Реферат: Нужна ли истина (Вместо предисловия)

НУЖНА ЛИ ИСТИНА

(Вместо предисловия)


Простить можно прозаика, поэта,

История для творчества – кайма,

В ней может не искать ответа,

И не просить ученого совета,

И истина ему, пожалуй, не нужна.


Чужие тайны, мысли, жизнь – пустяк,

Разворошит, коснется грубо ран,

Сегодня круг придворных дам,

Герой – гасконец Д,Артаньян,

Назавтра – Сирано де Бержерак.


Он не несет за истину ответ,

Он может опорочить чье-то имя,

Не спросишь, прав он, или нет,
Когда осмеян им мыслитель и поэт,

И возвеличен служка Мазарини.


Сейчас историки, а летописцев нет,

Правдивые сказания не пишут,

В истории найдется ложный след,

Подкинет он и толику монет,

И может послужить отличной пищей.


Глотаем ложь, глотаем полным ртом

Про славные дела предателя Мазепы,

Те были до Полтавы. А потом?

Что думал Карл Двенадцатый о том?

Что Пушкин написал об этом?


И возглашают: «Грандиозный труд,
Интерпретация событий, и оценки!»

Хотя все это – лишь словесный блуд,

А доказательств нет, хоть бейся в грудь,

Хоть бейся головой своей об стенку.


В убийцу превратить Бориса Годунова,

Коль сделан царственный заказ,

Свидетелем – слепого и немого,

Подчистить здесь, и там убрать немного,

И прежде создавалось, и сейчас.


На плахе жизнь окончил Томас Мор,

И Ричард Глостер в честном пал бою,

Святую Жанну ожидал костер,

Такой же Яну Гусу приговор,

Но каждый создавал историю свою.


За все заслуги Орлеанской девы,

Сподвижника ее – Де Рэ,

Взошли наветов гнусные посевы,

Под ликование огню предали тело,

И не было защиты при дворе.


За раны тяжкие, за пролитую кровь,

За ратные заслуги и труды,

Де Рэ рассчитывал на общую любовь,

Ему обязан был король,

Но символом стал Синей Бороды.


А правду подменить довольно просто,

Возможностей испытано так много,

Диктатору права присвоить Бога,

И не найти пути иного,

Как после смерти объявить его

и дьяволом и монстром.


ИСТОКИ


^ ЧТО СОВЕСТЬ ПОДСКАЖЕТ


Как велико желание каждого узнать, кто его предки, откуда они пришли, чем жили, каков заряд биологической и духовной наследственности ему передали? И сегодня видно, как неравномерно заселен наш мир. Значит, существовали препятствия, ограничивающие распространение этнических групп населения. Существенную роль играл ландшафт местности, который выкормил ту, или иную этническую группу людей. Скажем просто, древний египтянин не смог бы длительное время прожить в условиях Севера. Он просто не смог бы добыть себе пищу, и наоборот. У одних народов пища состояла преимущественно из молока и мяса, которые они ко всему и научились длительно сохранять, у других – была рыба, у третьих – хлеб. Люди обменивались продуктами своего труда, знакомились с бытом друг друга, обогащаясь знаниями. Играл роль и климат, воздушные потоки тепла и холода. Играло роль и время. Но даже изучив влияние всего этого на человека, мы не найдем ответа на многие вопросы. Приходится доверять тем, кто избрал своей профессией историю. Я не ставил перед собой задания, изменить что-то, добавить, тем более комментировать наше прошлое.

Цель моя, в стихотворной форме изложить историю Руси и России, сохраняя хронологию, и обращая внимание читателя на редко излагаемые периоды и факты

Удалось ли мне это, судить читателю.


Славянский мир, кто описал?

Подробностей так мало.

Не клок земли он занимал,

И жил не как попало.


В истории не объяснить

Поступки персонажей,

Что заставляло поступить,

Против рассудка даже.


Из небольшого городка –

Империя огромная,

И миром, властвуя века,

Разбойником разгромлена.


Откуда взялись и ушли,

Что за народ этруски?

Когда в «историю» вошли

И предки наши – русские?


Разбив германцев племена,

Вдруг встретили римляне:

Лежит огромная страна,

А в ней живут – славяне.


Дики, культуры никакой,

Ну, варвары – конечно,

Но был нарушен тех покой,

Присущий им извечно,


И всколыхнулись, и пошли

На Запад, Юг и Север,

До Адриатики дошли,

На Балтике уселись,


Народ суровый и простой,

Пришли, остановились?

