Реферат: Омской государственной медицинской академии

Литературный салон

Омской государственной медицинской академии

Литературный альманах ОмГМА


Первый номер альманаха вышел в 1996 году.

Редактор – доцент кафедры гистологии, цитологии и эмбриологии ОмГМА, профессор РАЕ ТАСКАЕВ Иван Иванович


1. 100 признаний в любви. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 1996. – №1. – 118 с.

2. ALMA MATER. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 1997. – №2. – 92 с.

3. Клятва Гиппократа. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 1998. – №3. – 84 с.

4. Наследники. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 1999. – №4. – 88 с.

5. Достоинства. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2000. – №5. – 72 с.

6. Вселенная и я. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2001. – №6. – 76 с.

7. Под стук колес. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2001. – №7. – 80 с.

8. Память сердца. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2002. – №8. – 76 с.

9. Чтобы помнили. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2003. – №9. – 100 с.

10. Профессор А.А. Никифорова (100-летию со дня рождения). Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2004. – №10. – 104 с. с ил.

11. Гимн природе. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2004. – №11. – 94 с.

12. Время любить. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2005. – №12. – 108 с.

13. Весне дорогу. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2005. – №13. – 84 с.

14. Над Иртышом. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2006. – №14. – 103 с.

15. Мгновения жизни. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2006. – №15. – 105 с.

16. Честь белого халата. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2006. – №16. – 95 с.

17. Профессор Н.С. Часовников. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2006. – №17. – 114 с.

18. Узелки моей памяти. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2007. – №18. – 99 с.

19. Дебют. Ольга Задорожная. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2007. – №19. – 71 с.

20. В мир открытые сердца. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2007. – №20. – 126 с.

21. Любви блаженные страницы. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2007. – №21. – 128 с.

22. Забвению не подлежит. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2008. – №22. – 108 с.

23. Гармония жизни. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2008. – №23. – 96 с.

24. Осенний букет. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2008. – №24. – 92 с.

25. Память поколений. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2008. – №25. – 104 с. с ил.

26. Азарт жизни. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2009. – №26. – 96 с.

27. Весенние перезвоны. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2009. – №27. – 96 с. с ил.

28. Дорога к храму. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2009. – №28. – 108 с.

29. Ветер перемен. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2010. – №29. – 100 с.

30. Эхо прошедшей войны. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2010. – №30. – 117 с. с ил.

31. А годы идут. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2010. – №31. – 124 с. с ил.

32. Покой нам только снится. Литературный альманах / Под. Ред. И.И. Таскаева. – Омск: изд-во ОмГМА, 2011. – №32. – 96 с.


Редакционный совет альманаха


ТАСКАЕВ Иван


БРОДСКИЙ Илья






БАРАНЕЦ Нина

ДАЛМАТОВА Алла


КОСТЕНКО Ирина






ЛАРИОНОВА Маргарита

Художники

ЗАДОРОЖНАЯ Ольга




КОРОЛЁВА Софья


Дизайн


ХИЖНЯК Алексей ШЛЯПНИКОВ Олег




^ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ

ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

«ОМСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ»

^ МИНИСТЕРСТВА ЗДРАВООХРАНЕНИЯ И СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


ПОКОЙ НАМ ТОЛЬКО СНИТСЯ


Литературный альманах

(выпуск тридцать второй)




УДК 8–1/–9(082)(571.13)

ББК 84(2=Рус)495

Н 38


^ ПОКОЙ НАМ ТОЛЬКО СНИТСЯ. Литературный альманах, № 32 /Под ред. И.И. Таскаева. Омская медицинская академия, Омск: 2011. – 96 с.


Книга содержит стихи и прозу студентов и преподавателей Омской медицинской академии, врачей – выпускников ОмГМА.


Редакционный совет – И.И. ТАСКАЕВ (редактор), Н.А. БАРАНЕЦ, И.Е. БРОДСКИЙ,

И.А. КОСТЕНКО (лит. редактор)


Художник – С. КОРОЛЁВА

Оформление обложки – А. ХИЖНЯК, О. ЗАДОРОЖНОЙ


Выходные данные


© Омская государственная медицинская академия, 2011 г.


^ СЛОВО РЕДАКТОРУ


Закончился 2010 год. История отсчитала ещё одно десятилетие в биографии Омской государственной медицинской академии и открыла финишную прямую к 2020 году – к столетию ALMA MATER!

