коммерциализациянации”, и анонимныеакционерныеобщества, и“трясина культурыудовольствийв крупных городах”, равно как исовременноеискусство, стремящеесяголубыми лугамии зеленыминебесами “убитьдушу народа”.Куда бы он нивзглянул, онвсюду открывал“явления разложениямедленно догнивающегомира”.

ЧтообъединялоГитлера с ведущимифашистскимидеятелямидругих стран, так это решимость, с которой онистремилисьпротивостоятьэтому процессу.А выделяла егота маниакальнаяисключительность, с которой онсводил всеэлементы когда-либоиспытанногостраха кодному-единственномуих виновнику— в фокусе егодоведеннойдо исполинскихразмеров концентрациистраха стоялафигура еврея.Антисемитизмпронизывалнацистскуюпропагандуна всех ее уровнях, им был пропитанвесь пропагандистскийаппарат и любоеиз средствмассовой информации.И так оставалосьдаже послетого, как нацисты“эвакуировали”миллионы евреевна Восток. Ведьесли вражескаякоалиция существовалав виде заговора, то верховнымзаговорщикомдолжен быть, конечно же, еврей. Евреиобъявлялисьвиновными внищете Германии, в ее поражениях.

СпоявлениемГитлера соединилисьэнергии, обладавшие, в условияхкризиса, перспективойогромногополитическогоэффекта. Делов том, что фашистскиедвижения всвоей социальнойсубстанцииопирались вобщем на триэлемента: мелкобуржуазныйс его моральным, экономическими антиреволюционнымпротестом, военно-рационалистический, а также харизматический— в лице единственногов своем родевождя-фюрера.Этот вождь естьпреисполненныйрешимости голоспорядка, возвещающийконец смуте, стихии хаоса, он и смотритдальше и мыслитглубже, емузнакомы чувстваотчаяния, ноон знает и средстваспасения. Этотсверхъестественныйтип создан нетолько многочисленнымилитературнымипредвестиями, уходящимисвоими корнямив немецкуюнародную сагу.

Мысльо фюрере в томвиде, как онаразвиваласьв фашистскихдвижениях, обрела своюактуальностьвновь благодарявойне. Дело втом, что всеэти движенияпоголовносчитали себяне партиямив привычномсмысле, а группамис воинствующиммировоззрением,“партиями надпартиями”.

Маршировкапо всем мостовымЕвропы демонстрировалаубеждение, будто бы и проблемыобщества эффективнеевсего могутбыть решенымоделями наподобиевоенных.

Названныемотивы лежалив основеполумилитаризованныхвнешних формэтих движений, их обмундирования, ритуала приветствияи доклада, стойки“смирно”, атакже пестрой, хотя и сводившейсяк немногимэлементамсимволики —преимущественноэто крест, либострелы, ликторскиепучки, косы, —и все это непременновоспроизводилоськак символпринадлежностина флагах, значках, штандартахи нарукавныхповязках. Значениеэтих элементовсостояло нетолько в отказеот старой буржуазнойтрадиции ношениясюртуков истоячих воротничков— скорее, ониказались болееточно отвечавшимистрогому, техническомудуху времени.

Соединениемелкобуржуазныхи военных элементов, столь характерноеименно длянационал-социализма, с самого началапридает НСДАПвесьма своеобразный, двойственныйхарактер. Онвыражаетсяне только ворганизационномразмежеваниимежду штурмовымиотрядами (СА)и Политическойорганизации(ПО), но и проявляетсяв вводящей взаблуждениеразнородностиее состава.Отсюда же родоми присущаябольшинствуфашистскихорганизацийподавленнаяконсервативность.

Характернойдля них былаединственнаяв своем родемешанина изсредневековьяи нового времени, авангардистскоевосприятие, обращенноеспиной к будущемуи поселившеесвое пристрастиек фольклорув заасфальтированныхэмпиреяхтоталитарногогосударствапринуждения.

Гитлеротнюдь не собиралсяпросто вернутьдобрые старыевремена, а ещеменьше — ихфеодальныеструктуры. То, что он взялсяпреодолеть, было не чеминым, как самоотчуждениемчеловека, вызваннымпроцессомразвития цивилизации.

Правда, ставку при этомон делал не наэкономическиеили социальныесредства, которыепрезирал, нена политику, а на высвобождениеинстинкта, —по своим замыслами лозунгамфашизм представлялсобой не классовую, а культурнуюреволюцию.

