Реферат: Сдавних времен охота являлась основным занятием многих народов и племен, населявших бескрайние пространства северных лесов

Введение
С давних времен охота являлась основным занятием многих народов и племен, населявших бескрайние пространства северных лесов. Незаменимыми помощниками охотников были северные остроухие собаки, с которыми охотились на многие виды зверей и птиц. Этих собак в нашей стране сравнительно недавно стали называть лайками, так как еще во второй половине XIX в. охотники центральных районов России ничего не знали о породах лаек, выведенных народами Севера. Об этих собаках нет упоминания даже в «Словаре ружейной охоты» С. И. Романова, изданном в 1877 г., хотя о сеттерах и других зарубежных породах написано подробно. Очевидно, «интеллигентных охотников» России не интересовали «мужицкие» собаки. Да и сельские охотники таежных районов, по-видимому, не называли своих промысловых собак лайками. Для них это были просто собаки для охоты на белку, на птицу или на крупного зверя. Видимо, по этой же причине замечательный охотник-натуралист А. А. Черкасов [102], хорошо знавший охоту в Восточной Сибири, не называл лайками сибирских охотничьих собак и не относил их к какой-нибудь породе. В своей прекрасной книге «Записки охотника Восточной Сибири» он писал, что охотничьи сибирские собаки не составляют отдельной породы среди обыкновенных дворовых собак: по виду и происхождению они совершенно одинаковы.

Лишь с конца прошлого столетия лайками, которых тогда еще нередко называли северными собаками, стали интересоваться отдельные охотники и любители. С этого же времени началось их изучение в нашей стране. Немало в этом направлении сделали известные кинологи того времени А. Ширинский-Шихматов и М. Дмитриева-Сулима. Во многом благодаря их трудам за остроухими собаками Севера утвердилось название лайки. Кинологи показали, что лайки — широко распространенная и многочисленная группа охотничьих собак, выведенных народами Севера и Сибири, что существует много разновидностей лаек, отличающихся не только внешними признаками, но и другими особенностями. Отмечая выдающиеся охотничьи свойства лаек и предсказывая им большое будущее, они с тревогой отмечали, что в ряде мест лайки начали исчезать, поэтому призывали разводить этих собак и вести с ними племенную работу. Но в тех условиях эти призывы не могли привести к существенным практическим результатам по разведению и совершенствованию пород лаек. Интерес к этим собакам еще только зарождался. Большинство же охотников смотрели на лаек как на беспородных дворняжек.

Только после Великой Октябрьской социалистической революции охотничья общественность и ученые обратили серьезное внимание на лаек. Их начали разводить заводскими методами, появились питомники лаек, были созданы новые породы, выросло их поголовье. В наше время среди многих пород охотничьих собак, которых разводят и используют на охоте, лайкам по праву принадлежит первое место. Они многочисленнее других пород, а их хозяйственное значение огромно. Особенно велика роль лаек в охотничьем промысле таежных районов европейского-Севера, Сибири и Дальнего Востока, где с помощью этих замечательных собак добывают пушных зверей, копытных, промысловых птиц.

В прошлом, когда охотничий промысел являлся основой существования многих народов Севера и Сибири, лайки ценились очень высоко. Иногда значение лаек оценивалось мерой благосостояния целой семьи. В конце прошлого столетия, по свидетельству М. Дмитриевой-Сулимы [31], выдающиеся лайки стоили очень дорого, цена за них достигала 400 р. По тем временам это были очень большие деньги.

Не утратили своего значения лайки и в настоящее время. Достаточно отметить, что в большинстве таежных районов заготавливают от 70 до 100 % шкурок белки, от 50 до 98 % шкурок соболей и многих других пушных зверьков, добытых с помощью этих собак.

Исчезновение в большинстве промысловых районов самоловных способов добычи белки, наличие огромного числа охотников-любителей и, главное, возможность использования лаек для самых разнообразных охот обусловили их широкое распространение и большой спрос на них. Действительно, по широте использования при добыче диких животных лайки не имеют себе равных и, как никакая другая порода охотничьих собак, они приспособлены для охоты на многие виды промысловых зверей и птиц. С открытием летней охоты по перу лайки разыскивают и выпугивают под выстрел тетеревов и уток, затаившихся в зарослях травы и кустарников; вытаскивают из воды и подносят хозяину сбитую дичь; облаивают глухарей, взлетевших на деревья, давая возможность подойти на выстрел. Осенью и зимой они разыскивают на деревьях и облаивают белок и куниц; преследуют и загоняют в убежища соболей и колонков, звонким лаем указывая их местонахождение; разыскивают жилые норы и вытаскивают из них енотовидных собак; останавливают лося и кабана, а иногда и грозного медведя. В связи с этим не случайно лаек считают наиболее универсальными охотничьими собаками.

