Реферат: Динамические практики в классической йоге

Динамические практики в классической йоге


Йогические традиции майсорского дворца


Аштанга - виньяса - йога мастера Паттабхи Джойса


Малла - Пурана


сборник




Сборник. Перев с англ. — К.: «JANUS BOOKS», «София», Ltd., 199У. — 320 с.
ISBN 5-220-00166-3


   Сборник посвящен одной из самых эффективных систем Хатха-Йоги Аштанга-виньяса-йоге, хранителем традиции которой в настоящее время является Шри Паттабхи Джойс. Аштанга-вивьяса-йога — ветвь традиции Шри Кришнамачарьи* Другая наиболее широко известная сегодня на Зато де ветвь этой традиции — йога Б. К. С. Айенгара.

   Практика Хатха-Йоги в стиле Патгабхи Джойса, безусловно будучи исконно традиционной, является динамической чем весьма напоминаетнекоторые тибетские и даосские системы. Гармонично связанные дыханием, концентрацией внимания и динамикой созерцания упражнения выполняются в виде сбалансированных последовательностей, что позволяет в каждом упражнении учитывать психо – энергетически и эффект всей цепочки предыдущих. В работе Лино Милини представлена техника выполнения последовательностей начального уровня, что позволяет не только оценить эффективность, красоту и точность системы, но и приобщиться к ее практике.
   Дворец Махараджи Майсора — одно из немногих мест, где развитие йогической традиции оказалось хотя бы на некотором участке истории хронологически документированным. Работа Сьомана знакомит с динамикой развития традиции как таковой и дает понять, что йога постоянно развивается с учетом изменений исторического и социального фона. Для иллюстрации взаимовлиянии и взаимопроникновении традиций в сборник включен трактат по боевому искусству маллов, из тренировочной практики которых Кришнамачарья заимствовал ряд упражнений для своей системы асан.
   Выход в свет настоящего сборника знаменует собою открытие новой страницы и истории становления Логической традиции в русскоязычном социуме вообще и по значению не уступает изданию в свое время «Йога-дипики» Б. К. С. Айенгара, впервые открывшей нам традицию йоги Шри Кришнамачарьи.

©N. Е. Sjoman, 199G © Angelo Micbele Miele, 1996 ^ ISBN 5-220-00166-3 § «JANUS BOOKS», 1999


Оглавление


А.Лаппа

Введение

Н.Е.Сьоман

Йогическая традиция майсорского дворца

Л.Милини

Аштанга-йога

Мала-Пурана


Введение

 Благодарю судьбу за честь представлять эти замечательные книги и отдаю себе отчет в том, что их публикация прольет свет на многие до сих пор скрытые тайны грандиозной истории развития духовного пути, известного во всем мире под именем Йога. Они безусловно откроют новый этап осознания, так как содержат информацию, позволяющую интегрировать ранее имевшиеся знания в глобальную картину видения явлений, происходивших в русле этой древней традиции
   В последнее десятилетие в сознании людей происходит очередная смена духовных ориентиров. Старые ценности и авторитеты отживают, а новые еще только формируются. Сейчас каждому человеку приходится прилагать самостоятельные усилия, чтобы обрести духовную опору в жизни. И очень многим на этом пути помогает Йога. Ее популярность возрастает с каждым днем. Однако до сих пор подавляющее большинство практикующих Йогу не имеет адекватного представления о том, с чем, собственно, они имеют дело. Многие вопросы остаются открытыми. Каким образом «технический» арсенал йогических практик связан с духовным развитием? Что вообще имеется в виду, когда говорится о Йоге?
   В поисках ответов многие обращаются к йогической «классике», подразумевая под нею древние «Упанишады», «Бхагавад-Гиту», «Йога-Сутры» Патанджали, средневековые «Хатха-Йога-Прадипику», «Гхеранда-Самхиту», «Шива-Сам-хиту» и современные фундаментальные труды по Йоге. Но внимательное изучение показывает, что между этими текстами существует не методологическая и историческая, а всего лишь терминологическая связь. Йога «Бхагавад-Гиты», Йога Патанджали и Йога Кришнамачарьи — это не совсем одно и то же. Хотя само слово Йога и многие термины и понятия присутствуют во всех системах.
Складывается впечатление, что все основополагающие тексты Йоги рождались на гребнях различных волн духовных поисков. Своим появлением каждый очередной текст как бы подводил итог некоему завершенному этапу развития осознания. Затем следовал очередной этап «штурма», осуществлявшегося новым поколением Хранителей Традиции практического осознания, — штурма, который зачастую не оставлял документальных следов. Однако эта отнюдь не означало прерывания самой Традиции, Каждый новый исторический период эволюции человечества требовал поиска особых, новых методов и средств достижения гармонии и духовного равновесия. И это признается даже в самих «классических» текстах: каждое новое поколение йогов должно создавать свои методики, ориентируясь на конкретные условия своего исторического периода. Вероятнее всего, именно поэтому и возникли разные школы Йоги...
   Нам предоставляется шанс понять, что в традиции Йоги нет и не может быть никакой неизменной догмы. Неизменным остается лишь один-единственный Основной Принцип: стремление к гармонии и равновесию тела и сознания. Каждый практикующий Йогу изначально имеет право на свободу в выборе средств реализации Основного Принципа. И именно поэтому подлинным Хранителем традиции может считаться только тот, кто, изучив наследие предшественников и осознав суть их опыта, способен без сожаления отказаться от всего устаревшего и отыскать пути для достижения той же цели в условиях нового времени...
   Отсюда ясно, почему пять тысяч лет назад практика Йоги была не такой, как две тысячи лет назад, и почему сегодня она отличается от той, которая описана в средневековых трактатах. Иначе и быть не может.
Ибо путы Майи совершенствуются вместе с нами...


