Реферат: Дайджест сценариев / Обл юнош б-ка, Информ библиогр отд.; сост. О. В. Сорокина; отв за вып. Е. Г. Наумова. Волгоград, 2010. 63 с

Областная юношеская библиотека

Информационно-библиографический отдел









74.200.58

В 65



Составитель

О.В. Сорокина, библиограф

Ответственный за выпуск:

Е.Г. Наумова, директор ВОЮБ



^ Войной испепеленные года (к 65-летию Победы): дайджест сценариев / Обл. юнош. б-ка, Информ.-библиогр. отд.; сост. О.В. Сорокина; отв. за вып. Е.Г. Наумова. – Волгоград, 2010. – 63 с. – (Школа патриотизма, вып. 11).


В данный сборник вошли сценарии мероприятий, посвященных Великой Отечественной войне.

Издание адресовано педагогам общеобразовательных школ, преподавателям средних специальных учебных заведений, специалистам дополнительного внешкольного образования, библиотечным работникам.

Содержание


^ ЗАЧЕМ ТЫ, ВОЙНА,
У МАЛЬЧИШЕК ИХ ДЕТСТВО УКРАЛА?..1
Литературная композиция


Музыкальное оформление

Понадобятся аудиозаписи песен:

«Священная война» (муз. А. Александрова, сл. В. Лебедева-Кумача);

«День Победы» (муз. Д. Тухманова, сл. В. Харитонова);

«Реквием» В. Моцарта;

аудиозапись сообщений Советского информбюро о начале и окончании войны.


Оформление

Стенд с портретами детей-героев войны, рисунками на антивоенную тему; на противоположной стене – черный аэростат, задрапированный белым материалом.


^ Действующие лица

Учитель

Чтецы (1)-(8)

Мама

Девочка

Мальчики (1) и (2)

Солдат

Герои повести В.П. Катаева «Сын полка»:

Ваня

Казачок

УЧИТЕЛЬ: 9 Мая, День Победы – это «праздник со слезами на глазах». 65 лет прошло с того памятного дня. Дети, родившиеся после войны, уже стали взрослыми, и у них родились свои дети... И война постепенно уходит в прошлое, становясь страницей в учебнике истории. Почему же мы вновь и вновь вспоминаем о ней?

Посмотрите на нашу классную доску. Какие только буквы и цифры мы на ней не писали! Но сегодня мы видим страшные цифры. Всмотритесь в них и вдумайтесь...

От Бреста, где война началась, до Москвы, где фашистов остановили, – 1000 км. От Москвы до Берлина, где война окончилась, – 1600 км. Итого 2600 км... Это, если считать по прямой... Так мало, правда? 2600 км – это если поездом, то менее 4 суток, самолетом – примерно 4 часа... С боями, перебежками и ползком – 4 года!

^ 4 года! 1418 дней. 34 тысячи часов. И 27 миллионов погибших соотечественников.

27 миллионов погибших... Вы представляете себе, что это такое? Если по каждому погибшему из 27 миллионов в стране объявить минуту молчания, страна будет молчать... 43 года!

27 миллионов за 1418 дней – это значит, погибало 13 человек каждую минуту...

Вот что такое 27 миллионов!

А сколько среди этих 27 миллионов ваших сверстников? Детей, которые так и не стали взрослыми...

Война и дети... Нет ничего страшнее, чем эти два слова, поставленные рядом. Потому что дети рождаются для жизни, а не для смерти. А война эту жизнь отнимает...

Сегодня мы увидим войну глазами детей.

Представьте себе замечательный летний день, воскресенье.

У детей каникулы, у их родителей – отпуск, у всех – выходной...

(Выходят Девочка с воздушным шариком, Мальчик (1) с игрушками, играют. Мама моет окно).

ДЕВОЧКА:

К началу Второй мировой

Мы в школу еще не ходили.

На станцию по мостовой,

окутанный облаком пыли,

катился ночной грузовик,

подвода с утра грохотала,

как будто по стеклам квартала

хлестало из туч грозовых.

Над речкой, у самой воды,

Играл отпускник на гитаре,

цвели, задыхаясь, сады,

и низкие птицы летали.

Такая стояла пора.

Неведенье.

Детство.

Жара.

С. Дрофенко

УЧИТЕЛЬ: И вдруг – как гром среди ясного неба...

(Звучит сообщение Советского информбюро о начале войны. Шарик в руках у Девочки лопается. Звучит аудиозапись песни «Священная война» (муз. А. Александрова, сл. В. Лебедева-Кумача. Мама с Девочкой заклеивают окна. Выходит Солдат, срывает драпировку, под ней – черный аэростат. Солдат уходит, за ним пристраивается Мальчик (1) – собрался на войну, вооружившись игрушечным пистолетом. Солдат останавливает его, показывает жестом, что нужно защищать Маму и сестру. Мальчик (1) возвращается, подходит к Маме, которая сидит на стуле. Мальчик (1) и Девочка стоят рядом с Мамой. Песня смолкает.)

