Реферат: Р. В. Кузнецова > И. В. Курчатов научный руководитель работ по размагничиванию кораблей на черном, каспийском и северном морях (1941, 1943 гг.)

ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

К 65~летию Победы в Великой Отечественной войне и к 50-летию со дня смерти И. В. Курчатова

УДК 902

Р. В. Кузнецова

И. В. КУРЧАТОВ - НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ РАБОТ ПО РАЗМАГНИЧИВАНИЮ КОРАБЛЕЙ НА ЧЕРНОМ, КАСПИЙСКОМ И СЕВЕРНОМ МОРЯХ (1941, 1943 гг.)

Российский научный центр «Курчатовский институт»,

Мемориальный Дом-музей И. В. Курчатова. 123182, г. Москва, пл. ак. И. В. Курчатова, 1,; тел. (499) 196 92 26, e-mail: ra@kiae.ru


Проведенное исследование опубликованных и неопубликованных источников, сохранив­шихся в архивных фондах ряда научно-исследовательских, ведомственных и государ­ственных учреждений РФ о научной деятельности профессора И.В. Курчатова по обо­ронной тематике, не связанной с решением в СССР Атомной проблемы, позволило раскрыть подробности, малоизвестные и неизвестные факты в борьбе с фашистскими минами, которую ученый с группой сотрудников ЛФТИ героически провел на Черноморс­ком, Северном флотах и Каспийской военной флотилии в качестве научного руководите­ля в июле-декабре 1941 г. и в феврале-марте 1942 г.

^ Ключевые слова: магнитная мина; размагничивание; А. П.Александров; И. В. Курчатов, Н. Г. Кузнецов; 1941 г.; 1943 г.; Черноморский флот; Северный флот.

То the 65th anniversary of the Victory over Great Patriotic war and to the 50th anniversary from the date of death I.V.Kurchatov

R. V. Kuznetsova

^ I. V. KURCHATOV - THE SCIENTIFIC LEADER OF WORKS

ON DEMAGNETIZATION SHIPS BY BLACK, CASPIAN

AND NORTHERN SEAS (1941,1943)

Russian Scientific Centre «Kurchatovsky Institute »

I. V. Kurchatov's Memorial House-museum 1, Acad. Kurchatov Square, 123182, Moscow, Russia; Ph.: (499)1969226; e-mail: ra@kiae.ru

The research of the published and not published papers, which have kept in archival funds of some research, departmental and official organizations of the Russian Federation about scientific activity of professor I. V. Kurchatov on defensive subjects, not connected with the decision in the USSR the Nuclear problem, has allowed to open details, little-known and unknown facts in struggle against fascist mines, which the scientist with group of LPTI employees has heroically lead on Black Sea, Northern fleet and the Caspian military flotilla as the scientific leader in July-December, 1941 and in February-March, 1942 is carried out.

Key words: magnetic mine; demagnetization; A. P. Alexandrov; I. V. Kurchatov; N. G. Kuznetsov; 1941; 1943; Black Sea fleet; Northern fleet.


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТеХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

В предвоенные годы И. В. Курчатова полностью захватила грандиозная и многоплановая проблема, связанная с овладением человечеством принципиально новым видом энергии — энер­гией атома. Несмотря на то, что продолженный им комплексный план развертывания в СССР крупномасштабных работ в данном направлении принят не был, ряд исследований продолжался до самого начала Великой Отечественной войны. Так, удалось добиться разрешения на строи­тельство в Ленинграде, в ЛФТИ, самого мощного в Европе циклотрона, спроектированного И. В. Курчатовым совместно с А. И. Алихановым и Д. В. Ефремовым.

Пуск уникального научного оборудования намечался на 1 января 1942 г. Но война перечер­кнула эти планы. В условиях нависшей над страной смертельной опасности правительство при­няло решение о прекращении всех работ по ядерной физике, равно как и ряда других научных направлений, непосредственно не связанных с нуждами фронта. Наука, как и отрасли народного хозяйства, в спешном порядке переводилась на «военные рельсы». Не явился исключением и Ленинградский физико-технический институт. Директор ЛФТИ академик А. Ф. Иоффе докладывал руководству, что полная перестройка тематики института, то есть замена всех отвле­ченных научных тем актуальными темами, имеющими оборонное или народно-хозяйственное значение, закончена в сентябре 1941 г. 1, с.66. Многие сотрудники института уходили на фронт: через пять дней войны их число составило 30, а спустя месяц возросло до 130 человек 2, с.13-20.

