Реферат: Оптинский патерик

Оптинский патерик


По благословению епископа Саратовского и Вольского Лонгина


© Издательство Саратовской епархии, Саратов 2006


© Мон. Иулиания (Самсонова), составление, 2006


Содержание


Оптинский патерик

Предисловие

От составителя

Глава I. Краткая история и описание Свято-Введенского монастыря Оптина пустынь

Возникновение и местоположение монастыря

Митрополит Платон (Левшин) и игумен Авраамий

Святитель Филарет (Амфитеатров) и основание скита

Оптинское богослужение

Старчество в Оптиной пустыни

Святитель Филарет Московский

Влияние Оптиной пустыни на представителей русской культуры

Закрытие монастыря

Возрождение святой обители

Первая Пасха в возрожденной Оптиной

Глава II. Преподобные старцы оптинские

Преподобный схиархимандрит Моисей (Путилов)

Преподобный схиигумен Антоний (Путилов)

Преподобный иеросхимонах Лев (Наголкин)

Преподобный иеросхимонах Макарий (Иванов)

Преподобный иеросхимонах Иларион (Пономарев)

Преподобный иеросхимонах Амвросий (Гренков)

Преподобный иеросхимонах Анатолий старший (Зерцалов)

Преподобный схиархимандрит Исаакий I (Антимонов)

Преподобный иеросхимонах Иосиф (Литовкин)

Преподобный схиархимандрит Варсонофий (Плиханков)

Преподобный иеросхимонах Анатолий младший (Потапов)

Преподобный иеросхимонах Нектарий (Тихонов)

Преподобный иеромонах Никон (Беляев) исповедник

Преподобный архимандрит Исаакий II (Бобриков) священномученик

Глава III. Подвижники благочестия оптиной пустыни

Схиархимандрит Агапит (Беловидов)

Монах Андрей (Петровский)

Схимонах Вассиан (Гаврилов)

Иеромонах Геннадий

Схимонах Николай (Абрулах)

Видение схимонаха Николая

Послушник Елиссей

Схиигумен Илия (игумен Иларий)

Схимонах Иларион (Козлов)

Иеросхимонах Иоанн (Малиновский)

Схимонах Иоанникий (Руфов)

Схимонах Карп (Алексеев) слепой

Иеромонах Климент (Зедергольм)

Схиархимандрит Ксенофонт (Клюкин)

Архимандрит Мелхиседек (Короткий)

Иеродиакон Мефодий (Шкломбовский)

Иеромонах Никон (Огиевский)

Иеродиакон Палладий (Иванов)

Схиигумен Феодосий (Поморцев)

Иеросхимонах Феодот (Кольцов)

Иеросхимонах Флавиан (Маленков)

Некоторые неупомянутые выше оптинские насельники

Глава IV. Мученики и исповедники оптинские

Монах Агапит (Таубе)

Иеромонах Аифал (Панаев)

Иеромонах Андрей (Фесюк)

Иеромонах Варнава (Иванов)

Инок Георгий (Попов)

Иеромонах Геронтий (Ермаков)

Иеромонах Даниил (Фомин)

Иеромонах Досифей (Чучурюкин)

Преподобномученик иеромонах Евфимий (Любовичев)

Иеросхимонах Иеремий

Игумен Иоанн (Соколов)

Схимонах Иоасаф (Моисеев)

Иеродиакон Кирилл (Зленко)

Иеромонах Лаврентий (Левченко)

Иеромонах Макарий (Иноземцев)

Иеросхимонах Макарий

Иеромонах Макарий (Чельцов)

Архимандрит Мартирий (Гришин)

Иеросхимонах Мелетий (Бармин)

Епископ Михей (Алексеев)

Монах Никита (Чувенков), монах Сергий (Борисов), монах Феодор (Лавров)

Преподобномученик игумен Пантелеимон (Аржаных)

Иеромонах Рафаил (Шейченко)

Иеромонах Тихон (Лебедев)

Неоконченные страницы Оптинского мартиролога

Глава V. Скитский некрополь

Монах Александр (Лихарев)

Послушник Алексей Гуляев

Монах Алексий

Монах Алексий (Лебедев)

Инок Андрей (Свешников)

Инок Андрей (Сланский)

Монах Арсений (Леонов)

Монах Афанасий (Саприкин)

Бывший валаамский игумен Варлаам (Давыдов)

Послушник Василий

Иеромонах Вассиан

Послушник Владимир Кавелин

Схимонах Геннадий (Туманов)

Инок Геннадий

Послушник Георгий

Монах Григорий (Косых)

Инок Димитрий (Алексеев)

Схимонах Диомид (Кондратьев)