^ МАЛЬЧИК (1):

Отца забрали на войну.

...Мальчишка – шпингалет,

Но враз прибавила ему

Война так много лет.

«Так что же, мать?

Так, значит, мать,

Я в доме голова?

Ты начинай белье стирать,

А я – колоть дрова!

Ты говоришь:

Дровец чуток

Осталось.

Так и быть,

Продай слона,

Продай свисток!

Без них ведь можно жить!

Продай матроску, говорю!

Теперь не до тряпья.

Ты только, мама,

Не горюй!

Не брошу я тебя!»

А. Брагин

(Мама берет за руки детей, прижимающих к себе игрушки; они уходят. На сцену выходят Чтецы (1)-(8)).

ЧТЕЦ (1): «Наше поколение по возрастной причине не участвовало в Великой Отечественной войне, но горечь первых отступлений, страдания под гнетом оккупации, липкий хлеб эвакуации пополам с полынью и лебедой, шелест похоронок в руках наших матерей, смертельный страх потерять продуктовые карточки, спрятанные в холщовый мешочек на шее, – все это было суровой начальной школой нашего поколения». (Е. Евтушенко).


ЧТЕЦ (2):

Мы были серыми, как соль.

А соль – на золото ценилась.

В людских глазах застыла боль.

Земля дрожала и дымилась.

Просили, плача: «Мама, хлеба!»

А мама плакала в ответ.

И смерть обрушивалась с неба,

Раскалывая белый свет.

Да, мало было хлеба, света,

Игрушек, праздников, конфет.

Мы рано выучили это

Безжалостное слово – «Нет!»

Так жили мы, не зная сами,

Чем обделила нас война.

И материнскими глазами

В глаза смотрела нам страна.

Мы были бережно хранимой

Ее надеждой в горький час –

И свет, и соль земли родимой,

И золотой ее запас.

Л. Щасная

ЧТЕЦ (3):

Война меня кормила из помойки,

Пороешься – и что-нибудь найдешь.

Как серенькая мышка-землеройка,

Как некогда пронырливый Гаврош.

Зелененький сухарик, корка сыра,

консервных банок терпкий аромат.

В штанах колени.

Вставленные в дыры,

как стоп-сигналы красные, горят.

И бешеные пульки вместо пташек

чирикают по-своему...

И дым, как будто знамя молодости нашей,

встает над горизонтом золотым...

Г. Горбовский

ЧТЕЦ (4): «Когда нам не хватало тетрадок, мы писали диктанты на газетах, между строк сообщений Информбюро, и мы были сами похожи на эти хрупкие, неуверенные буковки между строками истории нашего народа» (Е. Евтушенко).

ЧТЕЦ (5):

Я учился писать...

Мимо школы – колонны, колонны

Колыхались рекой

И впадали в невидимый фронт...

Я учился писать,

Не спеша, с нажимом, с наклоном.

И скрипело стальное,

Защитного цвета перо...

Я учился писать...

Где-то плавились танки,

Где-то люди кричали,

Умирая в огне и дыму...

Я учился писать

Изложения о Каштанке,

Я учился страдать

Над судьбою Герасима и Муму.

Я учился писать,

И хрустящие хлебные карточки

От себя отрывала

По клеточке

Мать,

Чтоб меня не тошнило,

Чтоб меня не шатало за партою...

Я учился писать!

А. Передреев

ЧТЕЦ (6): «Собирая колоски на полях, лекарственные растения в тайге, шефствуя над ранеными фронтовиками в госпиталях или над семьями погибших воинов, будучи связными в партизанских отрядах или пастушьим кнутом подгоняя коров к грузовым вагонам, идущим на фронт, мы чувствовали себя маленькими солдатами Красной Армии, борющейся против фашистских захватчиков» (Е. Евтушенко).

ЧТЕЦ (7):

Зачем ты, война,

у мальчишек их детство украла?

И синее небо, и запах простого цветка?

Пришли на заводы работать

мальчишки Урала,

Подставили ящики, чтобы достать до станка.

И вот неподкупной зимою военного года,

Когда занимался над Камой холодный рассвет,

Собрал самых лучших рабочих директор завода,

А было рабочим – всего по четырнадцать лет.

В усталые лица глядело суровое время,

Но каждый в себе

довоенное детство нашел,

Как только рабочую премию –

банку варенья –

Пред ними, мальчишками,

кто-то поставил на стол.

И вот над заводом,

над лесом, в снегу задремавшим,

Среди подступившей внезапно

к сердцам тишины,

Повеяло чем-то давно позабытым, домашним,

Как будто бы не было больше

на свете войны.

...Ах, банка варенья, простое и верное средство

Напомнить о том,

что, как жизнь у людей ни горька,

но будет еще у мальчишек и солнце, и детство,

и синее небо, и запах простого цветка!

В. Радкевич

ЧТЕЦ (8):

Сорок трудный год.

Омский госпиталь...

Коридоры сухие и маркие.

Шепчет старая нянечка:

«Господи!..

До чего же артисты маленькие...»

Мы шагаем палатами длинными.

