Реферат: Эти и многие другие вопросы автор поднимает на страницах настоящей книги

А. М. Цуладзе. Политические манипуляции, или Покорение толпы. Оглавление

М.: Книжный дом "Университет", 1999. — 144 с.

Рецензенты: доктор ист. наук, проф. К. С. Гаджиев, канд. полит, наук Г. Ш. Бокучава

Научная монография

1999

ISBN: 5-8013-0057-0

В чем заключаются специфические особенности политических манипуляций? Каковы могут быть последствия манипуляций для страны? Как противостоять манипуляциям и манипуляторам? По каким признакам можно их распознать?

Эти и многие другие вопросы автор поднимает на страницах настоящей книги.
Предисловие.
Предлагаемая вашему вниманию книга выходит в свет в самый разгар предвыборных баталий. Избиратель­ная кампания стремительно набирает обороты. Граж­данам России предстоит сделать не простой выбор. Поли­тическая ситуация сегодня настолько накалена, кризис в стране дошел до такой точки своего развития, что предсто­ящие думские и президентские выборы неизбежно должны стать определяющими для страны. Какой войдет Россия в XXI век, во многом решится у избирательных урн.

В связи с этим многократно возрастает ценность каждого голоса, ответственность каждого избирателя за свой выбор. Чтобы не обмануться в очередной раз, не­обходимо все тщательно взвесить, не дать себя увлечь гром­кими фразами и обещаниями политиков. Другими словами, нельзя поддаваться на различные манипуляции и уловки, которые используются в ходе избирательных кампаний. Цена ошибки слишком велика.

В предлагаемой работе А. Цуладзе показаны различные методы манипулирования людьми и способы распознава­ния манипуляций. Эти сведения имеют не только теоретическую, но и практическую ценность. Каким образом про­тивостоять манипуляциям? Главное, по мнению автора, думать своей головой, не позволять другим решать за себя. Эта вроде бы простая, но очень важная мысль проходит красной нитью через всю книгу.

Однако манипулятивные приемы не представляют со­бой серьезного оружия, если не являются частью опреде­ленной технологии. В данной работе политические манипу­ляции рассматриваются в двух аспектах: коммуникативном и системном.

В первом случае политические манипуляции выступают средством воздействия на массовое сознание с помощью таких технологий, как «паблик рилейшнс», политическая реклама и пропаганда.

Во втором случае политические манипуляции рассмат­риваются в контексте политической системы, политическо­го процесса в целом. Автор считает, что политические ма­нипуляции служат средством достижения трех основных целей политического субъекта: достижению власти, ее реа­лизации и удержанию. На мой взгляд, это одна из наиболее интересных и перспективных тем данной работы.

В заключение хочу сказать, что проблему политических манипуляций невозможно исчерпать в одной книге. Но под­нятые в ней вопросы, ряд новых подходов, примененных ав­тором, делают ее очень полезной и интересной для специа­листов, политиков и самого широкого круга читателей.

Амелин В. Н., к. ф. н.,

доцент социологического факультета

МГУ им. М. В. Ломоносова
^ От автора.
Сегодня ситуация в стране такова, что слово «демократия» стало чуть ли не ругательным. Люди разочарованы. Идеалы, которые вдохновляли массы в на­чале 90-х годов, ушли в прошлое. Почему так произошло? Может, действительно демократия в России не прижилась по причине ее «особости», как в этом пытается убедить сво­их избирателей Г. Зюганов, может, идеалы свободы слова, личности, прав человека порочны и вредны для нашей стра­ны? Видимо, все гораздо сложнее, чем это пытаются пред­ставить политические демагоги, неважно, слева или справа.

Историкам еще предстоит немало поломать головы, разгадывая загадки современной России. Мы еще очень многого не знаем, и нужно время, чтобы понять то, что про­изошло за этот период. Но одна из причин создавшегося кризиса, на мой взгляд, очевидна: это сознательная уста­новка власти на обман населения, циничное манипулиро­вание общественными настроениями.

Власть сегодня понимается как средство наживы, ору­дие расправы с конкурентами, механизм подавления недо­вольства. Общественные функции власти сведены едва ли не к нулю. Парадоксально, но факт — выборы в России не только не способствовали росту ответственности власти перед народом, избирателями, но, наоборот, еще больше увеличили пропасть между народом и его «избранниками». Люди уже не доверяют не только конкретным политикам, но и выборам вообще. Бесконечные разоблачения власть иму­щих, потоком идущие со страниц газет и журналов, с экра­нов телевизоров, роняют и без того невысокий престиж власти в России. Стена непонимания, отчуждения между ней и народом усугубляет противоречия в российском об­ществе, открывает широкое поле деятельности для полити­ческих манипуляторов.

