Реферат: Хочет удивить меня победой” Генерал от инфантерии Василий Осипович бебутов

“...ХОЧЕТ УДИВИТЬ МЕНЯ ПОБЕДОЙ”

Генерал от инфантерии Василий Осипович БЕБУТОВ


История кавказских войн давно прошедшего XIX столетия богата славными викториями русского оружия, дала много героических имен. Здесь, в Закавказье, на южном порубежье раз за разом прокатывались войны то с османской Турцией, то с шахской Персией, шла многолетняя борьба с имаматом Шамиля. Российская граница на кавказском юге не раз испытывалась на крепость духа тех, кто ее защищал.

Победоносная армия России возродила в закавказских народах боевой дух их прошлого, принесла освобождение от чужеземного ига. Войдя в состав дружественного им государства, кавказские народы восстановили свою территориальную целостность и культурную самобытность. И обрели общую границу.

Вооруженная борьба на пограничных рубежах, боевая дружба людей самых разных национальностей дали признание ратным заслугам перед российским Отечеством многим полководцам и военачальникам. В том числе и тем, чьи корни уходят в земли Закавказья.

^ КАВКАЗЦЫ НА СЛУЖБЕ РОССИИ
Один среди них — генерал от инфантерии князь Василий Осипович Бебутов. Выдающийся сподвижник кавказских наместников и полководцев А.П. Ермолова, И.Ф. Паскевича и М.С. Воронцова. Он покрыл себя ратной славой в двух русско-турецких войнах. Герой Ахалцыха, Баш-Кадыклара и Кюрук-Дара...

Полководец родился в городе Тифлисе в 1791 году. Род Бебутовых нисходил к одному из дворянских семейств, переселившихся в Грузию после падения Армянского царства. Здесь свободолюбивые люди нашли пристанище и не раз отличались на бранном и гражданском поприще своей новой родины, особенно в XVII и XVIII столетиях.

Прадед Василия Осиповича — Ашхорбек, сумел дослужиться на царской службе до должности мелика (губернатора) столичного Тифлиса. Он стал им в тяжелейшее время для страны, когда турки-османы овладели Грузией, бывшей в то время под властью персов, и когда царь Теймураз удалился к горцам-пшавам. Мелик Ашхорбек погиб в 1724 году при взятии Тифлиса турецкими войсками.

Через одиннадцать лет могущественный персидский Надир-шах отвоевал у турок Грузию и возвратил подвластное Тегерану царство Теймуразу. А сына-наследника его, царевича Ираклия, взял в заложники. С будущим грузинским государем Ираклием II в столицу Персидской державы отправился и дед будущего русского генерала от инфантерии — Барсаг (Василий) Бебутов, в истории больше известный под именем Мелик-ага.

В чужой стороне он заслужил славу храброго и умелого военачальника. Участвовал вместе с царевичем Ираклием в завоевательном походе Надир-шаха на Индию в 1739 году. И за оказанные на поле брани услуги восточному владыке был пожалован драгоценной саблей и должностью мискарбаша — егермейстера при шахском дворце.

Воспользовавшись длительными кровавыми междоусобицами в Персидском государстве, последовавшими после смерти самовластного Надир-шаха в 1747 году, царь Ираклий II восстанавливает независимость Грузии. Близкий ему человек Мелик-ага становится тифлисским губернатором и мискарбашем. Эти посты наследственно переходят к его сыновьям, старшему Ивану, умершему в сирийской столице городе Дамаске, куда он был послан с царским поручением, а потом и к младшему — Иосифу (Осипу), бывшему тогда главным казначеем при царевиче. К слову сказать, в Грузинском царстве род Бебутовых стал княжеским.

Младший князь Бебутов женился на дочери царского милахвара — шталмейстера, Марье Осиповне Коргановой, которая родила ему пять сыновей. Старшим из них был Василий.

Во время страшного погрома Тифлиса, учиненного персидской армией Ага-Магомед-хана, семейство князей Бебутовых счастливо спаслось бегством из города в близкие горы, укрывшись там в одном из ущелий. Персы учинили погоню за этими и другими беглецами, и уйти от нее удалось только тем, кто обладал быстроногими конями и хорошо знал дороги в горах. Когда персидские войска ушли из разоренного Тифлиса, беглецы возвратились в грузинскую столицу.

Князю Бебутову довелось отличиться при отражении грузинским ополчением большого набега с гор Дагестана аварского хана Омара. Когда в самом конце XVIII столетия русские войска под командованием генерала Лазарева вошли в Грузию, мелик Бебутов встал в ряды ревностных приверженцев российского подданства.