Стали традиционными рубрики альманаха: «СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ», «ЛИРИКА», «ПРОЗА», «НАМ ПИШУТ», «ОМСКИЕ АВТОГРАФЫ», «РОДИНА ПОМНИТ, РОДИНА ЗНАЕТ…», «НАША ПУШКИНИАНА», «ЗАПИСКИ СТАРОГО ДОКТОРА», «НАША ЮМОРИНА», «НАШИ ПОЗДРАВЛЕНИЯ»…

Вот и в этом номере альманаха есть замечательные строки Ларисы Капитоновой, которые объясняют содержание первых страниц нашего Литературного альманаха.

Покой нам только снится и снится очень редко…

Но кто же кроме нас расскажет вам о предках?..

Кто каждодневно стойко историю вершил,

Кто терпеливо брал научные вершины…

К 70-летию начала Великой Отечественной войны редакция журнала поместила рассказ о гвардии-полковнике Ф.З. Сафончике, взятый из книги И. Матусова «Победители». Один их немногих омичей и единственный из коллектива ОГМИ он был участником Парада 1945 года. Это он в составе сибирских дивизий стоял насмерть под Москвой и бил фашистов. Это он мог сказать словами поэта – гвардии старшины Михеева:

Но мы пред ним не встали на колени,

Не посрамили честь родной земли,

Приняв большое, страшное сраженье,

Мы в наступленье грозное пошли...

Редакция не отступила от своих традиций и поместила материалы о наших выпускниках – Роберте Вагнере и Анатолии Васильеве. Один - крупный учёный, другой- знаменитый поэт и прозаик! Их объединяет медицина и наш родной институт. Выпускниками может гордиться академия!

По инициативе редакции Литературного альманаха и при полной поддержке ректората были сооружены памятники на могилах профессоров Э.М. Кагана и М.Ю. Глезера. Один - видный гигиенист, другой – хирург. Судьба забросила их во время войны в Омск, институт предоставил место работы в качестве заведующих кафедрами. И вот через десятки лет восстановлены надгробия. То, что трудно было сделать в 1948 году, сделано сейчас.

Должен порадовать читателей раздел «ЛИРИКА»: новые стихи уже известных по другим номерам альманаха наших поэтов. Постоянные участники выпусков Литературного альманаха Глеб Пронин и Максим Исаев в ноябре 2010 году участвовали и стали победителями в Окружном конкурсе молодых дарований Центрального округа г. Омска.

К 90-летию ОмГМА в октябре 2010 года в Доме Учителя состоялся «КОНЦЕРТ-СЮРПРИЗ». Сюрприз состоял в том, что на стихи Нины Спириной (Баранец) – выпускницы ОмГМА, автора нескольких поэтических книг – композитором Николаем Царапкиным написано более двух десятков песен. Эти песни были исполнены артистами омской эстрады: Любовью Казариной, Людмилой Погорянской, Павлом Стасенко, Татьяной Комаровой и другими. Ведущая концерта Людмила Коваль, директор клуба «ХОРОШЕЕ НАСТРОЕНИЕ», отметила: «Литературный альманах ОмГМА является источником вдохновения не только для читателей, но для композиторов и певцов».

Впервые в юбилейном докладе, посвящённом 90-летию со дня рождения ALMA MATER, прозвучали слова, что в академии уже пятнадцать лет выходит Литературный альманах. Наконец-то нас заметили!


Встречайте, дорогие друзья, тридцать второй номер альманаха!


С уважением к читателю

Ваш постоянный редактор


k k k


^ СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ


Илья БРОДСКИЙ


МЕДИЦИНСКАЯ ДИНАСТИЯ ШЕРШЕВСКИХ


Омичам, любителям поэзии и истории родного города, хорошо известно имя Леонида Мартынова. В своём мемуарном сборнике «Воздушные фрегаты» он упомянул о многих замечательных земляках. Встречаем мы и несколько строк о докторе Шершевском, жившем с поэтом на одной улице.

Вот они: «Шершевский был тоже очень хороший врач-терапевт, человек преклонных лет, работавший в лучших клиниках города. Разумеется, он давным-давно уже не принимал на дому никого, но иногда по старой памяти заходил к старым своим пациентам, к числу которых принадлежали и мы. Когда занемогла мама, я отправлялся к этому доктору Шершевскому, звонил в парадную дверь, называл себя, после чего меня провожали в приёмную, усаживали в глубокое кожаное кресло. И когда из кабинета слышалось: «Войдите, пожалуйста!» Я входил, здоровался со стариком и усаживался в такое же глубокое кресло напротив доктора, сидящего за письменным столом. Осведомившись о здоровье моих родителей, Шершевский указывал час, когда он зайдёт, и являлся обычно минута в минуту.