Монах Досифей

Инок Емилиан

Схимонах Ефрем (Косых)

Послушник Иаков Сушенко

Иеромонах Иларий (Червячков-Гурьянов)

Иеромонах Иннокентий (в схиме Иов)

Монах Иннокентий (Горбунов)

Монах Иоанн (Скорняков)

Схимонах Иоанн (Чернов)

Послушник Иоанн

Схимонах Иоанникий (Королев)

Иеромонах Иов

Монах Иосиф

Схимонах Кирилл (Мусатов)

Иеродиакон Кирилл

Схимонах Леонид (Бочаров)

Схимонах Макарий (Грузинов)

Монах Макарий (Дектярев)

Монах Макарий утопший

Послушник Максим Горностаев

Монах Мартин (Кривенков)

Схииеродиакон Мартирий (Кашнов)

Инок Матфий (Кузнецов)

Иеросхимонах Михаил (Андреев)

Послушник Михаил Бакин

Схимонах Нестор (Фуфаев)

Инок Никита (Костинский)

Схимонах Николай (Книжников)

Схимонах Николай (Лопатин)

Монах Нил

Монах Нифонт (Пономарев)

Монах Нифонт

Послушник Павел Бородин

Инок Павел (Тамбовцев)

Иеромонах Палладий (Белоусов)

Послушник Пармен Феодоров

Схимонах Пахомий

Монах Пахомий (Сабодаш)

Монах Петр (Иванов)

Монах Петр (Никифоров)

Монах Рафаил (Фомин)

Иеросхимонах Савватий (Нехорошев)

Монах Савватий

Схимонах Сергий (Пономарев)

Схииеродиакон Сергий (Трунов)

Монах Сергий

Инок Стефан

Инок Стефан

Схимонах Тимон (Трунов)

Монах Феодосий (Жарков)

Игумен Феодосий (Попов)

Схимонах Феодот (Герасимов)

Глава VI. Окрыленные Оптиной

Схиархимандрит Амвросий Балабановский (Иванов)

Преподобный схиархимандрит Гавриил Седмиезерский (Зырянов)

Преподобноисповедник архимандрит Георгий (Лавров)

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

Священномученик архимандрит Иоанникий (Дмитриев)

Монах Климент (Константин Леонтьев)

Архимандрит Леонид (Кавелин)

Схимонах Михаил (Чихачев)

Преподобный схиархимандрит Севастиан Карагандинский (Фомин) исповедник

Митрополит Трифон (Туркестанов)

Архиепископ Ювеналий (Половцев)

Некоторые духовные лица, имевшие тесные связи с Оптиной пустынью

Глава VII. Тричисленные новомученики

Кровь мучеников — семя Церкви

Из выступления игумена Мелхиседека (Артюхина) на пресс-конференции, состоявшейся в Московском Свято-Даниловом монастыре 15/28 апреля 1993

Слово иеромонаха Феофилакта (Безукладникова), сказанное во время отпевания убиенных оптинских иноков 7/20 апреля 1993

Слово архиепископа Владимирского и Суздальского Евлогия на пресс-конференции, состоявшейся в Московском Свято-Даниловом монастыре 15/28 апреля 1993

Из слова схиигумена Илия (Ноздрина) на годовщину убиения Оптинских иноков 5/18 апреля 1994

Убиенный иеромонах Василий (Росляков)

Инок Трофим (Татарников)

Инок Ферапонт (Пушкарев)

Приложения

Молитвы

Собору преподобных отцев и старцев Оптинских

Молитва преподобным отцем и старцем, в Оптиной пустыни просиявшим

Преподобному Амвросию, старцу Оптинскому

Молитва Оптинских старцев

Алфавитный указатель оптинских насельников, о которых повествуется в патерике

Библиография

Письменное наследие Оптинских преподобных



Предисловие
Настоящее издание "Оптинского патерика" представляет собой первую попытку собрать под одной обложкой жития преподобных Оптинских старцев, жизнеописания подвижников благочестия, просиявших в этой святой обители, и простых оптинских насельников, в жизни которых непременно встречаются назидательные и душеполезные примеры для подражания. Вы прочтете об известных русских пастырях и иерархах, чьи судьбы так или иначе были связаны с Оптиной; узнаете об оптинских мучениках и исповедниках, пострадавших за Христа в годы безбожной власти, а также вспомните наших современников — тричисленных новомучеников, убиенных на Пасху 1993 года.