Мир заселен был, не пустой,

Так с кем славяне бились?


Остановил Троянов вал,

Но были стычки, драки,

И Рим Великий испытал,

Как бились с ними даки.


Я не ищу на все ответ,

Ведь многое – готово!

Я не историк, а поэт,

История – основа…


Не искажаю ее суть,

И нет попыток даже,

Я все из древности несу,

Что совесть мне подскажет


Русичи


Во все времена, при смене власти, или изменении государственного строя, если не имели возможности вытравить из сознания граждан те, или иные исторические события, бывшие прежде, старались дать им иное толкование, искажая суть исторической правды. Я смею утверждать, что такое часто удавалось, но не всегда. В случае неудачи фальсификация приводила к разрушительным последствиям, принимая формы скрытой гражданской и национальной неприязни, а при случае выливались в открытые, грозящие гибелью людям, столкновения. В какой-то степени подобное наблюдается и сейчас. Я не историк, не подвергаю анализу прошлое, а, только, используя фактический исторический материал, в стихотворной форме пытаюсь изложить вехи нашей сложной, порой запутанной многовековой истории. Соблюдая историческую последовательность, я отражаю только те события, которые мной проработаны. Серию исторических событий я начинаю с общей характеристики наших предков русичей, ассимилировавших варягов и немало иных малых народностей и народов, подарив миру общее название – русские.


Издревле шло, - я не берусь, -

Ведь не историк, а поэт, -

Доказывать, что слово Русь

Из глубины поднялось лет.


Что мы славяне, - это точно,

О том писал и Геродот,

Корней не западных, восточных,

И удивительный народ.


Горды, суровы и упрямы,

Просты, отходчивы, нежны,

Ведем ли род свой от Адама?

Но, точно – Севера сыны.


Благословенен русский край,

Красива русская природа,

Наш мир, естественно, не рай,

Но колыбель всего народа.


Мир дик, обширен и суров,

Дремучие леса, болота,

Край леших, филинов и сов,

И необъятный край охоты.


Леса непроходимы, хмуры,

Везде следы зверья видны,

Олени, волки, зубры, туры,

Медведи, рыси, кабаны…


В озерах живности не счесть,

Вода, как будто закипает,

Когда вытаскивают сеть,

Рыбин и крупных не считают.


У бортников свои заботы,

Не разоряя диких пчел,

Взять незаметно мед и соты,

Все это – бортника улов.


Сюжет сказаний и былин,

Из жизни брался, правда - это,

Из тьмы веков, из их глубин,

Когда было начало света…


Могучи телом, как природа,

Горынычей, кощеев тьма,

У всякой нечисти – свобода,

Плод силы, ловкости, ума.


И быт у русичей так прост:

Поесть, поспать и защититься,

Сражались, стоя в полный рост,

Привыкли удалью гордиться.


Все братья, русичи – славяне

Живут не мирно меж собой:

Смоляне, кривичи, древляне

С полянами вступили в бой.


Дымы, избушки и курени,

Вокруг из дуба частокол,

Землей засыпаны плетени,

Водой залит глубокий ров.


Врагу пощады не дадут,

Здесь женщины привыкли

биться,

И на врага войной пойдут, -

О том исписаны страницы…


И слава по земле пошла

О храбрости и силе руссов,

Поклонников себе нашла –

Славяне не играли в труса.


И Византия, древний Рим

Дружины русских нанимали,

Оставил память лишь один,

Иные, дымкой уплывали.


Попал в Британию Артур*, -

Он русского был корня, -

Могучий, как огромный тур,

Неустрашимый, ловкий воин.


Легендою на Русь вернулся,

А сколько не пришло назад,

Быть может, Запад приглянулся?

В нем похоронены лежат.


Немало ратных, славных дел

На Родине свершали предки

Баян им вещий песни пел,

В былинах слышим мы не редко,


Богов невидимо славян,

Больших и малых, общих,

частных.

От них все беды и обман,

От них исходят все несчастья.


Их в капищах не перечесть,

И каждый ожидает жертвы,

Что деревянный идол ест?

А что едят простые черти?


Каков народ, таков подход, -

На прочность проверяет время.

Тот одолеет цепь невзгод,

Кто не считает жизнь за бремя

Примечания: * Есть предположение английских историков (журнал «Корреспондент», январь 2004 г.) что король Артур был древним русичем, служившим со своей дружиной в Римской империи и направленным в составе легиона в Британию.