И вот однажды среди литераторов распространился слух, что в город приехала петроградская поэтесса Черемшанова и живёт она у доктора Шершевского, то есть на углу Красных Зорь и Учебной, за квартал от нас» (1).

Мы расскажем о троих из известной в Сибири медицинской династии Шершевских. Продолжим рассказ о человеке, о котором шла речь в вышеприведенном отрывке.

Исаак Маркович Шершевский родился 17 сентября 1863 г. в семье бедного служащего. Рано осиротев, он уже с пятого класса гимназии должен был давать уроки, чтобы содержать семью. Томскую гимназию окончил с золотой медалью. Далее он поступает на медицинский факультет Казанского университета и завершает обучение в октябре 1887 г. Получив звание врача, он поселяется в деревне Минской губернии. Будучи активным общественником, создаёт больницу для бедных. Завоевывает симпатию всего населения.

В 1897 г. И.М. покидает Полесье и переезжает в Омск.

Далее вся его жизнь и деятельность протекают в нашем городе, в котором он в течение 28 лет занимает различные должности. В качестве врача трудится в Переселенческом управлении. Преподаёт в Центральной фельдшерской школе. Несколько раз за это время призывается в армию. Так, в 1901 г. участвует в Китайской кампании, в 1904 г. – в Русско-Японской войне в качестве старшего полкового врача. А в годы Первой мировой войны он служит старшим врачом эвакуационного госпиталя и старшим врачом полка.

В 1912 г. И.М. ездил в Германию с целью повышения квалификации. Там он работал в клинике профессора Краузе, где прослушал специальные курсы по интересующим его дисциплинам.

Помимо лечебной деятельности (терапия), он много внимания уделяет общественной работе. Является председателем Еврейской общины. Участвует в создании еврейской больницы для бедных и богадельни.

В 1914-1915 гг., когда в Омск хлынула большая волна беженцев-евреев, он становится во главе беженского комитета и хлопочет о создании белошвейной и пимокатной мастерских для беженцев. Организует бесплатные обеды и дешёвые квартиры для них. Детские сады – для малышей. В разгар тифозной эпидемии Шершевский заведовал 5-м и 2-м инфекционными отделениями. Во время холерной эпидемии 1921 г. он стоял во главе холерной больницы.

Пользуясь немалым авторитетом среди медиков и больных, получает приглашение заведующего Губздравом, становится во главе лечебно-госпитального подотдела Губздрава, трудится в экспертной комиссии, в 1923-1927 гг. заведует терапевтическим отделением Городской больницы и читает общую патологию в Омском медицинском техникуме. Здесь он пользуется любовью студентов и коллег, считающих его одним из лучших преподавателей. Не раз он председательствовал на съездах врачей и на медицинских собраниях. В течение многих лет – несменяемый председатель Омского медицинского общества. Он заслужил всеобщее уважение тактичностью, чуткостью и культурой общения. Шершевский – активный член инициативной группы по созданию в Омске медицинского института, а также Омского медицинского журнала. Он – автор десятка научных работ.

В октябре 1927 г. коллеги широко отметили сорокалетие общественной, врачебной и научной деятельности. Воздали ему должное за неутомимую энергию и громадную любовь к медицине, к больным. (2)

Теперь – о племяннике. Борис Максимович Шершевский родился 27 сентября (10 октября по н.ст.) 1901 г. в Витебске. Его отец Соломон (Максим) Маркович (1859-1942) также был врачом. До 1920-х гг. занимался частной практикой, а затем работал в лечебных учреждениях Омска.

Борис Максимович после окончания Омской мужской гимназии в 1919 г. поступил на медицинский факультет Томского университета. Осенью того же года он был призван в армию адмирала А.В. Колчака. Служил дезинфектором в 13-ом Сибирском кадровом полку в Новониколаевске (г. Новосибирск). После освобождения Омска частями Красной армии работал в Омском Горздравотделе. В мае 1920 был откомандирован для продолжения обучения в Томский университет. После этого трудился в других городах Сибири. В наш город не возвращался. Ушёл из жизни 18 апреля 1977 г. в Томске. (3)

Наиболее интересно и необычно сложилась судьба дочери Исаака Марковича – Ольги Исааковны Шершевской. К сожалению, сведения о её биографии крайне скудны. Нам известно, что она родилась в Омске. Окончила медицинский факультет Женевского университета (Швейцария) благодаря материальной поддержке друга семьи профессора Н.В. Вершинина. В период учения снимала комнату в доме, где несколько месяцев квартировал В.И. Ленин. Познакомилась со многими политическими деятелями, приходившими в гости к будущему вождю пролетарской революции (Г.В. Плеханов, Л. Мартов, Л.Д. Троцкий и др.).