Почему так происходит? Ведь мы, казалось бы, сброси­ли оковы тоталитаризма, добились гражданских и полити­ческих свобод, в том числе свободы слова. Но демократия так и не пришла на российскую землю. В чем же причина такого положения вещей?

М. Паренти, критикуя американскую демократию, писал: «Некоторые воображают, что, если вы вольны говорить все, что вздумается, это и есть демократия. Однако свобода сло­ва — это еще не вся демократия, а только лишь одно из ее необходимых условий. Слишком часто получается так, что мы свободны говорить что хотим, а те, у кого богатство и власть, свободны делать все, что хотят, не обращая никакого внимания на то, что мы говорим. Демократия — это не сло­вопрения и не упражнение в ораторском искусстве, а систе­ма власти — как и любая другая форма правления. Свобода слова, равно как и свобода политической организации, обре­тает смысл лишь в том случае, если обеспечивает ответственность власть имущих перед теми, над кем эта власть осуществляется. Ни выборы, ни соперничество партий, еще не служат неопровержимым признаком демократии»1.

Эти слова очень емко характеризуют сегодняшние рос­сийские реалии. Власть в России не несет ответственности перед обществом! Она как бы существует сама по себе, а общество само по себе. Но силы слишком неравны. Обще­ство стало объектом и жертвой манипуляций со стороны власти. И сегодняшний кризис — лишнее тому подтвержде­ние.

Интересна эволюция термина «манипуляция» в нашей стране. В советские времена он применялся, как правило, по отношению к «буржуазной пропаганде», коммерческой рекламе, опять-таки «буржуазным» СМИ и т. д.

Но времена менялись. На заре «перестройки» одной из самых популярных книг была работа Дейла Карнеги «Как за­воевывать друзей и оказывать влияние на людей». Книга была весьма необычной для советского читателя, поскольку в ней излагались способы воздействия на людей, манипу­лирования их слабостями, настроениями. Книга советовала «насаживать на крючок наживку, отвечающую вкусам ры­бы»2. Однако Д. Карнеги вовсе не считал свои советы пре­досудительными. Наоборот, он полагал, что облегчает лю­дям жизнь, помогает им лучше понять друг друга, проявить себя, свои возможности. Он показал, что межличностные манипуляции могут быть полезны. Для советских людей та­кой подход был неожиданным и сродни некоему открове­нию. Затем на рынок было выброшено огромное количество литературы, изобилующей советами, как повлиять на лю­дей, как выигрывать споры, как завоевать доверие и т. д. Вся эта литература, в той или иной степени, повторяет «философию» Д. Карнеги применительно к различным сферам человеческой деятельности — от взаимоотношений мужчи­ны и женщины до «делания» карьеры в бизнесе и политике.

С началом реформ в России наши граждане на себе убе­дились, что манипуляции могут приносить не только пользу, но и вред. Вернее, тому, кто манипулирует, они пользу прино­сят, а вот манипулируемым приходилось зачастую несладко.

Вспомним многочисленные финансовые пирамиды. Вспом­ним, сколько раз обманывались избиратели в политиках, которым они оказывали доверие. Слово «манипуляция» не­избежно вновь приобрело негативную окраску. Все чаще мы слышим, как нами кто-то манипулирует, кто-то нас исполь­зует, обманывает и т. д.

Так что же такое манипуляция? Хорошо это или плохо? Как защититься от манипуляций? Эти и другие вопросы зву­чат сегодня далеко не праздно.

Наиболее ярким примером политических манипуля­ций безусловно являются выборы 1996 года. Б. Ельцин, имевший рейтинг 3% до начала выборов, задействовал все имевшиеся в его распоряжении средства для победы. Было издано огромное количество указов, всем все обещали, ра­ботал президентский «телефон доверия»... После оконча­ния выборов действие указов было приостановлено. А. Лив­шиц довольно цинично заметил, что выполнить их просто нереально и они издавались не для того, чтобы выполнять­ся! «Телефон доверия» тоже за ненадобностью отключили. Хотя проблем у людей после выборов меньше не стало. Гру­бый обман населения почему-то стали называть «новыми выборными технологиями». Новизна лишь в названии и в отдельных приемчиках. Но суть одна — власть вновь, как и в годы советской власти, обманывает свой народ. И народ, как и в те годы, отвечает «взаимностью», т. е. недоверием к ней.