   * * *

   Во время моего первого путешествия по Индии в поисках интересных систем Йоги я исколесил всю страну вдоль и поперек. Побывал во множестве школ, ашрамов и храмов. Когда деньги были на исходе и я уже собирался возвращаться домой, я познакомился с одним австралийцем. Он посоветовал мне съездить к непосредственным последователям йоги Кришнамачарьи и, в частности, к Паттабхи Джойсу. Тогда я еще ничего не знал об этом Учителе. Но решил послушаться совета и отправился в Майсор.
   Девять часов от Мадраса до Бангалора ночью по индийским дорогам в битком набитом автобусе — это было что-то неописуемое! Затем, уже утром -— еще три часа от Бангола до Майсора. А потом — на моторикше от автовокзала до дома Паттабхи Джойса. При расчете рикша, следуя традициям индийского сервиса, запросил сумму как минимум в пять раз больше реальной таксы. Побеседовав сначала с ним по душам и получив скидку лишь до тройной цены, я вынужден был привести последний веский аргумент — схватив вымогателя за горло и пообещал позвать полицейского. После этого мы сошлись на полуторной цене.
   С изрядно подпорченным настроением я открыл входную дверь дома Паттабхи Джойса и втиснулся с рюкзаком в Крохотную прихожую. Дверь в зал была открыта. Там в полном молчании тренировались какие-то люди. Было слышно только их ровное ритмичное дыхание.
   Пожилой человек в трусах и с длинной золотой цепочкой через плечо, увидев меня, вышел из зала в прихожую. Это и был сам Паттабхи Джойс.Шепотом я спросил у него, могу ли я поучиться в его школе. Он знаком показал, что не будет разговаривать со мной, и вернулся в зал.
   Тут один долговязый европеец, только что закончивший свою тренировку и вышедший в прихожую, мягко, но настойчиво взял меня под локоть и повел за собой. Когда мы оказались во дворе, он объяснил мне, что входить в зал во время занятий и отвлекать Гуруджи не принято.
   Но я-то чувствовал, что дело не только в этом. Очевидно, я вошел не только в неподходящий момент, но и в неподходящем состоянии. И Паттабхи Джойс недвусмысленно дал мне это понять. Уйти я уже не мог, поскольку в зале, где я пробыл всего несколько секунд, происходило нечто необычное. Я еще не разобрался, что именно меня заинтриговало, но понял, что просто обязан оказаться там вновь! Я сел на землю возле входной двери и постарался привести в порядок свое психическое состояние. Нужно было окончательно избавиться от последствий ссоры с рикшей и подготовиться к встрече с Гуруджи.
Через несколько минут я снова вошел в прихожую и заглянул в зал. Наши глаза встретились... Это был разговор без слов. Я играл роль кроткого студента, Паттабхи Джойс — экзаменатора. Судя по всему, на этот раз он остался мною доволен. Одобрительно кивнул и жестом пригласил меня зайти и сесть. После того как все ученики закончили тренировку, мы с ним поговорили о возможности посещения занятий. Узнав об оплате, я понял, что у меня нет никаких шансов. Но Паттабхи Джойс сказал, что если у меня проблемы с деньгами, то в течение тех нескольких дней, которые оставались у меня до возвращения на родину, я могу приходить и просто наблюдать за тем, как тренируются другие. Бесплатно. Для юга Индии, где все очень хорошо знают, что деньги — это энергия, и где за все нужно платить, это было, прямо скажем, весьма необычно.
   Вечером в ресторане я вновь встретил европейца (он оказался немцем), который выпроваживал меня из дома Гуруджи. Узнав о том, что произошло в зале после его ухода, он очень удивился. Оказывается. Паттабхи Джойс разрешал смотреть занятия только тем, кто у него тренируется. Посторонним наблюдать за тренировкой не разрешалось. А тут им вдруг разрешил мне присутствовать в течение нескольких дней подряд...
   То, что я вскоре увидел на тренировках в школе Паттабхи Джойса, выглядело, по моим прежним представлениям, поистине фантастично.
   Асаны, которые, в классификации Б. К. С. Айенгара, относятся к категории наиболее сложных, входили здесь в обычный тренировочный арсенал. А некоторые из учеников выполняли элементы, которых я никогда не только не видел, но даже не подозревал об их существовании. Да и техника выполнения асан была совершенно необычной. По крайней мере, ни о чем подобном в тех книгах, которые я читал дома, не упоминалось. Асаны выполнялись слитно, в едином потоке движения, и соединялись между собой особыми динамическими связками, которые в этой школе принято называть «виньясами». Уровень атлетической подготовки для этой практики нужен такой, каким, по нашим привычным понятиям, могут обладать только высококвалифицированные профессиональные спортсмены и циркачи. А тут — обычные люди. И женщины подолгу работали в стойках на руках наравне с мужчинами. И что особенно характерно, состояние психики у учеников Пагтабхи Джойса во время тренировки было совсем не таким, как у западных спортсменов. Все они были словно глубоко погружены в смиренное созерцание того, что делали, и того, что при этом происходило у них в сознании.