Мы почти растворяемся в них

с балалайками, с мандолинами

и большими пачками книг...

Что в программе?

В программе – чтение,

пара песен

военных, правильных...

Мы в палату тяжелораненых

Входим с трепетом и почтением...

Двое здесь.

Майор артиллерии

с ампутированной ногой,

в сумасшедшем бою под Ельней

на себя принявший огонь.

На пришельцев глядит он весело...

И другой –

до бровей забинтован, – капитан,

таранивший «мессера»

три недели назад над Ростовом...

Мы вошли.

Мы стоим в молчании...

Вдруг срывающимся фальцетом

Абрикосов Гришка отчаянно

объявляет начало концерта.

А за ним,

не вполне совершенно,

но вовсю запевале внимая,

о народной поем, о священной так,

как мы ее понимаем...

В ней Чапаев сражается заново,

Краснозвездные мчатся танки.

В ней шагают наши в атаки,

а фашисты падают замертво.

В ней чужое железо плавится,

в ней и смерть отступать должна.

Если честно признаться,

нравится нам

такая война...

Мы поем...

Только голос летчика раздается.

А в нем – укор:

«Погодите...

Постойте, хлопчики...

Погодите...

Умер майор...»

Балалайка всплеснула горестно.

Торопливо, будто в бреду...

...Вот и все о концерте в госпитале

в том году.

Р. Рождественский

УЧИТЕЛЬ: Да, мальчишки и девчонки здорово помогали в тылу. Но тысячи их было и на фронте, вместе с бойцами.

(Чтецы (1)-(8) уходят. Далее следует инсценировка отрывка из повести В.П. Катаева «Сын полка».) Казачок чистит шашку. Ваня, стоя в стороне, с завистью смотри на него.)

КАЗАЧОК: Чего стоишь?

ВАНЯ: Хочу и стою.

КАЗАЧОК: Иди, откуда пришел.

ВАНЯ: Сам иди. Не твой лес.

КАЗАЧОК: А вот мой!

ВАНЯ: Как?

КАЗАЧОК: Так. Здесь наше подразделение стоит.

ВАНЯ: Какое подразделение?

КАЗАЧОК: Тебя не касается. Видишь – наши кони.

^ ВАНЯ: А ты кто такой?

КАЗАЧОК: Знаки различия понимаешь?

ВАНЯ: Понимаю!

КАЗАЧОК: Ну так вот. (Показывает погон.) Ефрейтор гвардейской кавалерии. Понятно?

^ ВАНЯ: Да! Ефрейтор! Видали мы таких ефрейторов!

КАЗАЧОК: А вот представь себе, ефрейтор! (Показывая медаль.) Видал?

ВАНЯ: Великое дело!

КАЗАЧОК: Великое, не великое, а медаль, за боевые заслуги. И ступай себе, откуда пришел, пока цел.

^ ВАНЯ: Не больно модничай. А то сам получишь.

КАЗАЧОК: От кого?

ВАНЯ: От меня.

КАЗАЧОК: От тебя? Молод, брат.

ВАНЯ: Не моложе твоего.

КАЗАЧОК: А тебе сколько лет?

ВАНЯ: Тебя не касается. А тебе?

КАЗАЧОК: Четырнадцать.

ВАНЯ: Хе! (Свистнув.)

КАЗАЧОК: Чего – хе?

ВАНЯ: Так какой же ты солдат?

КАЗАЧОК: Обыкновенный. Гвардейской кавалерии.

ВАНЯ: Толкуй! Не положено.

КАЗАЧОК: Чего не положено?

^ ВАНЯ: Больно молод.

КАЗАЧОК: Постарше тебя.

ВАНЯ: Все равно не положено. Таких не берут.

КАЗАЧОК: А вот меня взяли.

ВАНЯ: Как же тебя взяли?

^ КАЗАЧОК: А вот так и взяли.

ВАНЯ: А на довольствие зачислили?

КАЗАЧОК: А как же!

ВАНЯ: Заливаешь.

КАЗАЧОК: Не имею такой привычки.

ВАНЯ:– Побожись.

КАЗАЧОК: Честное гвардейское.

ВАНЯ: И оружие дали?

КАЗАЧОК: А как же! Все, что положено. Видал мою шашечку? Знатный, братец, клинок. Да это что! У меня еще бурка есть. Бурочка что надо. Но я ее только в бою надеваю.

ВАНЯ: А меня не взяли. Сперва взяли, а потом сказали – не положено. Я у них даже один раз в палатке спал. У разведчиков, у артиллерийских.

КАЗАЧОК: Стало быть, ты им не показался, раз они тебя не захотели принять за сына.

^ ВАНЯ: Как это – за сына? За какого?

КАЗАЧОК: Известно, за какого. За сына полка. А без этого не положено.

ВАНЯ: А ты – сын?