Сегодня проблема доверия к власти стоит остро как ни­когда. Доверие населения — это тот капитал, на котором держатся сами демократические институты. Более того, доверие населения к государству — это экономическая ка­тегория. Эту истину после августовского кризиса 1998 года осознали почти все субъекты политического процесса в России. Поэтому борьба за голоса, за доверие избирателей становится для ведущих российских партий и их лидеров борьбой за выживание. И естественным образом возрастает соблазн вновь применить манипулятивные методы для дос­тижения своих целей.

Более детально с проблемой политических манипуля­ций вы ознакомитесь, прочитав эту книгу. Возможно, вы найдете в ней больше вопросов, чем ответов. Но ведь луч­ший способ уберечься от манипуляций — это думать. Ду­мать своей головой и ни на кого не надеяться. Как говорил древнеримский поэт Публилий Сир: «Помоги себе сам, и тогда тебе помогут другие».
^ Глава I. Что такое манипуляция?
Прежде всего нужно разграничить манипуляции на межличностном уровне и массовые манипуляции. Нужно также четко различать манипуляцию как про­цесс и собственно манипулятивные методы, т. е. технику манипуляции. Техникой можно пользоваться неосознанно. В обыденной жизни многие из нас выполняют роль невольных манипуляторов или жертв манипуляций. В нашем исследо­вании основное внимание уделяется осознанной, намерен­ной, спланированной манипуляции, направленной на достижение корыстных целей каким-либо лицом или группой лиц.

С приемами манипуляций на межличностном уровне мы сталкиваемся довольно часто. Е. Доценко предлагает следующее определение такого рода действий: «Манипу­ляция — это вид психологического воздействия, искусное исполнение которого ведет к скрытому возбуждению у дру­гого человека намерений, не совпадающих с его актуально существующими желаниями»3. В таком определении уже как бы предопределена негативная оценка манипуляции как таковой. Подобное отношение к манипуляциям имеет дав­ние традиции в европейской культуре. Вспомним, например, гневное осуждение манипуляций и манипуляторов Гамле­том в его тираде, адресованной Розенкранцу и Гильденстерну: «Смотрите же, с какою грязью вы меня смешали. Вы приписываете себе знание моих клапанов. Вы уверены, что выжмете из меня голос моей тайны. Вы воображаете, будто все мои ноты снизу доверху вам открыты. А эта маленькая вещица нарочно приспособлена для игры, у нее чудный тон, и тем не менее вы не можете заставить ее говорить. Что ж вы думаете, со мной это легче, чем с флейтой? Объявите меня каким угодно инструментом, вы можете расстроить меня, но играть на мне нельзя»4.

Однако Гамлет и сам прибегает к манипуляциям. Его притворное сумасшествие, сцена «мышеловки», наконец, его манипуляции в буквальном смысле с письмом Клавдия, в результате которых Розенкранц и Гильденстерн были каз­нены английским королем, — все это свидетельствует о его манипулятивных способностях. Вообще, в пьесах Шекспира огромное количество примеров манипуляций. В том же «Гам­лете» великолепный образец манипуляции — натравлива­ние королем Клавдием наивного Лаэрта на Гамлета. Иногда кажется, что прав был Ларошфуко, сказавший: «Люди не могли бы жить в обществе, если бы не водили друг друга за нос»5.

В отличие от межличностных политические манипуля­ции обезличены и предполагают воздействие на широкие массы. Воля меньшинства (а то и отдельной личности) в за­вуалированной форме навязывается большинству.

^ Технология политической манипуляции, по мнению В. Амелина, «предполагает следующие моменты:

а) внедрение в сознание под видом объективной ин­формации неявного, но желательного для определенных групп содержания;

б) воздействовать на болевые точки общественного сознания, возбуждающие страх, тревогу, ненависть и т. д.;

в) реализацию неких замыслов и скрываемых целей, достижение которых коммуникант связывает с поддержкой общественным мнением своей позиции»6.

Пример политической манипуляции — живучесть режи­ма Саддама Хусейна. «В 90-е годы санкции были главной темой почти всех разговоров иракцев. На "хессар" (эмбарго) возлагалась вина чуть ли не за все. Но обвиняли за введе­ние санкций не Саддама Хусейна, а мстительную и злобную Америку, которая стремится покорить свободолюбивый народ Ирака»7. В данном случае использован старый, но в oопределенных условиях очень эффективный прием создания «образа врага».

