Реферат: №4206 от 14. 06

Елена КУЗНЕЦОВА


СОН ГЕРАКЛА

мелодрама в жанре мюзикла

текст песен Алексей Кузнецов


Зарегистрировано в РАО

№ 4206 от 14.06.2000


Действующие лица:


ГЕРА - богиня

ЭВРИСФЕЙ - царь Микен

АДМЕТА - его дочь

ИППОЛИТА - царица амазонок

ГЕРАКЛ - герой

ОНА - девушка в музее

ОН - парень в музее.

НЯНЬКА Адметы

ТЕСЕЙ - молодой воин

ФИЛОКТЕТ - старый воин

АНТИОНА - амазонка, секретарь Ипполиты


По желанию театра:


Геракл актер в полном расцвете сил


^ Адмета

Она молодая актриса

Ипполита


Гера

Нянька актриса вне возраста

Антиона


Эврисфей

Фелоктет актер с солидным жизненным опытом


Тесей

Он молодой актер

^ Воин в прологе


Если для театра "музейная" часть пьесы покажется излишеством, - автор подчинится. В театре - важнее всего удобства театра.


1 действие


^ Занавес закрыт.

Текст (начинается еще при закрытом занавесе).

Перед вами работа неизвестного античного мастера - легендарный Геракл. Его жизнь и подвиги во все времена привлекали художников.


На сцене - статуя Геракла. Около нее - Он и Она.


В греческой мифологии Геракл символизирует физическую силу и храбрость. В античном мире Гераклу поклонялись как защитнику людей и хранителю городов. По мифу он был сыном смертной женщины Алкмены и Зевса, за что жена Зевса - Гера - его возненавидела и всячески пыталась погубить. Наиболее известны 12 подвигов Геракла во время службы царю Эврисфею. Он совершил еще много других подвигов, в которых торжествовал победу над злом. Они отражают двойственную природу Геракла - как бога и как героя. Отец богов - Зевс - возвеличил его: после смерти Геракл был взят на Олимп и стал богом.


^ Она дотрагивается до статуи.


ОНА. Мне интересно, долго мы еще будем скрываться?

ОН. Ты же знаешь, - у мамы больное сердце.

ОНА. Оно, что здоровее станет? Мы все равно поженимся.

ОН. Давай еще немного подождем.

ОНА. Ты просто трус.

ОН. Тебе легко говорить, это не твоя мать.

ОНА. Да моя мне давно уже прохода не дает.

ОН. Мы выберем день и скажем. Мы завтра выберем день.

ОНА. (обходя статую) Вот были греки - смелые люди.

ОН. Думаю, они тоже не через все могли переступать.

ОНА. А мы через свою любовь переступаем. Пойми, чем дольше мы скрываем наши отношения, тем сложнее выйти из подполья. Твоя мать уже узнает мой голос.

ОН. Вот видишь! Мы постепенно будем вводить ее в курс дела.

ОНА. Не будь ребенком! Этот курс ты придумал для себя. Твоя мама отлично осведомлена о деле, - она меня уже настолько узнает, что перестала подзывать тебя к телефону. Или это ты распорядился? Лучше сразу скажи, я навязываться не буду.

ОН. (обиженно) Что за фантазии! Ты что-то себе напридумывала. Мама - интеллигентная женщина. Мы с ней много лет живем вдвоем. Папа давно умер, и мама, естественно, переживает и волнуется, когда я прихожу домой поздно.

ОНА. (иронично) Естественно! Ты уже взрослый. У тебя - своя жизнь. И мама это должна понять.

ОН. Она это понимает. Но все равно волнуется.

ОНА. Она за себя волнуется, боится, что останется одна.

ОН. А, если и так? Что в этом преступного?

ОНА. Да, ничего. Просто, я знаю такие семьи, - старая мать и взрослый сын. Он не женится, потому ей не нравятся его женщины, и она делает все, чтобы он замечал у них только недостатки.

ОН. Во-первых, моя мама - не старая; во-вторых, она - не такая; в-третьих, твой пример к маме не имеет никакого отношения; в-четвертых...

ОНА. (примирительно) Хорошо-хорошо. Я не права, у тебя - прекрасная мама. Я тоже скоро стану мамой. Это хоть понимаешь?

ОН. Понимаю. (пафосно) Это очень высокая миссия - быть родителем. Я готовлюсь к этой ответственности.

ОНА. Мне рожать скоро, а ты все готовишься. Хватит! Чем больше ты скрываешь меня от своей матери, - а она ведь чувствует это, - тем меньше ты готов к ответственности. Все! Сегодня! Или я обойдусь без твоих приготовлений! Иди звони маме, - мы сегодня ужинаем вместе! Если боишься, - не возвращайся!


^ Она Его выталкивает за сцену, подходит к статуе.

Интересно, сколько тебе лет? А вот, знаешь ли ты, что римляне позже обозвали тебя Геркулесом. Был Геракл - стал Геркулес. В общем, ничего особенного. Только теперь геркулес - каша такая противная и с маленькой буквы. Хотя детям говорят: "Кушай хорошо, - вырастешь Гераклом!" Тебе (хлопает его по ноге) было проще. Тебя потом богом сделали.

ОНА. (статуе) Как же ты жил до того, как стал богом? Ты любил? Как это здорово - жить и знать, что тебе обещано бессмертие!


