Реферат: Владимир Николаевич Мясищев Психология отношений

Владимир Николаевич Мясищев


Психология отношений


В данную книгу избранных трудов видного психолога, психоневролога, психотерапевта включены работы, раскрывающие актуальные проблемы отношений, взаимоотношений людей, место и роль этих отношений в структуре нормальной и аномальной личности. Рассматриваются взаимосвязи между характеристиками отношений человека и особенностями его психических процессов. Книга предназначена для психологов, педагогов, врачей и студентов, готовящихся к психолого-педагогической деятельности.


Содержание


В. Н. Мясищев и психология отношений

Основные проблемы и современное состояние психологии отношений человека

Понятие личности в аспектах нормы и патологии

О соотношении биологического и социального в психике человека

Проблема личности и ее роль в вопросах соотношения психологии и физиологии

Теория отношений и принцип доминанты в психофизиологической деятельности человека

О связи проблем психологии отношения и психологии установки

Психические функции и отношения

Проблема потребностей в системе психологии

Социальная психология и психология отношений

О взаимосвязи общения, отношения и обращения как проблемы общей и социальной психологии

Личность и труд аномалийного ребенка

Личность, отношения и реакции (Психологическое значение блокадного опыта)

Личность и неврозы

Проблема отношений в психологии индивидуальных различий

Принципы и методы исследования характера

Характер и прошлое (к вопросу о методике анамнеза)

Проблемы способностей в советской психологии и ее ближайшие задачи

Способности и потребности

О связи склонностей и способностей

Методы исследования способностей и одаренности

Составление характеристики личности на основе принципов теории отношений (краткий план)

Личность и отношения человека (вместо заключения)

Приложение (литературные источники)


^ В. Н. Мясищев и психология отношений


Видный отечественный психолог, психиатр, психотерапевт Владимир Николаевич Мясищев родился 11 июля 1893 года в Латвии в семье мирового судьи. После смерти отца семья переехала в Николаев, где прошли школьные годы будущего ученого. Раннее и глубокое увлечение литературой, изобразительным искусством, музыкой способствовало формированию у него интереса к человеку, к его мыслям, чувствам, душевным переживаниям. Не случайно поэтому выбор будущей профессии у В. Н. Мясищева оказался связанным с профессией врача, и уже в годы обучения в основанном В. М. Бехтеревым Психоневрологическом институте он проявлял устойчивую склонность глубоко вникать в психологию больного и здорового человека. В годы гражданской войны и разрухи в полной мере у В. Н. Мясищева стали проявляться те черты будущего ученого и педагога, которые впоследствии нашли полное отражение в его научной и практической деятельности, пронизанной идеалами гуманизма, добра, справедливости.

Весь жизненный и творческий путь В. Н. Мясищева связан с разработкой важнейших научных проблем психологии, медицинской психологии, психиатрии и психотерапии. Мировосприятие В. Н. Мясищева формировалось под непосредственным влиянием прогрессивных ученых второй половины XIX в. и начала нынешнего столетия. Идеями С. П. Боткина, И. М. Сеченова, И. П. Павлова, А. А. Ухтомского и других прогрессивных ученых и общественных деятелей проникнуты многие страницы трудов В. Н. Мясищева.

Непосредственным воспитателем и учителем В. Н. Мясищева был ученик и ближайший сотрудник В. М. Бехтерева Александр Федорович Лазурский, который в полной мере сформировал как научное мировоззрение В. Н. Мясищева, так и личность вдумчивого исследователя и заботливого, проницательного врача. Тесное сотрудничество В. Н. Мясищева с А. Ф. Лазурским, основателем психологической теории отношений [См.: Мясищев В.Н., Журавель В.А. На пути создания психологической теории личности. (К 100-летию со дня рождения А.Ф. Лазурского) // Вопросы психологии. 1974. №2. С. 32—42.], продолжалось до последних дней жизни видного ученого. Не случайным поэтому является тот факт, что после безвременной смерти своего талантливого ученика А. Ф. Лазурского (1917 г.) В. М. Бехтерев поручил руководство одной из лучших в то время психологических лабораторий своему ученику и единомышленнику — молодому ученому В. Н. Мясищеву. Вместе они работали до смерти В. М. Бехтерева (1927 г.). Выбор Мясищевым конкретного научно-исследовательского направления в психологии и медицине в значительной степени обусловлен тем, что он (совместно с М. Я. Басовым) завершил и подготовил к печати незаконченный труд А. Ф. Лазурского «Классификация личностей» (1921). Работа над научным наследием этого крупного психолога поставила перед В. Н. Мясищевым ряд важных, перспективных проблем в области изучения личности, над решением которых он работал до конца своей жизни.

