Реферат: Уроки 38 40 Задания на дом Прочитать фрагменты из романа Руссо «Юлия, или Новая Элоиза». Перевод А. Худадовой и Н. Немчиновой

Уроки 38 - 40


Задания на дом..
Прочитать фрагменты из романа Руссо «Юлия, или Новая Элоиза». Перевод А.Худадовой и Н.Немчиновой под редакцией В.Дыннник и Л.Пинского.

Выполнить задание № 19 в тетради по литературе.


Урок 38. Руссо «Юлия, или Новая Элоиза.1


Текст к уроку.
Руссо «Юлия, или Новая Элоиза». Фрагменты. Перевод А.Худадовой и Н.Немчиновой под редакцией В.Дыннник и Л.Пинского.
Предисловие.

Часть первая.

Письмо I. ^ К Юлии.

Письмо IV. От Юлии.

Часть третья.

Письмо XVIII. От Юлии.

Часть четвертая.

Письмо Х. К милорду Эдуарду.

Часть пятая.

Письмо II. К милорду Эдуарду.

Часть шестая.

Письмо VIII. ^ От г-жи де Вольмар.

Письмо IX. От Фаншоны Анэ.

Письмо X. Начато г-жой и законченное г-ном де Вольмаром.

Письмо XII От Юлии к Сен-Пре (вложенное в предшествующее.

Письмо ХIII. От г-жи д´Орб.



^ ЖАН ЖАК РУССО

1712 - 1778

Жан-Жак Руссо в большей мере, чем кто-либо из французский просветителей, является идейным провозвестником Французской революции.

Свою нелегкую жизнь он описал в последней из созданных им книг «Исповедь» (1782-1789). Из нее мы узнаем, что Руссо родился в семье часового мастера, детство и юность провел в Женеве, голод вынудил его надеть ливрею лакея. В доме приютившей его г-жи де Варано он получил возможность читать хорошие книги. После десятилетнего пребывания там, он в 1741г. направился в Париж, где вскоре обратил на себя внимание деятелей Просвещения. Он даже начал сотрудничать с ними - писать в «Энциклопедию» статьи о музыке, но позже разошелся с ними во взглядах.

Если просветители верили в мощь разума, культуры, прогресса, то Руссо видел, что прогресс не дает человеку-труженику Элементарных средств к существованию, и поэтому отрицал цивилизацию Он идеализировал формы жизни и труда первобытных людей и полагал, что «естественный человек», живший в лесу, был един с природой, жил просто и хорошо, хотя не было ни искусств, ни законов. В то же время он понимал, что обратно колесо истории не повернуть, и поэтому полагал, что теперь, в условиях цивилизации, законы и искусства нужны человеку, как старику – костыли, они воспитывают добродетель, сознание гражданской ответственности.

В трактате «Об общественном договоре» (1761) Руссо выразил свои социально-политические взгляды. По существу, это подробно изложенная идеальная конституция. В нем он сформулировал идею народного суверенитета и право народов свергать тиранов.

Взгляды Руссо были противоречивы, его мировоззрение парадоксально, но не взирая на это, он оказал сильнейшее влияние на умонастроение европейцев своего времени. У него появилось множество последователей- руссоистов.

В своем литературном творчестве Руссо - признанный вождь сентиментализма. Он придавал решающее значение неосознанным желаниям, потребностям, чувствам, страстям, подчеркивая эмоциональную активность человека в противоположность просветителям, которые так высоко ценили разум. Отрицая примат разума и рассудочной логики, Руссо утверждал, что действительность познается при помощи интуиции, чувств; в чувстве он видит основную сферу сознательной деятельности человека.

Всю жизнь Руссо отстаивал право человека на свободу и счастье. Это его стремление ярко выражено в романе «Эмиль, или О воспитании» (1759-1760). Весь роман – утопия. В нем Руссо излагает методы и задачи идеального воспитания ребенка, в результате которого можно создать тип идеального человека, свободного от влияния ложной цивилизации. Идеи романа были настолько революционны, что эта книга была сожжена рукой палача и власти потребовали ареста ее автора. Руссо пришлось бежать из Франции в свою родную Швейцарию, но и швейцарские власти подвергали его гонениям.

Роман «Юлия, или Новая Элоиза» вышел в 1761 г.

Этот роман – подлинная энциклопедия руссоизма. В нем Руссо затрагивает и философские проблемы, и вопросы общественного устройства, дает оценки светскому обществу, взаимоотношениям господ и слуг, высказывает свои взгляды на проблемы воспитания, оценивает современное ему искусство и т.д.


«Холодный рассудок не создает ничего замечательного».

Сен-Пре


Вопросы для проверки домашнего чтения.


1. В чем основной конфликт романа, завязывающийся в первой части?