ВАРЯГИ


Само название «варяги» корнем своим имеет слово варвар, так римляне называли всех, проживающих севернее Рима. Конкретнее, это слово относится к выходцам из скандинавских стран. Значительно позднее этим словом будут называть отважных воинов, составлявших элитную стражу многих государей.


Плывут челны, на них – ватаги

Грабителей и гордецов,

Их имя общее – варяги,

Покинута земля отцов.


Челны крепки. Суровы гости, -

Ограблены все берега,

Разбросаны варягов кости,

Жизнь викингу – недорога.


Норманны, викинги, варяги,

Мечи стальные, топоры,

Разбойники морей, бродяги,

Неведомы до той поры.


Земля отцов – фиорды, скалы,

Ручьи прозрачные, озера,

Земля скудна, её так мало,

Орлы, да синие просторы.


Ветры холодные, туманы,

Дожди, дожди, зимой снега,

Так часты штормы, ураганы,

Смывают волны берега.


Незамерзающее море,

Вода прозрачна, холодна,

Так часто посещает горе,

А радость редка, не видна.


И редки старики – мужчины,

Почти не видятся могилы,

Морей бездонные пучины,

Их безвозвратно поглотили.


Но море ценят здесь и чтят,

Оно – с рожденья и до смерти,

Оно – кормилица и мать,

Семью варяга кормят сети.


Обветренны варягов лица,

Цвет глаз небесно голубой,

Привыкли силою гордиться,

Нет добродетели иной.


Здесь женщины нежны сурово,

Здесь ценят крепкую любовь,

Здесь к смерти мужа все готовы,

Собой пополнить племя вдов.


Здесь льдом, нескованные души,

Достаточно искры одной,

Немногословны, любят слушать

Сказанья старины седой.


Крест не пришел еще сюда,

Ему трудна сюда дорога,

Здесь память древняя седа,

Суровы боги, их – немного.


Не строят здесь церквей и храмов,

Не воскуряют благовоний,

Здесь боги часто ходят в ранах,

Ведь каждый бог с мечом, он –

воин!


Сегодня путь лежит на юг,

Через озера, лес и реки,

Минует время, назовут -

«Путь из варягов в греки!»

А на пути живут славяне,

Такие ж дикие, не трусы,

Древляне, кривичи, поляне,

С названьем общим, кратким –

«Русы».


РУСЫ


Во время Великого переселения народов славяне продвинулись к западу, северу и югу до берегов Балтийского, Адриатического и Эгейского морей. С севера на юг двигалась вторая ветвь наших предков – русы. Та, часть их, которая избрала направление на запад, носила название норманнов, или викингов. Общее название всех этих племен – готы. Русы же в разные времена носили название рутенов, рогов. Есть взгляды среди историков, в том числе и Л.М.Гумилева, что русы относятся к древнегерманским племенам.


Шли с севера на юг,

По рекам и протокам,

И волоком тащили корабли,

Где реки друг от друга недалеко,

Воители неведомой земли.


Названье разное у них:

Рутены, русы, роги,

Им незнакомы роскошь и уют,

У них неприхотливы боги,

Такие, с поля боя не бегут.


Им нежность женщин не знакома,

Насильем добывают их, в бою,

Им не уютно в стенах дома,

Не ценят жизнь, чужую и свою.


Спускались по Днепру,
Шли дальше морем,

След оставляя тут и там –

Повсюду разрушенье, слезы, горе,

Досталось многим селам, городам.


Их не забудут Византия, мавры,

Италии досталось, Пиренеям,

И Франция познала русов нравы,

Британия забыть их не посмеет.


Иные есть названия племен:

Варяги, викинги, норманны,

Но самый теплый, радушный прием

Им оказали ливы и славяне.


Осели многие, устав от грабежей,

Иль отдых, делая на время,

До них не знали рубежей,

Славян могучих духом племя.


С названием племен возиться

нет охоты,

Не долго думали славяне:

Дреговичи, когда кругом болота,*

Коль степи широки – поляне…


Не изменились мы с тех пор:

У края государства – украинцы,

Угорщина, когда живут у гор,

Эстонцы, латыши – прибалты,

прибалтийцы.


Примечание: *Дрягва – болото (старинное славянское слово)


^ ВАРЯГИ - РУСЫ


Варяги – русы, русы и варяги –

Две ветви моего народа,

Меж ними часты передряги –

Такая беспокойная порода.


Коли поход на христиан,

Ведет его варяг – язычник,

Нет веры в нем – он басурман,

Поход – из побуждений личных.


Коль на Восток, или на Север,

Дружину возглавляет русич,

Он – христианин по вере,

Характером еще покруче.