Отец Василия Осиповича подружился с генералом князем Павлом Дмитриевичем Цициановым, главнокомандующим кавказскими войсками России и главноуправляющим Грузией. Бебутов-старший не раз участвовал в цициановских военных экспедициях. За воинскую доблесть в бою против персидского войска на реке Занге в 1804 году он, командир отдельного отряда, награждается чином полковника и орденом Святой Анны 2-й степени с алмазами.

В тифлисском доме князя Иосифа Бебутова, отличавшегося большим гостеприимством, часто собирались известные военачальники русских войск на Кавказе. Среди гостей бывали генералы Лазарев, Гуляков, Котляревский, Портнягин, Карягин и многие другие. В частом общении с ними шло становление старшего из сыновей мискарбаша, мечтавшего о военной карьере в рядах русской армии.

По совету и при содействии царского наместника на Кавказе отец решает отдать сыновей на военную службу. Василий и Давид поступают в тифлисское училище для благородных детей, основанное в 1801 году российским уполномоченным при грузинском царском дворе, статским советником Коваленским. На содержание этого учебного заведения П.Д. Цицианов обратил дань с замиренных джаро-белоканских лезгинских вольных обществ.

Князь Давид Осипович Бебутов дослужился до звания генерал-лейтенанта и кончил свои дни в должности коменданта столицы Царства Польского города Варшавы. Он был близким помощником царского наместника в Польше генерал-фельдмаршала графа Ивана Федоровича Паскевича-Эриванского, князя Варшавского.

Другой младший брат В.О. Бебутова — князь Александр Бебутов — будет убит в 1828 году в Абхазии.

Еще один младший брат — князь Павел Бебутов — умрет вскоре после взятия русскими войсками турецкой крепости на Черном море города Поти.

Дольше всех проживет князь Георгий Бебутов. Он был единственным из братьев, для которого отец выберет гражданскую карьеру. Георгий Осипович дослужится до должности председателя губернской Уголовной палаты и уйдет из жизни в 1860 году.

С 1807-го по 1809 год юный князь Василий Бебутов продолжил обучение и Санкт-Петербурге в 1-м Кадетском корпусе. Учился он с прилежанием, «примерно». В этой дворянской военной школе традиционно было принято вывешивать в читальне портреты лучших воспитанников, еще не выпустившихся в войска. Таких портретов писалось художниками всего лишь десять. В те годы среди них находился и рисованный образ кадета Бебутова. Военно-учебное заведение он заканчивает, успешно сдан выпускные экзамены, в чине армейского прапорщика.

Начинать офицерскую службу ему пришлось в родном Закавказье, получив должность батальонного адъютанта (начальника штаба батальона) в Херсонском гренадерском полку. Молодой прапорщик, прекрасно знающий край и усердный в повседневной службе, сразу же обратил на себя внимание и сослуживцев, и старшего начальства.

Уже в следующем году молодого князя берет к себе в адъютантом генерал от кавалерии Александр Петрович Тормасов, главнокомандующий русскими войсками на Кавказе и на Кавказской линии (в будущем московский генерал-губернатор и граф). Думается, что будущему генералу от инфантерии Бебутову повезло с таким наставником. Тормасов к тому времени уже сложился как опытный и авторитетный военачальник. Не случайно в Отечественную войну 1812 года он командовал 3-й русской армией, став перед этим членом Государственного совета Российской империи.

^ СЛУЖБА У ТОРМАСОВА И ПАУЛУЧЧИ
В 1810 году прапорщик князь Василий Бебутов получает боевое крещение. Шла русско-турецкая война 1806—1812 годов. Если на дунайских берегах велись широкие военные действия, то на Кавказе они носили с двух сторон преимущественно оборонительный характер. И в Санкт-Петербурге, и в Стамбуле решили ограничиться на Кавказском театре военных действий защитой государственной границы.

Однако такое высочайшее обстоятельство не помешало генералу от кавалерии А.П. Тормасову провести поход на сильную турецкую крепость Ахалцых. Она была укреплена не только людскими руками, но и самой природой. Ахалцыхские укрепления состояли из крепкой городской цитадели на крутой голой скале и собственно самой крепости, расположенной ниже.

Русский отряд, выступивший в поход на территорию враждебной страны, состоял из двенадцати пехотных батальонов и трех тысяч кавалерии — драгун, казаков и местной кавказской милиции. Войска, обложившие Ахалцыхскую крепость, имели осадную артиллерию — несколько крупнокалиберных пушек и мортир, Ахалцых обороняло 10 тысяч турок и лезгин под начальством воинственного султанского губернатора Шериф-паши. Гарнизон верил в неприступность горной крепости и в собственную храбрость.