2. Что побудило Юлию согласиться выйти замуж за г-на Вольмара: доводы разума или чувство?

3. Что в конце концов умиротворило чувства Юлии?

4. Как к «обновлению» Юлии относится Руссо?

5. Кто являлся душой дома Вольмаров?


У. Жан-Жак Руссо в большей мере, чем кто-либо из французский просветителей, является идейным провозвестником Французской революции.

Свою нелегкую жизнь он описал в своей последней книге «Исповедь» (1782-1789). Из нее мы узнаем, что Руссо родился в семье часового мастера, детство и юность провел в Женеве. Голод вынудил его надеть ливрею лакея. В доме приютившей его г-жи де Варано он получил возможность читать хорошие книги. В 1741г. направился в Париж, где вскоре обратил на себя внимание деятелей Просвещения. Он даже начал

Сотрудничать с ними - писать статьи в энциклопедию о музыке, но это сотрудничество было недолгим из-за расхождений во взглядах.

Если просветители верили в мощь разума, культуры, прогресса, то Руссо считал, что прогресс не дает труженику элементарных средств к существованию, и поэтому отрицал цивилизацию Он идеализировал формы жизни и труда глубокой древности, полагал, что «естественный человек», живший в лесу, был един с природой, хотя не было ни искусств, ни законов. В то же время он понимал, что обратно колесо истории не повернуть, и поэтому считал, что теперь, в условиях цивилизации, законы и искусства нужны человеку, как старику – костыли, они воспитывают добродетель, сознание гражданской ответственности.

Свои социально-политические взгляды Руссо выразил в трактате «Об общественном договоре» (1761). По существу, это подробно изложенная идеальная конституция. В нем он сформулировал идею народного суверенитета и право народов свергать тиранов.

Взгляды Руссо были противоречивы, его мировоззрение парадоксально, но не взирая на это, он оказал сильнейшее влияние на умы современников во многих странах Европы, породив последователей- руссоистов.

В своем литературном творчестве Руссо - признанный вождь нового направления - сентиментализма. Он придавал решающее значение неосознанным желаниям, потребностям, чувствам, страстям, подчеркивая эмоциональную активность человека в противоположность просветителям, которые самым ценным и главным в человеке считали разум. Отрицая примат разума и рассудочной логики, Руссо утверждал, что действительность познается при помощи интуиции, чувств; в чувстве он видит основную сферу сознательной деятельности человека.

Всю жизнь Руссо отстаивал право человека на свободу и счастье. Его воззрния ярко выражены в романе «Эмиль, или О воспитании» (1759-1760). Весь роман – утопия. В нем Руссо излагает методы и задачи идеального воспитания ребенка, в результате которого можно создать тип идеального человека, свободного от влияния ложной цивилизации. Идеи романа были настолько революционны, что эта книга была сожжена рукой палача и власти потребовали ареста ее автора. Руссо пришлось бежать из Франции в свою родную Швейцарию, но и швейцарские власти подвергали его гонениям.
Юлия, или Новая Элоиза. ^ Перевод А.Худадовой и Н.Немчиновой под редакцией В.Дыннник и Л.Пинского.
У. Роман «Юлия, или Новая Элоиза», фрагменты из которого в переводе Н. Немчиновой и А.Худаковой вы уже прочитали, вышел в свет в 1761г. в Голландии.

Этот роман – подлинная энциклопедия руссоизма. Он состоит из шести частей. Разумеется, знакомство с отрывками не дает целостного представления. Но дело в том, что и сам Руссо сознательно оставляет «пробелы», утверждая при этом, что самое главное будет и так понятно читателю. Вот что сказано в примечании к письму VIII первой части: «Здесь чувствуется пробел, и это будет часто встречаться на протяжении всей переписки. Многие письма потеряны; иные уничтожены; в иных есть вымаранные места, - однако же все самое главное можно легко восполнить с помощью того, что осталось».

В романе Руссо ставит и философские проблемы, и вопросы общественного устройства, дает оценки светскому обществу, взаимоотношениям господ и слуг, оценивает современное ему искусство и т.п. Тем не менее отрывки, которые вы прочитали, дают возможность ответить на некоторые вопросы. Постарайтесь понять замысел писателя, а также выявить в романе черты сентиментализма как направления, вождем которого по праву считается Руссо.

Заглавие.

ЮЛИЯ, или НОВАЯ ЭЛОИЗА1

^ ПИСЬМА ДВУХ ЛЮБОВНИКОВ, ЖИВУЩИХ В МАЛЕНЬКОМ ГОРОДКЕ У ПОДНОЖИЯ АЛЬП


У. Заглавие романа сложное: оно включает в себя два заглавия - «Юлия» и «Новая Элоиза» и подзаголовок. В чем смысл и особенности этого заглавия?

