Реферат: Формирование системы колониального управления в Африке

--PAGE_BREAK--3. Антиколониальная борьба народов Тропической Африки. Последняя треть XIXвека


Упорная борьба африканских народов с европейскими поработителями перечеркнула расчеты колонизаторов на быструю и легкую победу. Умелые действия африканских военачальников, организаторов сопротивления, вынудили захватчиков вести длительные и кровопролитные войны, бросать в бой значительные вооруженные силы. В ряде случаев борьба приобрела затяжной характер, продолжалась многие годы и даже десятилетия.

В ходе освободительных войн раскрылся недюжинный талант борцов за независимость. Переход многих африканских руководителей движения сопротивления к тактике партизанских действий позволял им в течение длительного времени нейтрализовывать огромный военно-технический перевес врага. Некоторые походы колонизаторов оканчивались их поражением. В своей борьбе африканцы проявляли себя не только бесстрашными воинами, но и неплохими дипломатами, реалистически мыслящими политиками. Они умело защищали свои интересы во время переговоров с европейцами, часто используя противоречия между империалистическими державами.

Руководителями сопротивления становились в основном правители больших или малых государств, государственных образований, вожди отдельных племен. Среди них, в частности, выделялись такие как Самори (Западная Африка), Беханзин (Дагомея), Раббах (район озера Чад), Баи Буре (Сьерра-Леоне), Кабарега и Бушири (Восточная Африка), Мохаммед бен-Абдалла Хаса (Сомали), Лобенгула (Южная Родезия). В истории сопротивления народов Тропической Африки есть и другие имена: Мквава (Германская Восточная Африка), Ти-бати (Камерун), Мамаду Ламин (Сенегал), Мушири и Кавеле (Конго) и др.

Он был самым «трудным» противником французских завоевателей в Тропической Африке. Его шестнадцатилетняя героическая эпопея представляет одну из ярчайших страниц освободительной борьбы африканских народов. Французы называли его «Бонапартом Судана».

Самори родился в <metricconverter productid=«1830 г» w:st=«on»>1830 г. в Сананкоро (Республика Гвинея) в семье мелкого торговца. В начале 1870-х годов он предпринял первые шаги по объединению народа Мандинго и созданию сильного централизованного государства, получившего название Уасулу. В своей объединительной миссии Самори использовал различные средства. Предпочтение он отдавал дипломатии. Но когда ему не удавалось склонить противника к союзу на мирной основе, он брался за оружие и побеждал.

Престиж Самори рос по мере его дипломатических и военных успехов. В своей миссии по объединению племен и народностей в одно государство он опирался на религию. На присоединенных территориях вместо прежних традиционных верований он вводил ислам, который помогал ему обеспечивать единство подчиненных земель. В <metricconverter productid=«1881 г» w:st=«on»>1881 г. Самори провозглашает себя имамом (альмами).

Созданное Самори государство Уасулу было военно-феодальным образованием с сильными пережитками родоплеменных отношений и элементами рабовладения. Общая площадь государства составляла ЗОО тысяч кв. км, что примерно равно территории современных республик Сенегала и Либерии вместе взятых. Самори установил централизованное управление. Он разделил созданное им государство на десять больших губернаторств, которые, в свою очередь, делились на округа. Самую мелкую административную единицу в Уасулу составляли деревни.

Основу могущества государства Самори составляла сильная и хорошо организованная армия. Ее набор осуществлялся преимущественно из числа жителей Уасулу, но были и пленники, обращенные в воинов. Армия состояла из 10 корпусов, по числу губернаторств, и насчитывала в своих рядах до 10 тысяч воинов. С ополчением вооруженные силы Уасулу доходили до 20 тысяч, но не более. Поначалу армия была вооружена кремневыми ружьями, но в ходе сопротивления французским захватчикам происходило постепенное ее перевооружение благодаря добытым в боях скорострельным ружьям. Имелись в армии и кавалерийские части, максимальная численность которых не превышала 1500 всадников. Артиллерией Самори не располагал.

Альмами создал даже свои арсеналы, что было редким явлением для Африки конца XIXв. В арсеналах не только ремонтировалось оружие, но и создавалось новое. За неделю 300-400 кузнецов, местных умельцев производили 12 ружей и до 2 тысяч патронов.