КАЗАЧОК: Я – сын. Я, братец, у наших казачков уже второй год за сына считаюсь. Они меня еще под Смоленском приняли. Меня сам майор Вознесенский на свою фамилию записал, поскольку я являюсь круглый сирота. Так что я сейчас называюсь гвардии ефрейтор Вознесенский и служу при майоре Вознесенском связным. Он меня, братец мой, один раз даже вместе с собой в рейд взял. Там наши казачки большой шум у фашистов сделали. Как ворвутся в одну деревню, где стоял их штаб, а они как выскочат на улицу в одних подштанниках! Мы их там полторы сотни набили. (Машет шашкой.)

^ ВАНЯ: И ты рубал?

КАЗАЧОК: Не. По правде, я не рубал. У меня тогда еще шашки не было... Ну и, стало быть, иди, откуда пришел. Прощай, брат.

ВАНЯ: Прощай!

(Ваня и Казачок уходят. Выходит Чтец (1).)

ЧТЕЦ (1): Война унижала нас голодом, холодом, нищетой, и в то же время война возвышала нас ощущением причастности к истории, ощущением самих себя как части великого народа, единого в своем стремлении к победе. Мы – дети Великой Отечественной войны, мы – это зеленые, еще некрепкие побеги на древке Знамени Победы, водруженного над Рейхстагом» (Е. Евтушенко).

(Звучит сообщение Советского информбюро об окончании войны; затем аудиозапись песни «День Победы» (муз. Д. Тухманова, сл. В. Харитонова). Чтец (1) уходит. Выходит Мама с детьми, расклеивают окна, сдирают аэростат. Возвращается Солдат, дает Девочке шарик, Мальчику – слона, поднимает Мальчика на руки, все уходят.)

УЧИТЕЛЬ: Окончилась война... Домой вернулись не все... Но память о них жива. Как жива наша благодарность к ним, заслонившим нас своей грудью.

(Учитель называет фамилии, по очереди выходят Чтецы (1)-(5), становятся в строй.)

Леня Голиков...

ЧТЕЦ (1): Леня Голиков, 17 лет, партизан, Герой Советского Союза, погиб в бою.

УЧИТЕЛЬ: Саша Чекалин...

ЧТЕЦ (2): Саша Чекалин, 16 лет, партизан, Герой Советского Союза, повешен фашистами.

УЧИТЕЛЬ: Марат Казей...

ЧТЕЦ (3): Марат Казей, 14 лет, партизан, Герой Советского Союза, погиб в бою, подорвав себя и фашистов последней гранатой.

УЧИТЕЛЬ: Лида Демеш...

ЧТЕЦ (4): Лида Демеш, 13 лет, партизанка, расстреляна фашистами.

УЧИТЕЛЬ: Таня Савичева...

ЧТЕЦ (5): Таня Савичева, 13 лет, умерла после блокады Ленинграда в 1944 году.

УЧИТЕЛЬ: И еще тысячи и тысячи детей, чью жизнь оборвала война...

(Выходят все остальные участники литературной композиции).

Предлагаю почтить их память минутой молчания.

(Минута молчания. Затем звучит аудиозапись «Реквием» В. Моцарта. Музыка становится тише).

ЧТЕЦ (6):

Станут памятью встречи, привычки, слова...

А они не вернутся.

Отбушует зима.

Поседеет вдова...

А они не вернутся.

Скорбь утихнет.

Уснет на ладонях Земли...

А они не вернутся.

Снова к пепельным звездам уйдут корабли...

А они не вернутся. В карауле

друзья не устанут стоять...

А они не вернутся.

Будет море шуметь,

Будет солнце сиять...

А они не вернутся.

И погаснут миры.

И возникнут миры...

Но одно лишь известно:

Мы состаримся.

Мы будем жить до поры...

А они – будут вечно.

Р. Рождественский

УЧИТЕЛЬ: Теперь, я думаю, вы можете представить себя на месте тех ребят, которым выпала трудная судьба – жить на войне, но и завидная доля – защищать свою Родину.

Сегодня к нам в гости пришли люди, чье детство тоже опалено, обожжено войной. К счастью, они остались живы. Я говорю: к счастью – потому, что иначе не было бы нас с вами. Потому что это – наши бабушки и дедушки. Сейчас они выйдут сюда со своими внуками...

(Ребята ведут своих дедушек и бабушек и становятся рядом с ними.)

^ МАЛЬЧИК (2):

Когда-то давно мой дедушка

Был мальчишкой, таким, как я.

Только детство у него было трудное,

Потому что была война.

Я знаю о ней по книжкам,

Я видел ее в кино –

А дедушка был мальчишкой...

Правда, это было давно.

Он рассказывал мне, как, бывало,

Игрушки откинув прочь,

Работал со старым и малый,

Чтоб солдатам на фронте помочь.

А еще он запомнил, как мама,

Чтобы деток своих спасти,

В тесто отруби добавляла

И пекла этот хлеб в печи.

А еще мне мой дед рассказывал,

Что из картофельной кожуры

Суп варили, и все очень радовались,

Это праздник был для детворы.

Я, конечно, парень неглупый,

Все сумею понять, но никак

Не могу я себе представить,

Чтобы дети жили вот так...