Д. Руссо сразу сообщает читателю имя главной героини - Юлия, говорит о том, что она влюблена, что любовники живут в маленьком городке и пишут друг другу письма. Сразу делается заявка на форму романа - роман в письмах.

Кроме того, автор сравнивает свою героиню Юлию с действительно существовавшей девушкой Элоизой, которая, как сказано в примечании, полюбила ученого-теолога Пьера Абеляра, вышла за него замуж, что было запрещено, и им пришлось расстаться. Но они писали друг другу письма, и эти письма были изданы, их все читали. Таким образом, Руссо сразу указывает читателю сравнением Юлии с Элоизой, что речь пойдет о несчастной любви.

У. Но имя Абеляра Руссо не внес в название, подчеркивая этим, вероятно, что из двух главных героев для него важнее Элоиза.

В самом тексте романа аналогия Абеляр - Элоиза, Сен-Пре - Юлия проводится только в двух-трех письмах. Это, возможно, потому, что уж очень мало общего имеет трагическая ситуация действительно существовавших людей с драмой вымышленных влюбленных.

«Собраны и изданы Ж.-Ж. Руссо».

У. Под заглавием дано указание: «Собраны и изданы Ж.-Ж. Руссо». Зачем это указание?

Д. Значит, автор хочет, чтобы читатели считали его не сочинителем, а только издателем. Этим он как бы подчеркивает реальность существования этих любовников и этих писем.

Более того, в тексте романа «издатель» всячески подчеркивает свою непричастность к наивному содержанию и чересчур взволнованному языку якобы найденных им писем. Он подчеркивает, что чрезмерная полнота чувств героев ему смешна: они «говорят вздор и несут чепуху, - бедняги совсем потерли голову». Казалось бы, он с юмором относится к героям. А между тем в «Исповеди» Руссо признается, что творил свой роман «в самом пламенном экстазе». (Часть вторая. Письмо I. К Юлии. Сноска.)

Эпиграф.


Non la conobbe il mondo, mentre l´ebbe:

Conobill´io ch´a pianger qui rimasi.

Petrarca1


^ У. Далее следует эпиграф - стихи из сонета Петрарки на смерть Лауры. В чем смысл этого эпиграфа?

Д. Эпиграф задает грустный эмоциональный тон: Лаура умерла, видимо, такой же конец ждет и Юлию.

Предисловие.


ПРЕДИСЛОВИЕ

Большим городам надобны зрелища, развращенным народам - романы. Я наблюдал нравы своего времени и выпустил в свет эти письма. Отчего не живу я в том веке, когда мне надлежало бы предать их огню!

Я выступаю в роли издателя, однако ж не скрою, в книге есть доля и моего труда. А быть может, я сам все сочинил, и эта переписка - лишь плод воображения? Что вам до того, светские люди! Для вас все это и в самом деле лишь плод воображения.

Каждый порядочный человек должен отвечать за книги, которые он издает. Вот я и ставлю свое имя на заглавной странице этого собрания писем, отнюдь не как составитель, но в знак того, что готов за них отвечать. Если здесь дурное - пусть меня осуждают, если - доброе, то приписывать себе эту честь я не собираюсь. Если книга плоха, я тем более обязан признать ее своею: не хочу, чтобы обо мне думали лучше, чем я того заслуживаю.

Касательно достоверности событий, - заверяю, что я множество раз бывал на родине двух влюбленных и ровно ничего не слышал ни о бароне д´Этанж, ни о его дочери, ни о господине д´Орб, ни о милорде Эдуарде Бомстоне, ни о господине де Вольмаре. Замечу также, что в описании края допущено немало грубых погрешностей: либо автору хотелось сбить с толку читателей, либо он сам как следует не знал края. Вот и все, что я могу сказать. Пусть каждый думает, что ему угодно.

Книга эта не такого рода, чтобы получить большое распространение в свете, она придется по душе очень немногим. Слог ее оттолкнет людей со взыскательным вкусом, предмет отпугнет блюстителей нравственности, а чувства покажутся неестественными тем, кто не верит в добродетель. Она, конечно, не угодит ни набожным людям, ни вольнодумцам, ни философам; она, конечно, не придется по вкусу легкомысленным женщинам, а женщин порядочных приведет в негодование. Итак, кому же книга понравится? Да, пожалуй, лишь мне самому; зато никого она не оставит безразличным.

А тот, кто решится прочесть эти письма, пускай уж терпеливо сносит ошибки языка, выспренний и вялый слог, ничем не примечательные мысли, облеченные в витиеватые фразы; пускай заранее знает, что писали их не французы, не салонные острословы, не академики, не философы, а провинциалы, чужестранцы, живущие в глуши, юные существа, почти дети, восторженные мечтатели, которые принимают за философию свое благородное сумасбродство.

