Реферат: Глаголы движения в русском языке

--PAGE_BREAK--ГЛАВА 1 ОСНОВНЫЕ  ЕДИНИЦЫ  СЛОВООБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ  СИСТЕМЫ  РУССКОГО ЯЗЫКА
 

§ 1   Производное слово как основная единица словообразовательной системы русского языка
     В языке идет процесс непрерывного образования новых слов. Последние производятся на основе старых и по их образцу. Происходит цепная реакция образования производных слов, одно влечет за собой другое.

    Производное слово ( дериват ) возникает в результате применения к производящей единице какой либо формальной операции. Одна из двух единиц рассматривается как исходная — источник деривации, другая — как результат деривации.

    В русском языке  непроизводных слов ( лексем, структурно и семантически не выводимых из более простых единиц ) насчитывается до 6000 [См.: Попова,1996:5 ]  , тогда как некоторые словари русского языка фиксируют до 150000 слов. Таким образом, именно производные слова обеспечивают словарное богатство русского языка и составляют его основной фонд.

    Вслед за Е. А. Земской, Е. С. Кубряковой мы считаем, что производное слово является основной единицей системы русского словообразования, хотя эта точка зрения далеко не единственная. Так, В. В. Лопатин и И. С. Улуханов признают основной единицей словообразовательной системы формант-компонент производного слова. По мнению П. А. Соболевой, это — деривационный шаг. Н. А. Янко — Триницкая считает, что основная единица словообразовательной системы русского языка — словообразовательный образец.

В“ Русской грамматике „( 1980 ) «под словообразовательной системой понимается совокупность словообразовательных типов языка в их взаимодействии, а также совокупность словообразовательных гнезд» [Русская грамматика, 1980 :137]. Основной единицей классификации признается словообразовательный тип, более крупной — словообразовательный способ.

     Е. А. Земская описывает системное устройство словообразования и определяет его как « сложную иерархическую организацию, в которой обнаруживаются противопоставление единиц разной структуры и разной степени сложности».Основной единицей в этой организации является производное слово. Оно «занимает центральное место в системе словообразования », «состоит из простейших (внутрисловных) единиц и входит в единицы более сложные –комплексные » [Земская ,  1981: 219 ]. К  комплексным     единицам  относятся: словообразовательная пара, словообразовательный тип, словообразовательная цепочка, словообразовательная парадигма  и словообразовательное гнездо. Производящее и его производное составляют в совокупности словообразовательную пару. Словообразовательные пары входят в словообразовательные типы, на базе которых формируются словообразовательные категории. Словообразовательное гнездо как комплексная единица системы словообразования представляет собой объединение однокорневых слов. Его составными частями являются словообразовательные цепочки и словообразовательные парадигмы. Таким образом, производное слово находится в начале иерархически выстроенной системы русского словообразования. Именно оно, по-нашему мнению, и является основной единицей  словообразовательной системы русского языка, поскольку производное слово – это тот элемент, без которого не существовало бы самой системы .

Производное слово – единица мотивированная .

    Е.С.Кубрякова использует понятия производности и мотивированности   как синонимичные и взаимодополняющие друг друга [Кубрякова ,1981:6].

     В лингвистической науке по этому поводу существует дискуссия, суть которой изложил М.Ф.Лукин [Лукин, 1997:89-105].

     В «Русской грамматике» (1980) традиционное понятие производности заменено понятием мотивации ( мотивация рассматривается как основа словообразования). М.Ф.Лукин считает такую замену неправомерной [Cм.: там же :97].

Дело в том, что в «Русской грамматике» (1980 ) процессы словообразования исследуются с синхронной точки зрения, диахронный аспект зачастую не берется во внимание. М.Ф.Лукин же полагает, что диахрония присутствует в самой синхронии, хотя это присутствие далеко не всегда ощутимо [ Там же: 97].Как образец сочетания синхронии и диахронии исследователь называет книгу В.В.Виноградова «Русский язык /Грамматическое учение о слове».

На наш взгляд, синхронный и диахронный аспекты в исследовательской практике не должны смешиваться и переплетаться. Изучая явления современного русского языка, исследователь  в первую очередь должен, на наш взгляд, должен обращаться к синхронии. Диахронный подход может быть использован для объяснения каких-либо фактов современного языка, но это использование необязательно.

