Реферат: Нп «сибирская ассоциация консультантов»

НП «СИБИРСКАЯ АССОЦИАЦИЯ КОНСУЛЬТАНТОВ»

http://sibac.info


К ПРОБЛЕМЕ ВЗАИМОСВЯЗИ СОЦИАЛЬНОЙ И ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ ЛИЧНОСТИ

Рогозян Алексей Борисович

аспирант КубГУ, г. Краснодар

E-mail: rogozyanchik@mail.ru


Поиску путей оказания психологической поддержки человеку на путях адаптации к стремительно меняющемуся миру, систематизации факторов риска развития дезаптационных состояний посвящены многие исследования [2, 3, 5, 10 и др.].

В психологии личности адаптация рассматривается как приспособление личности к существованию в социуме в соответствии с его нормами и требованиями, а также как своеобразный индикатор потребностей, стремлений, мотивов и интересов самой личности [10]. Психологическая адаптация осуществляется в процессе индивидуального развития личности, ее социализации, профессионального становления. Она предполагает и социальную адаптацию, выступающую интегральным показателем того, насколько готова личность к выполнению необходимых биосоциальных функций и принятию социальных ролей в группе, обществе [10].

Непосредственно с категорией адаптации связано понятие адаптивности, отражающее интегративное свойство, характеризующее степень психологической адаптации личности. Эта степень имеет несколько уровней выраженности, соответствия между целями, устремлениями личности и достигаемыми ею результатами: уровень соответствующей адаптации; уровень относительного несоответствия, (неадаптивность); уровень крайнего несоответствия и отсутствие возможностей несоответствия (дезадаптивность) [10].

В психологических исследованиях рассматриваются психологические механизмы адаптации, ее личностно-психологические и мировоззренческие детерминанты, а также устойчивые связи человека с окружающей средой, определяющие его адаптацию, реакцию, используемую в процессе адаптации и степень их эффективности. Установлено, что хорошо адаптирующегося человека отличает высокая продуктивность выполняемой деятельности, общая удовлетворенность жизнью, психическое равновесие [9]. Отмечается, что эффективность в значительной степени зависит от того, насколько адекватно личность воспринимает себя и окружающий мир, свои социальные отношения, насколько личность способна к изменениям поведения в общении, профессиональной деятельности, бытовой сфере и т.п. [7].

Методология системного подхода позволила рассматривать адаптацию «как сложное, целостное, полифункциональное и полиструктурированное явление, что позволяет изучать адаптацию на различных уровнях обобщенности: от самых общих описаний до описаний определенных форм психической адаптации конкретного субъекта. В психологических исследованиях адаптации выделены две характеристики, объединяющие психофизиологический, психологический и социально-психологический уровни адаптации и детерминирующие процесс адаптации: психическое состояние и отношение человека» [9]. Выделяются три уровневых подструктуры адаптации: иерархическая, координационная и подструктура состояний. Иерархическая подструктура образована характеристиками каждого из четырех основных уровней организации состояния: физиологического, психофизиологического, психологического, социально-психологического. Психологический уровень включает изменения психических функций и настроения человека, характеристики поведения.

Фундаментальные исследования посвящены исследованию механизмов психологической адаптации. В.А. Бодров называет три группы психологических механизмов адаптационного процесса: общий психологический механизм, свидетельствующий о неразрывной связи физиологических и психологических процессов; психические процессы, обуславливающие адаптацию (когнитивные процессы, интеллект, внимание, восприятие и др.); личностные механизмы адаптации [9]. Он отмечает, что в совокупности личностных механизмов адаптации особое внимание исследователей привлекают такие психологические качества, как: интраверсия - экстраверсия, локус контроля, свойства личностной тревожности, рефлексия, лежащая в основе самосознания, самоосмысливания, самоактуализации, саморазвития; эмоции, волевые компоненты (целеустремленность, ответственность, настойчивость, уверенность в действиях); коммуникабельность. Особое значение в развитии адаптации имеет мотивационная сфера личности, направленность мотивов, их сочетание и степень активности [9]. По мнению В.А. Бодрова, в структуре механизма регуляции процесса адаптации значительную роль играют ее поведенческие формы. Автор пишет, что некоторые проблемы поведенческой адаптации нуждаются в особом исследовании, поскольку оно является обязательным и часто самым главным компонентом адаптации к деятельности, особенно деятельности профессиональной [9].

На основе анализа различных теоретических подходов к проблеме адаптации и совладания Л.А. Александрова [1] выделяет психологические факторы, повышающие устойчивость человека к воздействию психотравмирующих ситуаций. В зависимости от доминирующей в личности тенденции (активность, самодетерминация или следование привычным стереотипам реагирования) выбирается стратегия адаптации: активное изменение ситуации, активное самоизменение или искажение общей картины ситуации угрозы и представлений о себе.

