Реферат: Всеукраїнська федерація «спас» запорізька облдержадміністрація запорізька обласна рада запорізький національний університет матеріали міжнародної науково-практичної конференції

ВСЕУКРАЇНСЬКА ФЕДЕРАЦІЯ «СПАС»

ЗАПОРІЗЬКА ОБЛДЕРЖАДМІНІСТРАЦІЯ

ЗАПОРІЗЬКА ОБЛАСНА РАДА

ЗАПОРІЗЬКИЙ НАЦІОНАЛЬНИЙ УНІВЕРСИТЕТ


МАТЕРІАЛИ

Міжнародної НАУКОВО-ПРАКТИЧНОЇ КОНФЕРЕНЦІЇ


«Основи теорії бойового досвіду слав’янських народів»


м. Запоріжжя

2009

ББК 63.3 (4Укр)

3.33


Матеріали Міжнародної науково-практичної конференції «Основи теорії бойового досвіду слав’янських народів», м. Запоріжжя. 9 жовтня 2009 р.-Запоріжжя, 2009.


В п’ятому номері збірника матеріалів Міжнародної науково – практичної конференції представлено наукові роботи, що в тій або іншій мірі торкаються проблеми вивчення досягнень бойового досвіду слав’янських народів. На наш погляд, більшість з представлених робіт здатні змінити помилкові уявлення розповсюджені в сучасному суспільстві, відповідно, здатні впливати на розвиток різних наукових галузей. Статті збірника надруковано в авторській редакції, адже зверстані з друкованого матеріалу авторів. Тому відповідальність за допущені помилки і неточності несуть автори. Редакційна колегія і науково – методична рада Всеукраїнської Федерації Національного Бойового Мистецтва «Спас» висловлюють щиру подяку всім учасникам наукової конференції за представлені матеріали і висловлюють сподівання на подальше співробітництво.


^ Редакційна колегія


Академік УМАОІ та ПРА, проф. Ю.О. Шилов, к.і.н. Г.І. Калайда, Чуб Т.І. (відповідальний секретар), В.А. Коломієць (відповідальний редактор),
О.Л. Притула, К.А. Рижов, М. Г. Білокопитов.


ISBN 966-417-040-2 ©Координаційна Рада з питань козацтва

Запорізької обласної адміністрації


Ю. Шилов


Аратта - древнейшая цивилизация (государство)


Міжнародна академія управління персоналом

м. Київ


А. Ныне господствуют мнения, что: 1) цивилизация на Земле началась около пяти тысячелетий назад с рабовладельческих государств Ближнего Востока; 2) древнейшим священным писанием является Библия; 3) славяне – наименее цивилизованный народ Европы, поскольку государственность и письменность у них появились немногим более тысячелетия назад.

Б. Между тем 1) римский автор «Всемирной истории» Помпей Трог сообщает о легендарном споре египтян со сколотами, в котором сколоты (славяне античных времён) доказали, что они – древнейшая цивилизованная нация мира; 2) вавилонский историк Берос оставил свидетельство о том, что первые священные книги происходят из Скифии (сколотов и родственных им племён). На этих и т. п. постулатах 3) стояли европейские историки ХVI-XIX веков: от итальянца М. Орбини и француза П.-Ш. Левеска – до россиян М. В. Ломоносова и А. Д. Черткова. Затем к церковному противостоянию научным данным прибавилось противодействие марксизма и сионизма. Эти три родственные идеологии и сформировали господствующие мнения последних полутора веков завершения тоталитарных (классовых) цивилизаций.

В. Однако в эти же годы были сделаны новые открытия, подтвердившие и углубившие позицию «Всемирной истории» древнего мира. Были 1) открыты трипольская и родственные археологические культуры Дунайско-Днепровского региона (первые публикации 1874-1899 годов), которые оказались отражением апофеоза древнейшей цивилизации Аратта (1992-2004); 2) опубликованны первейшие священные тексты Каменной Могилы (Запорожчина, 1837-2001), «Веды словена» (Родопы, 1874, 1881, 2003), «Велесовой книги» (Харьковщина, 1953-1959); 3) продолжено и утверждено на международном уровне научное направление Орбини–Черткова (Шилов: 1992-2008), раскрывающее всемирный приоритет славянской культуры – хранящей дототалитарный, общинный корень всемирной цивилизации.

Г. Перед интеллектуальной элитой славянских, индо-европейских и всех народов Земли стоит выбор: следовать ли библейско-марксистско-сионским курсом на «конец света и мировой пожар» – или же завершить тот выход из этой смертоносной установки, который означен итальянским Возрождением, германской Реформацией, французско-английским Просвещением, славянским Неоправославием.

Данная статья помогает сделать правильный выбор. Автор суммирует современные данные о подлинном, добиблейском начале земной цивилизации-государственности и надеется на понимание и поддержку народов.

