Реферат: Экономические проблемы Содружества Независимых государств

--PAGE_BREAK--«разбегаться» в разные стороны. Россия, ко­нечно, все еще остается главным центром экономического притяжения для осталь­ных стран Содружества. Но ее доля в экс­портных поставках даже ближайших со­седей (Белоруссии, Украины, Молдавии и Казахстана) неуклонно снижается. Еще быстрее ослабевают торговые связи меж­ду остальными странами СНГ.

Минувшее десятилетие показало, что объективные условия для интегриро­вания экономик стран СНГ не улучшились, а значительно ухудшились, не говоря уже о том, что их хозяйственные механизмы в большинстве случаев стали менее схожи­ми, а значит, и менее совместимыми, чем были в начале 90-х годов. Так, по оцен­кам Европейского банка реконструкции и развития, в 2002 г. доля частного секто­ра в формировании ВВП Армении и Рос­сии составляла 80%, Грузии, Казахстана и Украины — 65%, Азербайджана и Кир­гизии — 60%, Молдавии и Таджикистана — 50%, Узбекистана — 45%, Туркмении — 25%, а Белоруссии — лишь 20%. Можно ли интегрировать белорусскую экономи­ку с российской, если участие государ­ства там в 5 раз выше, чем у нас? Или хотя бы с украинской и казахской, где оно в 3,3 раза меньше, чем в Белоруссии? В таких условиях не приходится рассчиты­вать на то, что ситуация с экономическим интегрированием этих стран в ближай­шем будущем может измениться к лучше­му [4, стр. 22].

Вопреки таким реалиям ряд стран СНГ упорно стремится переломить дезинтеграционные процессы. И делают это пу­тем последовательного усложнения выдвигаемых задач и расширения полномочий интеграционных институтов. Обратите внимание: вначале (правда, после явного провала Соглашения 1992 г. о принципах таможенной политики) предполагалось создать зону свободной торговли. Это наиболее простая и приемлемая для всех форма организации взаимного товарооб­мена, которая связывает тарифно-тамо­женную политику государств-членов толь­ко в части их взаимной торговли, остав­ляя полную свободу действий в отношении всех других торговых партнеров. Вполне очевидно, что чем большая доля внешне­торгового оборота страны ориентирована на таких «внешних» партнеров, тем мень­ше ей хочется связывать себе руки в от­ношениях с ними единой тарифно-торго­вой политикой [13, стр. 73].

Однако, несмотря на возрастание такого объективно тормозящего фактора (см. табл. 2 приложения), в 1995-1996 гг., как уже сказано, пять стран во главе с Россией, не доведя до конца формирование зоны сво­бодной торговли, решают создать тамо­женный союз. Это обязывает всех его уча­стников иметь единую таможенную терри­торию и, соответственно, единый тариф­ный барьер по отношению к третьим стра­нам, а следовательно, и проводить единую внешнеторговую политику в отношении всего остального мира. Тем самым должен быть положен конец самостоятельности государств-членов «пятерки» в их торго­вых отношениях с прочими странами. Это, естественно, идет вразрез с их нацио­нальными экономическими интересами.

Ведь менее индустриализирован­ные страны СНГ предпочитают не вводить высоких импортных пошлин на готовые изделия (например, на автомобили) из дальнего зарубежья, тогда как Россия, Белоруссия и некоторые другие развитые государства Содружества, напротив, за­интересованы в создании внутри тамо­женного союза тепличных условий для своей обрабатывающей промышленности. Поэтому в таможенный союз в 1995-1996 гг. удалось включить только пять стран. Но и в таком узком составе каждая из них настаивает на длинном списке изъятий из единого согласованного тари­фа, оставляя для себя солидные бреши в этом барьере. Не удивительно, что за шесть лет существования «пятерки» уда­лось согласовать лишь 10% единых им­портных тарифов. Вместе с 50% изна­чально совпадавших это дает 3/5, но остальные 2/5 затрагивают жизненно важ­ный для каждой страны-участницы импорт и не поддаются приведению к общему знаменателю. А коли так, то единый та­рифный барьер в целом ввести невозмож­но.

Тогда решили преобразовать несо­стоявшийся Таможенный союз в Евразий­ское экономическое сообщество, предпо­лагающее еще более высокую степень ин­теграции. При этом предпринята попытка ужесточить процедуру принятия коллек­тивных решений: принцип единогласия заменен принципом квалифицированного большинства. Теоретически это позволя­ет той или иной коалиции стран внутри «пятерки» навязывать свою волю колеблю­щимся или строптивым ее членам.

Наконец, новая инициатива еще более амбициозна, поскольку единое эко­номическое пространство — это не только общая таможенная территория, но и общий рынок услуг, капиталов и рабочей силы, что в принципе предполагает либо тес­нейшую увязку рыночных курсов нацио­нальных валют, либо введение единой ва­люты типа евро в ЕС. Кроме того, это предполагает единую модель хозяйство­вания и очень близкие политические ре­жимы высокоразвитой демократии. При­мечательно, что и в этом случае не обо­шлось без усиления надгосударственного начала: объявлено о намерении создать межгосударственную комиссию по тор­говле и тарифам, независимую от нацио­нальных правительств. Похоже, что в этом плане мы окажемся впереди планеты всей. Органов, независимых от государств-чле­нов, нет ни в ЕС, ни в одном другом интег­рационном объединении.

