Реферат: Культура XIX века 2

--PAGE_BREAK--Второй период — вторая половина XIX в. (приблизительно с конца 50-х до середины 90-х годов). Он характеризуется победой капитализма как общественно-экономической формации: в освободительном движении это период разночинский, или буржуазно-демократический. В условиях обостре­ния социальных противоречий, характерных для капиталистического общества, происходило развитие буржуазной нации, которое находило выражение в особенностях культуры.
И наконец, третий период — с середины 90-х годов XIX в. до октября 1917. С середины 90-х годов начался пролетарский период в развитии революционного движения и революционной мысли в России.
Новый царь Александр I (1801—1825), благосклонно встреченный большинством дворян, обещал править «по законам и сердцу» своей бабки Екатерины II, утвердить в стране справедливость, законность, благо всех подданных, начав с отмены наиболее тиранических мер и распоряжений Павла. Появились его указы о снятии ограничений на торговлю с Англией, об амнистии и восстановлении в правах лиц, подвергшихся гонениям при Павле. Александр I подтвердил Екатерининские Жалованные грамоты дворянству и городам. Ограничения предыдущего царствования были отменены: русским снова дозволен свободный отъезд за границу, а иностранцам — въезд в Россию; разрешено ввозить из Европы книги и журналы; цензурные правила смягчены.
Экспедиция тайных дел, т. е. иная форма Тайной канцелярии, закрыта, и ведущиеся в ней дела переданы в Сенат. Священники, дьяконы, дворяне и купцы избавлены от телесного наказания.
В феврале 1803г. Александр I издал Указ о добровольном освобождении крестьян на основе контракта между владельцами и крестьянами. Запрещена продажа с публичного торга крестьян поодиночке, однако злоупотребления остались. Александр был снисходителен к раскольникам. В серьезность либерально-демократических намерений царя поверили даже за границей.
Однако вся работа по подготовке задуманных новым императором преобразований сосредоточилась в Негласном (или Интимном) комитете, в который вошли так называемые молодые друзья Александра I: граф П. А. Строганов, граф В. П. Кочубей, князь А. Чарторыйский и Н. Н. Новосильцев. Это были приверженцы конституционных форм правления. Заседания Негласного комитета проходили с июня 1801 до конца 1805г. В центре его внимания были подготовка программы освобождения крестьян и реформа государственного строя.
После долгих обсуждений в крестьянском вопросе было решено придерживаться принципа постепенности.
С 1806 по 1812г. преобладающим влиянием на Александра I пользовался Сперанский. Он был сыном сельского священника, воспитывался в семинарии, занимал должность профессора математики и философии в Александро-Невской семинарии, дошел до звания государственного секретаря и начал пользоваться безграничным доверием им­ператора. Любимцы предшествовавшего периода всецело преданы английским идеям; Сперанский, напротив, любил Францию, был пропитан правилами эпохи революции. Его симпатии к Франции, разделяемые в то время Александром1, служили новыми узами, соединившими государя с министром и порвавшимися в то же время, как произошел разрыв с Наполеоном.
Трудолюбивый, образованный, глубокий патриот и чрезвычайно гуманный человек, Сперанский был достоин осуществить все, что было исполнимого в утопиях Александра.
Сперанский считал освобождение крестьян краеугольным камнем возрождения; он мечтал учредить среднее сословие, ограничить число дворян, образовать из знатных фамилий аристократию, которая была бы пэрством на английский манер. Он побудил графа Стройновского издать брошюру о договорах между помещиками и крестьянами. С 1809г., по мысли Сперанского, лица с университетским образованием пользовались большими преимуществами относительно чинопроизводства: так, доктор пользовался чином восьмого класса, магистр — девятого, кандидат — десятого, действительный студент — двенадцатого.
К осени 1809г. по поручению Александра I статс-секретарь М. М. Сперанский подготовил проект реорганизации высших и центральных органов управления, конституционных преобразований самодержавного строя под названием «Введение к Уложению государственных законов». Большинство же законов было направлено против перемен. Политическая борьба привела к краху замыслы Сперанского. Тем не менее, в 1810г. впервые в истории России был создан Государственный совет, носивший консультативный и рекомендательный характер.
Но это уже не могло оградить Сперанского. Он восстановил против себя всех: дворянство и придворных, или, как их называл Александр, «полотеров», молодых чиновников. Помещики встревожились проектами Сперанского об освобождении крестьян; сенаторы были раздражены его преобразовательным планом, низводившим первое в государстве учреждение до простой роли высшего судебного места; высшая аристократия была оскорблена смелостью человека низшего происхождения; народ роптал на увеличение податей. Министры восстановили Александра против Сперанского. Дошли даже до того, что обвинили Сперанского в измене и сообщничестве с Францией. В марте
1812г. он подвергся опале и по ложно­му обвинению был сослан сперва в Нижний Новгород, потом в Пермь. Только в 1819г., когда утихли страсти, он был назначен губернатором Сибири, где оказал важные услуги.
В1821 г. он был возвращен в Санкт-Петербург, но так и не занял своего прежнего положения.

2. Культура России в 19 веке.
2.1. Образование.
Для просвещения духовенства основали духовные училища, на содержание которых был назначен доход от продажи в церквах восковых свеч, выше этих училищ были семинарии, далее — духовные академии в Москве, Петербурге, Казани, Киеве. Для мирян учреждены приходские училища, уездные училища и гимназии, для образования учителей основаны педагогические училища и гимназии, а также педагогические институты в Москве и Петербурге. Московский, Виленский и Дерптский университеты преобразованы; открыты Казанский (1804) и Харьковский, а затем Петербургский (1819). Предполагали основать университеты Тобольске и Устюге. Учреждены 15 кадетских корпусов1 военного образования молодых дворян; с той же целого открыты впоследствии Александровский лицей на Каменном острове. К этому же времени относится основание Коммерческого лицея, или Ришельевской гимназии, в Одессе и
Лазаревского института восточных языков в Москве.
Все эти учебные заведения, т. е. народное образование в целом как система, в России состояли из 4 ступеней:
1) приходское училище (1 год обучения);
2) уездные училища (2 года обучения);
3) гимназии (4 года);
4) университеты (3 года).