^ Открытие государства Аратта

I.1

Аратта (шумерское Aratta = LAM x PA ‘пламя-крыло‘; LAM x KUR 'пламя изменённое'; LAM x ru; LAM x KUR-ru обрела известность после публикации
С. Крамером [Kramer 1952] перевода шумеро-аккадской поэмы «Энмеркар и владыка Аратты».

В поэме рассказывается о споре двух владык-жрецов, первый из которых правил шумерским городом Урук. Главный храм этого города-державы был посвящён богу Энлилю, соперницей которого выступала араттская богиня Инанна. Урукский Энмеркар пытается победить Аратту с помощью её же Инанны – забрав каким-то образом статую богини в Урук. Он угрожает народу Аратты войной, рабством, убийством правителя. А тот отвечает такое:

Я – верховный жрец, назначенный чистой рукою (Инанны).

Скипетр небесного царя (Ану), владычица вселенной,

«иннин» всех законов, светлая Инанна

в Аратту, край чистых обрядов воистину меня привела,

в горах пред нею поставила меня словно врата –

то как же Аратта может подчиниться Уруку?

Гора (-Аратта) – это герой, напитанный мудростью,

она подобна вечерней заре, идущей к своему дому

и проганяющей мрак пред своим лицом.

Она подобна Луне, которая поднимается на небеса,

лицо которой преисполнено блеском.


Однако Инанна временно отходит от своей Аратты, склоняется в сторону Энмеркара. Тот шлёт требование за требованием: прислать драгоценности да мастеров для отделки Эана ('Небесного Дома' богини Инанны) в Уруке, а ещё и храма Абзу в Эриду (см.: І.2, І.3, ІІ.5, ІІ.6). Ответы владыки Аратты неопределённы. Да и приказы Энмеркара слагаются из путаных угроз, магических загадок и воспоминаний о временах, когда не только Шумер, но и «всё благочестивое человечество, вся вселенная общим языком искренно восхваляли Энлиля», чей храм господствует в Уруке. Ответы жреца непостоянной Инанны свидетельствуют об иной правде прошлого (см. выше) и сетуют на то, что ныне «Аратта подобна отаре, что разбрелась; её пути – враждебная земля». Взамен дани, которую Энмеркар вымогает от Аратты, её владыка просит прислать зерна голодным араттам, от которых отвернулась богиня. Не сразу, но всё же просьба была удовлетворена.

Знаменательно, что ячмень из Урука привезли ослами – тогда как ответные дары аратты решили везти конями. Но не успели двинуться, как вновь пришёл в Аратту приказ – с новой загадкою про скипетр, который следует доставить в храм Энлиля. На это верховный жрец Аратты ответил подобной загадкой. Такое общение усложнилось со временем настолько, что гонец уже не мог запоминать послания. И тогда будто бы именно Энмеркар изобретает письмо на глиняной табличке. Однако жрец Аратты легко читает текст. А пока он обдумывал ответ – Инанна смиловалась над своими араттами, оросила их нивы дождём. Теперь страна спасена от голода и защищена разливом рек от нашествия урукцев. К тому же богиня устраивает Аратте праздник в честь своего возлюбленного Думузи – 'Сына души', обожествлённого прапращура человечества, «пастуха времён до Потопа». Взвесив такие перемены, Энмеркар решает завершить спор миром и отправляет в Аратту новую партию зерна, а также скот на празднество Думузи. В ответ аратты посылают, наконец-то, дары в урукский храм Энлиля, 'Владыки-ветра'. Сей Бог хотя и считался виновником Потопа (см. дальше), однако наибольше почитался в Шумере

Конец поэмы «^ Энмеркар и владыка Аратты» сохранился плохо. Но ясно – на общем празднестве кто-то поучает Энмеркара, что дела лучше ладити миром, а не войною. Однако из отрывков ещё трёх поэм (Энмеркар и Энсухкешдана, Энмеркар и Лугальбанда, Лугальбанда и гора Хурум) видно, что стычки меж Уруком и Араттой не прекратились. Во второй поэме повествуется о поражении урукской ведьмою араттского чародея, который попытался вернуть из Урука статую Инанны. В третьей поэме Энмеркар посылает своего сына Лугальбанду за помощью Инанны в Аратту, после чего та вновь поставляет в Урук драгоценности да мастеров – перевозя их теперь уже не конями, а по воде. В четвёртой поэме рассказывается о злоключениях Лугальбанды во время похода войск Урука. Наследник его трона заболел и оставлен помирать возле Хурума; выздаравливая, он бродит и молится среди гор чужбины, а тем временем его отец Энмеркар руководит штурмом Аратты.

Существования Энмеркара и Лугальбанды, второго и третьего правителей І династии послепотопного Урука, современные исследователи датируют 2900-2588 гг. до н. э. или же на тысячелетие раньше.


І.2

При раскопках одного из храмов иного шумерского города-державы – Лагаша – была найдена, на двух глиняных цилиндрах 2113 г. до н. э., «Хвалебная песнь о построении храма Нингирсу». По мнению А. Г. Кифишина, «это древнейшей и самый полный источник по ритуалу основания храмов (…) Очевидно, поэма была зачитана или, вернее, спета, прежде чем её уложили в фундамент и «жеребец» – Гудеа, правитель Лагаша и основатель храма в честь бога Нингирсу, поднял «копытом»-мотыгой первую горсть земли».