При подходе русского отряда к Ахалцыху крепостной гарнизон во главе с Шериф-пашой смело вышел ему навстречу. Ожесточенный бой в поле закончился в пользу русских. Казачьи сотни и конные кавказские милиционеры опрокинули вражескую конницу и заставили ее спешно укрыться за крепостными стенами. Войска Тормасова укрепились в походном лагере, после чего начались осадные работы.

Ахалцых готов был пасть. С окружающих высот турецкую крепость обстреливали осадные батареи, в войсках заканчивалась подготовка к генеральному штурму. Но вскоре генерал от кавалерии Тормасов принимает неожиданное для всех, в том числе и для неприятеля, решение — он уводит отряд обратно в Грузию.

Причиной такого решения кавказского главнокомандующего стала эпидемия чумы, вспыхнувшая в осажденном турецком гарнизоне и с пленными занесенная в русский осадный лагерь. С чумой по все времена шутить не приходилось, она выкашивала в Средние века и пол-Европы, а потом и целые армии, которым приходилось спасаться от нее кто как может, даже бегством.

Прапорщик Василий Бебутов при обложении крепости исполнил немало рискованных поручений главнокомандующего. По ходу дела он знакомился с походной организацией войск, ведением рекогносциропок, с противником и местностью. С Ахалцыхом судьба свяжет князя Бебутова еще раз, дав ему ратную славу и признание в кавказских войсках.

После Ахалцыхской экспедиции прапорщик принимает участие в делах против горцев. Перестрелки, погони, штурм лесных завалов, конные стычки, военные экспедиции в горы для наказания «немирных» аулов за совершенные разбойные набеги — все это шло своей привычной чередой и служило хорошей школой для молодых офицеров и нижних чинов.

Вскоре генерала от кавалерии А.П. Тормасова отзывают с Кавказа, поскольку его опыт и способности требовались в подготовке русской армии к назревавшей войне против наполеоновской Франции. На его место из Санкт-Петербурга прибывает маркиз Филипп Осипович Паулуччи, фигура интересная в кругу российских военачальников.

Паулуччи, генерал-поручик и генерал-адъютант, успел до русской армии послужить в трех европейских: пьемонтской (поскольку родом он был итальянцем), австрийской и французской. Перебравшись на службу к российскому монарху, он участвовал в войнах против Турции и Швеции. После Отечественной войны 1812 года он станет генерал-губернатором Лифляндским, Эстляндским, Курляндским и Псковским. В 1829 году оставит русскую службу и удалится в Италию, где станет главным инспектором войск королевства Сардинии и генерал-губернатором Генуэзским.

По совету Тормасова маркиз Паулуччи взял к себе князя Василия Бебутова в адъютанты. Исполнять же тому приходилось обязанности порученца нового царского наместника в Кавказском крае. Молодой офицер быстро выдвигается на военной службе в число людей перспективных, многообещающих офицеров.

Маркиз Паулуччи настолько ценил способности Бебутова и любил его, что через год забирает его с собой в Россию. Кавказский наместник после Тифлиса получает назначение на должность начальника штаба 1-й русской Западной армии. Но на этом месте он не задержался, став вскоре рижским губернатором и командиром отдельного корпуса, расквартированного в Прибалтике.

В Отечественной войне 1812 года двадцатиоднолетнему князю посчастливилось участвовать в боях против наполеоновских войск. Он проходит командирское становление в ходе операции по преследованию корпуса маршала Франции Макдональда от Риги до портового города Мемеля. Затем пройдет с русской армией по дорогам Европы в ее Заграничных походах 1813—1814 годов. Война против Франции закалит офицера, познакомит с боевыми достоинствами русских воинов, утвердит в нем стремление быть настоящим военным человеком.

^ ВНОВЬ НА КАВКАЗЕ
1816 год князь Василий Бебутов встречает в чине поручика лейб-гвардии Семеновского полка. В том году он убывает из Санкт-Петербурга, получив назначение на Кавказ. И опять адъютантом к кавказскому главнокомандующему, на сей раз к Алексею Петровичу Ермолову. Прославленный военачальник антинаполеоновских войн, герой Бородинского сражения был наслышан о способностях молодого князя Бебутова. К слову сказать, новый главноуправляющий Кавказским краем прекрасно разбирался в людях и редко ошибался в их достоинствах.