Центральной научной проблемой, на многие годы привлекшей внимание, творческую энергию и вдохновение В. Н. Мясищева, явилась проблема целостной личности здорового и больного человека. Понимание человека как единства организма и личности побудило В. Н. Мясищева в своих научных исследованиях использовать объективные физиологические и психофизиологические характеристики состояния индивида для объяснения субъективных, психологических особенностей человека, его чувств, испытываемых состояний, воли. Одной из первых крупных работ, явившихся результатом многолетнего упорного труда, стала работа В. Н. Мясищева о психологическом значении электрокожной характеристики человека. Великолепное методическое решение проблемы и высокий уровень теоретического обобщения полученных результатов позволили В. Н. Мясищеву представить свой труд в качестве докторской диссертации «Электрокожные показатели нервно-психического состояния у человека» (1944). Прогрессивный, новаторский характер этой работы в те годы состоял в том, что В. Н. Мясищев убедительно показал возможность исследования тонких переживаний не только с точки зрения их количественных, интенсивностных характеристик, но и оценки их качества, т.е. степени значимости для субъекта. Эта работа открыла одно из самых важных направлений в деятельности В. Н. Мясищева — изучение системы отношений личности человека. Значение этой работы особенно велико в настоящее время, когда преодолевается разрыв между изучением организма человека и исследованиями его как личности, субъекта деятельности, индивидуальности.

В. Н. Мясищев сформулировал одно из важнейших в советской психологии принципиальных положений теории личности. Он подчеркивал, что система общественных отношений, в которую оказывается включенным каждый человек со времени своего рождения и до смерти, формирует его субъективные отношения ко всем сторонам действительности. И эта система отношений человека к окружающему миру и к самому себе является наиболее специфической характеристикой личности, более специфической, чем, например, ряд других ее компонентов, таких, как характер, темперамент, способности.

Раскрывая сущность понятия «отношение» в психологии, В. Н. Мясищев указывал на то, что психологический смысл отношения состоит в том, что оно является одной из форм отражения человеком окружающей его действительности. Формирование отношений в структуре личности человека происходит в результате отражения им на сознательном уровне сущности тех социальных объективно существующих отношений общества в условиях его макро- и микробытия, в котором он живет.

Это макро- и микробытие, по-разному способствуя формированию и проявлению потребностей, интересов и склонностей человека, действуя в нерасторжимой связи с особенностями его организма и прежде всего нервной системы, создает в каждом случае ту субъективную «призму», через которую неповторимо, своеобразно в каждом случае преломляются все воздействия, которым подвергается живой, действующий человек.

Восприятие им действительности, его память, его мышление, его воображение, его внимание, хотя и фиксируют всегда особенности объективного мира, но на всех этих его психических процессах постоянно лежит печать отношения его к разным сторонам мира, частицей которого он является.

Меняется мир, в котором живет и действует человек, изменяется его роль и Положение в этом мире, и, как их следствие, неотвратимо более или менее значительно перестраиваются имеющаяся у него «картина мира» и его отношение к разным сторонам этого мира.