Я хочу тебе, дедушка, милый,

Дать конфеты и шоколад.

Хоть сейчас ты покушай вволю,

И пусть детство вернется назад!

(Мальчик (2) дает дедушке шоколад. Всем дедушкам и бабушкам дарят «детские» подарки – конфеты, игрушки. Далее ветераны рассказывают ребятам о своем военном детстве.)


^ Далекому мужеству верность храня…2
Сценарий школьного праздника,
посвященного Дню Победы

Оформление

Окна зала оклеены бумагой «крест-накрест», на стенах зала размещены лозунга и плакаты военной тематики. Сцена символизирует собой «передовую», зал – «тыл». Действие происходит и на сцене, и в зале, все зрители – непосредственные участники. Понадобятся слайды военной хроники.

Музыкальное оформление

«Давным-давно была война» (муз. А. Зацепина, сл. Л. Дербенева);

«Москвичи» (муз. А. Эшпая, сл. Е. Винокурова);

«Прощание» (муз. Г.Хренникова, сл. Ф.Кравченко);

«Вальс» (муз. Д. Тухманова, сл. В. Харитонова);

«У деревни Крюково» (муз. М. Фрадкина, сл. С. Острового);

«Горячий снег» (муз. А. Пахмутовой, сл. М. Львова);

«Весна 45-го года» (муз. А. Пахмутовой, сл. Н. Добронравова).

Действующие лица

Чтецы (1)-(3)

Бойцы (1)-(7)

Медсестра

Девушки (1)–(3)

Юноши (1)-(3)

Мальчик

Женщина – одета в черное

Хор – в военной форме 1940-х гг.


^ Хор исполняет песню «Давным-давно была война» (муз. А. Зацепина, сл. Л. Дербенева). На экране проецируются слайды военной хроники. Выходят Чтецы (1)–(3).

ЧТЕЦ (1)

Прозрачны дали и ветра спокойны,

От ржавых мин очистилась земля,

Но, отступая, оставляют войны

Воспоминаний минные поля.

Л. Татьяничева

ЧТЕЦ (2):

Я, как блиндаж партизанский,

травою пророс.

Но, оглянувшись,

очень отчетливо вижу:

падают мальчики,

запнувшись за мину,

как за порог,

наткнувшись на очередь,

будто на ленточку финиша.

Падают мальчики,

руки раскинув просторно,

на чернозем,

от безделья и крови

жирный.

Падают мальчики,

на мягких ладонях которых –

такие прекрасные,

такие длинные

линии

жизни.

Р. Рождественский

ЧТЕЦ (3):

Вновь прошлого кинолента

Раскручена предо мной –

Всего только три процента

Мальчишек пришли домой...

Да, раны врачует время,

Любой затухает взрыв.

Но все-таки как же с теми –

Невестами сороковых?

Ю. Друнина

(Из зала поднимается на сцену Женщина.)

ЖЕНЩИНА:

Их «похоронки» с милыми венчали,

Не в дымке молодость их

скрылась, а в дыму –

В дыму войны...

В их душах обожженных

Тоскливый вой сирены не затих.

Их никогда не величали «жены»

И вдовами не называли их...

Ю. Друнина

ЧТЕЦ (1):

Не рожден, не рожден в сорок первом...

ЧТЕЦ (2):

Не рожден, не рожден в сорок третьем...

ЧТЕЦ (3):

Не рожден, не рожден в сорок пятом,

Не кричат нерожденные дети.

ЧТЕЦ (1):

Нет ни плит, нет ни ветров над вами,

Нет ни солнечных дней,

Ни туманных,

Нужно тело, чтоб вспыхнуло пламя.

Нужно имя, чтоб быть

Безымянным.

ЧТЕЦ (2):

Чтоб письмо в треугольном конверте,

Чтобы слезы тяжелые стыли.

Нужно жить хоть минуту для смерти,

Ну а вы и того не прожили.

ЧТЕЦ (3):

Не рожден, не рожден в сорок первом...

ЧТЕЦ (1):

И еще – не рожден в сорок третьем...

ЧТЕЦ (2):

И еще – не рожден в сорок пятом,

Память вечная павшим солдатам!

(Чтецы (1)–(3) уходят. Хор исполняет песню «Москвичи» (муз. А. Эшпая, сл. Е. Винокурова). Выходят Бойцы (1)-(7)).

БОЕЦ (1):

Была короткой ночь в июне,

И самым длинным был тот день,

Когда под утро мир подлунный

Накрыла вражеская тень.

И горстка воинов сражалась

У пограничной высоты,

А на фашистских самолетах

Чернели мрачные кресты.

Пришли тогда мы из запаса,

Не опаленные войной.

Мальчишки из десятых классов,

Мы стали силою стальной.

Ю. Песоцкий

БОЕЦ (2):

Сначала ровно тысячу дней,

Потом еще четыреста дней,

А после еще восемнадцать дней

(так подсчитано)

Шла война.

Невозможно было привыкнуть к ней,

Невозможно было не думать о ней,

Благословляла,

Крестила,

Казнила

И миловала она.