При этом соблюдалась преемственность всех ступеней. (Гимназии и университеты открывались в губернских городах.)
В уездных училищах изучали Закон Божий, в гимназии в учебном плане не было религиозных дисциплин. Программы гимназии (по циклам) включали в себя следующее:
1)математический цикл (алгебра, тригонометрия, геометрия, физика);
2)изящные искусства (словесность, т. е. литература, теория поэзии, эстетика);
3)естественная история (минералогия, ботаника, зоология);
4)иностранные языки (латинский, немецкий, французский);
5) цикл наук философских (логика и нравоучение, т. е. этика);
6) экономические науки (теория коммерции, статистика общая и государства Российского);
7) география и история;
8) танцы, музыка, гимнастика.
Содержание учебных заведений возлагалось на органы городского управления, помещиков, государственных крестьян.
По Уставу 1804г. университеты становились центрами подготовки педагогических кадров, осуществляли методическое руководство школами в учебном округе. В 1819г. Главный педагогический институт в Петербурге преобразовали в университет. Университеты пользовались значительными правами самоуправления. Из-за слабого развития нижних ступеней в системе просвещения студентов было мало, подготовлены они были плохо.
В начале века появились и закрытые учебные заведения для дворян — лицеи (в Ярославле, Одессе, Нежине, Царском Селе). Открывались высшие учебные заведения (Коммерческий институт, Институт путей сообщения).
В этих реформах системы образования самое непосредственное участие принимал сам Александр I. В числе его реформ — открытие Царскосельского лицея.
Проект создания закрытого учебного заведения для детей дворян, должных получать наилучшее образование, чтобы участвовать затем в управлении страной, был составлен Сперанским еще в 1810г. Открытие состоялось через год. В его стенах вырос и стал поэтом А. С. Пушкин. Пушкин и его друзья никогда не забывали своего лицея, где они получили поистине аристократическое воспитание и образование.
Русский аристократ XIX в. — это совершенно особый тип личности. Весь стиль его жизни, манера поведения, даже внешний облик несли на себе отпечаток определенной культурной традиции. Так называемый Ьоп 1од2 состоял в органическом единстве этических и этикетных норм.
Образцовым учебным заведением стал с 1811г. знаменитый Царскосельский лицей. Программа преподавания в нем почти соответст­вовала университетской. В лицее получили образование литераторы А. С. Пушкин, В. К. Кюхельбекер, И. И. Пущин, А. А. Дельвиг, М. Е. Салтыков-Щедрин; дипломаты А. М. Горчаков и Н. К. Гире; министр народного просвещения Д. А. Толстой; публицист Н. Я. Данилевский и др.
Широко была распространена система домашнего образования. В ней основное внимание уделялось изучению иностранных языков, словесности, музыки, живописи, правил поведения в обществе.
В первой половине XIX в. в России не было системы женского образования. Только для дворянок открыли несколько закрытых институтов (средних учебных заведений), созданных по образцу Смольного института благородных девиц. Программа была рассчитана на 7—8 лет обучения и включала арифметику, словесность, историю. иностранные языки, музыку, танцы, домоводство. В начале XIXв. в Петербурге и Москве были созданы школы для девушек, отцы которых имели обер-офицере кое звание. В 30-е годы открылось несколько школ для дочерей гвардейских солдат и матросов-черноморцев. Однако основная масса женщин была лишена возможности получить даже начальное образование.
В политике правительства по отношению к начальному и среднему образованию доминировали консервативные тенденции. Многие государственные деятели осознавали растущую потребность в образованных или хотя бы грамотных людях. В то же время они боялись широкого просвещения народа. Эту позицию обосновал шеф жандармов А. X. Бенкендорф. «Не должно слишком торопиться с просвещением, чтобы народ не стал по кругу своих понятий в уровень с монархами и не посягнул тогда на послабление их власти». Под строгим правительственным контролем находились все программы образовательных учреждений. Они усиленно наполнялись религиозным содержанием и принципами, воспитывавшими монархические чувства.
Однако даже в этих сложных условиях. Открывались новые университеты в Дерпте (ныне г. Тарту), Петербурге (на базе Педагогического института), Казани, Харькове. Юридический статус университетов определялся Уставами 1804 и 1835 гг. В последнем наглядно проявилось усиление консервативной линии в политике правительства. Университеты потеряли свою автономию, а повышение платы за обучение больно ударило по малоимущим слоям молодежи, стремившейся к знаниям. Для подготовки квалифицированных кадров были созданы специаль­ные высшие учебные заведения: Медико-хирургическая академия, Технологический, Строительный и Межевой институты, Высшее учи­лище правоведения, Лазаревский институт восточных языков и др.
Университеты и институты стали основными центрами, пропаган­дировавшими современные научные достижения и формировавшими национальное самосознание. Большой популярностью пользовались публичные лекции профессоров Московского университета по проблемам отечественной и всеобщей истории, коммерческим и естественным наукам. Особую известность приобрели лекции по всеобщей истории профессора Т. Н. Грановского.
Несмотря на препятствия, чинимые правительством, происходила, демократизация состава студенчества. Разночинцы (выходцы из не­дворянских слоев) стремились получить высшее образование. Многие из них занимались самообразованием, пополняя ряды складывавшейся русской интеллигенции. Среди них поэт А. Кольцов, публицист Н. А. Полевой, А. В. Никитенко, бывший крепостной, выкупленный на свободу и ставший литературным критиком и академиком Петербургской академии наук.
 В отличие от XVIII в., для которого был характерен энциклопедизм ученых, в первой половине XIX в., началась дифференциация наук, выделение самостоятельных научных дисциплин (естественных и гуманитарных). Наряду с углублением теоретических познаний все большее значение приобретали научные открытия, имевшие прикладное значение и внедрявшиеся, хотя и медленно, в практическую жизнь.