Не отрицая великую роль деятельностей, которые постоянно выполняет живущий человек, для формирования его как знатока своего дела, умельца-мастера, В. Н. Мясищев вместе с тем неоднократно указывал на то, что сама по себе деятельность — игра, учение, труд — для формирования основных психических качеств, составляющих нравственное ядро личности, может оказаться процессом нейтральным, если между ее участниками не организованы отношения, требующие сотворчества, сотрудничества, взаимопомощи, коллективизма, если не происходит постоянного «подкрепления» хода деятельности провоцированием взаимоотношений, побуждающих к нравственным поступкам.

В. Н. Мясищев для подтверждения этой своей научной позиции любил опираться на проверенные громадным практическим опытом мысли А. С. Макаренко о том, что выключить личность, изолировать ее, выделить ее из отношений невозможно и что «дефектные» отношения, в которые оказывается включенной личность, ведут к отклонениям в ее формировании и, наоборот, социально и педагогически нормальные отношения развивают нравственно и психологически здоровые качества, составляющие структуру личности.

Одной из центральных проблем в научном наследии В. Н. Мясищева является проблема развития личности, которую он с успехом разрабатывал многие годы. В. Н. Мясищев считал, что отношения личности — ее потребности, интересы, склонности — являются не продуктом каких-то абстрактных исторических условий, а прежде всего результатом того, как человеку удается взаимодействовать с совершенно конкретной для него окружающей средой и насколько эта среда дает простор для проявления и развития его индивидуальности — и в предметной деятельности, и при взаимодействии с другими людьми.

В связи с этим источником нарушений в личности, многих форм ее патологии (и прежде всего при неврозах) являются опять же совершенно конкретные общественные, производственные, социально-бытовые, семейные, личные и другие коллизии, которые человек переживает в своей жизни и которые грубо ломают дорогие его сердцу планы, встают неодолимым препятствием к достижению субъективно значимых для него целей и т.д.

Таким образом, по В. Н. Мясищеву, личность — не некое застывшее, однажды сформированное и неизменяющееся с определенного возраста психическое образование, а динамичное, подверженное многочисленным внешним и, прежде всего, социальным воздействиям изменяющееся формирование. Истинные отношения человека к действительности, не раз подчеркивал в своих работах В. Н. Мясищев, до определенного момента являются его потенциальными характеристиками и проявляются в полной мере тогда, когда человек начинает действовать в субъективно очень значимых для него ситуациях.

В. Н. Мясищева опять же в неразрывной связи с отношениями глубоко интересовала и проблема общения людей. В ряде своих работ он последовательно раскрывал взаимозависимости, которые связывают познание людьми друг друга, отношения, которые они при этом испытывают, и обращение их друг с другом, когда им приходится совместно трудиться, учиться, отдыхать и просто вместе жить. И он показал, насколько непростыми в реальной жизни оказываются эти взаимозависимости, иногда, например, один человек испытывает по отношению к другому человеку безоглядную любовь или с трудом подавляемую ненависть или когда он, скажем, совсем неадекватно оценивает себя.

Одним из фундаментальных трудов В. Н. Мясищева является его исследование во всей ее сложности проблемы характера. До настоящего времени в отечественной психологической литературе не имеется более глубокого и емкого освещения данной проблемы. Раскрывая сущность такого сложного психического образования, каким является характер, В. Н. Мясищев убедительнейшим образом показал, что характер — это устойчивая в каждой личности система отношений к разным сторонам действительности, проявляющаяся в типичных для личности способах выражения этих отношений в ее повседневном поведении. Он с большой научной аргументированностью предложил основы типологии и классификации характеров. Привлекая огромный фактический материал, В. Н. Мясищев психологически тонко и разносторонне проанализировал конкретные разновидности формирования человеческого характера, постоянно сопрягая обнаруживающиеся в них различия с действием политических, экономических, идеологических, общекультурных, национальных и иных факторов, которые всегда проецируются на конкретные условия повседневного, будничного бытия человека, опосредованно определяя становление его характера.