Р. Рождественский

БОЕЦ (3):

Важно с девочками простились,

На ходу целовали мать,

Во все новое нарядились,

Как в солдатики шли играть.

Ни плохих, ни хороших, ни средних.

Все они по своим местам,

Где ни первых нет, ни последних...

Все они опочили там.

А. Ахматова

^ ДЕВУШКА (1) (Бойцу (2)):

Всем, что есть у тебя живого,

чем страшна и прекрасна жизнь –

кровью, пламенем, сталью,

словом, – задержи врага. Задержи!

О. Берггольц

(Хор исполняет песню «Прощание» (муз. Г. Хренникова, сл. Ф. Кравченко). В зале – Девушки (2) и (3) провожают Юношей (1) и (2). Дальнейшее действие происходит в форме диалога между «фронтом» и «тылом» (то есть сценой и залом). На сцене – Бойцы (1)–(7), Медсестра, в зале – Женщина, Мальчик, Юноша (1), Девушка (1).)

БОЕЦ (4):

И вот в свои семнадцать лет

Я встал в солдатский строй...

У всех шинелей серый цвет,

У всех – один покрой....

... Иди в жару, иди в пургу.

Ну что – не по плечу?..

Здесь нету слова «не могу»,

А пуще – «не хочу».

Н. Старшинов

^ ЮНОША (1):

Был отец мой тихого нрава,

Но в огонь второй мировой

Он пошел. Хоть ему держава

И сказала: «Нестроевой!»

Только кто же отнимет право

Постоять за нее? И в бой –

Сердце слева, винтовка – справа –

Так пошел он, тихого нрава

Ополчения рядовой.

Близорукий, очки носивший,

Взял на мушку врагов страны.

Грянул выстрел его неслышный

Среди выстрелов той войны...

Да, в атаке он был нелишний.

Этот тихий комок огня...

...Грохот пули, его свалившей,

Навсегда оглушил меня!

Д. Долинский

МАЛЬЧИК:

О, детство!

Нет, я в детстве не был,

Я сразу в мужество шагнул,

Я молча ненавидел небо

За черный крест,

За черный гул.

И тем блокадным днем кровавым

Мне желтый ивовый листок

Казался лишь осколком ржавым,

Вонзившимся у самых ног.

...И если неожиданный налет,

если в расписаньи мой черед,

То, с кона взяв поставленный пятак,

Я шел с противогазом на чердак.

А было мне всего 13 лет,

Я даже не дружинник, просто – шкет,

Но «зажигалку» я щипцами мог

Схватить за хвост и окунуть в песок.

О. Шестинский

(Хор исполняет песню «Вальс» (муз. Д. Тухманова, сл. В. Харитонова)).

БОЕЦ (5):

На поле боя падают солдаты.

Звезда из жести. Рябь имен и дат.

И синие холодные Карпаты

заносят снегом кладбища солдат.

Во имя нашей Родины и чести,

Четвертый год, как братья и родня,

Бойцы победу добывают вместе,

Не все дойдут до радостного дня.

Те, что погибли, доверяли свято

Победе нашей, что должна прийти,

На поле боя падают солдаты...

Не забывайте павших на пути!

М. Гроссман

БОЕЦ (6)(читает письмо):

Быть может, этот бой последний,

У безымянной высоты...

Тебе мой сын и мой наследник,

Посланье это и мечты.

Тебе навечно презентую,

И по-другому не могу!

Любовь к Отечеству святую,

Святую ненависть к врагу.

Мы жили просто, как умели,

Без выкрутасов и затей...

Привыкли видеть в каждом деле

Накал умов – борьбу идей...

Не пресмыкались, не ловчили,

Не обходили стороной...

Открыто жили, как учили, –

Не прячась за чужой спиной...

Работали не славы ради –

«Пахали» так, что пыль столбом.

Без помощи заморских дядей,

А собственным своим горбом.

А вот сейчас ведем с фашизмом

Неравный, очень трудный бой,

И ради вашей светлой жизни

Сегодня жертвуем собой...

МАЛЬЧИК:

Письмо на этом обрывалось,

Написано не до конца...

И это – все, что мне осталось

Навек в наследство от отца.

Вполне проверенное средство,

В него я верю до конца...

Мое бесценное наследство, –

Последнее письмо отца!

А. Курочкин

(Хор исполняет песню «У деревни Крюково» (муз. М. Фрадкина, сл. С. Острового))

БОЕЦ (7):

Не бронза еще и не мрамор,

А просто гвардейцы они,

О них, о тринадцати храбрых,

Весь фронт говорит в эти дни.

Как встретили наши тринадцать

Удар батальона врагов,

Как их за высотку сражаться

Повел лейтенант Шевелев.

Косматое небо шаталось,

И солнце июльское жгло,

Ты помнишь, когда-то считалось

Тринадцать – плохое число?

Но мы суеверью не верим –

Тринадцать гвардейцев – заслон.

Гвардейское мужество мерим

Умением, а не числом!