Вовсяком случае, в фашистской“консервативности”проявлялосьжелание революционнымпутем повернутьисторическоеразвитие вспятьи еще раз вернутьсяк отправнойточке, в те лучшиевремена доначала вступленияна ложный путь.В одном из писем1941 года Гитлернапишет Муссолини, что последниепятнадцатьстолетий былине чем иным, как паузой, атеперь историясобирается“вернутьсяна прежниепути”.

Превосходствофашизма поотношению комногим егоконкурентамобъясняетсятем, что он острееосознал сутькризиса времени, чьим симптомомбыл и он сам.Все другиепартии приветствовалипроцесс индустриализациии эмансипации, в то время какон со всейочевидностьюразделял страхилюдей и пыталисьзаглушить этистрахи, превращаяих в бурноедейство и драматизми привнося впрозаические, скупые буднимагию романтическихритуалов —факельныешествия, штандарты, черепа со скрещеннымикостями, боевыепризывы и возгласы“хайль!”, “новуюпомолвку жизнис опасностью”, идею “величественнойсмерти”. Современныезадачи он ставиллюдям в окружениимаскарадныхаксессуаров, напоминающихо прошлом. Ноего успех объясняетсяеще и тем, чтоон выказывалпренебрежениек материальныминтересам.

Нафоне мелочныхпарламентскихспоров, игр ибеспомощныхвожделениймногопартийногоправления улюдей пробуждалосьстарое желаниеоказаться передсвершившимсяфактом, а нестоять передвыбором9.За исключениемЧехословакии, в период междудвумя мировымивойнами во всехгосударствахВосточной иЦентральнойЕвропы, а такжево многихгосударствахЮжной Европысистема парламентаризмапотерпела крах— в Литве, Латвии, Эстонии, Польше, Венгрии, Румынии, Австрии,. Италии, Греции, Турции, Испании, Португалиии, наконец, вГермании. К1939 году осталосьвсего лишьдевять государствс парламентскойформой правления.

Поэтомудело тут былоне в агрессивнойзлобе какой-тоодной нации, стремившейсяперевернутьситуацию вмире. Широкоенастроениеусталости, презрения иразочарованияпредвещало, поверх всехграниц, расставаниес веком либерализма.Оно происходилопод знакомреакции и прогресса, тщеславия ибескорыстия.В Германии уженачиная с 1921 годане было в рейхстагебольшинства, которое былобы по убеждениюприверженопарламентскойсистеме. Либеральнаямысль почтине имела поборников, но зато многопотенциальныхпротивников; им нужен былтолько толчок, зажигательныйлозунг, вождь-фюрер.

5.Немецкаякатастрофаили логиканемецкого пути?

30 января1933 года не принеслос собой ничего, кроме сменыправительства.И все же общественностьчувствовала, что назначениеГитлера канцлеромбыло не сравнимос формированиемкабинетовпрошлых лет.Вопреки всемхвастливымуверениямпартнеров покоалиции изрядов дойч-националов, что они “будутдержать австрийскогохудожника-неудачникана поводке”10, национал-социалистыс самого началане скрывалисвоей решимостизахватить всюполноту власти.

Словнопо тайномупаролю после30-го января началисьмассовые перебежкив стан национал-социалистов.

Одиниз современниковописал еще доприхода Гитлерак власти, какиенеизбежныепоследствияэто должно былоповлечь засобой: “Диктатура, ликвидацияпарламента, удушение всехдуховных свобод, инфляция, террор, гражданскаявойна; ибо оппозициюбыло бы не такпросто убрать; следствиемэтого была бывсеобщая стачка.Профсоюзы сталибы стержнемсамого отчаянногосопротивления; кроме того, выступил бы“Рейхсбаннер”и все силы, озабоченныебудущим. И дажеесли Гитлерперетянул бына свою сторонурейхсвер изаставил заговоритьпушки — всеравно нашлисьбы миллионырешительныхлюдей”11.Но этих решительныхмиллионов небыло, а следовательнодело и не дошлодо кровавыхстолкновений.Гитлер пришелотнюдь не какразбойник ночи.Он годами говорило том, к чемунеизменно, неотвергая никружных путей, ни тактическихманевров, стремился: это была диктатура, антисемитизм, завоевание“жизненногопространства”.