   Тем не менее по возвращении из той первой своей поездки в Индию я еще не особенно выделил для себя школу Паттабхи Джойса из ряда других, которые посетил. В Гималаях и Тибете я видел множество других, не менее интересных и иногда значительно более ярких. Однако что-то после встречи с Паттабхя Джойсом глубоко запало мне в душу, Прежде всего — бесконечная доброта, простота, скромность и мудрость этого человека. Ну и конечно, его ученики... Для них тренировочный зал Паттабхи Джойса был, что называется, местом Силы. В общем, попав в Индию во второй раз, я сразу же отправился на Юг — к Паттабхи Джойсу.
   И только теперь начал осознавать, что во время своего первого визита я, собственно, ничего толком не понял. Представления о легендарных учителях Востока совершенно tic соответствуют их современному положению, поведению и внешним атрибутам. Ну и, ясное дело, наблюдать за тренировкой и тренироваться самому — это принципиально разные вещи. Совершенно различные формы и режимы работы восприятия, совершенно различные степени проникновения в сущность происходящего. Только практика позволяет реально ощутить «вкус» предлагаемого Пути. Почувствовать его каждой клеточкой своего тела, изнутри созерцая изменения, происходящие в сознании.
   Только через практику мне удалось заглянуть в бездну мудрости этой отточенной тысячелетиями тренировочной системы. На первый взгляд в ней много странностей. Например, более простые, по классификации Б. К. С. Айенгара, упражнения в комплексах Кришнамачарьи — Паттабхи Джойса порой выполняются после более сложных, что поначалу кажется совершенно нелогичным. Имеется множество неодинаковых технических элементов при исполнении правостороннего и левостороннего вариантов асимметричных асан. Почему Паттабхи Джойс ничего не объясняет. Его универсальный ответ на все вопросы: делай — и все поймешь.
   Особенно интересно то, что развитие у тренирующихся по его системе Аштанта-виньяса-йоги идет во много раз быстрее, чем у тех, кто практикует другие стили Йоги. И, что особенно важно, — никаких травм. И все же практика Аштанга-виньяса-йоги — это Битва. Сражение с собственным несовершенством за новое качество сознания...
   Мне рассказывали, что арсенал техник Аштанга-виньяса-йоги изначально состоял из четырех базовых последовательностей восходящей степени сложности. Но в силу определенных трудностей, возникших при обучении учеников с запада последовательностям высших уровней сложности, Паттабхи Джойс разбил третий и четвертый уровни на два подуровня каждый. Таким образом, иерархия тренировочных последовательностей современной Аштанга-виньяса-йоги состоит из шести базовых уровней. Хотя говорят, что существует еще и седьмой.
   Пранаяму Паттабхи Джойс преподает только индивидуально и только тем ученикам, которые достигают современного четвертого уровня. Большинство учеников тренируются, используя комплексы первого, второго и третьего уровней. Лишь некоторым из немногих овладевших в совершенстве третьим уровнем Паттабхи Джойс разрешает и |преподавать Аштанга-виньяса-йогу. И только единицы в мире достигли пятого. Я видел, как внук Паттабхи Джойса Шарад использовал в тренинге элементы тренированного комплекса пятого уровня. Но ни я, ни мои знакомые никогда не видели того, кто работал бы с последовательностями шестого уровня. Вполне вероятно, что эта последовательность существует лишь как потенциальная возможность. Ведь всегда должно оставаться что-то, к чему можно было бы стремиться.
   Пять уровней Аштанга-виньяса-йоги уже не являются секретом. Выпушены видеокассеты по первым двум комплексам в исполнении наиболее опытных учеников под руководством Паттабхи Джойса — Ричарда Фримана, Чака Миллера, Тима Миллера, Эдди Штерна, Мати Израти и Карэн Хаберман. Кроме того, существуют видеозаписи коротких подготовительных серий для начинающих и базовых комплексов от первого до пятого уровней в исполнении учеников Паттабхи Джойса — Дэвида Свенсона, Роберта Еустани, Дэвида Вильямса, Хелены Берг и Люси Мартореллы. Эти видеоматериалы прекрасно дополняют представленное в настоящем сборнике практическое руководство, написанное Президентом Европейской федерации Аштанга-виньяса-йоги Лино Милини.
   В известной книге Б. К. С. Айенгара «Прояснение Йоги» («Light on Yoga») представлены все асаны, из которых состоят последовательности первых четырех уровней современной классификации, а также большинство асан пятого уровня. Паттабхи Джойс, как современный Хранитель традиции, очень ревностно относится к исполнению базовых последовательностей. Настойчиво исправляет на первый взгляд незначительные мелочи, настаивая на точном, «каноническом» исполнении каждого нюанса базовых последовательностей в строго определенном и непрерывном порядке.