Для естественных наук были характерны попытки более глубокого проникновения в понимание основных законов природы. Исследования философов (физика и агробиолога М. Г. Павлова, медика И. Е. Дядьковского) внесли значительный вклад в этом направлении. Профессор Московского университета биолог К. Ф. Рулье еще до И. Дарвина создал эволюционную теорию развития животного мира. Математик Н. И. Лобачевский в 1826г., опередив современных ему ученых, создал теорию «неевклидовой геометрии». Церковь объявила ее еретической, а коллеги признали правильной лишь в 60-е годы ЗДХ в. В 1839г. завершилось строительство здания Пулковской астрономической обсерватории. Она была оснащена современной для своего времени аппаратурой. Обсерваторию возглавил астроном В. Я. Струве, обнаруживший концентрацию звезд в главной плоскости Млечного Пути.
В прикладных науках особенно важные открытия были сделаны в области электротехники, механики, биологии и медицины. Физик Б. С. Якоби в 1834г. сконструировал электромоторы, работавшие от Гальванических батарей. Академик В. В. Петров создал ряд оригинальных физических приборов и положил начало практическому применению электричества. П. Л. Шиллинг создал первый записывающий электромагнитный телеграф. Отец и сын Е. А. и М. Е. Черепановы на Урале построили паровой двигатель и первую железную дорогу на паровой тяге. Химик Н. Н. Зинин разработал технологию синтеза анилина — органического вещества, употреблявшегося для закрепления красок в текстильной промышленности. П. П. Аносов раскрыл утерянный в средние века секрет изготовления булатной стали. Н. И. Пирогов впервые в мире начал делать операции под эфирным наркозом, широко применял антисептические средства в военно-полевой хирургии. Профессор
А.М. Филомафитский разработал методику использования микроскопа для исследования элементов крови и совместно с Н. И. Пироговым метод внутривенного наркоза. Складывание России как великой евразийской державы, ее геополитические интересы требовали активного исследования не только прилегающих к ней территорий, но и отдаленных районов земного шара. Первая русская кругосветная экспедиция была предпринята в 1803—1806 гг. под командованием И, Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисялского. Экспедиция прошла от Кронштадта до Камчатки и Аляски. Изучались острова Тихого океана, побережье Китая, остров Сахалин и полуостров Камчатка. Позднее Ю.Ф. Лисянский, проделав путь от Гавайских островов до Аляски, собрал богатые географические и этнографические материалы об этих территориях. В 1819—1821 гг. во главе с Ф. Ф. Беллинсгаузеном и М. П. Лазаревым была осуществлена русская экспедиция, которая 16 января <metricconverter productid=«1820 г» w:st=«on»>1820 г. открыла Антарктиду. Ф. П. Литке изучал Северный Ледовитый океан и территорию Камчатки. Г. И. Невельский открыл устье Амура, пролив между Сахалином и материком, доказав, что Сахалин — остров, а не полуостров, как полагали ранее. О. Е. Коцебу исследовал западное побережье Северной Америки и Аляску. После этих экспедиций многие географические объекты на карте мира были названы русскими именами.
Гуманитарные науки выделились в особую отрасль и успешно развивались. В начале XIX в. и особенно после Отечественной войны
1812г. усилилось стремление познать русскую историю как важный элемент национальной культуры. При Московском университете было создано Общество истории и древностей российских. Начались интенсивные поиски памятников древнерусской письменности. В 1800г. было опубликовано «Слово о полку Игореве» — выдающийся памятник древнерусской литературы XII в. Археографическая комиссия развернула работу по сбору и публикации документов по русской истории. Начались первые археологические раскопки на территории России.
В 1818г. были изданы первые 8 томов «Истории государства Российского» Н. М. Карамзина. Консервативно-монархическая концепция этого труда вызвала неоднозначный отклик общественности: одни (крепостники) превозносили автора, другие (будущие декабристы) порицали его. 19-летний А.С. Пушкин откликнулся дружеской и ироничной эпиграммой.
    продолжение
--PAGE_BREAK--«В его «Истории» и мощность, простота
Доказывают нам, без всякого пристрастья,
Необходимость самовластья –
Н.М. Карамзин своим трудом пробудил интерес многих писателей к отечественной истории. Под его влиянием были созданы «Исторические думы» К.Ф. Рылеева, трагедия «Борис Годунов» А. С. Пушкина, исторические романы И.И. Лажечникова и Н, В. Кукольника.
Для следующих поколений историков (К Д. Кавелин, Н.А. Полевой, Т.Н. Грановский, М.П. Погодин и др.) было характерно стремление по-новому осмыслить русскую историю, понять закономерности и специфику ее развития, связь и отличие от западноевропейской. При этом углублялось размежевание теоретико-философских позиций, исторические наблюдения использовались для обоснования своих политических взглядов и программы будущего устройства России. В конце 40-х годов начал свои исследования корифей русской исторической науки С. М. Соловьев. Его научная деятельность в основном протекала в 50—70-х годах XIX в.
Он создал 29-томную «Историю России с древнейших времен» и множество других работ по разным проблемам отечественной истории.
Важной задачей в процессе становления национальной культуры была разработка правил и норм русского литературного и разговорного языка. Это имело особое значение в связи с тем, что многие дворяне не умели ни строчки написать по-русски, не читали книги на родном языке. Существовали различные мнения о том, каким быть русскому языку. Часть ученых выступала за сохранение архаизмов, характерных для XVIII в. Некоторые выражали протест против низкопоклонства перед Западом и использования иностранных слов (преимущественно французских) в русском литературном языке. Большое значение для решения этой проблемы имели создание словесного отделения в Московском университете и деятельность Общества любителей российской словесности. Разработка основ русского литературного языка окончательно осуществилась в творчестве писателей Н.М- Карамзина, А.С. Пушкина, М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя и др. Публицист Н. И. Греч написал «Практическую русскую грамматику».
Просветительская деятельность. Распространению знаний спо­собствовали многие научные общества: Географическое, Минералогическое, Московское общество испытателей природы, упомянутые выше Общество истории и древностей российских, Общество любителей российской словесности. Они устраивали публичные лекции, печатали отчеты и сообщения о наиболее выдающихся достижениях отечественной науки, финансировали различные исследования.