До начала 1880-х годов между армией Самори и войсками французских колонизаторов боестолкновений не происходило. Французы еще не имели достаточно сил, чтобы позволить себе развязать войну против такого сильного государства, как Уасу-лу. Непосредственным поводом для развязывания Францией против него военных действий послужил захват воинами Самори ряда районов на левом берегу Нигера, где находились золотые копи. Первое столкновение произошло <date year=«18» day=«26» month=«2» ls=«trans» w:st=«on»>26 февраля <metricconverter productid=«1882 г» w:st=«on»>1882 г. Тогда французам удалось вытеснить африканцев из этого района.

В самом начале 1880-х годов военные действия между противниками велись от случая к случаю. Но уже <date year=«18» day=«2» month=«4» ls=«trans» w:st=«on»>2 апреля <metricconverter productid=«1883 г» w:st=«on»>1883 г. произошла битва на Ояко — одна из самых памятных в истории сопротивления Самори. Французы были разбиты, потеряв 10% своих войск, они отступили. Жаркие бои развернулись в 1885 и в начале <metricconverter productid=«1886 г» w:st=«on»>1886 г. В это время французы сосредоточили на верхнем Нигере отряд в количестве 900 человек. Это было самое крупное соединение, действовавшее здесь когда-либо до этого. Убедившись, что борьба с правителем Уасулу требует больших сил, французы решили пойти на перемирие. Положение колонизаторов осложнилось и началом выступления африканцев в Сенегале под руководством Мамаду Ламина, что создавало реальную угрозу их тылу.

В марте <metricconverter productid=«1887 г» w:st=«on»>1887 г. между двумя сторонами было заключено соглашение. Реально оценивая на тот момент соотношение сил, Самори уступил французам левый берег Нигера и согласился принять французский протекторат. Правда, для него он имел чисто формальный характер. Благодаря армии, которая оставалась в его распоряжении, альмами сохранил независимость своего государства.

Передышку в войне с Самори колонизаторы использовали для наращивания своих сил в регионе и подготовки нового наступления. Почувствовав себя достаточно сильными, французы возобновили военные действия. К <metricconverter productid=«1891 г» w:st=«on»>1891 г. укрепил свои силы и Самори. При этом он не исключал и использование новой тактики в действиях своих сил. На случай отступления армии предусматривалась эвакуация всего населения с занятых противником районах и отступление на новые территории. Эта тактика была необычной для африканского военного искусства конца XIXв. и свидетельствовала о блестящих способностях альмами. Отказался он и от ведения обороны в крепостях, которые были легко уязвимы для вражеской артиллерии. Начиная с <metricconverter productid=«1891 г» w:st=«on»>1891 г., армия государства Уасулу все время находилась в движении.

Новый этап вооруженной схватки между Францией и Самори продолжался с 1891 по <metricconverter productid=«1898 г» w:st=«on»>1898 г. Колонизаторы поставили задачу во что бы то ни стало сокрушить государство Уасулу. В начале <metricconverter productid=«1891 г» w:st=«on»>1891 г. они вторглись в его пределы. Хотя под натиском неприятеля армия Самори стала отступать, французы все же не достигли главного — разгрома армии альмами. В <metricconverter productid=«1894 г» w:st=«on»>1894 г. центр его государства перемещается в северную часть Берега Слоновой Кости. В этом же году Франция предпринимает очередную попытку покончить с Самори. Но африканцы, оказав упорнейшее сопротивление, заставили колонизаторов отступить на исходные позиции.

Сознавая, насколько силен и опасен был враг, Самори неоднократно пробовал договориться с французами за столом переговоров. Однако переговоры, происходившие в 1894,1895 и 1897 гг. оканчивались неудачей в силу неприемлемости для Самори требованием французской стороны о возобновлении установления протектората. Будучи достаточно опытным политиком, он использовал в своих интересах соперничество между Францией и Англией в их колониальных устремлениях. Альмами наладил дружеские отношения с Англией, рассчитывая на ее помощь в борьбе с французами. Но этот расчет оказался напрасным. В <metricconverter productid=«1897 г» w:st=«on»>1897 г. дело дошло даже до крупного столкновения его армии теперь уже с английскими отрядами, во время которого последние были разбиты.