^ От составителя
Патерик (от греч. — "отечник") — это сборник рассказов о жизни христианских подвижников, главным образом монахов-пустынников стран христианского Востока и Запада. Первые попытки их составления датируются IV–VII веками. Несмотря на сходство рассказов патериков в описании событий и поступков их персонажей, каждый отдельно взятый сборник имеет свои неповторимые черты. Как правило, все они различаются принципом подбора материала и системой компоновки произведений (тематическая, хронологическая, алфавитная или по авторским циклам).

В разное время и в различных странах были составлены Синайский патерик (или "Луг духовный" ^ Иоанна Мосха), Египетский (в том числе "Лавсаик"), Скитский, Азбучный (Алфавитный), Иерусалимский, Римский (известный как "Собеседование о жизни италийских отцов и о бессмертии души" святителя Григория Двоеслова), Древний, Палестинский патерики и др.

По примеру переводных сборников уже в XIII веке на Руси был составлен Киево-Печерский патерик. Он неоднократно перерабатывался и переиздавался, и таким образом в XVII веке было известно уже не менее шести различных его редакций.

Патериковый жанр полюбился благочестивому русскому читателю: Троицкий, Соловецкий, Волоколамский, Можайский, Ярославский, Тверской, Олонецкий, Московский, Афонский, Валаамский, Глинский, старообрядческий Урало-Сибирский патерики стали излюбленным чтением православных христиан.

* * *

В течение последних десяти–пятнадцати лет было издано много литературы об Оптиной пустыни, ее истории и насельниках: отдельные жития преподобных старцев, их поучения, письма, дневники, воспоминания духовных чад и паломников. Но каждая из этих книг в отдельности не дает полного представления о том, чем же являлась эта святая обитель для русского народа на протяжении всего XIX и начала XX века.

Настоящее издание "Оптинского патерика" представляет собой первую попытку собрать под одной обложкой жития преподобных Оптинских старцев, жизнеописания подвижников благочестия, просиявших в этой святой обители, и простых оптинских насельников, в жизни которых непременно встречаются назидательные и душеполезные примеры для подражания. Вы прочтете об известных русских пастырях и иерархах, чьи судьбы так или иначе были связаны с Оптиной; узнаете об оптинских мучениках и исповедниках, пострадавших за Христа в годы безбожной власти, а также вспомните наших современников — тричисленных новомучеников, убиенных на Пасху 1993 года. В силу множества объективных причин настоящее издание никак не может претендовать на полноту изложения; целью этого сборника было собрать те жизнеописания и биографии оптинцев, которые нам известны и доступны на сегодняшний день1.

"…Оптина пустынь и Саров делаются двумя центрами духовной жизни: два костра, у которых отогревается замерзшая Россия",— писал замечательный русский религиозный философ Георгий Федотов2. Отблески пламени этого костра освещают и страницы книги, которую вы держите в руках. И если они коснутся чьего-нибудь сердца так, что затеплят в нем любовь и веру, согреют мятущуюся душу, значит — свет Оптиной продолжает светить сквозь века и есть еще надежда на исполнение пророческих слов, сказанных преподобным старцем Нектарием: "Россия воспрянет и будет материально не богата, но духом будет богата, и в Оптиной будет еще семь светильников, семь столпов"3.

^ Глава I. Краткая история и описание Свято-Введенского монастыря Оптина пустынь
"Наша святая обитель привлекает к себе многих богомольцев, и часто слышится такое мнение, что, побывав раз в Оптиной, стремятся туда всей душой. …Вся земля здесь как бы полита кровью и потом святых старцев и молитвами их низводит благодать на души верующих. Нигде в другом месте этого нет".

Преподобный Варсонофий Оптинский

(Беседа 12 апреля 1911 года. Машинопись)

Чем же привлекает паломников эта святая обитель? Почему, несмотря ни на какие повороты истории, до сих пор не иссякает в ней поток богомольцев, жаждущих напитать свои сердца благодатным оптинским духом?

На эти вопросы отчасти отвечает первая глава книги, повествующая об истории возникновения обители и ее скита; о тех великих иерархах, благодаря которым устоял и возродился монастырь; а также об особенном оптинском богослужении и древней традиции старчества, отличавшей Оптину пустынь от многих других русских монастырей.

^ Возникновение и местоположение монастыря
Оптина пустынь расположена в трех верстах от Козельска, старинного городка Калужской губернии, на правом берегу Жиздры, некогда глубокой и полноводной реки, текущей вдоль векового леса. Стены монастыря, еще совсем недавно белые, голубые главы церквей с золотыми крестами красиво и величаво выступают на фоне громадного и темного бора. Глубокая тишина леса нарушается лишь шорохом падающих веток и птичьими голосами. Воздух напоен дивным ароматом. Сразу при входе в обитель посетитель бывает захвачен необычайной атмосферой покоя и мира, словно открывается дверь в XIV и XV века и оттуда веет стариной, благочестивой Русью, словно души древних подвижников и молитвенников и их тихие келлии раскрывают перед вами свой внутренний мир.