Так продолжалось много лет,

Вчера варяг, сегодня – русский,

Различий между ними нет,

Просты, могучи и не трусы.


Потом слились – един народ,

По быту, языку и вере,

На Север ли, на Юг поход,

Теперь религия – не мера.


У КАПИЩА


Два народа жили рядом и вначале постоянно враждовали: одни были славяне, другие – русы. Затем произошло их сближение, да, настолько тесное, что они образовали общность, названную русскими, а земля, на которой они жили, стала называться Русью. Славяне были язычниками, верили в Хорса (солнце), почитали женское божество Мокошь, небесного Дажьбога, скотского бога Волоса и других. Эти боги, как и все остальные, требовали почитания, но не требовали человеческих жертв. Русы принесли с собой балто-скандинавский культ Перуна – бога войны и громовержца. Этот бог требовал крови, в том числе и человеческой.


Светлый день умирал, тени пали косые.

Солнце катится вниз, под землею уснет,

На пространстве, где будет когда-то Россия

После ратных трудов собирался народ.


Богу платится дань, капищ двери открыты,

Слева, справа разводят большие костры,

Поминают всех тех, кто в сраженье убиты,

И молитвы не длинны, и слова в них просты.


Был удачен поход, или был неудачным,

Спросят волхвы у Бога, он дает им ответ,

Здесь страшатся всего, но не стонут, не плачут,

И веселья большого у капища нет.


Боги требуют жертв, человеческих, прочих,

И цена этой жертвы всегда дорога,

Коль с победой пришли, не уснут этой ночью,

И упьются до сыта Боги крови врага.


Если враг победил, как узнать – в чем причина?

Чем Перун недоволен, и что надо ему?

Принесен будет в жертву соплеменник – мужчина,

Та же участь постигнет молодую жену.


Ну, а если иные встречаются беды:

Дичь исчезла в лесу, и посев не взошел,

Виноваты в беде будут бабы и деды,

Значит, срок умирать им сегодня пришел.


Жертвы бьются в крови, начинаются пляски,

Очищенье живых происходит огнем,

После плясок, вина, ночь похожа на сказку,

И печали уйдут с наступающим днем.


РУСЬ


^ СВЯТАЯ РУСЬ


Я знаю Киевскую Русь,

Я знаю Русь Московскую,

Но есть еще и Бела Русь,

И земли новгородские.


Русь Черная, Русь Красная

Родные братья все мы,

И жизнь была б прекрасной

На Тисе и на Сейме.

Кто разогнал нас по дворам?

Кто так накуролесил?

Принизил значимость славян,

Живём по разным весям.


Над словом вещим не трясусь,

У нас судьба такая:

То дробится на земли Русь,

То вновь встает – Святая.

Единой, крепкой, как скала,

От края и до края,

И вновь идет о ней молва –

Могуча Русь Святая!


Примечания: Красной Русью в древности назывались земли Галиции.

Черная Русь занимала земли вблизи современного Гродно


^ ДА ПРОКЛЯНЕТ ИХ АЛЛАХ


844 год. «Русы, - да проклянет их Аллах, - высадились в Андалусии» пишет мусульманский историк прошлого. Оставшиеся на Руси слились со славянами, дав им название – русские, а земля полян стала называться Киевская Русь. Названием стихотворения и стали проклятия мусульманского сирийского историка.


Часть русов была недовольна,

Им нужны грабежи и войны,

А в Киеве окрепла власть,
Украл ли много, взял ли мало,

Нарушил княжеское право,

За это можно голову покласть.


На корабли уселись русы,

От Новгорода, Старой Русы,

Лег путь на Юг и к морю.

Пошли наемниками, в стражу,

Потом опять поднялись разом,

Повсюду сея смерть и горе.


И до Испании добрались,

Три года грабили и дрались,

Пока Гонсало Санчес не изгнал,

Опять плывут их корабли

За край известный всем земли,

И в океане русов след пропал.


Примечание: Гонсало Санчес – герцог христианской Галисии (область Испании)


^ АСКОЛЬД У СТЕН ЦАРЬГРАДА

В 860 году во время осады Царьграда корабли Аскольда были застигнуты жесточайшим штормом и « великие волны разметали корабли язычников русских и прибили к берегу и переломали их»

(Из Радзивилловской летописи)


Ладьи скользили по воде,

Под парусами шла дружина,

С ней побывал Аскольд везде,

Обшарил южный берег Крыма.


Добычи славной не нашел,

Решил направиться к Царьграду,

Под парусом, на веслах шел,

Не давши отдыха отряду.


