Реферат: Символика пространства в Киево-Печерском патерике

Ранчин А. М.

ОсобенноевосприятиеКиево-Печерскогомонастыря, обусловленноекак его происхождением(основан некнязьями ибоярами, а самимииноками, отрекшимисяот соблазновмира), так ипревращениемэтой обителив место, откудавышло большинстворусских архиереевдомонгольскойпоры, засвидетельствованомногими древнерусскимитекстами, ипрежде всего, естественно, Киево-Печерскимпатериком, вкотором ирассказываетсяоб историисоздания монастыряи о подвигахбратии. Семантикапечерскогопространстваотмечена преждевсего в НесторовомЖитии ФеодосияПечерского, включенномв состав патерика: агиограф, монахНестор, отмечаеткак заслугуФеодосия «выведение»монахов изпещер на поверхностьземли и закладкуУспенскойПечерскойцеркви; рольпространственнойвертикалиподчеркнутатакже в рядечудес из этогожития; в частности,: в чуде с возносящейсяцерковью, вкоторой чернецыспасаются отразбойников(храм поднимаетсянад землеюболее чем наперелет стрелы).патериковыесказания, посвященныесозданию, освящениюи росписи Успенскойцеркви. Самопо себе осмыслениепространства, содержащеесяв этих патериковыхсказаниях, естественно, не оригинально, так как обусловленоприродойсредневековогомировидения.Но способывыражения этойсемантики вдревнерусскихпроизведенияхмогут бытьвесьма нетривиальными.

Пространствов культурахразличных эпохосмысляетсяотнюдь не какнейтральнаяфизико-географическаясреда, вмещающаяв себя предметывещественногомира. Пространствочасто наделяетсяособеннымисемантическимихарактеристиками, оно не являетсясемантически«пустым». Такоевосприятиепространства, которое можноназвать мифологическим, свойственно, в частности, средневековомухристианскомусознанию; оновыражено и вдревнерусскойсловесности.

Одно из кардинальныхсвойств пространствав такой трактовке– различениев нем частей,«подпространств»сакральныхи профанных, в соответствиив чем движениев пространствечеловекаинтерпретируетсяв религиозно-нравственномкоде: «Движениев географическомпространствестановитсяперемещениемпо вертикальнойшкале религиозно-нравственныхценностей <…>»;«Всякое перемещениев географическомпространствестановитсяотмеченнымв религиозно-нравственныхоценках»;«средневековыйчеловек рассматривали географическоепутешествиекак перемещениепо “карте”религиозно-нравственныхсистем» (ЛотманЮ.М. Внутри мыслящихмиров: Человек– текст – семиосфера– история. М.,1996. С. 239-241).

В таком символическиосмысляемомпространствеособеннуюзначимостьимеют сакральныелокусы (фрагментыпространства), противопоставленныепрофанному(мирскому) окружениюи ориентированныевертикально, т. е. связанныес горним миром.Эта связь можетреализовыватьсятакже в пространственномизмерении –в расположениина возвышенномместе.

Патерик открываетсяСловом о созданииПечерскойцеркви, в надписаниикоторого указанона особенные, чудесныеобстоятельствавоздвиженияэтого храма:«Слово о созданиицеркви, да разумеютвси, яко самогоБога промысломи волею и тогоПречистыаМатере молитвоюи хотениемсоздася и съвершисябоголепнаа, и небеси подобнаа, и великаа церквиБогородичинаПечерскаа, архимандритиавсеа Рускиаземля <…>»(Древнерусскиепатерики: Киево-Печерскийпатерик. Волоколамскийпатерик / Изд.Подгот. Л.А.Ольшевская, С.Н. Травников.М., 1999. С. 71, текст порукописи, отражающей, по классификациииздателей, первый типОсновной редакции; особенноезначение икрасота Печерскойцеркви отмеченыи в других списках, где она названа«небесоподъбная»или «небесоподобнаа».— Там же. Разночтения.С. 351. В дальнейшемпатерик цитируетсяпо этому изданию, страницы изданияуказываютсяв тексте.). Такимобразом, отмеченыкак богосозданностьхрама, так иисключительнаякрасота, толкуемаякак небесоподобие, как своеобразнаяизоморфностьцеркви Небу.