Затемнение. Голос Геракла: "Как получалось, так и жил. На судьбу не роптал. Слушался богов, выполнял их повеления. С возрастом у нас проще, для богов он значения не имеет. Про кашу неприятно, но это - издержки мифологии. Хотя лучше быть на коробке с кашей для детей, чем на акциях лопнувшего банка. Это так, на будущее. А богом я очень хотел стать. Только сны мне снились странные.

Грохот. Шум. Крики. Скандал. Ее голос: "Пошел вон, вонючка, недоносок. Я прикажу гнать тебя палицами."

На авансцену вываливается, гремя доспехами, богато одетый красивый воин. Крики за сценой продолжаются. Воин оглядывается, подхватывает падающий шлем и, потрясая железом, убирается из зала. Он может споткнуться и даже упасть, а также зло замахиваться на публику, словно она виновата в том, что его услуги не пригодились. Возможен текст, - по обстоятельствам, впрочем, можно обойтись и без этого персонажа.


Занавес.


Дворец царя Эврисфея в Микенах. Легкие колонны, изящные драпировки, высокие скамьи, возможен маленький фонтанчик, трон. Беснующуюся Адмету - красивую истеричку - удерживает отец - Эврисфей - маленький, смешной, лысый в парике с секирой и державой, которые ему очень мешают. Нянька стоит поодаль. (у Няньки в подчинении может быть несколько рабынь, с которыми она разучивает танцы) Царь пытается погладить дочь по голове, но секира и держава попеременно ему это сделать мешают, да еще парик имеет склонность больше слушаться земное притяжение, чем собственного хозяина.


АДМЕТА. До каких пор ты будешь зазывать женихов.

ЭВРИСФЕЙ (оправдываясь). Царственная моя...

Адмета пытается на него наброситься.


Этот-то был красив, богат и даже, говорят, умен.

АДМЕТА. Ум - самое сомнительное из перечисленного. Да никто мне не нужен. Хочу Геракла, разведи его.

ЭВРИСФЕЙ. Опять двадцать пять.

АДМЕТА. Он служит у тебя 8 лет, горбатится, подвиги дурацкие совершает. Я хочу, чтобы он сидел дома, а я могла ему рожать детей и воспитывать их.

ЭВРИСФЕЙ. Да ты спятила, царственная моя. Не будет этого пока я жив. Живешь, Зевс с тобой - живи с кем хочешь, - твое дело молодое, я не вмешиваюсь. А то замуж собралась за старика. Да Геракл младше меня всего на один час! На него вешаются все микенские бабы, каждая мечтает залезть к нему в койку. И ты туда же? Там и без тебя очередь. Стыдись равнять себя со всеми. К тому же, герой твой - нищий, вечный должник. Ему важнее всего оружие да кони.

АДМЕТА. Не зли меня, отче, и так ведь лысый.

ЭВРИСФЕЙ. Не смей так разговаривать с царем. Нянька, я царь?

НЯНЬКА. (привычно) Царь-царь. Раньше надо было ее воспитывать.

ЭВРИСФЕЙ. Не учи меня жить, женщина. Посмотри на свою воспитанницу, - она еще на трон Геракла посадит.

АДМЕТА. Не поженишь нас, и посажу.

НЯНЬКА. Ты смотри, царственный, ведь посадит. Твоя кровь. Такая же дурная.

ЭВРИСФЕЙ. (Няньке) Сама - дура. (Адмете) И ты - дура! Геракл женат давно. Внуков куча...

АДМЕТА. Отец...

ЭВРИСФЕЙ (заводясь)


Слышать больше не могу -

^ Как с ума все посходили!

Вы же моему врагу

Каждый день “Ура!” вопили!


От Геракла нет житья -

Не успеет появиться,

В воздух чепчики летят

И толпой спешат девицы.


Трою он освободил,

дал Приаму власть и силу...

Хоть бы кто его прибил!

Хоть бы он навеки сгинул!


В царстве Авгия покой

И приветливые лица.

Каждый счастлив - ведь герой

От дерьма отмыл столицу!


Ишь - изволит отдыхать,

Много ли ему там надо?...

Мышцы только б накачать,

Провести Олимпиаду!..


НЯНЬКА. Знамо дело: поработал, - отдыхает, культурист зевсов, ненавижу! Девочку мою, кровиночку дурную смущает, - бицепсами накачанными играет (ласкает Адмету, та вырывается)! (Эврисфею) А ты войну с египтянами продул, флот потопил. В городе полно вшивых недовольных солдат, и припасы на исходе. А царедворцы твои воруют, как последние оборванцы. С жиру пухнут, а все равно воруют.

ЭВРИСФЕЙ. (Няньке) Не лезь в государственную политику, сам все знаю. Царь я!

НЯНЬКА. (ворчит) Заладил одно и тоже. Да ты царь только на троне и то, когда я рядом. Со мной-то любой - царем сгодится.

ЭВРИСФЕЙ. Не зли меня, Нянька, я памятливый.

НЯНЬКА. Ты, когда горшок заполнишь, тогда и грозись.

ЭВРИСФЕЙ. (махнул рукой) Что с тобой с дурой говорить.

НЯНЬКА. Дочерью лучше займись. Совсем ума лишилась, - стариком бредит.

АДМЕТА. Это вы - старье - друг друга стоите.

