Реферат: Мук цбс г. Пущино, Московской области у книжной полки чеховский альбом сценарии литературных вечеров Пущино


МУК ЦБС г.Пущино, Московской области


У книжной полки


ЧЕХОВСКИЙ АЛЬБОМ


Сценарии литературных вечеров


Пущино

2004

Тайны любви или «кукуруза души моей»


(Переписка Антона Павловича Чехова с современницами)


Участвуют 5 человек: Елена Шаврова, Лика Мизинова, Лидия Авилова и двое ведущих.


На сцене: в центре, на возвышении - столик кафе (ажурная белая скатерть, вазочка с салфетками, три чашки, яблоки, груда писем и открыток).

В правом углу: ширма с нарисованной прозрачной дверью террасы в сад, видны деревья. У двери - стул, на сидении - соломенная шляпа с лентами, рядом летний зонтик. На открытом пианино - ноты.

^ В левом углу сцены - книжная полка или стелаж: отчетливо видны корешки книг А.П.Чехова.


Звучит музыка из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь».

Выходят двое ведущих и Авилова, которая проходит к книжной полке и рассматривает книги: листает, ставит на место.

Ведущие читают отрывки из стихотворения Степана Щипачева «У книжных полок»:

Ведущий 1:

Топчусь возле полок, у книжной

негромкой державы моей.

На полках - от верхней до нижней -

томам все тесней и тесней.

Расплывчатый дождика росчерк

на окнах, и ветер продрог.

Давно уже голые рощи

печально стоят у дорог.

Ведущий 2:

Есть книги - как дождик по крышам,

как милый приветливый кров,

и книги, которые дышат

простором на стыке ветров.

Что время! Неважно с какого

истока событий река.

От века до века другого

дорога совсем недолга.


Ведущий 1:

Ах, есть она, тихая радость

вдруг вспомнить нестершийся стих!

Тома за стеклянной оградой.

Добро потоптаться у них.

Добро со словами привета,

как дверь переплет отворить,

то к Блоку зайти - попроведать,

то и Тютчеву поговорить.


Ведущий 2:

То к Чехову - поговорить! Сегодня мы проводим первый вечер из цикла «У книжной полки». И посвящаем его Антону Павловичу Чехову. Мы представим вам новую книгу «Тайны любви или «кукуруза души моей».

Автор книги: Юрий Александрович Бычков - ученый, писатель, директор Государственного литературно-мемориального музея-заповедника «Мелихово».


Ведущий 1:

Эта небольшая книга - документальное повествование, в котором с большой полнотой переданы суть и подробности отношений Антона Павловича с любившими его женщинами. В основе повествования - переписка Чехова на протяжении 10 лет.

Писатель и человеческая личность - так можно определить сущность увлекательнейшего исследования Юрия Бычкова: удивительно сдержанного, деликатного, очень уважительного по отношению ко всем действующим лицам.


Ведущий 2:

И таким живым предстает перед нами Антон Павлович, что кажется: вот-вот раздастся стук в дверь и войдет Чехов: в знакомом пенсне, со шляпой в руке, с гордо откинутой головой, высокий и очень красивый.


(Раздается стук в дверь и вбегает Леночка Шаврова).

Шаврова:

Ой, извините! Я не опоздала?


Ведущий 1:

Нет, нет, заходите. Здравствуйте, Елена Михайловна! Присаживаетесь.


(Открывается вторая дверь. Входит Лика Мизинова.)

Лика:

Ну вот! Все собрались, а меня никто не подождал!


Ведущий 2:

Что Вы, Лидия Стахиевна! Здравствуйте! Мы ждем Вас. Проходите, пожалуйста.


(Все три женщины усаживаются за столик).


Ведущий 1 (обращаясь к зрителям):

Позвольте представить вам главных героинь сегодняшнего вечера: Лидия Алексеевна Авилова, писательница; Лика Мизинова, учительница, подруга Марии Павловны Чеховой, и Леночка Шаврова, начинающая писательница. (Услышав свое имя, каждая героиня встает, кланяется зрителям). Они никогда не собирались вместе, вот так, за одним столом. И честно говоря, в книге Юрия Бычкова предпочтение отдано Лике Мизиновой и Елене Шавровой, а Лидия Алексеевна Авилова лишь упомянута, что нам кажется несправедливым. Ведь она оставила замечательные воспоминания «А.П.Чехов в моей жизни», так высоко оцененные Буниным. И поэтому перед вами три героини.


Ведущий 2:

Итак, мы начинаем.


Ведущий 1:

В июне 1889 года от скоротечной чахотки скончался Николай - брат писателя. Чтобы перенести роковой удар, Антон Павлович решил отправится за границу, но чем-то его поманила Ялта.


Ведущий 2:

В русской провинции Чехова боготворили. Его «Иванов» возбуждал бурные споры, а искрометный водевиль «Медведь» покорил всю Россию. Неутешную вдову с ямочками на щеках в любительском спектакле играла юная Леночка Шаврова, к тому же она писала рассказы.