Еще один характерный пример политической манипуляции связан с созданием атомной бомбы. Американцы рассчитывали, что создание атомного оружия обеспечит им перевес над Советским Союзом. Президент США Г. Трумэн информировал И. Сталина во время Потсдамской конфе­ренции о создании ядерного оружия и был удивлен спокой­ной реакцией советского лидера. Конечно, Сталин знал, о чем идет речь. Но, как пишет Г. Киссинджер: «Поведение Сталина в Потсдаме указывало на решимость советского руководства преуменьшать значение ядерного оружия для того, чтобы продемонстрировать независимость Кремля и невозможность запугать его»8. Сталину также было важно, чтобы население Советского Союза не потеряло веру во всесилие своего вождя и государства. Он не мог открыто признать, что американцы вышли вперед в таком важном деле. Поэтому советская пропаганда всячески преумень­шала значение атомного оружия и «советской публике пришлось ждать почти десять лет, чтобы в точности узнать, что представляет собой атомная бомба»9.

Советская пропаганда в те годы могла совершить по­добный трюк, поскольку альтернативных источников ин­формации в СССР просто не было. Однако практика показывает, что даже наличие этих источников информации еще не является преградой на пути манипуляторов. И. Дзялошинский считает, что «информационная прозрачность общества является противоядием против использования чер­ных манипулятивных технологий»10. Условие это, безусловно необходимое, но не достаточное, чтобы противостоять ма­нипуляциям. К этому вопросу мы еще вернемся ниже.
^ § 1. Манипуляции и манипуляторы.
Обманщик в конечном счете обманывает самого себя.

М. Ганди

Качества манипулятора-политика. В чем отличие ма­нипулятора-политика от других манипуляторов? Рассмот­рим этот вопрос подробнее.

Прежде всего нужно и здесь ввести разграничение меж­ду межличностной манипуляцией и массовой. Межличност­ная манипуляция направлена, как правило, на окружение политика, массовая — на публику. Умения манипулировать конкретными людьми и настроениями масс далеко не всегда сочетаются в одном человеке. Результаты же такого сочета­ния подчас просто фантастичны. Наполеон, Ленин, Сталин, Гитлер и многие другие менее значительные диктаторы — тому яркое подтверждение. Они искусно манипулировали своим окружением, и целыми странами.

Отношения политика с его окружением обусловлены только психологическими характеристиками самого лидера, но и особенностями политической системы, степень ее прозрачности, уровнем политической культуры и демократизации общества и, наконец, неписаными бюрократическим законами и правилами.

Например, когда в годы перестройки стремились развенчать образ Сталина, публиковались всевозможные байки о нем. Были растиражированы истории о том, как «развлекался» Сталин, подкладывая Микояну на стул помидор, заставляя Хрущева отплясывать гопак, и т. д. Даже если эти истории имели место в реальности, при жизни Сталина их публикация была невозможна. Сегодня же только ленивый не знает, что Б. Ельцин любит «приложиться к бутылке», здоровье президента обсуждается как главная политическая новость, отношения Б. Ельцина с его соратниками являются объектом всевозможных «аналитических» материалов. О всевозможных «проделках» президента написано уже немало. А давайте представим себе на минуту следующую картину: 1950 год. Статья в «Правде» под названием «Микоян сел на помидор», или «Сталину понравился гопак в ис­полнении Хрущева», или «Члены Политбюро пьянствовал! всю ночь напролет» и т. д. Картина поистине сюрреалисти­ческая. В наше же время подобные байки о власть иму­щих — в порядке вещей.

И все же многое остается за кулисами политической сцены даже в демократическом обществе. Особенности межличностного общения дают столько возможностей для манипуляций, что, помножив их на власть, можно получить потрясающий эффект.

Межличностная коммуникация отличается от массовой тем, что «при личном общении эффект восприятия может быть усилен за счет обаяния говорящего, тембра его голоса, интонации, мимики, жестов, ориентированных исключи­тельно на конкретного собеседника»11. Манипулятор психо­логически подстраивается под своего визави, пуская в ход те средства, которые могут сработать в данном конкретном случае. По свидетельству А. Шпеера, Гитлер, «отменно умел сознательно или интуитивно — приспосабливаться к окружению»12. Межличностная манипуляция всегда конк­ретна, адресна.

Задача манипулятора существенно облегчается за счет использования «эффекта обратной связи. По лицу, глазам, позе, интонациям, характеру вопросов опытный собеседник сразу улавливает особенности восприятия передавае­мой информации и получает возможность корректировать сообщение прямо в процессе его передачи»13.