ЭВРИСФЕЙ. Да понимаешь ли ты, дура царственная, - я ненавижу его. Боюсь. Осведомители пыхтят - все напрасно. Гера - богиня - и та бессильна его погубить. И я ничего не могу придумать. Куда его теперь послать? А ты ему на шею бросаешься. Пожалей меня, доченька.

АДМЕТА (раздраженно) Трусливый пень. Все у тебя политика да интересы державы.

^ Нянька пытается ее удержать.


Адмета вырывается из рук Няньки. Эврисфей пытается ее остановить, но Адмета начинает быстро ходить, как заведенная. Нянька (с рабынями) семенит следом.


^ К зевсовой матери - все кувырком!

Пень ты трухлявый и скверный, папаша!

Хоть развались, хоть лети все вверх дном,

Хоть в Атлантиду, к прапрадедам нашим!..


^ Только политика, только прогресс,

Да интересы великой державы!

Люди, титаны, Арес и Гермес...

Мне не нужна ваша низкая слава!

Папа! Ни сердца, ни глаз у тебя!

Я уже все много раз проходила -

В Дельфы к оракулу плавала я,

В жертву баранов богам приносила...


Нянька пытается ее удержать.


Нянька, уйди - на конюшню пойдешь!

В прах рассыпайтесь, Микены и Троя!

Спишь и мечтаешь... Во сне и помрешь!

Буду рожать наяву! От героя!


НЯНЬКА. Выросла наша красавица. Пора и о детях подумать. Этот (стучит Эврисфея по голове) пень рано или поздно (Эврисфей пытается ее ударить) на покой пойдет. Наследник нужен. Смотри, мужиков сколько. Хочешь, мы всех самых лучших созовем. Так в 16 веке Иван Грозный поступит. Могу поподробней разузнать.

АДМЕТА. Оставь себе. Мне только Геракл нужен. И рожать хочу от него. Что вылупился?

ЭВРИСФЕЙ. Дался тебе этот старик. Бесстыдница!

АДМЕТА. Это ты - старик. Не зли меня, старое дерьмо.

ЭВРИСФЕЙ. Как же мне обидно (увидел Няньку). Вон пошла! (Адмете) Что я, не понимаю? Сам любил когда-то. Семья это совсем другое - это государственная ячейка (увидев, что она собирается возражать). Молчи! Выходи замуж, и люби потом кого хочешь. А муж должен быть законный. Нам о троне заботиться нужно. Подумай, а? (Няньке) Ты еще здесь? Тащи альбом женихов.

НЯНЬКА. Я сейчас, я - мигом! Я их всех в картотеке разложила. Они у меня, миленькие, по ранжиру приклеены: по весу, по цене и по возрасту. Любого попробовать можно. А не понравился - так и прогнать недолго, это мы умеем!


^ Нянька уходит (танец с рабынями).


ЭВРИСФЕЙ. Геракла услать бы подальше... (не решается произнести - куда). А то уже пошли разговоры. Что ты к нему липнешь? Тебя везде грязью поливают. Я утром разбирал доносы - потаскушкой обзывают.

АДМЕТА (кричит) Да это мое дело.

ЭВРИСФЕЙ. Ты же царская дочь.

АДМЕТА. Я не ребенок и могу сама...

ЭВРИСФЕЙ (перебивая) ...в постель прыгнуть? Нашла, чем хвалится. Ты газеты почитай: оппозиция посягает на наследственную власть, демократы сбесились, - разложение государства, ошибки руководства, недовольство масс, и про себя почитай, - охладись.

АДМЕТА. Прикажи им заткнуться.

ЭВРИСФЕЙ. Глупая. Вся эта мура скоро надоест, но быдло мясом не корми, дай поговорить про законы. Они референдум решили собрать для выяснения, какой царь лучше. Им уже наплевать на наши социологические исследования.

АДМЕТА. Заглохни, папочка. Мне надоело. На твою политику я только в детстве покупалась. Мне это (показывает на трон) до факела. Геракла отдай!

ЭВРИСФЕЙ.


^ Выросла, а дурою осталась!

К зеркалу ступай, да поскорее.

Целый день шипела и ругалась,

Как змея! А надо быть добрее!


Свататься к тебе уже не будут.

Видишь – женихов-то разогнали…

Скоро все они тебя забудут,

Пару лет – и поминай как звали!


А Гераклу сколько лет осталось?

Думаешь, старик помрет в героях?

Подвиги его – такая малость!

А ведь я еще ему устрою…


У меня походит он по миру!

Так что, дочь моя, не стоит злиться.

Жаль, убил Лернейскую он Гидру –

Лучше бы на ней ему жениться!


Нет, не будет свадьбы, не позволю -

На Олимпе все меня поддержат!

Надоело спорить мне с тобою.

Все, красотка! Больше нет надежды!


АДМЕТА (устало) Красавица... Да мне бы узбечкой быть, - сидишь себе в парандже, и никто на морду твою не пялится.


^ Возвращается Нянька с альбомом фотографий.


НЯНЬКА.


Вот они – твои герои…

Эй, родная, не кривись!

Рим, Афины, Спарта, Троя –

Все в альбоме улеглись


Всех сейчас пересчитаю,

Всех по памяти я знаю!


Вот Солон высокородный,

Деньги, слава – все при нем!

Победит кого угодно –

Папа только стал царем,


Говорят кровищи пролил...

Эх, не жить при нем на воле!


А по весу - вот красавец!