Шаврова:

Моя первая встреча с Антоном Павловичем Чеховым состоялась в Ялте летом 1889 года. Встреча произвела на меня очень сильное впечатление - и оно сохранилось на всю жизнь.

Мне было тогда 15 с небольшим. А Антону Павловичу исполнилось 29, и слава его в то время все более росла. Мы знали его по рассказам, читали их с восторгом и очень обрадовались, когда узнали, что Чехова ожидают в Ялте.


Ведущий 1:

На большом пикнике в Массандре, устроенном в его честь, на котором был почти весь город, они и познакомились с Чеховым.


Шаврова:

Как сейчас помню этот замечательный вечер. Я все время видела его одного, следила за тем, что он делает, где сидит, с кем разговаривает, и мучительно завидовала взрослым людям, которые были возле него. Какие счастливцы!

Высокий, стройный, худощавый, он чуть-чуть горбился. Мягкая серая фетровая шляпа была отсажена назад, и небольшая прядь волос упала на лоб.


Ведущий 2:

У него были удивительно добрые, ясные, немного насмешливые глаза и прелестная улыбка. Ни у кого на свете не могло быть такой улыбки, таких милых глаз и такого прекрасного лица.


Шаврова:

А когда он улыбался, то лицо точно озарялось солнцем.

На обратном пути в Ялту я неожиданно очутилась в коляске напротив Чехова. Я, помню, подумала: сестры будут мне очень завидовать!


Ведущий 1:

Из горного ущелья вдруг потянуло холодком.

Не простудитесь, барышня, - ласково сказал Антон Павлович, наклоняясь к Леночке. - Крымские ночи опасны, можно легко схватить лихорадку! - И он заботливо, поплотнее укрыл ее пледом.


Шаврова:

На следующий день утром я потихоньку пошла мимо дачи, где остановился Чехов. «Неужели мне так и не удастся встретить его и поговорить? Как это будет досадно! И вдруг я увидела Антона Павловича. Он направился к кафе. И я решительными шагами вошла в павильон, что было по тогдашним правилам хорошего тона весьма неприлично. Я сама поражена была своим поступком и опустилась на первый попавшийся стул.


Ведущий 1:

Чехов тотчас же увидел и узнал ее, Он встал со своего места, улыбнулся, очень вежливо снял шляпу.

- Здравствуйте, барышня. Вы тоже кофе пить? Пожалуйте сюда, в тень.

Шаврова:

И вот я уже сижу за его столиком, ужасно смущена и взволнована.

- Антон Павлович, - с отчаянной решимостью начала я, -я написала этим летом небольшой рассказ и хотела бы знать ваше мнение. Только , наверное, очень плохо...


Ведущий 1:

Чехов откинулся на спинку своего стула и, ласково улыбнувшись, с интересом посмотрел на Леночку.

- Вот как! - сказал он. - Вы написали рассказ? Это очень хорошо... И хотя я здесь отдыхаю и ничего не делаю, но обещаю вам, что ваш рассказ я прочту тотчас же!.

И вот новая встреча.

- Я прочитал Ваш рассказ и мне он очень понравился. Рассказ хорош и правдиво написан. Свежо, интересно и талантливо. Пишите и растите большая!


Шаврова:

Как я была счастлива в тот далекий, яркий летний день в милой Алупке, когда получила благословение стать писательницей от самого Чехова. Мне казалось, что у меня вдруг выросли крылья!


^ Звучит музыка из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь».


Ведущий 1:

Леночка Шаврова пишет в своих воспоминаниях:

В то горячее, южное лето 1889 года все были влюблены в Чехова. Обаяние его личности было огромно. С удивительной правдивостью и чуткостью относился он к людям, увлекая их необыкновенной душевной силой и цельностью своей личности. Всегда он оставался самими собой. Никогда не искал популярности и отличался удивительной скромностью.


Ведущий 2:

Кроме его исключительного таланта, у него был еще дар. Дар любви к людям. Он был необычайно добр, чуток, отзывчив к боли, немощам и страданиям людей. Он бережно и любовно относился к больным, слабым, несчастным и обездоленным. Он был нужен, был дорог всем.

В отношении к нему не было пошлости, фальши, лицемерия. Его любили искренне, просто и душевно.


Шаврова:

Чехов уехал, и мы долго вспоминали встречи с ним. От Михаила - младшего брата Чехова, - мы узнали, что Антон Павлович отправляется на Сахалин и собирает материалы.

«Боже мой, - думала я, - отчего бы я не могла помочь ему в этом? С какой радостью я исполнила бы для него самую трудную, самую скучную работу!..»


Лика:

Я собирала для него бумаги. Бегала по библиотекам, без конца переписывала. Я познакомилась с Чеховыми осенью, тоже 1889 года.


