Реферат: В. Г. Белинского Исторический факультет Гуманитарный учебно-методический и научно-издательский центр российская цивилизация на современном этапе (1960-е начало 2000-х гг.) Учебно-методическое пособие

Пензенский государственный педагогический

университет им. В. Г. Белинского

Исторический факультет

Гуманитарный учебно-методический и

научно-издательский центр


РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

(1960-е – начало 2000-х гг.)


Учебно-методическое пособие

для студентов исторических факультетов

(очная форма обучения)


Пенза, 2009

Пензенский государственный педагогический

университет им. В. Г. Белинского

Исторический факультет

Гуманитарный учебно-методический и

научно-издательский центр


УДК 94(47)/(470+571)

ББК 63.3(2)


^ РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ

НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

(1960-е – начало 2000-х гг.)


Учебно-методическое пособие

для студентов исторических факультетов

(очная форма обучения)


Пенза, 2009


Печатается по решению редакционно-издательского совета исторического факультета Пензенского государственного педагогического университета им. В. Г. Белинского


РОССИЙСКАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ (1960-е – начало 2000-х гг.). Учебно-методическое пособие для студентов исторических факультетов (очная форма обучения) / Сост. О. А. Сухова. – Пенза: ПГПУ; ГУМНИЦ, 2009. – 146 с.


Автор-составитель пособия:

доктор исторических наук, профессор кафедры новейшей

истории России и краеведения О. А. Сухова


Рецензенты:

О. В. Ягов, кандидат исторических наук, профессор, зав. кафедрой новейшей истории России и краеведения ПГПУ им. В. Г. Белинского, декан исторического факультета

^ И. И. Маслова, доктор исторических наук, профессор, зав. кафедрой права ПГУАС


Данное издание представляет собой учебно-методическое пособие для проведения практических занятий по курсу новейшей истории России 1960-х – начала 2000-х гг. для студентов исторических факультетов. Предлагаемая структура пособия позволяет разнообразить формы учебной деятельности, способствует расширению мировоззренческих горизонтов и познавательной активности студентов, развивает самостоятельность мышления.


© Сухова О. А., 2009

© Исторический факультет Пензенского государственного

педагогического университета им. В. Г. Белинского, 2009

© Гуманитарный учебно-методический и научно-издательский центр,

2008


ВВЕДЕНИЕ


Данное пособие включает в себя различные формы проведения практических занятий по курсу новейшей истории России (1960-е – начало 2000-х гг.) и предназначено для студентов исторических факультетов очной формы обучения. Вниманию студентов предлагаются материалы и методика для проведения ролевых игр, выполнения заданий эвристического характера, аналитической работы с документами, подготовки презентаций по отдельным аспектам проблемы.

Особенностью авторской концепции организации занятий является видовое разнообразие практической деятельности студентов, что позволяет не только ориентироваться на методическую подготовку будущих учителей, но и способствует формированию таких необходимых навыков научно-исследовательской работы, как: критический разбор источников, публичное обсуждение проблем, дискуссия, презентация своей позиции.

Новые образовательные технологии диктуют необходимость перехода на качественно иной уровень освоения учебного материала: от накапливания эмпирических данных к аналитическим построениям, от роста энтропии информационного поля к упорядочиванию и структуризации процесса познания. Поэтому основная образовательная цель практических занятий подобного плана состоит в овладении современной методологией научного анализа, что достигается посредством различных форм приобщения к исторической действительности: реконструкции исторических событий (непосредственного «вживания» в историческую эпоху), сравнительного анализа и критики текстов источников, поиска аргументов для подтверждения выводов и обобщений. На этом фоне одновременно решаются задачи активизации познавательного интереса обучаемых и происходит тренинг аналитических форм исследовательской практики.

Конкретизируя цель преподавания курса, следует отметить необходимость формирования у студентов представления об исторической обусловленности явлений и процессов современного мира, выработки собственной позиции по отношению к окружающей реальности, к дискуссионным проблемам прошлого и современности, умения соотносить свои взгляды и принципы с исторически сложившимися мировоззренческими системами.

Вторая половина ХХ века – наиболее «легендарный» период российской истории, не укладывающийся в привычную схему формационного подхода, но и противоречащий идее поступательного цивилизационного развития, принципу «линейности» исторического прогресса. При этом важно учесть тот факт, что логика поступательного восхождения к высотам социального прогресса, привитые отечественной истории марксистской идеологией, в какой-то мере отвечали особенностям русского национального характера (стремление к поиску абсолютной истины, вера в уникальность и исключительность России, патернализм, тотальность мышления и мессианство). Это объясняет сложность и болезненность изживания многих иллюзорных представлений о прошлом.