Теперь служба гвардейского офицера становится самой разнообразной — то военной, то административной, то дипломатической. В 1817 году он сопровождает А.П. Ермолова в чрезвычайном посольстве России в Персию. Там поручик знакомится с устройством европеизированной иранской армии, за что получает признательность главнокомандующего. То есть в ходе дипломатической миссии Бебутов исполняет обязанности военного разведчика. Он посещает города Тавриз и Тегеран, знакомится с системой их оборонительных сооружений.

Знание персидского языка позволяет ему завести знакомство со многими шахскими военачальниками и даже с самим наследным принцем Аббас-мирзой. От них российский дипломат в офицерских погонах черпает немало полезной информации. Пройдет десяток лет, и она пригодится ему в ходе второй русско-персидской войны.

После возвращения из Персии князь Василий Бебутов участвует в боевых действиях против горцев. Он числится в составе отряда, разгромившего вольное горское общество Акушу-Дарго, население которого Ермолов называл самым «воинственным, сильнейшим в Дагестане». Русский отряд, разгромивший силы акушинцев численностью в 15 тысяч человек, состоял из трех пехотных батальонов, 500 линейных и донских казаков и так называемой «татарской конницы», сформированной в дагестанских ханствах.

После этой военной экспедиции князь Василий Бебутов отличается при штурме Хозрека. Этот укрепленный горский аул пал под ударом отряда князя Мадатова. К началу 20-х годов ермоловский адъютант получил репутацию боевого офицера и имел хороший послужной список.

В 1821 году князь Бебутов переводится в столичный гарнизон, в родной лейб-гвардии Семеновский полк. Вскоре он оставляет ряды гвардии, получает чин армейского полковника и назначается командиром Мингрельского егерского полка. И почти одновременно становится главноуправляющим Имеретии, одной из исторических областей Грузии. Вслед за этим следует назначение командиром 2-й бригады 22-й пехотной дивизии. Такое начальство дало Бебутову опыт командования кавказскими стрелками, успешно воевавшими в горах.

Служба у князя складывалась вполне удачно. В начале 1828 года, перед самой русско-турецкой войной, следует производство в генерал-майоры.

С объявлением войны главнокомандующий русскими войсками на Кавказе граф Иван Федорович Паскевич-Эриванский приглашает молодого генерала в состав действующего корпуса. Тот с благодарностью принимает приглашение прославленного полководца, только-только победно закончившего войну с Персией,

Русско-турецкая война 1828—1829 годов дала много побед армии России — и на берегах Дуная, и на Балканах, и в Закавказье. Именно в этой войне раскрылся талант Василия Осиповича Бебутова как военачальника. Особенно отличиться ему довелось под так хорошо знакомой крепостью Ахалцых.

Русские войска, перейдя государственную границу, обложили вражескую крепость. Начальник ее гарнизона Махмед-паша решил не сдавать османскую твердыню и сражаться до последней возможности. Поэтому он решительно отверг предложение русского главнокомандующего сдаться на почетных условиях. Началась осада Ахалцыха.

Генерал-майор Бебутов со своими егерями не раз участвует в схватках с осажденными, совершавшими дерзкие вылазки. Его солдаты и офицеры приняли участие в ночном штурме Ахалцыхской крепости, а самого командира мингрельцев видели на самых опасных участках приступа. Он был в числе тех, кто утром 16 августа первым вошел в поверженную османскую крепость. В Стамбуле надеялись, что Махмед-паша со своими воинами удержит границу и не даст «неверным» продвинуться дальше.

Боевые заслуги генерал-майора В. О. Бебутова при штурме Ахалцыха главнокомандующий кавказскими войсками оценил очень высоко. По его представлению Император Николай I награждает князя Золотым оружием — шпагой с алмазами и надписью «За храбрость».

Паскевич-Эриванский, близко познакомившийся с командиром мингрельцев, заранее подготовил ему новое назначение. В день взятия Ахалцыхской крепости тот назначается начальником (правителем) покоренного Ахалцыхского пашалыка и берет в свои руки бразды военного и гражданского управления горной областью.

Кампания первого года войны закончилась для русского оружия на Кавказе успешно. Но в окружении турецкого султана не хотели примириться с понесенными территориальными утратами в Азиатской Турции, особенно с потерей ключевых крепостей Каре и Ахалцых. Султан приказывает отбить их во что бы то ни стало.

^ ЗАЩИТА КРЕПОСТИ АХАЛЦЫХ
Из Стамбула (Константинополя) высылается султанский фирман аджарскому владетелю Ахмад-беку с требованием отнять зимой у русских Ахалцых. Почему именно зимой? Потому что в эту пору действующий Отдельный Кавказский корпус был до весны отведен в Грузию на постоянные квартиры. А в захваченных турецких крепостях оставались сравнительно небольшие гарнизоны.