Произведение начинается с описания того, как «живая» вода Тигра остановила «мертвую» воду Потопа. Тогда «на небе и земле судьбы решались», и в приморском Лагаше его покровителю Нингирсу-'Муравью' (?) сказано было богом Энлилем (см.: І.1):

«Наводнение к берегу своему вернулось;

вода тёмная, звездами наполненная, ужас поднимала, –

наводнение Энлиля – (река) это Тигр,

она воду пресную остановила».

Аратта упоминается далее, при описании входа во храм:

Бог-змий священный Океана, тёмно-синий, –

это «сеть, что завязывает» (полог) храма,

где советуются Кеш с Араттой;

(а) эта «сеть, что развязывает» (шторы) храма – лев страшный,

(он) на 'Страну'-Шумер взирает там, –

никто (из) идущих очами этими (пусть) не будет схвачен!

Дальше увидим, что первый в Шумере послепотопный город-держава Кеш (см.: І.3 про Сури-кош) – не просто созвучен своим названием, но и действительно-таки связан (надписями Каменной Могилы, моделями храмов Кукутени–Триполья, Оратовом и др.) с кши 'землями' «Веды словена» да 'станом' киш/кош украинских казаков. Учёные уже делают подобные сопоставления. Так, лингвист Ю. Л. Мосенкис разделяет имя Ма-кош древнеславянской богини на слоги – указуя свойственность первого «лишь трипольско-малоазийско-критскому региону», но связуя его также с египетской Маат. А название украинской (на Полтавщине) реки Псло и кавказской Псоу исследователь примеряет на «шумерское или даже дошумерское субстратное Абзу / Апсу 'пресная водная бездна, пресный океан'» Потопа (см.: І.1, ІІ.5).

Между цивилизациями пра-Украины, Шумера, Египта прослеживаются и археолого-этнологические связи – причём в означенной последовательности. Меж двумя последними станами египтолог Д. Рол раскрывает их по специфическим изображениям и находкам кораблей да храмов. Аналогичные корабли встречаются среди петроглифов Каменной Могилы, календарные пометки которых указывают на VI-IV тыс. до н. э. Аналогичные же модели храмов имеются среди керамических изделий Кукутени–Триполья. «Из этого вытекает, что давние европейцы были неким образом ознакомлены с архитектурными, культурными и религиозными традициями далёкой Месопотамии», – делает осторожный вывод археолог М. Ю. Видейко.

Не только ознакомление, но и общий исток догреческой, египетской и шумерской мифологий раскрывает выдающийся шумеролог А. Г. Кифишин. Исследователь обратил внимание на особую информативность тут «Текстов пирамид». Исторические легенды начинаются в них с правремён и далёкой страны Осек – ،'٫ śk (j) 'той, которая погибла (в море)'. Она находилась севернее страны Дебен и была поглощена Потопом. 'Великая чернота' самых плодородных земель 'круглоты Осек' была прародиной оптимальнейшего земледелия допотопных времён. Поэтому название Осек породила египетские термины śk 'молоть зерно'; śk'٫ 'приносить урожай'; śk'٫.t 'страна оратаев' – которая «может быть поставлена в связь с греческой Атлантидой». После этого в Дебене образовался 'Огневой остров в Море Двух Кинжалов', а в пра-Египет пришёл Тот – бог металлургии и мудрости, боровшийся тогда (на рубеже VII-VI тыс. до н. э., по Кифишину) с 'каменными витязями'. Затем супругою Тота стала Маат, владычица 'Огневого острова' (которую исследователь сопоставляет с дочерью шумерского бога мудрости Энки, остановившего Потоп). А в VI-V тыс. до н. э. появился первый фараон Мене… Подобная смена эпох камня и металла зафиксирована русским летописцем ХІІ века: «Феоста иже и Съварога нарекоша егуптяне (…) въ время царства его спадоша клеще с небесе, нача ковати оружье. Прежде бо того палицами и камением бьяхуся».

А. Г. Кифишин, не зная до конца 1993 г. об архиве Каменной Могилы (у пос. Мирное Мелитопольского р-на Запорожской обл. Украины), допускал тогда связь страны Deben с Грецией, а северной 'Великой черноты' – с каким-то районом Балкан. Однако в той же приведенной выше статье он выдвинул версию: «Прекукутень и Триполье (=шумер. Аратта)», а египетского бога Тота сблизил с магической формулой 'медь Аратты'.


І.3

Выше приведены почти все известные тексты о переднеазийской (а также иной?) Аратте. Из них проступает, что эта таинственная страна появилась раньше, очевидно, древнейших городов-держав Шумера – с которого принято ныне [следом за Woolley 1950] начинать историю мировой цивилизации. Эти обстаятельства стимулируют международный поиск первичной Аратты.
Её ищут к северу от Шумера, а расцвет относят ко времени І династии Урука. Опираясь на упоминания в поэме «Энмеркар и владыка Аратты» об изобретении письма и др. (см.: І.1), начала Аратты и Шумера углубляют до середины IV тыс. до н. э.