С другой стороны, ревностно проводимая политика «демифологизации» и «деидеологизации» истории (начавшаяся вместе с периодом «гласности» и «плюрализма» мнений и усугубившаяся крахом коммунизма в 1991 г.) в конечном итоге не принесла желаемого результата и не увенчалась успехом. «Перекраивание» советского периода отечественной истории в угоду «новым» псевдолиберальным ценностям лишь ускорило разрушение ее методологической основы.

Недопустимо оценивать исторические события, явления и процессы, а также роль отдельных личностей в истории в угоду сиюминутной политической выгоде, в желании доказать закономерность и объективное значение деятельности современных властных структур при помощи новой идеологизации истории.

Лишь с точки зрения интегрального подхода, изучения многовариативности методологии истории можно с большей степенью объективности и достоверности взглянуть на политические, социально-экономические и духовные процессы в России на исходе II-го и в начале III-го тысячелетия.

Личное участие студентов в «построении» исторического пространства, особое внимание к дискуссионным проблемам научной практики, требующим четкого определения и защиты собственной точки зрения, позволяют реализовать и ряд воспитательных задач в деле выработки активной гражданской позиции и укрепления зрелого (выстроенного на рациональном основании, а не на формальном принципе: «вы должны гордиться») чувства патриотизма по отношению к своему народу и своей стране.

При всем разнообразии форм проведения занятий (ролевые игры, защита презентаций, лабораторные работы и пр.) в пособии сохраняется хронологическая последовательность рассмотрения учебного материала в соответствии с общепринятой периодизацией курса. Пособие объединяет в себе блоки проблем, связанных общей тематикой: «Эпоха «реального» или «развитого» социализма?: СССР в 1960-х – начале 1980-х гг.»; «Структурный кризис и консервативная модернизация в СССР в 1985–1991 гг.»; «Российская Федерация на рубеже 1990-х – 2000-х гг.».

Пособие подготовлено в соответствии с ГОС ВПО 2005 г. для специальности 050401 История с дополнительной специальностью.


^ ТЕМА I.

Эпоха «реального» или «развитого» социализма?:

СССР в 1960-х – начале 1980-х гг.)


Занятие 1.

Ролевая игра по теме:

«Кризис власти в СССР в середине 1960-х гг.»


Методические рекомендации

Участники игры распределяют роли, анализируют тексты документальных источников, дополнительную литературу по теме и по результатам анализа осуществляют реконструкцию событий октября 1964 г.

Следующим «шагом» занятия выступает сравнительная характеристика наиболее полярных оценок отдельных аспектов рассматриваемой проблемы, присутствующих в современной научной литературе.

Заключительным этапом работы является свободная дискуссия по заявленной теме.

^ Необходимое оборудование:

проектор-мультимедиа, ноутбук, экран, кафедра, таблички с именами участников.


Участники:

Ведущий

Л. И. Брежнев

Ф. Р. Козлов

А. Н. Косыгин

А. И. Микоян

Н. В. Подгорный

Д. С. Полянский

М. А. Суслов

Н. С. Хрущев

А. Н. Шелепин

П. Е. Шелест


^ Документальное сопровождение:


Из варианта доклада Президиума ЦК КПСС на Октябрьском Пленуме ЦК КПСС (не позднее 14 октября 1964 г.).

Постановление Президиума ЦК КПСС «Вопросы, возникшие в Президиуме ЦК, и о мерах по восстановлению ленинских принципов коллективного руководства в деятельности ЦК КПСС». 13–14 октября 1964 г.

Вступительное слово Л. И. Брежнева на открытии Пленума ЦК КПСС. 14 октября 1964 г.

Стенографический отчет Пленума ЦК КПСС. 14 октября 1964 г.

Пихоя Р. Г. Советский Союз: история власти. 1945–1991. – М., 1998.


Документы


Из варианта доклада Президиума ЦК КПСС на октябрьском Пленуме ЦК КПСС (не позднее 14 октября 1964 г.)