Особое значение для просвещения народа играло издание книг. В начале XIX в. существовали лишь государственные типографии, в —40-е годы распространилось частное книгоиздательство. Оно, прежде всего, связано с именем А. Ф. Смирдина, которому удалось Удешевить стоимость книг, увеличить тиражи и сделать книгу широко доступной. Он был не только предпринимателем, но и известным издателем просветителем.
В первой половине XIX в. заметно оживилось газетное и журнальное дело кроме «Санкт-Петербургских» и «Московских ведомостей» появились многие частные газеты («Северная пчела», «Литературная газета» и др.). Первым русским общественно-политическим журналом был «Вестник Европы», основанный Н. М. Карамзиным. Материалы патриотического содержания публиковались в журнале «Сын Отечества». Огромной популярностью в 30—50-е годы пользовались литературно-художественные журналы «Современник» и «Отечественные записки», в которых сотрудничали В.Г. Белинский, А.И. Герцен и другие прогрессивные общественные деятели.
В 1814г. в Петербурге появилась первая публичная библиотека, ставшая национальным книгохранилищем. В дальнейшем публичные и платные библиотеки открывались во многих провинциальных городах. Нередки стали крупные частные книжные коллекции в домах не только богатых людей.
В первой половине XIX в. начали открываться общедоступные музеи, ставшие местом хранения вещественных, письменных и изобразительных памятников, представлявших историческую, культурную и художественную ценность. Примечательно, что музейное дело более быстрыми темпами развивалось в провинциальных городах: Барнауле, Оренбурге, Феодосии, Одессе и др. В 1831г. был основан Румянцевский музей в Петербурге. Он содержал книги, рукописи, монеты, этнографические коллекции. Все это было собрано графом Н. П. Румянцевым и передано после его смерти государству В 1861г. собрание было перевезено в Москву и послужило основой Румянцевской библиотеки (ныне — Российская государственная библиотека). В 1852г. коллекция произведений искусства в Эрмитаже была открыта для публичного доступа.
Распространению знаний способствовали также ежегодные с конца 20-х годов XIX в. всероссийские промышленные и сельскохозяйственные выставки.
2.2. Литература.
Именно расцвет литературы позволил определить первую половину XIX в. как «золотой век» русской культуры. Писатели, отражавшие российскую действительность, занимали разные общественно-политические позиции. Существовали различные художественные стили (методы), сторонники которых придерживались противоположных убеждений. В литературе первой половины XIX в. закладывались те основополагающие принципы, которые определили ее дальнейшее развитие: народность, высокие гуманистические идеалы, гражданственность и чувство национального самосознания, патриотизм, поиски социальной справедливости. Литература становилась важным средством формирования общественного сознания.
На рубеже XVIII—XIX вв. классицизм уступил место сентимен­тализму. В конце своего творческого пути к этому художественному методу пришел поэт Г.Р. Державин. Главным представителем русского сентиментализма был писатель и историк НМ. Карамзин (повесть «Бедная Лиза» и др.).
Русский сентиментализм просуществовал недолго. Героические события войны 1812г. способствовали появлению романтизма. Он был широко распространен и в России, и в других европейских странах. В русском романтизме существовало два течения. В творчестве В. А. Жуковского проявился «салонный» романтизм. В балладах он воссоздал мир поверий, рыцарских легенд, далеких от реальной действительности. Другое течение в романтизме представляли поэты и писатели — декабристы (К.Ф. Рылеев, В.К. Кюхельбекер, А.А. Бестужев-Марлинский). Они призывали к борьбе против самодержавно-крепостнических порядков, выступали за идеалы свободы и служения Родине. Романтизм оказал заметное влияние на раннее творче­ство А. С. Пушкина и М. Ю. Лермонтова.
Во второй четверти XIX в. в европейской литературе начал ут­верждаться реализм. В России его основоположником стал А.С. Пушкин. После создания романа «Евгений Онегин» этот художественный метод стал доминирующим. В творчестве М.Ю. Лермонтова, Н.В. Гоголя, Н.А. Некрасова, И.С. Тургенева, И.А. Гончарова отчетливо проявились характерные черты реализма: правдивое отображение действительности во всем ее многообразии, внимание к простому человеку, обнажение отрицательных явлений жизни, глубокие раздумья о судьбах Родины и народа.
Большое значение для развития литературы имела деятельность «толстых» литературных журналов «Современник» и «Отечественные записки». Основателем «Современника» был А. С. Пушкин, а с 1847г. его возглавили Н. А. Некрасов и В. Г. Белинский. В 40-е годы XIX в. «Отечественные записки» сплачивали вокруг себя наиболее талантливых писателей того времени — И.С. Тургенева, А.В. Кольцова, Н.А. Некрасова, М.Е Салтыкова-Щедрина. В этих журналах возникло новое явление для России — литературная критика. Они стали и центрами литературных объединений, и выразителями разных общественно-политических взглядов. В них отражалась не только литературная полемика, но и идейная борьба.
Развитие литературы происходило в сложных социально-политических условиях. Ее постоянное соприкосновение с передовыми течениями общественной мысли вынуждало правительство применять к литераторам запретительные и репрессивные меры. В 1826г. цензурный устав, названный современниками «чугунным», сменил прежний (1804г.), более либеральный. Теперь цензор мог по своему усмотрению кромсать текст, убирая из него все, что ему казалось оскорбительным для самодержавия и церкви. «История нашей литературы, по словам А.И. Герцена,— это или мартиролог, или реестр каторги». А.И. Полежаев и Т.Г. Шевченко были отданы в солдаты. А.И. Герцен и Н.П. Огарев за свои первые литературные опыты сосланы. А.А. Бестужев-Марлинский убит во время Кавказской войны.
Декабристы видели в литературе, прежде всего средство пропаганды и борьбы, в их программах проявлялось стремление придать поэзии политический характер, сосредоточить усилия на утверждении идеальной нормы гражданской мора­ли и поведения человека. Самодержавно-крепостнический порядок декабристы отвергали так несогласуемый с закона­ми разума и «естественными правами человека». Отсюда их тяготение к традициям «просветительского классицизма». Другим основополагающим началом эстетической системы декабристов была предромантическая идея национальной самобытности литературы в первой половине XIX в., в кото­рой сосуществовали различные художественные направления: классицизм, сентиментализм, предромантизм, романтизм, реализм. Но особо актуальным в дискуссиях этого времени оказался вопрос о природе и судьбах романтического направления 3.