Представляя психологические отношения человека как целостную систему индивидуальных избирательных, сознательных связей личности с различными сторонами действительности, В. Н. Мясищев очень настойчиво подчеркивал их громадное значение для проявления и развития способностей человека — тех характеристик его индивидуальности, от которых зависит успех при выполнении им многочисленных видов деятельности, участником которых он является — игры, учения, труда, направленного на создание новых технических устройств, произведений искусства, на открытия в науке. В связи с этим он всесторонне проанализировал зависимости, которые связывают способности с потребностями человека, с его склонностями, с качествами, которые доминируют в его характере. [О сущности вклада В. Н. Мясищева в освещение проблем характера и способностей см. в написанных им главах двухтомного труда «Психические особенности человека», созданного им в сотрудничестве с А. Г. Ковалевым (первый том «Характер» вышел в свет в 1957 г., второй — «Способности» — в 1960 г.).]

Не умаляя роли природных задатков и других наследственно обусловленных качеств человека в том, чтобы его способности «состоялись», В. Н. Мясищев постоянно показывал значение благоприятной психологической атмосферы, учета при организации жизнедеятельности человека наиболее подходящих для развития его способностей сенситивных периодов, создания условий для настоящего творчества.

Как уже говорилось выше, В. Н. Мясищев был не только психолог, но и психиатр и психотерапевт.

Основные положения концепции В. Н. Мясищева о личности и связи ее нарушенных отношений с отклонениями в состояниях этой личности изложены в монографии «Личность и неврозы» (1960), переведенной на ряд иностранных языков и не потерявшей ценности до настоящего времени.

Через всю эту монографию красной нитью проходит мысль: объектом психофизиологического, невро-психиатрического, психосоматического, медико-психологического и медико-педагогического исследования, а также психокоррекционного, психотерапевтического, лечебно-восстановительного и воспитательного воздействия является лишь целостный человек и прежде всего личность, понимаемая как «ансамбль отношений».

Одной из важнейших проблем, над которой В. Н. Мясищев работал в последние десятилетия своего творческого пути, являлась проблема нормы и патологии. Нет необходимости говорить о сложности этой проблемы и о том, что до настоящего времени она не решена. В существующей литературе вопросы, связанные с разграничением нормы и патологии, и даже сами понятия «психическая норма» и «психическая патология» не получили достаточно продуктивного освещения. Одна из самых больших сложностей в разрешении этой проблемы заключается в том, что организм и личность в своем многообразии проявлений и характеристик развиваются гетерохронно. Это обусловливает неодинаковую зрелость отдельных подсистем организма человека и неодинаковый функциональный уровень развития подсистем в психической системе человека на каждом возрастном этапе. Наиболее остра проблема нормы и патологии в пограничных дисциплинах, к которым относится и медицинская психология. Медицинскому психологу приходится иметь дело не только с лицами, имеющими явные отклонения в психической деятельности, но и с людьми практически здоровыми, но имеющими ту или иную форму скрытой, скрываемой, а иногда даже и заметной, но не влияющей на трудовую деятельность патологии. Особенно сложным является решение вопроса о состоянии психического здоровья человека, когда имеют место компенсированные, стертые, латентно протекающие формы пограничной психической патологии, состояния, характеризующиеся такими отклонениями, которые не замечаются «невооруженным» глазом и могут быть диагностированы лишь при применении специальных, тонких, сенсибилизированных методов психологического исследования. Эта проблема важна и потому, что очень большое количество (если не все) форм не только психических, но и соматических заболеваний проходит в своем развитии на начальных этапах, не замечаемые врачами, так называемые доклинические стадии заболевания. В этой связи уместно привести замечание Б. Г. Ананьева — сотоварища В. Н. Мясищева по научной школе В. М. Бехтерева — о том, что только уточненная, высокочувствительная психологическая диагностика может выявить те патопсихологические симптомы, которые в самом начале заболевания не могут быть замечены клиницистами. Следует подчеркнуть, что Б. Г. Ананьев, делая это замечание, основывался на предположении о том, что в аномальных условиях жизни и деятельности индивида самые первые признаки нарушения здоровья следует ожидать со стороны наиболее сенситивной и наиболее тонко реагирующей на изменения внешних условий системы — со стороны психики человека. В. Н. Мясищев не только полностью разделял эту точку зрения, но и всячески побуждал своих учеников разрабатывать методы сверхранней диагностики психических отклонений.