В этом словерассказываетсяо прорицаниисвятым Антониемварягу Шимонуперед битвойс половцамина Альте: «Блаженыйже рече тому:“О чадо, якомнози падутострием меча, и, бежащим вамот супостатваших, попраниии язвени будете, и в воде истопитеся; ты же, спасенъбыв, зде имашиположен быти, в хотящей сясоздати церкви”»(с. 8). Предсказаниеисполняется: раненый в битвеШимон «возревъже горе на небои виде церковьпревелику, якоже и прежевиде на мори<…>» (с. 8).

Печерскаяцерковь преждевоплощенияв камне появляетсяв небе, что иозначает еебогосозданность– Шимон зритнебесный прообраз, архетип храма.Грандиозныеразмеры церквитакже, очевидно, свидетельствуюто ее особойприроде.

Интересно, чтов тексте словаговорится опрежде бывшемШимону виденииэтой же церквикак о чем-тоизвестном, ночитатель узнаетоб этом чудепозднее. Такимобразом, читающийтекст этогосказания одновременнокак бы оказываетсяна месте Шимонаи наделяетсяего знаниеми одновременнопопадает вситуацию неведения: он должензнатьто же, что испасенныйваряг, но знатьэтого не может.

Это отступлениеот хронологии, по-видимому,- осознанное.Чудо с видениемхрама изъятоиз течениявремени, изземного миропорядка.Более раннеевидение, когдаШимон узрелцерковь вовремя бури наморе, в которуюпопал его корабль(«И се видехцерковь гореи мыслях, каяси есть церкви»[C. 8), во вневременномплане, в Вечностиидентичнопозднейшемуявлению храмаво время битвына Альте; этодва «варианта»одного и тогоже видения… Вобоих случаяхШимон чудесноспасается отнеминуемойсмерти. Оботносительностивремени свидетельствуети предсказаниесвятого Антония, что Шимон (ставшийв монашествеСимоном) будетпогребен вПечерскомхраме, и речьХриста, изображенногона кресте, данномШимону отцом: Христос говорит, что златой поясс этого изображениястанет меройпри строительствехрама, коим иокажется Печерскаяцерковь.

Таким образом, Печерскаяцерковь построенана сакральной, Господней мере, в некоторомсмысле словасоизмеримас Его Телом.Мотив воздвиженияхрама посредствоммеры, коей являетсяпояс Христов, содержит оттенкизначения, отсылающиек сотворениюмира, измеренногопядью Божией.Ср. свидетельствоХожения игуменаДаниила о надписипри изображенииХриста в храмеГроба Господня:«Ту есть внестены за олтаремъПупъ земли, исоздана наднимъ комарка, и горе написанХристос мусиею, и глаголетьграмота: “Сепядию Моеюизмерихъ небои землю”» (Хожениеигумена Даниила// ПамятникилитературыДревней Руси:XII век. М., 1980. С. 36). Ср.эту же формулув «Слове наВербное воскресенье»Кирилла Туровского:«Ныне путьсъшествуетьв Еросалимизмеривый пядьюнебо и землюдланью, в церковьвходитъ невъместимыйв небеса» (БиблиотекалитературыДревней Руси.СПб., 1997. Т. 4. XII век.С. 188).