Бебутов имел в крепости Ахалцых гарнизон силой в полторы тысячи человек, всего два пехотных батальона. Правда, очень опытных — испытанных в боях кавказских стрелков. Мог он рассчитывать и на содействие армянского населения пашалыка. Припасов имелось достаточно, и их должно было хватить до весны, до той поры, когда горные дороги окончательно просохнут и станут проходимыми для обозных повозок.

Султанское командование надеялось, что глубокие снега занесут все дороги, ведущие в Ахалцых из Грузии. Помощь же русскому гарнизону могла прибыть только оттуда. Кроме того, турки считали, что с приходом их войск под стены крепости за оружие возьмется мусульманское население пашалыка.

Ахмад-бек, собрав под свои знамена почти 20-тысячную армию, совершил зимний переход по хорошо знакомым горным дорогам и 19 февраля 1829 года внезапно появился перед Ахалцыхом. Русские, откровенно говоря, зимой неприятеля в горном крае не ждали. Надо признать, правитель Аджарии действовал как опытный полководец. Своим авангардным отрядом он поспешил занять выход из Боржомского ущелья и дорогу в Имеретию. Сообщение ахалцыхского гарнизона с Грузией и главной штаб-квартирой Паскевича-Эрипанского оказалось прерванным,

20 февраля многотысячное войско аджарского владельца плотно, со всех сторон, обложило крепость. Ахмад-бек мог быть уверен в себе, тем более что эрзерумский сераскир обещал прислать ему пять тысяч отборной султанской пехоты и шесть орудий. Из мусульман пашалыка создается ополчение. Казалось, что теперь у турок набиралось вполне достаточно воинских сил, чтобы легко взять штурмом Ахалцыхскую крепость и истребить затворившихся в ее стенах русских. Или длительной осадой принудить их к капитуляции на милость победителей.

Подтянув к Ахалцыху все наличные силы, Ахмад-бек Аджарский без затяжек во времени предпринимает яростный штурм крепости, который не без труда русскими отражается. Затем все повторяется: приступ следует за приступом. Но все они отбиваются картечными залпами и штыковыми контрударами. Каждый раз султанское воинство, в рядах которого явно не хватало регулярной пехоты, несло большие потери.

Целых две долгих недели длилась героическая оборона Ахалцыхской крепости. Аджарский корпус так и не сумел сломить сопротивление двух батальонов русской пехоты. Причем защитникам города пришлось сражаться за крепостной оградой, серьезно поврежденной еще во время взятия Ахалцыха и не восстановленной в начале зимы.

В осажденном гарнизоне стали кончаться боеприпасы, а ожидаемая помощь из Грузии нее не подходила.

Генерал-майор Бебутов переносил все тяготы осадной жизни наравне со своими бойцами. Начальник гарнизона умело поддерживал в них бодрость духа и стойкость. В немалой степени благодаря ему защитники пограничной твердыни держались мужественно и их не устрашал вид тысяч воинов Ахмад-бека, устремлявшихся на очередной штурм.

Правитель Аджарии, потеряв всякую надежду на успех, перешел к затяжной осаде крепости. В это время его войска занялись усиленным грабежом городских кварталов и предместий, обрушив свой «гнев» против местного христианского населения. В считанные дни Ахалцых был подвергнут полному разорению.

Уставший ждать добровольной капитуляции русских и уже больше не отваживавшийся на очередной штурм, Ахмад-бек пустился на хитрость. К князю Бебутову от него прибывает парламентер, который объявляет от имени полководца светлейшего султана:

— Божьей и султанской милостью мне легко пойти в крепость. Но так как я питаю к вам любовь и дружбу, то желаю, чтобы вы сдались без сопротивления и остались невредимыми...

Бебутову не составило большого труда разгадать уловку правителя Аджарии, которому султан за возвращение Ахалцыха обещал всякие милости. Поэтому российский начальник турецкого пашалыка ответил беку в письме следующее:

«Почтеннейший Ахмад-паша! Храбрость русских солдат вам известна, они умеют брать и защищать крепости. С помощью Бога и с сими храбрыми солдатами я во всякое время готов встретить вас. Хотя вы полагаете, что легко войти в крепость, но я думаю напротив».

