Реферат: Избранные речи центральное издательство нсдап 1938 Трагическая судьба Рудольфа Гесса

Рудольф Гесс


ИЗБРАННЫЕ
РЕЧИ


Центральное издательство НСДАП
1938


Трагическая судьба

Рудольфа Гесса


Тот, кто сегодня перечитает тексты речей Гесса, произнесённых им в 1934–1937 годах, вряд ли станет от этого национал-социалистом. Скорее, он посмеётся над наивной верой человека, занимавшего по рангу в иерархии Рейха третье место, в светлое будущее Германии, поскольку каждый знает, каким на самом деле было это будущее. Это позволяет читателю определённого типа почувствовать себя умнее Гесса — а испытывать подобные чувства всегда приятно.

Эти речи интересны не содержащимися в них идеями: ими они, мягко говоря, небогаты. Впрочем, как подчёркивает автор прилагаемой биографии Гесса, Гвидо Кнопп, Гесс никогда и не был

мозгом своей партии — он был её лицом. Этот автор, как и положено демократу и либералу, приложил в своей книге «Помощники Гитлера», впервые выпущенной крупнейшим немецким издательским концерном Бертельсман в 1996 году, все усилия к тому, чтобы изобразить руководителей III-го Рейха уродами и преступниками. Но с Гессом у этого автора вышел конфуз: вопреки желанию Г. Кноппа, у него получился вполне положительный образ честного, порядочного, искреннего, бескорыстного, глубоко верующего и несчастного именно из-за своих качеств человека.

Вера Гесса как раз и оказалась для него роковой — впрочем, не только для него одного, но и для всего немецкого народа. Речи Гесса — не в полной мере, потому что никакой печатный текст не заменит живое слово, — но всё же позволяют очень живо представить себе ту атмосферу, которая царила в Германии в 30-х годах прошлого века. Это — психологический документ эпохи, не менее ценный, чем документы, рассказывающие о конкретных событиях.

Во что же фанатично верил Рудольф Гесс? Правильнее сказать — не «во что», а «в кого». Он верил в Адольфа Гитлера не просто как в Вождя, а как в ниспосланного небесами Спасителя Германии. Те, кто помешан на оккультизме, очень любят рассуждать о магическом воздействии Гитлера на людей. Но как-то плохо верится в магическое воздействие, постепенно усиливающееся в зависимости от экономической ситуации. Ведь не сразу очаровал Гитлер немецкий народ: на выборах в рейхстаг в 1928 году за его партию было подано всего 810 тысяч голосов, зато в 1930 году, после того, как разразился мировой экономический кризис, — 6.400 тысяч, а летом 1932 года — уже 13.700 тысяч.

Кризисная ситуация способствовала усилению в массах иррациональной веры в чудо, в приход Спасителя, который изменит жизнь к лучшему. И он пришёл — и ведь на самом деле изменил! Первые годы правления Гитлера ознаменовались огромными успехами как в оздоровлении экономики, так и в восстановлении позиций Германии на внешнеполитической арене. Так что энтузиазм масс, который разделял и стимулировал Гесс, был неподдельным, он имел под собой объективную основу.

Энтузиазм сродни опьянению. Трезвых умов тогда в Германии было мало. Одним из них был генерал Эрих фон Людендорф, который в ноябре 1923 года возглавил вместе с Гитлером «Мюнхенский путч», а после 30 января 1933 года написал Гинденбургу: «Назначив Гитлера Рейхс-канцлером, вы отдали нашу святую Родину в руки одного из величайших демагогов всех времён. Я Вам торжественно предсказываю, что этот проклятый человек заведёт нашу Империю в пропасть, навлечёт на нашу нацию неслыханные страдания и Вас в могиле будут сопровождать проклятия человечества за то, что Вы сделали».

Этот роковой конец был предуготован Германии одной роковой чертой, которая объединяла Гитлера и Гесса и в итоге погубила и их самих — это их англофильство. Оно запечатлено в «Майн Кампф» — книге, которую Гитлер писал при участии Гесса в Ландсбергской тюрьме. В связи с этой книгой часто упоминают всуе имя Карла Хаусхофера, но этот профессор-геополитик имел полное право заявить, что Гитлер ничего не понял в его идеях. Он мог бы, правда, добавить, что ничего не понял в них и его любимый ученик — Гесс. Мечтой Хаусхофера был континентальный блок, воплощение этой мечты он увидел в заключённом в 1939 году советско-германском пакте, а Гитлер и Гесс мечтали о союзе между Германией и Англией.