План монастыря очень простой. Посреди широкого двора возвышается собор, построенный в 1689 году, посвященный Введению во храм Пресвятой Богородицы. К северу — церковь преподобной Марии Египетской, бывшая ранее трапезной монахов и превращенная в храм в 1858 году. На юге — храм в честь Казанской иконы Божией Матери, воздвигнутый в 1806–1811 годах и возрожденный после разрушения в 1996-м. С восточной стороны — церковь в честь Владимирской иконы Божией Матери, выстроенная в 1809–1811 годах. До переворота 1917 года в ней читали неусыпаемую Псалтирь, а теперь, после второго рождения храма в 1998 году, здесь находится усыпальница семи преподобных Оптинских старцев. Между церквями находится братское кладбище. На западе возвышается трехъярусная колокольня, воздвигнутая в 1803 году, а за ней, над бывшими святыми вратами монастыря,— надвратная церковь Владимирской иконы Божией Матери. Таким образом, храмовые постройки обители были расположены строго крестообразно. Только в начале XXI века "крестообразность" эта была нарушена возведением с западной стороны Казанского собора небольшого храма в честь Преображения Господня, а с восточной, на территории нового братского кладбища — над могилами убиенных в Пасху 1993 года трех братий, была построена Воскресенская часовня.

Что же касается храмовых построек за стенами монастыря, то с северной стороны обители на территории подсобного хозяйства в 2000 году был выстроен храм в честь иконы Божией Матери "Спорительница хлебов", с южной стороны ограды находится храм преподобного Илариона Великого, бывший некогда больничным, а чуть далее заново восстанавливается кладбищенская церковь Всех святых.

* * *

Существует две версии происхождения названия монастыря. По одной из них, название "Оптина" происходит от слова "общее", то есть монастырь был общим, где подвизались монахи и монахини. Подобные монастыри были упразднены в середине XVI века постановлением Стоглавого Собора, из чего следует, что Оптина уже существовала в первой половине этого столетия. Другая легенда говорит о раскаявшемся разбойнике Опте, основавшем обитель и принявшем здесь монашеский постриг с именем Макарий. Впрочем, легенды о раскаявшихся разбойниках можно встретить на страницах многих патериков…

В XVII веке обитель именовалась монастырь Оптин Макарьевы пустыни, в XVIII веке — Козельский Оптин Макарьев монастырь, с начала XIX века — Козельская Введенская Оптина пустынь, а ныне — Свято-Введенский монастырь Оптина пустынь. До 1788 года он относился к Крутицкой епархии, в 1788–1799 годах — к Московской и Калужской, с 1799 года — к Калужской епархии. В настоящее время монастырь этот является ставропигиальным.

Первые надежные свидетельства о монастыре относятся ко времени царствования Михаила Феодоровича. В козельских писцовых книгах 1628–1631 годов монастырь назван "государевым богомольем" и сказано, что "в нем церковь Введения Пречистыя Богородицы древяна" и "шесть келей, а в них старцы — черной священник Феодорит с братиею". Братии в конце XVII века было всего 14 человек. Среди жертвователей пустыни того времени упомянуты цари Петр и Иоанн Алексеевичи и царевна Софья.

В Смутное время Оптина пустынь была совершенно разрушена польскими отрядами. В 1724 году монастырь закрыли, строения его (кроме церкви) разобрали и со всем имуществом перевезли в Белевский Спасо-Преображенский монастырь; туда же была переведена и оптинская братия. Введенская церковь стала приходским храмом.

В 1727 году вследствие ходатайства А. П. и Н. А. Шепелевых и Г. А. Ардашева Оптина пустынь была восстановлена как монастырь. В 1731 году ее строителем стал иеромонах Авраамий, при котором началось возрождение обители. В 1750 году был заложен новый каменный собор.

В результате реформы 1764 года обитель была оставлена "за штатом" с разрешением иметь 7 монашествующих, включая строителя.

^ Митрополит Платон (Левшин) и игумен Авраамий
До 1799 года Калужская епархия, на территории которой расположена Оптина пустынь, входила в состав епархии Московской. В 1775–1811 годах Московским и Калужским Преосвященным был митрополит Платон (Левшин; †11/24 ноября 1812). Родился будущий митрополит в селе Чашникове Московской губернии в семье причетника. Образование получил сначала в Коломенской Семинарии, потом перешел в Славяно-Греко-Латинскую Академию.