   В каждом комплексе Аштанга-виньяса-йоги обязательно присутствует несколько ключевых асан или виньяс, которые бросают реальный вызов Силе Духа каждого стремящегося овладеть данным уровнем практики. Например, в последовательности первого уровня наряду с несложными асанами присутствуют такие элементы, как стойка на руках с двумя мигами за головой и «петух» — стоика на руках, продетых между бедрами и голенями сложенных в «лотос» ног. Наряду с простыми прыжковыми связками, на первом уровне часто используются виньясы с подниманием всего веса тела на руках и медленным «полетом» в воздухе из одной асаны в другую. Бескомпромиссная необходимость ежедневно принимать вызов и совершать подвиг преодоления собственной слабости быстро укрепляет Силу Духа, вселяет в человека веру в себя и реально преображает его тело и сознание,
   Часто бывает так, что ученики Паттабхи Джойса, которые уже давно с легкостью выполняют весь комплекс того или иного уровня, месяцами не могут преодолеть какой нибудь один элемент, становящийся для них «камнем преткновения». Как правило, такой элемент комплекса требует от ученика качеств, которые у него отсутствуют и которые не возможно приобрести быстро, без радикальной коррекции образа жизни и основ личности. Причины подобных недостатков всегда кроются в состоянии психоэмоциональной сферы сознания и неизменно связаны с решением основной задачи личной жизни ученика. Именно поэтому в названии системы виньяса-йоги присутствует слово Аштанга, указывающее на прямую связь с Йогой Патанджали.    Тренировочные алгоритмы аштанга-виньяса-йоги предназначены не для спортивных состязаний или цирковых демонстраций, а для достижения соответствия продвинутым уровням сознания. Каждый день по капле. Вода настойчивости точит камень несовершенства. А победа знаменует собой лишь новый вызов, новый зов битвы...
   Во многих случаях Паттабхи Джойс довольно долго не разрешает приступать к практике следующего уровня, даже когда и предыдущий уже освоен в совершенстве. Возможно, для того чтобы ученик наработал легкость в выполнении освоенного комплекса. Хотя, казалось бы, доведенное до совершенства исполнение комплекса того или иного уровня само по себе подразумевает, что тело и сознание человека уже обладают качествами, необходимыми для того, чтобы приступить к штурму следующего уровня.
   Совершенная техника освоенного комплекса Аштанга-виньяса-йоги должна быть бесшумной. Слышно только дыхание. Все движения, даже очень трудные, выполняются плавно, без рывков и ударов. При этом практикующий порой в течение двух часов подряд динамично манипулирует всем весом своего тела, причем значительную часть этого времени — в стойках на руках. Можно себе представить, каким огромным энергетическим потенциалом на единицу массы тела он должен обладать!
   Для обеспечения травмобезопасности при исполнении асан высокой степени сложности глубокая гипермобильность суставов должна быть компенсирована функциональной тренированностью окружающих суставы мышц. И именно виньясы, постепенно усложняющиеся от уровня к уровню, укрепляют мышцы рук, ног и торса до состояния «железной рубашки», фиксирующей кости, распределение твердости которой управляется волей практикующего. Кроме того, тренировочный режим Аштанга-виньяса-йоги способствует развитию выносливости, сжиганию шлаков, удалению из организма лишней влаги и общему очищению тела.    Практикующие этот стиль Йоги обладают сухощавыми, гибкими и очень сильными телами. Кроме того, их всегда отличает уравновешенность, спокойствие, приветливость и чувство собственного достоинства...
   Начинающим следует обратить внимание на то, чтобы переходы из одной позы в другую были плавными, без рывков. Опускание тела на пол из стоек на руках должно быть не безвольным падением уставшего человека, а как можно более медленным, плавным и контролируемым движением. С точки зрения травмобезопасности наиболее уязвимого поясничного отдела позвоночника особое внимание следует уделить укреплению паравертебралького корсета позвоночника, мышц спины и брюшного пресса. И именно эти мышцы замечательным образом развиваются всевозможными виньясами в медленной динамике.
Проследив характер усложнения комплексов, можно отметить, что их авторы не торопились с освоением прогибов назад. Так, в первом и втором комплексах самыми глубокими прогибами назад являются гимнастический мост (урдхва дханурасана) и капотасана — прогиб назад из положения стоя на коленях с захватом голеностопов руками и Постановкой головы на стопы. Что же касается позы скорпиона (вришчикасаны) и асимметричных вариантов капотасаны, то они вводятся только на интенсивных уровнях практики, начиная с третьего комплекса.
   Игнорирование простейших правил травмобезопасноти может очень быстро привести к образованию грыж межпозвонковых дисков в поясничном отделе позвоночника. Но, с другой стороны, истинный дух Йоги требует не отказываться от штурма ограничений в физическом теле, от повышения уровня сложности тренировочных упражнений, то есть от принятия вызова. Без него не может быть взаимодействия с границей диапазона восприятия — Великим Пределом.
Но, что самое важное, упражнения Аштанга-виньяса-йоги исполняются не для «укрепления здоровья», и уж конечно, не дня самоутверждения в глазах других, а для накопления Силы Духа и психоэнергетических трансформаций, ведущим к расширению восприятия и развитию сознания...