Но накапливаются данные о более давних временах и значительном предшествовании Аратты да влиянии её на возникновение классического Шумера, который поднялся вослед допотопному Убейду и предшествовал семитскому Аккаду. Такую теорию выдвинул и разработал Д. Рол – профессор египтологии и древней истории, участник археологических раскопок в Иране. Учёный опирается на работы Л. Вулли и других авторитетных археологов; на согласования генеалогий «Списков царей» Шумера, Вавилона, Ассирии; на «Историю» вавилонянина Бероса да соответствия ей в произведениях Палестины, Греции, Рима. При этом производится реконструкция первичного звучания и написания имён.

Раскопки на Мийандоабской равнине (иранская часть Армении) дали основание Д. Ролу написать о подвале с вином «во дворце Аратты» около 5500 г. до н. э. Здесь находилась одноименная река, которую в последний раз упоминает в 714 г. до н. э. Саргон ІІ, ассирийский завоеватель Урарту (< Ур 'Город-Держава Ар(ат)ты'). А помянутую равнину издревле населяло племя маннеев (> Ур маннеев > Армения), которые вместе с хурритами (< Сурья-'Солнце' и Аратта) составляли особую семью в «индоевропейской языковой общности»; хуррито-маннейский этнос отображают алазано-беденская, куро-араксская и родственные им археологические культуры.

По Д. Ролу, первичная Аратта сформировалась в горной ‘долине’-эдене в первой половине VI тыс. до н. э. Впоследствие почались расселения. Прапращур Адаму ('Человек, сделанный из красной земли' местгой горы Сури-кош, аналог посыпанных охрой покойников убейдской, куро-араксской, кукутень-трипольской, днепро-донецкой и многих иных археологических культур) и его сын Йамку-Кийан поселились в Сузиане. А их ближайшие потомки Хану и Ну-а (отвечающие библейским Еноху, Ною, Яфету, а эти –намного древнейшим Инахосу, отцу Пеласга и пращуру Йапетоса и Атласа или Аталанта греческой мифологии около 5000 г. до н. э. основали С(Ш)умер. Название сей 'Страны' Д. Рол и некоторые другие исследователи выводят от послепотопного сына Ноя – Сима (>библейские Шинар или Сеннаар). Но можно выводить и от двух греческих Симе, пращура и потомка Атласа – причастного (по А. Г. Кифишину) к поглощению Потопом земли Осек (см.: І.2).

Как видим, пеласго-греческая и египетская традиции указывают на допотопное появление Шумера, тогда как семито-еврейская – на его появление после Потопа. С первой позиции древнейшим шумерским был уже І период Убейда (около 5000-4800 гг. до н. э.) с его первейшим в Шумере городом-державой Эриду, а также с несколько позднейшими поселениями на местах будущих, послепотопных Урука и Ура. Знаменательно, что первые упоминания таких названий впервые появились в VII тыс. до н. э. среди протошумерских надписей Каменной Могилы (№ 19/D: «Это закон Аимдугуда, который отправляется в Ур и Эриду», а названия Урука и Ура происходят от uru
Л. Вулли при раскопках Ура открыл следы страшного пожара и наводнения, которые размежевали Убейдские и Урукские периоды где-то между 4000-3100 гг. до н. э. (по Д. Ролу) или же около 3900 г. до н. э. Вероятно, что эти годы катастроф выходцы из Аратты переждали на своей прародине: об этом свидетельствует библейский миф о горé Арарат, к которой прибился ковчег Ноя. С Араттой у Тебриза да закавказским Араратом соотносимы Артемида Тавропола и река Артаплот на Полтавщине, а также город Оратов на Виннитчине. С тремя последними связуется более древний город-держава Арой > Ортополис из генеалогии ахейцев и тельхинов, потомков допотопного Инахоса (см. выше и ІІІ.8).

Ортополис возник после Атласа и почти синхронно с позднейшим из двух Симе. Им всем предшествовал Оропос (Europos^ Europa), несколько младший чем Атлас. Видим теперь, как и когда возникло название Европы – первично воплощённой, согласно греческой мифологии, в женщину, перевезенную через море быкоподобным «Отцом богов» Зевсом. А происхождение названий этого семантического куста обязано, наверное, легендарному греко-ахейcкому прагороду Aroju < -oras/-uras («имеющему отношение к понятиям 'город', 'укрепление'») – единственным археологическим эквивалентом которому в доантичной Европе того времени «вполне могли быть поселения трипольской культуры типа Майданецкого».