Итак, интеграция в странах Содружества тормозится по следующему ряду причин:

·        неготовность стран Содружества к самостоятельной экономической деятельности;

·        неконкурентоспособность товаров, выпускаемых в странах СНГ, по сравнению с более качественными зарубежными товарами, или же невыгодность продажи некоторых  товаров внутри Содружества из-за их более высокой цены за его пределами;

·        несовпадение целей, преследуемых разными странами Содружества;

·        невозможность (на данном этапе) создания единого экономического пространства и таможенного союза.

Все это препятствует интеграции внутри СНГ и делает сложным вливание национальных экономик в мировое хозяйство.

Таким образом, на протяжении уже десяти лет на постсоветском простран­стве наблюдается уникальное явление: чем меньше страны СНГ по объективным причинам способны к реальному интегри­рованию, тем более неподъемные интег­рационные проекты выдвигаются и тем больший упор делается на институцио­нально-административный ресурс. Вектор реального экономического развития и вектор политических усилий направлены в противоположных направлениях. Похоже, что лидеры «пятерки», «четверки» и рос­сийско-белорусской «двойки» рассчиты­вают переломить ситуацию волевыми при­емами. Возможно, сказывается то, что и лидеры, и в целом политические элиты стран СНГ воспитывались в эпоху, когда все экономические процессы происходи­ли «по воле партии и правительства». Но пора бы уже усвоить, что законы экономи­ки столь же объективны и неумолимы, как законы физики или химии. Через колено их не переломишь. Сколько бы ни переиме­новывались их многосторонние объедине­ния, как бы ни переделывались их меж­правительственные организации, повер­нуть вспять объективно обусловленный процесс дезинтеграции экономического пространства Содружества невозможно.

В  этих условиях единственно  ра­зумным является ориентация на обычные двусторонние торгово-экономические отношения, какие Россия и другие госу­дарства СНГ успешно развивают со стра­нами Прибалтики, Восточной Европы, Юж­ной и Восточной Азии. Такая модель отно­шений внутри Содружества фактически давно сложилась. И лучше бы, не наступая раз за разом на одни и те же грабли, эф­фективно использовать эту оправдавшую себя форму сотрудничества.


2. Проблемы развития экономик стран СНГ и Проблемы внешней торговли.


В 1991 г. все государства СНГ начали экономические реформы, которые ха­рактеризуются как общими (либерализация цен и внешнеэкономической дея­тельности, стремление к конвертируемости национальных валют, приватизация государственной собственности), так и специфическими (преодоление внешней зависимости в сырьевой, продовольственной, военной и других областях) мера­ми. Но либерализация цен обусловила неэффективность многих кооперацион­ных связей, а либерализация, внешнеэкономической деятельности выявила не­конкурентоспособность большинства производств. Приватизация собственнос­ти породила неуправляемость и безответственность в экономической сфере.

Существенно ограничивают возможности интеграции складывающиеся в странах Содружества экономические и социальные условия: неравномерность распределения экономического потенциала, усиливающаяся недостатком топ­ливно-энергетических ресурсов и продовольствия; военные конфликты на тер­риториях отдельных стран Содружества; противоречия между целями нацио­нальной политики и интересами МВФ, Мирового банка; неунифицированность национальных правовых баз [17, стр. 52].

Тенденции социально-экономического развития стран Содружества харак­теризуют таблицы 3 и 4 приложения. Объем ВВП, промышленного и сельскохозяйственного производства, уровень инвестиций упали, резко сократились транспортные по­токи, реальные доходы населения уменьшились, возросла безработица и усили­лись инфляционные тенденции. При этом глубина спада в промышленности бы­ла больше, чем в сельском хозяйстве, что позволяет сделать вывод о деиндустриализации производства, снижении его эффективности. Это стало основным фактором падения доходов населения, соответственно потребления, зафиксиро­ванного уменьшением розничного товарооборота в СНГ.

Экономический рост, обозначившийся в последние годы в странах СНГ, пока не в силах преодолеть сложившиеся в них деформации воспроизводственно­го процесса. Можно говорить лишь о некотором ослаблении их негативных по­следствий для макроэкономики за прошедшее десятилетие. В среднем по стра­нам СНГ за 1991-2000 гг. ВВП снизился на 34%, объем промышленного произ­водства — на 40, продукция сельского хозяйства — на 28, инвестиции в основной капитал — на 67%. Почти во всех странах Содружества еще не достигнут доре­форменный уровень ключевых экономических показателей. Так, ВВП России в 2000 г. составил 68% объема 1991 г., Белоруссии — 90, Казахстана — 78, Кирги­зии — 72, Украины — 47, Молдовы — 60, Азербайджана — 60% [21, стр. 83]. В среднем по стра­нам СНГ объем ВВП в 2000 г. был равен 66% уровня 1991 г. Все страны форми­ровали дефицитные бюджеты, а, начиная с 1998 г., озабочены выплатами по внешнему долгу. Иностранные инвестиции так и не достигли больших объемов, промышленность оставалась на низком технологическом уровне и не смогла на­чать выпуск конкурентоспособной продукции. Только в последние годы темпы роста ВВП стабилизировались.


Одним из последствий структурной деформации производства и инвести­ций стало чрезмерное развитие добывающих отраслей. Это превращает госу­дарства Содружества в ресурсные сегменты мирового рынка, лишает их эконо­мические системы взаимозависимости и взаимодополнения и, соответственно, выступает объективным препятствием для их интеграции, поскольку для добы­вающих моноотраслевых стран она бессмысленна.