У лаек есть и еще ряд ценных качеств, способствующих привязанности человека к этим собакам. Породные лайки по-своему очень красивы, их красота доставляет эстетическое удовлетворение и любителям-лайчатникам и даже людям, мало сведущим в породах собак. Они обладают не только высокими охотничьими качествами, но и проявляют большую привязанность и любовь к хозяину. Как правило, у них нет злобности к человеку. Эти собаки не прожорливы, не требовательны к условиям содержания. Они чистоплотны, дисциплинированны, сообразительны и умны. Конечно, все эти свойства наиболее полно проявляются, если владелец любит собак и обращается с ними со знанием дела.

Лайкам свойственны и некоторые недостатки, нежелательные в определенных условиях. При содержании в городе одним из серьезных недостатков является их большая самостоятельность, так необходимая при работе собаки в лесу. Во время прогулок без поводка они слишком далеко отбегают от хозяина, стремятся к знакомству с другими собаками, преследуют кошек и часто пропадают или гибнут под колесами транспорта.

Ценные качества этих замечательных собак послужили причиной того, что все большее число охотников стараются приобрести лаек не только в районах их коренного распространения, но и далеко за их пределами. В последние годы лайки успешно применяются на охоте в Прибалтике, Белоруссии, Крыму, на Кавказе, в Средней Азии, где этих собак прежде никогда не разводили.

Достать хорошую породную лайку трудно. В большинстве районов, где они были распространены, поголовье их сильно ухудшилось ,в результате метизации с собаками иных пород или беспородными. В ряде таежных районов местные лайки исчезли, и многие охотники, особенно промысловики, вынуждены охотиться с различными помесями. Применение малопородных собак на охоте снижает добычливость и, следовательно, заработок охотника. Лишь в некоторых отдаленных районах Сибири сохранились очаги типичных, с хорошими рабочими качествами местных лаек.

Совсем недавно, 25—30 лет назад, городские охотники-любители вывозили значительное количество лаек из промысловых районов. В настоящее время многие охотники-промысловики стремятся приобрести породных лаек либо из питомников, либо у отдельных заводчиков, проживающих в городах. За последние годы в результате серьезной племенной работы питомники и собаководы-любители нашей страны добились значительных успехов в заводском разведении породных лаек с высокими охотничьими свойствами. В Москве, Ленинграде, Свердловске, Кирове, Новосибирске, Калинине, Ярославле, Горьком, Перми и других городах имеется значительное племенное поголовье. Из этих городов в основном и поступает породный молодняк к охотникам-любителям и промысловикам сельских районов.

В последние годы особый интерес к лайкам проявляют охотники-любители благодаря возможности охотиться на многие виды охотничьих животных летом, осенью и зимой. Однако, стремясь приобрести щенков от родителей известного происхождения, имеющих выдающийся экстерьер и хорошие охотничьи качества, охотники нередко не учитывают возможности и особенности охотничьих свойств той или иной заводской породы и свои собственные возможности в смысле содержания собаки и охоты с нею (прежде всего это относится к владельцам, живущим в городе). Нередко бывает, что неумелое выращивание и воспитание породных щенков приводит к частичной либо к полной непригодности собак на охоте.
^ Происхождение лаек
Среди северных остроухих собак, которых иностранные кинологи обычно называют шпицеобразными, по характеру использования выделяют три группы пород: ездовые, оленегонные и охотничьи лайки. Для работы в упряжке, перевозки грузов и людей на Севере использовались многие породы собак, в том числе и лайки. Однако имеются и породы, специально предназначенные к тяжелой работе в упряжке. Распространены они на Арктическом побережье и по берегам крупных северных рек.

Для всех пород ездовых собак характерны прежде всего крепкий костяк и некоторая грубоватость, для большинства и крупный рост. На охоте их обычно не используют, но убегающего зверя, в том числе и могучего белого медведя, они стремятся преследовать.