«…Суть дела состоит в следующем. За последние годы по вине тов. Хрущева у нас создалась нетерпимая обстановка, вследствие которой нормальная работа Президиума ЦК стала невозможной. Тов. Хрущев, сосредоточив в своих руках неограниченную власть, обнаружил полное неумение, да и нежелание правильно пользоваться ею. Он грубо попирает ленинские принципы и нормы руководства партией и страной и по существу полностью отказался от них. Ленинские требования подчинения воли одного партийного руководителя воле коллектива руководителей, правильного распределении обязанностей между ними, свободного и делового обсуждения коренных, принципиальных вопросов внутренней и внешней политики – все это предано им забвению.

Тов. Хрущев особенно за последнее время вышел из-под контроля ЦК КПСС и его Президиума, открыто пренебрегает мнением коллектива руководителей партии и правительства, перестал считаться с высказываниями товарищей, никого не хочет признавать. В последнее время даже крупные, принципиальные вопросы он решает, по сути дела, единолично, а любую разумную инициативу, если она исходит не от него, – глушит. Он возомнил себя непогреши­мым, зазнался, стал претендовать, без всяких к тому оснований, на роль великого теоретика и практика марксизма-ленинизма. Для него теперь стали обычными высокомерие, грубость и нетерпимость к товарищам.

Все достижения партии и народа, победу ленинского курса жизни нашего общества он приписывает не партии, а себе лично. Во всех его действиях за последнее время на первом месте стоят не интересы общего дела, а интересы собственной персоны. На любом мало-мальски существенном мероприятии в нашей стране, на всем обязательно должно стоять клеймо: «Сделано Хрущевым».

Что касается методов и стиля, то характерным в этом отношении является практика его руководства работой Президиума ЦК КПСС. На заседаниях Президиума теперь уже никто, кроме него, не выступает. Если же кто-либо пытается сказать свое мнение, его сразу обрывают. Да и бесполезно стало говорить: все равно Первый секретарь сделает по-своему.

Такие «методы», как гневный окрик, командование, грубые и нецензурные оскорбления, матерная брань, стали постоянной нормой его поведения. По отношению к членам Президиума он применяет полном смысле этого слова иезуитский метод – «разделяй и властвуй»: изобьет одного, через некоторое время вроде подмажет его слащавым словом и берется за другого.

Так он нередко доводит товарищей до полной душевной депрессии. Один из самых опасных и коварных «методов» его действий стоит в том, что он никому из членов Президиума не дает работать, а тех, кто хочет по-настоящему заняться делом, – бьет по рукам. Даже в командировки и то запретил выезжать: это, по его мне­нию, – вид безделья и лодырничества. Таким путем он стремится достичь двух целей: во-первых, создать впечатление, что все дер­жится на нем одном, что один он – настоящий работник, а все остальные – бездельники; во-вторых, это дает ему возможность по своему произволу избивать кадры.

Одновременно им все шире практикуется подбор кадров не по деловым и политическим качествам, а по принципу личной предан­ности, готовности делать все, что ему будет приказано. Он стал от­крыто насаждать такие недопустимые нравы и поддерживать такие явления, как угодничество и подхалимство, безудержное восхвале­ние своей персоны, приукрашивание реальных фактов и даже их подтасовку.

По адресу тех, кто ему неугоден или осмеливается противоре­чить, он все чаще стал прибегать к угрозам. И с этими угрозами нельзя не считаться, зная, какой большой властью и необузданным, деспотичным характером обладает этот человек. Он перестал счи­таться даже с элементарными приличиями и нормами поведения и так отвратительно сквернословит, что, как говорится, не только уши вянут, – чугунные тумбы краснеют. «Дурак, бездельник, лентяй, вонь, грязная муха, мокрая курица, дерьмо, говно, жопа» – это только «печатные» из употребляемых им оскорблений. А наиболее «ходкие», к которым он прибегает гораздо чаще, никакая бумага не выдержит и язык не поворачивается произнести. И это сыплется без разбора даже в присутствии женщин. <...>

С горечью приходится признать, что претворение в жизнь некоторых из предложенных им мер не раз ставило нашу партию, Центральный Комитет КПСС и всю нашу страну в невыгодное положе­ние, наносило ощутительный урон престижу нашей партии и Родине.