В психологических исследованиях последних лет изучение влияния стрессогенных факторов на психологическое состояние человека представлено разнообразными исследованиями [2, 3, 6].

В исследованиях Б.А. Ясько рассматриваются факторы риска развития профессиональной дезадаптации медицинских работников. Выделяются: социальные; деятельностные; субъектные и индивидно-личностные факторы [11, 12].

Крайним проявлением профессиональной дезадаптации является синдром эмоционального выгорания (СЭВ). По современным представлениям, синдром «эмоционального выгорания» – это сложный психофизиологический феномен, который определяется как эмоциональное, умственное и физическое истощение, возникающее из-за продолжительной эмоциональной нагрузки. Последствия «выгорания» медицинского персонала могут повлиять как на саму личность, так и на профессиональную деятельность: ухудшается качество работы, утрачивается творческий подход к решению задач, растет число профессиональных ошибок, увеличивается число конфликтов на работе и дома, наблюдаются переход на другую работу, смена профессии [4]. Выявление наличия взаимосвязей между психологическими проявлениями профессиональной дезадаптации и условиями рабочей среды («трудового поста») может способствовать снижению воздействия стрессогенных факторов на индивидуальном и групповом уровнях.

Проведенный теоретико-методологический обзор проблемы позволил нам сформулировать эмпирическую гипотезу. Она состояла в предположении: содержание и направленность взаимосвязей социальной адаптации и эмоционального выгорания медицинских работников находятся под влиянием специфики предмета профессиональной деятельности. На обоснование гипотезы были направлены цель и задачи данного исследования. Объектом исследования определена личность в процессе ее социальной и профессиональной адаптации.

Цель исследования: рассмотреть содержание и направленность взаимосвязей социальной адаптивности как комплексного свойства личности и эмоционального выгорания, как психологического индикатора профессиональной дезадаптации.

Предметом исследования являются взаимосвязи социальной и профессиональной адаптации личности (на примере личности медицинского работника).

^ Организация исследования. В ходе исследования применялись две методики: «Опросник социальной адаптивности» О.Г. Посыпанова [1] и опросник MBI в адаптации Н.Е. Водопьяновой [2] на выявление уровня эмоционального выгорания. Концептуальной основой методики О.Г. Посыпанова является положение о социальной адаптивности как комплексном свойстве личности. О.Г. Посыпанов выделяет в составе этого комплекса три свойства: «адаптивность – конформность», «адаптивность – лабильность», «адаптивность – креативность». Эти свойства обеспечивают три разных способа организации социального взаимодействия и, соответственно, различные способы достижения адаптации личности. У каждого индивидуума уровень сформированности выделенных свойств разный. Это обусловливает различия в их проявлении в каждой конкретной ситуации, то есть к одной и той же ситуации каждый человек будет адаптироваться по-своему. Опросник MBI направлен на выявление уровня эмоционального выгорания, и диагностирует такие состояния личности, как деперсонализация, эмоциональное истощение и редукция личностных достижений. Статистическая обработка данных проведена с применением многофункционального критерия углового преобразования Фишера (φ*-критерий), а также метода линейной корреляции Пирсона.

Выборку испытуемых составили врачи и медицинские сестры санаторно-курортной и клинической сфер деятельности г. Анапа. Всего в тестировании участвовало 152 респондента, из них 58 врачей и 94 медицинских сестры. Выборка разделена на четыре группы: врачи санаторно-курортной сферы (n1=31 чел.); врачи клинической сферы деятельности (n2=27 чел.); медицинские сестры санаторно-курортной сферы (n3=54 чел.); медицинские сестры клинической сферы (n4=40 чел.).

^ Результаты и их обсуждение.

Установлено, что врачи клинической и курортной сфер наиболее подвержены проявлению деперсонализации: высокий уровень обнаружили 41,9% врачей курортной сферы и 44,4% врачей-клиницистов (Табл. 1). Около четверти врачей обнаружили высокий уровень эмоционального истощения (22,6% и 25,9% соответственно). Менее всего выражена редукция достижений. Более половины обследуемых врачей не обнаруживают этого состояния, а около 30% обследуемых имеют средний уровень выраженности.

Таблица 1. Показатели синдрома эмоционального выгорания в обследованных группах.

Группы / уровни

Симптомы СЭВ

ВРАЧИ

высокий

средний

низкий

абс

%

абс

%

абс

%

Уровни эмоционального истощения

n1 (31чел.)