В настоящей работе мы изучаем дериваты неоднонаправленных глаголов движения в синхронном плане, а термины «производность» и «мотивированность», вслед за Е.С.Кубряковой, используем как взаимодополняющие друг друга .

Итак, под производным словом понимается любая вторичная, то есть обусловленная другим знаком или совокупностью знаков единица номинации со статусом слова независимо от структурной простоты или сложности последнего [Кубрякова ,1985:5].

В определении производного слова, данном Г.О.Винокуром, подчеркивается мотивированность производного, которая «выражается в отношениях между значащими комплексами »[Винокур ,1959:421].Поэтому значение производных слов всегда определяется «посредством ссылки на значение соответствующей первичной основы»[ Там же:421].Именно такое определение значения производных слов, по мнению ученого, и должно составлять задачу в изучении значений слов .    

Производные слова находятся в отношениях однонаправленной мотивации. Корень производного слова  — тот же или иной вариант производящей основы на первой ступени словообразовательных отношений [Зиновьева, 1987:167-168 ] (Ср.: ходить — ход ) .

Производное и производящее слова, составляют словообразовательную пару. Они находятся в отношениях словообразовательной мотивации: бегать ---забегать ( «начать бегать»),бродить — отбродить («перестать бродить») .

Члены словообразовательной пары включают в себя идентифицирующий компонент- мотивирующую бузу, по которому идет сопоставление единиц словообразовательной пары, и дифференцирующий компонент – аффиксы-форманты. Это дает основание квалифицировать отношения в словообразовательной паре как парадигматические, ассоциативные (ассоциация по общему идентифицирующему компоненту ) [См.: Гейгер, 1987:306 ].
§ 2    Понятие о словообразовательном типе

Под словообразовательным типом понимается совокупность производных слов, характеризующихся общностью трех элементов: 1) частью речи производящих основ; 2) семантическим соотношением между производящими и производными; 3) Формальным соотношением между производящими и производными, а именно: общностью способа словообразования и словообразовательного средства  [См.: Современный русский язык ,1989:292].

А.Н.Тихонов указывает на такие свойства словообразовательного типа, как его воспроизводимость и повторяемость в плане содержания и в плане выражения [ См.: Тихонов ,1982:3].

Словообразовательный тип характеризуется отношениями производности, предполагая обязательное наличие производящего слова и производного [ См.: Полянская, 1976:215].

Принадлежностью словообразовательного типа является не только набор материальных средств, но и словообразовательное значение.
§ 3    Вопрос о словообразовательном значении

Проблема словообразовательного значения является наиболее сложной, спорной  и в то же время одной из самых важных проблем в словообразовании.

Словообразовательное значение присуще не отдельному слову, а определенному словообразовательному типу. В этом, как отмечает В.М. Немченко, заключается принципиальное отличие словообразовательного значения от лексического. Последнее характеризует отдельные слова [Немченко, 1984:93].

Суть многих существующих определений словообразовательного  значения отражена в «Русской грамматике» (1980): « Словообразовательное значение типа выводится из тех тождественных или сводимых к более общему значению компонентов лексического значения мотивированных основ, которые входят в значение мотивирующего слова »  [Русская грамматика, 1980:136].

Е.Л.Гинзбург понимает под словообразовательным значением стандартную схему интерпретаций производных на базе категориальных компонентов семантики производящего. Вполне справедливо следующее положение этого лингвиста: словообразовательное значение « определяет соответствие значений производного и производящего как представителей категорий, участвующих в том деривационном шаге, который соответствует отношению производности » [Гинзбург ,1979:22].

Исходя из существующих подходов к словообразовательному значению, можно говорить о его способности фиксировать однотипные, образованные по одной и той же формальной схеме производные и выделять определенное количество групп с различными значениями .

Каков же предел обобщения или конкретизации значений словообразовательного типа? Н.А.Янко-Триницкая говорит о необходимости отграничения значений словообразовательного типа ( образца) от сопутствующих лексических  значений производных, а под словообразовательным значением образца понимает значение, которое структурно выражено самим образцом и является прямым следствием производящей основы [ См.: Ильина ,1985:22].