О стремлении профессора И. В. Курчатова встать в строй защитников Отечества красно­речиво говорят скупые строки его служебной характеристики: «И. В. Курчатов подлинный советский патриот... После начала войны ... он категорически отказался дальше работать в об­ласти «чистой науки» и хотел немедленно идти на фронт. Пришлось применить самые резкие меры ..., чтобы убедить Курчатова остаться в институте; тогда он категорически потребовал... такой работы, которая может принести пользу Красной Армии. Эту работу он получил и бук­вально героически ее провел в условиях боевой обстановки» 3, с.259-260.

Военная подготовка Курчатова на тот период ограничивалась лишь обучением в 1924 г. на курсах Всевобуча. В его сохранившемся военном билете в графе военное звание записано: «рядовой запаса первой очереди электротехнических войск» 4. По состоянию здоровья (в двад­цатые годы у него находили туберкулез, от которого еще оставались следы в легком) Курчатов при желании мог бы получить бронь. Но он — известный ученый, депутат Ленсовета требовал послать его на фронт.

А. Ф. Иоффе предложил ему компромисс — перейти в лабораторию электрических и меха­нических свойств полимеров профессора А. П. Александрова, занимавшуюся еще с 1936 г. раз-работкой методов защиты кораблей от минного оружия 5, с.8.

Опыт исследовательской и научно-прикладной работы Курчатова и сотрудников его лабо­ратории в области физики твердого тела и сегнетоэлектриков оказался сразу же востребован в лаборатории Александрова в целях электромагнитной защиты кораблей от минного оружия. Курчатов предложил использовать на флотских работах не только себя, но и сотрудников своей лаборатории. Вместе с руководителем они перешли в группу А. П. Александрова. Была сфор­мирована программа работ на военное время 6, с.13.

В середине июля 1941 г. Курчатов с предписанием Иоффе убыл в Кронштадт на Морзавод7 для ознакомления с ведущимися на Балтийском флоте работами по защите кораблей от магнит­ных мин противника. На Балтийском и Черноморском флотах уже появились первые серьезные потери от фашистского минного оружия. Особую опасность представляли новые электромагнит­ные мины, с помощью которых немцы успели с начала Второй мировой войны отправить на дно не один английский корабль. Советские и английские моряки старались раскрыть секрет этого коварного оружия и выработать эффективные формы борьбы с ним.


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

В СССР работы в данном направлении начались еще в 1936 г., когда, в связи с началом проектирования новых крупных боевых кораблей, командование ВМФ озадачило наркоматы тяжелой (НКТП) и оборонной промышленности (НКОП) необходимостью обеспечить эти корабли защитой от неконтактного минно-торпедного оружия. КБ завода, входившего в Нар-комтяжпром (в системе которого в то время находился и ЛФТИ), заключило договор с лабора­торией полимеров ЛФТИ, возглавляемой профессором А. П. Александровым, о разработке принципов защиты кораблей от неконтактных магнитных и индукционных мин и торпед. В пись­ме от 27 сентября 1936 г. дирекция завода просила ЛФТИ принять к разработке научную тему по данной проблеме. Этим же письмом Научно-исследовательский минно-торпедный институт (НИМТИ) ВМФ был также озадачен названной темой 8, с.26-27.

Созданный постановлением ЦИК и СНК СССР от 30 декабря 1937 г. Наркомат Военно-морского флота (НК ВМФ) СССР, инициировал форсирование этих работ 9, с.15. В апреле 1940 г. совместным приказом НК ВМФ и Наркомата судостроительной промышленности (НКСП) утвержден план работ по развитию метода размагничивания кораблей на 1940 г., со­провожденный необходимыми обеспечивающими мероприятиями 10, с80. 23 сентября того же года приказом наркома ВМФ адмирала Н. Г. Кузнецова создана государственная комиссия для проведения заводских и войсковых испытаний размагничивающего устройства для защиты от магнитных мин 10, с81. 31 декабря 1940 г. Главный Военный Совет ВМФ (ГВС ВМФ) под председательством Наркома ВМФ адмирала Н. Г. Кузнецова рассмотрел вопрос о противо­минной защите военно-морских кораблей и подводных лодок и организации работ по этой про­блеме на всех флотах Советского Союза. Принятое решение ГВС предписывало: в целях уста­новки защитных устройств системы ЛФТИ на кораблях оборудовать на флотах спецполигоны и провести другие, необходимые для испытаний мероприятия; обратиться в СНК СССР с хода­тайством о создании в системе НКСП организации по производству комплексных работ по про­тивоминной защите кораблей и подводных лодок; решить вопрос о защите подводных лодок от неконтактных магнитных мин и провести испытания этой системы на одной из подводных лодок типа «С» до 15 июля 1941 г. В соответствии с этим был заключен договор с ЛФТИ, по которому институт обязывался изготовить 6 комплектов магнитометров типа «вертушка ЛФТИ», смонтировать их на кораблях и до 1 июля 1941 г. закончить все испытания 8, с. 43.Работа была начата 15 февраля 1941 г. в Севастополе 8, с.84. Координацию деятельности уче­ных ЛФТИ с флотскими организациями осуществлял офицер Управления кораблестроения (УК) ВМФ В. Д. Иванов8, с.84 .