И сам он в такой важный раздел психологии, как психодиагностика, внес очень заметный вклад. Помимо вышеуказанных принципиальных положений о значении психодиагностики в решении вопросов отграничения нормы и патологии В. Н. Мясищев много и плодотворно работал над созданием методического инструментария, который необходим для конкретных общепсихологических и медико-психологических обследований.

В конце 50-х — начале 60-х гг. В. Н. Мясищев один из первых в отечественной психологии ввел в практику повседневной научно-исследовательской психодиагностической работы использование новых методов изучения личности, в том числе и тех, которые были разработаны за рубежом. В. Н. Мясищев не только допускал применение зарубежных методик, но в ряде случаев считал их использование необходимым. Отношение В. Н. Мясищева к экспериментально-психологическому исследованию строилось с учетом понимания имеющихся возможностей и ограничений применения различных методов, особенно тогда, когда в одном случае речь шла о здоровом, а в другом — о больном человеке. В. Н. Мясищев строго предостерегал от произвольного и не всегда правомерного перенесения методов общей психологии на исследование больных, и наоборот. Он также категорически возражал против того, чтобы экспериментально-психологическое обследование личности проводилось людьми, не имеющими глубокой теоретической профессиональной подготовки по психологии, а интерпретация результатов осуществлялась специалистами, не владеющими научными знаниями о человеке как индивиде, субъекте деятельности, личности, индивидуальности. Наибольшее же значение, приоритет в изучении личности В. Н. Мясищев отдавал мастерству психолога в использовании им биографического, анамнестического и социально-клинического исследования, а также умелому применению метода наблюдения за поведением этой личности. Он настойчиво подчеркивал, что при профессиональных попытках проникнуть в индивидуально неповторимое своеобразие той или иной личности как тестовые, так и объективные психофизиологические методики являются лишь дополнением к методам психобиографии, анамнеза и наблюдения. И сам он как врач-психиатр, как психолог, как психотерапевт блестяще владел всеми этими методами. Ему был органически присущ редко встречаемый глубокий и постоянно проявляющийся интерес не вообще к человечеству, а к каждому конкретному человеку, с которым сводила его жизнь. И он чувствовал его бытие столь же сильно, как бытие собственного «Я». Он умел смотреть на мир не только собственными глазами, но и глазами этого человека, безошибочно определял, какое отношение вызвал у него к себе. А так как В. Н. Мясищев исходил всегда из гуманистической установки помощи людям, он, неся в себе уникальный склад теоретика-человековеда и крупного практика, постоянно удивительно успешно помогал всем обращавшимся к нему со своими сокровенными проблемами людям — больным неврозами, супругам, запутавшимся в своих семейных делах, казалось, безнадежно одиноким людям, испытывающим травмирующие их трудности в общении, не верящим в свои способности молодым и старым профессионалам и просто всем своим коллегам, когда замечал, что им трудно. При этом он проявлял себя непревзойденным мастером межличностного диалога, дающего психотерапевтический эффект. Он умел, завязав, что называется, «на равных» предельно искреннюю беседу с другим человеком, заставить зазвучать в нем мотивы, которые делают его сильнее и, наоборот, ослабить или совершенно затормозить в нем отношения, которые ослабляют у него волю, побуждают видеть в искаженном свете действительность и себя в ней, вызывают непоследовательность в поведении.

Возглавляя более 20 лет Ленинградский научно-исследовательский психоневрологический институт им. В. М. Бехтерева, заведуя долгое время кафедрой психологии в Ленинградском университете и знакомя через свои лекционные курсы вступающую в большую науку молодежь с закономерностями и механизмами формирования и развития таких сложных психических образований, как личность и ее отношения, как характер и способности, В. Н. Мясищев не только глубоко понимал, что усиление психологической грамотности всех слоев населения нашей страны — одно из условий гармонизации взаимоотношений между людьми, снижения конфликтности и напряженности при их взаимодействии, но и постоянно работал над тем, чтобы психология как наука в своем развитии не стояла на месте, а все более эффективно проникала в еще не познанные глубины внутреннего мира человека.