Французская тактика преследования противника не приносила ожидаемого для колонизаторов результата. С <metricconverter productid=«1897 г» w:st=«on»>1897 г. французское командование прибегло к постепенному окружению армии альмами. Самори терял свободу маневра, все более ощущалась нехватка боеприпасов и продовольствия. В армии начался голод. <date year=«18» day=«29» month=«9» ls=«trans» w:st=«on»>29 сентября <metricconverter productid=«1898 г» w:st=«on»>1898 г. Французам удалось, наконец, проникнуть в расположение лагеря Самори и захватить его в плен. Самори потребовал, чтобы его лишили жизни, заявив, что «лучше умереть, чем жить в бесчестье», и предпринял неудачную попытку покончить с собой. Он был сослан в Габон, где и умер <date year=«19» day=«2» month=«6» ls=«trans» w:st=«on»>2 июня <metricconverter productid=«1900 г» w:st=«on»>1900 г.

Колонизаторам потребовалось семь лет почти непрерывных военных действий, прежде чем они смогли одержать победу. С чисто военной точки зрения такое длительное сопротивление является подвигом, поскольку ни вооружение армии альмами, ни ресурсы его государства не шли ни в какое сравнение с тем, чем располагал противник.

В Западной Африке ожесточенное сопротивление французской агрессии оказал и правитель государства Дагомея Беханзин, имя которого не сходило со страниц французской печати в 1890-х годах. Дагомея была одним из самых сильных государств Западной Африки, с хорошо организованной системой государственного управления и сильной армией. Она поддерживала связи со многими государствами, в том числе и с некоторыми европейскими.

Предметом особой заботы правителей («даба» — король) Дагомеи являлась армия. Она была постоянной, хорошо обученной и сравнительно неплохо вооруженной. Костяк войска составляла личная гвардия короля — корпус знаменитых амазонок. Он был учрежден в <metricconverter productid=«1818 г» w:st=«on»>1818 г. и набирался как среди дагомейских девушек и женщин, так и среди пленниц. Во время боевых операций мужская и женская части армии действовали раздельно. Мужские формирования располагались на флангах, женское — в центре. В армии имелись специальные службы: разведывательная, артиллерийская, инженерная и др. В мирное время армия насчитывала в своих рядах до 5 тысяч мужчин и 2 тысяч амазонок; в военное она развертывалась до 12 тысяч воинов. На вооружении имелась и артиллерия, но старых образцов. Имелись и свои арсеналы. В стране производился порох по технологии, заимствованной у европейцев, изготовлялось также оружие. В войсках придерживались своеобразной военной тактики: неожиданные атаки, скрытное передвижение отрядов, предоперационное действие разведки.

В <metricconverter productid=«1889 г» w:st=«on»>1889 г. королем Дагомеи стал Кондо, принявший при воцарении имя Беханзин (1889—1894). С <metricconverter productid=«1884 г» w:st=«on»>1884 г. после оккупации французами дагомейского города Порто-Ново отношения между странами стали напряженными. Дальнейшие экспансионистские устремления французов в Дагомее натолкнулись на решительный отпор. Принимая в конце декабря <metricconverter productid=«1889 г» w:st=«on»>1889 г. представителя Франции, Беханзин заявил, что местные обычаи запрещают королю уступать какую-либо часть его владений и что Дагомея никогда не признает претензий Франции на территорию страны.

Первая война Дагомеи с Францией началась в <metricconverter productid=«1890 г» w:st=«on»>1890 г. Беханзин со своей армией вступил в борьбу и одержал ряд побед. Понеся потери, французы отступили и пошли на заключение с королем мирного договора, который и был подписал в октябре <metricconverter productid=«1890 г» w:st=«on»>1890 г. Согласно договоренностям, Франция обязалась не предпринимать враждебных действий против Дагомеи. Таким образом, после первой войны с Францией страна отстояла свой суверенитет и независимость.

Договор нужен был Франции, как это было уже не раз, для передышки и подготовки нового нападения. Военные приготовления французов не остались незамеченными. Беханзин, видя неизбежность нового вторжения, предпринял меры по укреплению своей обороноспособности. Он приступил к широкому перевооружению своей армии современным оружием, закупив только у германских торговцев около 5 тысяч скорострельных ружей и боеприпасов к ним, а также четыре пушки. Завершить мероприятия не удалось, помешало возобновление военных действий.