7

22,6

13

41,9

11

35,4

n2 (31чел.)

7

25,9

9

33,3

11

40,7

Различия

φ*=0,29, т.е. φэмп. < φкр.

φ*=0,68, т.е. φэмп.< φ*кр.

φ*=0,41, т.е. φэмп.< φ*кр.




Уровни деперсонализации

n1 (31чел.)

13

41,9

15

48,4

3

9,7

n2 (31чел.)

12

44,4

9

33,3

6

22,2

Различия

φ*= 0,19, т.е. φэмп.< φкр.

φ*= 1,17, т.е. φэмп. < φкр.

φ*= 1,32, т.е. φэмп. < φкр.




Уровни редукции личностных достижений

n1 (31чел.)

5

16,1

9

29,0

17

54,8

n2 (31чел.)

5

18,5

10

37,0

12

44,4

Различия

φ*= 0,24, т.е. φэмп.< φкр.

φ*= 0,65, т.е. φэмп. < φкр.

φ*= 0,79, т.е. φэмп. < φкр.

^ МЕДИЦИНСКИЕ СЕСТРЫ

Уровни эмоционального истощения

n3 (54 чел.)

20

37,0

17

31,5

9

31,5

n4 (40 чел.)

19

47,5

12

30,0

9

22,5

Различия

φ*= 1,02, т.е. φэмп.< φкр.

φ*= 0,16, т.е. φэмп. < φкр.

φ*= 0,98, т.е. φэмп. < φкр.




Уровни деперсонализации

n3 (54 чел.)

33

61,1

13

24,1

6

14,8

n4 (40 чел.)

18

45,0

16

40,0

6

15,0

Различия

φ*= 1,55, т.е. φэмп.< φкр.

φ*= 1,64, т.е. φэмп. > φкр.

φ*= 0,02, т.е. φэмп. < φкр.




Уровни редукции личностных достижений

n3 (54 чел.)

13

24,1

22

40,7

5

35,2

n4 (40 чел.)

17

42,5

18

45,0

5

12,5

Различия

φ*= 1,89, т.е. φэмп.> φкр.

φ*= 0,42, т.е. φэмп.< φкр.

φ*= 2,62, р≤0,001


У медицинских сестер показатели несколько иные. Все симптомы эмоционального выгорания в этой профессиональной среде имеют достоверно более высокую выраженность, чем в среде врачей. 37% медицинских сестер курортной сферы и 47,5% медсестер клинической деятельности имеют высокий уровень эмоционального истощения. Деперсонализация высоко выражена у 61,1% медицинских сестер курортной сферы и у 45% медсестер клинической сферы. Достоверно более выражена редукция достижений у медицинских сестер клинической сферы (42,5% против 24,1% у медицинских сестер курортного дела; при φ*=1,89; р≤0,001).

Таким образом, можно констатировать, что для врачей сфера деятельности (конкретный «трудовой пост») не влияет существенным образом на процесс профессиональной адаптации, чего не скажешь о медицинских сестрах. Медицинские сестры курортной сферы более склонны к проявлению дегуманизации, а для медицинских сестер клинической деятельности более характерны тенденции к эмоциональному истощению и редукции личностных достижений.

Исследование личностных особенностей социальной адаптации показало, что в целом медицинские работники имеют «профиль», близкий по показателям к типу «профиля» низкой адаптивности [8]. Преимущественным ресурсом достижения социальной адаптации являются качества социальной лабильности (М=3,02) и конформности (М=2,9). Социальная креативность находится на уровне низких показателей (М=2,3).

Анализ дифференцированно по группам обнаруживает следующие особенности: у врачей курортной сферы «профиль» социальной адаптации сниженный, а главным ресурсом достижения социальной адаптивности является качество лабильности (рис. 1). Врачи-клиницисты по сравнению с врачами санаторно-курортной сферы имеют более развитые свойства конформности (р<0,05) (рис. 1).

У медицинских сестер курортной сферы «профиль» социальной адаптивности близок к «профилю» врачей, а у медицинских сестер клинической сферы наиболее развиты, по сравнению со всеми подвыборками, способности конформности (М=3,9).



Рисунок 1.

Примечание: «*» - р<0,05.

Корреляционный анализ в данных по подвыборке врачей курортной сферы показал достоверную взаимосвязь между качествами конформности и деперсонализацией (r=0,327), имеющей, как было отмечено выше, в этой подгруппе преимущественно средне-высокие показатели. Иными словами, проявление дегуманизации в процессе деятельности компенсируется социальной конформностью.