Оба они ошибочно считали Англию «нордической страной». Известный чилийский мистик Мигель Серрано пишет: «Гитлер не напал на Англию, потому что считал её за остаток Гипербореи, населённой белыми арийцами». Он и Гесс не знали, до какой степени проникновение чужеродных элементов, которые Серрано называет «големами», преобразовало этот мир.

Для Гитлера было полной неожиданностью вступление Англии в войну на стороне Польши в сентябре 1939 года. Советская пропаганда, которая постоянно твердила, что главной целью «Запада» было натравить Германию на СССР, тоже обходила вниманием этот факт. Гитлер пошёл на Восток — зачем, казалось бы, ему мешать? Но Англия первой выступила против Германии, доказав тем самым, что именно она являлась главным противником того мировоззрения, которое господствовало тогда в Германии.

Но Гитлер этого не понимал и не хотел понимать. Вся его политика после победы над Польшей была направлена на то, чтобы любыми средствами достичь мира с Англией. Он даже остановил немецкие войска перед Дюнкерком, не дал им добить англичан. В рамки этой политики чётко укладывается и знаменитый полёт Гесса.

Историки всё гадают — знал Гитлер о нём или не знал? Да конечно знал! Все позднейшие выпады Гитлера в адрес Гесса были заранее обговорённой игрой. У них было одинаковое отношение к Англии и те же связанные с этим иллюзии.

Но Гесс полетел в Англию не как «посланец мира». Его целью был союз с Англией в войне против СССР, о чём свидетельствует набросанный им проект обращения к английским офицерам.

«Коварный Альбион», со своей стороны, поддерживал у Гитлера и Гесса их иллюзии. Не зря англичане засекретили до 2017 года все документы, связанные с полётом Гесса. Но правда всё же выходит наружу. Недавно английский историк Мартин Аллен выпустил сенсационную книгу под названием «Мирная ловушка Черчилля». Как выясняется, Черчилль и английские спецслужбы распускали слух, будто в английских верхах существует мощная «партия мира», которая скоро придёт к власти и заключит мир с Германией, так что немцы могут не бояться войны на два фронта и спокойно идти на Восток. Англичане тем самым провоцировали войну Германии с СССР. Гесс и Гитлер попались в ловушку.

10 мая 1941 года раскололо жизнь Гесса на две совершенно не похожие друг на друга половины, но не раскололо его личность — она осталась такой же цельной, как и была. Гесс сохранил верность своему Вождю, в которого уверовал задолго до того, как в него уверовал немецкий народ, — может быть, потому, что после четырёх лет, проведённых на фронте, и после краха 1918 года он более страстно, чем другие, мечтал о Спасителе.

Есть у Сартра пьеса «Затворники из Альтоны», итальянцы сняли по ней фильм. В нём немецкий офицер закрывается на своей вилле, чтобы не видеть разрушенных городов и голодных детей, и не знает, что жизнь в Германии уже давно наладилась. Гесс не закрывался — его «закрыли», но он тоже жил в том мире, который покинул в 1941 году, а послевоенную реальность воспринимал как какое-то наваждение, которое вот-вот исчезнет. Он говорил Герингу на Нюрнбергском процессе: «Вот увидите, это наваждение исчезнет, и Вы через месяц будете Вождём Германии».

Из-за этого на Гесса могли смотреть как на сумасшедшего, но ведь говорят, что вера творит чудеса. Именно вера Гесса помогла ему так долго продержаться. Он мог бы прожить не 93 года, а более ста, как Эрнст Юнгер или Лени Рифеншталь, но замаячила перспектива его освобождения в связи с изменением позиции Советского Союза, и англичане забеспокоились, как бы не выплыли наружу их главные тайны и как бы скелеты не повалились дружными шеренгами из шкафов британских секретных служб.

Сын Рудольфа Гесса, теперь, увы, тоже покойный Вольф-Рюдигер, совершенно прав в своих выводах: его отец не мог покончить с собой, его убили англичане.

Так закончил свою жизнь человек, который верил, и именно по той причине, что верил. Одни могут назвать его веру ложной, другие — объявить его мучеником идеи : пусть каждый судит по-своему. Но пусть прозвучит живо голос человека, который сыграл немаловажную роль в истории Германии, и пусть каждый, кто услышит этот голос, попробует представить себе этого человека именно как человека — без ярлыков, которые потом на него навешали.

^ От редакции


ОГЛАВЛЕНИЕ

Обращение к Фюреру. (Съезд победы, 1933 г.)

Присяга Адольфу Гитлеру. (Мюнхен, 25 февраля 1934 г.)

От революции к строительству. (Кёльн, 25 июня 1934 г.)