Вторая война против Дагомеи со стороны Франции началась в августе <metricconverter productid=«1892 г» w:st=«on»>1892 г. Для нанесения удара французы собрали огромные по тем временам силы — около 3,5 тысяч солдат и офицеров. Это была самая большая французская экспедиционная армия, действовавшая когда-либо в Африке. Она была снабжена самым современным оружием, в том числе экспериментальными разрывными пулями. К берегам Дагомеи была стянута флотилия, включавшая 10 кораблей. Войскам колонизаторов противостояли 15 тысяч дагомейских воинов, на вооружении которых находилось до 8 тысяч скорострельных ружей и 15 пушек.

Военные действия продолжались свыше трех месяцев. Сопротивление дагомейской армии было столь упорным, что продвижение французских осуществлялось очень медленно. Дагомейские воины проявляли массовый героизм и самопожертвование. По свидетельству одного из французов, они «скорее лишали себя жизни на месте, чем отступали или сдавались в плен». Амазонки, атаковавшие французские позиции с особенной отвагой и смелостью, по его словам, были «похожи на стальную стену, ни пушки, ни пулеметы, ни залпы ружей не могли их остановить».

В этой войне в полной мере проявились выдающиеся организаторские способности и военный талант Беханзина. Благодаря умелым маневрам ему удалось вывести свою армию из-под удара и организованно отступить, чтобы затем вновь продолжить борьбу. По отношению к врагам, захваченным в плен, Беханзин неоднократно демонстрировал великодушие и благородство, примеры гуманности. В ноябре <metricconverter productid=«1892 г» w:st=«on»>1892 г. французы вступили в сожженную ее защитниками и покинутую населением столицу Абомей. С остатками армии Беханзин ушел на север. К концу <metricconverter productid=«1892 г» w:st=«on»>1892 г. большая часть территории страны оказалась захваченной колонизаторами.

Падение столицы и потеря значительной территории не означало для Беханзина окончания войны. Уже в декабре <metricconverter productid=«1892 г» w:st=«on»>1892 г. он со своими отрядами атаковывает ряд пунктов, занятых французами. Колонизаторам стало ясно, что без захвата Беханзина об «умиротворении» страны нечего и думать. В начале <metricconverter productid=«1893 г» w:st=«on»>1893 г. началась третья и последняя война между Францией и королем Дагомеи. В возобновившихся военных действиях против оккупантов Беханзин использовал уже чисто партизанские методы. Он разделил свое войско на небольшие отряды, которые стали ежедневно нападать на патрули и конвои противника, перерезали его линии коммуникаций. В рядах отрядов короля сохранялась железная дисциплина. Авторитет вождя среди воинов оставался непоколебимым. Действия Беханзина заставили французов вновь сосредоточить в Дагомее значительные силы — около 2 тысяч европейских и 1,5 тысячи африканских солдат колониальных войск, не считая флотилии. Угрожая мощью своей группировки, колонизаторы потребовали от короля прекратить сопротивление, обещая ему сохранить жизнь и назначить пенсию. Беханзин отказался капитулировать.

Неизвестно, сколько еще продолжалась бы борьба Беханзина, если бы французы не решились на вероломный шаг: они посадили на королевский трон его брата-коллаборациониста, за что тот согласился на принятие французского протектората. Предательство брата потрясло Беханзина. Перед своей добровольной сдачей в плен он в последний раз собрал всех своих воинов и в прощальной речи поблагодарил их за верность, почтив память тех, кто не вернулся с поля боя. Французские власти сослали Беханзина в Алжир, где он и умер в <metricconverter productid=«1906 г» w:st=«on»>1906 г.

До начала 1890-х годов в Европе почти ничего не знали о Раббахе и о созданном им государстве в Центральном Судане. Господствовало мнение, что земли этого района Африки можно будет захватить без труда, послав туда небольшую экспедицию. Но когда в <metricconverter productid=«1891 г» w:st=«on»>1891 г. французские колонизаторы предприняли первую попытку проникнуть к озеру Чад, они сразу почувствовали силу сопротивления государства Раббаха. В течение десяти лет Раббах успешно противостоял усилиям французов утвердить свое господство в этом районе.

Он родился в <metricconverter productid=«1840 г» w:st=«on»>1840 г. в Судане. Отцом его был раб, араб по национальности, имевший профессию столяра, а мать — африканка. Определенное время Раббах прослужил в египетско-суданской армии. Затем покинул ее ряды и встал на путь борьбы с колонизаторами. Он собрал вокруг себя единомышленников и обосновался в Дар-Рунга (на севере нынешней Центральноафриканской Республики). Увеличив число своих сторонников до нескольких тысяч, Раббах приступил к завоеванию соседних земель и строительству на их территории государства.