В России усиление сырьевой специализации промышленности и структуры отечественного экспорта привело к чрезмерной импортной зависимости внут­реннего рынка, угрожающему росту государственного внешнего долга, сопро­вождающемуся неконтролируемой утечкой российского капитала за рубеж.

Большинство государств Содружества переориентировали внешнеэко­номические связи на третьи страны. Так, объем торговли России со страна­ми Содружества снизился со 138,1 млрд. долл. в 1991 г. до 19 млрд. в 1999 г. В 2000 г. лишь у Белоруссии и Таджикистана большая часть экспортно-им­портных операций приходилась на долю партнеров по Содружеству (см. табл. 5 приложения). Стоимость взаимных товарных поставок все больше растет, а их физичес­кий объем сокращается. По ряду важных товаров (нефтепродукты, алюми­ний, целлюлоза, сахар, сливочное масло, легковые автомобили и др.) цены в торговле между странами СНГ превысили уровень мировых, что нередко де­лает более дешевой их закупку вне границ группировки. Россия, например, по отдельным товарам упускает выгоду в торговле с ближним зарубежьем (см. табл. 6 приложения). Переход на мировые цены предопределил высокий уровень несба­лансированности структуры промышленности, создал благоприятные усло­вия для развития сырьевых отраслей и неблагоприятные — для перерабаты­вающих, в первую очередь для машиностроения, легкой и пищевой промы­шленности.

Хотя в отдельных случаях доля взаимной торговли достаточно высока, ее общий объем в рамках Содружества по-прежнему уступает объему торговли с дальним зарубежьем. Россия по-прежнему остается для большинства стран Со­дружества их основным партнером, что объясняется в основном зависимостью от ее поставок энергоресурсов, отдельных видов сырьевых товаров и машинно-технической продукции. Доля России во внешнеторговом обороте отдельных стран СНГ составляет от 54 до 88%. Весьма существенно ее участие и в торго­вом обороте с дальним зарубежьем (78% экспорта и 57% импорта).

Включение стран СНГ в мировую экономику — главное достижение их неза­висимого хозяйствования. Общий объем экспорта из СНГ в остальной мир со­ставил в середине 90-х гг. 80 млрд. долл. Однако общий объем внешней торгов­ли не соответствует их экономическому потенциалу. На страны СНГ приходится лишь 4,5% мирового оборота. Экспорт товаров и услуг в страны вне СНГ в рас­чете на душу населения в середине 90-х гг. составлял в среднем по Содружеству всего 277 долл. в год (в России — 443, Белоруссии — 72, Казахстане — 141, Турк­менистане — 125, Украине 108, Таджикистане — 85, Узбекистане — 75, Молдове -64, Азербайджане — 44, Кыргызстане — 31, Армении — 28, Грузии — 13 долл.)[14, стр. 83].

В экспорте стран СНГ снизилась доля готовых товаров и услуг, а также ком­плектующих изделий, выросла доля необработанного сырья. Более 40% экспор­та России — сырая нефть и природный газ, почти треть общего объема экспорта Белоруссии составляет сырая нефть (реэкспорт из России), 80% экспорта Азер­байджана — нефть и продукты ее переработки; 52% экспорта Казахстана — ка­менный уголь, сырая нефть, продукты ее переработки, ферросплавы, медь и медные необработанные сплавы, никель, алюминий; 50% экспорта центрально-азиатских республик — хлопковое волокно.

Образовавшуюся в связи с падением отечественного производства нишу на потребительском рынке стран СНГ все интенсивнее заполняет импортная продукция. В 1991 г. товарное обеспечение розничного товарооборота при­мерно на 90% формировалось за счет продукции собственного производства, а в 2000 г. в России и на Украине, например, оно наполовину состояло из им­портных товаров, по отдельным видам одежды и обуви — на 60-80%. Между тем чрезмерная зависимость внутреннего рынка от импортных поставок про­довольствия и потребительских товаров создаст угрозу экономической безо­пасности (в мировой практике предельным уровнем безопасности считается 30%-ная доля импорта во внутреннем потреблении, в том числе 25% по про­довольствию).

Стабильное положение на потребительских рынках Содружества в по­следние годы во многом достигнуто за счет импортной продукции. Все боль­ше проявляется тенденция зависимости от стран дальнего зарубежья не толь­ко в сфере высокотехнологичных производств, но и обычных потребитель­ских товаров. При этом они вытесняют неконкурентоспособные товары на­циональных производителей. В результате целые отрасли оказались вытес­ненными с рынка.

Структуры импорта и экспорта стран Содружества свидетельствуют о том, что в дальнее зарубежье устойчиво поставляются невозобновляемые товары, а в ближнее поступают потребительские товары. Кроме того, нет эффективного механизма, который переориентировал бы выручку от внешнеэкономической деятельности стран СНГ в сферу реального производства. Она уходит либо в оффшоры, либо пополняет спекулятивный капитал, будоражащий финансовый рынок. Все это создает предпосылки для закрепления той модели хозяйствова­ния, при которой преимущественное развитие получают сырьевые отрасли.