Короче говоря, тов. Хрущев стремится установить личную дикта­туру, поставить себя над партией, над ее руководящими органами, над всей страной. Его диктаторские устремления и замашки прояви­лись к настоящему времени достаточно четко. Теперь стало ясно, что партия имеет дело с человеком, который на место культа личности Сталина по существу выдвигает культ своей личности. При этом он действует как демагог: на словах выступает против культа личности, за строгое соблюдение ленинских принципов и норм, а на деле поступает наоборот, использует методы периода культа личности. И поскольку сейчас это четко обнаружилось во всей полноте, посколь­ку применение таких методов становится все более опасным, мы считаем, что именно пришло время дать решительный отпор новоявленному претенденту на новый культ личности, то есть поступить так, как завещал великий Ленин. <...>

Таковы в общих чертах обстоятельства, заставившие Президиум ЦК КПСС вынести этот вопрос на Пленум ЦК партии. Позвольте теперь перейти к анализу конкретных ошибок и серьезных недостат­ков, допущенных по вине тов. Хрущева в различных областях эконо­мического, государственного и партийного строительства, а также в осуществлении внешней политики СССР.


^ О серьезных ошибках в вопросах внутренней политики

<...> Ни для кого не секрет, что у нас создан и безмерно разду­вается своего рода миф о якобы «великом десятилетии» в развитии нашей экономики. Доказывается, будто за 10 лет, в течение которых тов. Хрущев находится у власти, в хозяйственном развитии страны произошли чудеса. Сам он в своих бесчисленных выступлениях и за­писках без конца твердит, что дела у нас идут хорошо. Ему вторят печать, радио и телевидение. Послушать их – у нас вроде бы: вот-вот коммунизм наступит, и весь путь развития нашей экономи­ки – это триумфальный марш успехов и побед.

Разумеется, все мы могли только радоваться, если бы это было так. Но мы коммунисты и обязаны смотреть правде в глаза. А прав­да, товарищи, такова, что именно в это так называемое великое де­сятилетие наша экономика по ряду важнейших направлений резко ухудшила свои показатели. Позвольте проиллюстрировать это неко­торыми фактами. <...>

Основой всех наших расчетов на быстрое построение матери­ально-технической базы коммунизма в сроки, установленные Про­граммой КПСС, являются темпы прироста общественного продукта. Показатели этого прироста лежат и в основе расчетов на то, чтобы превзойти США по производству промышленной продукции сначала в валовом отношении, а затем – и на душу населения. Как выпол­няются задания семилетки и Программы по этому показателю?

Вот данные Института экономики Академии наук СССР на сей счет:


^ Период, годы

Среднегодовые темпы прироста общественного продукта (в %)

1950–1953

10,6

1953–1956

11,1

1956–1959

8,9

1959–1962

6,9

1962

6,0

1963

5,0



О чем свидетельствует эта таблица? О том, что до 1956 года включительно темпы прироста общественного продукта повыша­лись, а затем наступил спад. Всего за 1956–1963 гг. темпы при­роста упали на 6,1 процента. Это уже не случайность, а тенденция, время действия которой исчисляется значительным количеством лет.

Результат действия такой тенденции – снижение темпов при­роста за 8 лет более чем вдвое. Это явление небывалое в истории развития нашей экономики. И оно не может не вызывать тревоги. Ведь высокие темпы прироста общественного валового продук­та – одно из величайших преимуществ социалистической экономи­ки перед капиталистической. Это преимущество безотказно и верно служило нам на всем протяжении советской истории. И если в годы «великого десятилетия» мы стали сдавать позиции в темпах роста, то очевидно, что причина заключается в просчетах, в грубых ошиб­ках руководства хозяйственным строительством.

Об этом же свидетельствует и резкое ухудшение качественных показателей работы промышленности, в частности показателей ис­пользования основных фондов. За четыре года семилетки они снизи­лись в целом по народному хозяйству на 9 процентов, а в сельском хозяйстве – даже на 21 процент. Если в 1953 году на один рубль основных фондов было произведено продукции на 1 руб. 88 коп., то в 1963 году – лишь на 1 руб. 72 коп. Выходит, что мы используем свои основные фонды и оборудование не лучше, а хуже.

Или возьмите такой важный вопрос, как развитие промышлен­ного производства по группам «А» и «Б». Партия уже давно серьез­но озабочена тем, что у нас не обеспечивается разумное соотноше­ние между этими группами. Однако в последние годы тут возникла еще большая диспропорция.