К немцам, живущим за рубежом. (Берлин, 28 июня 1934 г.)

К бывшим фронтовикам всего мира. (Кёнигсберг, 8 июля 1934 г.)

Некролог Гинденбургу. (2 августа 1934 г.)

Выборы Адольфа Гитлера Фюрером. (Киль, 14 августа 1934 г.)

К участникам Международного Конгресса по дорожному строительству. (Мюнхен, 3 сентября 1934 г.)

Заявление германского руководства. (Берлин, 3 января 1935 г.)

К жителям земли Саар. (Саарбрюккен, 1 марта 1935 г.)

К немецким рабочим. (Мюнхен, 2 апреля 1935 г.)

К людям доброй воли за рубежом. (Доклад на Германско-шведском обществе. (Стокгольм, 14 мая 1935 г.)

К молодёжи мира. (Турбаза в замке Альтена, 25 мая 1935 г.)

К немецким инженерам и техникам. (Бреслау, 6 июня 1935 г.)

К немецким крестьянам. (Крестьянский съезд в Госларе, 17 ноября 1935 г.)

К немецким шофёрам. (Берлин, 16 января 1936 г.)

К немецким студентам. (Мюнхен, 26 января 1936 г.)

После занятия немецкими войсками левобережья Рейна. (Штеттин, 21 марта 1936 г.)

К руководителям немецкой молодёжи. (Брауншвейг, 23 мая 1936 г.)

К немецким служащим. (Берлин, 4 июня 1936 г.)

К учебному кораблю «Хорст Вессель». (Гамбург, 13 июня 1936 г.)

К поставщикам и потребителям. (Хоф, 11 октября 1936 г.)

Воспоминания о начале партии. (Замок Фогельзанг, 17 ноября 1936 г.)

О заключении Антикоминтерновского пакта между Германией и Японией. (Крестьянский съезд в Госларе, 29 ноября 1936 г.)

Сущность и деятельность НСДАП. (Речь перед офицерами Вермахта, Берлин, 16 января 1937 г.)

К женщинам Америки. (Речь, записанная на киноплёнку для Женского Конгресса в Чикаго, март 1937 г.)

К церковным подстрекателям. (Карлсруэ, 18 апреля 1937 года)

Врач и методы лечения. (Международный Конгресс гомеопатов, Берлин, 9 августа 1937 г.)

У нас одна Судьба. (Речь перед зарубежными немцами и моряками, Штутгарт, 28 августа 1937 г.)

Заместитель Фюрера (Глава из книги Гвидо Кноппа)

Цитаты


моим старым соратникам


^ ОБРАЩЕНИЕ К ФЮРЕРУ

Из вступительного слова на партийном съезде 1933 года —

«съезде победы».


Мой Фюрер!


Вы, как Вождь партии, были для нас гарантом победы!

Когда другие колебались — Вы оставались стойким!

Когда другие призывали к компромиссу — Вы оставались непреклонным!

Когда другие теряли мужество — Вы внушали новое мужество!

Когда другие уходили от нас — Вы решительней, чем когда-либо, сжимали древко знамени, пока это знамя, как знамя государства, не возвестило победу!

И Вы снова несёте это знамя вперёд!

Как Вождь нации, Вы для нас — гарант окончательной победы!


^ ПРИСЯГА АДОЛЬФУ ГИТЛЕРУ

Отрывок из речи по случаю первого торжественного принесения присяги на Кёнигсплац в Мюнхене. Более миллиона политических руководителей, вождей Гитлер-югенда и Трудового фронта, ожидавших наготове во всех частях Рейха, вместе произнесли присягу после переданной им по радио речи. Эта присяга состоялась 25 февраля 1934 года в годовщину обнародования партийной программы, совпавшую с Днём памяти героев.


Немецкие мужчины, немецкие женщины, немецкие юноши, немецкие девушки, собравшиеся в этот час повсеместно во всём Германском Рейхе в количестве, намного превышающем миллион человек!

В годовщину обнародования партийной программы вы вместе дадите клятву верности и повиновения Адольфу Гитлеру и тем самым подтвердите перед всем миром то, что давно уже стало для вас само собой разумеющейся истиной и что вы проявляли в своих действиях уже на протяжении ряда лет, часто бессознательно.

Вы приносите присягу в тот день, когда в Германии впервые отмечается День памяти героев. Мы склоняем знамёна в честь этого дня и вспоминаем прежде всего и более, чем когда-либо, тех, кто жил и умер как герой. Мы склоняем знамёна перед великими людьми нашей истории, перед борцами за Германию, перед миллионом павших в Мировой войне, перед теми, кто умер, пожертвовав собой, пролагая путь к новому Рейху. Я упомяну Хорста Весселя, потому что его имя стало для нас символом, и в его лице я поминаю всех, убитых Ротфронтом и реакцией.