Он был одним из величайших русских святителей и плодовитейшим духовным писателем XVIII века. Митрополит Платон не только писал и проповедовал, но и других побуждал к тому же. Духовная литература его времени по количеству произведений и по качеству содержания была обширнее и богаче светской.

С наблюдательным, верным взглядом на людей и на вещи, с отличной памятью, он имел дар слова как в проповеди, так и в рассказах. Свободный, простой, живой, увлекательный, любил слушать, любил и говорить.

Сам строгий инок, всей душой преданный монашеству, митрополит Платон устроил множество обителей, благоукрасил и воскресил в них дух истинного монашества, призвав для этого учеников великого старца Паисия (Величковского).

О его монашестве красноречиво говорит следующий случай. Однажды в Троицкой Лавре монах принес ему кусок черного заплесневелого хлеба с жалобой, что их кормят таким хлебом. Митрополит, взяв этот кусок, стал его есть, а между тем завел разговор с монахом и, когда съел, то спросил, как будто забыв, с чем монах пришел к нему. "Жаловаться на дурной хлеб",— отвечал монах.— "Да где же он?" — спросил митрополит. "Вы его изволили скушать".— "Ну, поди и ты сделай то же, что я",— сказал ему спокойно митрополит, преподнеся таким образом урок монашеского терпения.

А еще было такое. Однажды митрополит Платон стоял на хорах придела Преображения, а возле него встал какой-то священник, не видавший никогда своего митрополита. Перед выходом с Евангелием причетник поставил свечу в северных дверях, а сам, полагая, что пока будут читать "блаженны", успеет сбегать вниз, побежал по лесенке. Между тем диакон подходит с Евангелием к северным дверям, а свечу некому понести. Митрополит, заметив это, говорит священнику: "Возьми свечу, понеси".— "Не подобает,— отвечал батюшка,— я иерей". Тогда митрополит идет сам, берет свечу, преподносит ее, а по входе диакона в алтарь становится против царских врат, пока священник преподает благословение, затем относит свечу на южную сторону и, поставив ее на место, кланяется спесивому батюшке: "А я митрополит!".

Умный и образованный, обладавший редким умением отличать и выдвигать талантливых людей, он любил храм и богослужение, дорожил церковной стариной и заботился о сохранении ее.

Глубокая чувствительность души его проявлялась при богослужении; почти всякий раз при чтении Символа веры и молитвы Господней он заливался слезами от душевного умиления. К Божественной Трапезе всегда приступал со слезами. Отличительными свойствами его благородной души были благодарность, прямодушие и чистосердечие.

Наведением порядка в епархиях митрополит Платон занимался со свойственной ему энергией. Он обращал особенное внимание на духовные школы и обители. Сонм его учеников-иерархов очень велик, а учеными и добропорядочными священниками он наполнил чуть ли не всю Москву и даже ее окрестности.

13 июня 1811 года4 в связи с тяжелой болезнью (он был разбит параличом) митрополит уволился от епархиальных дел. Скончался великий святитель 11/24 ноября 1812 года в Вифани, где был погребен и нетленно почивает в созданном им Спасо-Вифанском монастыре, в Преображенском храме.

Память Преосвященного владыки благоговейно чтится из рода в род, а совершающиеся по временам знамения милости Божией, исцеления у гроба его служат несомненным вестником того, что за гробом почивший обрел себе блаженную часть спасаемых.

* * *

Именно этому архипастырю обязана Оптина пустынь своим первым возрождением в конце XVIII века. В 1795 году, объезжая свою епархию, митрополит Платон был пленен прекрасным местоположением Оптиной пустыни и решил вывести ее из состояния запустения. Он послал в Оптину строителя Иосифа, который ввел в обители устав Николо-Пешношского монастыря, а затем, в 1796 году, Преосвященный вызвал к себе архимандрита Макария (Брюшкова), отличавшегося высокой духовной жизнью настоятеля Московского Пешношского монастыря, бывшего в духовном общении с преподобным Паисием (Величковским). Митрополит Платон велел ему выделить из своей обители настоятеля, способного обустроить Оптину пустынь, и отец Макарий предложил огородника Авраамия.

^ Игумен Авраамий (†14/27 января 1817), приснопамятный восстановитель обители, родом происходил из мещан города Рузы. Он был уволен обществом в монашество5 в 1789 году и определен указом в Пешношский монастырь в число братства в 1790 году. Пострижен был в мантию 6 апреля 1791 года, посвящен в иеромонаха в 1792 году и в 1796-м назначен строителем Оптиной пустыни. В 1801 году отец Авраамий был произведен в игумена Лихвинского Покровского Доброго монастыря с управлением и Оптиным, но за немощью от управления Добринским монастырем отказался и начальствовал по-прежнему в Оптиной пустыни в игуменском сане. Скончался игумен Авраамий в сей же пустыни 14 января 1817 года.