Нормативисты отнеслись к романтическому движению в европейской культуре с враждебным недоумением и раздражением. Они полагали, что изящные искусства уже совершили полный цикл своего развития и достигли возможных вершин в лоне классицизма. Поэтому романтизм был объяв­лен ими эстетическим «своевольством» и «беззаконием».
В отличие от них представители прогрессивной ветви ра­ционалистической эстетики увидели в этом движении необходимое звено многовекового процесса художественного развития.
Дискуссии о романтизме проходили в первой трети XIX в. постоянно. Один из ее участников Д. В. Веневитинов разделял историю культуры на эпоху эпическую, лирическую и драматическую». Романтизм составляет второе звено в этом процессе и должен уступить место более совершенному состоянию художественного сознания, «примиренному с миром».
Действительно, первоначально романтические идеи скре­щивались с разнородными доромантическими традициями сентиментализма (в раннем творчестве Жуковского), анакреонтической «легкой поэзией» (К.К. Батюшков, П.А. Вяземский, юный Пушкин, Н.М. Языков), просветительского рационализма (поэты-декабристы К.Ф. Рылеев, В.К. Кюхельбекер, А.И. Одоевский и др.). Вершиной русского Романтизма первого периода (до 1825г.) явилось творчество Пушкина (ряд романтических стихотворений и цикл южных поэм»).
Позже получает развитие романтическая проза (А. А. Бестужев-Марлинский, ранние произведения Н.В. Гоголя, А.И. Герцена).
Вершиной второго периода романтизма стало творчество М.Ю. Лермонтова.
Завершение романтической традиции в русской литературу философская лирика Ф.И. Тютчева. Здесь же можно было бы отметить, что представителем романтизма на сцене был в Петербурге актер Каратыгин (его очень любили декабристы), а в Москве в это время на сцене царил П. С. Мочалов.
Близкой к романтизму была предромантическая элегическая поэзия К Н. Батюшкова (1787—1855). В 20-е годы ее традиции были сильны в творчестве А. А. Дельвига (1798— 831), Н.М. Языкова (1803 — 1846), Е.А. Баратынского 1800—1844). Творчество этих поэтов было проникнуто глубокой неудовлетворенностью существующим. Не веруя в переустройство общества, они ориентировали свое творчество на создание гармонии во внутреннем мире человека. Они видели высшие ценности в духовных переживаниях идеального порядка, Батюшков и его последователи — в одухотворенных нравственным пафосом «земных» радостях, в дружбе, люб­ви, чувственном наслаждении. Элегики обновили поэтический язык, разработали утонченные формы поэтической выразительности, создали многообразие метрической, строфической и ритмико-интонационной структур. В элегической поэзии постепенно начали проступать романтические тенденции. Они выражались в своеобразном мистико-романтическом тяготении к поэтической фантастике. Намечались харак­терная для романтизма разработка фольклорных мотивов и форм разных времен и народов, новаторская трактовка антологического жанра у Батюшкова, интерес к русской песне у Дельвига.
Говоря о романтизме, русский исследователь этой сложной проблемы В. Каллаш отмечает, что романтизм «генетически связан с сентиментализмом, последние сентименталисты были первыми романтиками.
На рубеже XVIII—XIX вв. романтизм был связан с самыми разными уровнями общественного сознания и формами их выражения; он оказался причастным к решению проблем самого различного социально-политического, идеологи чес ко- культурного планов.
Историки и социологи, например, давно оперируют представлением о романтизме как особом типе сознания и поведения. Восходящее к Гегелю и Белинскому, поддержанное И. Тэном. оно принято было И.Ф. Волковым и с определенными уточнениями И.Я. Берковским, А.Н. Соколовым, Н.А. Гуляевым, Е.А Майминым10.
Романтизм был необходимым звеном в художественном развитии человечества и явился объективно величественным художественным открытием11.
Он выполнил задачу, возложенную на него историей, сыграл свою роль в культурном процессе как непосредственный предшественник реализма. С ним произошло то же, что и с предшествовавшими направлениями — с классицизмом, сентиментализмом, просветительским реализмом.
Когда «возникали новые вопросы, на которые он отвечал менее точно, чем реализм, то неизбежным оказалось вытеснение романтизма на второй план в литературе и стран Европы, и России: романтизм сошел на периферию, в руках эпи гонов его формы быстро обветшали и, естественно, вызывали насмешливое отношение сторонников нового искусства — критического реализма»12.
Между тем романтическую философию русского искусства русских прозаиков 30-х годов XIX в. более всего привлекал ее немецкий вариант — эстетические концепции, возникшие в недрах так называемой йенской школы, а затем получившие дальнейшее развитие в исканиях младших поколений немецких романтиков.
Интерес вызывали прежде всего эстетические идеи молодо го Фр. Шеллинга. Наибольшей известностью пользовались его сочинения «Система трансцендентального идеализма» (18001 и «Об отношении изобразительных искусств к природе» (1807). Впрочем, достаточно широко были распространены в России и записи лекционных курсов по эстетике, прочитанные Шеллингом в Йене и Вюрцбурге в 1798—1799 и 1802 гг.
Известность «немецкой школы» была в то время очень широка. В 1826г.
С.П. Шевырев, Н.А. Мельгунов и В.П. Титов выпустили в свет на русском языке сочинения В. Г. Ваккенродера, объединенные в книге «Об искусстве и художниках. Размышления отшельника, любителя изящного». Книга очень быстро стала настольной для многих деятелей русской культуры. Были известны в России тех лет работы теоретиков йенского кружка, братьев Ф. и А. Шлегелей, сочинения романтиков гейдельбергского круга (К. Брентано, И. Черресо, Л. А. фон Арнима) и даже доступные главным образом в пересказах философские афоризмы Новалиса, крупнейше­го поэта йенской школы. Чуть позже теоретические идеи йен цев и гейдельбержцев обрели мощное подкрепление в художественных идеях и образах Э. Т. Гофмана и снискали в Рос сии даже большую популярность, чем на родине писателя, в Германии. Переводы и вольные изложения эстетических трак татов, очерков, отдельных высказываний немецких романтиков регулярно появлялись в русских журналах 1820 —1830 гг. («Московский вестник», «Московский телеграф», «Теле скоп», «Вестник Европы», «Московский наблюдатель»).