Автор идеи о перестройке управления промышленностью горячо убеждал нас в свое время, что именно перестройка принесет здесь быстрые и благоприятные изменения. Однако факты говорят о том, что после перестройки диспропорция не уменьшилась, а резко уси­лилась. И разрыв достиг рекордного уровня в 1963 году, когда тем­пы роста группы «А» (10 процентов) вдвое превысили темпы роста группы «Б» (5 процентов). Вследствие этого соотношение уровней производства СССР и США в 1963 году составляло по всей про­мышленности 65 процентов (США – 100 процентов), но в том чис­ле по группе «Б» – у нас всего лишь 45 процентов.

Таким образом, по группе «Б» мы отстаем от США более чем в
два раза, и чтобы нам догнать их, потребуется, очевидно, около пят­надцати лет, а может быть, и больше. <...>

Серьезную тревогу вызывает и такая опасная тенденция, как по­степенное снижение темпов роста производительности труда. Две цифры говорят сами за себя: в 1950–1955 гг. среднегодовой рост производительности труда в промышленности достигал 7–8 процен­тов. В годы нынешней семилетки он фактически снизился до 5,6 процента и продолжает снижаться еще больше. За 1962 год темпы роста производительности труда составили 5,5 процента, в 1963 году – 5,2 процента и за первое полугодие 1964 г. – 4,2 процента.

Однако по сводкам ЦСУ план роста производительности труда перевыполняется.

Одной из причин этого является бесконечное и некомпетентное вмешательство тов. Хрущева в руководство технической политикой. Несколько лет назад он яростно выступал против централизации и вертикального построения руководящих органов технического про­гресса. Теперь все то, что тогда было отвергнуто, поднимается им на щит как нечто новое. Созданы многочисленные Государственные технические комитеты, но у них нет прав, они оторваны от произ­водства; их планы внедрения новой техники для предприятий необя­зательны. В результате решение важнейших технических проблем серьезно замедлилось, еще больше стало параллелизма и дублиро­вания, осуществление единой технической политики оказалось практически невозможным.

Таковы только некоторые, наиболее существенные примеры из области развития промышленности. Несколько слов о положении в строительстве. Неопровержимый факт состоит в том, что все пере­стройки так называемого великого десятилетия ухудшили положе­ние и здесь. У нас из года в год возрастает незавершенное строи­тельство. Вместо 17,5 миллиарда рублей в 1958 году оно превысило 26 миллиардов рублей в 1963 году. Темпы строительных работ и их объемы снизились, а себестоимость за 5 лет сократилась лишь на полпроцента вместо 4-х процентов по плану. По указанию тов. Хрущева все без исключения титульные списки теперь со всей страны свозятся на утверждение в Москву. Но здесь их не успевают рас­сматривать, а без проектов нельзя строить; в результате сроки вво­да объектов откладываются.

А во что обошлась, например, его директива о строительстве че­тырех- и пятиэтажных домов, даже трудно посчитать. Он разогнал Академию архитектуры СССР за то, что она не соглашалась с его выводами, будто такие дома – самые дешевые и самые удобные в эксплуатации, будто они рассредоточивают и сохраняют население от атомного нападения и т. д. и т. п.

Жизнь показала, что в Академии сидели разумные люди. Выяс­нилось, что стоимость одного квадратного метра площади, если учесть затраты на общегородские и районные коммуникации, в 4–5-этажных домах гораздо дороже, чем в 9–12-этажных. Уста­новка на «пятиэтажное» строительство привела к тому, что плотность застройки в городах резко упала; транспортные, водопровод­ные, теплофикационные, канализационные и иные коммуникации недопустимо растянулись. Внешний вид городов ухудшился, а об удобствах и говорить нечего – в этих домах нет лифтов.

Теперь новоявленный Главный архитектор бьет отбой и призы­вает к высотному строительству. <...>

Еще больше ошибок, и очень серьезных, допущено по воле, а точнее по прихоти тов. Хрущева в сельском хозяйстве. Вы знаете, что он всюду и везде уверяет, что только он один знает сельское хо­зяйство и сумел «вытащить» колхозы и совхозы чуть ли не из про­пасти. Известно также, что он никого не подпускает к вопросам сельского хозяйства и все пытается вершить сам. Но надо сказать прямо: положение в деревне у нас и сейчас крайне неудовлетвори­тельное.