Как инок он был спасительным образцом деятельной христианской жизни, за что стяжал нелицемерную любовь от собранного им братства и окрестных жителей, и долго потом чтилась память благочестивого старца служением панихид на гробе его. Сердечная простота, соединенная с духовной мудростью, внушала к нему невольное уважение. Он был радушен и приветлив в обращении и, при совершенной нестяжательности, милостив и сострадателен к бедным.

Когда болезненный и смиренный иеромонах Авраамий получил назначение восстанавливать Оптину пустынь, он пробовал отказаться, но вынужден был подчиниться за послушание. Монастырь тогда находился в крайней нищете. Братии было три престарелых монаха. "Не было полотенца, чтобы вытереть руки служащему литургию, а помочь горю было нечем. Я плакал да молился, молился да плакал…" — вспоминал батюшка.

Во время настоятельства отца Авраамия значительно увеличились доходы Оптиной пустыни, были расширены ее имения, развернулось строительство. Построены новая каменная колокольня со святыми вратами, два братских корпуса, возведена церковь в честь Казанской иконы Божией Матери, больничная церковь в честь Владимирской иконы. В 1809 году по ходатайству игумена число братии было увеличено до 30 человек.

По смерти игумена Авраамия на должность строителя монастыря был избран помощник его, иеромонах Маркелл. Более 20 лет прожил он в обители, но управлял Оптиной только два года и был освобожден от сего послушания согласно его желанию.

В 1819–1825 годах настоятелем был игумен Даниил. Он ввел в Оптиной устав Коневского монастыря.

^ Святитель Филарет (Амфитеатров) и основание скита
Своим духовным возвышением Оптина пустынь особенно обязана святителю Филарету, митрополиту Киевскому и Галицкому (Амфитеатрову; †21 декабря 1857 /3 января 1858). В бытность свою Калужским епископом (1819–1825), в 1821 году, в настоятельство оптинского игумена Даниила, святитель Филарет основал Иоанно-Предтеченский скит (1820–1821) и положил начало старчеству в Оптиной пустыни, для чего привлечены были туда братья-подвижники — преподобные Моисей и Антоний (Путиловы), подвизавшиеся до того в рославльских лесах. Святитель Филарет сам лично имел беседу с отцом Моисеем, в которой и пригласил его в Оптину для строительства скита, а 17 июня 1821 года лично же утвердил план строительства скита, представленный ему отцом Моисеем и игуменом Даниилом, после чего и началось возведение первой келлии и постройка домовой церкви для архиерейского приезда во имя Собора святого Иоанна Предтечи Господня. Скит был устроен в 360 метрах к востоку от обители. Традиции старчества и умной молитвы были положены в основание духовной жизни скита, а потом и всей обители.

Освящение храма в Иоанно-Предтеченском скиту Оптиной пустыни святитель Филарет совершил 3 июня 1822 года и в том же году возвел монаха Моисея в сан иеродиакона и иеромонаха, назначив его духовником обители. В дальнейшем перед началом Великого поста в понедельник сырной недели Преосвященный каждый год уезжал из Калуги в Оптину пустынь, в устроенный им же самим скит, и возвращался оттуда в субботу вечером. Как известно, святитель Филарет вел строго подвижническую жизнь и, несмотря на свои архипастырские труды, до конца своих дней оставался истинным монахом. Когда в Оптинском скиту ему пытались оказывать архиерейские почести, он возражал: "Митрополит там — в другом месте, а здесь, в ските, я просто инок". Во время посещений владыкой "своего скита" настоятель скита отец Моисей заменял ему келейника, считая за честь послужить своему архипастырю в его невзыскательных и несложных нуждах.

В 1832 году монастырю было позволено иметь на 30 монахов 30 послушников, а в 1857 году разрешено прибавить еще 12 монахов и 12 послушников.

20 мая 1842 года святитель Филарет, уже будучи Киевским митрополитом, в последний раз посетил Оптину пустынь. Видя, с каким благоговением и любовью собор иноческий стремился принять его архипастырское благословение, Высокопреосвященный владыка, обратясь к предстоящему игумену Моисею, сказал ему: "Отец Моисей! Веди всех их в Царствие Небесное — ни одного не оставляй!". Через час с небольшим по прибытии владыки Филарета в обитель во время молебна ниспослан был обильный дождь после сильной засухи, продолжавшейся целый месяц.