Там же, в Швейцарии, состоялось её знакомство с попом Гапоном, великим русским певцом Ф.И. Шаляпиным.

Вернувшись в Россию, Ольга Исааковна работала врачом-лаборантом в Томской железнодорожной больнице. Позднее специализировалась как офтальмолог. Была награждена орденом В.И. Ленина в 1952 г. Переехала в Новокузнецк. В этом городе в 1950-1960 гг. находилось научное учреждение, в котором повышали свою квалификацию все офтальмологи Сибири. Руководила курсами профессор Шершевская. Она выросла в крупнейшего специалиста в этой области медицины.

______

1 – Мартынов Л. Воздушные фрегаты. Омск, 1985. С. 115

2 – Лурье О. Омское медицинское общество // Омский медицинский журнал. Омск, 1927. № 5-6. С. 167 -168.

3 – Профессора медицинского факультета. 1878-2003. Т. 2. Томск, 2004. С. 264.

4 – Там же. С. 50.

k k k


Иван МАТУСОВ

С^ АФОНЧИК ФЁДОР ЗАХАРОВИЧ


Среди участников Парада в июне 1945 года в Москве был Фёдор Захарович Сафончик, кавалер многих военных орденов и медалей, гвардеец, который и после окончания Великой Отечественной войны продолжал служить в армии в системе военно-учебных заведений. Долгие годы жизнь полковника Ф.З. Сафончика была связана с военной кафедрой Омского государственного медицинского института, где он работал в качестве старшего преподавателя военной кафедры. К 70-летию начала Великой Отечественной войны редакция журнала поместила этот рассказ, взятый из книги И. Матусова «Победители».


Родился в селе Лебяжье Павловского района Алтайского края. В трехлетнем возрасте остался без отца. По рассказам матери известно, что его отец Захарий Федорович был участником Первой мировой войны, революции 1917 года. Вместе с другими устанавливал в селе Лебяжье Алтайского края советскую власть. И когда в 1918 году он попал раненым в руки белогвардейцев-колчаковцев, его избили шомполами так, что через несколько дней он скончался.

Нелегким было детство Федора Захаровича. В восьмилетнем возрасте начал учиться в школе и одновременно оказывал матери посильную помощь в ведении домашнего хозяйства, а окончив семь классов в 1931 году, пошел работать на отделение Павловского зерносовхоза. Осенью 1937 года в Новосибирске, куда был направлен после призыва, началась его служба в рядах Красной Армии.

В 1938-м Федор Захарович окончил полковую школу. А в 1939-м, после окончания Барнаульских курсов младших лейтенантов, начал службу в 258-м стрелковом полку 78-й дивизии, занимая должности от командира взвода до командира батальона.

О вероломном нападении фашистской Германии Федор Захарович узнал во время учений в районе Хабаровска. Японская военщина и белогвардейское отродье, выброшенные с нашей земли молодой Красной Армией еще в ходе Гражданской войны и окопавшиеся за рекой Уссури, по-прежнему ни на один день не прекращали провокаций. Япония была союзником Германии и опасным нашим врагом на Дальнем Востоке. Но все внимание было обращено на Запад, где фашисты топтали советскую землю, убивали советских людей.

Вскоре многие полки дивизии, в которой служил лейтенант Сафончик, получили приказ об отправлении на фронт. 15 октября 1941 года выехали в «теплушках» на Западный фронт. К этому времени немецко-фашистские войска уже оккупировали Молдавию, Украину, Белоруссию, Прибалтику, блокировали Ленинград и двигались к Москве. Создалось чрезвычайно опасное положение, решалась судьба Родины. Хотелось крикнуть: «Товарищи! Дорогие! Держитесь, мы идем на помощь».

Отличную характеристику прибывшим в Подмосковье сибирякам дал Петр Павленко: «Они (сибиряки) прибыли в разгар великой битвы за Москву». По деревням Подмосковья разнеслось сразу: «Сибиряки подошли!».

Они ударили по немцу с ходу, влили в ряды защитников Москвы свежую сибирскую мощь. В одних ватниках, скинув шинель, ударили в штыки пехотинцы. В один момент все стало адом, тысячи пуль, снарядов обрушились на окопы. Атаку за атакой предпринимали фашисты, но каждая атака отбивалась. Фашисты несли тяжелые потери. Захваченные в плен немцы утверждали: «Как с неба свалились! Черные, закопченные и дерутся как черти».