Одна из острейших проблем экономического развития стран СНГ в начале XXIв. — погашение и обслуживание внешнего долга. Суммарный объем госу­дарственного внешнего долга России в 2000 г. составил 158,4 млрд. долл., в том числе 103,6 — долги бывшего СССР и 54,8 — РФ. Украина же входит в число 30 стран мира, имеющих внешний долг более 12 млрд. долл. По относительному уровню задолженности лидирует Кыргызстан, чей внешний долг составил по отношению к ВВП 104%, а к экспорту товаров и услуг — 228%. По затратам на обслуживание внешнего долга Туркменистаном выделяется 14,5% к ВВП и 31% к экспорту (5-е место в мире) [21, стр. 86].

Несбалансированность торговли и низкая платежеспособность стран-участниц СНГ привели к образованию их крупной задолженности России — свыше 8 млрд. долл. Несмотря на то, что часть долгов была переоформлена в техничес­кие кредиты, просроченная задолженность за поставки по прямым хозяйствен­ным договорам постоянно растет и может быть отнесена к разряду безнадежных долгов. Только за энергоресурсы страны ближнего зарубежья задолжали России более 2,5 млрд. долл., в том числе Украина — 1,4 млрд. долл. При этом Россия продает газ странам Запада по 110 долл. за 1000 м3, а Украине — по 80, Армении — по 53 и Грузии — по 50 долл. [8, стр.136]. Правительство РФ и сейчас рассматривает воз­можности увеличения объемов кредитования партнеров по интеграции, тогда как предоставление новых кредитов следовало бы увязать с возвращением дол­гов, их трансформацией в государственные долги, или, что более действенно, имущественным обеспечением долга. В счет погашения задолженности государ­ство-должник может передавать свои объекты собственности или пакеты акций приватизированных предприятий, представляющих интерес для кредитора.

Таким образом, можно обозначить ряд проблем, связанных с  экономическим развитием стран-участниц СНГ: деиндустриализация производства и снижение его эффективности, деформации воспроизводственно­го процесса, превращение стран СНГ в ресурсные сегменты мирового рынка по причине слишком сильного развития добывающей промышленности, снижение доли готовых товаров в экспорте стран СНГ, проблемы с погашением внешнего долга. Эти проблемы являются на данный момент самыми острыми и требуют безотлагательного решения.
    продолжение
--PAGE_BREAK--3. Инвестиции в переходной экономике.

В мировой практике инвестиции исчисляются как разность между стоимо­стью произведенной продукции и размером текущего потребления (в статисти­ке стран СНГ этот показатель называется валовым накоплением). В широком смысле слова они отражают общий объем сбережений, включая капиталовложе­ния в производство, социальную сферу, человеческий капитал, индивидуальное жилищное строительство, ценные бумаги, банковские счета и даже сбережения «в чулке». В развитых индустриальных странах сбережения, по данным Все­мирного банка, составляют в среднем 20-23% ВВП (в ФРГ — 22%, США — 16%), а средний темп его прироста в 90-х гг. — соответственно 1,5 — 2,5% в год. В мо­лодых государствах накопления в среднем достигают 17%. При быстрых (в сравнении с Европой и Японией) темпах роста населения прирост ВВП там со­ставляет 3-4% в год, а в расчете на душу населения — 1,5-1,8% [15, стр. 113].

Объем внутренних инвестиций, по подсчетам Всемирного банка, в России и других странах СНГ в 90-х гг. составлял 27-30% ВВП (в 1996 г. — 21%). С 1997 г. ВВП СНГ увеличивается, причем весьма медленно — менее чем на 1%.

Для оплаты растущего объема импорта необходимо увеличить «дальний» экспорт продукции добывающих отраслей. Поэтому в странах Содружества, не­смотря на снижение доли средств, направляемых в производственные инвести­ции (с 67% в 1991 г. до 59% в 2000 г.), возросла доля капитальных вложений в топливную промышленность и энергетику: в Азербайджане — с 73 до 84%, в России — с 40 до 57, на Украине — с 31 до 46% [7, стр. 137]. Увеличилась также доля инвес­тиций, направляемых в металлургию, но повсеместно снизилась доля вложе­ний в машиностроение и легкую промышленность.

Опасно, что данные тенденции имеют нарастающий характер. Чем интен­сивнее добывающие отрасли стран СНГ «врастают» в систему мирохозяйствен­ных связей, тем глубже спад производства в их обрабатывающих отраслях. Это в свою очередь неизбежно подталкивает государства Содружества к еще более энергичным усилиям по развитию торговли с дальним зарубежьем, в основе ко­торой — ускоренное развитие добывающих отраслей и их ориентация на миро­вой рынок, что, разумеется, препятствует интеграции в СНГ, превращая его уча­стников в ресурсные придатки мирового рынка.

Россия в 1994-2000 гг. инвестировала в экономику стран ближнего зарубе­жья немалую сумму — 1,5 млрд. долл. Однако факт ее «инвестиционного при­сутствия» в большинстве стран нередко рассматривают как угрозу суверените­ту и усиление зависимости от России, нуждаясь в разносторонней помощи. Вместе с тем настороженно воспринимают проекты надгосударственного харак­тера, тщательно ограждают свою самостоятельность, особенно когда речь идет о выходе на мировые рынки, получении зарубежнойпомощи и привлечении иностранных инвестиций.