Славный, милый, толстый мой…

Ну и что, что африканец?

Да ведь важный-то какой!


Слон, пожалуй, легче будет!..

Попадаются же люди…

А по возрасту – вот этот:

Тихий и слепой, как крот.

Старикашка – сил уж нету,

И недолго проживет!


Эх, с утра бы до обеда

Обнимать такого деда!


А вот тут – монгольский воин.

Посмотреть – бросает в дрожь!

Говоришь, что недостоин?

Эх, а все же как хорош!


С ним в степи скакать – отрада!..

Вот его тебе и надо!


АДМЕТА. (примирительно) Ладно, отец, ты иди, я подумаю.


^ Эврисфей уходит. По дороге теряет то парик, то секиру, поднимает одно, другое падает. Державу забыл на троне.


(задумчиво) Бывают же сны... Нянька, а может присниться будущее?

НЯНЬКА. Чего только на этом свете не может быть. Мне вот парень молодой руку во сне поцеловал, так я проснулась и бегом на кухню.

АДМЕТА. А на кухню-то зачем?

НЯНЬКА. Так мне на кухне руку целовали, я и пошла искать, - кто?

АДМЕТА. Ну и глупая же ты, Нянька, нашла?

НЯНЬКА. Да, нет. Одна печаль. Я во сне только макушку запомнила, а на кухне макушки и всех одинаковые - бритые. Ну, я не отступила - допрос учинила.

АДМЕТА (смеется) И кто сознался? (Нянька стыдливо опускает голову) Нет, ты уж выкладывай.

НЯНЬКА. Да, поваренок один, недоросль, сказал, что тренировался на будущее.

АДМЕТА. По шее дала?

НЯНЬКА. Не успела, - утек под стол, а я туда не пролезла. Застряла.

АДМЕТА. (смеется, потом грустно) А мне, Нянька, снилось, что я словно в храме. Перед Гераклом стою. (Нянька воздевает руки) Только это не сам Геракл, а статуя его. Ну, совсем на себя не похож. Я на него смотрю и про кашу говорю...

НЯНЬКА. Про какую еще кашу?

АДМЕТА. Странная каша, не наша каша, - геркулесом называется. Слыхала?

НЯНЬКА (пожимает плечами) Не-а. Это к обеду должно быть, скоро уж подадут. Пойти поторопить?

АДМЕТА. (внимательно разглядывает свои руки, одежду) Сон, Сон... Веселенькое приключение... Надо все хорошенько запомнить! (Няньке) Ладно, давай, Нянька, твоих кандидатов.

НЯНЬКА. Золотко ты наше. Все хороши. И экстерьер, и родословные, и медали. Погляди, может, кто понравится и забудешь своего старца.


^ Адмета замахивается на Няньку.


АДМЕТА.


Нянька, не надо - ты знаешь его.

Он и могучий, и храбрый, и нежный.

Нет у него ничего своего –

Есть только подвиги, я и надежда.


Он приходил ко мне в девичьих грезах.

А наяву он уходит всегда.

Ох, эти подвиги – женские слезы…

Только ему эти слезы – вода!


Стоит отцу новый подвиг затеять,

Стоит Гераклу, забыв про любовь,

Вспомнить о славе, о войнах, о небе -

Жизнь для меня прекращается вновь.


Любят Геракла кентавры и боги,

Любят спасенные им города.

Я же во сне вижу только дорогу –

Знаю – по ней он уйдет навсегда…


Женщины счастливы, если их дети

Могут сказать про Геракла: “Родной”.

Что ж, я ведь женщина. Значит, на свете

Будет ребенок Геракла – и мой!


НЯНЬКА. Его детей - гераклитов - столько расплодилось, что можно заселить целый город. Пушкинский список - предисловие по сравнению с его описью. Баб этих - считать не пересчитать. А ты забыла, что он убил своих сыновей и брата?

АДМЕТА. Да как же я могу забыть. Счастьем видеть его я обязана этой беде (перелистывает альбом с женихами). Это не женихи, это - их разыскивает патруль. Нянька, откуда ты их выкопала? Ведь это разглядывать - наказание. (Нянька обижена, и не хочет смотреть). А, если замуж? И представить страшно. Надоело.


^ Бросает альбом, Нянька заботливо поднимает, вытирает подолом - еще пригодится.


НЯНЬКА. (ворчит) Я собирала, вырезала, клеила, гонцов рассылала, платила... И никакой благодарности.

АДМЕТА. Чего ты там ворчишь, Нянька? Мне что делать? Я перестала ходить в храм. Все мои молитвы и жертвы - только для Геракла, - я боюсь, что это станет известно Гере. Я ведь ее жрица. А она ненавидит Геракла.

НЯНЬКА. (в сторону) Я - тоже. (Адмете) Все знают, что она напустила на него безумие, и Геракл служит у нашего царя, чтобы искупить зло. Да будь моя воля, услала бы его подальше... Кровиночка моя, дурная, он же ровесник твоего отца.

АДМЕТА. А мне все равно. Ни счастья, ни удачи я уже не жду.

НЯНЬКА. Дерьмовая штука - любовь. Любишь-любишь, а и нет ничего.

АДМЕТА (рассмеялась) Нянька, ты и любовь помнишь? Может, у тебя и дружок есть?

НЯНЬКА. Не гневи Зевса (воздевает руки вверх). Какая любовь? Я революцию с трудом помню.