14 июня 1941 г. был издан приказ НК ВМФ об образовании комиссии по регулированию и приемке размагничивающего устройства линкора «Марат». Приказ предписывал провести с 20 по 26 июня измерения магнитного поля корабля, осуществить его прохождение над индукцион­ными минами, а в III квартале 1941 г. провести контрольные стрельбы неконтактными торпедами.

Таким образом, анализ показывает, что к началу Великой Отечественной войны на основе решений ГВС ВМФ были проведены необходимые мероприятия для обеспечения военных ко­раблей противоминной защитой. Однако не хватило мирного времени для проведения массового оборудования кораблей размагничивающими устройствами. Но, благодаря довоенному труду ученых ЛФТИ, военных моряков и судостроителей, работы в начале войны удалось провести на большинстве кораблей в течение 2—3 месяцев.

Советский ВМФ сразу же, с первых минут нападения фашистской Германии на СССР столкнулся с минной опасностью на всех морских театрах. Противник использовал как старые, так и новые электромагнитные мины различной кратности действия. Старые тралы для борьбы с последними оказались малоэффективными.


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

Нарком ВМФ Н. Г. Кузнецов отмечал, что наши моряки пытались раскрыть секрет коварных новинок еще в июле 1941 г. При разоружении мин флотские минеры нередко погибали 11, с.28-29. О гибели краснофлотцев-минеров писал и А. П. Александров, упоминая фотоэлектрические ловушки, применяемые немцами, которые подрывали мину при попадании света внутрь корпуса мины, а также их многоимпульсность и повышенную чувствительность 6, с.14.

Проблема противоминной защиты кораблей стала рассматриваться с началом Великой
Отечественной войны, как задача стратегического значения и превратилась в предмет повсед­
невной заботы руководства Военно-морского флота СССР. Нарком ВМФ адмирал Н. Г. Куз­
нецов как член Ставки ВГК систематически информировал о ходе развернувшихся работ
И. В. Сталина, добивался необходимых решений и согласований высших государственных орга­
нов. Благодаря этому ученые и флотские специалисты разминирования находили понимание
и поддержку во всех инстанциях. Так, когда для внедрения системы ЛФТИ было определено,
что необходимо 350 км кабеля, Нарком ВМФ 15 августа 1941 г. лично обратился к председате­
лю ГКО СССР И.В. Сталину и заместителю председателя правительства СССР Н. А. Возне­
сенскому с предложением возложить на заводы «Севкабель» и «Москабель» изготовление 350
километров кабеля и о закупке еще 300 километров кабеля за границей. Просьба была удовлет­
ворена незамедлительно. Уже в первых числах сентября 1941 г. «Севкабель» начал поставлять
кабель для оборудования кораблей противомагнитными системами 12, Л. 14-17; 13. Л. 138, 139 ..

Работу по размагничиванию кораблей Нарком ВМФ постоянно контролировал и направ­лял через свой аппарат. Непосредственный контроль за массовым оборудованием кораблей всех флотов противоминными защитными устройствами и решение наиболее сложных вопросов Н. Г. Кузнецов возложил на своего заместителя по кораблестроению и вооружению адмирала Л. М. Галлера, который в течение всей войны с высочайшей ответственностью выполнял эту функцию, координируя соответствующие работы между центральными управлениями

ВМФ, наркоматами и ведомствами, институтами Академии наук СССР и промышленнос-тью 11, с. 28-30; 10, с. 97.

Научное руководство и подготовка исходных данных для проектирования устройств защи­ты осуществлял ЛФТИ АН СССР.

Уже 27 июня 1941 г. НК ВМФ на основании распоряжения СНК СССР издал приказ о создании бригад НТК ВМФ и ЛФТИ АН СССР на Балтийском и Черноморском флотах для координации работ по оборудованию кораблей размагничивающими устройствами 14, Л14-17.

В конце июня 1941 г. на флотах были созданы группы размагничивания кораблей. Черно­морская группа под руководством военмора И. В. Климова начала работать с 1 июля 1941 г. Содействие и непосредственную помощь в работе Черноморской группе постоянно оказывали начальник технического отдела (ТО) Черноморского флота И. Я. Стеценко, уполномоченный УК ВМФ А. К. Попов, флагманский инженер-механик флота Б. Я. Красиков, командующий флотом вице-адмирал Ф. С. Октябрьский и начальник штаба флота контр-адмирал И. Д. Ели­сеев.