Структура и географическая направленность внешнеторгового оборота от­ражают стремление отдельных стран Содружества удержать традиционные и проникнуть на новые, более привлекательные по условиям торговли сырьевые рынки «третьих стран», сохранить конкурентную способность экспортоориентированных отраслей и производства, а также поддержать и расширить ассор­тимент потребительских товаров.

Ограниченность финансовых ресурсов не позволяет переломить ситуацию в целом: для изменения структуры экономики на 1% требуются финансовые ре­сурсы, эквивалентные 2-3% ВВП. С одной стороны, финансовые ограничения способствуют относительной устойчивости структуры спроса и оправдывают усилия по сохранению прежней специализации и кооперирования в рамках СНГ. С другой — неопределенность экономической политики подталкивает ряд стран Содружества к поиску ресурсов (в том числе и внешних) для проведения струк­турных преобразований в целях обеспечения экономической безопасности.

Финансовый кризис 1998 г. негативно отразился на банковской системе стран Содружества и привел к уходу многих иностранных инвесторов с их рын­ков. Однако в настоящее время наблюдается некоторая стабилизация в сфере инвестирования реального сектора экономики, о чем свидетельствует динамика инвестиций в основной капитал. В 1999 г. по сравнению с 1998 г. объем инвес­тиций в основной капитал в среднем по странам Содружества увеличился на 5%, что достигнуто благодаря четырем участникам интеграции: Казахстану (8%), России, Узбекистану и Украине (по 1-3%). В Армении объем инвестиций сохранился на уровне 1998 г., тогда как в Грузии сократился на 57%, в Молдове — на 25, Киргизии, Азербайджане и Белоруссии — на 2-5%. В 2000 г. по сравне­нию с 1999 г. объем инвестиций в основной капитал в среднем по Содружеству возрос на 15%, правда, по сравнению с 1991 г, он составил лишь 33%. В Бело­руссии, Казахстане и Туркменистане капитальные вложения на душу населения в 1999 г. превысили уровень 200 долл., в России они составили 187, Узбекиста­не — 177, Азербайджане — 141, Украине — 86 долл. В третью группу вошли Ар­мения — 39 долл., Грузия — 34, Кыргызстан — 36, Молдова — 41, Таджикистан -16 долл. [15, стр. 95].

Сложность переходной экономики заключается в том, что одновременно приходится решать задачи системных и структурных преобразований, а также антикризисной макроэкономической стабилизации. Системные преобразования неизбежно сопровождаются трансформационным спадом производства и инве­стиций. Собственных источников финансирования для преодоления рецессии, и тем более для назревших структурных изменений, все еще недостаточно. Новые формы хозяйствования нуждаются в финансовой поддержке, для чего не хвата­ет внутренних ресурсов. При этом для успешного развития экономики важны прямые иностранные инвестиции. Они способствуют структурным реформам базовых отраслей экономики, росту научно-технического потенциала и комму­никационных связей. С 1989 по 1998 гг. в экономику России вложено в этой форме 510 млн. долл., Казахстана – 2761 млн., Украины – 1167 млн., Узбекиста­на – 342 млн., Молдовы – 150 млн., Киргизии – 132 млн., Белоруссии – 110 млн. Грузии – 94 млн., Армении – 47 млн. долл. Показатели весьма скромные. К то­му же предпочтение отдастся сырьевым отраслям. Так, в Туркменистане и Азербайджане преобладающая часть инвестиций направляется на развитие нефтегазового сектора и обслуживающие его отрасли, горно-добывающую и обрабатывающую промышленность, в Узбекистане, помимо топливно-энерге­тического комплекса, — в машиностроение и автомобилестроение, в золотодо­бывающую отрасль.

Во всех странах Содружества снижается доля валового накопления, что явилось результатом уменьшения удельного веса инвестиций в основной капи­тал в общем объеме ВВП (при некотором росте в нем доли изменяющихся запа­сов материальных оборотных средств). В 2000 г. в среднем по СНГ удельный вес инвестиций в основной капитал оценивался (в текущих ценах) примерно в 22%, что меньше, чем в 1994 г. Без накопления любая страна неотвратимо «проедает» накопления, распродаёт свою собственность, что предопределяет утрату государственного суверенитета.

Финансовые ресурсы практически всех государств-участников СНГ все еще не в полном объеме выполняют важнейшую функцию денег — средства пла­тежа (расчетов по товарным и нетоварным операциям). Они недостаточно обес­печивают нужды взаимной торговли стран Содружества. Прямая взаимная кон­вертируемость национальных валют, хотя и осуществляется, тем не менее, объе­мы ее пока не велики. На 300 валютных биржах в странах СНГ среднедневной оборот составляет всего 0,3 млрд. долл. (в мире — 2 трлн. долл.) Так, на Москов­ской межбанковской валютной бирже ежедневно объем торгов за рубли состав­ляет 100-200 млн. долл., объем конвертации украинской гривны в месяц не пре­вышает нескольких сотен тысяч долларов, казахстанских тенге — нескольких де­сятков тысяч долларов. Для решения интеграционных задач, в том числе для со­здания зон свободной торговли, крайне важно быстрейшее формирование еди­ного биржевого пространства, налаживание механизма текущих котировок мяг­ких валют.