Император Николай I любил говорить, что он спокоен за Россию, имея рядом с собой Филарета Мудрого и Филарета Благочестивого. Под "Мудрым" Филаретом он разумел замечательного Московского святителя, под "Благочестивым" — Киевского владыку.

Митрополита Киевского называли Благочестивым не случайно. Сердце святителя Филарета было по-матерински нежным и широким. Оно могло вместить и вмещало в себя очень многих людей, о которых молился и переживал святитель. Сердиться он совершенно не умел, чужую боль переносил, как свою собственную, а чужие недостатки покрывал снисходительной, ласковой любовью. Когда же была необходима строгость, митрополит подолгу готовился к разговору с провинившимся, молился о нем и о себе, был неспокоен. Даже по крайней необходимости он не мог причинить никому огорчения. В самом дурном человеке святитель Филарет видел сияющий образ Божий, который не осмеливался омрачить.

Виновник слышал мягкий укор вместо строгого выговора, а то еще и получал какое-нибудь небольшое утешение. Долго было памятно "наказание" любовью. Старца любили, как самого близкого и родного человека.

В октябре 1994 года, спустя 137 лет по блаженной кончине святителя Филарета (в схиме Феодосия), нетленные мощи сего подвижника были обретены братией возрожденной Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры и перенесены в Дальние пещеры, где они и почивают в настоящее время.

Память святителя Филарета Киевского празднуется 10/23 июня в Соборе Сибирских святых.

^ Оптинское богослужение
Ни с чем не сравнимое оптинское богослужение являлось, главным образом, той религиозной воспитывающей духовной силой, благодаря которой Оптина пустынь имела такое благотворное влияние и на окрестное население — крестьянское, городское и помещичье, и на многочисленных богомольцев, и на братию монастыря. Богослужению отводилось ежедневно от семи до восьми часов. Оно совершалось строго по церковному уставу, без пропусков, с канонархом, с положенными чтениями, неторопливо, ясно, отчетливо. Благодаря этому содержание церковных песнопений, псалмов и поучений со всем их разнообразным, глубоким смыслом и красотой без затруднений воспринималось и сердцем, и умом молящихся, становилось неотъемлемым достоянием их душ и, таким образом, воспитывало духовно, налагало на них свою благодатную печать, которую они уносили по своим домам, чтобы и там поделиться полученными ими в монастыре благотворными впечатлениями.

Богослужение Оптиной пустыни было школой, в которой незаметно, но постоянно, день за днем и год за годом, получали православное воспитание в течение многих лет тысячи и десятки тысяч паломников из самых различных слоев русского общества. Это был своеобразный духовный университет русского народа, учивший не внешним познаниям, но воспитывавший чувства в разуме истины. Впрочем, нужно сказать, что в этом отношении Оптина пустынь не является чем-либо исключительным в ряду других наших благоустроенных монастырей, оказывавших своим богослужением, его содержанием и напевами такое же воспитательное влияние на богомольцев. Дивная Киево-Печерская Лавра, своеобразная Глинская пустынь, величавая в своей простоте Троице-Сергиева Лавра, пустынный Валаам — все они делали одно общее, всенародное духовно-просветительское дело. Однако, несмотря на единый богослужебный церковный устав, соблюдавшийся всеми вышеперечисленными монастырями, богослужение в каждой обители носило отпечаток своеобразия и неповторимости не только за счет местных распевов и напевов, но и благодаря тому духу, которым отличался каждый прославленный монастырь.

^ Старчество в Оптиной пустыни
Особенностью внутренней жизни Оптиной пустыни являлось ее старчество, появившееся в ней в конце 1820-х годов и составлявшее ее славу в течение всего XIX века. Именно благодаря старчеству Оптина пустынь стала духовной лечебницей для душ, исковерканных грехом, потерявших или не нашедших смысла жизни, скорбящих и страждущих, ищущих вразумления, утешения и духовного руководства. Можно безошибочно сказать, что значительная часть оптинского братства пришла под кров этой обители, привлекаемая жаждой старческого окормления, и нашла здесь при помощи старцев душевный покой и спасение. Да и большинство богомольцев искало в Оптиной пустыни не только молитвенного утешения, но и разрешения своих сомнений и недоумений, а нередко и тяжелых жизненных драм из уст ее мудрых старцев и через их молитвы и наставления.

Что такое старчество? Старец — это человек, который призывается на это служение Самим Богом, проходит тяжелый подвиг святоотеческим путем, по учению Церкви, достигает бесстрастия, чистоты сердца, преисполняется любовью Божией и благодатью. Старцы были подобны водоемам небесной живой воды, которой они свободно делились с другими. Их жизнь была подобна Христову благоуханию, по слову апостола Павла (см.: 2 Кор. 2, 14–15), она была некой царской кадильницей, источающей непрестанно это благоухание.