Л.М.Васильев выделяет три главных различия между лексическими и словообразовательными значениями. Во-первых, словообразовательные значения « всегда являются “ классными „, то есть они лежат в основе деления слов на семантические и формальные классы », лексические же значения могут быть и “неклассными „. Во-вторых, словообразовательные значения всегда выражены  соотношением словообразовательного средства ( аффикса ) и словообразовательной ( мотивирующей ) основы. В-третьих, словообразовательные значения в отличие от собственно лексических всегда являются мотивационными [См.: Васильев ,1982:72-73 ] .

Важным является следующее положение И.С.Улуханова: « В качестве исходных единиц классификации могут выступать лишь те значения, которые соотнесены с определенными средствами выражения »[Улуханов, 1977:13].При определении типа ученый отказывается от критерия тождества семантических отношений между производной и производящей основами, так как этот критерий дает возможность выделения неограниченного количества типов с одним и тем же формантом. Поэтому И.С.Улуханов выдвигает требование семантического тождества форманта ( наряду с формальным ) [См.:  там же: 13].

Некоторые дериватологи говорят о трудностях, связанных с выделением словообразовательного значения, с отнесением производных к тем или иным словообразовательным типам. Так, Р.С. Манучарян пишет о том, что принцип выделения словообразовательных значений на основе общности производных с одинаковой морфемой или формантом допускает также значительную свободу в обобщении семантических производных [Манучарян ,1974:516].

« Производные, образованные по одной и той же формальной схеме, могут относиться к разным словообразовательным типам ,-отмечает В.А. Ильина ,- если формально тождественный формант не является семантически тождественным » [Ильина  , 1985:24].

В связи с этим возникает вопрос: возможно ли, с одной стороны, детальное разграничение словообразовательных значений производных, образованных по одной и той же формальной схеме, и, с другой стороны, и с другой стороны, их обобщение ?

На первую часть вопроса уже дан однозначный ответ. В.В. Лопатин и И.С. Улуханов указывают на необходимость разграничения общего и частных значений в рамках словообразовательного типа. На основе частных значений выделяются семантические подтипы внутри типа.Важно, что они рассматривают частные значения не как сопутствующие лексическим, а относят их к словообразовательной семантике  [См.: Ильина, 1985:25].

Со второй частью вопроса связано понятие « общее словообразовательное значение », в которое разные лингвисты вкладывают разный смысл .

Так, П.А. Соболева за общее словообразовательное значение принимает отношения категориальных значений производного и производящего. По ее мнению, общее словообразовательное значение реализуется в частных значениях, и в качестве  последних могут выступать как значения словообразовательного типа в общепринятом понимании, так и значения семантических подтипов [ См.: Ильина, 1985:25].

Е.С. Кубрякова под общим словообразовательным значением понимает прежде всего совмещение « двух категориальных значений, одно из которых конкретизируется ономасиологическим признаком … слова »[ Кубрякова, 1981:17]. Она полагает, что «словообразовательные значения могут быть исчислены как в общей форме ( комбинаторикой трех главных категориальных значений – предметности, процессуальности и признаковости ), так и в их разновидностях ( при транспозиции, мутациях и разных модификациях )» [Кубрякова ,1981:25].

В.А. Ильина, подытожив разные мнения, касающиеся общего словообразовательного значения, дает следующее определение последнему: «Общее словообразовательное значение типа – это общее значение всех производных, образованных по одной и той же формальной схеме; все значения большей степени конкретизации являются частными словообразовательными значениями того или иного уровня обобщения » [Ильина, 1985:24]. В своей работе мы будем придерживаться этой точки зрения.
§ 4   Понятие о словообразовательной цепочке
      Словообразовательная цепочка ( цепь ) понимается как совокупность однокорневых слов, связанных друг с другом отношениями последовательной производности .

      А.Н. Тихонов, Е.А. Земская, И.С. Улуханов  относят словообразовательные цепочки к комплексным единицам словообразовательной системы, выделяющимся в составе словообразовательного гнезда [ См., например, :  Тихонов, 1990:41 ].

       Конкретные словообразовательные цепочки образуют типовую цепочку. Ее составляют словообразовательные цепочки с одинаковым набором словообразовательных типов, занимающие одинаковые словообразовательные позиции [См.: Тихонов ,1982:17]. Ср.:

   летать – налетать – налет ;

   катать – накатать – накат ;

   плавать – наплавать – наплав и т.д.