Горе народу, который больше не чтит своих героев! Настанет день, и он не сможет больше рождать героев, ибо герои рождаются из глубин народа. Но народ без героев — это народ без вождей, потому что только героический вождь — настоящий вождь, способный выдержать в трудные времена. Подъём или упадок народа зависит от того, есть у него герои или их нет.

Мы не должны забывать и о матерях, женах, детях, которые лишились самых дорогих для них людей, часто своих кормильцев, и с молчаливым героизмом несут свой крест.

Боевой героизм мужчин и молчаливая жертвенность матерей и жён — это для нас, немцев, — священные свидетельства верности. Знамёна, которые мы снова поднимаем, — символы этой верности, которая для нордического человека тесно связана с героизмом.

Германский герой верен до самоотдачи. Помните об этом, принимая клятву верности в День памяти героев!

От вас требуется верность не только в делах, но и в убеждениях. Верность в убеждениях часто требует не менее героической самодисциплины, чем верность в делах. Верность в убеждениях — это

непоколебимая верность, которая не знает никаких «если» и «но», никаких отречений. Верность в убеждениях означает безоговорочное повиновение без вопросов о смысле или причинах приказа, это — повиновение ради повиновения. Повиновение становится выражением образа мыслей, когда следование приказу связано с личным ущербом для повинующегося или кажется противоречащим его собственным убеждениям. Сила Адольфа Гитлера как вождя в том, что он, руководя политической организацией, почти всегда действует убеждением и лишь редко приказывает. Но он должен знать, что, если он прикажет, этому приказу безоговорочно подчинятся все, вплоть до последнего блокварта.

Ударная сила и эффективность действия организации, хорошей самой по себе, тем больше, чем выше её дисциплина. Чем больше ваше повиновение будет простираться до мелочей, чем более чётко вы будете выполнять команды Вождя — «направо», «налево», «короче» или «шире шаг» — тем с большей уверенностью Вождь сможет постепенно создать условия для воплощения в жизнь национал-социалистической программы.

Под его командой все мы, национал-социалисты, работаем над осуществлением этой программы, как некогда все мы работали ради завоевания власти в государстве — мы, борцы за души крестьян, за души рабочих, за души бюргеров, за души мужчин, за души женщин, за души стариков, за души молодёжи — мы, непосредственные носители основной информации НСДАП, равно как руководители Трудового фронта, подразделений партии и женских национал-социалистических организаций. С единой волей юноши и девушки устремляются к единой цели. Воспитывается поколение, которое когда-нибудь после нас будет определять судьбу Германии.

Члены Гитлер-югенда! Вы должны следовать за Вождём с такой же безоговорочной преданностью, с какой 20 лет назад её самый боевой отряд, добровольцы из Лангемарка, героически умерли за народ и Рейх. Вы сами сделали их своим образцом. Вам посчастливилось жить в том Рейхе, который в 1914 году был для лучших бойцов только надеждой и предчувствием, Рейхе, который будет существовать вечно и останется неделимым, если вы выполните свой долг. А для вас выполнить долг значит безоговорочно следовать приказам Вождя! Лучшей памятью о ваших товарищах, погибших в первый год войны, будет соблюдение дисциплины в ваших рядах.

Для руководителя Гитлер-югенда дисциплина должна быть первой заповедью, и быть тем больше, чем больше он требует дисциплины от своих подчинённых. Он должен требовать от них дисциплины в настолько большей мере, насколько больше молодёжь, по природе своей стремящаяся к свободе, склоняется к дикой необузданности. Но нынешнюю молодёжь легче подчинить дисциплине — в сочетании с уважением к заслугам старшего поколения — потому что это поколение, большей частью, — поколение Мировой войны. Я знаю, как вас преследовали, поносили, презирали и высмеивали за вашу веру в Вождя! Я знаю о вашем жертвенном мужестве и об опасностях, которые

вам ежедневно угрожали. Я знаю, сколько товарищей из ваших рядов отдали свои молодые жизни. Я всё это знаю!

Но я знаю также, что все опасности и страдания, которые пережил член Гитлер-югенда в самых «красных» областях в годы до завоевания нами власти, не сравнимы с опасностями и страданиями одного-единственного дня под ураганным огнём, пережитого человеком фронтового поколения. Никогда не забывайте об этом, когда ваш Вождь, которого этот ураганный огонь пощадил для нас, требует от вас жёсткой самодисциплины!