Шаврова:

В один год со мной... Но позже. Позже!


Ведущий 2:

Вот как об этом знакомстве пишет Михаил Павлович, младший брат, в своей книге «Вокруг Чехова».

«Мы жили в Москве, на Кудринской-Садовой, занимали там двухэтажный дом.

У нас вечно толклись молодые люди, наверху играли на пианино, пели, а внизу он сидел у своего стола и писал».


(Звучит романс «Снова, как прежде, один)

Ведущий 2:

«В этот дом впервые вошла Лидия Мизинова, или, как ее называл брат Антон, «прекрасная Лика». Это была действительно прекрасная девушка, Все на нее заглядывались. Она была нашей самой желанной гостьей. Сестра моя, Мария Павловна обыкновенно представляла ее новым знакомым так: «Подруга моих братьев и моя». Мария Павловна была в то время учительницей гимназии и как-то сказала нам, братьям: «Вот подождите, я приведу к вам хорошенькую девицу».

И действительно, она скоро привела к нам «прекрасную Лику, девушку лет восемнадцати, конфузливую и стыдливую».


Лика:

Ну нет! Это было просто кокетство! Я стала бывать в доме Чеховых. Так прошла зима. В марте 1890 года, накануне отъезда Антона Павловича на Сахалин, произошло наше сближение: дня не проходило, чтобы мы не виделись.

(Подходит к книжной полке, берет конверт).


Лика (читает стих. Ярослава Васильева):

Внезапно выпала зима

Письмом из белого конверта.

И таинство сего момента

Легло снегами на дома.

И в сером зареве квартир,

Где вместо солнца утром лампочки,

Приникли к стеклам, словно в праздники,

Глаза, открывшиеся в мир.

И мне казалось в эту рань,

Что жизнь пойдет теперь сначала.

И только бабушка - молчала,

И только маятник - стучал...


Ведущий 2 (взяла со стола дневник):

Из дневника двоюродной бабушки Лики Мизиновой:

5 марта. Понедельник. Лидюша пришла в 5 часов и обедала одна, а вечером в 8-м часу ушла к Чеховым, вернулась в часа утра, очень довольная...

11 марта. Воскресенье... Вернулась в 2 часа. Заходила к Чеховым, там пили чай.

Середа. Лидюша опять пропала, пошла урок брать французского языка, а уж полночь, ее все нет, не берет же она и ночью урок.


Ведущий 1:

25 марта. Лидюша получила в подарок от Антона Чехова (он много интересного, умного пишет) две книги, одну я прочитала («Скучная история» называется) Подписался на книге - «Лидии Стахиевне Мизиновой от ошеломленного автора».

1 апреля. Воскресенье... Лидюша получила поздравление от Антона Чехова с коробкой конфет, а от других братьев карточки. ... Очень нам понравился Антон - он врач и писатель, такая симпатичная личность, прост в обращении, внимателен...


Ведущий 2:

21 апреля. Сегодня уезжает Антон Павлович Чехов. В первом часу явился к нам проститься. В декабре надеется опять быть в Москве. Боюсь, не заинтересована ли моя Лидюша им? Что-то на это смахивает... А славный, заманчивая личность.»


Ведущий 1:

Антон Павлович вспоминает о Лике в каждом письме, передает ей поклоны. Перед самым отъездом он подарил Лике свою фотокарточку с надписью, которая явно выдает увлеченность Антона Павловича «златокудрой Ликой».


Лика (взяв фотографию в рамочке со столика):

«Добрейшему созданию, от которого я бегу на Сахалин и которое оцарапало мне нос. Прошу ухаживателей и поклонников носить на носу наперсток. А.Чехов.

Постскриптум. Эта надпись, равно как и обмен карточками, ни к чему меня не обязывает». (Пожала плечами, поставила фотографию на книжную полку.)


Ведущий 2:

Поклонников, очарованных «добрейшим созданием», изустной легендой и героиней драматургических произведений, известно больше десятка. Что касается собственного носа, то тут великий писатель честен. Лика царапнула нежным коготком по сердцу Антона Павловича. Верный признак - он ревнует. Пишет с дороги в первом же письме: «Интересно, кто теперь будет кутить с Лидией Стахиевной до 5 часов утра?».


Ведущий 1:

Письма родни, друзей, знакомых дам догоняют Чехова в пути, но нет среди них посланий от Лики. Она держит паузу.

Чехов взывает из Красноярска: «Где проживает теперь эта златокудрая обольстительная дива?»


Ведущий 2:

Лика по-прежнему отмалчивается. А между тем дорожная тоска обостряет чувство, романтический флер от встреч, совместных прогулок, посещений церквей, театров, концертов, - и все вместе с ней -обольстительной Ликой! - туманят голову Антона Павловича. И как-то на вопрос одного из приятелей о женитьбе, он ответил: «У меня в Москве уже есть невеста... Только вряд ли я с ней буду счастлив - она слишком красива...» .