      « Воспроизводимость таких структур в планах содержания и выражения, их повторяемость, — пишет А.Н. Тихонов, — позволяет считать их самостоятельными, отдельными единицами в иерархической организации словообразования » [Там же:18].

         В разделе  «Словообразование» «Русской грамматики»(1980) содержатся наблюдения над семантикой словообразовательных цепочек, Отмечается, в частности, что « слово второй, третей и т.д. ступеней мотивированности может мотивироваться  не только ближайшим из предшествующих ему слов цепочки, но и  другими предшествующими словами» [Русская грамматика, 1980:133].

        Можно согласиться с О.П. Ермаковой, которая считает, что последовательное возрастание структурной сложности производных от начала к концу цепочки не всегда влечет за собой такое же возрастание смысловой сложности. Оно, по мнению лингвиста, наблюдается только в цепочках, в которых отсутствуют синтаксические дериваты. Ср: плавать – поплавать – поплавок – поплавочный. Наличие в цепи синтаксических дериватов ограничивает это возрастание, сдерживает его[См.: Ермакова ,1982:39-41].

    Изучение семантической структуры словообразовательной цепочки осуществляется в плане выявления в ней полимотивированных образований. В этом аспекте интерес представляет статья И.А. Ширшова, в которой описана множественность мотиваций.  Как показывает исследование, явление словообразовательной полимотивированнсти должно изучаться именно на фоне словообразовательной цепочки. Автор характеризует словообразовательные цепочки по следующим признакам: «количество компонентов», «лексико – грамматическая отнесенность исходного слова и конечного звена цепочки», «последовательное присоединение аффиксов или чересступенчатое», «одна мотивация у конечного (или неконечного) звена или более» [См.: Ширшов, 1982:91-95 ].

     Внимание дериватологов привлекают вопросы структурной организации словообразовательных цепочек.

     Ступень словопроизводства (на фоне словообразовательной цепочки) как фактор, влияющий на деривационный потенциал слова, рассматривается Т.С. Морозовой. Зависимость порождающей способности слова от ступени словопроизводства обнаруживается в следующем.

«1.Чем дальше находится слово от исходного члена гнезда, тем меньше его словообразовательный потенциал …

2.По мере удаления от вершины гнезда используются все более и более регулярные и продуктивные словообразовательные конструкции …

3.Имеются словообразовательные значения, возможные лишь на определенных ступенях  словопроизводства. Так, названия субъекта, объекта, орудия, результата, остатка порождаются лишь на первых двух ступенях…» [Морозова, 1981:165].
§ 5 Cловообразовательная парадигма и словообразовательный потенциал слова

Помимо словообразовательных цепочек, словообразовательное гнездо составляют словообразовательные парадигмы.

Термин « словообразовательная парадигма» начал использоваться применительно к описанию русского словообразования в 70-ые годы. Словообразовательная парадигма интерпретировалась как 1)словообразовательное гнездо; 2) словообразовательная цепочка в гнезде; 3)часть гнезда, выделенная на базе радиальных отношений; 4) словообразовательный ряд – набор производных слов с одним общим членом – базой или формантом.

Возникает вопрос, какое из этих употреблений термина «словообразовательная парадигма» в наибольшей степени отвечает признакам языковых парадигм .

В статье Е.С. Кубряковой и П.А. Соболевой обсуждается вопрос о правомерности употребления термина « словообразовательная парадигма» по отношению к словообразовательному гнезду [Кубрякова, Соболева, 1979:5-23 ]. Авторы выводят пять обязательных признаков парадигмы, присущих, в частности, морфологической парадигме, и доказывают, что словообразовательному гнезду эти признаки не свойственны.

В работах Е.А. Земской словообразовательная парадигма определяется как «набор производных, имеющих одну и ту же производящую основу и находящихся на одной и той же ступени деривации »[Земская ,1978:71]и высказываются  аргументы в пользу того, что словообразовательная парадигма в таком понимании отвечает конститутивным признакам языковых парадигм. Мы согласны с мнением Е.А. Земской и в настоящей работе придерживаемся этой точки зрения.