* * *


   Тренировки в Иогавишараде Паттабхи Джойса обычно начинаются в четыре часа утра* и продолжаются до девяти-одиннадцати часов утра, в зависимости от количества прибывших учеников. В зале Йогавишарады одновременно тренируются 8—10 человек, причем каждый по своей программе, выполняя комплексы доступных уровней. По завершении основного блока асан ученик выходит из зала и поднимается на второй этаж Йогавишарады, где в специальной комнате он завершает тренинг, выполняя финишный блок асан, медитирует и расслабляется. Когда он покидает зал на первом этаже, его место занимает следующий ученик.
   Паттабхи Джойс заботливо помогает всем, исправляя технические ошибки. Его ученики неоднократно предупреждали меня, что при знании целей Традиции и наличии индивидуальной тренировочной программы может зародиться сомнение; стоит ли ехать так далеко, в Южную Индию, для того, чтобы тренироваться один раз в день, а затем остаток дня заниматься чем придется? Но там есть нечто такое, что дома воспроизвести просто невозможно. Это сам дух Йогавишарады и личное присутствие Паттабхи Джойса, Там происходит «тонкая коррекция» чего-то очень важного, что порой не удается «сдвинуть с места» даже за годы самостоятельных тренировок. Решающую роль в этом, безусловно, играет личность Паттабхи Джойса...
Тренировка всегда начинается с традиционной мантры, кото-рую вы найдете в этом сборнике в начале практического руководства Лино Милинн.