Итак, политические манипуляции включают в себя как межличностные, так и массовые манипуляции. В первом слу­чае для их осуществления манипулятор прибегает к опре­деленной технике, т. е. набору манипулятивных приемов, работающих на межличностном уровне. Во втором случае на помощь манипулятору приходят манипулятивные технологии. Схематично это можно представить следующим образом:



Схема 1. Виды политических манипуляций и способы их осуществления

Две последующие главы книги посвящены рассмотрению техник и технологий осуществления политических ма­нипуляций.

Тип личности, предрасположенный к манипулирова­нию.От манипуляций страдает не только их объект. Э. Шостром, определяя манипуляцию, подчеркивает, что манипуля­тор также является жертвой своей жизненной установки, Он считает, что «манипуляция — это псевдофилософия жиз­ни, направленная на то, чтобы эксплуатировать и контроли­ровать как себя, так и других»14.

Любопытным представляется наблюдение генерала Г. Гудериана, который считал, что Гитлер «постоянно стре­мился к тому, чтобы ввести себя и окружающих в заблуж­дение относительно истинного положения вещей, пытаясь сохранить хотя бы видимость крепости своего государствен­ного здания»15. Гитлер, классический пример манипулято­ра, все больше отрывался от действительности, принимая! созданный им же самим искусственный мир за реальность. Ситуация усугублялась тем, что окружение диктатора не смело ему перечить, говоря ему только то, что он хотел ус­лышать. Чрезмерная концентрация власти в одних руках, атмосфера страха, в которой находятся окружающие дикта­тора люди, в конечном счете ведет диктатора к отрыву от реальности, созданию вокруг него иллюзорного мира. Современные тираны не избежали подобной участи. Так, Сад­дам Хусейн допускал серьезные просчеты, поскольку «суж­дение Хусейна о реальном мире было в корне искажено византийской атмосферой лести и самоуничижения, окру­жающей его»16.

Предрасположенность к манипуляциям характерна для так называемой невротической личности. Одной из потребностей невротика является потребность в доминирова­нии, обладании властью. К. Хорни считает, что навязчивое желание доминировать порождает «неспособность челове­ка устанавливать равные отношения. Если он не становится лидером, то чувствует себя полностью потерянным, зависи­мым и беспомощным. Он настолько властен, что все выходя­щее за пределы его власти воспринимается им как соб­ственное подчинение. Вытеснение гнева может привести его к чувству подавленности, уныния и усталости»17. Даже такой схематичный портрет рождает множество ассоциа­ций. Невольно приходит на ум президент Б. Ельцин, чья бо­лезненная ревность к претендентам на власть стала уже притчей во языцех. Кстати, политическая биография Б. Ель­цина убедительно демонстрирует, что люди такого склада не только являются прекрасными манипуляторами (в свое время Б. Ельцин «очаровал» всю страну), но и сами пред­ставляют легкую добычу для манипуляторов. Это важней­ший вывод, который должен быть осмыслен всем нашим обществом. Мы имеем возможность воочию убедиться, до чего может дойти дело, когда президентом манипулирует «могучая кучка» приближенных лиц. Б. Ельцин методом от противного показал, как нельзя управлять страной. Это очень ценный и дорогой урок.

Как политик воздействует на свое окружение? Методы и способы бывают разные. Например, кажется довольно странным, почему Р. Рейган, который явно не тянул на «ги­ганта мысли», остается одним из самых популярных и ус­пешных президентов за всю историю США. Секрет прост: Р. Рейган сумел создать команду и зарядить ее на выпол­нение тех или иных задач. Сам же он не стремился вникать во все детали, вполне доверяя своим советникам. Это де­мократический стиль работы, и здесь уместнее говорить об управлении, менеджменте, а не о манипуляции.

Авторитарный, или диктаторский, стиль управления немыслим без манипуляций, поскольку в его основе лежит подавление лидером (вождем) подчиненных (соратников Вождь должен постоянно внушать окружению мысль о своей исключительности и непогрешимости, с одной стороны и всячески унижать соратников, с другой стороны. По такому принципу строил свои отношения с окружением Сталин. Его откровенно издевательские выходки были продиктованы не столько особенностями характера, как некоторые склонны полагать, а сугубо прагматическими целями. Демонстрируя соратникам их ничтожность и одновременно свою исключительность, он таким образом удерживал свою власть, легитимизировал ее в глазах окружения. Конечно такое поведение Сталина имело и психологическую подоплеку. Некоторые исследователи полагают, что садистский акт уходит корнями в ощущение себя жертвой. Сталин подсознательно испытывал боязнь оказаться жертвой «справлялся со своим беспокойством, вселяя беспокойство в других»18.