Ведущий 1:

Сказано не без иронии в адрес «адской красавицы» Лики, но и в свой также, дескать, надо же, влюбился на свою голову!


Лика:

А он был неотразим! Высокий, стройный, широкоплечий, редкой красоты лицо - рельефные и в то же время подвижные, мужественные черты, светящиеся, слегка прищуренные глаза под соболиными вразлет бровями. «Самое прекрасное и тонкое, самое одухотворенное лицо, какое только мне приходилось встречать в жизни», - отметил в очерке о Чехове Александр Иванович Куприн.


Ведущий 1:

Лика, о любви которой он грезит по пути на каторжный Сахалин, не удостаивает его вниманием - писем нет, как нет, и любовь начинает таять, словно лед в полуденный зной. Естественно, копится обида. Похоже, трехмесячный фантастический по напряжению и объему сахалинский труд окончательно развеял надежды и упования на то, что у него в Москве есть невеста. Ну не нашлось у нее и получаса на письмо путешествующему, вроде бы, обожаемому ею человеку!

Он обижен, расстроен. Не вспоминает и старые свои привязанности.


^ Звучит музыка из кинофильма «Мой ласковый и нежный зверь».

Авилова:

А ведь я вошла в жизнь Антона Павловича раньше всех. Мы встретились в том же 1889 году Любили ли я? А он? Кому судить. Мы познакомились зимой.


Авилова (читает стихотворение Виктора Бокова):

Ах! Какая зима молодая,

Как прямехонек в небе дым!

Как по снегу мы изголодались,

Как он жизненно необходим.

Сколько свежего скрипа и хруста,

Сколько звона в пространстве тугом.

Столько счастья, что на сердце грустно,

Столько грусти, что тихо кругом!


(Звучит музыка Чайковского «Октябрь»)


24 января я получила записочку от сестры: «Приходи сейчас же, непременно, у нас Чехов». Муж моей сестры был редактором-издателем. Звал меня Флорой - за яркий цвет лица и длинные косы...

Была у меня мечта - сделаться писательницей. Я писала стихами и прозой с самого детства. Я ничего в жизни так не любила, как писать. Художественное слово было для меня силой, волшебством, и я много читала, а среди моих любимых авторов далеко не последнее место занимал Чехов.


Ведущий 2:

Он ходил по кабинету и, кажется, что-то рассказывал, но увидев ее в дверях, остановился. Их представили друг другу. «Девица Флора, моя воспитанница, - пошутил ее зять».


Авилова:

Чехов быстро сделал ко мне несколько шагов и с ласковой улыбкой удержал мою руку в своей. Мы глядели друг на друга, и мне казалось, что он был чем-то удивлен.

Я заметила, что глаза у Чехова с внешней стороны точно с прищипочкой, а крахмальный воротник хомутом и галстук некрасивый.


Ведущий 1:

Когда она села, Антон Павлович опять стал ходить и продолжать свой рассказ. Он приехал ставить свою пьесу «Иванов», но очень недоволен артистами и предчувствует, что пьеса провалится. Он признался, что настолько волнуется и огорчается, что у него показывается горлом кровь. Да и Петербург ему не нравится. Поскорее бы все кончить и уехать, а впредь он дает себе слово не писать больше для театра.


Авилова:

За ужином он неожиданно повернулся ко мне.

- Вы будете на первом представлении «Иванова»? - спросил он.

- Вряд ли. Трудно будет достать билет.

- Я вам пришлю, - быстро сказал он. - Вы здесь живете?

Он взял одну из моих кос: «Я таких еще никогда не видел!».

А я засмеялась.

- Наконец-то я могу сказать вам, что я не девица Флора. Вообразите, я замужем и мать семейства. И так как я кормлю сына, я должна спешить домой.


Ведущий 1:

Антон Павлович нагнулся и заглянул ей в глаза: «У вас сын? Да? Как это хорошо!


Авилова:

Как трудно иногда объяснить и даже уловить случившееся. Да, в сущности, ничего и не случилось. Мы просто взглянули близко в глаза друг другу. Но как это было много! У меня в душе точно взорвалась и ярко, радостно, с ликованием, взвилась ракета. Я ничуть не сомневалась, что с Чеховым случилось тоже самое, и мы глядели друг на друга удивленные и обрадованные.

- Я опять сюда приду, - сказал Антон Павлович. - Мы встретимся?


Ведущий 2:

И они встретятся, но только через долгих три года!


Шаврова:

А мне Антон Павлович писал даже с Сахалина!


Ведущий 2:

Их живые, трогательно заинтересованные разговоры ... по переписке - просто чудо! Чехов - наставник и друг.

«Только что прочел Ваш рассказ в корректуре, Елена Михайловна, и таки нахожу, что он очень хорош. Прогресс большущий. Еще год-два, и я не буду сметь прикасаться к Вашим рассказам и давать Вам советы.