Приведенный вывод T. Taylor (в пересказе М. Ю. Видейком) подтверждает последующее розвитие легендарного (Aroju>) Oropos>Orthopolis в мифологемах лапифов и кентавров, которые прожили смену приоритетов быков на коней. Эти два племени жили поначалу «в районе реки мёртвых» и были связаны с «городом биков» (tauro-polis) хранителей душ да з «собако-быками» (cuno-tauroi), которые переправляли души умерших через реку. От того появились конеподобные кентавры. В этом семантическом узле пра- или доиндоевропейских мифологем нелишни приведенные выше упоминания (см.: І.2) о шумер. kiški 'вселенная' и егип. 'круглота Осек' šn،'٫-śk. Земледельческая и, вероятно, архитектурная характеристики последней вполне совместимы с археологией Кукутени–Триполья (а также, как увидим далее, с легендами и мифами «Веды словена»).

Комплекс соответствующих данных выявлен в древнейших курганах возле города Комсомольск на Полтавщине и в посёлке Велико-Александровка на Херсонщине, по оба берега Днепра недалеко от удобных переправ. Между 4600-3200 гг. до н. э. тут состоялись судьбоносные контакты носителей трипольской, днепро-донецкой, среднестоговской, куро-араксской культур, вследствие чего тут зародилась индоарийская «Ригведа». К тому же зодиакальная сцена с животными на круглой каменной ограде Великоалександровского кургана родственна изображениям VI-IV тыс. до н. э. из «Грота Быка» Каменной Могилы. Рядом, в сторону реки, расположено синхронное панно № 5 (см.: ІІ.5) с одним из упоминаний Аратты, а также свидетельствами Потопа: Абзу и Суда Воды. А с египетской 'круглотой Осек', яйцеподобным планированием Майданецкого и -oras/-uras вполне сопоставимо «Протояйцо IM + TAR» со знаками ur4 'спаренные', še 'зерно' и др. панно № 15/16.

Историко-этимолого-археологический ряд рассмотренных уже артефактов (-oras/-uras < Aratta < LAMxKUR-ru > unu/uru и др.) указует на дальнейшее направление решения проблемы происхождения государства Аратты и её взаимосвязей с археологической культурой Кукутень–Триполье.


^ Прародина Аратты

ІІ.4

Шумеролог, лингвист и мифологовед А. Г. Кифишин вышел на первичную Аратту побочно (см.: І.2), при выяснении генезиса греческих племён и соответствий их мифологем в древнейших мифологиях Египта и Шумера.
В дальнейшем исследователь ещё несколько раз касался проблемы Аратты, открыв её наибольшую глубину среди пранадписей верхнего палеолита. Ключём к прочтению Кифишиным праписьменности явилось открытие в 1961-1965 гг. румынским археологом Н. Влассою и немецким шумерологом А. Фалькенштейном протошумерских надписей на трёх глиняных табличках среди останков жертвоприношения 5370-5140 (ВС) гг. до н. э. на поселении Тэртэрия. Впоследствии А. Г. Кифишин усовершенствовал свои дешифровки, опершись на древнейший в мире архив Каменной Могилы – наличие изображений в которой от мамонтов и далее, а также некой письменности были уже доказаны публикациями В. Н. Даниленко [1986] и Б. Д. Михайлова [1999].

Говоря о давности ритуала закладки храмов Шумера, Кифишин отмечает (см. І.2), что «истоки его идут в поздний палеолит». Действительно, древнейшее среди известных на сегодня упоминаний Аратты происходит из жилища ХХІ-ХVІ тыс. до н. э. у с. Межерич Каневского р-на Черкасской обл. Тут археологи нашли череп мамонта, разрисованный красной краскою. Интересно сопоставить впечатление первого исследователя находки, палеонтолога И. Г. Пидопличка, – с прочтением этого же знака шумерологом А. Г. Кифишиным. Итак (Пидопличко): «Рисунок размером 30х30 см представляет собою набор сплошных ломаных линий (ширина – 8-10 мм), выходящих из одного места и располагающихся кустоподобно. (…) В отношении семантики рисунка выссказано различные мысли, однако наиболее вероятным предположением является то, которое определяет этот рисунок как изображение огня. Рисунок расшифровывается как полуреалистическое изображение языков пламени да искр». А теперь слово специалисту-языковеду (Кифишину): «Надпись на этой вещи читается мной как LAM x KUR(?)-ru ‘Аратта’. Она перекликается с аналогическими надписями Каменной Могилы: панно № 37/4 таблички № 62 из Грота Козы». Интереснейшим в этом сопоставлении есть то, что буквальный перевод, приведенной шумерологом идеограммы LAM x KUR(?)-ru: ‘Пламя изменённое‘. То есть оба исследователя разными путями пришли к подобным выводам (см. в конце IV.12) – которые тем самым взаимопроверяются.

На одной стороне упомянутой таблички № 62 из Каменной Могилы довольно реалистично изображена охота лучника на коз. Эту сцену Б. Д. Михайлов отнёс к эпохе мезолита, хотя «Грот Козы» вообще – к верхнему палеолиту. Это отвечает датированию А. Г. Кифишиным табличек из данного грота ХІІ-VII тыс. до н. э. Панно № 37/4 шумеролог относит к рубежу VII-VI тыс. до н. э. Последними из этих тысячелетий Кифишин датирует протошумерскую надпись sanga LAM x KUR-ru (= Aratta) udu díb2 a-kud 'Первосвященник (из) Аратты овцу схватил (согласно) Суду Вод', сделанную на глиняной печатке культуры Криш (Венгрия). Упоминания Аратты на панно №№ 5, 17, 27 Каменной Могилы датируются VI-IІІ тыс. до н. э.