Я повторю для политических руководителей то, к чему я призывал их товарищей перед их присягой в прошлом году: будьте верны духу Гитлера! При любых своих действиях задавайте себе вопрос: как поступил бы Вождь (каким вы его себе представляете) — и вы не ошибётесь!

Быть верным духу Гитлера значит сознавать, что Вождь имеет не только права, но, прежде всего, обязанности. Быть верным духу Гитлера значит всегда быть образцом для окружающих. Быть вождём значит быть жизненным примером, каким Адольф Гитлер является для вас и всего народа. Быть верным духу Гитлера значит быть сдержанным и не зависеть от формальностей. Быть верным духу Гитлера значит в хорошие и плохие дни оставаться национал-социалистом целиком и полностью. Быть целиком и полностью национал-социалистом значит всегда думать только обо всём национал-социалистическом немецком народе. Это значит — в любой форме всегда быть слугой тотального национал-социализма Адольфа Гитлера, сознательно и от всего сердца, от начала и до конца быть последователем Вождя!

Всегда служите целому, и в Движении тоже, и никогда не забывайте, что только Движение в целом, а не один его член, может обеспечить победу и завоевать будущее.

Всегда помните, что посты, которые вы занимаете, вы получили благодаря Вождю, потому что его руководство сделало возможной победу. Независимо от того, высокие эти посты или низкие, пусть каждый работает для своего Движения и тем самым — для Германии. Как сказал Адольф Гитлер, — всё равно, работает ли человек дворником или преподавателем высшей школы, если только он работает для всех и выполняет свой долг.

Наградой за вашу работу пусть будет чувство выполненного долга перед Движением, перед Адольфом Гитлером, перед Германией.

У вас у всех, политических руководителей СА, СС и Гитлер-югенда — одна гордость: принадлежать к НСДАП, партии Адольфа Гитлера!

Вы все, как провозвестники и защитники национал-социализма, являетесь рычагами Движения. Вы все по-прежнему необходимы и равноценны. Вы — такое же уникальное явление в истории, как и сам национал-социализм. Вы — истинные национал-социалисты!

У СА, СС и политических руководителей есть общая традиция, которая воплощена в «старой гвардии», включающей в себя всех, кто давно боролся, жертвовал, страдал и готов был отдать свою жизнь за возрождение Германии под знаменем национал-социализма. Своею кровью и своими жертвами она завоевала будущее для нашего народа. Ей благодарны все, кто считает счастьем жить в новом Рейхе — Рейхе, которым руководят люди, обладающие волей к национальной свободе, к социалистическому обществу, к миру, исполненному достоинства и чести.

Политические руководители! Вожди Трудового фронта — гвардии труда! Руководители женских организаций! Вожди Гитлер-югенда и Союза немецких девушек! Сейчас вы принесёте присягу Адольфу Гитлеру.

Вы присягаете не формально, вы присягаете не чему-то неизвестному, вы присягаете не надежде, а делаете это с полной уверенностью. Судьба облегчила это для вас — вы приносите присягу человеку, не испытывая при этом никаких сомнений. Вряд ли когда-либо в истории народ оказывал такое безграничное доверие Вождю, требующему присяги, как немецкий народ — Адольфу Гитлеру. Вы бесконечно счастливы, что присягаете тому, кто является для вас воплощением Вождя как такового, вы присягаете борцу, который за истекшие десять лет доказал своё право быть Вождём, который всегда правильно ведёт себя и всегда идёт верным путём, даже если порой большая часть его сторонников перестаёт его понимать.

Вы присягнёте человеку, о котором вы знаете, что он, по воле Провидения, которому он повинуется, независимо от всех влияний земных властей, поведёт немецкий народ верным путём и правильно определит немецкую судьбу. Этой клятвой вы снова связываете свою жизнь с человеком, через которого — такова наша вера — судьбоносно действуют Высшие силы. Не ищите Адольфа Гитлера умом — вы все его найдете своим сердцем!

Адольф Гитлер — это Германия, а Германия — это Адольф Гитлер! Тот, кто присягает Гитлеру — присягает Германии!

Принесите присягу Великой Германии, сыновьям и дочерям которой повсюду в мире Родина посылает сейчас через меня торжественное напоминание!


(Слушатели по всей Германии приносят присягу)

Величайшее в истории принесение присяги свершилось!

^ Мы приветствуем Вождя!


^ ОТ РЕВОЛЮЦИИ К СТРОИТЕЛЬСТВУ

Речь на Эссенской областной партийной конференции 25 июня 1934

года, переданная по немецкому радио.