Оленегонных лаек правильнее называть пастушьими собаками тундровой зоны. Их применяют для пастьбы северных оленей (исландская лайка используется для пастьбы овец). Обычно эти собаки ниже среднего роста с живым, мягким характером. Среди них встречаются отдельные особи, способные хорошо разыскивать и облаивать мелких пушных зверьков и глухарей. У большинства же охотничий инстинкт приглушен. У оленегонных лаек нет той неуемной страсти к охоте, которая свойственна охотничьим лайкам.

Охотничьи лайки сформировались в зоне тайги. Они применялись в основном для нахождения и добычи пушных зверей, пернатой дичи и крупного зверя. Их иногда запрягают в нарты для перевозки груза, но это не главная работа охотничьих лаек. В отличие от ездовых собак для «их характерно более легкое строение и благодаря этому способность к более быстрому бегу. От оленегонных лаек они отличаются высокоразвитым охотничьим инстинктом, от некоторых их пород иным строением шерстного покрова и другими особенностями экстерьера.

Эти близкие три группы пород северных собак постоянно смешивались на границах областей своего распространения. Однако различные условия существования и жесткий направленный отбор, обусловленный требованиями их использования, постоянно способствовали становлению местных отродий, четко отличающихся внешним видом и рабочими качествами.

Северных остроухих собак иногда относят к примитивным породам древнего происхождения [90]. Но под примитивностью подразумевают не низкоорганизованные существа со слаборазвитой психической деятельностью, а близость этих пород к их диким предкам, так как исследованиями установлено, что строение черепа первых домашних собак имеет полное сходство с черепом лаек. Не только ученых, но и многих любознательных людей интересовал вопрос, от каких диких предков произошли домашние собаки, в том числе и лайки, как происходило одомашнивание собаки и какие факторы обусловили появление основных признаков, отличающих собаку от ее диких прародичей.

Известно, что внешне лайки нередко очень похожи на некоторых диких зверей — представителей семейства псовых. Крупные лайки серого окраса похожи на волка, некрупные белого и рыжего окраса — на песца и лисицу. Это внешнее сходство усиливается, если собака не держит хвост кольцом. И в конце прошлого века известные знатоки лаек А. Ширинский-Шихматов [111], M. Дмитриева-Сулима [31], охотовед Л. П. Сабанеев полагали, что, кроме волка, предками некоторых отродий лаек могли быть лисица и песец. Так, Л. П. Сабанеев, характеризуя лаек конца прошлого столетия, писал: «...Чистый волкообразный тип собак сохранился только в крайних северных местностях... все же остальные породы северных собак имеют большую или меньшую примесь других пород собак, а также, например в шпицах и шавках, вероятно, и кровь лисицы, а в самоедской, может быть, и песца» [87, с. 87]. Подобные предположения основывались лишь на внешнем сходстве, не были научно обоснованы. Собаки существенно отличаются от лисицы и песца не только различным строением ряда органов, но и биологией размножения.

Высказано несколько научных гипотез о происхождении домашних собак. В соответствии с одной из них предком домашней собаки была гипотетическая «дикая собака» (Canis ferrus), но ее остатки не найдены в отложениях. Предполагалось также, что предком собаки был динго. Однако, по мнению большинства ученых, динго представляет форму, появившуюся в результате вторичного одичания домашних собак. Большинство ученых, в том числе Ж. Сент-Иллер, Ч. Дарвин, академик Д. Н. Анучин, придерживались полифилетической теории происхождения домашних собак, т. е. происхождения от многих видов диких предков. Один из сторонников этой теории, проф. Е. А. Богданов [10] утверждал в начале XX в., что собака произошла не от одного дикого вида и даже не от двух, а от нескольких. По мнению этого ученого, борзые происходили от абиссинского волка (в соответствии с современной систематикой — от эфиопского шакала Canis simensis), догообразные собаки —от.тибетского волка, группа овчарок —от индийского волка, шпицы, пинчеры и терьеры —от обыкновенного шакала и т. п. В 30-х годах текущего столетия убежденным сторонником полифилетической теории был проф. Н. А. Смирнов [90], изучавший лаек. Такой взгляд на происхождение домашних собак утвердился в результате изучения костных остатков и черепов ископаемых собак.