По свидетельству очевидцев, Василий Осипович Бебутов с самого начала осады стал душой обороны Ахалцыха. Не случайно военный историк В.А. Потто, авторитетнейший знаток войн России на Кавказе, так отзывается о начальнике гарнизона осажденной крепости;

«Генерал-майор Бебутоп личным присутствием и примером воодушевлял каждого. Видя его на стенах, солдаты единодушно изъявляли готовность умереть с оружием, но крепость не сдавать. Это единодушное мужество взаимно ободряло самого начальника и давало ему новые силы».

Как ни старались османы перекрыть зимние пути-дороги, все же в Тифлис пришла тревожная весть. Из Грузии на помощь осажденному русскому гарнизону по горам заспешила поддержка. Главнокомандующий Паскевич-Эриванский направил к Ахалцыху «наблюдательный» отряд под командованием бесстрашного полковника Бурцева в составе семи пехотных рот при пяти полевых орудиях.

Отряд шел на выручку через Боржомское ущелье. Но это была еще не вся помощь. Бурцев был лишь авангардом. Следом шли войска генерал-майора Муравьева, имевшего под своим начальством пять батальонов пехоты при 13 легких пушках. Эти силы тоже следовали по дороге, проходившей через Боржомское ущелье, заблокированное при выходе аджарцами. Однако те при приближении русских оставили занимаемые позиции и отошли, не принимая боя.

«Наблюдательный» отряд полковника Бурцева, подошел на дальние подступы к Ахалцыху 4 марта. В осадном лагере при виде его началось замешательство. Ахмад-бек никак не рассчитывал, что на помощь русскому гарнизону из Тифлиса по зимним горным дорогам так скоро прибудет помощь. Но все равно он имел над противником подавляющее преимущество в силах и мог вполне резонно рассчитывать на победу в полевом бое под стенами города. Теперь все свое внимание аджарцы и турки обратили на подходивших со стороны Боржомского ущелья русских.

Тем не менее генерал-майор Бебутов сумел получить достоверные сведения, что неприятель после неудачных штурмов и понесенных немалых потерь убоялся подходившей помощи осажденным. Более того, предусмотрительный Ахмад-бек задумал отступить в том случае, если русские войска начнут перехватывать пути из Ахалцыха в Аджарию и Эрзерум. Василий Осипович в лучших суворовских традициях решает «помочь» бегству 20-тысячного султанского войска.

Совершенно неожиданно для врага из осажденной крепости выходит почти весь гарнизон — начинается вылазка отряда из пяти рот пехоты. Неприятельские сторожевые посты просмотрели эту вылазку русских. А те сразу пошли в штыковую атаку на османский лагерь. Аджарский бек боя в чистом поле не принял. Его отряды решили бежать прочь от Ахалцыха, забыв о всяком воинском порядке и стремясь только сохранить собственные жизни и спасти награбленное добро.

Однако спокойно отступить по горной дороге к горному перевалу туркам не дали. Вовремя подоспевший к месту событий полковник Бурцев и ахалцыхские «сидельцы» нанесли аджарцам серьезные потери к людях и лошадях.

Всего под стенами осажденной крепости османы лишились четырех тысяч человек, артиллерии, несколько сотен воинов Ахмад-бска попало и плен (это были в основном те, кто по пути бегства не захотел расстаться с награбленными тяжестями). Значительным оказался и нанесенный бежавшим моральный урон.

Потери русского гарнизона за все время стойкой обороны Ахалцыхской крепости составили всего 95 человек убитыми и ранеными. Убыль в людях оказалась ничтожно малой по сравнению с тем, чего не досчитались осаждавшие в своих рядах после того, как прекратилось их преследование.

За умелое и доблестное командование войсками при защите Ахалцыха генерал-майор Василий Осипович Бебутов удостаивается ордена Святой Анны сразу высшей, 1-й степени. Его имя получает известность в рядах русской армии...

Война закончилась Адрианопольским мирным договором. Турции пришлось признать присоединение Восточной Армении (бывшего Эриванского ханства, подвластного до того персидскому шаху) к России. Под управление России переходили города-крепости Ахалцых и Ахалкалаки, а также кавказское Черноморское побережье от устья Кубани до пограничной Пристани Святого Николая включительно. По мирному договору эти земли, как было записано, «пребудут в вечном владении Российской империи».

Главный победитель в русско-турецкой войне 1828—1829 годов генерал граф И.И. Дибич тепло поздравил графа И.Ф. Паскевича Эриванского с занятием и «закреплением» за Россией Ахалцыхской крепости. Полководец считал ее по военно-стратегическому положению «важным приобретением» для обеспечения безопасности Грузии и ее столицы Тифлиса.