Национал-социалисты! Немецкие соплеменники!

Я говорю с вами сегодня не как рейхсминистр, а как национал-социалист, который, как мало кто другой, знает, что прежде всего волнует старых соратников. Я знаю это лучше других, потому что сам имею честь причислять себя к самым старым партийцам начального периода Движения, примкнувшим к Вождю в 1920 году, когда с ним были всего несколько человек.

Я сохранил до сих пор прекрасные воспоминания о том времени, когда я вместе с Вождём терпел нужду ради идеи, во имя которой мы жили. Я вспоминаю о неописуемо трудных битвах, которые пришлось выдержать первым борцам за новую идею.

Я стоял перед Фюрером среди первой дюжины штурмовиков Движения. Во время первой стычки штурмовиков с врагами я упал к ногам моего Вождя, истекая кровью. Одним из первых руководителей СА я принёс присягу верности Адольфу Гитлеру. 8 ноября 1923 года я ворвался вместе с моим Вождём в Бюргербройкеллер. Я провёл вместе с ним семь с половиной месяцев в тюрьме. Я помогал Адольфу Гитлеру в, казалось, безнадёжной ситуации создавать новое Движение. В последующие долгие годы до завоевания власти я каждый день был рядом с ним. Я сопровождал его на чреватые опасностями собрания по всей территории Германского Рейха. Я вместе с ним пережил все тяготы, когда почти все силы, враждебные Германии, объединились против него! Я разделял вместе с ним его страдания, его надежды, его веру и радость победы.

Я должен сказать всё это вам, мои товарищи и соплеменники, потому, что вы поймёте тогда, что я знаю Вождя и его самые глубинные мысли как никто другой! Но я должен сказать вам это ещё и потому, что вы лучше поймёте тогда, что каждый, кто пережил эту невероятно тяжелую борьбу почти с первого дня Движения, остаётся тем, кем он был: национал-социалистом в первоначальном значении этого слова.

И я говорю с вами как хранитель традиции одновременно политического Вождя и руководителя СА.

Здесь, на Рейне и Руре, в рабочем сердце Германии, наша борьба из-за плотности населения и тягот его труда была некогда самой тяжёлой во всём Рейхе. Я знаю, что и сегодня большинству здешних трудящихся приходится зарабатывать свой хлеб в самых тяжёлых условиях. И тот факт, что, несмотря на это, именно среди рабочих Адольф Гитлер имеет самых верных сторонников, доказывает, что Вождю удалось сделать верными слова: Германия станет самой богатой страной тогда, когда самый бедный её сын станет её самым верным сыном. Этот факт представляет собой фундамент для строительства нового Рейха, равно как трудящийся человек является фундаментом национал-социализма. Если, несмотря на тяжесть борьбы за существование и несмотря на то, что национал-социализм в материальном отношении пока ещё мало что смог дать рабочим, они стоят на стороне национал-социализма — это доказывает их здравый взгляд на действительность, на то, что возможно при восстановлении Рейха и его находящейся на грани краха экономики. Это доказывает, что они понимают, что оздоровление не может за год или за несколько месяцев существенно изменить жизнь каждого человека, что мы должны быть счастливы тем, что за столь короткое время уже снова дали работу и хлеб миллионам наших соплеменников, тогда как Фюрер обязался за четыре года покончить с безработицей.

Рабочий знает, что, отказываясь от более высокой зарплаты, он приносит жертву в пользу тех, для кого создаются новые рабочие места. Именно тот, кто сам был безработным, знает, как безнадёжно тянутся дни без работы, и он знает, что значит снова принимать какое-то участие в созидании, пусть даже создаваемые ценности принесут плоды позже или только нашим детям.

^ Работа — это подъём, безработица — это упадок.

Рабочие знают сегодня также, что политическое объединение — уничтожение организаций, к которым они некогда сами принадлежали, — предпосылка оздоровления экономики.

Я могу лишь повторить то, что я недавно сказал рабочим одного рудника на границе Верхней Силезии: Вождь, который сам некогдаработал в ваших рядах, лучше всех знает ваши нужды. Вождь — ваш лучший товарищ! Он работает ради вас! Он один хочет и может вместе с вами добиться улучшения вашей жизни! Это одна из главных целей его жизни, и он её достигнет, как и других своих целей, как он уже достиг в трудной и, казалось бы, безнадёжной многолетней борьбе своей первой цели — завоевания власти.