По данным археологических раскопок ученые установили, что в каменном веке, когда произошло одомашнивание собаки, существовали три типа собак. Один из них носил название торфяной собаки. Черепа и другие остатки скелета этих собак были найдены в Западной Европе, в ряде областей европейской части СССР, на юге Сибири. Размерами и формами череп торфяной собаки очень походил на череп шакала (Canis anreus). Для него характерны небольшие размеры, крутой переход от лобной части к лицевой, слабо выраженный затылочный бугор. Лицевая часть короткая и тонкая. Большое сходство в строении черепов и сходная биология размножения домашних собак и шакала послужили основанием считать шакала предком торфяной собаки, а в конечном итоге и предком ряда пород домашних собак, в частности таких, как шпицы, ненецкая и лопарская оленегонные, финская и карело-финская лайки и др.

Два других типа собак каменного века (собака Иностранцева и собака Путятина) сильно отличались от торфяной собаки крупными черепами и сильными челюстями, хорошо развитыми скуловыми дугами и затылочным гребнем, с более плоским лбом и менее выраженным переходом от лба к морде. По размерам и строению черепа этих собак имели сходство с черепом волка, которого считают прямым предком собак Иностранцев а и Путятина. К потомкам собаки Иностранцева и собаки Путятина некоторые ученые относят ездовых собак, овчарок, лаек Сибири, догов и ряд других пород.

Еще недавно широко распространенное мнение о полифилетическом происхождении домашней собаки — от волка и от разных видов шакалов — в последние годы отвергается почти всеми учеными. Такой взгляд сложился с появлением новых данных, полученных в результате специально поставленных исследований, а также в связи с достижениями генетики и этологии (науки о поведении животных). Ученые Института по изучению домашних животных при Кильском университете (ФРГ), занимавшиеся проблемой происхождения домашних собак, провели широкие исследования по гибридизации домашних собак с рядом диких видов семейства псовых, а также по изучению полученных гибридов. Основываясь на результатах многочисленных опытов, они пришли к выводу, что волк и только волк был предком домашней собаки (фото 1). Что касается шакала, то он во многом так резко отличается от собак и волков, что

с уверенностью может быть исключен из списка предполагаемых прародителей [24]. Возможность происхождения собаки от волка подтверждается, как полагают другие ученые, и сходным диплоидным числом хромосом. Их у собаки и у волка 78, а у шакала 74 [23, 91].

Этологи установили также, что характерные черты поведения волков и домашних собак в большинстве случаев совпадают [69]. Волки, как и собаки, не только воют, но и лают, кружатся перед тем, как лечь, поднимают лапу при мочеиспускании и т. п. Тщательное изучение поведения шакалов показало, что у них значительно меньше общих черт с собакой. Шакалы, например, воют и лают совсем не так, как собаки и волки. В противоположность диким собакам и волкам шакалы не проявляют стремления объединяться в семейные группы и обычно живут парами.

По мнению ученых [11], одомашнивание собаки произошло в мезолите — эпохе, переходной от палеолита к неолиту, примерно 12—15 тыс. лет назад. В это время уже были изобретены лук и стрелы, что позволяло добывать животных с более дальнего, чем прежде, расстояния. Коллективная охота, характерная для палеолита, постепенно потеряла свое значение. Люди мезолита, зачастую в одиночку охотясь на разнообразных животных, отличались наблюдательностью и хорошо знали их повадки.

Процесс одомашнивания, очевидно, длился значительное время. На первых порах шло приручение диких предков собаки. Некоторые авторы предполагают, что приручение и одомашнивание собаки происходило на «добровольных началах». Считают, что дикие предки собаки держались вблизи стоянок первобытного человека и кормились остатками его пищи. Взамен они охраняли людей от врагов, предупреждая их о надвигавшейся опасности. Этого не могли не оценить люди и дружелюбно относились к присутствию этих хищников возле стойбища. В дальнейшем, чувствуя доброжелательность человека, дикие предки собаки начали помогать заганивать дичь вовремя охот. И, наконец, пришло время, когда дикий предок собаки перестал бояться человека, стал брать корм из рук и сделался его верным спутником. Примерно такую картину одомашнивания собаки рисует известный этолог К. Лоренц [62]. По сообщению С. Н. Боголюбского [11], аналогичную картину общения с собаками можно наблюдать у австралийцев. В Австралии динго живут как дикие звери, подобно волкам. Но есть и полуприрученные, живущие в стоянках австралийцев. Они свободно бегают по стоянке и окрестностям. Если их плохо кормят, они дичают или уходят к другим хозяевам.