* * *

   Может быть, в нашем климатическом поясе не обязательно начинать тренировку так рано. Но там, на юге Индии, тренироваться в другое время просто невозможно, поскольку уже в восемь часов утра температура превышает 25 градусов по Цельсию. Воздух раскаляется и, тренируясь позже, можно просто «сорвать сердце». Жара висит над землей до 1 двух часов ночи и спадает только к трем-четырем часам утра. Поэтому тем из учеников, очередь которых начинать тренировку наступает после восьми утра, приходится нелегко. Их почти сразу же прошибает пот, и в духоте (почти как в саунe) становится трудно дышать. Есть, конечно, и более важная причина столь раннего начала утренних занятий. Это влияние дневных циклов на состояние занимающегося. Период смены ночи и дня, сна и бодрствования, переход из бессознательного в сознательное — наилучшее время для успешной npактики Йоги и целенаправленной реализации изменений в сознании
   Многие из современных школ Йоги изменяют традиционную методику и упрощают практику, подгоняя ее под весьма ограниченные возможности занимающихся. Так возникают выхолощенные и профанированные «игрушечные» йоги. Занятия ими — дань моде, экзотике или престижу именно такие стили обычно становятся популярными и массовыми, потому что те учителя, которые их развивают, орентируются на доступность и легкость, стремясь охватить влиянием как можно больше людей, — разумеется из «экономических» соображений. Паттабхи Джойс бескмпромиссно отстаивает прямо противоположный подход, утверждая, что не Йогу нужно приспосабливать к слабости и несовершенству практикующего, а, наоборот, — практикующий должен развить себя до соответствия идеалам Традиции.
   Ориентация на несовершенство и слабость людей, искалеченных комфортом цивилизации, может привести к угасанию самой Традиции Йоги. А это — недопустимо, поскольку истинная практика Йоги в современных условиях дает нам, может быть, последний шанс преодолеть прогрессирующую физическую и духовную деградацию...