У врачей клинической сферы эмоциональное истощение имеет положительную взаимосвязь с качествами «конформность» (r=0,318) и «креативность» (r=0,330), что также можно рассматривать как специфические компенсаторные отношения. Обнаружена характерная отрицательная взаимосвязь на уровне тенденции (р<0,1) между качествами «лабильность» и «креативность», с одной стороны, и редукцией личных достижений – с другой (r=0,294, r=0,299 соответственно), что, учитывая специфику расчета показателей по шкале редукции достижений, можно также рассматривать как явление психологической компенсации.

В среде медицинских сестер курортной сферы аналогичного рода корреляционные отношения выявлены по показателям: эмоциональное истощение – лабильность (r=0,213) и эмоциональное истощение – креативность (r=0,232).

В целом проведенное исследование позволяет сделать следующие выводы:

В полученных результатах получила частичное подтверждение эмпирическая гипотеза. Содержание и направленность взаимосвязей социальной адаптации и эмоционального выгорания медицинских сестер находятся под влиянием специфики предмета профессиональной деятельности. В среде врачей существенных различий не установлено.

Если для врачей фактор трудового поста не влияет существенным образом на различия в проявлениях симптомов «выгорания», то в деятельности медицинских сестер, работа которых в большей мере связана с обслуживанием пациентов, отмечаются различия. Медицинские сестры курортной сферы более склонны к проявлению дегуманизации, а для медицинских сестер клинической деятельности более характерны тенденции к эмоциональному истощению и редукции личностных достижений.

Отмечается низкий уровень социальной адаптивности медицинских работников, причем особо выражен этот тип «профиля» у врачей курортной сферы. Наиболее адаптивны медицинские сестры клинической сферы, которые в достижении социальной адаптации опираются преимущественно на ресурс конформности, имеющий в этой среде средний уровень развития.

Проявление симптомов «выгорания» в значительной мере компенсируется у медицинских работников с опорой на свойства социальной адаптивности: у врачей курортной сферы в качестве такового выступает конформность, которая снижает уровень деперсонализации; у врачей клинической сферы это же свойство компенсирует проявление эмоционального истощения, а свойства лабильности и креативности компенсируют редукцию достижений.

Полученные результаты обусловливают в дальнейшем необходимость рассмотрения личностных особенностей представителей данной профессиональной среды, способствующих или противодействующих стресс-устойчивости.


^ Список литературы:

Александрова Л.А. Личностные ресурсы и индивидуальные стратегии адаптации студентов к условиям повышенной опасности природных бедствий и катастроф // 2-я Всероссийская научно-практическая конференция по экзистенциальной психологии: Материалы сообщений / Под ред. Д.А. Леонтьева. – М.: Смысл, 2004. С. 201-204.

Бодров В.А. Проблема преодоления стресса. // Психол. журнал, 2006.

Водопьянова Н.Е. Психодиагностика стресса. – СПб.: Питер, 2009.

Водопьянова Н.Е., Старченкова Е.С. Синдром выгорания: диагностика и профилактика. – СПб.: Питер, 2004. – 384 с.

Дикая Л.Г. Психическая саморегуляция функционального состояния человека. – М.: Изд-во Института психологии РАН, 2003.

Медведев В.И. Адаптация человека. – СПб.: Институт мозга человека РАН, 2003.

Петровский В.А. Психология неадаптивной личности. – М.: ТОО «Горбунок», 1992.

Посыпанов О.Г. Методика измерения социальной адаптивности личности. / Современная психология: Состояние и перспективы исследований: Часть 2: Общая и социальная психология, психология личности и психофизиология, экономическая, организационная и политическая психология: Материалы юбилейной научной конференции ИП РАН, 28–29 января 2002г. – М.: Изд–во «Институт психологии РАН», М.: 2002. С. 93–112., с. 93

Психология адаптации и социальная среда: современные подходы, проблемы и перспективы / отв. Ред. Л.Г. Дикая, А.Л. Журавлев. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2007.

Психология личности: Словарь-справочник / Под ред. П.П. Горностая, Т.М. Титаренко. – Киев: Рута, 2001.

Ясько Б.А. «Личность – деятельность – профессиональная среда» и метасистемный подход. // Социальная психология труда: Теория и практика. Том 1. / Отв. ред. Л.Г. Дикая, А.Л. Журавлев. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 2010. С. 101-120.

Психология личности и труда врача: Курс лекций / Б.А. Ясько. – Ростов н/Д: Феникс, 2005. – 304 с.

Материалы международной заочной научно-практической конференции

«ТЕОРИЯ И ПРАВКТИКА СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ»

5 АПРЕЛЯ 2011 г.