В докладе же по инстанции начальника управления Генерального штаба полковника Скалона по этому вопросу отмечалось следующее:

«Пашалык Ахалцыхский, принадлежавший частию и Грузии, Самхетии и Армении, населен грузинами и армянами, — по смежности к российским областям, по местоположению и по крепостям своим, неизбежно оный присоединить к России, сопричисляя в состав Грузии или Самхетии» (под этим названием подразумевалась Армения).

По окончании войны с Турцией генерал-майор В.О, Бебутов назначается начальником Армянской области, образованной в Кавказском наместничестве из бывшего Эриванского ханства. Он управлял ею довольно долго, вплоть до 1838 года.

В новом для себя качестве Василий Осипович показал себя умелым администратором, который в самый непродолжительный срок смог наладить мирную жизнь на разоренной войной земле. Он создал условия, чтобы земледельцы возвращались на свои поля, чтобы оживлялась торговля. Он пресек действия разбойных отрядов, которые еще недавно рыскали по дорогам армянских областей. На армянскую землю пришла долгожданная мирная жизнь. Владычество персидского шаха и турок-османов безвозвратно ушло в историческое прошлое.

Бебутов заканчивает миром пограничные земельные неурядицы с Персией. Упорядочивает взаимоотношение с армянской церковью. В 1831 году по указанию графа Паскевича-Эриванского он обеспечивает избрание вместо беспокойного Н. Аштаракеци более “умеренного” архиепископа И. Карпеци.

Армянская область, однако, недолго просуществовало как самостоятельная территориальная единица. В Санкт-Петербурге за ее ликвидацию энергично выступил сенатор барон П.Д. Ган, являвшийся председателем Закавказской правительственной комиссии. Генерал-майор В.О. Бебутов, как член Совета главного управления Закавказским краем, выступил против. Возникший конфликт закончился в пользу барона Гана, влиятельного лица в Правительственную Сената.

В 1840 году Бебутов получает новое назначение - его переводят в главный штаб полевой действующей армии, и он некоторое время оставляет Кавказ.

Вскоре его захотел видеть под своим командованием николаевский фаворит наместник Царства Польского генерал-фельдмаршал граф И.Ф. Паскевич-Эриванский. Героя обороны Ахалцыха, на деле познавшего опыт осады сильной крепости, в 1842 году переводят в Польшу. Там он назначается комендантом мощной крепости Замостье.

10 октября 1843 года следует долгожданное производство Василия Осиповича Бебутова в генерал-лейтенанты.

^ ВОЙНА С ГОРЦАМИ. КОМАНДИР ДАГЕСТАНСКОГО ОТРЯДА
В следующем году он возвращается на Кавказ, где принимает командование над войсками, стоявшими в Северном и Нагорном Дагестане - так называемым Дагестанским отрядом. Одновременно Бебутов становиться управляющим этим краем, в котором полыхало пламя войны России с теократическим государственным образованием - имаматом, созданным усилиями упорного Шамиля. Здесь Василий Осипович стал известен тем, что решительными действиями, привлекая на свою сторону противников деспотичного вождя мюридов, парализует их деятельность и не дает Шамилю укрепиться.

Это было время наибольших военных успехов имама Шамиля и его армии, время усиления имамата.

Генерал-лейтенант В. О. Бебутов проводит поход против мюридов и очищает от них укрепленные аулы Анди и Гумбет, бывшие в то время опорой имама. Во время Даргинской экспедиции летом 1845 года, которую проводил сам царский наместник на Кавказе граф М.С. Воронцов, Бебутов сопровождал продовольственный обоз к местам боев с Шамилем (экспедиция была трудной и кровопролитной; мы потеряли 984 человека убитыми, включая трех генералов, 2753 ранеными, 173 пропавшими без вести).

При вторжении войск Шамиля осенью 1846 года в Даргинский округ, местное население обратилось за помощью к командиру русского Дагестанского отряда, штаб которого располагался в городе Темир-Хан-Шуре. Сосредоточив в селении Дженгутай десять батальонов пехоты при 12 полевых орудиях и три сотни конной горской милиции, Бебутов устремился навстречу неприятелю, делая быстрые переходы по горным дорогам.

Бои в горах Дагестана следуют один за другим. 13 октября штурмом берется аул Аймяки, передавшийся Шамилю. Выбитые из селения мюриды отступают к главным силам имама. Князь Бебутов во главе отряда преследует их буквально по пятам. Через два дня он решительно атакует неприятельские войска, находившиеся под командованием самого Шамиля у селения Кутиши (Куташи). Тому после ожесточенного сражения с русскими приходится бежать, хотя у горцев было значительное численное превосходство.