Более вероятен другой путь одомашнивания собаки. Различные исследователи сообщают, что многие народы, находящиеся на низкой ступени развития, любят приручать диких животных. Чаще всего для этого берут детенышей, которых ловят во время охот или находят в логовах. Выкормленные человеком детеныши многих видов диких животных легко приручаются. Некоторые из них становятся не только ручными, т. е. не боятся человека, берут корм из его рук, подходят на зов, но и способны выполнять ряд работ, нужных человеку.

Несомненно, еще в глубокой древности человек находил логова волков и забирал из них волчат так же, как это нередко бывает и в наши дни. Часть пойманных волчат, очевидно, не уничтожалась. Их могли содержать для забавы детям или в качестве резерва пищи.

Волки, как известно, высокоорганизованные и очень сообразительные животные. Некоторые из выращенных и прирученных волков могли проявлять сильную привязанность к человеку. Первобытные люди отличались большой наблюдательностью и восприимчивостью, о чем свидетельствуют изображения охот и животных, выполненные художниками каменного века. Да иначе и не могло быть, так как их наглядно учили суровый повседневный опыт и голод. Человек не мог не заметить полезных качеств прирученных волков и стремился использовать их в своих целях. Основные заботы первобытных людей были связаны с добыванием пищи и стремлением не быть захваченными врасплох неожиданным нападением врагов. И прирученные волки, несомненно, оказывали людям большую помощь во время охоты и в качестве сторожей. Доказательством такого использования волков в те давние времена могут служить не такие уж редкие случаи применения их для подобных целей и в наше время.

К сожалению, они не объясняют, каким образом волк превратился в домашнюю собаку. Прирученный волк, как бы он ни был предан человеку, остается волком. Домашние же собаки, в том числе и очень похожие на волка лайки, отличаются от своего дикого предка рядом важных признаков. Эти различия проявляются в размерах и формах тела, окраске, форме ушей, в манере носить хвост и т. п. Но, пожалуй, главное отличие заключается в утрате собаками строгой сезонности размножения и линьки. Собаки размножаются в любое время года, волки же лишь в определенный сезон. Как известно, сезонная жизнедеятельность у диких животных строго наследуется, а система размножения к тому же очень консервативна, от изменений она защищена генетически (что и гарантирует виду сохранение его «собственного лица»), и преодолеть эту защиту непросто.

Для того чтобы понять, каким образом происходили изменения, превратившие волка в домашнюю собаку, уместно в общих чертах ознакомиться с исследованиями, проведенными учеными Института цитологии и генетики Сибирского отделения Академии наук СССР на серебристо-черных лисицах. Серебристо-черные лисицы, несмотря на то, что челове


^ Лайки СССР
У всех лаек много общего в их внешнем облике, однако в разных местах своего распространения они отличаются размерами, окрасом, некоторыми особенностями телосложения, характером поведения и др. Эти различия возникли в процессе длительного развития собаководства на Севере, где в разных местах на формирование поголовья лаек влияли определенная специализация охоты, обусловленная видовыми особенностями местной фауны, неодинаковыми физико-географическими условиями, традициями и обычаями народов, занимавшихся охотой. Так, тип мелкой, легкой финской лайки, прекрасно работающей по боровой дичи и мелким пушным зверям в чистых сосновых борах европейского Севера, не мог сформироваться в районах Сибири и Дальнего Востока, где леса захламлены колодником и в напочвенном покрове встречаются высокие травянистые заросли. Для успешной охоты за соболем и копытными в таких условиях лайка финского типа непригодна. Здесь требуется более крепкая и выносливая собака, способная к длительному преследованию зверя в тяжелых условиях горной тайги. На Дальнем Востоке, в Приамурье, где лаек использовали не только для охоты, но и подпрягали в нарту, которую собака и охотник тащили во время захода в охотничьи угодья или выхода из них домой, лайки отличались крупным ростом, крепким костяком и растянутым форматом.