И вот, под утро, засверкал

Красавец город у Босфора.

Крик удовольствия издал

Аскольд, готовясь к битве

скорой.


Красив Константинополь град,

Жизнь бьет ключом зимой и

летом,

Его богатства и наряд

Воспели лучшие поэты.


Как будто всплыл из толщи вод,

Расположившись вдоль пролива,

Изнеженный живет народ,

И внешне жизнь нетороплива.


Подковой бухта, в виде рога,

Его назвали золотым,

В нем кораблей и лодок много,

Стоят под парусом плоты.


Блестят на солнце купола

Святой Софии, чудо-храма.

Как изваянья, замерла

На стенах крепостных охрана.


Все, как всегда, и вдруг гонец,

Под удивленный взгляд прохожих,

Шел в императорский дворец,

В кольчуге, шлеме и поножах,


Но без меча, и без щита,

А с виду варвар…видно сразу,

На нем нет символа креста,

И в окруженье царской стражи.


Прошло немного, гул набата.

Заторопился мирный люд,

И горожане, и солдаты

На стены города идут.


Внизу рябит пучина вод,

Играют солнечные блики,

Рыбины водят хоровод

И слышатся чужие крики.


Ладья плывет, за ней другая,

Так много, много кораблей,

Фигуры темные мелькают,

Вооруженных тьма людей.


Светловолосы, с бородами,

И взгляд очей под цвет небес,

Стоят на палубах рядами

С мечами. Поднят копий лес.


Вон с гривой спутанных волос, -

Без шлема, - отливают медью,

Широк в плечах, высокий рост

И мощью схожий на медведя.


Он крикнул громкое: «Ура!»

Клич боевой прибывших русов.

Настала грозная пора,

И византийцы дали труса.


Изнежены, слабы эллины,

Чтоб дать решительный отпор,

Им служат чуждые дружины,

Деньгами скреплен договор.


Унылы лица горожан,

Испуг так явно очевиден,

А как иначе, коль славян

Пришедших видимо-невидимо.


Надежда христиан – Царьград.

Рим пал, а он пока могучий,

Но много-много лет подряд

Над градом не сгущались тучи.


Когда сражаются славяне

Нет удержу, и смерть презрев,

Упорно бьется русс, упрямо

Один со многими, как лев.


Им, северянам, слабость чужда,

Они не верят во Христа…

Привлечь бы всех славян на

службу,

Да, вот беда, казна пуста.


Отлиты, словно из металла,

С мечом родились и копьем,

Такого бы убить сначала,

А повалить уже потом!


Один такой десятка стоит,

Пусть будет варвар – славянин,

Враги пускай не беспокоят,

Такой боец – непобедим.


Константинополь осажден,

А выдержит ли он блокаду,

Враг смел и дерзок, и силен,

И горожанам с ним не сладить,


Аскольда Киевского длань

Тяжка, и надо откупиться,

Какую он наложит дань,

Пределы есть, всему – границы…


Чтоб не повадился ходить

Презренный варвар, с силой

бычьей.

Не знает кесарь, как тут быть,

Не стать бы легкою добычей?


Молитвы, ладан курят в храмах,

Пусть Бог язычников уймет,

Пусть море станет ямой,

И поглотит чужой народ!


Господь молитву услыхал,

Наслав на русских ветер, бурю,

Ладьи несет на камни скал,

Их корабли с дружиной губит…


Унялось море, светел мир.

Ушли остатки войска руссов,

И кесарь объявляет пир

Молитвы к Богу, ввысь

несутся.


^ КИЕВСКАЯ РУСЬ


ЛЕГЕНДА О КИЕ


В основу стихотворения легла легенда, пришедшая из глубины времен объясняющая название города, объединившего земли славян в крепкое единое государство и, недаром называемого во все времена матерью городов русских.


Преданий я касаюсь снова, -

А точны ли, не точны?

Я верю Нестору на слово,

Ведь нет иных источников.


Легенд у летописца две,

Он обе изложил,

У переправы, на Днепре,

Народ богатый жил…


А сколько, кто, откуда?

Скорей всего, поляне…

Купцов, иного люда,

Славяне, не славяне…


Через реку извоз идет,

Паромщик возит грузы,

Исправно денежки берет,

Днепр верно Кию служит.


А грузов тьма, не перевезть!

Подолгу люди ждали…

Селенье появилось здесь,

По Кию и назвали.


Богатства нужно охранять,

Селенье заедино,

Кий создает из местных рать,

Военную дружину.