Почему не сказать то, что я думаю? Это собрание писем в старомодном вкусе женщинам пригодится больше, чем философские сочинения. Быть может, оно даже принесет пользу иным женщинам, сохранившим хотя бы стремление к порядочности, невзирая на безнравственный образ жизни. Иначе дело обстоит с девицами. Целомудренная девица романов не читает, я же предварил сей роман достаточно ясным заглавием, дабы всякий, открывая книгу, знал, чтó перед ним такое. И если вопреки заглавию девушка осмелится прочесть хотя бы страницу - значит, она создание погибшее; пусть только не приписывает свою гибель этой книге, - зло свершилось раньше. Но раз она начала чтение, пусть уж прочтет до конца - терять ей нечего.

Если ревнитель нравственности, перелистав сборник, почувствует отвращение с первых же его частей и в сердцах швырнет книгу, вознегодовав на издателя, подобная несправедливость меня ничуть не возмутит: может статься, я и сам поступил бы так на его месте. Но уж если кто-либо прочтет книгу до конца и осудит меня за то, что я выпустил ее, - то пускай, если ему угодно, трубит об этом на весь мир, но мне ничего не говорит: чувствую, что не способен с уважением относиться к подобному человеку.


^ У. И вот мы открываем предисловие. Подтверждает ли «издатель» заявленную реальность существования своих героев?

Д. Все очень странно и противоречиво. Вроде бы подтверждает, что он только издатель, но тут же говорит, что «быть может, я сам все сочинил, и эта переписка - лишь плод воображения». Что он, «издатель», не раз бывал на родине двух влюбленных и «ровно ничего не слышал ни о бароне дЭтанж, ни о его дочери, ни о господине дОрб, ни о милорде Эдуарде Бомстоне, ни о господине де Вольмаре».

^ У. Почему так поступает Руссо?

Д. ...

У. Противоречивость позиции Руссо не только в этом. В чем главное противоречие (оно задано уже в первом абзаце предисловия)?

Д. Главное противоречие в том, что он издает роман, а сам сожалеет, что его нельзя сжечь. Советует читать его женщинам, но не советует читать его девушкам.

У. У Руссо было противоречивое отношение к искусству. Он объявил театр вреднейшим, самым безнравственным учреждением, а между тем сочинял веселые пьесы, либретто и музыку к операм. Он писал поэмы, стихи, романсы.

В предисловии «издатель» пишет о том, что разные читатели отнесутся к книге по-разному. Почему же так противоречиво настраивает «издатель» своих будущих читателей? Для кого же книга предназначается?

Д. Он пишет, что книга оттолкнет «людей со взыскательным вкусом», отпугнет «блюстителей нравственности, а чувства покажутся неестественными тем, кто не верит в добродетель. Она, конечно, не угодит ни набожным людям, ни вольнодумцам, ни философам; она конечно не придется по вкусу легкомысленным женщинам, а женщин порядочных приведет в негодование». Он делает вывод, что книга интересна только ему самому. Это явный вызов читателям, ведь в конце предисловия он отказывает в уважении тому, кто все-таки прочтет книгу, но осудит ее. Такого читателя «издатель» отказывается уважать.

^ У. Можно ли на основании предисловия судить о том, о чем пойдет речь в романе?

Д. Если роман «отпугнет блюстителей нравственности», значит речь пойдет об отношениях двух влюбленных, которые эти блюстители могут назвать безнравственными. Если «чувства покажутся неестественными тем, кто не верит в добродетель», значит речь будет о добродетельных чувствах влюбленных. Он заранее сообщает, что героями будут «провинциалы, чужестранцы, живущие в глуши, юные существа, почти дети, восторженные мечтатели, которые принимают за философию свое благородное сумасбродство».

У. Можно ли на основании предисловия судить об отношении «издателя» к своим героям?

Д. Можно. Он говорит, что его герои - «юные существа, почти дети». Они для него - «восторженные мечтатели», сумасброды, пытающиеся философствовать, но он не осуждает их за это, называя сумасбродство героев «благородным». В общем они ему симпатичны, хотя он и видит в их письмах и «ошибки языка», и «выспренний и вялый слог», и «ничем ни примечательные мысли».


^ ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

У. Какой момент сюжета разворачивается в первой части?

Д. Завязывается конфликт: Юлия и Сен-Пре любят друг друга, но отец Юлии не позволит им пожениться.

У. Почему?

Д. Юлия – дворянка, а Сен-Пре – простой учитель.

У. Человек «без роду, без племени». То есть основа конфликта - социальное положение влюбленных. Кстати, любовника Юлии прозвали Сен-Пре много позже, а его настоящее имя мы так и не узнаем. Почему его так прозвали и почему автор решил не открывать настоящее имя своего Героя?