8 июля 1941 г. в Севастополь прибыла группа научных сотрудников ЛФТИ, которая при­везла с собой магнитометры системы ЛФТИ и немедленно приступила к измерениям магнит­ных полей уже оборудованных размагничивающими устройствами (РУ) тральщиков и к регули­ровке этих устройств 8,с. 77.

Для испытаний степени защищенности кораблей от магнитных мин в одной из бухт Севас­тополя был оборудован специальный минный испытательный полигон.

Главными консультантами от Академии наук СССР при Управлении кораблестроения ВМФ были назначены профессора ЛФТИ А. П. Александров — автор метода защиты кораб-


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

лей от магнитных мин — и И. В. Курчатов. В работах по размагничиванию на Черноморском флоте участвовали: от ЛФТИ — Ю. С. Лазуркин, Е. Е. Лысенко, А. Р. Регель, П. Г. Степа­нов, К. К. Щербо; от НТК ВМФ -"Б. Е. Годзевич, И. В. Климов, М. В. Щадеев и др.; от УК ВМФ - Л. С. Гуменюк, Н. В. Исаченков, Г. Ф. Козьмин и др. 8,с.61, 64, 65, 66.

И. В. Курчатов с середины июля и до 8 августа 1941 г. занимался организационными и оз­накомительными вопросами по проблеме размагничивания кораблей в Кронштадте и в Москве, а 9-го вместе с А. П. Александровым прилетел в Севастополь. Здесь к этому времени, наряду с началом оборудования судов обмотками системы ЛФТИ, разворачивалась также работа по изучению и применению английского опыта размагничивания кораблей, согласно взаимных договоренностей между советским и английским правительством и военно-морскими ведом-ствами15, с. 176.

Английские военно-морской и торговый флоты почувствовали всю опасность применения немцами магнитных мин еще в конце 1939 г. Тогда около десяти торговых судов и несколько военных кораблей Великобритании подорвались в портах страны, несмотря на то, что накануне входы в них были тщательно протралены. У военно-морского министерства, которое тогда воз­главлял У. Черчилль, сразу же возникло подозрение, что применены магнитные мины. Как и в Советском Союзе, в Англии с 1936 г. разрабатывались контрмеры против этого известного в принципе вида оружия. Но поскольку образца такой мины добыть не удавалось, то нельзя было найти и действенного средства ее обезвреживания. Это, как предполагает У. Черчилль, даже «побудило Гитлера намекнуть на свое новое секретное оружие», против которого не было защиты» 15, с. 230.-

В итоге англичанам удалось выловить две немецкие магнитные мины. Черчилль описывает этот эпизод как огромную удачу и крупнейшую победу. Он поименно называет в своих мемуарах офицеров, старшин и матросов, которые с риском для жизни добыли образцы немецких мин. Черчилль вспоминает, что эту весть он «принял... восторженно». Собрав всех офицеров и чи­новников своего министерства в самом большом зале, он попросил одного из участников события «рассказать всю историю этой взволнованной аудитории, которая хорошо понимала, что здесь поставлено на карту. С этого момента положение полностью изменилось. ... Все силы военно-морской науки были пущены в ход, и вскоре наши опыты стали давать практические результа­ты» 15, с-231.

О том, какое огромное значение придавал данной проблеме военно-морской министр, а затем и премьер-министр Великобритании У. Черчилль свидетельствует и тот факт, что одну из глав своего фундаментального труда он озаглавил «Магнитная мина», ставя это явление в один ряд с важнейшими битвами и событиями Второй мировой войны.

Черчилль не скрывал своей радости, когда узнал о нападении Германии на СССР, посколь­ку вполне обоснованно рассчитывал, что Советский Союз оттянет на себя значительную часть сил и средств вермахта, облегчив тем самым положение Англии. Черчилль сразу же заявил: «... мы окажем России и русскому народу всю помощь, какую только сможем» 16, с. 171. При этом он не верил в победу Красной Армии. «Если бы русские смогли продержаться и продолжать воен­ные действия хотя бы до наступления зимы, это дало бы нам неоценимые преимущества»16, с. 171. Поэтому Черчилль очень спешил с помощью Сталину. Еще до заключения первых официаль­ных соглашений об условиях и содержании помощи Советскому Союзу «в Москву, — вспоминает

Черчилль, — была послана авторитетная военная миссия. Настоятельно необходимо было также установить контакт между двумя флотами» 16, с. 176.