Все верно: закопченные дымом печурок и пылью товарных вагонов, не успевшие даже умыться сибиряки достойно встретили врага, хотя изнемогали от страшной усталости и необычного нервного напряжения. Казалось, еще несколько атак – и бойцы не выдержат. Слишком велика была нагрузка на каждого участника боя! Первый день боя закончился победой, но это был только первый день.

В первых боях трудно было выделить кого-либо из командиров и красноармейцев по храбрости и мужеству: все дрались отчаянно. Несомненно одно: в рядах сибиряков - трусов и паникёров не было. Всеми владело общее вдохновленное желание перебороть жестокого врага, остановить его, любой ценой спасти родную столицу. Каждый воин знал, что отступать нельзя: позади Москва. Основными предпосылками успеха надо считать высокий моральный дух бойцов и командиров, их любовь и преданность своему народу и родине. Умелая и своевременная партийно-политическая работа способствовали поддержанию у бойцов высокого морального духа и боевого задора.

Гитлеровское командование планировало в день 7 ноября 1941 года провести парад своих войск на Красной площади в Москве. Для этой цели в обозах везли для офицеров и солдат парадное обмундирование, для фюрера в специальном вагоне – коня белой масти, на котором он должен был принимать парад своих «непобедимых» войск. Но этого не получилось. На подступах к Москве враг был остановлен

Под Михайловское прибыли сибиряки. Немцы имели свое мнение о сибиряках, которых откровенно боялись. Еще 16 июня 1941 года в инструкции 87-й пехотной дивизии противника «О содержании войск в России» был пункт о сибиряках: «Особенно опасны азиатские солдаты Красной Армии. Они непроницаемы, загадочны, скрытны и бесчувственны».

Ф.З. Сафончик, командир 3-го батальона 22-го гвардейского стрелкового полка, 18 ноября 1941 года в момент артиллерийско-миномётного обстрела был тяжело ранен. Тревожила и мучила глухота.

В медсанбате комиссар Д.С. Кондратенко поздравил с досрочным присвоением звания старшего лейтенанта и с повышением в должности – назначением начальником штаба батальона. В батальон он вернулся через неделю и приступил к исполнению новых обязанностей. Шрамы на шее и ногах напоминают ему о боевых днях в Михайловском и его первом ранении; а один осколок в ноге он, не замечая, проносил 35 лет, пока тот сам не дал о себе знать. «Вспоминая сейчас о давно прошедшем, невольно задумываешься, как человек мог перенести, казалось бы, невыносимые тяготы и лишения боевой жизни, по несколько суток без сна и отдыха. Бой – выход из боя – отход – контратака и опять бой...» – так оценивал боевую обстановку майор Сафончик.

В некоторых сражениях много погибало бойцов. Иногда до половины подразделений, и вдвое больше было раненых. В могилах тесно: трупы, укрытые плащ-палатками, уложены в два ряда. Все они воины-братья по оружию, братья по совместной борьбе с врагом, братья по пролитой крови. Они лежат в братской могиле.

На одном траурном митинге командир батальона майор Ф.З. Сафончик сказал в присутствии оставшихся в живых бойцов своего батальона: «Родная земля, Родина, весь народ советский скорбит о павших в кровавом бою. Будем вечно хранить в памяти их имена! Москва, столица нашей родины, низко поклонись героям. Они погибли, защищая тебя! Их сердца сгорели в пламени сражений, чтобы ты, Москва-матушка, и ты, великая наша Россия, были свободными и счастливыми! Они пали на последнем огневом рубеже недалеко от Москвы. Пролитая ими на подмосковной земле кровь обеспечит свободу и независимость нашему народу, нашей родине и многим будущим поколениям».

Немногим посчастливилось выйти из адова пекла живыми. Именно посчастливилось: слишком жаркие были бои и жизнь каждого буквально висела на волоске.

Строки из стихотворения гвардии старшины Михеева «Товарищу» говорят о многом:

Злейший враг, залив весь мир

страданием и кровью,

Избороздив историю войной,

Подходил к воротам Подмосковья,

Он меч занёс над нашей головой.

Но мы пред ним не встали на колени,

Не посрамили честь родной земли,

Приняв большое, страшное сраженье,

Мы в наступленье грозное пошли...