АДМЕТА. Хватит прикидываться, не дыми. Ты же была молодой, в счастье верила, на удачу надеялась.


^ АДМЕТА . Любовь - счастье жизни!


НЯНЬКА. Беда и досада!


АДМЕТА. Я счастлива, Нянька!


НЯНЬКА. Чего ж тебе надо?

АДМЕТА Богатый и бедный –

Лишь к счастью стремится


НЯНЬКА.

Царям и рабам

Лишь во сне оно снится.

Что проку хотеньем

Себя изводить…

Без этого счастья

Так просто прожить!


АДМЕТА. Ты глупая, Нянька,

Ведь счастье – везенье.

Не каждому в жизни

Дается спасенье!

Богатства и знатности

Мало, поверь…

НЯНЬКА. Зачем же ломиться

В открытую дверь?

Ну, в чем твое счастье?

Не уж то в Геракле?

О, боги! Да замуж скорее!

Не так ли?


^ АДМЕТА. Да, да! За Геракла

Я замуж хотела...


НЯНЬКА. А что ж остальные?


АДМЕТА. Какое мне дело!


НЯНЬКА. Оставь им надежду -

Тебя ведь ославят!

Авось, небеса

Нас тогда не оставят…


АДМЕТА. Пусть в счастье поверят

И с богом идут.

Тогда их любовь

И удача найдут.


НЯНЬКА. Про счастье не скажу, давно было, а про удачу... Тут утром на кухне вояки наши побитые историю рассказали прямо про удачу.

АДМЕТА. Опять пошлятина какая-нибудь. Да ладно, рассказывай.


^ Берет у Няньки альбом и снова перебирает фотографии.

Входит Эврисфей, идет к забытой державе. Остается после первых слов Няньки.


НЯНЬКА. В далекой Скифии, что на севере - то ли в России, то ли на Украине, в общем, на Кавказе, - лежит таинственная страна амазонок.

АДМЕТА. Кто такие амазонки?

НЯНЬКА. Женщины такие - воительницы. Их потом феминистками обзовут. Да все хрен редьки не слаще. Так вот. Они заливают землю мужской кровью. Оно, может и правильно, но как-то слишком смело. Народившихся мальчишек или убивают сразу, или ломают им руки-ноги.

АДМЕТА. Ужас какой. Зачем?

НЯНЬКА. Мужик им нужен только для продолжения рода. Еще его можно оставить на хозяйстве. Тут - я согласна. Но жестокие они, любят над мужиками издеваться. (в сторону) Тут их любая поддержит! Они, значит, берут его за... горло...

АДМЕТА. (перебивает) Мне хватает наших гадостей. Ты обещала историю про удачу.

НЯНЬКА. А я про что рассказываю. У царицы феминисток, то есть, амазонок - Ипполиты - есть пояс, подарок бога войны. Он всегда приносит удачу. Ипполита надевает его, когда идет сражаться. И, вообще, этот пояс во всем приносит удачу. Наденешь его, - а удача к тебе - хлоп и скачет. Он и есть - главное сокровище амазонок. Только горе тому, кто захочет захватить его силой. Сила на силу - и пояс без силы.

АДМЕТА (заворожено) Если бы у меня был такой пояс, я бы...

ЭВРИСФЕЙ (кричит) Эврика!

АДМЕТА. Чего орем, папаша?

ЭВРИСФЕЙ. Удача! Я его к амазонкам пошлю! Нормальный мужик от такого задания с ума сойдет. Посмотрим, как герой это выдержит. Силой пояс взять нельзя, - правильно я понял, Нянька?

НЯНЬКА. (оторопело) Похоже, так, нельзя.

ЭВРИСФЕЙ. О боги, нашел! Геракл привык нахрапом, а тут ему и...

АДМЕТА (гневно перебивает) Всему есть предел. Попрошу не выражаться. Нечего Гераклу делать у амазонок. Тоже мне, подвиг нашел, постыдился бы. Где он только валялся, этот подвиг. Отец, ты подлый, но не настолько же.

ЭВРИСФЕЙ (царственно) Молчи, дщерь!


Эврисфей стучит секирой. От неловкого движения парик падает. Царь суетливо нагибается. На помощь спешит Нянька. Совместными усилиями Эврисфей вываливается на пол. Нянька поднимает его. Усаживает на трон. Нахлобучивает парик на голову.


НЯНЬКА. Горе, мое, шумное. Царь должен стать свою помнить (стучит его по животу), а не падать, как мешок с... (Эврисфей замахивается на нее)

АДМЕТА (смеется) Ты цацками-то поменьше стучи. Страха нет, - один грохот.

ЭВРИСФЕЙ (истерично) Не смей так с отцом разговаривать. Я царь! Я царь или не царь? Говори!


^ Адмета не может ничего сказать от смеха.


Нянька, отвечай!

НЯНЬКА. Спрашивал уже с утра. Царь-царь, кто сомневается? Сам что ли забыл или она? (кивает на Адмету) Так мала, неразумна, дитя родное.

ЭВРИСФЕЙ (издеваясь) Дитя? Да она скоро старой девой станет. Вот!

АДМЕТА (надменно) Да хоть синим чулком. Нет, чулки у нас еще не изобрели. Кончай лаяться, царственный. Куда хочешь посылай Геракла, а к амазонкам, - через мой труп.


Адмета уходит.