Д. «Сен» - святой, «Пре» - «витязь, рыцарь, герой». Он действительно рыцарь, и это важнее, чем его обычное имя.
^ Письмо 1. К Юлии.

Сомненья нет, я должен бежать от вас, сударыня! Напрасно я медлил, вернее, напрасно я встретил вас! Что же мне делать? Как быть? Вы мне посулили дружбу; убедитесь, в каком я смятении, и поддержите меня советом.

Как вам известно, я появился у вас в доме лишь по воле вашей матушки. Зная, что мне удалось развить в себе кое-какие полезные способности, она рассудила, что это окажется не лишним для воспитания ее обожаемой дочери, - ведь в здешних краях не сыскать учителей. Я же с гордостью стал помышлять о том, что помогу расцвесть вашей богатой натуре, и смело взялся за опасное поручение, не предвидя для себя ни малейшей угрозы или, скорее, не страшась ее. Умолчу о том, что я уже начинаю расплачиваться за свою самонадеянность. Поверьте, я никогда не позволю себе забыться и не стану вести речей, которые вам не подобает слушать, буду помнить, что должно с уважением относиться к вашей добродетели - еще в большей степени, чем к происхождению вашему и вашей красоте. Страдая, я утешаюсь мыслью, что страдаю один, и не хотел бы добиваться своего счастья ценою вашего.

Однако мы ежедневно встречаемся, и вы невольно, без всякого умысла усугубляете мои терзания: впрочем, сочувствовать им вы не можете, и даже знать о них вам не подобает. Правда, мне известно, что приказывает благоразумие в тех случаях, когда не может быть надежды. И мне пришлось бы ему повиноваться, если бы я знал, как согласовать благоразумие с приличием. Но под каким же удобным предлогом отдалиться от дома, куда я был приглашен самой хозяйкой, которая благоволит ко мне и верит, что я принесу пользу самому дорогому ей на свете существу? Вправе ли я лишить радости нежную мать, мечтающую удивить супруга вашими успехами в учении, которые она пока от него утаивает? Должен ли я распроститься столь неучтиво, без всяких объяснений? Должен ли я открыться ей во всем и не оскорбят ли ее мои признания, если не мое имя, ни мои средства не дозволяют мне даже мечтать о вас?

Есть лишь один выход из этого тягостного положения: пускай та рука, что ввергла меня в него, меня и освободит, пускай и наказание, как моя вина, исходит от вас; пожалуйста, хотя бы из сострадания, откажите мне от дома сами. Передайте это письмо своим родителям; велите закрыть передо мною двери, прогоните меня, под каким угодно предлогом; от вас я все приму, но сам я не в силах вас покинуть.

Как! Вам - прогнать меня, мне - бежать от вас? Но почему? Почему преступно питать нежные чувства к тому, что достойно, и любить то, что заслуживает уважения? Нет, это не преступно, прекрасная Юлия, - ваша прелесть ослепила меня, но она никогда бы не пленила мое сердце, если б не более могущественные чары. Трогательное сочетание пылкой чувствительности и неизменной кротости; нежное участие к чужому горю; ясный ум, соединенный с чувством изящного, чистый, как ваше сердце, - одним словом, ваша душевная прелесть восхищает меня еще более, чем ваша красота. Допускаю, что можно вообразить вас еще прекраснее, но вообразить вас милее, достойнее сердца порядочного человека, о, нет, Юлия, это не в моих силах! <…>

Из сострадания, свойственного благородным душам, сжальтесь над несчастным, к которому, смею полагать, вы питаете некоторое уважение! <…>


^ У. О каких чертах героев мы узнаем? За что Сен-Пре любит Юлию?

Д. «Трогательное сочетание пылкой чувствительности и неизменной кротости; нежное участие к чужому горю; ясный ум, соединенный с чувством изящного, чистый, как ваше сердце, - одним словом ваша душевная прелесть восхищает меня еще более, чем ваша красота».
^ Письмо IV. От Юлии.

Вот мне и приходится в конце концов признаться в роковой тайне, которую я так неловко скрывала. Сколько раз я клялась себе, что она покинет мое сердце лишь вместе с жизнью! Но твоя жизнь в опасности, и это заставляет меня открыться; я выдаю тайну и утрачиваю честь. Увы! Я была уж слишком стойкой, - ведь утрата чести страшнее, чем смерть!