Конечно, интерес к эстетике немецкого романтизма не исключал сочувственного внимания к идеям иного происхождения. В кругозор русских деятелей культуры входили многие идеи французских романтиков: в России 20-х годов хорошо знали книги Ж. де Сталь и Ф. Р. Шатобриана, позд­нее — статьи-манифесты В. Гюго и А. Виньи. Были известны и теоретические декларации английской «озерной» школы, полемические суждения Дж. Г. Байрона. И все-таки именно немецкая романтическая культура являлась глав­ным источником тех философско-эстетических идей, с которыми встречались русские прозаики, обращавшиеся к теме искусства.
Утопии и мифы немецкого романтизма несли в себе очень важную для русской интеллигенции устремленность к абсолютному идеалу. Увлеченность идеями немецких романтиков ощущается в теоретических исканиях русских мыслителей 1820-х — начала 1830-х годов. В трактатах и статьях А.И. Гелича, И.Я. Кронберга, Д.В. Веневитинова, В.Ф. Одоевского, Н. А. Полевого развивались представления о сущности красоты, о природе творчества и назначении искусства, об их соотношении с иными видами знания, о миссии художника и т. п., в главных чертах сходные с принципами немецкой романтической культурологии. Однако легко улавливаются и отзвуки французского романтизма. Так называемая неистовая словесность (прежде всего романы В. Гюго, Ж. Жанена, О. Бальзака, Э. Сю) в начале 30-х годов волновала русского читателя изображением необузданных страстей.
    продолжение
--PAGE_BREAK--Изучая эти процессы, Алексей Веселовский выдвинул предположение, что «три слоя иновлияний захватили в разное время различные стороны русской культуры: немецкое — в сфере учащейся молодежи, в лицее, в русских университетах, в области эстетической мысли; французское— преимущественно в литературе 1810-х годов; английское — чуть позже и захватило главным образом сферу экономической мысли»13.
Бесспорно, что заимствования были. Но вряд ли можно весь русский романтизм сводить к одним заимствованиям, влиянию западных авторов и подражанию им. Нельзя отрывать русских художников-романтиков от той конкретно-исторической почвы, которая питала их творчество, и возник­новение русского романтизма объясняется не только как следствие западных влияний, но и как закономерный акт в процессе развития русской культуры в целом.
Предпосылки его возникновения в России связаны с началом разложения социально-экономических и идеологических основ крепостничества, с крушением старого мира. Крушение это проявилось в самых различных сферах социально-политических и экономических отношений, на разных уровнях идеологического опосредствования их. В отдельных странах этот общеевропейский процесс протекал в неодинаковых формах и с различной интенсивностью, однако существо его всюду оставалось единым: происходил распад прежних норм морали, эстетических воззрений, общих философских представлений. На смену старому мировосприятию приходило новое понимание человека и общества, морали и долга, социальной гармонии и средств ее достижения.
Самоопределение русского романтизма происходило не только посредством полемического отталкивания от воззрений, определявших культурную жизнь России до Крестьянской войны 1773—1775 гг. и Французской революции 1789— 1794 гг. Первое десятилетие XIX в. в России было также и временем активного переосмысления старых идейно-эстетических ценностей и включения их в новые концепции общественного и литературного процесса: подчиняясь романтическим доминантам, они входили в мировосприятие художников-романтиков.
Романтизм как самостоятельное направление в русской литературе утвердился не только вместе, но в значительной мере и в результате творческих исканий и художественных открытий В.А. Жуковского (1783—1852).
Подобно многим молодым русским дворянам 90-х годов XVIII в. Жуковский начинал сознавать отличие своих воззрений на мир от традиционных норм просветительства. Однако среди сложившихся литературных форм Жуковский не находил и, естественно, еще не мог найти таких изобразительно выразительных средств, с помощью которых можно было бы добиться наиболее полного художественного выражения этого нового типа видения и чувствования мира, где смутное ощущение дисгармонии темной тенью ложится на создаваемую картину.
На этом фоне с особенной остротой осознается кратковременность человеческого бытия. Человек смертен — и вся его жизнь, как поток, стремится к неизбежному концу. Стихотворение, насыщаемое раздумьями о самых общих законах бытия, приобретает вид лирико-философской миниатюры:
Жизнь, мой друг, бездна
Слез и страданий…
Счастлив стократ
Тот, кто, достигнув
Мирного брега,
Вечным спит сном…
Этот образ Жуковский пронес до последнего своего часа. Это было первым в русской поэзии шагом к выражению романтического двоемирия. Земное здесь, как полагает поэт, является необходимым этапом к идеальному там. Здесь человек приобретает некие залоги, без которых невозможно об­рести желанный покой инобытия. Залоги — это добрые дела, богатство впечатлений, общение с друзьями, память в сердце ближних и т. п.
Подобная картина двоемирия, несвободная в своей сущности от религиозно-христианских представлений, тем не менее уже в самых ранних произведениях Жуковского освобождается от традиционной христианской образности.
В своих произведениях («Сельское кладбище», «На смерть Андрея Тургенева» и «К. К. Соковниной») Жуковский отчетливо проявляет признаки раннего романтического видения мира. Он словно бы доказывает важный для него силлогизм из двух посылок и самоочевидного вывода: «Земное счастье непрочно, мгновенно и для большинства людей недостижимо, но человек рожден для счастья и в этом его назначение»14, следовательно, он обретет счастье в ином мире или ином, неземном понимании, если только существует справедливость и не хаос, а гармония господствует во Вселенной.