Е. Долматовский

МЕДСЕСТРА:

Побледнев, стиснув зубы до хруста,

От родного окопа,

Одна

Ты должна оторваться,

И бруствер

Проскочить под обстрелом

Должна.

Ты должна.

Хоть вернешься едва ли,

Хоть «Не смей!»

Повторяет комбат.

Даже танки

(Они же из стали!)

В трех шагах от окопа горят.

Ты должна.

Ведь нельзя притвориться

Пред собой,

Что не слышишь в ночи,

Как почти безнадежно

«Сестрица!»

Кто-то там,

Под обстрелом, кричит...

Ю. Друнина

БОЕЦ (1):

Пусть близок враг, но если ты в траншее –

Ты отделен от смерти бугорком.

Ничья земля, чернея и рыжея,

Лежит между тобою и врагом.

Но есть мгновенье – напряженьем воли

Ты из траншеи сделал полшага,

И ни бетон, ни темнота, ни поле –

Ничто не отделяет от врага.

И, в полный рост в огне над смертью высясь,

Ты вдруг поймешь, не думая о ней,

Что от тебя от одного зависит

Исход войны, судьба земли твоей.

Л. Ошанин

БОЕЦ (2):

Вновь завертелось все,

Пошло вверх дном,

Вода кипела в горле пулемета.

Неся мечту о самом дорогом,

На танки шла отчаянная рота.

Вздымались к небу красные столбы,

Гремели и ползли стальные слизни.

Ему казалось – этот час борьбы

Короче смерти был и дольше жизни!

Е. Долматовский

(Хор исполняет песню «Горячий снег» (муз. А. Пахмутовой, сл. М. Львова)).

ЖЕНЩИНА:

Не плакала, не голосила –

Спасала других из огня.

– Как звать тебя? Может, Россия?

– Я – Лида. Так кличут меня...

Ах, Лидочки, Настеньки, Тани,

Сиянье доверчивых глаз!

Откуда в часы испытаний

Вдруг силы берутся у вас?

Так хочется счастья и мира!

Но ежели... нам не впервой...

Припала вдова командира

К планшетке его полевой.

Припала, губу закусила,

А плакать нельзя – ребятня...

– Как звать тебя? Может, Россия?

– Я – Лида. Так кличут меня...

Сквозь трудные слезы, сурово,

Любовью и гневом полны,

Вдове улыбаются вдовы

Великой священной войны...

Ю. Друнина

БОЕЦ (3):

Был ноябрь

по-январски угрюм и зловещ,

над горами метель завывала.

Егерей из дивизии «Эдельвейс»

наши сдвинули с перевала...

Командир поредевшую роту собрал

и сказал тяжело и спокойно:

– Час назад меня вызвал к себе генерал.

Вот, товарищи, дело какое:

Там – фашисты.

Позиция немцев ясна.

Укрепились надежно и мощно.

С трех сторон – пулеметы,

с четвертой – стена.

Влезть на стену почти невозможно...

Остается надежда на это «почти».

Мы должны –

понимаете, братцы? –

нынче ночью на чертову гору вползти.

На зубах – но до верха добраться! –

А солдаты глядели на дальний карниз,

и один –

словно так, между прочим –

вдруг спросил:

– Командир,

может, вы – альпинист?

Тот плечами пожал:

– Да не очень...

Я родился и вырос в Рязани,

а там

горы встанут, наверно, не скоро...

В детстве

лазал я лишь по соседским садам.

Вот и вся «альпинистская школа».

А еще, –

он сказал, как поставил печать,

– там у них патрули!

Это значит:

если кто-то сорвется,

он должен молчать.

До конца.

И никак не иначе...

БОЕЦ (4):

...Как восходящие капли дождя,

как молчаливый вызов,

лезли,

наитием находя

трещинку,

выемку,

выступ.

Лезли,

почти сроднясь со стеной, –

камень светлел под пальцами.

Пар поднимался над каждой спиной

и становился панцирем.

Молча тянули наверх свои

каски, гранаты, судьбы.

Только дыхание слышалось и стон

сквозь сжатые зубы.

Дышат друзья.

Терпят друзья.

В гору ползет молчание.

Охнуть – нельзя.

Крикнуть – нельзя.

Даже –

слова прощания.

Даже –

когда в озноб темноты,

в черную прорву ночи,

все понимая, рушишься ты,

напрочь

срывая

ногти!

Душу твою ослепит на миг жалость,

что прожил мало...

Крик твой истошный,

неслышный крик

мама услышит.

Мама...

БОЕЦ (5):

...Лезли те,

кому повезло.

Мышцы

в комок сводило,

– лезли!

(Такого быть не могло!

Быть не могло.

Но – было...)

Лезли, забыв навсегда слова,

глаза напрягая до рези.

Сколько прошло?

Час или два?

Жизнь или две?

Лезли!

Будто на самую

крышу войны...

И вот,

почти как виденье,

из пропасти

на краю стены

молча выросли тени.

И так же молча –

сквозь круговерть

и колыханье мрака –

шагнули!