Что же мне сказать? Как нарушить столь тягостное молчание? Да ужели я не все тебе сказала и ты не все понял? Ах, ты слишком хорошо все видел, и ты, конечно, обо всем догадался! Я все более запутываюсь в сетях гнусного соблазнителя, не могу остановиться и вижу, что стремлюсь в ужасную бездну. Коварный! Моя любовь, а не твоя, придает тебе смелость! Ты видишь смятение моего сердца, ты, на мою погибель, берешь над ним верх; по твоей вине я достойна презрения, но наперекор тебе вынуждена презирать тебя, и это самое тяжкое мое горе. Ах, злодей, я питала к тебе уважение, а ты навлекаешь на меня бесчестие! Но верь мне, если б твое сердце могло мирно вкушать радость победы, оно бы никогда ее не одержало. <...>

Положение мое ужасно, мне остается прибегнуть лишь к тому, кто довел меня до этого; ради моего спасения ты должен стать моим единственным защитником от тебя же. Знаю, я бы могла пока не признаваться в своем отчаянии. Могла бы некоторое время скрывать свой позор и, постепенно уступая, обманывать себя. Напрасные ухищрения, - они бы только польстили моему самолюбию, но не спасли бы честь. Полно! Я хорошо вижу, слишком хорошо понимаю, куда ведет меня первая ошибка, хоть я стремлюсь не навстречу гибели, а прочь от нее.

Однако ж, если ты не презреннейший из людей, если искра добродетели тлеет в твоей душ, если в ней еще сохранились благородные чувства, которых, мне казалось, ты был исполнен, - могу ли я думать, что ты человек низкий и употребишь во зло роковое признание, исторгнутое безумием из моей груди? Нет, я знаю тебя: ты укрепишь мои силы, станешь моим защитником, охранишь меня от моего ж сердца.

Твоя добродетель - последнее прибежище моей невинности. Свою честь я осмеливаюсь вверить твоей - тебе не сохранить одну без другой. Ах, благородный друг мой, сбереги же обе и пожалей меня, хотя бы из любви к себе. <...>

Я верю, я надеюсь, что сердце, заслужившее, как мне кажется, безраздельной привязанности моего сердца, не обманет моих ожиданий и будет великодушно; и надеюсь, что, если б, напротив, оно оказалось способно, в низости своей, злоупотребить моим смятением и теми признаниями, которые вынудило у меня, тогда чувство презрения и негодования вернуло бы мне рассудок; я еще не так низко пала, чтобы для меня опасен был возлюбленный, за которого пришлось бы краснеть. Ты сохранишь добродетель или станешь достойным презрения; я сохраню уважение к себе или исцелюсь. Вот она, единственная надежда, оставшаяся у меня, кроме самой последней надежды - умереть.


^ У. Что мы узнаем из этого письма?

Д. Что Юлия тоже любит Сен-Пре, но надеется что его добродетельность сохранит ее невинность.

У. Юлия открыто высказывает свои чувства, но разум говорит ей, что необходимо соблюдать правила, принятые в обществе. Она боится, что чувства пересилят и надеется на помощь Сен-Пре.

Письма VI-XXV.

У. Любовь, возникшая между молодыми людьми – чувство естественное, но предрассудки общества не позволяют им быть вместе: барон никогда не согласиться отдать свою единственную дочь замуж за человека «без роду и племени».

Влюбленным приходится скрывать свои чувства. Но их письма – не только вздохи и жалобы, в них есть все, что волнует чувствительные сердца.

Так, например, в Письме XII К Юлии Сен-Пре размышляет о пользе просвещения, о том, как надо читать:


«Мы же, стремясь воспользоваться знаниями, накапливаем их не ради того, чтобы перепродавать, а чтобы обратить себе на пользу; не ради того, чтобы обременять себя, а чтобы ими питаться. Читать не много, но много размышлять о прочитанном, или, что одно и то же подолгу беседовать друг с другом – вот средство, помогающее лучше усвоить знания. Когда у человека есть понятливость, развитая привычкой к размышлению, то, полагаю, гораздо лучше своим умом доискиваться до всего, что можно найти в книгах, - верный способ применить знания к своему образу мыслей и овладеть ими! А вместо этого мы их получаем готовыми и почти всегда в чуждой нам форме».


^ Письмо XXIII.К Юлии.

У. А когда по настоянию Юлии Сен-Пре отправляется в путешествие, чтобы не возбуждать подозрений матери частыми встречами, он, как и герой Стерна Йорик, интересуется не столько новыми местами, сколько «пейзажами собственной души», выступает таким же чувствительным путешественником (в этом письме он сам называет себя «чувствительным человеком»):


«Сейчас я вовсе не намерен обстоятельно описывать свое путешествие и наблюдения; отчет уже составлен, и я рассчитываю передать его вам из руки в руки. Переписку надобно посвящать тому, что ближе касается нас с вами. Я поведаю лишь о своем душевном состоянии: следуют отчитаться относительно того, что принадлежит вам».