Этот труд В. Н. Мясищева, прерванный его кончиной 4 октября 1973 года, сейчас успешно продолжают его многочисленные ученики и последователи из созданной им научной школы.


^ А. А. Бодалев


Основные проблемы и современное состояние психологии отношений человека


Методическим принципом изучения мертвой и живой природы является изучение ее объектов в процессе их взаимоотношения с окружающим миром. Естественно, что и человек в его свойствах и возможностях познается в соотношении с объективной действительностью.

Сложнейшие и наиболее динамические отношения человека к окружающему миру выражаются в его психической деятельности. Объективное психологическое исследование требует поэтому изучения соотношений человека с окружающей действительностью. У человека в силу общественно-трудовой истории развития, в отличие от животных, соотношения с окружающим имеют особый характер. В соотношении с окружающим человек выступает в роли субъекта-деятеля, сознательно преобразующего действительность. Изучение человека в его соотношении с окружающим выявляет эти особые качества и позволяет при объективном изучении человека раскрыть его внутренний мир.

Нельзя не указать, что понятие соотношение имеет в виду такую связь, в которой не выступает различие роли двух объектов связи. Понятие же отношения, строго говоря, возникает там, где есть субъект и объект отношения. Именно у человека такой характер связи выступает с полной отчетливостью. Сознательное отношение представляет собой лишь высший уровень отношения к действительности, и в самом осознании этого отношения существует ряд ступеней, проходимых человеком в процессе развития. Изучая человека с позиции его отношений, мы устанавливаем его содержательные связи с окружающей общественной действительностью. Нельзя относиться вообще. Отношения обязывают к рассмотрению их объектов.

Являясь продуктом природного и общественно-исторического развития человека, его отношения к действительности требуют не только психологической характеристики, но и физиологического и общественно-исторического объяснения. Природная основа этих отношений объясняется сравнительной биологией, физиологией и особенно учением И. П. Павлова о высшей нервной деятельности. Основой общественно-исторического понимания отношений человека являются исторический материализм и освещаемые им факты и положения общей истории развития человечества, истории культуры и научной антропологии.

Психологические отношения человека в развитом виде представляют целостную систему индивидуальных, избирательных, сознательных связей личности с различными сторонами объективной действительности. Эта система вытекает из всей истории развития человека, она выражает его личный опыт и внутренне определяет его действия, его переживания. Мы говорим «целостную», потому что относится к действительности человек в целом. Мы говорим о «системе связей» потому, что предмет или лицо, к которому относится человек, представляет не раздражитель и даже не совокупность раздражителей, а их системное единство, так же как и действие человека не представляет собой совокупность мышечных сокращений, а является их синтезом (по одновременности или последовательности). Отношения связывают человека не столько с внешними сторонами вещей, сколько с самим предметом в целом, хотя в отношении к предмету или лицу могут выявляться разные стороны в связи с разными сторонами, например, отрицательными и положительными свойствами объекта. Так как свойства объекта существуют для всех, а действия и переживания, вызываемые объектом у разных людей, избирательны и различны, то очевидно, что источник особенностей переживания и действия лежит в индивиде, в человеке как субъекте отношений, в связи с особенностью его индивидуального опыта. Существенным и характерным является индивидуально избирательный характер связей.

Учитывая огромную и решающую роль индивидуального опыта в развитии деятельности и отношений человека, нельзя не подчеркнуть в то же время, что отношения человека обусловлены общественно-историческим опытом, который является основой богатейшего внутреннего мира человека. Этот опыт, представляя систему временных связей человека, определяет и опосредствованный характер его реакций на воздействия окружающего мира и его как бы инициативное и самостоятельное поведение. Изучая деятельность человека, мы не должны забыть о человеке как о личности, а изучая личность, нельзя забывать о том, что изучать ее можно только в деятельности. Исследование деятельности представляет функциональный, или процессуальный, план. Изучение личности представляет собой потенциальный план анализа изучаемого.