В элегии «К.К. Соковниной» Жуковский констатирует ту закономерность бытия, которую открывали еще Грей, Княжнин, Карамзин, Державин, И. Дмитриев и другие его предшественники: «Протекших радостей уже не возвратить». Мысль о необратимости течения времени, освоенная предромантической поэзией, сочетается в этой элегии с иной, не­обычной для всего доромантического искусства: «Но в самой скорби есть для сердца наслаждение». Она предваряет ту поэтизацию личного трагизма, которая у Байрона, Полежаева и Лермонтова станет одним из проявлений активного неприятия действительности и выражением необычно острого конфликта между личностью и обществом.
Жуковский написал около пятидесяти новых произведений (включая эпиграммы и басни), но практически не сделал нового крупного шага в дальнейшем расширении и обогащении уже созданной им художественной системы романтизма.
Романтизмом использовалась элегия, другие жанры еще предстояло освоить. Эта элегическая форма раннего романтизма еще была множеством нитей связана с элегически-меланхолическими проявлениями сентиментализма и предромантизма.
Освоение жанра баллады было для Жуковского одновременно и освоением новой системы художественных средств, не имевшихся в распоряжении поэтов эпохи просветительства. Тем самым переход к балладе положил начало не только новому периоду в творческом развитии Жуковского, но и означал начало нового этапа в дальнейшем самоопределении русского романтизма как самостоятельного художественного течения.
«Людмила» (1808), первая из баллад Жуковского, возбудила особый резонанс среди читателей. Она была воспринята как произведение необычное и даже небывалое в русской литературе, как выражение откровенного разрыва с искусством предшествовавшей эпохи. При всем том в «Людмиле» угадывались и некоторые уже известные (по западной литературе) мотивы: читатель был в значительной мере подготовлен к той фантасмагории, какая предстала перед ним в этой балладе и которая буквально взрывала все устоявшиеся литературные каноны.
Ф.Ф. Вигель подробно и в общем верно изложил впоследствии те впечатления, которые вызвала «Людмила» при своем появлении. «Упитанные литературою древних и французскою, ее покорною подражательницею (я говорю только о просвещенных людях), мы в выборах его увидели нечто чудовищное, — пишет Ф.Ф. Вигель, имея в виду выбор нового жанра и особых иллюзий. — Мертвецы, привидения, чертовщина, убийства, освещаемые луною, — да это все принадлежит к сказкам да разве английским романам; вместо Геро Геро, с нежным трепетанием ожидающей утопающего Леандра, представить нам бешено стройную Ленору со скачущим трупом любовника! Надобен был его чудный дар, чтобы заставить нас не только без отвращения читать его баллады, но, наконец, даже полюбить их. Не знаю, испортил ли он наш вкус? По крайней мере создал нам новые ощущения, новые наслаждения»15.
Знаменателен вывод Ф. Ф. Вигеля: «Вот и начало у нас романтизма»16.
Как жанр баллада в 1808—1814 гг. даже для записного любителя словесности была непривычной. А за балладой возникал мир средневековой жизни, овеянный мистическими настроениями и осознанием малости, бессилия человека перед ликом грозных и безжалостных сил. Этот мир тонул во тьме неясных представлений и легенд; он страшил своей безвестностью и в то же время манил возможностью бескомпромиссного волеизъявления, хотя и грозил расплатой за неверные решения. Этот мир, возрождение которого началось западными предромантиками еще в 1760-х годах, отчетливо противостоял сконструированному в соответствии с логикой иерархическому миру классицизма и в равной мере — миру сентиментально-элегической медитации.
Замечательной особенностью творчества Жуковского является интерес к истории, главным образом к средневековью, к народной жизни, обычаям, традициям и т. п. Баллады «Людмила» (1808), «Громобой» (1810) и «Светлана» (1808-1812) написаны поэтом на сюжеты, взятые из русской средневековой жизни, и изобиловали описаниями народного быта, обрядов, в частности святочных гаданий, пришедших к нам еще из языческих времен:
Раз в крещенский вечерок
Девушки гадали;
За ворота башмачок,
Сняв с ноги, бросали;
Снег пололи; под окном
Слушали, кормили
Счетным курицу зерном;
Ярый воск топили; В чашу с чистою водой
Клали перстень золотой.
Серьги изумрудны;
Расстилали белый плат.
И над чашей пели в лад
Песенки подблюдны.
Вот красавица одна;
К зеркалу садится;
С тайной робостью она
В зеркало глядится;
Темно в зеркале; кругом
Мертвое молчание;
Свечка трепетным огнем
Чуть лиет сиянье…
Робость ей волнует грудь
Страшно ей назад взглянуть Страх туманит очи…
С треском пискнул огонек,
Крикнул жалобно свверчок –
Вестник полуночи.
Нельзя не сказать и о чисто человеческих качествах Жуковского. Его отличали необыкновенная чуткость и отзывчивость. Служба при дворе (с 1815г. — воспитатель цесаревича) позволяла Жуковскому облегчать участь опального А.С. Пушкина (который считал Жуковского своим учителем), декабристов, М.Ю. Лермонтова. Он добился освобождения от солдатчины Е.А. Баратынского, выкупа из крепостной неволи Т.Г. Шевченко, возвращения из ссылки А.И. Герцена.
Спустя 30лет после опубликования романтических элегий и баллад Жуковского, в эпоху, когда романтизм был близок к исчерпанию художественных возможностей и доживал последние дни как ведущее литературное направление, один из последних из талантливых его представителей В.Ф.Одоевский следующим образом определил заслугу романтического человековедения. «В XIX в. Шеллинг был тем же, чем Христофор Колумб, он открыл человеку неизвестную часть его мира, о которой существовали только какие-то баснословные предания, его душу! Как Христофор Колумб, он нашел не то, что искал, как Христофор Колумб, он возбудил надежды неисполнимые. Но, как Христофор Колумб, он дал новое направление деятельности Человека! Все бросились в эту чудную, роскошную страну»17.
Можно добавить: Шеллинг был не единственным и, как Колумб, даже не первым пролагателем этого нового направления в мировом искусстве. И в отличие от Колумба не с именем Шеллинга осталось оно связанным в истории науки о литературе и культуре. Французская революция, положив начало все европейскому раскрепощению человека, пробудила интерес к личности в отношении к самой себе, к своим возможностям, к своей душе. Это и было началом современного психологического анализа. Художники-романтики России и Западной Европы по мере своих возможностей ответили на этот запрос истории, предложив новое понимание внутреннего мира человека.