Во время боев в Подмосковье стояли сильные морозы, роты шли по глубокому снегу. Для немцев это была непроходимая дорога. Танки, бронетранспортеры, артиллерия, автомобили при натиске советских солдат были выведены из строя. Гитлеровцы были вынуждены отступать пешком и санным транспортом. В солдатской среде бытовали тогда такие поговорки: «К нам – на танках, а от нас – на санках!», «Наступая – веселились, отступая – прослезились». Страх перед сокрушительными ударами наших войск и русскими морозами оказывали деморализующее влияние на немецких солдат. «Холодно так, что стынет душа. Здесь ад. Русские стали наступать. Пойми, я погибаю, я умру, я это чувствую» – так писал в декабре 1941 года солдат пехотного полка Форгаймер своей жене. Последние его слова подтвердились, так как это письмо было найдено у валявшегося на снегу оккупанта.

Очень важными были письма на фронт жен, матерей. По этим весточкам солдаты узнавали о помощи тружеников тыла действующей армии, об их нелегком труде. А ведь в большинстве своем это были женщины и подростки. Советские женщины в тылу тоже вынесли войну на своих плечах, как на фронте вынесли ее их мужья, братья и отцы.

Очень много пришлось им пережить: нужду и лишения, тяжкий труд военной поры. Они заменили мужчин на заводах, на полях, они давали фронту все необходимое вооружение, боеприпасы, хлеб, продовольствие и одежду, отказывая себе во всем.

Боевой успех наших солдат на фронте – это и их успех. Победа наших вооруженных сил в Великой Отечественной войне – это и их победа.

О великом братстве в условиях тяжелейших, кровавых сражений с фашистами очень хорошо сказал в своем стихотворении гвардии старшина Михеев:

И ты и я – одну несли мы ношу.

А под огнем легко ли было нам?!

Не мы ль с тобой, товарищ мой хороший,

По-братски все делили пополам?..

Мороз трескучий сковывал нам жилы,

Метель дороги все позамела,

Но сила нам в бою не изменила,

И смерть в бою гвардейцев не нашла.

В многочисленных атаках Ф. З. Сафончику везло: пули, осколки разрывавшихся снарядов часто миновали командира батальона. Но однажды во время одной из контратак он почувствовал резкий удар в предплечье, однако, не придав этому особого значения, продолжал управлять боем.

Через некоторое время усилилась боль, появилась кровь на рукаве маскхалата и началось головокружение. Подоспевший санинструктор роты быстро привёл его в чувство: остановил кровотечение, обработал пулевую рану и наложил тугую повязку. Немного полежав на снегу, Федор Захарович пришёл в себя и вскочил на ноги. Казалось, какая-то невидимая сила вдруг снова швырнула его в кромешный ад боя.

Позже, читая политдонесения, он посмотрел на свои действия как бы со стороны: «В бою с фашистами 10 февраля 1942 года за Захарово проявил мужество и отвагу командир 3-го батальона 258-го стрелкового полка старший лейтенант Ф.З. Сафончик. Ломая упорное сопротивление врага, подразделение товарища Сафончика ворвалось в деревню Захарово, уничтожая ошеломлённых от неожиданного удара фашистов. Заняв ряд помещений, бойцы и командиры до последнего патрона сдерживали усиливающийся натиск противника, отбили две яростные атаки. Раненный в руку товарищ Сафончик всё же держался в течение суток, при этом бойцы находились в таком положении, что им не было возможности подвезти пищу».

«Вспоминается ещё один кровавый бой за деревню Захарово, – рассказывает Ф.З. Сафончик. – Особенностью этого сражения было то, что немцы обрушили на нас сильный огонь артиллерии. Сотни снарядов рвались в редких цепях рот, батальон залёг под ураганным огнём.

В этот момент я почувствовал огромной силы удар: недалеко разорвавшимся снарядом меня оглушило и сбило с ног. Мелькнула мысль: «Вот и конец!».

Очнулся уже на батальонном пункте. Сильно кружилась голова, слабость и невыносимая боль в ногах и руке. От военфельдшера я узнал, что связисты батальона вечером вытащили меня из груды трупов, лежавших у одного из домов деревни, что у меня перебита рука, повреждены ноги. От контузии и большой потери крови был без сознания. За время двухсуточного пребывания в медсанбате я успел увидеть много горя и человеческих страданий. Здесь не меньше, чем на передовой, было и крови, и смерти. Многие былые друзья тогда сочли меня погибшим и захороненным в братской могиле в деревне Захарово. Моя жена в Омске от санинструктора И.И. Лядухова получила письмо, в котором он подробно сообщил о моей гибели и о месте моего захоронения, но... я выжил. Из госпиталя написал письмо домой, и горе сменилось радостью».

После излечения и окончания курсов по усовершенствованию комсостава он был направлен на должность начальник штаба 250-го полка во вновь созданную 82-ю Ярцевскую Краснознаменную орденов Суворова и Кутузова стрелковую дивизию, в которой продолжал свой боевой путь до конца марта 1943 года. В последующем был откомандирован на учёбу в военную академию им. М.В. Фрунзе, а после её окончания до увольнения в запас в 1972 году служил в системе военно-учебных заведений, в том числе на военной кафедре Омского медицинского института.