Они знали волю Божию и поэтому могли руководить спасением других людей. Апостол Павел говорит о неком таланте рассуждения (см.: 1 Кор. 12, 4, 8), который мы и называем старчеством. Старец — это тот, кто руководит другими людьми ко спасению, к Царствию Небесному, и врачует их страсти, имея этот дар рассуждения. В этом и заключается суть старчества.

Старец — это многоопытный монах, который может руководить другими людьми. И, конечно, в этом ему помогают прозорливость и любовь. Всякий человек, который общался со старцем, попадал под особую благодать, под золотой дождь утешения. Душа измученная, исстрадавшаяся, изорванная, образно говоря, окровавленная, эта иссохшая земля впитывала в себя влагу особой мягкой сердечности, теплоты, внимания, сострадательности и сочувствия со стороны старца. Старец — этот Ангел Божий, светильник тихий — сиял непрестанным светом любви, покоя, тишины и кротости и согревал уставшую душу. И как путники в ночи холодной стремятся к источнику света, так и люди стремились к старцу. Казалось, что из глаз старца струились пучки света, лучи света, которые были отражением его внутренних сияний; выходил человек из келлии старца — как на крыльях летел, и казалось, весь мир, все окружающие люди несли на себе отблески того сияния, того света, который согрел человека в маленькой келлии старца. Такие старцы были особо нужны тем людям, которые боялись открыть раны своего сердца и боялись неосторожного прикосновения к ним.

Старец был таким человеком, который совершенно не существовал для себя. Вся жизнь его была принесена в жертву своим чадам. Это была самораспятая любовь. Старец носил своих духовных чад и всех, кто к нему приходил, в своем собственном сердце, как пророк Моисей носил весь народ израильский в своем сердце. Эта самораспятая любовь, эта жертва, полное забвение себя, полное сочувствие ко всем приходящим, жалостливое, любовное отношение были самыми характерными чертами старца. На всякий стон, всякую мольбу, всякое покаянное и радостное воздыхание отзывалось сердце старца. Старец не мог сказать: "Я сегодня устал, а ты, хоть и плохо чувствуешь себя, страдаешь, перетерпи, переболей, я потом тебя приму" — такого не было. Конечно, так сораспинаться могли только великие старцы. Сам Христос Спаситель был образом для старца: Его страдания, Его любовь были главными примерами.

Старчество придавало Оптиной пустыни особый духовно-светлый облик, пронизывало ее духом благожелательной и снисходительной любви, соделывало ее привлекательной и бесконечно дорогой для грешных душ, ищущих спасения. В старчестве раскрылось истинное значение и истинное назначение Оптиной пустыни. И неудивительно, что у стен этой обители возник целый поселок мирян, мужчин и женщин, семейных и одиноких, для которых стало жизненной потребностью ежедневно слушать оптинское богослужение и ежедневно получать благословение и наставления Оптинских старцев.

^ Святитель Филарет Московский
Святитель Филарет Московский (Дроздов; †19 ноября /2 декабря 1867) находился в постоянном общении с Оптинскими старцами. Так, когда начались гонения на преподобного старца Льва, он написал Калужскому епископу, что "ересь предполагать в отце Леониде нет причины". Преподобному старцу Антонию он помогал молитвами о страждущих, сотнями стекавшихся в Оптину. А эпиграфом к своему сочинению "Учение о семейной жизни" святитель взял слова преподобного Амвросия Оптинского: "Читая духовные книги без указания…".

Старцы Моисей и Макарий при поступлении в Оптину пустынь привезли с собой списки творений святых отцов в переводах преподобного Паисия (Величковского) и его учеников, а также исправленные преподобным Паисием списки прежних славянских переводов святоотеческих книг. Своим архипастырским благословением святитель Филарет положил начало оптинскому книгоизданию и в дальнейшем оказывал всяческое покровительство этому доброму делу.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал преподобному Макарию о значении Московского митрополита Филарета в издательской деятельности Оптиной пустыни: "…Сообразно тому, как Вы изволите писать, Высокопреосвященнейший митрополит Московский Филарет благоволил написать мне, что он желает напечатания книги преподобного Исаака Сирского. Все монашество обязано благодарностию этому архипастырю за издание отеческих книг Оптиною пустынею. Другой на месте его никак не решился дать дозволения на такое издание, которое едва ли уже повторится…". В 1852 году митрополит Филарет принял в Москве старца Макария и оказал высокое покровительство оптинскому книгоизданию