Наибольшее различие между словообразовательными парадигмами наблюдается у слов разных частей речи, хотя в пределах одной и той же части речи имеются существенные различия между парадигмами слов разных лексико-семантических групп. Но даже и у слов, относящихся к одной и той же узкой лексико-семантической группе, состав производных далеко не одинаков. Это объясняется действием разнообразных ограничений, определяющих возможности сочетаемости производящих основ с формантами: семантических, формальных (морфонологических), стилистических, лексических и словообразовательных [Подробнее об «ограничениях» см.: Земская,1973: 194-204]. Немалое число парадигм составляют уникальные, характерные только для одного слова, парадигмы. Для того, чтобы абстрагироваться от «капризов» лексики, вводится понятие «типовой словообразовательной парадигмы», под которой понимается «некоторая абстрактная парадигма, сформированная конкретными парадигмами с одним и тем же набором словообразовательных значений » [Шмелева ,1988:98].

Словообразовательные парадигмы характеризуют словообразовательный потенциал конкретного слова .

Словообразовательный потенциал слова можно рассматривать в синхронном и диахронном аспектах. Анализ словообразовательных возможностей слова в диахронном аспекте предполагает учет всех производных, когда-либо имевшихся у данного производящего. Рассмотрение деривационного потенциала в динамическом аспекте – учет только тех производных-неологизмов, которые появляются в исследуемый период. Такой подход определяет динамику синхронно-мотивационного потенциала слова. Последний – мотивационный потенциал – определяется по способности слова мотивировать производные, входящие в его словообразовательное гнездо на данном временном срезе. По  мнению Т.В. Поповой, словообразовательный потенциал слова складывается из трех составляющих: диахронно-деривационного, синхронно-мотивационного, и деривационно-динамического потенциалов [Попова, 1996:67].

В дипломной работе словообразовательный потенциал неоднонаправленных глаголов движения будет рассмотрен в двух аспектах: как мотивационный потенциал, проявляющийся в способности глагола мотивировать словообразовательные гнезда разной величины и структуры, определяемые строго синхронно, и как деривационно-динамический потенциал, проявляющийся в способности глаголов неоднонаправленного движения порождать в последние 20-30 лет те или иные новообразования. Последний для краткости  будем называть «деривационным потенциалом». Глаголы движения особенны интересны в этом отношении, поскольку их деривационные механизмы занимают центральное положение в словообразовательной системе русского языка. Это проявляется, в том, что неоднонаправленные глаголы движения обусловливают  словообразовательный потенциал всех своих производных, а также в том, что « глаголы являются основной словопорождающей силой любого гнезда: от них образуется 90% всех входящих в него дериватов»  [Попова, 1996: 69].

Проблема выявления словообразовательного потенциала отдельных частей речи принадлежит к числу наиболее актуальных в современной дериватологии. В последние 10-20 лет появились работы, рассматривающие какую-либо часть речи или иную группу слов как словообразовательную базу русского языка. Именно в этом аспекте анализируются отдельные группы глаголов в работах Е.Б. Бесоловой, Е.Бразаускане, С.Я. Дольской, Л.С. Лев, Т.С. Морозовой, А.С. Шишкиной, Т.С. Яруллиной  [Библиографию см.: Попова, 1996:108-113].

Словообразовательные возможности слов выявляются по разным показателям. В подавляющем большинстве работ они определяются по количеству производных в словообразовательной парадигме или гнезде (количественная характеристика словообразовательного потенциала). В работах П.А.Соболевой и Е.Л.Гинзбурга – по принадлежности производных к разным частям речи, их категориально-грамматическому разнообразию (семантико-грамматическая характеристика словообразовательного потенциала).В работах Л.А.Медведевой – по словообразовательным значениям дериватов (деривационно- семантическая характеристика)  [См.: там же: 96-97 ]. Последние два способа исчисления словообразовательного потенциала с разной степенью обобщения семантики производных характеризуют «семантический» аспект словообразовательной мощности разных слов.

Изучение семантической составляющей словообразовательных возможностей слова представляется более перспективным, хотя и недостаточно разработанным в современной русистике направлением. Чисто количественный анализ дает точное представление о способности слова  порождать дериваты, но не позволяет определить причины его деривационной активности или пассивности, оставляет анализ словообразовательных возможностей на уровне их простой констатации .