Свою объединительную миссию с использованием силы Раббах начал в <metricconverter productid=«1879 г» w:st=«on»>1879 г. с захвата небольшого султаната Дар-эль-Кути и закончил в <metricconverter productid=«1896 г» w:st=«on»>1896 г. подчинением государства Борну. К моменту столкновения с европейцами он уже контролировал обширные территории. Военные успехи Раббаха на пути создания нового государственного образования пришлись не по нраву европейцам, в частности, французам. Пожалуй, ни один из африканских деятелей конца XIXв. не получал в свой адрес столько бранных слов, сколько Раббах.

Тем временем слава о его государстве распространилась далеко за пределы Центральной Африки. С ним установили связь страны Северной Африки, в том числе и государство махдистов в Судане. Себя он стал именовать не иначе как «эмир Борну от имени Махди». Государство Раббаха представляло собой военно-феодальную монархию. Духовную жизнь новообразования определял ислам. Единая религия во многом способствовала консолидации государства. Порядок в стране обеспечивала сильная и дисциплинированная армия, на создание которой он положил много сил и труда. Ее численность достигала 20 тысяч, включая тысячу кавалеристов. Примерно четвертая часть войска была вооружена ружьями и мушкетами, остальные воины располагали только копьями, луками, бумерангами. Артиллерия состояла из нескольких пушек, захваченных у французов. Раббах внимательно изучал и старался перенять опыт организации колониальных войск в Африке, в частности, французских и англо-египетских. Его войско было построено по европейскому образцу и разделено на 24 роты, включавшие в себя более мелкие подразделения. Излюбленная военная тактика Раббаха заключалась в навязывании противнику боя в момент его передвижения и в невыгодных для него условиях.

Первое боестолкновение с французскими захватчиками, произошло в <metricconverter productid=«1891 г» w:st=«on»>1891 г. В район озера Чад направилась разведывательная экспедиция французов, в задачу которой входила подготовка оккупации земель государства. Отряд попал в засаду и был полностью уничтожен. Такая же участь постигла в ноябре <metricconverter productid=«1891 г» w:st=«on»>1891 г. и второй отряд французов. Только третьему удалось избежать разгрома. Это сопротивление надолго отбили у Франции охоту к завоеванию земель Раббаха.

Усиление угрозы французского вторжения заставило эмира предпринять ряд мер по обеспечению безопасности своего государства. В <metricconverter productid=«1898 г» w:st=«on»>1898 г. он провел ряд военных операций по нейтрализации сепаратистски настроенных князьков, уже успевших заключить с Францией соглашения о протекторате, а также разрушил линии коммуникаций французских войск в регионе. В мае <metricconverter productid=«1899 г» w:st=«on»>1899 г. французы организовали очередную военную экспедицию к озеру Чад. В битве у Тогбао Раббах нанес ей сокрушительное поражение. Это поражение заставило французов увеличить численность войск. Они подтягивались из Сенегала, Конго и Алжира. Предполагалось, что после их соединения на берегах озера Чад Раббаху будет дан решающий бой. Располагая теперь мощной артиллерией и поддержкой военной флотилии, французы в октябре <metricconverter productid=«1899 г» w:st=«on»>1899 г. атаковали эмира. Произошла битва при Куно. Но и на этот раз захватчикам не удалось взять реванш за прошлые поражения. Напротив, потеряв половину личного состава, французы были вынуждены вернуться на исходные позиции.

В начале <metricconverter productid=«1900 г» w:st=«on»>1900 г., вновь перегруппировавшись и получив дополнительную помощь, колонизаторы двинулись к району Кусери. На сей раз они сосредоточили против Раббаха около тысячи солдат и офицеров своих регулярных войск. Эмир выставил против них 1850 воинов, вооруженных ружьями, 4 тысячи копьеносцев и 600 кавалеристов. Решение дать бой в крепости явилось роковой ошибкой Раббаха. Он поставил себя под удар артиллерии. В течение нескольких часов французская артиллерия методически бомбардировала укрепления крепости. Оборонявшиеся проявляли стойкость и героизм. Стали отступать только тогда, когда Раббаха настигла пуля противника. После гибели эмира борьбу продолжил Фадель Аллах, сын погибшего полководца. Как и его отец, он тоже нашел смерть на поле сражения.

    продолжение
--PAGE_BREAK--