Таким образом очерчивается круг письменных источников по древнейшей Аратте. В середине верхнего палеолита она была определена охотниками и собирателями как обжитый ими край-территория, а в течение «Великой неолитической революции» превратилась скотоводами и хлеборобами в государство-‘цивилизацию’. Именно эта днепро-дунайская, наиболее северная из Аратт может в полной мере претендовать на сопоставление с полумифической страною Осек (см.: І.2, І.3).


ІІ.5

Начало очерченного претворения определяется ныне двумя событиями. Во-первых, непосредственным контактом странствовавших жрецов малоазийского Чатал-Гуюка и заднепровской Каменной Могилы. Данный факт открыт В. Н. Даниленко путём сопоставлений каменных сосудов да изображений обоих памятников, а А. Г. Кифишиным – протошумерских надписей панно № 37/4 и др. да храма VII/23. Его дата, определённая сначала [Mellaart 1967] 6200±97 г. до н. э., углубляется теперь лет на 800 (ВС). Во-вторых, возникновение цивилизации Аратты, как и Шумера, связывается теперь с Потопом. Современные геологи да историки датируют его (или же несколько) в рамках 6700 – 3100 гг. до н. э. По Д. Ролу, сразу после Потопа была заложена І правящая династия города-державы Кеша (см.: І.2), а начало І династии Урука состоялось около 3000 г. до н. э. (или 3900, по М. Ю. Видейко). Урук, согласно «Спискам царей» Шумера и Вавилона, вскоре после Потопа построил знакомый уже нам Энмеркар (между 2900-2800 гг. до н. э. или же лет на 900 раньше).

Рассмотрим теперь, в хронологической последовательности, упомянутые выше тексты Каменной Могилы ХІІ-VII-VI-IV-ІІІ тыс. до н. э.

№ 62. Изображения и знаки между ними расшифрованы Кифишиным как подвиг героя для Кисима 'Муравья', которому шкодил правитель Месилим. На другой стороне каменной таблички написано: «Гатумдуг, Энзу (из) Кеша (и) 10 женщин Абзу засудили (возле) Древа правителя (= Месилима?)». Исследователь обращает внимание на то, что тут «вместо aratta стоит kèš³ (аналогично панно № 17). Аratta и kèš³, в соответствии с Цилиндром А Гудеа, 'между собой советуются'. Так они представлены на полу-ковре новопостроенного храма» богу Нингирсу в Лагаше (см.: І.2). Монографические исследования А. Ведделла, А. Г. Кифишина, О. Н. Трубачёва, Ю. Л. Мосенкиса содержат основные данные для понимания приведенных здесь и ниже имён да понятий (см.: ІІІ.9).

№ 5. «Уту предков первых (людей) судил – (это) перволюди Севера. (…) (У) Абзу змея мотыгу (связывала). Умерший МЕ связывал, МЕ правителей согласно Суду Воды связывал. (…) (На холме) Дуку утуги Аратты (у) Древа Правителей Сина МЕ людей спаренными МЕ судили». Уту – бог Солнца, а Син (наследник Энзу) – Луны. МЕ – закон, связующий Вселенную и человечество. Утуги – это демоны-судьи.

№ 27. «(…) (По приказу) утугов Аратты Ламар (на) 80 (году некого летоисчисления) правителей судит. Думузи (для) Суда Воды 40 ослов назначил (и) 40 колесниц первейших. Жребий колесниц первейших – (согласно) знанию Морской Бездны – мёртвых перевозить. Колесницы-птицы (были ещё у) Гильгамеша (и) Абукуна – правителя, имеющего Древо Быка». Ламар – владыка, соответствующий сыну-земледельцу бога Энлиля, который вызвал Потоп (см.: І.1, І.2). На последний указывают Суд Воды и Морская Бездна. Про допотопного Думузи сказано выше (см.: І.1), при рассмотрении поэмы «Энмеркар и владыка Аратты». Гильгамеш (шумерский 'Пращур-герой' или же подобный греческому 'Герою огня' Гераклу), соответственно разным трактовкам «Списка царей», жил между 2615-2348 гг. до н. э. и был сыном некого Думузи да правнуком Энмеркара.