Следует озаботиться партнерам и увеличением доли национальных валют в обслуживании взаимного товарооборота, что предполагает соответствующую ор­ганизацию расчетов в рамках эффективной платежной системы. При этом важно не потерять перспективу, которая связана с движением к взаимоконвертируемос­ти валют государств Содружества, применению обменного курса валют, форми­руемого в соответствии со спросом и предложением. Необходимокак можно бы­стрее договориться о взаимном присутствии валют в резервах национальных бан­ков государств-участников СНГ. Иначе национальные «мягкие» валюты не смо­гут обслуживать взаимный товарооборот больше, чем на сегодняшние 15% [11, стр. 121].
4. Вступление стран СНГ в ВТО.

По прошествии 10 лет после распада СССР страны СНГ до сих пор пытаются найти подходящую структуру управления их взаимных торговых отношений. В настоящее время множество наполовину выполняемых двусторонних соглашений и ряд бумажных соглашений регулируют внутренние торговые отношения СНГ.

Прогресс в области исполнения торговых положений двусторонних и многосторонних торговых соглашений между странами СНГ затруднен либерализацией импорта. Страны СНГ участвуют в процессе либерализации торговли с 1992 г., открывая свою экономику для импорта и инвестиций из стран не СНГ. Вступление в ВТО обозначит кульминацию процесса посредством кодирования либерализации торговли в законы для каждой страны-претендента.

Пока страны СНГ продолжают зависеть от рынков друг друга в области экспорта, в последние десять лет каждая из них пыталась диверсифицировать свои ресурсы и ассортимент импорта. Для каждой страны стало возможным участие в РТС, при этом обеспечивая продолжительный доступ к рынкам СНГ, однако значительно сократив концессии при входе на их рынки продукции от “традиционных поставщиков”. В результате чего даже там, где применялись двусторонние соглашения, продукты чувствительных секторов были освобождены, а нетарифные барьеры стали растущим препятствием в законной торговле.

До тех пор, пока не завершится процесс вступления в ВТО, маловероятно, что произойдут какие-либо серьезные сдвиги в сторону более глубокой формы интеграции, а именно, таможенных или экономических союзов. Так как механика процесса вступления в ВТО включает в себя как двусторонние, так и многосторонние переговоры по входным импортным концессиям, то странам намного легче договориться, если они не ограничены обсуждением таких вопросов с остальными партнерами по таможенному союзу. Ввиду того, что ССТ (система сертификации услуг на транспорте) позволяют странам устанавливать уровень тарифной защиты и другие ограничения в торговле на свое усмотрение (до тех пор, пока это не коснется торговли между самими этими странами), то подобные договоренности намного проще, чем когда страны замешаны в таком сложном процессе, как вступление в ВТО.

Вступление в ВТО может обусловить намерения к дальнейшей региональной интеграции в СНГ. Например, большинство связанных ставок пошлин, которые Кыргызская Республика согласовала в ходе своих переговоров о вступлении, варьируется (в большинстве своем) от 5% до 10%. Связанные тарифные ставки Грузии составляют 10-15%. В результате, экономическая выгода от участия в соглашении с Грузией будет выше ввиду упомянутых установленных тарифов. Так как вступление в ВТО коснется снижения тарифных и нетарифных барьеров в торговле при пересечении границы, то это также может сократить тарифные стремления к региональной интеграции по региону. Тем не менее, необходимо отметить, что для стран СНГ подобная либерализация должна, в конце концов, стать процессом, создающим торговлю, даже если к имеющимся у стран проблемам на пути к рыночной экономике добавится либерализация.

К тому же правила ВТО по РТС означают, что РТС пересматриваются в рамках региона. Правила ВТО требуют, чтобы срок действия временных договоренностей, ведущих к заключению РТС, составлял более 10 лет только в исключительных случаях. Существующие многосторонние соглашения не предусматривают какого-либо расписания по выполнению обязательств. В результате упомянутых выше процессов, в ближайшем будущем выполнение этого соглашения представляется маловероятным. Отсюда следует, что преобразование торговых отношений может произойти только при завершенном процессе вступления в ВТО. Подписание Евразийского Экономического Союза и внешняя поддержка в формировании ГУУАМ (Грузия, Украина, Узбекистан, Азербайджан, Молдавия) могут стать первыми шагами в этом процессе.

В настоящее время совершенно ясно, что ССТ являются наиболее подходящей формой РТС в положении стран СНГ. Хоть некоторые страны СНГ и планируют более глубокие формы интеграции, а именно, между Россией и Беларусью, вряд ли удастся это осуществить одновременно с процессом вступления в ВТО. На практике одно может помешать другому из-за сложности механизма достижения поставленных целей одновременно.

В действительности региональная интеграция может больше продвинуться вперед не благодаря подписанию дополнительных РТС, а благодаря тщательному подходу к целому ряду вопросов, относящихся к:

·              работе таможни (например, стандартизации требования к документации, взаимному признанию сертификации, согласованию разработки и применению правил о происхождения);

·              расходам на транспортировку между странами СНГ и через них;

·              проблемы с платежами могли бы быть более полезными в содействии торговле между странами СНГ, чем подписание последующих РТС.

Как показал предварительный анализ, при возникновении проблем с торговлей между странами СНГ правительства имеют тенденцию игнорировать положения РТС и устанавливают новые барьеры.

Действительно, в этом отношении вступление в ВТО может привести к возникновению конкуренции между государствами СНГ. Когда страна-претендент становится членом ВТО, она может быть членом Рабочей партии других членов-претендентов. Это дает новому члену право участвовать в двусторонних и многосторонних переговорах со странами-претендентами, посвященных открытию рынков. В ситуации, подобной той, где Украина сталкивается с торговыми препятствиями при экспорте в Россию в некоторых чувствительных секторах (особенно, сахар), имеет смысл попробовать добиться концессий и вступить в ВТО раньше, чем Россия.