12 июля 1941 г. между правительствами СССР и Великобритании было подписано согла­шение о совместных действиях против Германии, что явилось первой крупной акцией на долгом


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

и трудном пути создания коалиции. С советской стороны соглашение подписали совместно со Сталиным начальник Генерального штаба Б. М. Шапошников и нарком ВМФ адмирал Н. Г. Кузнецов 1О, с.-95.

В рамках начавшегося по инициативе Черчилля контакта между флотами СССР и Вели­кобритании 4 августа 1941 г. на главную военно-морскую базу Черноморского флота прибыла группа морских офицеров Великобритании, в составе которой находились и два специалиста по размагничиванию кораблей. Ознакомление с английским опытом размагничивания начали А. Р. Регель, Ю. С. Лазуркин, Б. А. Ткаченко, М. Г. Алексеенко, А. С. Шевченко, И. И. Во-лович и М. С. Рабинович 17.

Работа с английскими специалистами началась 6 августа в Стрелецкой бухте недалеко от Севастополя. С 9 августа общее руководство совместными действиями специалистов двух стран осуществлял И. В. Курчатов. Взаимное ознакомление с техникой размагничивания кораб­лей показало, что обмоточное размагничивание в английском и советском флотах находится при­мерно на одном и том же уровне. У обеих сторон курсовые обмотки для компенсации изменений магнитного поля корабля были уже разработаны, но еще не внедрены, секционирование обмоток на кораблях ЧФ оказалось несколько более развито, зато обмотки размагничивающего устрой­ства у англичан повсеместно монтировались на верхней палубе, а иногда и внутри корабля. Тех­ническая и отчетная документация у союзников также была лучше отработана. Безобмоточное размагничивание базировалось на флотах двух стран на аналогичных принципах, но практика его применения оказалась у англичан разработанной более детально и применялась очень широко для подводных лодок и боевых надводных кораблей, а также для размагничивания вспомога­тельных кораблей и судов торгового флота. При этом безобмоточное размагничивание сочета­лось с обмоточным (дегауссингом). На советских кораблях совместно были опробованы англий­ские магнитометры «Пистоль», пять комплектов которых англичане привезли с собой. В на­стройке и эксплуатации они оказались проще и удобнее магнитометров системы ЛФТИ, так как не имели вращающихся частей и скользящих контактов, а подвеска их под кораблем осуществля­лась в вертикальном положении. При этом не требовалось специальных приспособлений в виде штанг с плавучестями, которыми оснащались магнитометры системы ЛФТИ 8, с. 82.

Работа с английскими специалистами показала И. В. Курчатову также, что хотя техничес­кий уровень некоторых советских разработок, например, в области обмоточного метода был даже выше, чем у англичан, союзники, однако, успели добиться больших успехов в широком практическом применении этого метода, поскольку от успехов этого дела зависела судьба Великобри­тании. Не случайно, позднее Черчилль, выступая в палате общин, сказал, что размагничивание спасло Англию, так как без него морская блокада могла оказаться для страны губительной 18, с. 460-.

Взаимный, обстоятельный обмен информацией о состоянии и ходе работ по размагничива­нию кораблей в ВМФ СССР и в английском флоте, способствовал ускорению отработки метода безобмоточного размагничивания группой Курчатова. Интересно, что И. В. Курчатов в долгих беседах с английскими коллегами не ограничивался только технической стороной. По рассказам сотрудников его группы, он живо интересовался состоянием науки, литературы, искусства, бытом Англии военного времени, жизнью рядовых англичан 17.

Англичан интересовала также не только проблема разглагничивания. По воспоминаниям сотрудника Курчатовской группы Ю. С. Лазуркина, третий английский офицер капитан-лейте­нант Поуэлл явно не был специалистом в области размагничивания, но живо интересовался ко­личеством кораблей, подвергшихся противоминной обработке. Никогда прямо не спрашивая, сколько всего на Черноморском флоте подлодок, он часто задавал такие вопросы: «Сколько лодок вы защитили?». Услышав ответ, через некоторое время спрашивал: «Вы защитили все лодки?» и т. п. 17.