Имея в своих руках политическую власть, Адольф Гитлер строит теперь ваше государство. И обязанность каждого — всеми силами содействовать этой работе. Мы знаем, что немецкий народ после завоевания нами власти делал это с неслыханным до сих пор единством. Практический результат его содействия столь же впечатляет, как и итоги референдума в ноябре 1933 года, не имеющего равных в истории. Что значат по сравнению с этим те немногие, которые тогда оставались в стороне, и те немногие, которые уклоняются от общего дела и сегодня? Эти люди ничему не научились, они остаются в плену своих прежних партийных идей. Они сами могут исключить себя

из борьбы за будущее своего народа, но мы должны их предупредить: если они попытаются вредить посредством тихого саботажа, да помилует их Бог!

Мы чуем — то там, то тут — работу саботажников. Скрываются они в экономической сфере или среди чиновничества — всё равно: в один прекрасный день мы их обнаружим, и тогда они узнают, что такое национал-социализм!

^ Всё можно простить — но только не преступления против своего народа!

Поскольку национал-социализм не прощает такие преступления, он со свойственной ему решительностью ведёт борьбу и против саботажников, которые сегодня полагают, будто могут нанести вред национал-социалистическому строительству посредством злостного критиканства.

Я не принадлежу к числу тех, кто приравнивает любую критику к преступлению. Я знаю также, что есть много поводов для обоснованной критики. С тем большей непримиримостью я выступаю против тех, кто неизбежные при столь глубоком перевороте, вызванном движением миллионов, недостатки использует как повод для того, чтобы сеять недоверие и смуту и обделывать свои собственные политические делишки.

Все, кто знает человеческие слабости и несовершенства, могут оценить величие результатов, достигнутых за столь короткое время. Что значит по сравнению с этим недостаток красоты! Со временем мы устраним и этот недостаток.

Сравним теперь, что было в Германии раньше и что мы имеем сегодня.

До завоевания власти национал-социалистами 30 партий настолько запутали политическую жизнь Германии, что каждые 30 немцев относились друг к другу как к политическим врагам. Хотя ни одна из этих партий не могла достичь монопольной власти в Германии, все они сражались против НСДАП в соотношении 29:1. И в таком же соотношении заражали они немецкий народ той ненавистью, тем недоверием и той трусостью, которые сделали Рейх внешне беззащитным и поставили его в зависимость от любых капризов Лиги наций или иностранных правительств.

А сегодня? Германией правит не одна партия в старом смысле слова, а национал-социалистическое Движение. Выражая здравый немецкий рассудок, оно задаёт тон всей политической жизни.

Единые цели, ради которых сегодня можно использовать объединённые силы немецкого народа, будут достигнуты усилием воли.

В области внешней политики Германия снова стала государством, которое начинает играть роль, достойную великого народа. С гордостью ощутили мы разницу с прежними временами при встрече Вождя с Муссолини в Венеции. Если в прошлые годы Ноябрьской республики Германию представляли делегаты парламентского большинства, которое на следующий день могло быть свергнуто, то на этот раз Вождь объединённой немецкой нации встречался с Вождём созданной им фашистской Италии.

Мы, национал-социалисты, имеем право гордиться тем, что Адольфу Гитлеру удалось вернуть немецкому народу честь перед самим собой и перед миром.

Раньше даже благие намерения правительства оставались неосуществлёнными из-за открытой оппозиции правительств земель.

Сегодня центральная власть национал-социалистического правительства никем не оспаривается — его приказам подчиняется вся Германия.

Ни в одной области общественной жизни — ни в искусстве, ни в экономике, ни в науке, ни в политике всех оттенков, вплоть до социальной политики, — не господствовала раньше чёткая политическая линия. Не было ни воли, ни цели ни в отдельных областях, ни в стремлении к их гармоничному взаимодействию. Ни один творческий человек в Германии не знал, к чему он стремится, для чего работает, и на какую великую линию немецкой судьбы он может ориентировать свои цели. Каждый в духовном плане влачил растительную жизнь. Каждый пытался на один день утвердить своё право и был мелким и незначительным по сравнению с Судьбой, именуемой Германией, поскольку он сам внутренне ощущал бессмысленность своих действий.

Только когда немногочисленные первые борцы национал-социализма указали путь в будущее немецкой нации, история Германии снова обрела смысл.

Сегодня художник снова осознаёт великий долг перед своим народом, его творчество снова уходит корнями в его народ, и он может творить со счастливым убеждением, что его труд плодотворен для Германии.

Учёные и хозяйственники, которые инстинктивно поняли суть национал-социализма, могут снова осознавать, в чём смысл их работы. Отдельный человек больше не бьётся в одиночку со своим личными заботами и не обсуждает политические новости: он чувствует, что его жизнь снова направлена на великие цели.