В нашем исследовании количественная характеристика словообразовательного потенциала глаголов неоднонаправленного движения дополняется рассмотрением смысловой стороны их дериватов.
    продолжение
--PAGE_BREAK--5 Словообразовательное гнездо как комплексная единица языка


Словообразовательное гнездо– упорядоченная отношениями производности совокупность слов, характеризующихся общностью корня [Тихонов, 1990:36].

Словообразовввательное гнездо как комплексная единица системы словообразования представляет собой объединение однокорневых слов. Корень является материальным выразителем того общего смыслового элемента (лексико-семантического варианта, семы), который объединяет слова в словообразовательном гнезде [См.: Тихонов, 1990:36].Ср.:ходить, хаживать, хождение, ходка, ход, ходьба, ходимость, ходак, ходатай, ходок, ходень, ходилки, ходули, ходун, ходящий, ходкий  и т.д.

В последние годы проблематика исследования словообразовательного гнезда чрезвычайно расширилась и усложнилась. Изучение словообразовательных гнезд направлено на выявление закономерностей, связанных с действием его внутреннего механизма, определение особенностей взаимодействия его с другими единицами системы словообразования, построение типологии гнезд.

Е.Л.Гинзбург различает понятия “лексическое гнездо” и “словообразовательное гнездо”. Лексическое гнездо представляет собой совокупность однокорневых слов, организованную лексическими отношениями, то есть помимо словообразовательных отношений также отношениями синонимии, отношениями ,(семантической) конверсии, омономии, связями в лексико-семантических группах. Словообразовательное гнездо понимается как структура словообразовательных отношений[См.: Гинзбург, 1979:24-25].В описании словообразовательной структуры гнезда автор вводит понятие “отношения сопряженности”. Это “отношения принудительной связи между деривационными категориями производных”[ Там же:176].

З.М.Волоцкая выделяет три основных аспекта изучения словообразовательных гнезд – формальный, семантический и прагматический [См.: Волоцкая, 1982:96-98].

В формальном аспекте изучаются “закономерности комбинаторики” словообразовательных морфов, возможности сочетаемости морфов и явления, происходящие на стыке морфов [См.: там же: 96].  Этот аспект включает в себя синтаксис, понимаемый как “установление закономерностей линейного развертывания последовательностей морфов, правил сочетаемости” [Там же: 96]  и морфологию как науку об “ альтернациях, происходящих в результате сочетаний морфов между собой и с производящей основой” [Там же, 1982:96].

Семантический аспект актуален в тех случаях, когда исследуются закономерности сочетаний смыслов, которые выражаются отдельными морфами в пределах слова как “ цельнооформленной единицы”. Самым трудным и существенным вопросом в этом аспекте является установление “инвентаря смыслов или словообразовательных категорий” для каждого отдельного языка [См.: там же:97].

З.М.Волоцкая обращает внимание на прагматический аспект изучения словообразовательногo гнезда, так как он, по ее мнению, недостаточно изучен. В этой связи она подробно рассматривает прагматику производного слова, его функционирование в тексте. Исследователь приходит к выводу, что при изучении функционирования словообразовательных пар и больших совокупностей однокоренных слов в тексте выявляется потенциал скрытых значений, “имплицитных возможностей дериватов” [См.: там же :98].

А.Н.Тихонов анализирует гнездо однокорневых слов как многоуровневую единицу языка [Тихонов,1987:3-8].

Во-первых, “ в своих лексических значениях и лексических отношениях однокоренные слова объединяются в лексические гнезда” [Тихонов, 1987:3].  От кoрневого (непроизводного) слова, которое расположено в центре лексического гнезда, тянутся разнообразные смысловые нити к остальным словам.

Во-вторых, гнездо однокорневых слов может выступать как единица словообразовательной системы. “Словообразовательные гнезда составляют слова, восходящие к одному корневому слову, в их словообразовательных отношениях” [Там же: 5]. Последние носят строго упорядоченный, системный характер и строятся на базе словообразовательных значений.

Словообразовательное значение, в отличие от лексического принадлежит словообразовательным парам одного словообразовательного типа. С точки зрения семантики, каждое словообразовательное гнездо представляет собой “определенную совокупность словообразовательных значений “ [Там же: 96].