8


ИСТОРИЯ НАУКИ и ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

15 августа 1941 г. англичане провели первое показательное размагничивание безобмоточ­ным методом на тральщике «ТЩ-27» в Стрелецкой бухте. Однако, на следующий день в ходе совместной проверки на контрольном минном полигоне результатов размагничивания выясни­лось, что остаточное магнитное поле корабля не соответствует норме. Обработку тральщика повторили 24—25 августа, после чего результат был уже удачным. 17 августа английские моряки размагнитили подводную лодку «С-32», которая уже подвергалась магнитной обработке брига­дой И. В. Климова, а 20 августа — подводную лодку «М-111». Английские специалисты изме­рили магнитное поле эсминца «Сообразительный» и представили исходные данные для проекти­рования обмоточного размагничивающего устройства по принятой в Англии методике. Они пе­редали Черноморской группе техническую документацию по обмоточному размагничиванию, ознакомили группу с устройством и оборудованием английских станций безобмоточного размаг­ничивания, обучили советских специалистов обращению с магнитометром «Пистоль» и переда­ли им пять комплектов этой аппаратуры. Работа с англичанами оказалась очень полезной, а ос­тавленные ими приборы «пистоли» — более удобными и надежными в работе, чем «вертушка» ЛФТИ. 29 августа, получив от командующего Черноморским флотом благодарности и презен-ты, английские специалисты отбыли на родину 8, с. 82.

Вся последующая работа по налаживанию безобмоточного размагничивания кораблей про­изводилась бригадой под руководством И. В. Курчатова, а после отъезда из Севастополя А. П. Александрова (27—28 августа) И. В. Курчатов, в качестве научного руководителя, воз­главил и весь комплекс работ по размагничиванию кораблей Черноморского флота 8, с.84.

Метод безобмоточного размагничивания кораблей начал применяться на ЧФ еще до осво­ения английского опыта. В середине августа 1941 г. в мастерских ТО ЧФ под руководством Б. А. Ткаченко была оборудована станция безобмоточного размагничивания (СБР) кораблей, получившая вначале название «Плавстанция № 1 ТО ЧФ» и переименованная в сентябре 1941 г. в «СБР-1». Основой ее стала железная сухогрузная баржа водоизмещением около 150 т, в трюме которой размещалась мощная аккумуляторная батарея, снятая по истечении срока службы с подводной лодки. На палубе был установлен специально изготовленный рубильник, рассчи­танный на большую силу тока и амперметр на 3000 А. На баржу погружен гибкий кабель с ла­тунными наконечниками. В Северной бухте недалеко от контрольного магнитного полигона был оборудован стенд «Плавстанции № 1» с рейдовыми бочками, обеспечивавшими стабильное раз­мещение размагничиваемого корабля на любом из четырех главных курсов рядом с СБР. Но разработанные до войны сотрудниками ЛФТИ типовые проекты размагничивающих уст­ройств не могли быть использованы для подводных лодок из-за жесткого лимита электроэнер­гии от аккумуляторных батарей в подводном положении для питания защитных устройств. Началась работа по поиску методов противоминной защиты подводных лодок.

Первое самостоятельное безобмоточное размагничивание подводной лодки «С-34» было
произведено И. В. Курчатовым, Ю. С. Лазуркиным и Б. А. Ткаченко с помощью личного со­
става лодки 30 августа 1941 г. 1 сентября той же бригадой с участием А. С. Шевченко осуществ­
лено безобмоточное уничтожение постоянного продольного намагничения крейсеров «Моло­
тов» и «Ворошилов», оборудованных размагничивающими системами ЛФТИ. Проверка
результатов на контрольном магнитном полигоне оказалась успешной 19, с. 112-121.

Освоенные И. В. Курчатовым с черноморской группой работы положили начало широкому применению безобмоточного размагничивания как подводных лодок, так и надводных кораблей, в том числе крупнотоннажных и малых судов. Этот метод применяли также и для уничтожения постоянных продольного и поперечного намагничений боевых кораблей, оборудованных размаг­ничивающими устройствами. Суть его состояла в том, что борт корабля как бы «натирался » петлей


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

кабеля, через который пропускался сильный ток от специальной аккумуляторной батареи. В ре­зультате участки борта корабля перемагничивались, создавая магнитное поле, обратное полю корабля. Такое перемагничивание оказалось достаточно стабильным.

Безобмоточный метод размагничивания позволил отказаться от обмоточного оборудования системами ЛФТИ большого числа вспомогательных судов ВМФ, НКМФ и Наркомата реч­ного флота (НКРФ), тем более что для них не хватало кабеля и оборудования.

В чрезвычайно напряженной работе провел Игорь Васильевич в Севастополе 3 месяца. С конца августа по 26 октября 1941 г. его бригадой (Ю. С. Лазуркин, Е. Е. Лысенко, А. Р. Ре-гель, П. С. Степанов и К. К. Щербо) было размагничено 50 кораблей и подводных лодок.