Добрая память о родной 9-й гвардии сохранилась до последних дней мирной жизни. В личном деле и в удостоверениях впереди воинского звания стоит слово «гвардии».

В память о гвардейской принадлежности фронтовик как реликвию свято хранит гвардейский знак. А сотни студентов Омского медицинского института помнят лекции и практические занятия полковника Федора Захаровича Сафончика как образец патриотического воспитания.

И ещё одна высоконравственная черта характера героя – воина полковника запаса Ф.З. Сафончика – его активное участие в общественной жизни института: неоднократно он избирался председателем участковой избирательной комиссии.

Свою книгу «На подмосковных рубежах» о труднейшем периоде (1941-1942) Великой Отечественной войны Ф.З. Сафончик посвятил «светлой памяти бывших товарищей и павшим однополчанам – защитникам Москвы».

Это кусок правды о войне.

k k k


Иван ТАСКАЕВ, Илья БРОДСКИЙ


^ ВОЗВРАЩЕНИЕ ИЗ НЕБЫТИЯ

Научная общественность города высоко оценила действия ректората ОмГМА по установке памятников на могилах профессоров Ю.М. Глезера и Э.М. Кагана.


^ ПРОФЕССОР М.Ю. ГЛЕЗЕР

Глезер Михаил Юрьевич (1896-1948) - доктор медицинс­ких наук, профессор, заведующий кафедрой топографической анатомии и оперативной хирургии ОмГМА (1941-1948). В Омск приехал в 1941 году с хозяйством эвакуированного Первого Московского медицинского института и сразу приступил к исполнению заведования кафедрой топографи­ческой анатомии и оперативной хирургии Омского медицинского института. Жил в рабочем кабине­те кафедры.

^ По воспоминаниям профессора Т. М. Уткиной: «Михаил Юрьевич был очень образованным и доброжелательным челове­ком, великолепным педагогом и хирургом. Я посещала научный студенческий кружок при кафедре топографической анатомии, которым руководил профессор Глезер. Долго засиживались на ка­федре. Профессор не торопился, так как жил здесь же, в рабочем кабинете. Он был весьма занятым на кафедре, так как не хватало квалифицированных преподавателей. Шла война. Михаил Юрье­вич занимался и практикой, консультировал в больнице Водников. Тем не менее, у него было время и для кружковцев.

Умер он ско­ропостижно в сентябре 1948 года. Утром не вышел из кабине­та, и сотрудники кафедры постучали в дверь. Никто не ответил, а когда вскрыли кабинет, он был уже мертвым. Смерть наступила от остановки сердца. Профессору Глезеру не было еще 52 лет».


^ ПРОФЕССОР Э.М. КАГАН




Иные судьбы вмещают так много событий – взлетов и падений, радостей и невзгод – что кажется, будто Господь Бог специально задался целью: не будет у этого человека ни одного скучного дня! Конечно, и от самого индивида немало зависит. Всё это мы видим на примере биографии профессора Э.М. Кагана.

Эзро Моисеевич Каган родился в июле 1887 года в Риге, в 1901 году он окончил начальную школу, в 1910 году сдал в Витебске экзамены экстерном на аттестат зрелости. С мальчишеских лет Каган стал участником революционного движения, в 1903–1905 годах он подвергался арестам в Рудие, Витебске и Ровно за пропаганду идей БУНДА. Отсидел 4 месяца в царской тюрьме, выпущен под надзор полиции.

В 1910–1916 годах Э.М. Каган учился на медицинском факультете Юрьевского (Тартуский) университета, работал в качестве ординатора Орловской губернской земской больницы, врача Орловской больничной кассы. В 1919 году Э.М. Каган переехал в Харьков, где трудился в качестве доктора больничной кассы, а затем – главным врачом харьковской рабочей поликлиники (1920–1923), одновременно был заведующим консультативным бюро Отдела охраны труда НКТ, заведующим профилактическим отделением Украинского института труда. В 1923 году Каган около полугода провел в научной командировке в Германии у профессоров Лемана, Краузе и Ома в Нюргбурге и Берлине и по возвращении из–за границы был избран профессором Харьковского медицинского института, где организовал первую в СССР кафедру гигиены труда, которой руководил до 1938 года. Одновременно заведовал кафедрой профессиональных болезней и гигиены труда Харьковского института усовершенствования врачей (1927–1932) и был директором Украинского центрального института рабочей медицины (1923–1931). В 1925 году Э.М. Каган защитил диссертацию на тему: «Труд в литейных», и ему присвоили степень доктора медицинских наук. В том же году в составе советского представительства Э.М. Каган принимал участие в работе Международного съезда по профессиональным болезням в Амстердаме.