Прежде чем говорить о пейзаже и его функциях в произведениях Жуковского 1800—1810-х гг., нельзя не обратить внимания, что уже у Карамзина романтическая настроенность заметно сказалась на восприятии природы.
Так, в элегии Жуковского «Славянка» (1815) воссоздается романтически воспринятый пейзаж под Петербургом18.
Природа одухотворяется, и на этом пути антропоморфизации пейзаж приобретает вид портрета некоего сверхсущества: по пейзажу можно судить о том, как природа воздействует на душу лирического героя и, наоборот, что в ней раскрывается навстречу его мечте, его мысли, его душе.
Все к размышлению здесь влечет невольно нас;
Все в душу томное уныние вселяет;
Как будто здесь она из гроба важный глас
Давно минувшего внимает.
Персонифицированный и как бы уравненный в правах с человеком пейзаж приоткрывает свою таинственную глубину:
Как бы эфирное там веет меж листов,
Как бы невидимое дышит.
Пейзаж ночной, непознаваемо-таинственный, да еще и с кладбищем или иными символами смерти обосновался в художественном мире баллад Жуковского и сделался одним наиболее приметных признаков этого мира.
В разгар полемики начала 1820-х годов о романтизме «истинном» и «неистинном», когда на фоне элегически — баладногого романтизма Жуковского происходило становление декабристского романтизма, Н. Греч с Булгариным, например, будто бы вся лирика Жуковского — несамостоятельна 19
Жуковский сам признавал существенную особенно творческого метода: «Это вообще характер моего творчества; у меня почти все или чужое, или по поводу чужого — и все, однако, мое»20.
Переводя западных поэтов, Жуковский, в сущности, на свой лад «пережевал» их, пересоздавал заимствуемый образ, трансформируя (в меру собственного понимания) его общечеловеческое содержание и национальное своеобразие. Пересоздавая образы, рожденные на инонациональной почве, Жуковский оставался русским человеком, сформированным специфическими социальными и духовными обстоятельствами русской жизни начала XIX в. При всем своем европеизме и образованности в духе просветительства он остро сознавал самобытность русской культуры21 и высоко оценивал ее воз­можный вклад в мировую культуру.
Вопрос об оригинальности и национальной самобытности поэзии Жуковского — лишь одна из сторон общей проблемы возникновения и развития романтизма в России: «… романтизм Жуковского — это индивидуальное, яркое, оригинальное и национально-самобытное проявление европейского романтизма на русской почве».
И если в балладах Жуковский все дальше отходил от современности23, если в них запечатлелось «бегство от жизни в идеализм, в субъективное, в мир мечты»24, то в лирике это погружение в психологию объективно означало приближение к тому порогу, за которым начинался психологический анализ в лирике крупнейших последователей Жуковского, которые, начиная с Пушкина, неизбежно переходили к реалистическому пониманию и отражению внутреннего мира человека.
Пристальное внимание писатели-романтики уделяют исследованию тайн творческого процесса. Художественное романтическое осмысление отношения к искусству, к художникам в первую очередь, мы находим не только у писателей-романтиков, но и У писателей реалистов, отдавших дань этому поистине популярному направлению в мировой и отечественной культуре.
Репертуар русской повести об искусстве, созданной в первой половине XIX в., довольно широк. Это «Портрет» и «Живописец» В.И. Карлгофа, «Несколько мгновений из жизни графа Т», Марлинского, «Н.А. Полевого, «Художник» Любовь поэта», В.Ф. Одоевского, «Антонио», «Корделия», Н. Ф. Павлова, «Египетские ночи», К.С. Аксакова, «История двух ка-Соллогуба, «Портрет» Н.В. Гоголя и др.
В конце 20-х и в 30-е годы существенно выделялась деятельность романтика Полевого, выступавшего в журнале «Московский телеграф» и «Философская критика»; В.Ф. Одоевского, И.В. Киреевского (1806—1858), Н. И. Надеждина (1804—1856); в 40-е годы — выступления К. С. Аксакова (1827—1860) и близкого к петрашевцам В.Н. Майкова (1823—1847). Но вернемся хронологически к началу XIX в. В 1804—1812 гг. разгорелась дискуссия о русском литературном языке и стилистике — две крайние позиции заняли Н.М. Карамзин25 и А.С. Шишков. Н.М. Карамзин «освободил язык от чуждого ига и возвратил ему свободу» (А.С. Пушкин). «Карамзинисты» провозгласили сближение литературного языка с разговорным: «Писать, как говорят, и говорить, как пишут». Их противники (А.С. Шишков, Д.И. Хвостов, С.А. Ширинский-Шихматов и др.) выступали за сохранение старых, книжных форм, ориентацию на церковно-славянский язык. Они объединились в общество под названием «Беседа любителей русского слова» (1811 —1816). Последователи Карамзина создали объединение «Арзамас» (1815—1818). В него входили В.А. Жуковский, К. Н. Батюшков, В.Л. Пушкин, А.С. Пушкин, Д.Н. Блудов, П.А. Вяземский, С, С. Уваров и др.
В 1802—1803 гг. Карамзин издавал «Вестник Европы», где в критических статьях излагал свою эстетическую программу, способствовавшую формированию самобытности русской литературы, богатству ее словесно-выразительных средств26.
Русский язык постоянно обогащался. Расширялась русская научная терминология. В 1804г. при университетах были открыты словесные отделения.
Создание словесного отделения в Московском университете, усиливающиеся споры о возможности преподавания в стенах университета всех предметов только на русском языке, создание Общества любителей российской словесности, безусловно, свидетельствовали о новом отношении в обществе к судьбам национального языка. Н.М.Карамзин начал преобразование русского литературного языка, «совлекши его с ходуль латинской конструкции и тяжелой славянщиы» (Белинский). А. С. Пушкин разрешил проблему формирования национального языка, проблему не только литературного, но и важнейшего общекультурного значения.
    продолжение
--PAGE_BREAK--
еще рефераты
Еще работы по культуре