Неужели Вам улыбается актерство? Обнаружив в себе такой литературный талант, как у Вас, любая актриса бросила бы сцену...

Искренно преданный А.Чехов»


Шаврова (читает письмо):

Спасибо Вам, Антон Павлович, за Ваши добрые слова. Но, право, Вы ошибаетесь, - какой там талант!

Фантазии у меня нет! Иначе я бы давно придумала себе псевдоним.

...Посылаю рассказы. Они немного переделаны. Я послала их в Феодосию Вашему Суворину - но никакого ответа не получила. Должно быть, они слабы...

Будьте здоровы. Искренно желаю Вам всего хорошего.

Елена Шаврова.


Ведущий 1:

А псевдоним ведь действительно проблема! Елена хотела подписываться «Шастуновым», но Чехов резко запротестовал, а потом предложил взять псевдоним у Гоголя: «Елизавет Воробей».


Ведущий 2:

Помните? В «Мертвых душах» есть упоминание о мошенничестве Собакевича: «Это что за мужик - Елизавет Воробей? - Фу ты, пропасть, баба!»


Ведущий 1:

В этом же январе Антон Павлович получает вдруг письмо от Лики.


Лика:

Вы, наверное отлично проводите время. Хандру свою, или попросту кислоту, Вы оставили в Москве и теперь чувствуете себя совсем «числивым», и как я Вам завидую; если бы я могла уехать хоть на Алеутские острова, то я тоже была бы щислива. Холод смертный; я простудилась страшно. Бабушка сердится, что я выхожу и не берегусь, пророчит мне чахотку - я так и представляю себе, как вы смеетесь над этим. Вообще все очень скверно, но вместе с тем и хорошо.

Я пишу Вам, вернувшись из театра, потому что спать не хочется, а также и потому, что знаю, что досажу Вам этим, придется читать столь нелитературное произведение, а досадить Вам мне очень приятно.


Ответа от Вас я, конечно не жду, ведь Вы - известный писатель, но все-таки будьте здоровы и не забывайте

Л.Мизинову

А ведь совестно посылать такое письмо!


Ведущий 2:

С какой радостью, мистификацией, иронией ответил на это задиристое сумбурное письмо Чехов!


Ведущий 1:

Я с удовольствием ошпарим бы Вас кипятком. Мне хотелось бы, чтобы у Вас украли новую шубу, калоши, валенки, чтобы Вам убавили жалованье и чтобы Трофим, женившись на Вас, заболел желтухой, нескончаемой икотой и судорогой в правой щеке.

Свое письмо вы заключаете так: «А ведь совестно посылать такое письмо!» Почему совестно? Написали Вы письмо и уж думаете, что произвели столпотворение вавилонское.

Уверяю вас, письмо в высшей степени прилично, сухо, сдержанно, и по всему видно, что оно писано человеком из высшего света.

Ну, так и быть уж, бог с Вами. Будьте здоровы, щисливы и веселы.

Прощайте, злодейка души моей.

Ваш Известный писатель.

Напишите мне еще три строчки. Умоляю!»

Ведущий 2:

Так началась их переписка. И длилась она много лет. Письма незадачливой странной поклонницы молодого и знаменитого писателя...

А он взял на себя роль пересмешника и таким образом обрел-таки насмешливое счастье.

Лика даже пыталась возбудить (запоздало, правда) а Антоне Павловиче ревность.


Лика:

Только что вернулась от Ваших. Меня провожал домой Левитан! Это письмо, верно, не будет так прилично, сухо и не будет носить отпечаток высшего света. Вы ужасно порадовали меня своим письмом. Этого счастья я не ожидала. Если хотите меня сделать еще более щисливой, то пишите еще. Не обращайте внимание на почерк, я пишу в темноте и притом после того, как меня проводил Левитан. А Вас кто провожает?

А все-таки приезжайте поскорее, без великих людей скучно; я, должно быть, очень избаловалась обществом великих и выдающихся людей и поэтому скучаю.

Прощайте, ешьте побольше, за себя и за меня, и приезжайте скорее в Москву.

Л.Мизинова»


Ведущий 2:

Чехов не копит обид, не отвергает Лику, не перестает с ней знаться. Более того, она стала другом семьи, частью среды, рождавшей в нем чувство душевного комфорта. Легкость нрава, музыкальность, отзывчивость и бесшабашность Лики были дрожжами, на которых поднималась опара чарующей атмосферы чеховского творческого бытия.

«У меня в гостиной по целым дням играют, и я пребываю в элегическом настроении».


(Звучит «Октябрь» Чайковского).


Ведущий 2:

А вот в переписке с Леночкой Шавровой он деликатен, благожелателен, корректен. Тон почтительный и поощрительный.


Шаврова:

«Ваш рассказ напечатан в сегодняшнем номере «Нового времени», в приложении. Желаю всего хорошего.