В-третьих, гнездо однокорневых слов выступает и как единица морфологической системы  языка. В этом случае рассматривается “взаимодействие частей речи на уровне гнезд”. В гнезде в качестве базовой морфологической единицы выступает слово, которое обладая определенными частеречными свойствами, не только является элементом морфологической системы, но и активно участвует в формировании комплексных единиц морфологии, представленных в гнезде, — частеречных пар, цепочек, парадигм, которые имеют свою частеречную структуру  [См.: там же: 6-8].

На каждом из трех вышеуказанных уровней слово выступает как носитель определенного типа языкового значения. “Вместе с тем слово представляет собой семантически цельную единицу языка. В смысловой структуре слова все типы значений взаимосвязаны и тесно взаимодействуют в процессе его функционирования” [Там же: 3].

При исследлвании  конкретного гнезда задействованы все уровни его значения: лексический, морфологический, словообразовательный, поэтому и в нашей работе  гнезда неоднонаправленных глаголов движения так или иначе будут рассматриваться как единица разных уровней языка, но первостепенное значение для нас имеет словообразовательный .

В словообразовательном гнезде фактически сосредоточена вся информация о законах сложения смыслов, взаимодействия значений в процессе порождения производных слов. О.М.Ким подчеркивает необходимость выяснения этих законов, так как правильное их осмысление имеет принципиальное значение для теории и практики лингвистической науки  [См.: Ким, 1987:76].

Каждое словообразовательное гнездо имеет индивидуальные объем и структуру, однако типология гнезд необходима.

А.И.Моисеев типизирует словообразовательные гнезда по разным основаниям. Во-первых, он рассматривает словообразовательные гнезда  с точки зрения их объема. “Объмная типология должна выявить минимальный и максимальный состав гнезд и количественное соотношение гнезд разных составов” [Моисеев, 1987:282]. Для минимального состава исследователь определяет априори- “два слова: исходное, корневое производящее и его производное” [Там же:282], но категорически он на этом не настаивает, так как “можно признать и однословные, подобно тому, как в математике признаются одночленные  (и даже пустые) множества” [Там же: 282]. Максимальный состав гнезд не может быть определен – “ это исключительно эмпирический параметр” [Там же: 282].

Границы гнезда подвижны. Гнезда могут пополняться новыми словами, причем за сравнительно короткий промежуток времени (десятилетия) в него могут войти десятки и даже сотни новообразований (см., например, гнездо “электричество”) [ Тихонов,1990: 36].

А.И.Моисеев произвел по “Словообразовательному словарю русского языка “ А.Н.Тихонова частичные подсчеты (буквы А, Б, В,) и получил следующие результаты :”всего гнезд (в этой части словаря)- 1700 ( с некоторым округлением), в их числе 2-10  словных гнезд – 1338 (78,75%), 11-20  словных  — 179 (10,5%), 21-50 словных – 115 (5,7%),  гнезд с объемом более 50 слов (4%).” Таким образом, “коротких” гнезд больше, чем “длинных “, объемных [Моисеев,   1987:282-283].

Среди глаголов неоднонаправленного движения самое “объемное” гнездо имеет глагол  xодить — 470 слов, минимальный состав слов у гнезда, которое “возглавляет” глагол бродить – 33 слова.

Кроме “объемных типов” словообразовательных гнезд, А.И.Моисеев выделяет “структурные типы” словообразовательных гнезд. Подобная типология хоть и отличается от объемной, но все-таки  она определенным образом связана с ней. На базе первой типологии строится вторая. Исследователь выделяет следующие структурные типы: 1) потенциальные гнезда (гнездо- слово): “корневые одиночные слова, не ставшие производящими”, например: авеню, веко, виола и т.п. ;  2)  элементарные гнезда (гнездо- пара слов):алыча- алычовый, гавань- гаванский и др.; 3) линейные, или цепочечные гнезда ( гнездо- цепочка слов): арфа- арфист- арфистка; 4) веерные гнезда (гнездо- веер, или пучок слов): баян- баянист, баянный и т.п.; 5) полный (комбинированный) тип (более 20 слов), имеющий многочисленные структурные разновидности.

Так как все гнезда неоднонаправленных глаголов движения содержат более чем 20 слов, они относятся к полному структурному типу словообразовательного гнезда .
  

 
    продолжение
--PAGE_BREAK--