Одной из черт, объединяющих великих диктаторов, является личный магнетизм и завораживающий взгляд В литературе описывается случай, как молодой низкорослый генерал Бонапарт, назначенный командующим в Итальянскую армию, одним взглядом поставил на место видавших виды Массена, Ожеро и др. Он пригласил их к себе ставку. «Они явились все одновременно — огромные, широкоплечие, один другого больше, сразу заполнив собой небольшой кабинет командующего. Они вошли не снимая шляп, украшенных трехцветными перьями. Бонапарт бы тоже в шляпе. Он встретил генералов вежливо, но сухо, официально, предложил им сесть. Когда сели и началась беседа, Бонапарт снял свою шляпу, и генералы последовали его примеру.

Немного погодя, Бонапарт надел шляпу. Но он так взгля­нул при этом на собеседников, что ни один из них не по­смел протянуть руку к своей шляпе. Генералы продолжали сидеть перед командующим с непокрытыми головами»19. И таких примеров можно привести немало.

Э. Фромм, анализируя личность Гитлера, попытался раскрыть тайну его завораживающего взгляда. «Все свиде­тели сходятся в том, что глаза Гитлера были холодными — как было холодным и выражение его лица в целом — и что ему вообще были чужды какие-либо теплые чувства. Эта черта может отталкивать — и она действительно отталкива­ла многих, — но может быть и источником магнетической силы. Лицо, выражающее холодную жестокость, вызывает страх. Но некоторые страху предпочитают восхищение. Здесь лучше всего подойдет слово "трепет": оно абсолютно точно передает возникающее в такой ситуации смешение чувств. Трепет соединяет в себе ужас и благоговение»20. Кстати, эпизод со шляпой Наполеона подтверждает выводы Э. Фромма. «Когда командиры расходились, Массена про­бормотал: "Ну, нагнал же на меня страху этот малый"»21.

Пытаясь понять, почему Гитлер так сильно влиял на свое окружение, Э. Фромм называет несколько причин:

— непоколебимая уверенность в своих идеях;

— простота слога;

— актерское дарование;

— совершенное владение тембром и эмоциональными оттенками своего голоса;

— подлинность эмоций;

— исключительная память;

— умение рассуждать на любую тему22.

Гораздо реже о диктаторах говорят как о жертвах манипуляций. В известной книге Стефана Цвейга «Жозеф Фуше показано, что коварный министр вертел всесильным императором Наполеоном как хотел. Даже если сделать скидку на художественные преувеличения С. Цвейга, демонизацию образа Фуше, проблема тем не менее остается. Насколько часто сами великие манипуляторы оказывались жертвами манипуляций прежде всего со стороны своего окружения? Так ли уж всесильны были эти «владыки мира»? Парадокс заключается в том, что манипулятор сам может стать манипулируемым. Эта опасность тем больше потому, что такие лидеры окружают себя, как правило, людьми склонными к манипулированию. Например, Л. Берия, чтобы постоянно быть нужным Хозяину, умудрялся раскрывать заговоры даже когда их не было. Это хорошо отражено в фильме «Покаяние», когда Варлам Аравидзе говорит: «Kaк говорил Конфуций: «Трудно найти черную кошку в темной комнате, особенно если ее там нет». Но мы все равно найдем черную кошку в темной комнате, даже если ее там нет» И хотя Сталин прекрасно понимал тактику Берии, тому удалось продержаться на своем месте дольше всех своих предшественников, так как он умел подкреплять свои интриг конкретными делами («шарашки», атомный проект и т. д.).