НЯНЬКА (бросаясь к Адмете) Что делается, что делается. Детоубийца! Годунов!

ЭВРИСФЕЙ (довольный) Давай-давай, ори громче, а то никто не слышит. Гера! (кричит) Гера! Тут для тебя работа есть. (Няньке) Геракла ко мне!

НЯНЬКА. Сейчас. Я мигом позову культуриста-кашееда.


^ Нянька уходит.


ЭВРИСФЕЙ. Правильно! К амазонкам его. Ай, да я! Ай да Эврисфей! Пусть эти ведьмы поглядят на него, мускулы его пощупают. Ему их там за год не пе... не справиться. Если сильно перетрудится, так... А, может, в живых оставят. Не-е! Эту ниву - не вспахать! Даже герою не вспахать. Мы здесь похороны пышные устроим, с "Лебединым озером", как полагается. (увлекается) Ну, сначала барабаны погремят. Войска введем. Траур объявим. Героем национальным провозгласим. Присвоим звание Геркулеса. В центре городской площади гробницу соорудим. Нет, обойдется без гробницы, - ему небо обещано. Храм построим с жертвенником, и под Чайковского...


Звучит адажио из "Лебединого озера". Эврисфей плавно кружится по музыку, мечтательно что-то себе представляя. Постепенно "проявляется" цыганская мелодия. И под ее бравурные звуки выходит богиня неба Гера - красивая роковая цыганка.


ГЕРА. Молодец, без меня придумал.

ЭВРИСФЕЙ (польщен) Чья школа.

ГЕРА. Не льсти, мы - боги - этого не любим.

ЭВРИСФЕЙ. Прости, о несравненнейшая из богинь.

ГЕРА (довольная)


Мне понравилась твоя идея.

^ Вот что, царь - ты должен понимать:

Боги просто знают Эврисфея –

А заставлю – будут уважать!


Для Геракла лучше нет работы.

Пояс амазонки – вот трофей!

Только я ведь знаю – отчего-то

Ты его боишься, Эврисфей!..


Бабами проверить - это славно.

Это будет зрелище по мне!

Пусть Геракл и все его мужланы

Сил лишатся на такой войне!


Не дождется царства Зевс для сына,

Хоть в Аид сойду - не допущу!..

Мерзкая и грубая скотина…

Ну а я и мужу отомщу…


Царь богов? Распутник он бесстыжий!

И сынок в него. Когда я сплю -

Я во сне Геракла ненавижу!

Да и мужа, в общем, лишь терплю…


На последних словах входит Геракл. Гера, заметив его, умолкает, как ни в чем ни бывало.


ГЕРАКЛ (почтительно) О, величественнейшая из богинь. Ты опять обращаешь на меня внимание. С благоговением внимаю тебе.

ГЕРА. Ты свой юмор-то побереги для гастролей в провинции. (Эврисфею) Я пошла, в гостинице надо номер сдать, - чего переплачивать, суточные сэкономлю. Чемодан собрать и ... бывайте!


^ Гера уходит под цыганскую мелодию. Эврисфей пытается изобразить что-то "горячее" и натыкается на трон.


ГЕРАКЛ. (невозмутимо). Приветствую тебя, царь Микен, Эврисфей!

ЭВРИСФЕЙ. (нервно) Да, Геракл, привет тебе. К чему церемонии. Давай, попросту. Чем занимаешься?

ГЕРАКЛ. (поигрывая палицей)


Дел достойных нет в Микенах,

^ Все свершенья позади.

Я тупею, как полено…


ЭВРИСФЕЙ.


Знать бы, что там, впереди…


ГЕРАКЛ.

Знаешь, к Играм Олимпийским

По утрам готовлюсь я.

Бегаю, метаю диски…


ЭВРИСФЕЙ.


Потный, грязный как свинья


ГЕРАКЛ. Я придумал эти игры -

Стал истории творцом.

Воины мои, как тигры!


ЭВРИСФЕЙ. (злобно) Не ударят в грязь лицом!..


ГЕРАКЛ. Я тут новую систему

Ввел во вверенных войсках

Днем мы бегаем по стенам…

ЭВРИСФЕЙ. Ночью – прячемся в кустах!..


ГЕРАКЛ. Все обвешаны железом,

Все в строю – к плечу плечом.

Дуться, хныкать – бесполезно!

ЭВРИСФЕЙ. Им и голод нипочем…


ГЕРАКЛ. А биограф персональный

Вечером ко мне придет.

Все запишет досконально…

ЭВРИСФЕЙ. И везде, подлец, соврет!


ГЕРАКЛ. Такие вот дела.

ЭВРИСФЕЙ. Ну вот и хорошо. Значит, и ты сам, и войско твое в форме. Кончайте разминку, - есть работа для настоящих мужчин.


^ Эврисфей взмахнул руками, держава и секира упали. Он опускается, подбирает, а они все равно падают. Кричит.


Нянька! Где Нянька?


Выбегает Нянька, тоже опускается, чтобы поднять, и они стукаются лбами. Эврисфей отталкивает Няньку и придерживает парик. Нянька пытается ему отдать, а он - забрать символы царской власти, - никак не поделят.


НЯНЬКА. Да, отдай, безрукий! Ни одеться не можешь (натягивает на него парик), ни царствовать (сует в руки символы власти).

ЭВРИСФЕЙ. Молчи, карга!