Ужев ходе плебисцита, проводившегосяв 1933 году, немцыпроголосовализа выход страныиз Лиги Нацийи против политикиуступок и выбраливместо этогополитику мужестваи чести. Такимобразом, германскийнарод сам выбралвойну, которуюпотом проиграл.

Одиниз уроков эпохисостоит какраз в том, чтототалитарнаясистема властине может бытьпостроена наодних толькоизвращенныхили даже преступныхсклонностяхкакого-то народа.Во многих странахсуществовалиисторические, психологические, да и социальныеусловия, сходныес тем, что былов Германии, ичасто всего-навсегоузкий перешеекотделял народот фашистскогоправления.Именно в туэпоху к властипришли многочисленныефашистскиеили фашистоидныережимы — в Италии, Турции, Польше, Австрии илиИспании. Какраз взгляд насравнимыесистемы в этихи других странахпомогает понять, что конкретнов национал-социализмебыло неповторимонемецким: онстал самойрадикальнойи абсолютнойформой проявленияфашизма.

ЕслиМуссолинисчитал своейцелью восстановлениеисторическоговеличия, Моррасмечтал о “старомрежиме” и пыталсявызвать к жизни“славу божественнойФранции”, даи все другиевиды фашизмане сумели избежатьсоблазна тоскипо былому, тоГитлер думалоб осуществлениицели искусственной, созданной ввоображениии не имеющейкакого-то реальногоподобия: о мировойимперии отАтлантики доУрала и от Нарвикадо Суэца, созданнойединственноволей к расовомусамоутверждению.Государствапротивилисьэтому? Он ихподавит. Народыселились вопрекиего планам? Оних расселитпо-другому.Расы не соответствовалиего представлениям? Он произведетселекцию, облагородитих или уничтожит, пока действительностьне будет, наконец, соответствоватьего представлениям.Только в крайнемрадикализмеон казался тем, кем он был. Вэтом смысленационал-социализмбез него немыслим.

Кнеповторимонациональнымчертам, отличавшимнационал-социализмот фашистскихдвижений другихстран, относитсяи то, что длясвоего эксцентричногорадикализмаГитлер всегданаходил самыхпослушныхисполнителей.Ни одно гуманноечувство неразгладилона физиономиирежима то выражениеконцентрированнойжестокостии исполнительности, которое сделалоего единственнымв своем роде.

Ккому апеллировалнационал-социализм? Прежде всегок людям с ярковыраженным, но не направленнымстремлениемк морали. Привлечьтакой тип людей, организоватьего в элитарныйстрой он старалсяв первую очередьчерез СС.

Кодекс“внутреннихценностей”охватывал помнению ГенрихаГиммлера верность, честность, послушание, твердость, добропорядочность, бедность ихрабрость. Былвоспитан типбесчувственногоэкзекутора, требующегоот самого себя“холодного, даже каменногоповедения”и “переставшегоощущать человеческиечувства”12.Жестокостьпо отношениюк себе давалаему внутреннееоправданиебыть жестокими с другими, абуквальнотребуемойспособностишагать по трупампредшествовалоумерщвлениесобственного“я”.

Недостатокчеловеческоговоображения, обнаружившийся, начиная сНюрнбергскихпроцессов, входе всех судовнад действующимилицами тех лет, был не чем иным, как выражениемэтой утратычувства реальности.Она и была собственнонеповторимым, типично немецкимэлементом внационал-социализме.

Гитлермногократноизлагал своинамеренияоткрыто, безвсякой интеллектуальнойсдержанности.Но традиционноеразделениепридуманнойи социальнойреальностиуже давно создалопредставлениео том, что словане стоят ничего, а его словаказались ивовсе дешевкой.Рудольф Брайтшайд, председательфракции СДПГв рейхстаге, окончившийсвои дни вконцентрационномлагере Бухенвальд, радостнозааплодировал, узнав о назначенииГитлера рейхсканцлером, и сказал, чтонаконец-тоГитлер сам себяпогубит. Другие, произведяпредварительныерасчеты, полагали, что Гитлервсегда будетв меньшинствеи ни за что неполучит большинствав две трети, необходимогодля измененияконституции.Кажется, никтоне понимал, кемГитлер был насамом деле.