А.Чехов

Суворину рассказ очень нравится.»


Ведущий 1:

Учитель с подобающей его положению сдержанностью сообщает ученице приятную новость. И на этом строгом классическом фоне радужными красками вспыхивает ласка: «Суворину понравилось». Значит, понравилось и ему. Значит, писательница все больше и больше трогает его перегруженное семейными заботами, ответственностью перед читающей Россией, чуткое ко всем людям сердце.


Ведущий 2:

По возвращению из Петербурга в Москву Антон Павлович отправил два письма - Шавровой и молодому литератору Бунину.

«Милостивый государь, Иван Алексеевич!

Очень рад служить Вам, хотя предупреждаю, я плохой критик и всегда ошибался, особенно когда мне приходилось быть судьею начинающих авторов.

Готовый к услугам А.Чехов».

Ну, присылайте мне Ваши рассказы».


Ведущий 1:

Думается, факт многозначительный! Он о многом говорит. Располагать вниманием Антона Павловича могли в равной мере юная Леночка Шаврова и будущий лауреат Нобелевской премии Иван Бунин. Выше планки доверия вту пору не существовало.


Ведущий 2:

Весь февраль Чехов работал над поветью «Дуэль». И только в марте начинает отвечать на письма, в первую очередь на письма подопечных литераторов.


Ведущий 1:

«Я страшно виноват перед Вами, уважаемая Елена Михайловна, но если бы Вы знали, какую длинную повесть я пишу, как кружится у меня по этому поводу голова, то извинили бы меня за то, что я до сих пор не даю Вам никакого ответа. Я еще не читал Ваших рассказов. О, я злодей!

В начале будущей недели я, вероятно, уезжаю в Италию. До отъезда я прочту Ваши рассказы и сделаю все, что надо.

Будьте здоровы, господин Шастунов. Отчего бы Вам в Италию не поехать? Я еду туда с Сувориным. Ваш А.Чехов.»


Шаврова:

«Мне ужасно совестно, что я надоедаю Вам своими рассказами, и я Вам очень, очень благодарна за теплое участие - Мне очень жаль, что не удалось познакомиться с Сувориным. Я его люблю за одну фразу: литература широко открывает свои объятия, как ребенку, тому, в ком заметит проблеск таланта, - а что до возраста, пола и положения, - здесь нет никому дела.

Вы едете в Италию... Что же - там теперь хорошо; Вам необходимо отдохнуть, поправить здоровье. Желаю Вам всего хорошего, - и знаете, - это не фраза.

А я бы в Африку поехала, в пустыню Сахара...

Ну, я болтаю, а Вам некогда. Вот что: уж на прощение потерпите: пришлю еще два рассказа - и забастую надолго.

Всего хорошего.

Е.Шастунов.»

Ведущий 2:

Переписка Шавровой с Чеховым представляется беседой духовно близких людей, которым, казалось бы, быть вместе сам бог велел: оба свободны. Но вот отрывок из письма Чехова Суворину, издателю, давнему другу. И написано это письмо в Алексине, во время переписки с Шавровой:

«Жениться я не намерен. Я бы хотел теперь быть маленьким, лысым старичком и сидеть за большим столом в хорошем кабинете».


Ведущий 1:

Писательство - вот его жизненное назначение.


Ведущий 2:

Но впереди - лето, Алексин, Богимово (все наши места, серпуховские) и... Лика Мизинова. Чехов мечтает ее увидеть!


Ведущий 1:

«Золотая, перламутровая и фильдекосовая Лика!

Приезжайте нюхать цветы, ловить рыбку, гулять и реветь.

Ах, прекрасная Лика! Когда Вы с ревом орошали мое правое плечо слезами (пятна я вывел бензином) и когда ломоть за ломтем ели наш хлеб и говядину, мы жадно пожирали глазами Ваши лицо и затылок. Ах, Лика, Лика, адская красавица! Когда Вы будете гулять с кем-нибудь или будете сидеть в обществе и с Вами случится то, о чем мы говорили, то не предавайтесь отчаянию, а приезжайте к нам, и мы со всего размаха бросимся Вам в объятия.»


Лика:

«Ваши письма, Антон Павлович, возмутительны. Вы напишите целый лист, а там скажите всего только три слова, да к тому же глупейших. С каким удовольствием я бы Вам дала подзатыльник за такие письма. Не знаю, разберете ли Вы мое писанье, только я уверена, что больше Вы никогда не скажите, что у меня хороший почерк. Передайте мой поклон всем Вашим.

Если увидите сторожиху, то передайте ей мой поклон, а также и то, что я ее так же часто вспоминаю, как и Антона Павловича Чехова, нашего симпатичного, талантливого и т.д.

Если вы не совсем еще стали дубиной, то напишите.

Мой адрес тот же, что и Левитана.

Лика.»


Ведущий 2:

«Очаровательная, изумительная Лика!