Кришнамачарья имел много учеников. Но очень немногих он по завершении обучения дипломировал и благословил учить других.
Во время своей поездки в Майсор летом 97-го года я разыскал одного из таких учеников. Он тоже Айенгар, но не Б. К. С., а Б. Н. С. Этот учитель моложе своего прославленного однофамильца лет на десять, и ему сейчас чуть больше семидесяти. Хотя выглядит он максимум на пятьдесят. Надо сказать, что в штате Карнатака фамилия Айенгар так же распространена, как на Руси — Иванов или Петров. Я привык очень почтительно относиться к имени Б. К. С. Айенгара, и поэтому, когда в первый раз попал в Майсор, поначалу меня шокировали вывески вроде «У АЙЕНГАРОВ» над дверями ресторанов и парикмахерских...
Итак, я нашел Б. Н. С. Айенгара. В настоящее время он возглавляет в Майсорс Йогаишлу (школу Йоги). И я часто ходил к нему на индивидуальные беседы, не упуская шанса получить дополнительную информацию о философских и методических нюансах школы Кмйшнамачарьи. Именно он показал мне книгу Сьомана «Йогическая Традиция Майсорского дворца» (которая входит в настоящий сборник) и рассказал, где ее можно раздобыть. Значение этой работы трудно переоценить. Автор впервые в истории попытался отыскать корни, проанализировать исторические тенденции и разобраться во взаимосвязях развития современной Традиции Йоги. Быстро прочитав эту книгу, я обратил внимание на библиографию, приведенную в ней, и решил «копнуть» глубже.
В течение оставшихся до моего отъезда трех недель все свободное от тренировок время я проводил в библиотеке Майсорского Университета Махараджи. Мне удалось разыскать в каталогах архива большую часть упомянутых Сьоменом книг. Но, к сожалению, не все из них мне удалось заполучить, поскольку некоторые из них хранятся в частной библиотеке Махараджи Майсора и недоступны для ознакомления. А из тех книг, которые мне предоставили, значительная часть была написана не на английском и даже не на санскрите, а на кэннада — национальном языке штата Карнатаки. Одной из немногих книг, содержащих английский текст, были «Малла-пурана» — трактат, посвященный индийскому . воинскому искусству. Введение к нему включено в настоящий сборник.
В книге «Йогическая Традиция Майсорского дворца» Сьоман упоминает книгу Паттабхи Джойса «Йога-Мала», изданнуюную в штате Карнатака на языке кэннада тиражом всего в тысячу экземпляров. В ней излагаются основные правила и описывается элементарная практика Йоги. Значение слова Йога наверняка уже известно читателям. А мала — это ветви, которые во многих духовных традициях используются для (начета повторений молитвы или мантры. Широко известные Йогические комплексы «Сурья Намаскар» («Привет-Солнцу») и «Чандра Намаскар» — («Приветствие Луне») обычно состоят из небольшого числа асан (12—24) и выполняются циклами по 3 , 6, 1 2 и более раз без остановки — за последней асаной сразу же следует снова первая. Причем iy динамическому движению, соединяющему между собой асаны, соответствует полуцикл дыхания (вдох или выдох), а в случаях статической фиксации позы — один или несколько полных циклов дыхания. Вот этот принцип и является основополагающим в практике «Йога-Малы». Он же действует в молитве или медитации при перебирании четок (санскр. мала). Роль бусинок в практике Йога-Малы выполняют асаны. А нить, соединяющая их, — это дыхание. Суть же практики — в молитве или медитации. Выполнение асан в виде связанных в непрерывные последовательности комплексов — эффективный способ накопления энергии в теле, улучшения проводимости психоэнергетической структуры, расширения восприятия и развития сознания...
   Известно, что Кришнамачаръя в течение двух лет тесно контактировал с тибетскими буддистами в Гималаях. И хотя я не берусь утверждать что-либо определенное о корнях Йога-Малы, во время моих путешествий по Гималаям мне повсеместно встречались параллели с ее методом. В Тибете я видел множество людей, чья молитвенная практика была поразительно схожа с практикой Йога-Малы. Выглядело это так.
   На полу, примерно в двух метрах перед стопами молящегося тибетца, лежали четки. Он поднимал сложенные в жесте приветствия (намаcте) ладони над головой. Затем непрерывным волнообразным движением переносил их к межбровью и животу. Опускался на колени и клал ладони на специальные матерчатые подкладки, лежавшие на полу. Скользя ладонями по полу, вытягивался вперед, простираясь на животе. Оставив подкладки там, где они оказывались по завершении простирания, еще раз складывал ладони в намаете на полу перед собой. При этом руки оказывались в непосредственной близости возле лежавших на полу четок. Молящийся брал четки, передвигал одну бусинку, возвращал ладони на подкладки и скользил ими по полу назад — сгибая колени. Затем вставал и повторял все сначала. Таким образом, на четках отсчитывалось число таких движений — молитвенных поклонов-простирании, которые, по сути, являлись упрощенным вариантом классического комплекса «Сурья Намаскар». Эта традиционная ламаистская форма молитвы фактически является виньясой! По крайней мере, в ней присутствуют основные компоненты упрощенных вариантов «виньясы стоя» и «виньясы животом вниз». Я видел, как тибетцы, таким образом простираясь в молитве, движутся по местам паломничества, покрывая огромные расстояния. Впрочем, подобныс канонизированные движения для совершения молитвы или медитации используются почти во всех религиях мира. И все они, в сущности, являются упрощенными вариантом виньяс.