Хотел такое ж повторить

Кий на реке Дунае,

Не довелось уговорить,

Дубьём оттуда гнали.


Да, и в Царьграде побывал, -

Об этом Нестор пишет, -

Сам кесарь Кия принимал,

От счастья еле дышит.


Наверное, не храбрым был,

У Нестора недаром –

Кий вынужден платить

Большую дань хазарам/


РЮРИК


«Там свободно прошли, там убиты пять славянских племен и два финских»…( Из древнерусской летописи)

Биография Рюрика непроста. По профессии – варяг, значит, воин. По происхождению – рус. Ездил в Данию, где встречался с франкским королем Карлом Лысым. В 862 году вернулся в Новгород, где и захватил власть. Вскоре против Рюрика там вспыхнуло восстание, которое возглавил новгородец Вадим Храбрый. Рюрик разбил Вадима Храброго и вновь овладел Новгородом и прилежащими к нему землями. Рюрик умер в 879 г., оставив малолетнего сына Ингвара (Игоря), при котором был воевода Хельги (Олег).


Там свободно прошли, там убиты…

Пять славянских племен и два

финских

От соседей искали защиты

Среди близких варягов, неблизких.


Долго длился тот поиск, иль нет?

Прошумели не раз войны, бури,

Но минула гроза бурных лет

Приглашен в Новоград князем

Рюрик.


И соседям урок был им дан,

И своим, чтоб поменьше ворчали,

С своевольем покончил славян,

До него здесь князей выбирали.


Но, не тронуты вера и быт,

И не тронул язык и обычаи,

За соседями зорко следит,

Тишина и покой – необычные.


Мир наведен, пора и в поход,

По Днепру, по стремнине, на юг,

В окруженье бояр, воевод.

Словно лебеди, струги плывут.


Путь дневной и привал, и привал,

Видят много людей на поляне,

Хельги их опросил, и ответ прозвучал:

«Город – Киев, а мы – киевляне,


Трое братьев было*, только сгинули,

Пропадаем без князя задаром,

Нас связали, и петли накинули,

Платим дань мы большую хазарам»…


Решено, княжить будет здесь Ингвар,

Воеводой при нем – князь Олег,

Он умен, и силен, и не стар,

Так же легок и быстр его бег!


Примечание: Существует легенда о двух братьях Рюрика, Синеусе и Труворе. Возникла легенда из-за непонимания слов летописи: Рюрик и его родственники (sine hus) и дружинники (thru voring)


^ ДВОЙНОЕ УБИЙСТВО


Князь Олег с малолетним Игорем подошли к Киеву. Тогда там жили славяне и стояла небольшая русская дружина Аскольда. Олег выманил Аскольда и вождя славян Дира на берег Днепра и там предательски их убил. После этого киевляне без всякого сопротивления подчинились новым властителям. Было это в 882 г. В следующим 883 г. Олег взял Псков, и обручил малолетнего Игоря с псковитянкой Ольгой. Вероятно Ольга, как и Игорь, была тогда еще ребенком


Олега вещего дружина

Прибыла в город Киев славный,

У Киева – два господина,

Один был рус, другой – славянин.


Отряд у русов небольшой,

Пришел сюда из-под Царьграда,

Там был разбит их князь Аскольд,

Попали русы в передрягу.


Разбила буря русский флот,

Назад, сюда ни с чем вернулись,

А здесь язычества оплот,

И князю Диру приглянулись.


Олег в доверие вошел

К князьям Аскольду, Диру,

Обоих пригласил за стол

Для заключенья с ними мира.


Потом предательски убил

Внезапно было для обоих,

Ворота Киева открыл

Без шума лишнего и боя.


^ НОЧЛЕГ КНЯЗЯ ОЛЕГА


По поводу взятия Царьграда Олегом есть сомнения, но я их оставляю на совесть Нестора летописца и излагаю так, как эти события звучат в летописи. В стихотворении взят эпизод отдыха русских воинов, возвращающихся с похода.


Готовится дружина на ночлег,

Стреножены, вблизи пасутся кони

Стан обошел стареющий Олег,

Хотя усталость долу клонит.


Высока, до колен зеленая трава,

Как по ковру ступают ноги,

Трещат в кострах горящие дрова,

Их на полянах очень много.


Князь подошел к костру и сел,

Дружинники едят конину,

Кусок мечом Олег отрезал, съел,

Запил водой студеной из братины.


Откинулся, под голову седло,

Расслабился, отяжелело тело,

Зевотой резко челюсти свело.

На землю ночь густая села.