Психологическинемотивированнымоказываетсявопрос, заданныйШимоном привидении церквив небе над морем: он не дивитсячуду, а вопрошаетсебя, что этоза церковь, словно в виденииему должен бытьявлен непременнореально существующийхрам. ВопросШимона можноинтерпретироватьи как указаниена его особенноедушевное идуховно состояние, на его «восхищенность»в духе, когдасозерцательпричастенбожественному, а не земномупространствуи не изумляется, но мыслит, какаяобраз какойреальной церквиможет бытьявлен ему вэтом видении.Но возможнои другое объяснение: Шимон постигает, что явленнаяв видении церковьесть та самая, которая должнабыть построенапо мере егопояса; он спрашиваетсебя о том, какаябудущая церковьдолжна воплотитьхрам из еговидения. Неопределенностьмысли Шимонарождает у читателяплодотворноенепонимание: созерцательчуда принадлежитдо известнойстепени иномупространству, нежели читающийсказания, ичувства и мыслиШимона лишьотчасти постижимыдля стороннеговзгляда.

В другом патериковомсказании («Чюдео той богоизбраннейцеркви Богородичней»[C. 12]), также повествующемо воздвиженииПечерскойцеркви, описываетсячудо, удостоверяющеебогоизбранностьместа: Антониймолит Бога, чтобы местостроительствахрама было одинраз отмеченовыпадениемросы, в другойже осталосьсухим; в третийраз святостьместа удостоверяетсясходящим с небаогнем. Этотэпизод восходитк СвященномуПисанию: «Аллюзиина библейскийрассказ о деянияхпророка Илии(3 Цар. 18, 21-40) несомненны– тем самымнедвусмысленноподтверждаетсябогодухновенностьмиссии основоположниковмонашества»(ПодскальскиГ. Христианствои богословскаялитературав Киевской Руси(988-1237 гг.). Изд. 2-е, испр.и доп. для русск.пер. Переводс нем. А.В. Назаренкопод ред. К.К.Акентьева.(Subsidia byzantinorossica. T. I). СПб., 1996. С.266).

Но не менеезначима символическаясвязь ПечерскойБогородичнойцеркви сконстантинопольскимБогородичнымВлахернскимхрамом. Греки-мастера, приходящиеиз Царьградак Антонию иФеодосию, присланныек ним Богородицею, явившеюся имво Влахернскомхраме и давшейим свой образдля Печерскойцеркви: «”Танаместнаабудетъ”» (с.13); также Богоматерьдает грекам-строителяммощи святыхдля положенияв основаниецеркви. Она женаделяет ихденьгами, потребнымидля воздвиженияцеркви. Богородицаже говоритмастерам и омере для строительствацеркви, впрочем, ее не называя:«”Меру убопослах поясъСына моего, поповелениютого”» (с. 13). Церковьтакже являетсямастерам навоздухе, какпрежде Шимону-Симону, и Богородицаобъявляет им:«”<…> Приидуже и сама видетъцеркве и в нейхощю жити”»(с. 12).

Сказание овидениях Печерскойцеркви Шимонуи сказание огреческихмастерах и овидении воВлахерне –своего родадве версииодного инварианта.Видения храмав обоих текстахпохожи; в обоихсказанияхсказано о поясекак о мере дляхрама. При этомпервое сказание, повествующеео Шимоне, образуетключ к текстусказания овидении воВлахерне. Мастеране знают, о какомпоясе идетречь, и им этообъясняютпечерскиесвятые. Еслив сказании оШимоне Христосназывал златойпояс варягамерой будущегохрама, то в словео греческихмастерах этообъявляет Егомать. Другойключ к явлениюБогоматеримастерам –строителямхрама дан всамом сказаниио Влахернскомчуде: греки незнают, кто явилсяим в храме (этонезнание, вероятно, призвано передатьрастерянностьи недоумениеот видения: то, что явившаяся«Царица» –Богородица, очевидно вовсех смыслахслова, — включаяэтимологический).Смысл виденияи то, что «Царица»- ПриснодеваМария, раскрываетпришельцамАнтоний.