Увлекшись черкесом Левитаном, Вы совершенно забыли, что дали обещание приехать к нам.

У нас великолепный сад, темные аллеи, укромные уголки, речка, мельница, лодка, лунные ночи, соловьи, индюки... В реке и в пруду очень умные лягушки. Мы часто ходим гулять, причем я обыкновенно закрываю глаза и делаю правую руку кренделем, воображая, что Вы идете со мной под руку.

Кланяйтесь Левитану. Попросите его, чтобы он не писал в каждом письме о Вас. Во-первых, это с его стороны не великодушно, а во-вторых мне нет никакого дела до его счастья.

Приезжайте же, а то плохо будет.

Сторожиха Вам кланяется.

Почерк у Вас по-прежнему великолепный.»

Ведущий 1:

Да, Чехов по-прежнему ждет Лику. И весь июнь между имениями Покровское и Богимово, почтари переводили туда-сюда письма Лики к Чехову и Чехова к Лике. Дуэль продолжается.

Лика:

«Прежде всего, хоть Вы и «знаменитый Чехов», но Вы пишите глупости или как доктор Вы ничего не смыслите; стоит только мне немного подышать сыростью, как я всю ночь не могу спать от кашля, а наутро и говорить не могу совсем, а про купанье и говорить нечего, точно я не пробовала. Вы идиот.»


Ведущий 2:

Бедная, больная Ликиша! Если вы серьезно больны, то должны серьезно и лечиться. Бросили ли в курить? Вам нельзя ни курить, ни пить. Ни табаку, ни вина, ни пива, ни даже квасу - ни-ни! Остерегайтесь холодного и сырого воздуха; всегда держате грудь в тепле, хотя бы в кофте толщиной с одеяло...

Поменьше разговаривайте. И, когда беседуете с бабашкой или Левитаном, не кричите. В письмах добрых знакомых не называйте идиотами.

Я кашляю, в глазах у меня мелькает, в голове пусто, но тем не менее все-таки здоров...

Больше я писать Вам не буду.

Ваш А.Чехов.

Кланяйтесь бабушке.»


Ведущий 1:

Каким-то непостижимым образом он их двоих - Лику и Лену - соединил в своей загадочной душе. В тот же день ушла депеша из Богимова в Ставраково, где проводила летние месяцы семья Шавровых. Ответ на ее письмо.


Ведущий 2:

«Я, уважаемая Елена Михайловна, всегда неизменно рад служить Вам, и поэтому напрасно Вы спрашиваете, буду ли я читать Ваши рассказы или нет. Присылайте, сделайте милость. Только прошу не сердиться, если мое чтение, да и вообще мое вмешательство в Вашу литературу не принесет Вам никакой пользы.»


Ведущий 1:

Он пишет ей и из Мелихова, из своего именья, которое семья Чеховых приобрела совсем недавно.


Ведущий 2:

«Здравствуйте, талант! Отчего Вы такая сердитая? Отчего Ваше письмо так холодно-сурово?»


Шаврова:

И он еще спрашивает! После своей такой строгой отповеди!


Ведущий 2:

«Почему Вы охладели в литературе? Давно уже я не читал Ваших рассказов.

Ну, желаю Вам веселья и хорошего настроения. Будьте здоровы и хранимы добрыми духами. Ваш А. Чехов»


Шаврова:

Нет в этом чеховском письме прежнего дружеского тона, заинтересованности, теплоты. Очевидны насмешка, ирония, явное пренебрежение. И умолкаю... надолго.


Шаврова (читает стих. Татьяны Ребровой):

Горсть ягод к чуть розовым ниткам.

И запах, как эхо волос.

Ковши с приворотным напитком -

Глаза мои, полные слез.


Как ведьма над снадобьем в чаще

Волшбой, так над светом в окне

Я мучаюсь именем Вашим,

Чтоб только сверкнуть в Вашем сне.


(Звучит «Октябрь» Чайковского)


Ведущий 1:

Лидия Алексеевна, а как же Ваша история?


Авилова:

В январе 1892 года мой зять праздновал 25-летний юбилей своей газеты. Когда стали собираться гости, я вдруг увидела молодое, милое лицо Чехова. Я вспомнила свою первую встречу с Антоном Павловичем, то необъяснимое и нереальное, что вдруг сблизило нас, и старалась угадать, узнает ли он меня? Вспомнит ли? Возникнет ли опять между нами та близость, которая три года назад вдруг так ярко осветила мою душу?


Ведущий 1:

Они столкнулись в толпе случайно и сейчас же радостно протянули друг другу руки.

- Я не ожидала вас увидеть, - сказала она.

- А я ожидал, - ответил он. - И знаете что? Мы опять сядем рядом, как тогда. Согласны? А не кажется вам, что когда мы встретились с вами три года назад, мы не познакомились, а нашли друг друга после долгой разлуки? Я испытал такое чувство первый раз и не мог забыть. Чувство давней близости.