Меч отстегнул, он рядом лег,

В широких деревянных ножнах,

Погладил их рукой Олег,

Их отношения не сложны –


Всегда он рядом, верный друг,

В бою ли, пиршественной зале,

Вернее всех надежных слуг,

Из крепкой, закаленной стали.


Еще был друг надежный – щит,

Из кожи буйвола, окован,

Теперь к воротам он прибит

Столицы Византийской. Слово


Константинополем дано

Не трогать киевские струги,

Такого с Русью не было давно,

Сам кесарь напросился в «други»


И дань большую заплатил,

Все потому, что был изнежен,

Сражаться с Русью не хватило сил,
Олега взглядом путь отслежен.


На золоте, изысканные яства,

Расслаблены телами, ожирели,

Испортило народ богатство,

Шелка, пуховые постели.


Огромна Византия, но слаба,

Иное дело – Киев славный,

Любого в битве разобьет врага,

Несокрушим на поле брани!


Славянский мир совсем иной,

Просты славянские напевы,

Царят в нем чистота, покой,

А как красивы наши девы!


Светлы и ликом и душой,

И жизнь проста у нас, приятна,

Мы в Киев возвращаемся, домой,

С добычей крупною обратно.


Князь утомлен. Пора настала,

Раскинул руки, захрапел,

Небесный свод был князю одеялом,

Земля, трава – роскошная постель.


^ ХАЗАРАМ ОТДАЛИ МЕЧИ


Хазары – кавказское племя, жившее на территории нынешнего Дагестана; следует учесть, что Каспий был тогда мелок и прибрежье представляло собой огромный архипелаг островов. У хазар не было государства и было примитивным хозяйство. В шестом веке хазар покорили тюрки во главе с хан-Тюрком. Хан не требовал от хазар налогов, удовлетворяясь добровольными дарами. Это – было золотое время хазар. Они были мирными, неспособными защитить себя и свои семьи, и были вскоре колонизированы византийской ветвью еврейского народа. Не станем вдаваться в подробности миграции евреев после падения Иудеи. Пришельцами руководил мудрый Абадия. Занимаясь выгодно торговлей, евреи накопили огромные богатства. Эти богатства были использованы для найма печенегов и гузов. С помощью их Абадия произвел переворот и изгнал тюрок, большая часть которых ушла на территорию нынешней Венгрии. Смешения хазар и евреев не произошло: у хазар родство определялось по мужской линии, а у евреев по женской. Евреи стояли на несколько ступеней выше хазар, и не удивительно, что последние утратили все, определяющее их самобытность, в том числе они приняли и иудаизм.

Теперь, когда речь шла о хазарах, надо было иметь в виду только еврейскую часть общества. Ни сами хазары, ни их колонизаторы не отличались воинственностью. Государство укреплялось и расширялось за счет наемников. Платили деньги, и очень большие деньги, но только за победы. Если наемники терпели поражение, их казнили. Богатство хазар подогревало аппетит воинственных соседей. Но до поры, до времени речь шла о мелких стычках. Но вот, в 939 г. русский князь Игорь захватил гор. Самкерц, расположенный на берегу Керченского пролива (ныне Тамань). Город принадлежал хазарам. На русов двинулась огромная мусульманская гвардия, которой командовал еврей – талантливый полководец – Песах. Он освободил от русов Самкерц, переправился через Керченский пролив в Крым, прошел по южному берегу Крыма, поголовно уничтожая христиан. Спаслись лишь те, кто укрылся за неприступными стенами Херсонеса.

Пейсах через Перекоп пошел на Киев, осадил его и заставил платить дань. Поражение было жестоким, как говорят летописи, русские отдали свои мечи хазарам. Поражение отважных, но безрассудных русов, объясняется особенностями мусульманского оружия, сабли, над мечом. Сабля была легче, значительно острее, удар наносился с оттяжкой, сабля резала, в то время, когда меч был очень тяжел, но не резал, а рубил. Итак:


Сначала рассчитай, что ждет в конце

похода,

Какие силы у врага,

Подумай про особенность народа,

Учитывая, жизнь, бесспорно, дорога.


Коль жизнь и честь не стоит и гроша,

Опять же, рассчитай, что будет после

жизни,

Что стоит христианская душа,

Какой урон наносишь ты отчизне?


Князь Игорь захватил кусок земли

чужой,

Не проглотил, а ею подавился,

Он бражничал с дружиной небольшой,

Пока хозяин той земли не появился.


Да не один, а с армией большой,

С оружьем непривычным, незнакомым.