Психическая жизнь человека представляет целое, в котором научный анализ выделяет отдельные стороны, аспекты рассмотрения. Такими основными сторонами психической жизни являются психические процессы, отношения, состояния и свойства личности. Не обсуждая детально этого вопроса, нельзя совершенно обойти его молчанием. Под процессом мы понимаем последовательность изменений психической деятельности при том или ином виде взаимодействия человека с миром, начиная от деятельности мышления и кончая двигательными реакциями. Под состоянием мы понимаем общий функциональный уровень, на фоне которого развивается процесс. Состояние может быть возбужденное, подавленное, вялое, деятельное, утомленное и т.п. Крайние изменения этого фона выступают в их важной роли в психиатрической клинике как самостоятельный предмет исследования, например, когда говорят о маниакальном, депрессивном, оглушенном, спутанном и тому подобных состояниях. Но из приведенных примеров нормальных состояний достаточно ясно их значение и в границах нормальной психической деятельности. Определение отношения дано выше. Различие этих трех психологических понятий существенно не только с эмпирической, но и с логической стороны. Они освещают три основных момента в характеристике деятельности человека: процесс деятельности всегда развивается на определенном функционально-динамическом фоне состояния и по уровню своей активности определяется отношением к объекту как к задаче или цели деятельности. В жизни эти моменты выступают в единстве; в теоретическом исследовании мы их условно разделяем, но никогда не должны забывать об их связи.

Вопрос о свойствах ставился в психологии обычно в плане свойств характера или личности. Так вопрос, конечно, должен ставиться, но нужно указать, что свойства обнаруживаются и в процессах, и в отношениях, и в состояниях человека. Поэтому в вопросе о свойстве личности пересекаются разные планы психологических категорий. Так, свойство устойчивости — неустойчивости относится к отношениям, к состояниям, к характеру деятельности. Свойства отношений, состояний и деятельности выступают как свойства личности. Это, с одной стороны, подчеркивает центральный характер понятия личности, а с другой стороны, требует, чтобы понятие психологических свойств применялось с достаточной точностью и определенностью.


К вопросу о видах отношений


Существуют различные виды отношений, вернее, стороны единого предметного отношения, определяемые многосторонней возможной реакцией человека и многосторонностью объектов.

Отношение как связь субъекта с объектом едино, но в многообразии отношений выступают то более, то менее отчетливо отдельные компоненты, которые можно назвать частичными отношениями, или сторонами отношения, или видами его. Эти стороны тесно связаны с характером жизненного взаимодействия, включающего различнейшие моменты от обмена веществ до идейного общения.

Основные стороны отношения глубоко коренятся в филогенетическом и историческом прошлом человека. Они прежде всего различаются положительным и отрицательным характером активных реакций человека, представляющим основу избирательной объективной направленности его психической активности. От самого простого положительного или отрицательного хемотаксиса через инстинкты до сложных влечений и потребностей человека мы устанавливаем качественное многообразие этих жизненных тенденций. В этом ряде эволюционных ступеней советская психология подчеркивает их качественное различие и общественно-историческую, а не просто биологическую природу потребностей человека.

Потребности представляют одну сторону основного отношения. Скорее всего ее можно определить как конативную (от латинского слова «conare» — стремиться, домогаться) тенденцию овладения.

Понятие потребности давно существует и имеет, как известно, значение не только для психологии. Мы относим это понятие к отношениям потому, что основными, так сказать, конституирующими компонентами этого понятия являются: а) субъект, испытывающий потребность, б) объект потребности, в) своеобразная связь между субъектом и объектом, имеющая определенную функциональную нейродинамическую структуру, проявляющуюся в переживании тяготения к объекту и в активной устремленности к овладению им.