№ 17. «(…) Аимдугуд-владыка, который Судом Воды правителей судит, (владычиц) Кисаль (и) Сальтуш вернул. Энзу, владыка Кеша, знает (об этом). (Богини) Нидаба великая (и) Ниндара, (а также бог) Ил, Разум имеющий, оповещены (об этом) 45 (лет назад) – (согласно) с Табличкой Каскисима». Кеш тут равнозначен Аратте (см.: І.2), а Кас-кисим – 'Странствующий муравей' (см. № 62). Ссылка на этого первейшего, наверное, летописца Каменной Могилы есть на табличках из «Грота Колдуна» (№ 52), датированного А. Г. Кифишиным ХІІ-Х тыс. до н. э. Огромное же количество протошумерских надписей и археоастрономических дат панно № 25 позволяет сопоставить его «условные даты правления царей-богов» с копиями из храма VII/23 Чатал-Гуюка, с табличками РІ-32 и РІ-128 из древнейшего шумерского архива Шу-Нун (возле современного Джемдет-Насра), затем с греческими династиями мирмексов-'муравьёв' да алоидов, лапифов и кентавров, а за ними – с мифическими династиями Египта. При этом династия Кас-кисима условно пришлась на 6003-5821, Сухура (допотопного 'Карпа' шумерской мифологии) – на 5821-5729, а Енлиль-паиля ('Владыки-ветра, виновного' в Потопе?) – на 4790-4465 гг. до н. э.

Как видим, упоминания Аратты в Каменной Могиле связаны не только с событиями ХІІ-Х тыс. до н. э. доцивилизационного конца палеолита – но также с Чатал-Гуюком VII тыс. до н. э. и с Кешем послепотопной цивилизации Шумера ІV-ІІІ тыс. до н. э. Немногочисленность упоминаний и содержание надписей свидетельствуют о том, что архив Каменной Могилы находился за пределами Аратты. Кифишин полагает, что начало летописей №№ 17 и 25/В отображает окончательное вытеснение буго-днестровской культуры трипольскою. Версию можно принять, учтя генетическое родство этих культур и отображение апофеоза Аратты второю из них. Следует также учесть и дополнительные обстоятельства: хранители архива во времена “трипольской Аратты” принадлежали к сурско-днепровской культуре (родственной и раньше возникшей буго-днестровской, и последующим среднестоговской да ямной культурам 5300-2200 гг. до н. э.), а ближайшие погребения да уникальное для этих мест поселение трипольской культуры 3700-3200 гг. до н. э. найдены археологами в 40-120 км, возле сёл Волчанское и Чонгар…

Итак, возникновение цивилизации-‘государства’ Аратты действительно предшествовало Шумеру и состоялось к северу от него, – намного севернее (в Днепро-Дунайском регионе) закавказского озера Урмия (по Д. Ролу).

ІІ.6

Рассмотренные выше источники несомненно указывают на несколько Аратт. Они множились (как это случалось и с иными названиями) вместе с ростом численности и частичными миграциями коренного населения – сначала первичной, а затем и последующих цивилизаций. Однако миграции не всегда были массовыми да постепенными – поэтому археологам не следует уповать на обнаружения цепочек поселений и устланных типичными вещами дорог. Счастливые случаи – подобные удивительным соответствиям многих керамических изделий культуры Кукутени–Триполья с изделиями Убейда, Хараппы, Ян-шао – случаются крайне редко.

Исследования и генетики, и антропологии носителей трипольской культуры показывают значительное преобладание потомков местных охотников за мамонтами, ишкурами-ящерами (по Кифишину и Рыбакову). Прямые потомки шли по женской линии населения – и именно в её, очевидно, среде сохранялась традиция статуэток, орнаментов, фольклора. Эта коренная часть «массивных протоевропеоидных типов» [Сегеда 2004] стала также основой древнейших ариев, союза носителей среднестоговской и днепро-донецкой археологических культур. А мужская часть носителей Кукутени–Триполья принадлежала к «грацильным западным средиземноморцам». Когда возникала потребность избавляться от излишка населения, то отселяли группы мужчин. Для такого исполнения сложился определёный мифоритуал, истоки которого А. Г. Кифишин обнаружил в 9 канонических текстах Каменной Могилы времён Потопа.

Уже такая – половая, хозяйственная, ритуальная – нетождественность мигрантов и автохтонов единой этнокультурной общности (Аратты и её археологического отображения в культуре Кукутени–Триполья) не могла продуцировать тождественности керамики, орнаментов и др. указанной и, скажем, культур Самарра, Убейд, Хараппа, Ян-шао. Достаточно и десятков весьма красноречивых артефактов (изображений пальм и кобр в северном Триполье, его аналогов храмам и жетонам Шумера, др.), чтобы принять гипотезу А. Г. Кифишина и его западноевропейских предтеч:

«Приход протошумеров в Южную Месопотамию IV тыс. до н. э. совпадает со временем существования урукской культуры, которая сменила убейдскую V-IV тыс. до н. э. Археологам хорошо известна северная урукская культура (…) Возможно, она распространялась именно с севера на юг, при тесном взаимодействии с носителями пулурской ветви куро-аракской культуры. На основании так называемых «глосс Аимдугуда» панно № 25/В Каменной Могилы, в котором я вижу летопись, составленную около середины IV тыс. до н. э., можно предположить, что протошумеров увёл из Приазовья правитель Акилим после суда и расправы над местным правителем Абукуном. (…) Так примерно могло проходить расселение протошумерских племён на южных окраинах Убейда и Урука в Месопотамии. Сначала был создан центр в Сузах А–В, затем, после восстания протоэламитов Суз С, протошумеры оттуда ушли и окончательно утвердились в Уруке IV».