Одновременно И. В. Курчатов, Ю. С. Лазуркин и А. С. Шевченко провели на СБР-1 исследования влияния на магнитное поле подводной лодки принимаемых на нее торпед, а также факторов, изменяющих стабильность результирующего магнитного поля размагниченной лодки. Таким образом, СБР-1.явилась не только техническим объектом размагничивания, но и экспе­риментальной базой научно-исследовательских работ Черноморской группы в области безобмо­точного размагничивания кораблей. Как показал опыт, эксперименты оказались полезными в деле повышения эффективности и совершенствования средств защиты от магнитных мин про­тивника. Поэтому наработанный Черноморской группой И. В. Курчатова опыт стал быстро рас­пространяться. Уже в начале сентября при непосредственном участии И. В. Курчатова были разработаны временные нормы и инструкции, а в октябре 1941 г. — «Правила и нормы размаг­ничивания кораблей» 19, с. 352. Однако, несмотря на то, что инструкция о размагничивании ко­раблей по системе ЛФТИ вводилась на флоте в приказном порядке, доверия к этому новшеству у командиров кораблей на первых порах не было. Поэтому Курчатову приходилось выступать и в роли активного пропагандиста нового метода. С этой целью он с середины сентября стал читать военным морякам курс лекций по теории и практике размагничивания, начав с лекций в штабе Черноморского флота. Результаты занятий удовлетворяли Курчатова, о чем свидетельствует его письмо к жене от 26 октября 1941 г.: «Я с увлечением читаю лекции для командиров флота, а они очень внимательно их слушают и горячо, как выяснилось, обсуждают дома. Дня через два закан­чиваю курс, а потом, вероятно, ... напишу небольшую книжку, которую здесь собираются отпе­чатать» 3, с. 312.

Помимо работ по непосредственному размагничиванию кораблей, приходилось решать много побочных задач. В письме к жене от 14 сентября он писал: «Работы много, всего сделать не успеваем. По мере того, как продвигаемся вперед, встают все новые и новые задачи, конца им не видно. Наша группа уже два месяца не имеет ни одного выходного дня» 3, с. 297. Он не только осуществлял научное и организационное руководство работами, но и брал на себя решение са­мых ответственных и особо опасных дел. По мере расширения работ пришлось строить новые базы (станции) размагничивания в Феодосии, Ейске, Темрюке 20, с. 86, дополнительно исследо­вать степень влияния размагничивающих устройств на показания судовых компасов.

Несмотря на изматывающий ритм работы, Курчатову удавалось поддерживать в коллективе доброжелательную морально-психологическую обстановку, добиться высокого авторитета сво­их сотрудников в глазах командования и офицеров флота. «Отношение ко мне хорошее, — сооб­щал он жене. — Очень доволен тем, что вижу, что моя работа полезна» 3, с. 294. В следующий раз писал: «Наша группа живет дружно. Молодежь — Лазуркин и Регель — способные, талантли­вые люди, и общение с ними очень приятно. Можно гордиться такой сменой. Работают они очень тщательно и очень напористо. Степанов человек другого типа — увлекающийся работой горячо и имеющий много здравого смысла» 3, с. 312. Он был настолько поглощен и увлечен рабо­тами на флоте, что в одном из писем то ли в шутку, то ли всерьез высказал такой прогноз

10


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010


на будущее, что после войны он, пожалуй, к прежней жизни не вернется, а уйдет в моряки. Он пишет: «... все больше и больше тянет к морю. Вряд ли после войны вернусь к жизни большого города и кабинетной обстановки. Бродяжничество всегда было мне мило, думаю работать во флоте» 3, с. 319. Юмор, шутки, в которые он всегда вкладывал большую долю правды, никогда не покидали Курчатова, поднимая настроение и работоспособность коллектива.

Спустя много лет Ю. С. Лазуркин так писал о Курчатовском стиле руководства, сложив­шемся в рассматриваемый период: «Работать с И. В. было очень приятно. Всегда (даже при нередко случавшихся, в особенности по началу, неприятностях — то вертушку зальет, то коман­дир лодки, потеряв терпение, станет нас прогонять) веселый, доброжелательный, он умел убеж­дать людей, умел ... и при неудачах не унизить человека, ... не отбить у него охоту работать. Распределяя дела, он всегда четко формулировал и свою задачу, а потом при встрече говорил своей аккуратной и аппетитной скороговоркой: «Докладываю...», а потом осведомлялся, кончил ли ты свое дело, даже если срок задания еще далеко не вышел. Вскоре отношения с флотскими офицерами у нас наладились. И командиры лодок не выходили в море, пока у них не сделают все, что надо, сотрудники ЛФТИ. Вместе с нами стали работать и молодые офицеры, перенимая наш опыт» 17.