НЯНЬКА. На себя посмотри, когда всех разгонишь! Воин перед тобой! Стоит, приказа ждет, а ты со старухой препираешься!

ЭВРИСФЕЙ. (отталкивает Няньку) Что скажешь, Геракл?

ГЕРАКЛ. Отлично! Ребята обрадуются, а то в городе им скучно, да и женщин мало...

ЭВРИСФЕЙ. Вот-вот. Будет, все будет. Мы, Эврисфей, царь Микен, велим тебе, Геракл, послужить во славу отечеству. Немедленно отправляйтесь - не понял точно - то ли Скифия, то ли Россия, то ли Украина, - сам уточни в канцелярии...

ГЕРАКЛ (перебивая) Ура царю! Загранка!

ЭВРИСФЕЙ. Да, это ответственная заграничная командировка. Конвертируемую валюту - в ограниченном количестве - получишь в бухгалтерии.


^ Геракл срывается с места и бежит. Нянька толкает царя.


НЯНЬКА. А слово царское, суровое забыл сказать?

ЭВРИСФЕЙ. (орет) Назад! (откашливается, обычным голосом) В походе не ронять... в общем, все, что не падает - не ронять. И добыть волшебный пояс царицы амазонок Ипполиты. Да, к амазонкам посылаю. Общий привет! Теперь свободен! (Няньке) Так?

НЯНЬКА. Молодец! Можешь, когда хочешь.


^ Эврисфей и Нянька уходят. Нянька гладит Эврисфея по голове. Он отдает Няньке державу и секиру, а сам придерживает парик. Старается идти гордо.


ГЕРАКЛ (удручен) О, Зевс, позор-то какой. Воевать с женщинами. Вот это унижение, так унижение.


^ Входит Адмета, бросается к Гераклу.


ГЕРАКЛ.

Адмета, боги, Зевс!.. Я все теперь могу,

Готов на подвиги, но это – просто низко…

Такой войны не пожелаешь и врагу -

^ Сражаться с бабами героям олимпийским!


АДМЕТА.

Не вешай голову, герой ты мой седой!..

Уж сколько подвигов! Теперь грядет девятый.

(Внимательно смотрит на него.)

Послушай, милый, этот сон - твой или мой?

Мы здесь, в Микенах? Или были здесь когда-то?


^ ГЕРАКЛ. Какой там сон – сплошная мука и позор!


АДМЕТА. Ах, почему я молода? За что со мною

Судьба ведет такой тяжелый разговор…


ГЕРАКЛ. Не мучь себя! Ты встретишь своего героя.


^ АДМЕТА. Ты мой герой, Геракл, и я тебя люблю.


ГЕРАКЛ. Адмета, девочка, ведь ты еще ребенок!..


АДМЕТА. Ты был в покоях, там где без тебя я сплю?

Я не дитя – и старых нет уже пеленок!


^ ГЕРАКЛ. Не надо так, Адмета, детка, погоди!

Ты молода, знатна… Так отчего ж ты злишься?

Да я ровесник Эврисфею, погляди -

Ведь ты, красавица, мне в дочери годишься!


^ Вокруг дворца толпою ходят кавалеры...

АДМЕТА. Лишь нет Геракла! Видно, в жены не гожусь.

Кто я тебе, герой - мегера иль гетера?

Я поняла тебя, Геракл, - ты просто трус!


ГЕРАКЛ (обрадованно меняет тему) Ну, конечно, трус. Только зачем Эврисфею этот пояс?

АДМЕТА. А все остальное ему зачем? Мочи много, - вот она и бьет в голову. А будут говорить, что это моя прихоть.

ГЕРАКЛ. Как же это - с женщинами драться? Я все-таки герой, а не поганец.

АДМЕТА. В этом-то вся подлость отца и состоит. Ты привык воевать. Твое нормальное состояние - бой. А этот пояс силой не взять. Я не поняла: то ли пояс перестанет быть волшебным, то ли сам силу потеряешь.

ГЕРАКЛ. А как же иначе взять то, что тебе не принадлежит?

АДМЕТА. Ты же хитрый, придумай! Геракл, я...(пытается его обнять)

ГЕРАКЛ. (быстро) Сон, ты говоришь - сон. Меня замучили в последнее время сны. Странные какие-то, тяжелые. Словно мне судьбой предначертано прожить не свою жизнь. Вернее, не так. То есть, я проживу жизнь, но не для себя. Для себя живут люди. А я - герой. Удел героя - невозможность жить для себя. Так было в моем сне. А в твоем?

АДМЕТА. (испуганно) В моем?

ГЕРАКЛ. Или мы видели один сон?

АДМЕТА. Тогда в каком мы сне? В моем или в твоем? Да и во сне ли мы.


Адмета пытается приблизиться, но Геракл держит ее на расстоянии руки.


ГЕРАКЛ. Ладно, девочка. Надо просыпаться. Приказы не обсуждают. Попробую добыть тебе чужую игрушку. Прощай! Иди к себе. И спи спокойно.


^ Адмета медленно обходит Геракла. Гладит его по голове, смотрит на свои руки. - то ли сон, то ли явь, - и уходит. Геракл наблюдает за ней, потом кричит


Воины мои!


^ Входят Тесей и Филоктет


Славные мои, друзья-товарищи! Придумал Эврисфей гнусное унижение, позор...

ТЕСЕЙ. (перебивая) Слышали уже. Почему позор? Там ведь целое царство баб! Навоюемся!