Была безмолвной, как смерть,

страшная их атака!

Через минуту растаял чад

и грохот

короткого боя...

Давайте и мы

иногда

молчать,

об их молчании помня.

Р. Рождественский

(Минута молчания. Выходят Чтецы (1)–(3). На сцену поднимаются Девушка (1), Юноша (1), Мальчик, Женщина.)

ЧТЕЦ (1):

Степи ковыльные, холмы могильные...

Сильные – помнят. Не помнят – бессильные.

Е. Евтушенко

^ ДЕВУШКА (1):

Мы помним день, когда был мир расколот,

Когда несчастий хлынула волна

И, как на наковальню тяжкий молот,

На нашу жизнь обрушилась война.

^ ЮНОША (1):

Народ собрался у военкоматов

Волнующей, гудящею толпой.

И даже те, кто не были в солдатах,

Со всеми вместе тоже рвались в бой.

БОЕЦ (6):

Затем поспешно строились в колонны

И уходили в грозовой рассвет,

С собою вместо хлеба взяв патроны.

Смотрели скорбно женщины им вслед.

БОЕЦ (7):

И шли на смерть без криков и без стонов,

Ведь каждый знал – на то и есть война.

Нередко не хватало им патронов,

Зато хватало мужества сполна.

ЖЕНЩИНА:

Мы помним их, не пожалевших жизни,

Что стали на защиту, как стена,

Что записали в летопись Отчизны

Своей горячей кровью имена.

ЧТЕЦ (2):

А жизнь идет. И годы – как страницы

Огромной книги подвигов людских,

Что навсегда сумели воплотиться

В картину, песню, мрамор или стих.

А. Курочкин

ЧТЕЦ (3): Вечная память героям! Слава сыновьям и дочерям нашей Отчизны, положившим жизни на алтарь Великой Победы!

ЧТЕЦ (1): Наша благодарность признательность тем защитникам Родины, которые вместе с нами встречают этот светлый праздник!

(Хор исполняет песню «Весна 45-го года» (муз. А. Пахмутовой, сл. Н. Добронравова). Бойцы (1)-(7) вручают цветы ветеранам.)

Литература

Великая Отечественная война в лирике и прозе: в 2 т. / сост. С. Леонов и др. – М.: Дрофа, 2002.

Друнина, Ю. Избранное: в 2 т. – М.: Худож. лит. – М., 1981.

«Идет война народная...» / сост. И.И. Горбачев. – М.: Дет. лит., 2002.

Рождественский, Р. Друзьям... – М.: Сов. писатель, 1986.

^ ПЕСНЯМ ТЕХ ВОЕННЫХ ЛЕТ – ПОВЕРЬТЕ!3
Литературно-музыкальный вечер
для учащихся 5-7-х классов

Оформление

Стеллажи задрапированы тканью защитного цвета. На этом фоне расположена фотопанорама Великой Отечественной войны (1941—1945): «Этот далекий, близкий День Победы».

Фрагменты военной летописи расположены в форме ступеней. Их значимость подчеркивают отблески пламени, красные гвоздики, макет Вечного огня.

Оформлена книжная выставка «И сам я — как песня последнего боя». Здесь представлены сборники стихов и песен о Великой Отечественной войне, иллюстрации военных будней, новинки краеведческой литературы, изданные к 65-летию Победы.

Музыкальное оформление

Аудиозаписи песен:

«Давай закурим» (муз. М. Табачникова, сл. Я. Френкеля);

«Синий платочек» (муз. Е. Петербургского, сл. Я. Галицкого);

«В лесу прифронтовом» (муз. М. Блантера, сл. М. Исаковского);

«От героев былых времен» из кинофильма «Офицеры» (реж. В. Рогового);

«День Победы» (муз. Д. Тухманова, сл. В. Харитонова).

Мелодии песен:

«На солнечной поляночке» (муз. В. Соловьева-Седого, сл. А. Фатьянова);

«Смуглянка» (муз. А. Новикова, сл. Я. Шведова);

«В землянке» (муз. К. Листова, сл. А. Суркова);

«Песенка фронтового шофера» (муз. Б. Мокроусова, сл. Н. Лабковского).

Действующие лица

Ведущие (1) и (2)

Хор

Девушка

одеты в стиле

1940-х годов

Юноша

Хореографическая группа

^ ВЕДУЩИЙ (1): Празднику Великой Победы посвящается!

(Звучит аудиозапись песни «Давай закурим» (муз. М. Табачникова, сл. Я. Френкеля)).

ВЕДУЩИЙ (2):

Песням тех, военных лет поверьте!

Мы не зря от дома вдалеке

Пели в четырех шагах от смерти

О родном заветном огоньке.

И не зря про путь к Берлину пели

Как он был не легок и не скор...

Только песни вовсе не старели

И в строю остались до сих пор.

А. Аркадьев

^ ВЕДУЩИЙ (1): Песни военных лет!.. От самых первых залпов и выстрелов и до победного салюта через всю войну прошагали они в боев