В прошлом году в стране возникли серьезные трудности даже с хлебом. В связи с этим тов. Хрущев предлагал даже ввести карточ­ную систему. И это через 20 лет после войны. Мы вынуждены были выделить 860 тонн золота, чтобы купить зерно у капиталистов. Если бы сельское хозяйство действительно находилось в цветущем со­стоянии, то как мог один неурожай в течение «великого десятиле­тия» выбить нас из колеи, посадить страну на скудный паек, лишить ее оборонных запасов хлеба, заставить Советский Союз, всегда продававший зерно, покупать его на золото? А дело в том, что поло­жение в колхозах и совхозах очень далеко от того, что говорит о них тов. Хрущев.

Реальная картина такова: по семилетнему плану среднегодовые темпы прироста продукции сельского хозяйства в 1959–1963 гг. должны были составить 8 процентов. В действительности же они составляли за первые четыре года 1,7 процента, а 1963 год был завершен с минусовыми показателями. Объем валовой продукции оказался по стоимости ниже показателей 1958 года. За 5 лет себестоимость сельскохозяйственной продукции в совхозах надо было снизить на 21%, а фактически она повысилась на 24%.

Серьезные трудности с хлебом, а также с фуражом вынудили нас пустить большое количество скота под нож. В результате сейчас сложилось тяжелое положение с мясом, маслом, яйцом и другими продуктами. <...> Уже сегодня торговля мясными продуктами почти повсеместно идет с большими перебоями, а в ряде промышленных центров этих продуктов в этом году вообще почти не было. <...>

У нас до сих пор не решен вопрос материальной заинтересованности работников сельского хозяйства. На эту тему тов. Хрущев произнес много речей и подписал немало записок. А результат ничтожный. В 1958 году на один человеко-день колхозники получили денег и продуктов в сумме 1 руб. 56 коп., а спустя 5 лет – в 1963 году – 1 руб. 89 коп. «Прибавка», как видите, составила за 5 лет всего 36 копеек, то есть ежегодно 7 копеек на человеко-день.

Если в среднем каждый колхозник вырабатывает за год 230–250 человеко-дней, то это значит, что его ежемесячный зара­боток составляет 37–40 рублей. Это в два с лишним раза меньше среднемесячной зарплаты других трудящихся. Но это только в сред­нем. А ведь у нас во многих колхозах выдают на человеко-день и сейчас по 50–60 коп. деньгами и продуктами. Именно поэтому люди и бегут из колхозов.

Уместно в этой связи отметить и еще одно весьма важное обстоятельство. Ссылаясь на цифры роста доходов колхозников, мы все время отталкиваемся от показателей 1953 года и не хотим вспоми­нать о том, какой заработок был у них перед войной. А ведь только добросовестный анализ сравнительных данных позволяет сделать правильные выводы. Вот цифры, показывающие динамику выдачи колхозникам из колхоза зерна – их основного продукта.

В среднем на один колхозный двор было выдано в счет оплаты труда:

в 1940 году – 8,2 ц зерна

в 1953 – 7,2

в 1959 – 7,1

в 1961 – 5,8

в 1963 – 3,7

Как видите, – это реальные цифры в натуре. Они исключают возможность эквилибристики, игры на ценах, позволяющей в зави­симости от желания представить доходы в большем или меньшем объеме. Они начисто опровергают неоднократные заявления тов. Хрущева, будто до войны и после нее до 1953 года труд большинства колхозников не оплачивался. Эти цифры говорят как раз другое. Они свидетельствуют о том, что колхозники за последнее десятиле­тие с каждым годом получают из колхоза все меньше зерна за свой труд.

Именно в этом причина того, что многие колхозники до сих пор больше глядят на свой огород, нежели на общественное колхозное производство. А мы, не разобравшись обстоятельно в процессах, которые происходят по нашей вине в деревне, начинаем обвинять колхозников в приверженности к своему огороду. <...>

Вообще, по воле тов. Хрущева мы шарахаемся в сельском хо­зяйстве из стороны в сторону, бросаемся из одной крайности в дру­гую. Сегодня – всюду, вплоть до северных районов, заставляем се­ять кукурузу, а после того, как обожглись на ней, потратили много средств и труда и ничего не получили – даем отбой. Была брошена повсеместно директива: запретить сеять травы. Спустя некоторое время дается отбой – травы надо сеять. То делается заявление о нецелесообразности расширять площади под подсолнечником, то дается команда увеличить их. То кричим: внедряй в животноводство «елочку», то «елочку» долой – давай «карусель». Действительно, карусель получается!