Различные природные условия, неодинаковый характер работы и особенно разные обычаи и традиции местного населения служили причиной появления многих отродий лаек. Это было отмечено отечественными и скандинавскими кинологами. Так, норвежский кинолог Берггров [117] сообщает, что в XIX в. в Скандинавских странах почти каждый район имел свою «породу» собак. В Скандинавии в то время говорили о намдальской, каликской, емтландской, эстердальской и других «породах» лаек. А. Ширинский-Шихматов [111] писал, что разновидностей лаек существует столько же, сколько существует народов на Севере, причем эти разновидности, по его мнению, настолько резко отличаются внешними признаками одна от другой, обладают настолько установившимися присущими им особенностями, что деление их не может вызвать споров и разногласий. А. Ширинский-Шихматов выделял зырянскую, карельскую, черемисскую, марийскую, вогульскую (мансийскую), остякскую (хантейскую), тунгусскую (эвенкийскую), вотяцкую (удмуртскую) , ламутскую и некоторые другие разновидности лаек, классифицируя их по этнографическому признаку.

Имевшиеся разновидности лаек иногда называли породами, что не всегда было оправдано. Каждая из разновидностей лишь в центральной части области своего распространения представляла более или менее константный, устойчивый тип, хотя и здесь нередко наблюдалась значительная разнотипность собак, проявлявшаяся в окрасе, размерах, формах головы и т. п. На границах же распространения местных пород постоянно шла метизация лаек. Вследствие этого местные разновидности лаек, занимавшие небольшую область распространения, часто меняли свой тип, если он возникал, или, просуществовав некоторое время, исчезал. Например, трудно представить, какие характерные признаки имелись у таких отродий лаек, как галицкая, олонецкая, кеврольская и некоторые другие, о которых упоминает А. Ширинский-Шихматов. Возможно, таких пород вообще не было или они существовали недолго и исчезли еще задолго до Великой Октябрьской социалистической революции.

Лайки с их характерными внешними формами в течение многих столетий были обычными дворовыми собаками охотничьего населения таежных районов. Несмотря на вольное содержание, они сохраняли свой тип и высокие охотничьи качества. Этому способствовали не только жесткий отбор, но также географическая и хозяйственная изоляция таежных районов.

С развитием производительных сил началось освоение природных богатств Севера и Сибири. Таежные районы стали заселять русские поселенцы, привозившие с собой различных собак. В результате беспривязного содержания собак началась метизация, засорение и в ряде мест исчезновение местных лаек. Уже к концу прошлого столетия, по свидетельству М. Дмитриевой-Сулимы [31], во многих районах европейской части России местные лайки либо исчезали, либо перемешивались друг с другом и с привозными собаками. Подобное явление отмечалось и в некоторых районах Сибири.

После Великой Октябрьской социалистической революции сильно изменились условия жизни и быт народов Севера. Во многих, прежде глухих, районах быстрыми темпами стала развиваться промышленность и промысловая охота потеряла свое значение. Рабочие, приезжавшие на новые промышленные объекты, завозили большое количество собак разных пород, что приводило к еще большей метизации, засорению и в конечном итоге исчезновению местных лаек на обширных территориях во многих регионах страны.

Со второй половины 20-х годов охотничьими лайками стали интересоваться широкие круги охотников, кинологи, охотоведы. Началось заводское разведение лаек. Кинологический съезд утвердил первые стандарты зырянской, карельской, вогульской, остяцкой, вотской (вотяцкой) пород лаек («Стандарты промыслово-охотничьих собак», 1925). Первая Всесоюзная выставка охотничьих собак, проведенная в 1928 г., показала большую популярность лаек у охотников. На выставке лайки были представлены очень широко. Особенно хороших лаек привезли уральские охотники [89].

Заводское разведение и изучение лаек послужили толчком к попыткам создания их породной классификации. Один из известных специалистов, проф. Н. А. Смирнов [90], основываясь на господствовавших в те годы представлениях о полифилетическом происхождении собак, в предложенной им схеме классификации выделил два основных типа лаек: волкообразный и шакалообразный. К волнообразному типу он отнес ездовых собак и зверовых лаек, к шакалообразному — оленегонных и промысловых (лаек, работающих по птице и мелким пушным зверям). Эта классификация не получила признания, хотя некоторые кинологи пытались ею пользоваться [82, 13]. В результате дальнейшего изучения собак было установлено, что большинство лаек принадлежат к смешанному типу, т. е. имеют морфологические признаки и волкообразного и шакалообразного типов. Деление же лаек на зверовых и промысловых было в значительной мере условным. Как среди зверовых встречалось немало собак, хорошо работавших по птице и мелким пушным зверям, так и среди промысловых были лайки, работавшие по крупному зверю.