Могилу каждый третий здесь нашел…

Когда та весть еще дойдет до дому.


Несется клином стая журавлей,

Усядутся на берег вдоль Днепра,

Никто не видит плача матерей,

И верных жен страданий до утра.


Беду тяжелую принес язычник, рус,

Не только близким, всем славянам,

Легла беда, как непосильный груз

В Крыму, на плечи христианам.


Урок евреем тяжкий преподан,

Учись всегда у мудрого врага,

Ты многого хотел, теперь ты платишь

дань,

Ведь жизнь всегда живому дорога.


^ СМЕРТЬ КНЯЗЯ ИГОРЯ


Выплата дани хазарам и увеличившиеся расходы на восстановление дружины (большое множество дружинников погибло в походе на хазар) заставляло князя увеличивать требования к своим данникам, так что речь идет в данном эпизоде не об особенной жадности киевского князя. Произошло это в 944 году в Древлянский земле.


У князя множество забот,

Как прокормить, одеть дружину,

Чтоб не роптал его народ,

Покорно подставляя спину.


«Суровым выдался сей год,

Одни, сплошные, неудачи,

Дождя ни капли – недород,

У смердов кони, словно клячи,


Ни под седло, и не за плуг,

Едва передвигают ноги.

Как дворню содержать и слуг,

Их Ольга завела так много.


Как побывала в Византии,

Монахи в доме появились,

Обряды странные такие,

Князь не мешал, жена молилась.


Сухое лето – тьма пожаров,

Так часто слышно о набегах,

Подняли головы хазары,

На юге бродят печенеги…


А денег мало, где их взять?

Чем торговать, коль нет

пушнины,

Меха за морем носит знать,

Их собрана лишь половина…


Возы идут полупустые,

А прежде высились горой,

Кобылы только холостые,

Жеребых нет, хоть воем вой.


Не доглядел чуть-чуть, ослаб,

Найдётся тут же воевода,

Был прежде друг, теперь он –

враг,

Народ потребует свободы.


Как данью обложить соседа,

Коль силы он твоей не чует.

Лазутчик вражеский проведал,

Донес ему, и тот бунтует!


А дани нет, за что купить

Так нужно Киеву железо.

Кто в Византию будет плыть?

Коль слабый ты, то бесполезен» -


Так думал Игорь, возвращаясь,

С своей дружиной от древлян.

Дань малой князю показалась, -

«Сокрыли всё, ей-ей – обман!


Заслышав, - едут киевляне,

Попрятали своё добро…

Ну, и хитры эти, древляне…

Где жемчуга, где серебро?


С чем в Киев я вернусь?

Бочонки с медом, полотно…

Да, оскудела слишком Русь,

Такого не было давно».


Дружина двигалась вперед,

А князь решил назад вернуться,

И сделать там перерасчёт,

Глядишь, и ценности найдутся!


А средь древлян: «Беда, беда!

Повадится волк бегать в стадо,

Пропасть всей живности тогда!

Князь получил своё, что надо?»


Приехал князь, его связали,

Дружинников его убили,

Согнув деревья, привязали,

Потом все разом отпустили.


Был князь разорван пополам.

Вот жадность до чего доводит,

Не знал, что ожидает там…

Ждет золото, а смерть находит


^ ТРИЗНА ПО ИГОРЮ


Узнав о смерти мужа в Древлянский земле, жена его Ольга расправилась с убийцами так, как это описано в стихах. Сын княгини Святослав был молод. Ольге пришлось самой заниматься государственными вопросами. Сопротивление хазарам, а не постоянная вражда с Византией становилось главной проблемой Киева. Поэтому княгиня Ольга постаралась приобрести в лице греков сильного союзника; она отправилась в Константинополь, где приняла крещение. Крестным отцом княгини стал византийский император Константин Багрянородный. Было это в 946 году.


Во двор телеги въехали с добром.

Княгиня Ольга на крыльце,

Одежда шита златом, серебром.

Улыбка нежная сияет на лице.


Но, тишина ее встречает,

Князь не бежит на встречу ей,
Улыбка с пухлых губ ее сползает,

И лик княгини сделался темней.


«Где князь? Где Игорь мой? –

Княгиня вопрошает воеводу, -

Он задержался, не спешит домой?

И почему не все пришли подводы?»


Ответствует ей тихо воевода:

«Беда, беда, княгинюшка, беда,

Беда твоя, беда всего народа, -

Князь Игорь не вернется никогда!


Он повернул назад, чтобы еще

собрать,

Дань показалась князю малой.

Но против князя выступила