Почтини одна из идей, под знакомкоторых странапустилась всвою авантюру, не принадлежалаей одной; нонемецкой былата бесчеловечнаясерьезность, с которой онаотринула своесуществованиев областивоображения.

6.Неспособностьк выживанию

Почтибез перехода, словно одномгновениесменило другое, со смертьюГитлера икапитуляциейисчез и национал-социализм, как будто онбыл всего лишьдвижением, состояниемопьянения икатастрофой, которую он жеи породил.

Германиябыла единственнойпобежденнойв ходе мировойвойны страной, не породившейникакого движенияСопротивления.

Гитлервсего лишь закакие-то двенадцатьлет придал мируновый облик, и даже слепомувидно, что стольмощные процессыедва ли могутдостаточнымобразом объясненыкапризом дорвавшегосядо власти одиночки.Ибо только еслиэтот одиночкаявляется фигурой, интегрирующейразнообразнейшиеэмоции, страхиили интересы, и если влекутего впередмощные, приходящиеиз дальнихдалей энергии, становятсявозможнымиподобные события.

Втаком светееще раз вырисовываетсяроль и значениеГитлера поотношению кокружающимего силам: существовалгигантский, неупорядоченныйпотенциалагрессивности, страха, самоотдачии эгоизма, лежавшийвтуне и нуждавшийсялишь в том, чтобынекое властноеявление разбудило, сфокусировалои использовалоего.

Однимиз непреходящихгорьких уроковноябрьскойреволюции 1918года было осознаниетого, что существуетнеясная взаимосвязьмежду демократиейи анархией, чтохаотическиесостояния иявляются собственным, неподдельнымвыражениемподлинногонародовластия, а произвол —его законом.Отсюда нетрудноистолковатьвосхождениеГитлера и какпоследнююотчаяннуюпопытку удержатьстарую Европув условияхпривычноговеличия. Емувиделось, чтоконтинентугрозит мощныйдвойной натиск, чреватый чуждымЕвропе засильеми ее поглощением“бездушным”американскимкапитализмомс одной стороны, и “бесчеловечным”русским большевизмом— с другой. Ивполне правомерносуть выступленияГитлера былаобозначенакак “борьбане на жизнь, ана смерть”13.

Современнаямиссия рейхазаключаласьв том, чтобыдать уставшейЕвропе новыестимулы ииспользоватьее как резервуарсил для мировогогосподстваГермании. Гитлеррвался наверстатьупущенное наимпериалистическойстадии немецкогоразвития и, будучи последышемистории, выигратьглавный извозможныхпризов — гарантированноегигантскойэкспансиейвласти на Востокегосподствонад Европой, а благодаряэтому — надвсем миром.

МестоГитлера в историикуда ближе квеликим революционерам, нежели к тормозившимее, консервативнымвласть имущим.Но та мобилизациясил и воли кдействию, которыхпотребовалаего операцияпо спасению, чрезвычайноускорила процессэмансипации, а перенапряжениеавторитета, стиля, порядка, связанное сего выступлением, как раз и ослабиловзятые ими насебя обязательства.

КлараЦеткин виделаприверженцевфашизма в первуюочередь вразочарованныхлюдях всехслоев, в “наиболееусердных, сильных, решительных, отважных элементоввсех классов”14, и вот Гитлеруи удалось объединитьих всех в новоммощном массовомдвижении. Вовсяком случае, идеологическаяинициативав 30-е годы перешлана некотороевремя от Москвык Берлину, иутопия о классовомпримиренииоказаласьнастолько явносильнее утопиио диктатуреодного классанад всеми другими, что Гитлер смогпривлечь насвою сторонузначительныеотряды дажевызывавшеготакой страхпролетариатаи включить ихв пестрый составсвоих сторонников, где были людивсех классов, всех категорийсознания иимущественногоположения.

Чтоон не намеревалсяделать ни прикаких обстоятельствах, так это реставрироватьдоиндустриальноегосударствопривилегий, и никакие маскарадыне должнызатушевыватьтот факт, чтоон — вопрекисвоей амбициивосстановитьнемецкое прошлоес помощьюрадикальногонасилия втолкнулстрану в современность.Парадоксально, но только с нимв ГерманиизавершилсяXIX век.

ПревосходствоГитлера надвсеми егосоперниками, включая исоциал-демократов, основывалосьименно на том, что он острееи решительнееих осозналнеобходимостьперемен. Отрицаниеим современногомира проходилокак раз подзнаком современности.