Изучение лаек и особенно их разведение во многих районах страны потребовало создания более совершенных стандартов. В связи с этим в 1939 г. кинологическое совещание приняло пять временных стандартов лаек: финно-карельской, карельской, коми (зырянской), хантейской (остяцкой) и мансийской (вогульской). Однако начавшаяся Великая Отечественная война прервала работы по становлению пород в соответствии с утвержденными стандартами. В годы войны из-за ухода на фронт большинства охотников-промысловиков во многих местах поголовье лаек сильно сократилось. В связи с резким ухудшением породности лаек во многих районах страны в 1943—1944 гг. было принято решение об организации питомников охотничьих собак. В эти годы было создано 65 государственных питомников, в 17 из которых содержали только лаек, в остальных лайки составляли значительную часть поголовья.

Широкий размах заводского разведения лаек потребовал разработки новой породной классификации, так как прежняя, основанная на этнографическом принципе, усложняла ведение селекционно-племенной работы, а в ряде случаев делала ее невозможной. Новая породная классификация лаек была предложена в 1947 г. научным сотрудником ВНИО (ныне ВНИИОЗ) Э. И. Шерешевским [109]. В основу ее положен географический принцип, в соответствии с которым формирование одной породы должно происходить за счет слияния местных близких отродий в пределах обширной географической зоны. Эту классификацию, вначале вполне справедливо подвергшуюся критике, все же приняло Всероссийское кинологическое совещание в 1947 г. Через 2 года были утверждены временные стандарты якобы появившихся в результате слияния местных отродий новых четырех пород лаек: карело-финской (В кинологической литературе конца 40-х — начала 50-х годов говорится о русско-финской лайке [106, 107]. Современное название породы карело-финская лайка, очевидно, утвердилось в начале 50-х годов.), русско-европейской, западносибирской и восточносибирской. В 1952 г. кинологический совет Главохоты РСФСР утвердил постоянные стандарты первых трех пород.

Этими решениями породы лаек были только продекларированы. Их еще предстояло создать, на что требовалось значительное время. Поэтому не случайно многие специалисты и заводчики долго не признавали вновь объявленные породы лаек. В частности, В. Рябов писал: «.. .с вымышленными, на несуществующих в природе лаек, стандартами достаточно уже намучились, и пора по-серьезному, по-деловому пересмотреть этот вопрос и утвердить стандарты на действительно существующие до последнего времени породы (отродья) лаек: на коми, на мансийскую, на хантейскую, на эвенкийскую» [85, с. 35]. Однако стремление ряда кинологов вести породы на этнографическом принципе не получило развития. Одних пожеланий подобного плана было недостаточно, а практическая работа в этом направлении по существу не проводилась. Формирование и становление новых отечественных заводских пород лаек происходило в 50-х годах и завершилось в основном к началу 70-х годов. Этому способствовали не только утвержденные стандарты пород, но в первую очередь серьезный подход кинологов и заводчиков к селекционно-племенной работе с породами, большая организаторская деятельность обществ охотников по проведению выставок и полевых испытаний, а также возросший уровень кинологических знаний любителей лаек.

Современные заводские породы лаек нашей страны — карело-финская, русско-европейская и западносибирская — отличаются размером, окрасом, особенностями телосложения (экстерьера), историей происхождения, характером поведения и некоторыми другими признаками. К сожалению, пока не создано характерное, достаточно однотипное поголовье восточносибирской лайки, хотя заводское разведение ее ведется значительное время. Для породных лаек нетипичными считаются следующие признаки: полустоячие или с опущенными концами уши; хвост полукольцом или султаном; очень длинная или очень короткая, а также волнистая, курчавая, мягкая шерсть; отсутствие или слабое развитие подшерстка; кофейный (коричневый) или тигровый окрасы; сырые, отвислые губы и сырая, грубая морда; глаза навыкате или запавшие. Такие признаки являются пороками и бывают, как правило, у потомков лаек при метизации их с собаками иных пород. Наличие подобных признаков у лайки ставит ее вне породы.
^ Карело-финская лайка