Авилова:

Прощаясь, я дала слово Антону Павловичу написать ему и прислать мои рассказы. Так началась наша переписка. А в одном из писем он вдруг приписал: «Живу в деревне. Холодно. Бросаю снег в пруд и с удовольствием помышляю о своем решении никогда не бывать в Петербурге». И это меня ужасно огорчило. Значит, мы больше никогда с ним не увидимся? Не будет больше этих ярких праздников?

И каждый раз при этой мысли больно сжималось сердце.


Ведущий 1:

Ну, конечно, он приехал. И сестра известила Лидию Алексеевну об этом.


Авилова:

Я вошла. Он стоял в кабинете.

- А как же ваше решение не бывать больше в Петербурге?

- Я, видно, человек недисциплинированный, безвольный... У вас расстроенный вид. Вы здоровы? Все благополучно?

- И здорова, и благополучно, и все хорошо.

- Расскажите мне про ваших детей, - попросил Антон Павлович. - Их у вас уже трое?

О, о детях я рассказывала охотно!

- Да, дети...- задумчиво сказал Чехов. - хороший народ. Хорошо иметь своих... иметь семью... А вы счастливы? - спросил он вдруг. И этот вопрос застал меня врасплох.


Ведущий 1:

И вот новая встреча. Гости. Масленицу. Петербургская - без оттепели, без дождя и тумана, а мягкая, белая, ласковая.

- Вы сегодня не такая, как раньше. Вас утомили гости. Вид у вас равнодушный ленивый, и вы рады будете, когда я уйду. Да, раньше... Да и знаете ли вы? Знаете, что я был серьезно увлечен вами? Это было серьезно. Я любил вас. Мне казалось, что нет другой женщины на свете, которую я мог бы так любить. Вы были красивы и трогательны, и в вашей молодости было столько свежести и яркой прелести. Я вас любил и думал только о вас.


Ведущий 2:

Он ушел, а на другой день она получила с посыльным пакет с книгой, ее рукописями и письмом.

«Оба ваши рассказа я прочел с большим вниманием.

Пишите роман. Пишите роман целый год, потом полгода сокращайте его, а потом печатайте. Вы мало отделываете, писательница же должна не писать, а вышивать по бумаге, чтоб труд был кропотливым, медлительным. Простите за сии наставления. Иногда приходит желание напустить на себя важность и прочесть нотацию.

Желаю вам всего, всего хорошего. Искренне преданный

Чехов.»


Авилова:

Не знаю, как это случилось, на меня словно вихрь налетел. И этот вихрь была моя вера, моя любовь, мое горе. Промучившись два дня, я приняла решение.

В ювелирном магазине я заказала брелок в форме книги. На одной стороне я написала: «Повести и рассказы. Сочинения Антона Чехова», а с другой - номер страницы и строк.

Если найти эти строки в книге, то можно было прочесть: «Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь, то приди и возьми ее».


Ведущий 2:

Помните? В «Чайке»!


Авилова:

Когда брелок был готов я послала его в Москву, в редакцию «Русской мысли» для передачи Антону Павловичу.

Я сделала все это с тоски и отчаяния. Адрес же вырезала, чтобы не было явного признания, чтобы все-таки оставалась сомнение для него, а для меня возможность отступления. Не могла же я отдать ему свою жизнь! Разве что сразу четыре жизни: мою и детей. Но разве муж отдал бы их мне? И разве Антон Павлович мог их взять?

Одно для меня было ясно: ничего не могло быть понятнее, естественнее и даже неизбежнее, чем то, что я полюбила Чехова.


Ведущий 2:

Чехов очень не скоро дал понять, что получил ее подарок. Через несколько лет.

А пока идет 1892 год, март. И частой гостьей Чеховых в Мелихово становится Лика. Начинается новый тур ее сложных отношений с писателем.


Ведущий 1:

«Милая Мелита!

Все мы с нетерпеньем ожидаем Вашего приезда. Комнаты приняли благообразный вид, стало просторно, и вчера целый день мы чистили сарайчик, в котором будут помещаться наши дорогие гости.

Напишите мне, Мелита, хоть две строчки Не предавайте нас преждевременному забвению По крайней мере делайте вид, что вы нас еще помните. Обманывайте нас, Лика. Обман лучше, чем равнодушие.

Болит голова. Уединения нет. А главное - нет Мелиты и нет надежды, что я увижу ее сегодня или завтра.»


(Звучит Чайковский....


Ведущий 2 (читает Лике стихотворение Валентина Сорокина «Забытое имя»):

Мой сад заливает вода,

От солнца она золотая.

И снег насыщаясь и тая,

Плывет неизвестно куда.

И яблони мокрой земли

Ветвями коснулись пустыми.

И ветер забытое имя
еще рефераты
Еще работы по разное
© РОНЛ.орг 2000-2026 По всем вопросам обращаться на эту почту: admin@ronl.org