Несмотря на конкуренцию в процессе вступления в ВТО и трудности гармонизации правил внешней торговли, следует отметить несколько преимуществ установления единого тарифа на границе ЗСТ (зоны свободной торговли) СНГ.

·              Во-первых, контроль над выполнением значительно проще, а следовательно и дешевле. У импортеров нет поводов для мошенничества. В настоящий момент важная проблема для многих стран СНГ заключается в том, что ввиду очень сложных правил по импортным тарифам существуют реальные возможности для торговцев импортировать продукты под разными названиями или классификацией с целью извлечь прибыль из более низких ставок пошлины на границе. Простой единый тариф решил бы большую часть таких проблем и, может быть, увеличил бы таможенные доходы.

·              Во-вторых, единый тариф не искажает относительных цен. Важным следствием экономической неэффективности высоких и специфических тарифов является то, что они приводят к искажению цены на импорт, делая некоторые продукты искусственно дешевыми, а другие – искусственно дорогими.

·              В-третьих, единый импортный тариф легко сочетается с правилами ВТО. Прошлые и текущие обязательства стран СНГ в переговорах о вступлении в ВТО подразумевают, что ограничение размеров тарифов 0-20%. Это относительно маленькая разница, чтобы повлиять на относительные цены на внутреннем рынке [10, стр. 18].

Предыдущий анализ показал, что в рамках ЗСТ тарифные ставки могут естественным образом совпадать благодаря торговому отклонению. Более того, процесс вступления в ВТО может гарантировать, что такая конвергенция происходит, если ставки ниже тех, что в настоящий момент применяются политическими деятелями в СНГ. Например, если Россия и другие члены Евразийского Экономического Союза получают выгоду от своих обещаний сформировать Таможенный союз и начать применять общую экономическую политику, то им, может быть, придется понизить их уровень пошлин до уровня Кыргызской Республики. В противном случае, Кыргызская Республика может быть исключена из Экономического союза и сохранит право только на заключение соглашения о ЗСТ с другими странами-участницами Евразийского Экономического Союза.

Региональные торговые соглашения вряд ли впредь будут столь нечетко определены. Так как рыночные структуры СНГ начинают более эффективно передавать ценовые сигналы и другие рыночные сигналы, то польза от торговли через производство, основанное на сравнительном преимуществе, и экономическое стремление к рыночной интеграции может стать более очевидным. Тем не менее, в настоящее время ряд нетарифных барьеров, а также процесс либерализации импорта и его диверсификации означает, что экономическая обоснованность более близких торговых отношений значительно искажена. Только когда факторы, стимулирующие “де-факто” интеграцию, начнут функционировать, “де-юре” соглашения начнут применяться на практике.

    продолжение
--PAGE_BREAK--ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Сейчас перед странами СНГ в условиях ухудшающейся мировой хо­зяйственной конъюнктуры стоит задача сохранить и повысить свой по­тенциал стабильности. В этих условиях важную роль будет играть обес­печение согласования проводимой экономической политики. Благодаря достижению относительной стабильности у стран СНГ появилась воз­можность быстрее наращивать свой экономический потенциал. От этого в конечной степени главным образом и будет зависеть скорость их вхожде­ния в мирохозяйственную систему, возможность создания на базе СНГ нового центра мирового социально-экономического развития.

Только укрепив интеграционные процессы, можно в полной мере задействовать экономический потенциал Содружества в национальных интересах его участников, преодолеть нынешнее отставание от постиндустриальных государств Запада и Востока, активно использовать процессы интернационализации и глобализации, успешно защищать суверенитет и дружбу наших народов в стремительно теряющем стабильность мире.

Страны СНГ обладают колоссальными преимуществами перед другими странами мирового сообщества. Однако, чтобы ими воспользоваться, нужно решить раз и навсегда: либо им нужно идти вместе (предпочтительный вариант), решая все проблемы сообща, либо  стоит забыть обо всём, что в течение долгого времени связывало их, и продолжить развитие по отдельности, не тормозя и не дёргая развитие друг друга.
Приложение.

Таблица  1. Товарная структура экспорта различных регионов (в % к итогу) [4, стр. 17].

Товарные группы

ЕС (1997)

НАФТА (1998)

МЕРКОСУР (1999)

СНГ (1999)

Ближний Восток

Африка (без ЮАР)

Сырье и полуфабрикаты

24,4

21,2

52,3

54,8

65,8

80,3

Продовольствие и сельскохозяйственное сырье

9,8

11

40

8,9

5,7

20,1

Минеральное топливо

2,7

3,8

2,9

34,7

52,3

56

Руды и металлы

11,9

6,4

9,4

11,2

7,8

4,2

Готовые изделия

75,6

78,8

47,7

45,2

34,2

19,7

Химические продукты

11,6

8,4

6,2

8,3

5

4

Машины и транспортные средства

38,3

50,6

20,9

8,1

5,5

2,1

Прочие готовые изделия

25,7

19,8

20,6

28,7

23,7

13,6



Таблица 2. Доля дальнего зарубежья в экспорте стран СНГ (в % к общему объему их экспорта) [6, стр. 135].