И все-таки вГермании, даи в других странахтоже, фашистскиеили родственныеим тенденциипродолжаютжить: в первуюочередь некоторыепсихологическиепредпосылки, пусть и не имеющиелегко распознаваемойсвязи с национал-социализмомили даже выступающиепод непривычными, большей частьюлевыми знаменами, равно как иопределенныесоциальныеи экономическиеусловия. Наименееживучими оказалисьидеологическиепредпосылки, такие как, например, национализммежвоеннойпоры, обеспокоенностьпо поводу утратыстатуса великойдержавы илипаническийантикоммунизм.

Какбы ни подчеркивалГитлер надличностныйаспект своейзадачи, как быни напирал онна свою миссиюи как бы ни выдавалсебя за орудиеПровидения, выше своеговремени он таки не поднялся.Поскольку онне мог дать нивнушающей верукартины грядущегосостояния мира, ни надежды, нивдохновляющейцели, то ни однаиз его мыслейне пережилаего. Этот великийдемагог неоставил послесебя ни единогослова, ни единойзапоминающейсяформулы, точнотак же не дошлодо сегодняшнегодня ни единогоего строения, а он ведь стольжаждал статьвеличайшимархитекторомвсех времен; не осталосьдаже запланированныхим величественныхруин.

7.Заключение

Ивсе же темаГитлера остаетсяодним из вечныхсюжетов мировойисториографиии, видимо, обреченаоставатьсятаковой, посколькувсе новые иновые ее гранираскрываютсятолько в ходедвижения истории, в свете постояннообновляющегосяисторико-политическогои духовногоопыты.

Тоталитарныйрежим со временемразлагаетсяизнутри. Особенноиз политическойэлиты выходятлица, которыестановятсяв оппозициюк режиму. Свозникновениеминакомыслияот режима отчуждаютсясначала узкиегруппировкидиссидентов, затем широкиеслои населения.Довершаетразрушениетоталитаризмаотход от жёсткогоконтроля вэкономическойсфере. Такимобразом насмену тоталитаризмуприходитавторитаризм.

8.Приложение

(Все фотографиивзяты из интерактивнойэнциклопедииCompton’s Interactive EncyclopediaTM)

/>

  0. 11 ноября1918 года былообъявленоперемирие, положившееконец Первоймировой войне.Маршал Фош (стростью) и егопомощники вжелезнодорожномвагоне в Компьенскомлесу будутдиктовать своиусловия побежденнойГермании. Болеечем через 20 летв этом же вагонеАдольф Гитлербудет приниматькапитуляциюФранции.

/>

Бенито Муссолини и Адольф Гитлер на совещании во время Второй Мировой войны.

/>

Адольф Гитлер обращается к немецкому народу

/>

Гитлерюгенд прилагал все усилия, чтобы ориентировать молодых немцев надлежащим образом.

/>

В 1933 году десятки тысяч нацистов собрались на стадионе в Нюрнберге.

/>

На шествии нацистов по Нюрнбергу присутствовало около 120 000 человек, что говорит об огромном влиянии НСДАП.

/>

20 октября 1931 года, Бад-Харцбург. Гитлер обращается к членам НСДАП, требуя ухода правительства в отставку.

/>

Марш нацистов по немецкому городу. В предвоенные годы НСДАП приобрела в Германии большой вес и популярность.

Вена, Австрия. Функционеры НСДАП наблюдают как евреи чистят улицы города.

9.Литература

Гаднелев К. С. Тоталитаризм как феномен ХХ-го века. Вопросы философии, 1992, № 2.

Герштейн Р. Э. Война которую выиграл Гитлер. Пер. с англ. Под общ. ред. Г. Ю. Пернавского. — Смоленск: Русич, 1996.

Загладин Н. В. Тоталитаризм и демократия: конфликт века. Кентавр, 1992, №№ 7-8.

Оруэлл Дж. “1984” и эссе разных лет. Москва: Прогресс, 1989.

Фест И. Гитлер: Биография. 3 тома/Пер. с нем. А. М. Андронова, А. А. Федорова. — Пермь: Культурный центр “Алетейа”, 1993.

Что есть что в мировой политике. Словарь-справочник. Москва: Прогресс, 1987.