Явление Богородицыименно во Влахернскомхраме не можетбыть случайным: Печерскаяцерковь мыслитсяи как воплощениехрама из видений, и, вероятно, как символическоеподобие прославленногоконстантинопольскогохрама. Как известно, именно во Влахернскомхраме, согласноЖитию святогоАндрея Юродивого– одной из наиболеечитаемых наРуси переводныхагиобиографий– святому Андреюбыло явленовидение Богородицы, простершийсвой головнойплат, мафорий, над миром: «узриблаженый Андреисвятую Богородицюочивесть, велъмисущую высоку»;«мафоръ ея, якомолниино видиниеимея, еже напречистымасвоима рукамавземъши, страшъноже и великосуще. Верхувсех людейпростре стоящихъту, еже на многычас видистесвятьца верхулюди простретосуще и сияя <…>славу Божию»(сказание жития«О видиньисвятыя БогородициВълахернахъ»)(Молдован А.М.Житие АндреяЮродивого вславянскойписьменности.М., 2000. С. 399. Древнерусскийперевод былосуществленуже в XI или в началеXII в.).

Видение АндреюЮродивомуБогородицыи ее простертогомафория наРуси, по-видимому, было воспринятоособенно глубоко, так как послужилооснованиемдля установленияособого праздника– праздникаПокрова (обыкновенноего установлениеотносят к серединеXII в. и приписываютинициативекнязя АндреяБоголюбского, однако такаядатировканебесспорна).Между сказаниемо Шимоне и озлатом поясеХриста, изображенногона принадлежавшемварягу кресте, и сказаниемо видении Богородицыгреческиммастерам воВлахернскомхраме (и, соответственномежду рольюХриста и ПриснодевыМарии как дарователеймеры для строительстваПечерскойцеркви) просматриваетсясемантическаясвязь. Средипочитаемыхконстантинопольскихреликвий Богородицыбыли не толькориза и мафорий(влахернскиесвятыни), но ипояс, хранившийсяв другом храме.

Семантикавидения святомуАндрею Юродивомусвязана спредставлениемо церкви (Церкви)– как о зданиии как о мистическомТеле Христове.«Видение АндреюЮродивому <…>- это образ церкви: церковноездание, мир, возносящиймолитвы» (ПлюхановаМ.Б. Сюжеты исимволы Московскогоцарства. СПб.,1995. С. 29). По замечаниюисследовательницы,«эта идея былауже заложенав церковномпредании обУспении и получиларазвитие вслужбе на Положениеризы: Богородица– чертог Божий, и риза – атрибути вместе с темсимвол Богородицы– тоже означаетЦерковь – ковчеги покров» (Тамже. С. 28). В соотнесенностис Влахернскимхрамом какместом видениясвятому Андреюдругой храм, УспенскаяПечерскаяцерковь, приобретаетзначение«мирообъемлемости», способностикак бы вмещатьв себя мироздание.Эта семантика, естественно, основываетсяна архитектурнойсимволикехристианскогохрама как символамира, космоса.Печерский храм, чей основнойпризнак, отмеченныйв Киево-Печерскомпатерике (всказании огреческихизографах, призванныхего расписывать),- грандиозныйразмер, соотнесен, возможно, свидением святомуАндрею именнопо признаку«грандиозности»: Богородицав видении оченьвысока, а еемафорий – огромнойвеличины. ИПечерский храм, являющийсяШимону, а потомгреческимизографам внебе, можетбыть, как быприкрываетсобою землю.

ПечерскаяУспенскаяцерковь действительнобыла весьмавнушительныхразмеров: Успенскийсобор Печерскойлавры (1073-1077 гг.)явился самымграндиознымпамятникомархитектурывторой половиныXI в. Диаметр егокупола почтина метр превысилразмеры главыКиевской Софии.Отсюда общийхарактер форм– мощных, структурных, глубоко и сильнорасчлененных»(Комеч А.И. Древнерусскоезодчество концаХ – начала ХIIIв.: Византийскоенаследие истановлениесамостоятельнойтрадиции. М.,1987. С. 268). А.И. Комечтак характеризуетособенностиинтерьераУспенскойцеркви: «В целоминтерьер храмаотличалсяособеннойпространственностью.Отсутствиесложности, характернойдля пятинефных(разделенныхна пять продольных, с запада навосток, частей.– А. Р.) соборов, привело к цельностии ясности грандиознойструктуры.Концепцияосеняющегои охватывающегокрестово-купольногозавершенияоказалась здесьвыявленнойс еще не существовавшейна Руси отчетливостью.В этом, как и вразвитии строительнойтехники, сказываютсяпродолжающиесяи укрепляющиесясвязи Киеваи Константинополя<…>. Уцелевшиефрагментысобора и сейчассвоим величиемвызывают ассоциациис монументальнымисооружениямитой традиции, которая беретсвое началов архитектуреантичного Рима»(Там же. С. 273).