   Перевернутые йоговские позы обращают вспять естествекнный поток энергии, который в нормальном состоянии движется сверху вниз, от головы к ногам. Движения типа «виньясы стоя» и «виньясы животом вниз», а также асаны «головой вниз» с последующим возвратом в положение «головой вверх» изменяют направление циркуляции энергии и тем самым влияют на кровеносную, нервную и эндокринную системы что приводит к общей психоэнергетической трансформации и расширению диапазона восприятия. Нередко за такой практикой следуют лавинообразные «выходы сверхсознании в пласт осознаваемых формулировок» в виде предельно питых информационных блоков типа «слово-тире-слово». Причем если пытаться расшифровывать и записывать эти точки-тире со всеми логическими связями, то каждый такой блок разворачивается не менее чем на страницу. Как правило, полученная таким образом информация содержит в себе решение какого-нибудь сложного вопроса или показывает выход из духовного кризиса. Можно предположить, что, когда кто-нибудь, скажем, мусульманин утверждает, что «с ним говорил Аллах», это является результатом его искренней молитвы, а также стимуляции систем организма, позвоночники и мозга «виньясоподобными» поклонами...
   Сколько же раз необходимо исполнять такие упрощенные и канонизированные виньясы для достижения духовного результата?
   Существует множество фантастических легенд о Тибете. В книгах «тибетские чудеса» выглядят очень загадочно и эффектно. Но когда сам сталкиваешься с этими явлениями, вес воспринимается достаточно спокойно. Как должное. И только поразмыслив и сравнив, начинаешь понимать, что именно так в действительности и проявляет себя мистика Востока. И именно так к нам приходят знаки, имеющие тайный смысл...
   В Дхарамсале — на севере Индии, в предгорьях Гималаев — находится резиденция Далай-Ламы. Как-то, в очередной раз приехав туда, я попал в забавную историю.
   Приехав в Дхарамсалу в половине шестого утра, я шел место в «гэст хаусе», бросил там рюкзак и сразу отправился на утреннюю молитву в храм, расположенный возле резиденции Далай-Ламы. Навстречу мне шли местные жители, мужчины и женщины, пожилые и молодые. Несмотря на ранний час, они уже закончили свои долгие молитвы в храме и, перебирая четки, возвращались домой, бубня себе под нос «Ом-Мани-Падме-Хум»... В почтенном смирении я медленно шел по территории храма. И вдруг кто-то подхватил меня за талию и быстро потащил за собой, на кошмарном тибетско-английском «суржике» спрашивая, зачем, мол, я сюда пожаловал. На бегу я разглядел этого человека. Эю был высокий бритоголовый монах. На вид ему можно было дать лет пятьдесят пять. Я ответил ему, что хотел, мол, посмотреть, как проходит утренняя молитва, и поучаствовать в ней. Монах продолжал тащить меня куда-то. Мы очутились на ступеньках возле большой крытой площадки перед входом в храм. Здесь было несколько местных жителей, которые ритмично молились, простираясь на полу площадки, перебирая четки, лежавшие перед ними, и снова вставая. «Молись», -— строгим повелительным тоном сказал мне монах.
   В глазах его было столько юмора и доброты, что это как-то не соответствовало серьезности его приказания. Отшучивась, я ответил ему, что не умею, мол, да и подкладок под колени у меня нет. На что монах, беспечно махнув рукой , ответил: «А-а, молись как умеешь». Я продолжал молиться, предвкушая, как он повеселится, если я действительно продолжу эту смехотворную «молитву». Но монах настаивал, нс-.. «но махая рукой: «Молись, молись...» Я решил посмотреть, что из этого всего получится, и сделал несколько молитвенных поклонов. Затем оглянулся на монаха и заметил, что он был неожиданно серьезным. Но, заметив, что я на него смотрю, он мгновенно улыбнулся и ехидно-заботливо спросил: «Ну, что? Помолился?» Я утвердительно кивнул. Он но кивнул в ответ и, обхватив меня одной рукой за плечи, поволок вдоль стены храма, на которой располагались. десятки медных барабанов. На них были вычеканены тибетские мантры. Обходя вокруг храма, другие монахи и жители Дхарамсалы на ходу крутили эти барабаны. Монах, махая рукой, настойчивой скороговоркой подталкивал меня:крути, крути, крути». И заливался странным для его облика совершенно детским смехом. В нем было что-то очень простое и приятное. Он мне определенно нравился...
   Крутя барабаны, мы закончили пробежку вокруг храма снова оказались на ступеньках возле площадки для молитв. Снова последовала команда молиться.
   Я спросил монаха, сколько раз в молитве обычно исполняют такие поклоны. На что он быстро ответил, шутливо ммахнув рукой: «Две тысячи раз в день». Я окинул его взглядом с головы до пят, остановил взгляд на внушительном животе монаха и недоверчиво спросил: «И вы тоже, когда молитесь, делаете по две тысячи таких движений в день?» Захлебнувшись от смеха, он махнул рукой в сторону простиравшихся на площадке жителей Дхарамсалы и едва понятной скороговоркой выпалил: «А-а, я вообще не молюсь как они...»
   «Молиться» во второй раз было легче. И то, что монах больше походил на шута, чем на служителя культа, даже помогало. Да и вообще вся атмосфера несерьезности расслабляла. Затем, снова вращая барабаны, мы «пробежали» второй раз вокруг храма...
Я «помолился» и в третий раз. Третий круг бегом вокруг храма, и... вдруг монах скрылся в одном из боковых входов здания, в котором находились монашеские кельи. Я решил не входить туда без приглашения. Он исчез так же неожиданно, как и появился.
   Я приходил в храм, чтобы посмотреть на молитву и поучаствовать в ней. И он сделал так, чтобы это произошло легко и ненавязчиво... Через час я принял участие в утренней молитве, которую проводил Далай-Лама. После ее окончания отправился было завтракать, но меня догнал молодой монах и спросил, не хочу ли я встретиться с Далай-Ламой лично. Конечно ж
Вступление


Я считаю нужным прояснить свою точку зрения, которой придерживаюсь в этой книге, с тем чтобы провести paзличие между моей позицией и традиционным академическим подходом, Зто представляется необходимым, по скольку я сам частично являюсь продуктом акад