Карело-финская лайка
Карело-финская лайка — самая мелкая из отечественных охотничьих лаек (фото 2). Высота в холке кобелей 42—48 см, сук на 2 см ниже. Общий формат почти квадратный у кобелей, может быть чуть растянут у сук. Голова сухая, умеренно клинообразная, с сухой, заостренной мордой, которая значительно короче черепной части. Длина черепной части головы равна или немного больше ее ширины. Переход от лба к морде плавный, но ясно заметный. Затылочный бугор выражен слабо. Уши небольшие, с заостренными вершинами, поставлены широковато. Глаза округлые, чем темнее, тем лучше. Взгляд живой, выразительный. Мочка носа черная, при светло-рыжем окрасе допускается коричневая.

Конечности сухие с округлыми лапами. Прибылые пальцы на задних ногах существующим стандартом не допускаются. Если они имеются, то считаются пороком и собака дисквалифицируется (У финских лаек, которых использовали еще на первом этапе создания карело-финской породы, прибылые пальцы встречаются часто. Они передаются по наследству и их наличие не служит причиной дисквалификации собаки. Поэтому требование стандарта в отношении прибылых пальцев у карело-финских лаек необоснованно.).

Шерстный покров у большинства лаек этой породы прилегающий. Собаки носят хвост кольцом, нередко в тугом завитке.




Щенки карело-финской лайки
Для карело-финской лайки характерен только рыжий окрас всех оттенков (светло-палевый и бледно-рыжий нежелательны). Окрас неоднотонный, нижние части туловища и хвоста, а также гачи всегда светлее спины и головы. Допускаются белые отметины и пятна на груди, животе, кончике хвоста и на ногах, а также черная «маска» на морде и отдельные черные волоски на спине и верхней стороне хвоста. Суки этой породы не отличаются большой плодовитостью. В пометах у них бывает обычно от 1 до 4, в очень редких случаях 5—7 щенков (фото 3).

Конституция карело-финских лаек по сравнению с конституцией других пород лаек более сухая. Тип высшей нервной деятельности более возбудимый. Собаки очень подвижные, обладают большим охотничьим азартом и чутко реагируют на отношение к ним человека. Повышенная возбудимость карело-финских лаек требует ровного и мягкого обращения с ними владельцев. Эти собаки очень обидчивы и не переносят побоев. Сурово наказанная хотя бы один раз карело-финская лайка боится своего хозяина и не доверяет ему.

Карело-финская лайка выведена в нашей стране кинологами и любителями этой породы в 50-х годах. Как самостоятельная порода она сформировалась к концу 60-х годов. Исходным материалом для создания карело-финской лайки послужила финская птичья лайка, которая выведена, культивируется и используется охотниками Финляндии. Еще до Великой Октябрьской социалистической революции эти лайки проникли в Карелию (преимущественно в ее южную часть). Несмотря на метизацию с местными лайками, значительное число собак близких по типу к финским лайкам сохранилось до начала 30-х годов, когда они стали появляться в Ленинграде. В первую очередь, очевидно, сохранялись те собаки, которые обладали хорошими охотничьими свойствами. Ленинградские кинологи стремились разводить их, не смешивая с другими породами, и к середине 30-х годов выделили обособленную группу лаек карело-финского типа, среди которых пользовались известностью Марс П. Н. Кожанова, Марс В. И. Грачева, Нора И. И. Киселева, Хессу Ю. А. Ливеровского и др. Многие из этих собак были хорошими полевыми работниками, и. их в первую очередь использовали в племенной работе. В результате целенаправленной селекции однотипное поголовье этих собак возросло, и перед войной был принят временный стандарт финно-карельской лайки, как ее тогда называли [13]. Основное содержание этого временного стандарта мало чем отличается от существующего Стандарта карело-финской лайки.

В годы войны и блокады Ленинграда погибло много породных лаек, но все же удалось сохранить несколько хороших производителей. Сохранилась карело-финская лайка и в Карелии, где в 40-х годах около г. Медвежьегорска был создан государственный питомник, в котором содержалось местное типичное поголовье, хотя и невысокого экстерьерного уровня. Деятельность питомника совместно с охотничьей общественностью позволила