А сколько по его вине за эти годы других глупостей и ошибок сделано! Вспомните позорное «рязанское дело». Он не мог не знать, что это авантюра, но дал согласие на нее, а в результате пострадало много честных людей, неповинных в махинациях. По его инициативе взялись за укрупнение колхозов и кое-где объединили в одно хозяй­ство до 30 деревень, а то и больше, то есть создали совершенно не­управляемые колхозы.

По его настоянию было принято решение: ограничить количество скота в личной собственности и сократить размеры приусадебных участков. В итоге: скот порезали, мяса и молока стало значительно меньше, а земля, отрезанная от приусадебных участков, зарастает травой. Тот, кто раньше нес свои продукты через колхоз или индивидуально на рынок, или в магазины, сам теперь оказался в роли покупателя, что еще больше затрудняет снабжение продуктами тру­дящихся города.

Неоднократно тов. Хрущев заявлял, что сельскохозяйственная продукция совхозов обходится государству чуть ли не вдвое дешев­ле, чем колхозная, и страшно возмутился, когда ему сказали, что в действительности колхозная продукция для государства дешевле совхозной примерно на 45 процентов. И это всем понятно: государ­ство не несет расходов по производству колхозной продукции, как что оно делает в совхозах. Но такой простой истины тов. Хрущев, очевидно, не понимает. Вместе с тем следует подчеркнуть, что совхозная система ведения хозяйства является наиболее прогрес­сивной и наша партия будет и впредь развивать совхозное производ­ство. <...>

Несколько слов о его последней поездке по стране. Она доволь­но характерна: за две недели человек посетил добрый десяток об­ластей, краев и республик. А польза какая? Никакой! В 1963 году, когда с хлебом создалось катастрофическое положение, он по стра­не не ездил, потому что это было ему невыгодно. Нынешний год принес неплохой урожай. И сразу время нашлось, и охота поездить появилась. Но ездил он не без разбора, а лишь туда, где урожай хо­роший. <...>

Не умея и не зная, как по-настоящему поправить дело, тов. Хрущев затевает одну перестройку за другой. За день до отъезда в Скандинавию он срочно направил членам Президиума ЦК, секрета­рям ЦК и секретарям компартий союзных республик очередную за­писку о новой реорганизации сельского хозяйства. Главная цель этой реорганизации, по нашему мнению, заключается в том, чтобы свести к нулю роль парткомов производственных управлений, пре­вратить их в придаток хозяйственных органов. Как же иначе понять его слова, которые он недавно сказал в Президиуме ЦК: «Что хоро­шо, так это то, что парткомы теперь на заднем плане. Везде мне при поездке выставляли начальников производственных управлений. Это очень хорошо. Значит, сделали вывод из моей записки».

Кстати, в этой поездке он не нашел времени для беседы хотя бы с одним из секретарей партийных организаций колхозов, совхозов и парткомов производственных колхозно-совхозных управлений. Но разве пристало, товарищи, партийному руководителю радоваться тому, что парткомы на заднем плане? Устно он даже предлагал во­обще ликвидировать производственные парткомы, иметь вместо них начальников политотделов в ранге заместителя начальника колхоз­но-совхозного управления. А недавно сказал, что, может быть, це­лесообразно вообще ликвидировать производственные управления. Но это значит, что надо ликвидировать и партийные органы на селе. Вот до чего договорился.

Для всей деятельности тов. Хрущева в области сельского хозяй­ства характерны крайний субъективизм, постоянные загибы и пере­гибы, нежелание считаться с реальной обстановкой, с законами раз­вития сельского хозяйства. Примеров тому не счесть. Вспомните хотя бы одно из его многочисленных заявлений о том, что за семи­летку производство важнейших продуктов сельского хозяйства в це­лом на душу населения превысит современный уровень США. В действительности нам еще очень и очень далеко до этого.

Можно было бы привести и ряд других фактов, свидетельствую­щих о неблагополучии в сельском хозяйстве, о грубейших ошибках в его руководстве. Но ясно одно: нельзя дальше терпеть единоличное, диктаторское руководство колхозами и совхозами, нельзя позволять человеку заниматься непродуманными, опасными экспериментами во всесоюзном масштабе, тем более в столь важной отрасли обще­ственного производства.