Разгром войска имама под Кутиши имел большое значение для последующих операций в горах Дагестана. За одержанную победу генерал-лейтенант В. О. Бебутов награждается орденом Святого Георгия 3-й степени,

Бебутовский Дагестанский отряд до начала зимы в горах проводит еще несколько наступательных «поисков». Происходят новые столкновения с мюридами. Следуя за отступающими, русские рассеивают войска Шамиля у урочищ Цудахар и Худжал-Махи, под аулом Аймяки.

В 1847 году командир Дагестанского отряда участвует в обложении и в приступе хорошо укрепленного аула Гергебиль, окруженного каменной стеной. На это селение, стоявшее на перекрестье дорог в горах, имам Шамиль возлагал большие надежды, и потому мюриды защищались с большим упорством. Штурм аула закончился полной неудачей. Два пехотных батальона, ходившие на приступ, потеряли едва ли не половину своего состава — 125 человек убитыми и 432 ранеными, почти сразу всех своих офицеров.

Участник экспедиции на Гергебиль генерал князь Волконский писал, что «все подробности фортификации были хорошо известны нам давно... но, к сожалению, не знали мы самого важного, что каждый дом представлял собой лопушку».

Английский историк Джон Бадли в своей работе, изданной в 1907 году по Кавказской войне в России, так описывает тот штурм Гергебиля: «Плоские крыши ниже стоящих саклей были разобраны и покрыты тонким слоем хвороста, присыпанного землей». Редеющие цепи штурмующих, к своему ужасу и под «дикий хохот» и брань горцев, падали в эти мышеловки. Приступ Гергебиля пришлось прекратить.

Горная крепость в той экспедиции так и не была взята. Главных причин было две. Во-первых, русская артиллерия расстреляла почти все снаряды и бомбы. Во-вторых, экспедиционные войска поразила эпидемия холеры. Она, в частности, «сильно выкосила» и Дагестанский отряд генерала Бебутова. Стояние перед Гергебилем без артиллерийских боеприпасов стало бессмысленным, и решение кавказского наместника М.С. Воронцова об отходе было единственно верным.

Падение Гергебиля могло стать «звонком» для правителя имамата. Кавказская война, затянувшаяся на несколько десятилетий, близилась к своему логическому завершению. Аул будет взят в последующем. Именно в конце 40-х годов горские народы, отдельные селения и целые области стали оказывать в доверии имаму.

Генерал-лейтенанту Бебутову не довелось лично лицезреть последние аккорды Кавказской войны, В конце 1847 года Василий Осипович получает новое назначение и становится начальником гражданского управления и председателем Совета главного управления Закавказского края. Из Дагестана, из города Темир-Хан-Шура, он переезжает в родной Тифлис. В этой хлопотливой должности князь и георгиевский кавалер пребывает до самого начала Крымской (или Восточной) войны 1853—1856 годов.

Бебутов принимает самое деятельное участие в реформах, которые проводил в Закавказье царский наместник князь М.С. Воронцов (княжеский титул он получил за Даргинскую экспедицию). Край после разорительных войн обустраивался, укреплялась новая государственная граница, налаживались экономические связи с российскими губерниями.

Заслуги боевого военачальника в управлении Закавказским краем не остались незамеченными Императором Николаем I Павловичем, Он награждает князя Бебутова орденом Святого Александра Невского.

^ НАЧАЛО ВОСТОЧНОЙ ВОЙНЫ
...Война Российского государства против враждебной ему коалиции европейских держав — Франции, Великобритании и Сардинии, выступивших в поддержку терпевшей одни поражения султанской Турции, — сразу же пришла на Кавказ. Ее начало вновь вернуло генерал-лейтенанта В.О. Бебутова, обладателя многих боевых наград, на ратное поприще. Кавказская граница в Крымской войне сразу же оказалась в огне малых боев и больших сражений.

Первая военная кампания 1853 года, равно как 1854-го и 1855-го, на Кавказе протекала в очень трудных для России условиях. И если эта кампания ознаменовалась рядом блестящих побед, вершиной которых стало взятие крепости Каре, то в конце концов именно эти победы оказали большое влияние на ход итоговых мирных переговоров в Париже.

Победы на территории Азиатской Турции были достигнуты не только благодаря храбрости русских войск, оперативности в действиях командования Отдельного Кавказского корпуса. Но и во многом благодаря патриотическому, мужественному поведению в той войне грузинского, армянского и азербайджанского народов.

Для них Крым