Кстати, версия о том, что Сталин был фактически убит своими соратниками, которые умышленно не оказывали ему медицинскую помощь (прежде всего Маленков и Берия), выдвинутая Э. Радзинским23, подтверждает, что даже такие выдающиеся манипуляторы, каким был Сталин, рано или поздно становятся жертвами своих манипуляций. Сталин так глубоко презирал свое окружение, что даже не до­пускал мысли, что они решатся на нечто подобное. Желае­мое и действительное поменялись местами. А соратники движимые страхом и инстинктом самосохранения (Сталин затевал очередную чистку), из трусости решились на отча­янный шаг

«Философия» манипуляторов. Любопытная пародия на диктаторов принадлежит перу Ч. Амирэджиби. В романе «Дата Туташхиа» описан некто по имени Сетура, владелец усадьбы, на территории которой добывалась какая-то цен­ная земля. Сетура держал своих работников в черном теле и подводил под это следующую философию: «Лиши челове­ка страха, он тут же почувствует себя несчастным... Богат­ство и роскошь — вот откуда вся порча и безнравствен­ность... Хочешь человеку добра — не дай ему обожраться... все, что людей может совратить с пути истинного, от чего народу — страдание одно, все надо в корне подрубать, в зародыше уничтожать, а то вырастет, силой нальется... Но одного страха мало. Тут нужно еще кое-что. Во-первых, со­бранность; в человеке должно быть все натянуто, как струна чонгури. Дай человеку волю — он расслабится и падет ду­хом... Нужно, чтобы имя твое он повторял изо дня в день, чтобы слышал, как другие тебя превозносят, и сам тебе хва­лу станет возносить... Человеку нельзя говорить, что он че­ловек, иначе он тебе скажет: "Раз я такой же, как ты, слезай со своего места"... Человеку надо внушить, что он лошадь, осел, ишак. Он этому легко верит, потому что сам знает: это правда. Верит и счастлив. Живет честно. Вот так-то. Прав­да, говорить ему это прямо нельзя. Надо найти слова осо­бые... Пока человек один и никому не доверяет... он может принести пользу и себе, и другим, а как пошел откровенни­чать — путного от него не жди. В любое дрянное дело может ввязаться»24. Венчает «философскую систему» Сетуры — надежда. «Человеку надо надеяться. Надежду следует вы­думать. Когда у народа есть надежда, он ничего лишнего себе не позволит. Для своих людей надежду я выдумал сам»25. Сетурова надежда представляла собой глухонемого карлика, сидящего в колодце. Возле колодца стоял столб с коле колом, к языку которого была привязана веревка. Карлик сидящий в колодце, держал конец этой веревки. Люди, копающие в пещере, надеялись, что тоннель выведет их к колодцу. И тогда карлик ударит в колокол. Все ждали этот удара как манну небесную. Но поскольку тоннель роется в противоположную сторону, то к колодцу он никогда не выведет. Сетура рассуждает: «Додуматься до этого нетрудна Вот они и соображают: раз до этого так легко своим дойти, значит, все не так, как им кажется. Не стал бы Сетура, думают они, на такой простенький обман идти. Выйдет тоннель в колодец. Непременно»26. Так в художественной форме Ч. Амирэджиби передал технологию подчинения манипулирования людьми при диктаторском режиме.

Конечно, «философия» эта не нова. Интересные рассуждения содержатся в «Политическом завещании» кардинала Ришелье. Ришелье был не только проводником политики абсолютизма, но и ее теоретиком. Он писал: «Излишнее благосостояние только вредит народу, вызывая у него стремление забывать верноподданнические свои обязанности. Благоразумие не дозволяет освобождать от налогов податное сословие, которое утратило бы тогда внешнее наглядное доказательство подчиненного положения... Крестьян можно сравнить с мулами, до такой степени привыкшими к ноше, что долгий отдых вредит им более, чем работа.. С другой стороны, необходимо, впрочем, сообразовать тяжесть вьюка с силами животного»27. Необходимость карательных мер он выразил емко и образно: «Бич, являющийся символом правосудия, никогда не должен оставаться праздным»28.

XX век стал веком масс. Открытия В. Парето, 3. Фрейда, Г. Лебона придали новый импульс развитию демократических обществ, перепуганных революционными потрясениями начала XX века. Для того чтобы управляться с силой народ­ных масс, есть два пути: первый — тоталитарная модель управления, строящаяся на сплочении масс в организован­ную силу путем устрашения и идеологической обработки, и второй — разобщение людей, пропаганда индивидуалистических ценностей, «атомизация» общества, потакание ба­зовым инстинктам человека. В демократическом обществе манипуляции заменяют зачастую механизмы физического принуждения, характерные для тоталитарных режимов, и от этого становятся еще изощреннее.

Основная задача лидера общенационального масштаба — это подчинение масс, если речь идет о диктаторе, или завоевывание голосов избирателей, если речь идет о демократической системе. Впрочем, диктатор не меньше стремится к популярности, чем демократический лидер. Цель в общем-то одна. Но пути к ней ведут разные.