Как известно, потребности одними авторами рассматривались как самостоятельная категория, другими относились к волевым проявлениям, третьими включались в систему характеристики личности. Все это имело частичное основание, но наиболее правильно рассматривать потребности в системе отношений к действительности.

На ранних (примитивных) стадиях развития отношения носят еще недифференцированный характер. В процессе развития на уровне еще не сознаваемых отношений высокоорганизованного животного (собака, обезьяна) вычленяется вторая сторона эмоционально-волевого отношения — эмоциональное отношение. У человека оно проявляется в привязанности, любви, симпатии и их противоположностях — неприязни, вражде, антипатии.

Эмоциональная сторона отношения, наиболее ярким примером которой является любовь и вражда, относилась в психологии к категории чувств. Однако надо учесть, что область чувств (или эмоций) охватывает три разнородных группы явлений — эмоциональные реакции, эмоциональные состояния и эмоциональные отношения. Последние и представляют в значительной степени то, что называется обычно чувством, но это до сих пор еще не уяснено и генетически достаточно не освещается.

Наиболее отчетливое выражение эмоциональная реакция имеет в аффектах гнева, страха, тоски. Физиологической базой эмоций является деятельность подкорковой области, физиологической же основой чувств — корковые процессы. Понятно, что эта идея подлежит дальнейшей разработке. К примеру, так называемые высшие чувства: интеллектуальные, эстетические и моральные. Очевидно, назвать их просто эмоциями в смысле гнева или страха или просто чувствами подобно чувству удовлетворения или неудовлетворения было бы значительным упрощением этих сложных богатых и содержательных психических фактов. Очевидно, вместе с тем, что дружба и любовь или неприязнь и ненависть не могут быть отнесены к вышеуказанным двум группам явлений. Хотя в житейской речи чувством называют и состояние удовольствия и неудовольствия и вместе с тем отношения любви и вражды, но это лишь житейски неразборчивое словоупотребление, путающее разные понятия. Вместе с тем это житейское выражение не случайно: оно объединяет разные факты по общему им обоим категориальному признаку эмоциональной компоненты. Старое психологическое деление (так называемая триада Тетенса) утверждало самостоятельность трех основных сторон, или элементов, душевной деятельности — ума, чувства и воли. Отрицание этой триады с позиции целостности, однако, не исключало фактического наличия трех аспектов — познавательного, волевого и эмоционального. Поэтому в каждом психологическом факте в той или иной степени включены эти три стороны, три аспекта, или три компонента, а в различных видах процессов психической деятельности, состояний и отношений они выступают различно. Выпадение каких-либо звеньев в этой структуре придает психической деятельности патологический характер — такова слепая ярость и слепая страсть, лишенные разума, такова же патологическая эмоциональная тупость или бездейственно-абулическое мышление. Ошибка гештальтистов заключается не в принципе структурного и целостного изучения, но в одностороннем отрицании роли анализа и в формализме.

Соответственно только что сказанному одной из важных проблем психологии вообще, и психологии отношений, в частности, является дальнейшая разработка системы понятий и вопросов структуры в области психических образований, в частности, в области отношений.

Ряд отношений выступает у человека как относительно самостоятельные образования. Сюда прежде всего следует отнести интересы, оценки и убеждения.

Рассматривая интерес как особый вид отношения, мы подвергли вопрос о нем специальной разработке в исследовании нашего сотрудника В. Г. Иванова (1956а, 1956б), изучавшего интересы учащихся с позиций отношений, осветившего генез интересов и давшего некоторую их систематизацию. В последнее время некоторые авторы преодолели односторонний функциональный характер понимания интереса и начали с успехом рассматривать его как отношение (Теплов Б. М., 1948; Иванов П. И., 1954; Архипов А. П., 1958). В ряде работ вопросы интереса стоят в тесной связи с проблемой мотивации поведения (Леонтьев А. Н., 1945, 1947; Божович Л. И., 1951 а, б).

В работе В. Г. Иванова проблема инте