По мнению Г.К.Вагнера, разработавшегожанровуюклассификациюдревнерусскогохрамовогозодчества, УспенскаяПечерскаяцерковь отнюдьне была обыкновенныммонастырскимхрамом, а соотносиласьс зданиями т.н.государственно-митрополичьегожанра: «По последнимархитектурнымданным, печерскаяУспенскаяцерковь рисуетсяпятиглавой<…>. Тем самымона входилав круг архитектурныхреминисценцийгосударственно-митрополичьего»жанра (ВагнерГ.К., ВладышевскаяТ.Ф. ИскусствоДревней Руси.М., 1993. С. 60).

Об особенномвосприятииУспенскогоПечерскогохрама в домонгольскойРуси можетсвидетельствоватьтрадиция посвященияхрамов, преждевсего кафедральных, Богородице, и в первую очередьпраздникуУспения. Одиниз источниковэтой традиции– именно посвящениехрама Печерскойобители праздникуУспения Богоматери.«<…> Mонастырьвоздействовална физическийи духовныйландшафт далекоза пределамиКиева. Модасередины XI в.на храмы Св.Софии прошла, и кроме соборовв Киеве, Новгородеи Полоцке, одноименныххрамов большене возводили.Зато с 1070-х гг. до1220-х гг. во всехдругих известныхепархиях возводилисьсоборы, посвященныеУспению Богородицы– вслед за“католиконом”Печерскогомонастыря. <…>Так и случилось, что самые почитаемыецентры христианскойжизни почтипо всем главнымгородам Русиоказалисьпостроены непо образцудворцовойцеркви князяЯрослава, а поподобию монастырскойцеркви игуменаФеодосия»(Франклин С., Шепард Д. НачалоРуси: 750-1200. Под ред.Д.М. Буланина.Авториз. Пер.с англ. Д.М. Буланинаи Н.Л. Лужецкой.СПб., 2000. С. 449).

Грандиозныеразмеры Успенскогохрама моглиполучить вдревнерусскомсознании особенныйсимволическийсмысл.

Чудесный характероснованияПечерскогохрама особоотмечен в сказании«Оттуду начатоктоа божественыацеркве»: «Чтосего, братиечюднне? Прошедубо книги Ветхагои Новаго закона, нигдеже таковыхчюдесъ обрящешио святых церквах, тако же и о сейот варяг, и отсамого Господанашего ИисусХриста, и честнагоего божественагои человекообразнагоподобиа: и святыаХристовы главывенец, и богозвучныйглас от Христоваподобиа, нестивелящъ на уготованоеместо, тогопоясом измеритипо небесномугласу, и виденабысть преженачатиа, какоже и от грекиконе пришедшис мастеры <…>»(С. 14). Показательно, что в этом сказанииотмечено явлениецеркви (чудо, явленное варягуШимону) преждеее создания: церковь вбожественномпространствесловно существуетпремирно, извечно.Различениехрама в видениии храма, воздвигнутогов камне, оказываетсяотносительным.Столь же относительнооно и в сказаниио греках-иконниках, волею Божиейпришедших вКиев расписыватьПечерский храм.

БогосозданностьПечерскойцеркви отмеченаи в другом местепатерика, гдеутверждается, что Печерскаяцерковь –единственныйиз Успенскиххрамов, доселене разрушившийся(с. 16); неразрушимостьмыслится каксвидетельствопричастностихрама вечности.