Сегодня политические манипуляции расцвели пышным цветом. На пороге третьего тысячелетия мы не можем не задумываться над теми последствиями, к которым полити­ческие манипуляции привели многие страны, и в том числе Россию.

Если жертвами межличностных манипуляций становят­ся отдельные индивиды, то жертвами политических мани­пуляций — порой целые народы. Как и почему это происходит? Что позволяет манипулировать огромными массами людей? Наконец, как противостоять политическим манипу­ляциям, чтобы не стать их жертвой? Попробуем более об­стоятельно разобраться в этих вопросах.
^ § 2. Манипуляции и манипулируемые.
Люди всегда стремятся к своему благу, но не всегда видят, в чем oно

Ж.-Ж. Руссо. Об Общественном договоре

Жертвы манипуляций. Психология жертвы. «Я не халявщик, я партнер», — гордо заявлял Леня Голубков с экрана телевизора. Еще долго наши граждане будут вспоминать АО «На три буквы». Вроде бы все понимали, что рано или поздно эта пирамида рухнет, но каждый говорил себе: «А вдруг пронесет, я успею получить свое». С другой стороны, поскольку дивиденды росли как на дрожжах, граждане не торопились забирать свои вклады, рассчитывая заработать как можно больше. Пирамида рухнула неожиданно, как положено по законам жанра. Из разряда «партнеров» моментально попали в ряды «обманутых вкладчиков».

Однако, по мнению И. Дзялошинского, жертвы манипуляций тоже несут свою долю ответственности, поскольку «люди позволяют собой манипулировать, сбрасывая ответственность за свои поступки на так называемых манипуляторов: я не виноват, меня зомбировали»29. Е. Доценко, исследуя социальные корни манипуляции, пришел к выводу, что перераспределение ответственности между лидером и толпой создало предпосылки для манипуляций30. В нашем случае «партнеры» переложили всю ответственность С. Мавроди и его фирму, и когда система приказала долго жить, вся сила народного гнева обрушилась на него. С. Maвроди же не растерялся и «перевел стрелки» на власти, которые-де сознательно подозвали его репутацию и обанкротили АО «МММ». Он возглавил шествие «обманутых вкладчиков и избрался в Госдуму. Правда, потом благополучно забыл о своих обещаниях. Таким образом, перекладывая ответственность с одного объекта на другой, люди позволяли водить себя за нос.

В политике эта технология используется еще шире, чем бизнесе. Так, Гитлер взял на себя всю ответственность возрождение Германии, победу в войне. И народ с радостью ему эту ответственность делегировал. «Фюрер знает, что делает», «фюрер решит проблему», «фюрер приведет к победе» и т. д. Гитлер запустил механизм коллективной безответственности, который позволил ему превратить культурную нацию в «панургово стадо», послушное его воле. Но ведь никто не считал себя жертвой, и лишь поражение Германии принесло отрезвление.

ВРЕЗКА 1

Панургово стадо

«Панург», не говоря худого слова, швырнул кричавшего и блеявшего барана прямо в море. Вслед за тем и другие бара­ны, кричавшие и блеявшие ему в лад, начали по одному ска­кать и прыгать за борт. Началась толкотня — всякий но­ровил первым прыгнуть вслед за товарищем. Удержать их не было никакой возможности, — вы же знаете баранью повадку: куда один, туда и все31.

Любопытно, что Гитлеру понадобился лишь год для создания тоталитарного государства. Немцы с готовностью воплотили палку», если пользоваться метафорой М. Бакунина. Германия была готова к тому, чтобы принять Гитлера, на ждала его. Семена зла упали на подготовленную почву и дали гигантские всходы.

Мы сегодня уже достаточно наслышаны о том, что про­водило в годы сталинизма. Но тем не менее, несмотря на репрессии, люди «жили лучше и веселее». Почему? Э. Радзинский считает, что объяснение кроется в феномене коллективной совести. «Постоянная массовость от съездов до отдыха, это растворение личности в коллективе породило самое ценное — коллективную совесть. Личная ответственность умерла — есть коллективная: "так велела партия", "так велела страна"... Коллективная совесть помогала людям спокойно радоваться жизни в дни жесточайшего террора. И горе тому, у кого пробуждалась личная совесть»32. Личность растворялась в массе, идентифицировалась с ж «Единица! Кому она нужна?» — вопрошал поэт В. Маяковский.

Интересно, что Гитлер пошел гораздо дальше — он открыто объявил личную совесть химерой. Ничто не может сдерживать человека, осуществляющего