В 1931–1938 годах Э.М. Каган работал заместителем директора Института гигиены по научной части. В 1934 году НКЗ УССР присвоил Э.М. Кагану звание заслуженного профессора, отметив, что он проработал на Украине более 20 лет в области медицины. В 1938 году Э.М. Кагану «припомнили членство в БУНДе и заграничные поездки». Последовали арест и ссылка в Кировскую область.

О подробностях переезда Э.М. Кагана в Омск и того, что этому предшествовало, мы узнали из письма профессора М.Э. Винникова, заместителя директора Омского медицинского института, начальнику Управления НКВД по Омской области Захарову от 31 октября 1944 года:

«…на кафедру гигиены труда претендует крупный научный работник, заслуженный профессор, доктор медицинских наук Каган Э.М. Профессор Каган до 1938 года проживал в Харькове, будучи директором Института гигиены труда и профессиональных болезней и заведующим кафедрой гигиены Харьковского медицинского института. В 1938 году профессор Каган был арестован и Особым совещанием при НКВД СССР был приговорен по ст. 58, п. 10–11 к 5 годам исправительных работ в лагере. В августе 1942 года Особым совещанием при НКВД СССР по ходатайству Управления лагеря досрочно освободили профессора Кагана из заключения, и с тех пор он работает в качестве врача больницы для вольнонаемных Управления Вятлага НКВД СССР.

Профессор Каган проживает в Кировоградской области, Кайском районе на станции Лесной. Медицинский институт ходатайствует о предоставлении профессору Кагану права въезда в Омскую область и проживания в г. Омске, чтобы профессор Каган мог взять на себя руководство кафедрой гигиены труда».

Разрешение от чекистов было получено. В 1945–1948 годах профессор Э.М. Каган заведовал кафедрой гигиены труда Омского медицинского института. Видный ученый, внесший значительный вклад в гигиену и физиологию труда в СССР, выдающийся гигиенист и профпатолог, прекрасный педагог. Составленная им учебная программа курса гигиены труда положена в основу действующих в настоящее время на медико–профилактических факультетах программ. 4 августа 1948 года Э.М. Каган скончался и был похоронен на Старом еврейском кладбище.

Редакция Литературного альманаха ОмГМА выражает признательность ректорату, совету ветеранов ОмГМА и исполнителю установки памятников А. Коршаку.




^ Памятники, установленные по решению ректората ОмГМА на мемориальном Старом Еврейском кладбище (ул. 3-я Береговая, 18) в ноябре 2010 года.


k k k

ЛИРИКА


Вячеслав БАРЫБОВ




^ ЖАРКОЕ ЛЕТО 2010 ГОДА


Как беззакония закон,

Неотвратимая громада,

Как огнедышащий дракон

На всех семи ступенях ада,


Катил, как смерч, девятый вал -

Дитя гигантского разбоя,

Огонь на город наступал,

Как чей - то гнев, ревя и воя...


^ ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ

(встречи-расставания)


Встретил взгляд твой равнодушно-синий –

И в душе ни капельки тревоги.

Толстым слоем лёг на сердце иней,

Не вернуть нам прошлого дороги.


Коротки у жизни переходы,

Всё спешат куда-то на свиданье.

А весной грохочут половоды

И готовят вновь нам расставанье…


^ СЛОВО ПОЭТА - "АВАНГАРДИСТА"


Я тот форпост, где всё возможно,

Я - исключение из правил,

И в языке, где только можно,

Я все бы правила исправил...


^ В.С. ЧЕРНОМЫРДИНУ

"ЗЛАТОУСТ", ИЛИ ПЕРЛЫ-НЕСКЛАДУШКИ


Теснейшие чиновные ряды,

Как правило, талантами бедны.

А здесь талант цветёт, как майский куст,

(Уже узнали?)...Витя - "златоуст".


Он перлами украсил всю страну,

Была бы воля, мог бы не одну...

Перо он в детстве если в руки взял бы,

Жванецкий наш сегодня отдыхал бы!..


Сергею ЕСЕНИНУ


«…Все люди – одна душа…

Я есть ты…»

С. Есенин

Позволь, поэт, с тобой не согласиться,

Хотя, конечно, лестно быть тобою,

Душа моя – то, чем могу гордиться,