Дойдя по Днепрудо Канева, изографыувидели «церковьсию велику навысоте. И вопросихомже сущих с нами:“Кая си церкы?”И реша: “Печерскаа, ейже вы писци”»(с. 15). Иконописцывопрошают охраме так же, как Шимон вопрошаетсамого себя.По форме этовопрос о реальномхраме. Но ивопрошаниеШимона, и пространственнаяпозиция вопрошающихгреков (подКаневом, т.е.не в самыхокрестностяхКиева) заставляютпредположить, что они видятне реальныйПечерский храм, а его сверхреальныйпрообраз, явленныйв видении. Однакосопровождающиеих отнюдь неудивлены видениеми говорят оцеркви как ореальной. Благодаряэтим повествовательнымприемам эпизодс видениемизымается изреального (т.е.земного) пространственногоконтекста, иоппозиция«материальнаяявь – видение»размывается.

Греки пытаютсявозвратитьсявспять, напуганныеграндиозностьюпредстоящейим работы, нонекая силавлечет их вспятьпротив течения.Во вторую ночьпосле видения«видехом сиюцерковь и чюднуюикону наместную<…>» (с. 15). Это видениепостроено попоэтике иконописногоизображения: внутреннеепространствохрама развернутововне (икона, находящаясяв церкви, в видениипредставленавне его). Такимобразом, Печерскийхрам в виденииподобен изображениюхрама на иконе, т.е. принадлежит«иконописному», а не земномупространству.Поэтика иконописногоизображенияв сказании –код, посредствомкоторого описываетсячудесное видение.

В сказанияхпатерика Печерскийхрам интерпретируетсяи как подобиеВлахернскогохрама, и почтикак его «замена», как «главное»место обитанияБогородицы(Богородицаговорит грекам-строителямхрама, что поселитсяв нем, а ее наместнаяикона есть ееметонимия, естьв некоем и важномсмысле Онасама). В христианскомвосприятииодинконкретныйхрам не могпредставлятьсяединственнымместомобитания Христа, Богоматериили святых. Ивс же Печерскийхрам в патериковыхсказанияхпретендуетна особенныйстатус одногоиз главныхцентров иерофании, мест присутствияБогородицы.Этот статусобеспечиваетсяпреемственностьюотраженияпрообраза –церкви, явленнойв видениях, ипреемственностьюпо отношениюк Влахернскомухраму, установленномусамой Приснодевой.Наконец, особеннозначима соотнесенностьчуда, произошедшегопри освящениихрама, с чудеснымиобстоятельствамиУспения Богородицы.На освящениехрама в предпразднествоУспения собираютсяникем не званыемитрополитИоанн и русскиеепископы. «Святительже хоте изискатитакых человекъ, кто суть звавшетех, и ту абиеглас так: “Исчезошаиспытающийиспытания!”Тогда простреруце на небои рече: “ПресвятаяБогородице! Яко же во своепреставлениеапостолы отконец вселенныасобравши въчесть своемупогребению, тако и ныне въсвящение своеасозвавши технаместникии наши служебникы”»(с. 18). В этом фрагментедается ссылкана рассказ обУспении Богородицы, которое ожидаетсяв Вифлееме исовершаетсяв Иерусалиме; сюда «облаксветелъ» переноситапостолов, перед Успением, еще в Вифлееме,«вънезаапуявися солнцеи луна окрестъдому, и съборъпръвенецьсвятых бысть»(Слово об УспенииБогородицы// БиблиотекалитературыДревней Руси.СПб., 1999. Т. 3. XI-XII века.С. 296, 298). Таким образомВифлеем представленв этот моменткак космическийцентр и каксредоточиесвятости. Подобноеместо в Киево-Печерскомпатерике приданоУспенскомухраму. (Сходствосказания обосвященииУспенскогоПечерскогохрама и сказанияоб успенииБогородицыбыло отмеченоД.С. Лихачевым: Лихачев Д.С.ГрадозащитнаясемантикаУспенскиххрамов // Успенскийсобор МосковскогоКремля: Материалыи исследования.М., 1985. С. 20.)