^ Фюрер снова вернул немцам смысл жизни.

Но что произошло бы, если бы национал-социализм не смог победить в борьбе за власть, если бы Судьба не избрала Вождя для того, чтобы воскресить немецкий народ и снова объединить немцев в нацию?

Что произошло бы, если бы увенчалась успехом попытка иностранных государств с помощью экономического бойкота уничтожить национал-социализм в Германии? Если бы действительно произошло то, что планировалось в Доме Карла Либкнехта? Лучшие сыны нашего народа окончили бы свою жизнь в тюрьмах! Правительство Германии, если таковое вообще можно было бы создать, формировалось бы уполномоченными иностранных государств. Были бы разрушены армия и экономика — основы жизни народа. Немецкая молодёжь, полный надежд идеализм которой сегодня — наше счастье, стала бы жертвой азиатского мятежа. Там, где сегодня из тысяч зародышей снова пробуждается немецкая жизнь, тлел бы последний огонь разрушения европейской культурной нации, который перекинулся бы через границы, чтобы уничтожить организмы и других народов Европы. Как видимый знак такого упадка, иностранные войска довели бы на немецкой земле до кровавого конца борьбу других наций за власть.

Мы твёрдо уверены, что такова была бы судьба Германии, если бы Адольф Гитлер не взял 30 января 1933 года бразды правления в свои руки.

Если бы после этого мы взялись только за проблему безработицы и на сегодняшний день не достигли бы ничего, кроме включения миллионов соплеменников в круг работающих немцев, то одним этим национал-социализм уже доказал бы, что он призван к власти.

Если бы сегодня возник только единый внутренний фронт борьбы — в коричневой форме СА и политических руководителей, в чёрной форме СС и в серо-зелёной форме Трудового фронта — то одним этим национал-социализм уже доказал бы свою миссию.

И если бы мы только вложили в сердца миллионов наших немецких юношей и девушек новую веру в себя и свой народ, направили их волю к определению судьбы Германии своими силами на путь истинный, то одним этим мы могли бы доказать, насколько целенаправленным был наш путь до 30 января.

^ Во множестве достигнутых после завоевания власти успехов сказывается сила немецкого народа, в которую мы всегда верили и будем верить.

Немецкий народ сейчас приступает к строительству больших автострад, которые и столетия спустя будут напоминать грядущим поколениям об эпохе Гитлера, как в наши дни дороги, проложенные римлянами, напоминают об эпохе Римской империи.

Немецкий народ в эти годы нужды отвоёвывает у суши и моря новые плодородные земли. Он стремится сохранить в области техники такие же ведущие позиции в мире, как в области науки и искусства.

Благодаря своему стремлению к сохранению семьи, к расовой чистоте, путём ограждения грядущих поколений от влияния чужой крови, а вместе с тем и чужого духа, он хочет снова стать образцовым народом человечества, как предназначено ему природой и верой.

Я не буду дальше вдаваться в детали преобразования Германии национал-социализмом. В принципе это преобразование знаменует собой начало преодоления чисто материалистического мышления. То, что мы уничтожили марксистские организации, как рассадники материалистического мышления, было революционным шагом, показавшим внешнюю силу нашего Движения. Но то, что после этих организаций мы смогли убить и дух материализма в ещё живущих сегодня носителях марксизма, является доказательством убеждающей внутренней силы гитлеровского Движения.

Сколь смешными выглядят по сравнению со всем этим те, кто вечно брюзжит! Они видят нечто великое, чего не могут понять, не могут осмыслить его масштабы. Прошлые времена отняли у них внутренние критерии, необходимые для понимания происходящего в наши дни.

Критиканы, товарищи, должны быть, ибо куда могли деться все те, за счёт критиканства которых некогда жили 30 партий? Если тогда 30 немцев, каждый организованный в свою партию, жили критиканством, то какое же чудо должно произойти, если мы сегодня имеем на 30 немцев всего одного критикана?

Те, кто всегда знает, «как лучше», просто не могут идти в ногу с нами. Сколь жалкой выглядит запиваемая пивом критика обывателей и реакционеров, которых зло берёт, что они опоздали на поезд. Считаться с ними не имеет смысла, так как они умрут раньше, чем мы с ними покончим. Просто для многих из них ни один убеждённый человек ещё не объяснил достаточно чётко, что их политическая смерть уже свершилась. В отличие от них, мы совершили немецкую революцию в весёлом настроении. Мы сознаём свою силу и знаем, что эти бабы в мужских пиджаках, которые плачутся публично, потому что им нечего сказать дома — не д