Насколько реальна такая картина? Сейчас трудно сказать. Но для её выяснения необходимо будет привлечь не только позитивные факты археологических исследований, но и мифоритуальную традицию», – что я и делаю. Тем более, что открытые А. Г. Кифишиным в Приазовье упоманания об Эриду и Акилиме не случайно, наверное, созвучны с началом «Списка шумерских царей»: «Когда царская власть была прислана с небес, царская власть пребывала в Эриду. Царём Эриду стал Алулим». К тому же лингвисты, а за ними и археологи беспрекословно признают возникновение державы Митанни вначале ІІ тыс. до н. э. вследствие союза ариев с хурритами (причастными к Аратте). Исток же этого союза, к которому были причастны и носители культуры Триполья, прослеживается в Степном Поднепровье по крайней мере с 3200 г. до н. э. (см.: І.3)…

Аратта-0 скложилась как страна, обжитая охотниками верхнего палеолита и мезолита низовье Днепра ХХІ-VII тыс. до н. э. (поселение Межирич; «Грот Козы» Каменной Могилы, табличка № 62).

Аратта-І VII-V тыс. до н. э. выросла из предыдущей вследствие развёртывания «Великой неолитической революции», ставшей предусловием возникновения государственности-'цивилизации'. Процесс сосредоточился в западной части Циркум-Понтийской зоны 'Вокруг Чёрного моря'. Изначальным показателем государства Аратты является «письменный договор» 7000-6200 гг. до н. э., составленный жрецами Каменной Могилы (гроты «Колдуна» и «Быка», панно №№ 25, 37/4 и др.) и Чатал-Гуюка (храм VII/23). То, наверное, было реальное время полумифической страны Осек, согласно текстам пирамид Египта (см.: І.2, І.3, І.4). Следствием указанного договора можно считать появление названия Аратта в рассматриваемом архиве (панно №№ 5, 27 и др.) и в археологической культуре Криш (Трансильвания), а также продвижение за Днепр первых земледельческо-скотоводческих культур – буго-днестровской и сурско-днепровской (6400-5300 гг. до н. э.), а следом за ними – Пракукутени, Кукутени, Триполья (5400-2200 гг. до н. э.). Рост в последних трёх протогородов, а где-то с 4600 г. до н. э. и безусловных городов площадью до 150-450 га, – ещё один несомненный признак цивилизации. Следовательно, она началась в Аратте-І с 7000-6200 гг. до н. э. А шумерский Эриду возник не ранее 5000-4800 гг. до н. э. (см.: І.3).

Аратта-ІІ стала довольно ранним (VI-IV тыс. до н. э.), дошумерским ответвлением предыдущей. В исследованиях и француза M. Лебея, и россиянина А. Г. Кифишина, и американца А. Кемпа протошумеры выходят с северопричерноморских земель будущей Украины (также Молдовы, Румынии) и распространяются в сторону малоазийской Анатолии, Месопотамии, Загроса, Египта. При этом исследователи указывают трипольскую, куро-араксскую и др. археологические культуры (см.: І.3). С последней, как показано выше, Д. Рол связал армянскую Аратту (-ІІ, по моему определению) – едва аргументировав гипотезу о её местном происхождении.

Гипотеза Brentjes–Lebeau–Кифишина–Кaymp существенно корректирует гипотезу Д. Рола. Вместе с тем очерчивается теория Ю. А. Шилова об отражении культурой Кукутени–Триполья апофеоза протошумерской, древнейшей цивилизации-'государства' Аратта(-І).


^ Историческая Аратта и археологическое Кукутени–Триполье

ІІІ.7

Как проверить гипотезу и, по возможности, претворить её в теорию? – Для этого необходимо снять объективное противоречие между вещеведением археологии и красноречием иных вспомагательных дисциплин исторической науки: лингвистики, этнологии, антропологии и проч. Выше мы уже начали это снятие.

Наилегче было бы в случае достатка надписей на кукутеньско-трипольских вещах. Но письменные памятники в дорабовладельческих (дошумерских) обществах являются редкостью – ещё большей, нежели способные расшифровать их специалисты. «И если теперь учёные не сомневаются в существовании Дунайского (староевропейского – Danube script / Old European script) [письма], то следует отметить, что трипольцам оно также было известно». Однако один лишь А. Г. Кифишин подвигся опубликовать расшифровки профессионального качества. Выше я привёл те из них, где упоминается древнейшая Аратта. О ней на вещах культуры Кукутень–Триполье не найдено ещё ни одного свидетельства. Но тут есть до 20 надписей с характерными для Аратты и Шумера упоминаниями богини Инанны и её Близнецов да святилищ, а также Уту и Намтара.

К тому же известны значительные памятники литературы, которые можно сопоставлять