    продолжение
--PAGE_BREAK--Страны СНГ

1991

1993

1995

1997

2001

Азербайджан

9,4

19,6

54,9

51,6

90,4

Армения

5,3

10,5

36,4

57,2

74,3

Белоруссия

12,5

26,9

36,9

35,1

39,8

Грузия

2,2

28,4

36,2

40,5

55

Казахстан

11,9

16,9

44,2

53,2

69,6

Киргизия

7,6

13,4

33,4

45,3

64,7

Молдавия

11,2

14,7

36,6

34,5

39,3

Россия

33,2

37,2

72,2

80,8

85,7

Таджикистан

20,6

52,6

65,5

61,4

67,5

Туркмения

6,1

30,7

49,7

52

48,2

Узбекистан

13,8

27,2

44,8

64,5

65,9

Украина

19,3

20

46,1

58,8

71,3


Таблица 3. Основные макроэкономические показатели стран СНГ (2000 г. в % к 1991 г.) [21, стр. 82].

Страна

ВВП

Продукция про­мыш­лен­ности

Продукция сельского хозяйства

Инвестиции основной в капитал

Перевозка грузов

Розничный товарооборот

Азербайджан

60

35

64

174

28

69

Армения

77

56

112



4

60

Белоруссия

90

102

75

47

20

109

Грузия

48

23

90

26

17

33

Казахстан

78

58

68

29

35

66

Кыргызстан

72

51

101

54

8

53

Молдова

60

37

56

13

5

14

Россия

68

59

64

31

21

90

Таджикистан

58

42

73



5

0,9

Узбекистан

100

122

102

81

102

113

Украина

47

54

60

24

17

35

СНГ в целом

66

60

72

33

24

76


Таблица 4. Экономический рост, инфляция и безработица в странах СНГ (в %) [21, стр. 82].

Страна

Экономический рост

Инфляция

Безработица



1991 г.

2000 г.

1991 г

2000 г.

1991 г.

2000 г.

Азербайджан

-0,7

7,5

107,0

1,5

н/д

13,9

Армения

-11,7

3,5

274,0

-0,5

н/д

11,6

Белоруссия

-1,2

2,0

94,1

168,0

0,1

2,1

Грузия

-20,6

3,0

79,0

4,4

0,1

14,9

Казахстан

-13,0

8,2

78,8

13,2

0,1

14,1

Кыргызстан

-5,0

5,0

85,0

18,6

н/д

н/д

Молдова

-17,5

-3,0

98,0

32,0

0,0

2,0

Россия

-5,0

6,5

92,7

20,7

н/д

11,7

Таджикистан

-7,1

5,1

112,0

24,2

0,0

1,8

Туркменистан

-4,7

20,0

103,0

10,0

2,0

н/д

Узбекистан

-0,5

1,0

82,2

30,0

0,0

0,6

Украина

-11,6

3,0

91,0

28,0

0,0

4,3


Таблица 5. Доля стран СНГ и стран остального мира в общем объеме экспортно-импортных операций стран Содружества (в %) [21, стр. 84].



1990

1996

2000



Страны СНГ

Страны остального мира

Страны СНГ

Страны остального мира

Страны СНГ

Страны остального мира

Экспорт



Азербайджан

92,3

7,7

46

54

13

87

Армения

94,7

5,3

46

54

25

75

Белоруссия

83,9

16,1

67

33

60

40

Грузия

92,4

7,6

65

35

43

57

Казахстан

87,8

12,3

54

46

27

73

Кыргызстан

93,9

6,1

78

22

42

58

Молдова

88,8

11,2

68

32

58

42

Россия

62,5

37,5

18

82

13

87

Таджикистан

86,1

13,9

43

57

49

51

Туркменистан

91,4

8,6

67

33

-

-

Узбекистан

86

14

21

79

-

-

Украина

80,2

19,8

51

49

31

69

Импорт



Азербайджан

71,5

28,5

35

65

32

68

Армения

73

27

34

66

19

81

Белоруссия

69,8

30,2

66

34

70

30

Грузия

69,4

30,6

39

61

32

68

Казахстан

77,4

22,6

70

30

55

45

Кыргызстан

72,5

27,5

58

42

53

47

Молдова

73,9

26,1

61

39

33

67

Россия

42,7

57,3

31

69

35

65

Таджикистан

79,6

20,4

57

43

83

17

Туркменистан

79,6

20,4

30

70

-

-

Узбекистан

78,5

21,5

32

68

-

-

Украина

68,7

31,3

63

37

58

42


Таблица 6. Средние экспортные цены на отдельные виды товаров, сложившиеся в торговле России со странами СНГ и другими странами мира в 1999 г. (в долларах) [21, стр. 84].  



Средние экспортные цены



СНГ

Дальнее зарубежье

Нефть сырая, т

66,4

110,6

Газ природный, тыс.

51,3

63,1

Уголь, т

15,6

15,9

Нефтепродукты, т

116,4

91,3

Алюминий необработанный, т

1619,1

1153,0

Лесоматериалы необработанные, тыс.

39,4

43,5

Автомобили легковые, шт.

3226,1

3095,7





Рисунок 1. Доля внутрирегионального экспорта в ВВП стран СНГ* [4, стр. 19].

<img width=«569» height=«325» src=«ref-1_137581343-31846.coolpic» v:shapes="_x0000_i1025">    продолжение
--PAGE_BREAK--