В этом же письме Сен-Пре описывает нравы жителей местечка в Швейцарии Верхнего Вале, которые поразили его:


«В дни странствий я, вероятно, все время как зачарованный любовался бы природой, не будь у меня еще большей отрады - в общении с местными жителями, В моем описании вы найдете очерк их нравов, простого уклада жизни, уравновешенного характера и того блаженного покоя, который делает их счастливыми, - не оттого, что они наслаждаются радостями, а оттого, что избавлены от страданий. Но невозможно описать их бескорыстное человеколюбие и гостеприимство по отношению к чужеземцам, которых к ним приводит случай или же любопытство. Поразительное доказательство тому получил я сам, сторонний человек, появившийся здесь в сопровождении одного лишь проводника. Как-то под вечер я вошел в какую-то деревушку, и жители так настойчиво стали зазывать меня в свои дома, что я попал в затруднение. Победитель же в том состязании так обрадовался, что я сперва приписал его рвение стяжательству. И как я был удивлен, когда, проведя целый день у него в доме и считая себя постояльцем, я не мог его заставить взять деньги, и он был даже оскорблен моей попыткой; так случалось повсюду. Итак, заботам о наживе я приписал всеобщее сердечное радушие. Они до того бескорыстны, что за все путешествие я не истратил ни патагона.1 И правда, на что тратить деньги в стране, где хозяева не принимают вознаграждения за свои расходы, а челядь за услуги и где нищих нет и в помине! Однако деньги немалая редкость в Верхнем Вале, но оттого-то люди там и живут в довольстве: край изобилует всякой снедью, а вывоза нет; нет и внутри страны никакой роскоши, и трудолюбивые земледельцы - горцы - не утрачивают вкуса к работе. Как только у них заведутся деньги, они обеднеют - это неминуемо. Но они столь мудры, что понимают это и запрещают разрабатывать золотую руду, попадающуюся в горах кантона».

^ Письмо XXIV. К Юлии. У. Думаю, что вам будет интересно узнать, как Сен-Пре оценивает Абеляра и Элоизу, о чьей судьбе Руссо намеренно напоминает в заглавии:

«Помните, когда вам на глаза попались письма Элоизы и Абеляра, я выразил свое мнение об этой книге и о поведении богослова? Элоизу я всегда жалел, ее сердце было создано для любви. Абеляра же я всегда считал негодяем, достойным своей участи: ему столь же чужда была любовь, сколь и добродетель. Я осудил его, - так неужто я стану подражать ему? Горе тому, кто проповедует мораль, не воплощая ее в жизнь. Кто столь ослеплен страстью, скоро понесет наказание от нее же, утратив вкус к чувствам, ради которых принес в жертву честь. Стоит любви проститься с честью, и она лишается самой большой своей прелести: дабы чувствовать всю цену любви, сердцу надобно восхищаться ею и возвышать нас самих, возвышая предмет нашего чувства. Лишите ее идеи совершенства, и вы ее лишите способности восторгаться; лишите уважения, и от любви ничего не останется. Да может ли женщина чтить человека. Обесчестившего себя: Да может ли он боготворить ту, которая решилась отдаться гнусному соблазнителю? Итак, вскоре они станут презирать друг друга; любовь для них превратиться в постыдную связь. Они утратят честь, но не обретут блаженства.»


Согласны ли вы с точкой зрения Сен-Пре?

Д. …
^ Письмо XXVI. К Юлии.
У. Душевная прелесть, по мнению Сен-Пре, состоит прежде всего в пылкой чувствительности, но хорошо ли это?

Д. «Что за роковой дар неба - чувствительная душа!» Так думает Сен-Пре, потому что предрассудки возводят непреодолимую преграду, ставят бессмысленные правила «справедливым стремлениям сердца». У человека сердце и разум находятся в непрестанной борьбе. У него возвышенные чувства - он любит Юлию, но его низкое общественное положение не дает ему соединиться с ней.

У. Так Руссо намечает основной внутренний конфликт: чувства человека естественны и справедливы, но общество налагает на них предрассудки. Здесь мы видим выражение взглядов Руссо - он противник цивилизации, видит в ней лишь отрицательное влияние на естественное, природное в человеке. Это подчеркивается и описанием утопической идеальной жизни в Верхнем Вале. Вместе с тем намечается и позиция Руссо-сентименталиста: в отличие от классицизма, провозгласившего главенство разума, Руссо считает, что с «ясным умом» должна сочетаться «пылкая чувствительность».
^ Письма XXVII-LXV
У. Проповедь морали и осуждение Абеляра не смогли сдержать любовных чувств. Но близость не принесла влюбленным радости: Юлия переживала свое падение, Сен-Пре страдал за нее. Друг Сен-Пре милорд Эдуард попытался посватать Сен-Пре, но отец Юлии назвал предложение Эдуарда «нелепым, смехотворным»:


«Как! Вы, милорд, человек столь знатный, - воскликнул он, - воображаете, будто последний отпрыск благородной фамилии согласится, чтобы его имя утратило свой блеск или покрылось позором, и позволит своей дочери ступить в брак с безвестным бродягой, нищим, живущим на подаяния?» (Письмо LXII. От Клары к Юлии)


Разгневанный отец запрещает Юлии видеться с Сен-Пре. Юлия через своих друзей передает Сен-Пре просьбу уехать. Сен-Пре уезжает. На этом заканчивается первая часть.