Позвольте перейти к вопросу о том, как выполняются намечен­ные планы подъема жизненного уровня трудящихся. А здесь данные очень тревожные. Вот расчеты Академии наук СССР. Они говорят о темпах роста национального дохода за последние 10 лет следующее:


^ Период, годы

Среднегод. темпы роста нац. дохода (в %)

1950–1953

11,0

1953–1956

12,0

1956–1959

8,9

1959–1962

6,9

1962

6,0

1963

4



Таким образом, за 8 лет темпы роста национального дохода сни­зились к началу нынешнего года в три раза. Снижение, как видите, шло неуклонно из года в год. Стало быть, это не частность, не слу­чайность, а результат определенного воздействия, точнее гово­ря, – неудовлетворительного руководства экономикой.

Прирост национального дохода является основным источником повышения реальных доходов и жизненного уровня населения. В результате падения темпов его прироста мы теряем ежегодно чисто­го продукта по сравнению с периодом до 1956 года на 8–10 милли­ардов рублей. Ясно, что это значительно уменьшает потребитель­ские и производственные фонды страны.

Программой КПСС предусматриваются ежегодные темпы при­роста национального дохода на 1961–1970 годы в размере, превы­шающем 9 процентов, с тем, чтобы за десятилетие увеличить этот доход в 2,5 раза. Реально же темпы его прироста составили в 1963 году лишь 4 %, т. е. в 2,3 раза ниже того, что намечено XXII съездом партии. Чтобы наверстать упущенное, национальный доход должен теперь ежегодно возрастать до 1970 года не менее чем на 13–14 процентов. Но это очень трудная, а точнее – нереальная задача.

Причина создавшегося положения заключается в том, что предусмотренные семилеткой и Программой КПСС задания по росту доходов рабочих, служащих и колхозников выполняются плохо. По семилетнему плану реальные доходы рабочих, колхозников и служа­щих должны увеличиться примерно на 40 %. Фактически же за пять лет они выросли в среднем лишь на 20 %.

Надо отметить, что на размерах реальной заработной платы ра­бочих и служащих серьезно сказалось значительное увеличение цен на продукты и товары первой необходимости. Цены на колхозном рынке за указанное время повысились на 17 процентов, в потребко­операции они также превышали государственные цены в 1963 году на 13 процентов. Нам пришлось оттянуть сроки осуществления та­ких мероприятий, как упорядочение зарплаты, намечавшееся еще на 1962 год, повышение минимума зарплаты до 50–60 рублей, отмену налогов с рабочих и служащих с заработком до 70 рублей и т. п. <...>

Таковы наиболее важные тенденции и явления в развитии на­шей экономики, которые затрагивают коренные, главные ее направ­ления за последнее десятилетие. Снижение темпов роста валового общественного продукта, национального дохода, производительно­сти труда, невыполнение многих других плановых заданий, а также мероприятий социального характера свидетельствует о серьезной опасности; наша страна на протяжении ряда лет все больше отстает, все хуже использует великие преимущества, которые дает нам в соревновании с капитализмом социалистическая организация обще­ства.

Мы обращаем ваше внимание, товарищи, на то, что все эти сры­вы, создавшие серьезную угрозу для успеха нашего хозяйственного строительства, проявились и действуют именно в последние годы, после перестройки управления. В эти годы из-за бесконечных пере­строек, внедрения «новых» систем управления и т.п. промышлен­ность, строительство и сельское хозяйство оказались заметно дезор­ганизованными. А тов. Хрущев, не взирая на это, трубит об отлич­ном положении в стране, о том, что у нас чуть ли не рай земной. Разве это не демагогия?

Наш народ привык судить о руководителях не по словам, а по делам. И если мы сейчас не поправим дело, народ может сказать: «Подите вы к черту, если не умеете управлять и руководить хозяйст­вом. Если вы даете обещания, но не выполняете их, – уступите место другим, умеющим руководить и держать слово».

И он будет прав.

Народу надо говорить правду и надо выполнять то, что обеща­ешь. Так поступал Ленин, так обязаны поступать и мы. <...>


^ Практические выводы

<...> Таким образом, практические меры, которые необходимо предпринять и которые вносятся сейчас на ваше рассмотрение, сво­дятся к следующему:

Освободить тов. Хрущева Н. С. от обязанностей Первого секретаря ЦК КПСС, члена Президиума ЦК КПСС, Председателя Совета Министров СССР и Председателя Бюро ЦК КПСС по РСФСР.

Выработать и принять ряд дополнительных эффективных мер,
которые бы полностью обезопасили партию и страну от возможно­сти возрождения