ФИЛОКТЕТ. Навоюешься, смелый, - да они как мужика словят, так и нет мужика.

ТЕСЕЙ. Как это - нет?

ФИЛОКТЕТ. А вот так, - чик-чирик (показывает - как)

ТЕСЕЙ. Не так все страшно, на этот случай природа постаралась, - у них болезни бывают.

ГЕРАКЛ. (удивленно) Какие еще болезни?

ТЕСЕЙ. (довольный, осведомленно). Ну, разные, женские-неженские, заразные и головная боль.

ФИЛОКТЕТ. (снисходительно) Знаток. Какое первейшее средство от головной боли, знаешь?

ТЕСЕЙ. Анальгин, так нет его в аптеке.

ФИЛОКТЕТ. Крутой ты, малый. (внушительно) Лучшее средство от головной боли - я!


Неприлично смеются с Гераклом.


ТЕСЕЙ. (обиженно) Как это - ты? У меня вечно голова болит, а ты молчал?

ФИЛОКТЕТ

Женщины! Слушая эти слова,

^ По сторонам не глядите:

Если у вас заболит голова –

Все к Филоктету спешите!


Вылечит всех Филоктет-эскулап -

Метод веками проверен!

Всех исцеляем – и девок, и баб!


ТЕСЕЙ (недоверчиво)

Ты абсолютно уверен?

Как же страдает твоя голова!..


ФИЛОКТЕТ.

Что? Голова? Вот мальчишка!

Высечь тебя за такие слова

Было бы вовсе не слишком!

Паспорт-то есть у тебя или нет?

Сколько годочков? Двенадцать?


ТЕСЕЙ. (возмущенно) Я вызываю тебя, Филоктет!

^ Все, прекрати издеваться!

ГЕРАКЛ. Хватит, ребята! Должны вы понять –

С бабами драться опасно.

Может, стратегию будем мы знать,

Тактику выучим классно,

Боль головную сумеем прогнать,

Мир сокрушим сапогами…

Только побед нам вовек не видать,

Если не будем друзьями.


ВМЕСТЕ. Вместе леченье пойдет веселей

Ссориться больше не будем!

Эй, амазонка! Вина не жалей!

Знай: мужики – это люди!


Входит Нянька с бутылкой коньяка. (За ней семенят рабыни)


НЯНЬКА. Мальчики! Это как же! Без благословения хотите уйти. Дороги не будет. Сядем, на посошок примем. Поцелуемся.

ГЕРАКЛ (раздраженно) Мы на работе, Нянька.

НЯНЬКА. Ладно, герой. (достает походные стаканчики) Мы уважаем чужие причуды, но в Микенах полно виноградников, и отродясь сухого закона никто не принимал. Не нарушай вековой устав. Посошок, - он во все времена - посошок. Да и что тут, (разливает) так, просто баловство.

ГЕРАКЛ. Хорошо, Нянька. Это я так, с горя. Придумал нам царь гнусную погань, - с бабами сражаться. Их любить надо, а мы драться полезем. Ладно, завтра думать будем (Няньке) Разливай. .

ТЕСЕЙ. А чем закусим?

ФИЛОКТЕТ. Герои не закусывают.

ГЕРАКЛ. Как всегда - залаем.

НЯНЬКА. Я - не герой (вытаскивает соленый огурец).


^ Все дружно пьют и громко кричат и танцуют.


2 действие


Текст

В момент своей смерти Геракл был поднят прямо с погребального костра в воздух в колеснице и стал одним из 12 богов Олимпа. Так герой, человек и сын божий - сам стал богом.


Дворец Ипполиты. Суровая обстановка военной стоянки. Большой стол с телефонами. Развешано оружие. За столом - Ипполита - красивая молодая женщина в черной военной форме. Входит Антиона. Речь их груба и отрывиста.


АНТИОНА. Вызывали?

ИППОЛИТА. К чему белое платье снится?

АНТИОНА. Простое?

ИППОЛИТА. Со свадебной фатой.

АНТИОНА. К войне, слава Зевсу (воздевает руки).

ИППОЛИТА. Ладно. Текст готов?

АНТИОНА. Вот (достает бумагу).

ИППОЛИТА. Читай.

АНТИОНА. (громко, чеканно) Заявление для прессы.

Мы - жительницы свободной Амазонии выражаем протест по поводу очередного нарушения прав человека. Придуманные Гераклом Олимпийские игры вновь намечено провести без участия женщин. Амазонки считают своим долгом продолжение борьбы против дискриминации женщин. Последовательные действия по реабилитации прав человека не только для мужчин вынуждают нас провести открытые Олимпийские игры для всех - и мужчин, и женщин. Приглашаем желающих принять участие в соревнованиях. Для согласования сроков приглашаются также средства массовой информации и борзописцы всех царств.

ИППОЛИТА. Хорошо. Добавить условия для участников. Подписываю сегодняшним числом. (подписывает). Размножить и разослать. Они думают, что нам нужна только утренняя гимнастика и ночная акробатика. Наши военные успехи их еще не убедили.

АНТИОНА. Гераклу будем посылать приглашение?

ИППОЛИТА. А ему-то зачем?

АНТИОНА. (извинительно) Как основателю проекта.

ИППОЛИТА. А это идея (снова читает Заявление). Я подумаю. Интересно, как прошел