^ ЧАСТЬ ВТОРАЯ

У. Часть вторая открывается сноской издателя: «Нет нужды, полагаю, предупреждать, что в этой, второй, части и в последующей наши влюбленные только и делают в разлуке, что говорят вздор и несут чепуху, - бедняги совсем потеряли голову». Заканчивается вторая часть письмом Юлии, в котором она сообщает, что ее матушка всё узнала.


Письмо I. К Юлии.

У. В сноске к первому письму второй части «издатель» делает «предупреждение» читателям:


«Нет нужды, полагаю, предупреждать, что в этой, второй, части и в последующей наши влюбленные только и делают в разлуке, что говорят вздор и несут чепуху , - бедняги совсем потеряли голову».


Он предупреждает читателей, что во второй и последующей части влюбленные в разлуке «говорят вздор и несут чепуху». Он делает это для того, чтобы выразить свое отношение к тому, что они говорят. Он полагает, что они говорят «чепуху», посмеивается над ними, но в то же время и жалеет их, называет «бедняги».

У. Выражает ли в данном случае «издатель» точку зрения Руссо?

Д. ...

Письмо II. От милорда Эдуарда к Кларе.

У. Милорд Эдуард защищает чувства влюбленных, потому что считает их природными, зависящими только от воли Бога. И осуждает законы, которые стесняют свободу чувств. «Пусть же люди занимают положение по достоинству, а союз сердец пусть будет по выбору, - вот каков он, истинный общественный порядок. Те же кто устанавливают его по происхождению или по богатству, подлинные нарушители порядка, их-то и нужно осуждать или же наказывать».

Милорд Эдуард обращается к разуму - он рассуждает о долге, о соотношении законов природных и общественных. И к нему присоединяется сам «издатель»(см. сноску):


Есть страны, где соответствие в положении и богатстве настолько предпочитается соответствию натур и сердец, что если нет первого, то это достаточное препятствие к заключению самых счастливых браков или к расторжению их, невзирая на утрату чести несчастными девицами, - повседневными жертвами мерзких предрассудков. Мне довелось присутствовать в парижском верховном суде на громком процессе, когда знатное происхождение нагло и всенародно попирало порядочность, долг, супружескую верность и когда презренный отец, выигравший тяжбу, посмел лишить своего сына наследства за то, что тот не захотел стать бесчестным человеком. Невозможно описать, до какой степени в этой столь учтивой стране женщины угнетены законами. Что же удивляться, если они так жестоко мстят за это своим поведением!


^ Письмо III. От милорда Эдуарда к Юлии.

Письмо VI. От Юлии к милорду Эдуарду.

У. Милорд Эдуард предлагает Юлии и Сен-Пре пожениться и жить в его поместье. Для Юлии это было бы большим счастьем. Но в ней происходит «душевная борьба»: в ней борются два чувства - любовь к Сен-Пре и к родителям. Она пытается решить этот конфликт с помощью разума. В конце концов она понимает, что не может принести горе родителям.

То есть в ее душе происходит не борьба долга и чувства, как это было в классицизме, а борьба двух различных чувств, и совесть не позволяет ей нанести горе родителям. Побеждает добродетель.

Можно ли поверить, что Руссо считает, что его герои высказывают «ничем не примечательные мысли», что они «говорят вздор и несут чепуху»?

^ Д. Нет, конечно. В чем-то они наивны, но они чисты, у них есть совесть, есть чувствительность, есть разум.

У. И еще одно. Из письма милорда Эдуарда к Юлии становится ясным, почему, публикуя письма двух любовников, «издатель» все-таки называет свой роман именем только одной Юлии. Почему?

Д. «На всем свете есть лишь одна Юлия». Она более сильная натура, чем Сен-Пре. Она более интересна для автора

^ Письма VII-XXVII

У. Отправив главного героя в Париж, Руссо имеет возможность выразить свое негодование по поводу неестественности светской жизни. А вспомните, какую оценку выражает автор устами СенПре, когда тот описывает жизнь в швейцарской провинции.

^ Письмо XXVIII. От Юлии.

У. Заканчивается вторая часть письмом, в котором Юлия с ужасом пишет о том, что их тайна раскрыта – матушка все узнала.


^ ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

У. Главное событие, описываемое в третьей части?

Д. Смерть мат