Сотрудники группы Курчатова, в свою очередь, тесно контактировали с минерами, зани­мавшимися обезвреживанием немецких магнитных мин. Корабли Черноморского флота часто подвергались минным атакам с воздуха. Сотрудники Курчатовской группы не раз наблюдали такое явление: «Мина медленно спускалась на парашюте, ее хорошо было видно в перекрестье прожекторов, к ней неслись огни трассирующих снарядов, но сбить эти мины так и не удавалось. Место их падения, где после отделения парашюта мина ложилась на дно, засекали. Иногда в следующие дни эти мины удавалось тралить. Для этого использовались быстроходные катера, сбрасывавшие глубинные бомбы. Иногда их взрыв вызывал детонацию и взрыв мины. За уходя­щим катером поднимался огромный фонтан, а по днищу катера раздавался такой удар, как будто огромной кувалдой ударяли по листу под самым ухом» 21. Сотрудники свидетельствуют, что Курчатов буквально рвался сам вскрывать выловленную однажды мину новой конструкции и огорчился, когда его не допустили к экспертизе, пока не обезвредили мину 21; 22. с. 161, 169. «А однажды, — пишет Лазуркин, — Игорь Васильевич вернулся довольный с операции по разо­ружению мины, которую удалось поднять со дна, не взорвав. Теперь он точно знал, как все это устроено, сам увидел, с чем приходится бороться. До сих пор (Ю. С. Лазуркин жив — Р. К.) у меня хранится кусок желтого хлорвинилового чулка от этой мины, подаренный Игорем Васи­льевичем 11; 22, с. 161, 169. Курчатов за время работы в Севастополе завоевал высокий авторитет в минном деле, о чем свидетельствует тот факт, что в декабре 1941 г. ему было поручено дать заключение о разработанной моряками-черноморцами противотанковой магнитной мине23, Л.24;8, с. 85.

Как научный руководитель, Курчатов участвовал в решении всех научно-технических задач группы: разработке методов контроля магнитного поля корабля; расчете необходимых обмоток; организации их изготовления в мастерских флота; отладке обмоток на корабле; создании тралов по взрыванию магнитных мин; решении проблемы защиты подводных лодок без установки на них постоянных обмоток; обучении офицеров флота приемам и способам защиты; организации необходимых для работы группы флотских подразделений; проверке оборудованных кораблей; составлении инструкций; инспектировании других точек размагничивания на побережье; прове­дении бесед в штабе флота; изучении новых данных о немецком минном оружии и др. Курчатов при исключительной работоспособности умел находить в каждом, самом запутанном вопросе, рациональное зерно и единственно правильное решение. Глубоко продумывая научные аспекты

11


ИСТОРИЯ НАУКИ И ТЕХНИКИ №3, спецвыпуск №1, 2010

размагничивания, он увлекался и непосредственной практической работой, неутомимо ходил по кораблям, наблюдая и давая указания, порой сам садился за пульт магнитометра, устранял неисправности в клеммной коробке, проверял правильность соединения кабелей обмотки ЛФТИ на корабле. Его можно было встретить и в штабе флота, и на разоружении очередной немецкой мины, и на размагничиваемой подводкой лодке, и в судоремонтной мастерской, дела­ющей по его предложению новый образец электромагнитного трала, и на причале, беседующим с офицерами, пришедшими из боевого похода, и осматривающим вместе с ними пробоины в бор­тах корабля 24 .

Морякам импонировало, что этот крупный ученый, профессор, доктор физико-математи­ческих наук, всегда был с ними рядом, находил для каждого доброе слово, умел приободрить, поднять настроение, с увлечением рассказывал о своей довоенной работе, досконально объяснял тонкости физики магнитных явлений, когда надо умел потребовать, когда надо — весело шутил25.

В этот период ярко проявилась гражданственность Курчатова. В письме к жене 26 октября 1941 г. он пишет: «... мне очень грустно, что жизнь складывается не очень легко. Но ты не грусти, настанет время — и опять придут счастливые дни для нашей Родины, а значит, и для нас» 3, с. 312.

По состоянию на 1 ноября 1941 г. размагничивающими устройствами было оборудовано основное ядро кораблей ЧФ: комиссией были приняты и допущены к плаванию 32 боевых и 12 вспомогательных кораблей и судов. Курчатов и сотрудники его группы создали эксперимен­тальную базу СБР-1 для безобмоточного размагничивания кораблей, сыгравшую большую роль в совершенствовании этого метода. На ней исследовались и в годы войны, и позже способы без­обмоточного размагничивания судов водоизмещением свыше 2000 т, определено влияние бое­вых воздействий на стабильность размагничивания корабля и многое другое. СБР-1 явилась ш