Реферат: Туве Янссон. Маленькие тролли и большое наводнение. Перевод Л. Брауде

Туве Янссон. Маленькие тролли и большое наводнение.

Перевод Л. Брауде.


Была военная зима 1939 года. Всякая работа за­стопорилась, казалось совершенно невозможным да­же пытаться рисовать картинки. Возможно, пока­жется естественным и понятным, что мне внезапно захотелось написать что-нибудь начинавшееся слова­ми: «Жили-были...» Ведь продолжение могло бы. пре­вратиться в сказку — это было неизбежно. Но я при­несла свои извинения, что обошлась в своей книжке без принцев, принцесс и маленьких детей, а выбрала вза­мен фигурку-ярлык, сердитое существо из шуточных рисунков и назвала его муми-троллем.

^ Уже наполовину готовое повествование было забы­то до 1945 года, когда неожиданно пришел один из

моих друзей и сказал, что написанное мною, кажется, детская книжка; допиши, мол, ее до конца и проиллю­стрируй, возможно, повесть напечатают.

Мне казалось, что в заглавии непременно должен фигурировать муми-троллъ, его поиски папы — по мо­дели поисков капитана Гранта, но издательство не­пременно желало «Маленьких троллей», чтобы чита­телям было понятнее.

История эта написана под влиянием тех книг, ко­торые я знала и любила с детства, чуточку — Жюля Верна, чуточку — Коллоди (девочка с голубыми воло­сами) и т. д. Ну а почему бы и нет?

^ Как бы там ни было, это был самый первый happy end в моих книгах.




Это было, должно быть, после обеда где-то в кон­це августа. Муми-тролль и его мама пришли в са­мую глухую чащу дремучего бора. Среди деревьев царила мертвая тишина и было так сумеречно, словно сумерки уже наступили. Повсюду, там и тут, росли гигантские цветы, светившие своим собственным све­том, подобно

мерцающим лампочкам, а в самой глу­бине лесной чащи, среди теней шевелились какие-то мелкие бледно-зеленые точки.

— Светлячки, — сказала мама Муми-тролля.

Но у них не было времени останавливаться, что­бы как следует разглядеть насекомых.

Вообще-то Муми-тролль с мамой разгуливали по лесу в поисках уютного и теплого местечка, где можно было бы вы­строить дом, чтобы забраться туда, когда наступит зима. Муми-тролли совершенно не выносят холода, так что дом должен был быть готов самое позднее в октябре.

И вот они брели все дальше и дальше, углубляясь в тишину и темноту. Муми-троллю постепенно стано­вилось все страшнее, и он шепотом спросил маму, нет ли здесь каких-нибудь страшных хищников.

— Едва ли, — ответила она, — но, может, лучше
нам пойти чуточку быстрее. Впрочем, мы так малы,
что, я надеюсь, нас даже не заметят в случае опас­ности.

Внезапно Муми-тролль крепко схватил маму за лапу. Ему было так страшно, что его хвост стал торчком.

— Смотри! — прошептал он.

Из теней за деревом на них неотрывно смотрели чьи-то два глаза.

Мама сначала испугалась, да-да, и она тоже, но потом успокоила сына:

— Наверно, это очень маленький зверек. Погоди,
я посвечу. Понимаешь, в темноте все кажется страш­нее, чем на самом деле.

И она сорвала одну из больших цветочных лам­почек и осветила тень за деревом. Они увидели, что там в самом деле сидит очень маленький зверек, а вид у него вполне дружелюбный и чуточку испу­ганный.

Вот видишь! — сказала мама.

Кто вы такие? — спросил зверек.

Я — Муми-тролль,— ответил Муми-тролль, ко­торый уже успел снова стать храбрым. — А это — моя
мама. Надеюсь, мы тебе не помешали?

10

(Видно, что мама My ми-тролля научила его быть вежливым.)

Пожалуйста, не беспокойтесь, — ответил зверек. — Я сидел тут в страшной меланхолии и так хотел
кого-нибудь встретить. Вы очень спешите?

Очень, — ответила мама Муми-тролля. — Мы
как раз ищем хорошее, солнечное местечко, чтобы
построить там дом. Но, может, ты хочешь пойти
с нами?!

Еще бы мне не хотеть! — воскликнул маленький
зверек и тут же подскочил к ним. — Я заблудился
в лесу и не думал, что когда-нибудь снова увижу
солнце!



И вот они уже втроем пошли дальше, взяв с со­бой огромный тюльпан, чтобы освещать дорогу. Од­нако же тьма вокруг все больше и больше сгущалась. Цветы под деревьями светились уже не так ярко, а под конец угасли и самые последние из них. Впереди тускло мерцала черная вода, а воздух стал тяжелым и холодным.

11




Какой ужас! — сказал маленький зверек.— Это
болото. Туда я боюсь идти.

Почему же? — спросила мама Муми-тролля.

А потому что там живет Большой Змей, — очень
тихо, боязливо оглядываясь по сторонам, ответил ма­ленький зверек.

Чепуха! — усмехнулся Муми-тролль, желая по­
казать, какой он храбрый. — Мы так малы, что нас,
верно, и не заметят. Как же мы отыщем солнце, если
побоимся перейти болото? Давай, пошли!

Только не очень далеко, — сказал маленький
зверек.

И осторожно. Тут действуешь на свой собствен­ный риск, — заметила мама.

И вот они, как можно тише, стали перепрыгивать с кочки на кочку. Вокруг них в черной тине что-то пузырилось и шепталось, но, пока горел, подобно лам­почке, тюльпан, они чувствовали себя спокойно. Один раз Муми-тролль поскользнулся и чуть было не упал, но в самый последний момент мама подхватила его.

— Придется дальше плыть на лодке, — сказала
она. — Ты совсем промочил ноги. Ясней ясного, что
ты простудишься.

И, вытащив из своей сумки пару сухих носков для сына, она перенесла его и маленького зверька на

12

большой круглый лист белой кувшинки. Все трое, опустив в воду хвосты, словно весла, стали грести, плывя вперед по болоту. Под ними мелькали какие-то черноватые существа, сновавшие туда-сюда между корнями деревьев. Они плескались и ныряли, а над ними медленно, крадучись, проползал туман. Внезап­но маленький зверек сказал:

Хочу домой!

Не бойся, зверюшка! — дрожащим голосом
успокаивал его Муми-тролль. — Мы споем что-нибудь веселое и...



В тот же миг их тюльпан погас и стало совершен­но темно.

А из кромешной тьмы донеслось какое-то шипе­ние, и они почувствовали, как лист кувшинки зака­чался.

— Быстрее, быстрее! — закричала мама Муми-тролля. — Это плывет Большой Змей!

Еще глубже засунув хвосты в воду, они стали грес­ти изо всех сил так, что вокруг носа их лодки бурно заструилась вода. И вот они увидели злющего Змея, плывущего следом за ними, со свирепыми золотисто-желтыми глазами.

13

Они гребли изо всех сил, но он настигал их и уже разинул свою пасть с длинным трепещущим язы­ком. Муми-тролль закрыл руками глаза, закричал: «Мама!» — и застыл в ожидании, что его вот-вот съедят.



Но ничего такого не произошло. Тогда он осто­рожненько взглянул между пальцами. На самом же деле случилось нечто удивительное. Их тюльпан зажегся вновь, он раскрыл все свои лепестки, а в самой середине цветка встала девочка с ярко-голубыми распущенными волосами, доходившими ей до пят.

Тюльпан светил все ярче и ярче. Змей замигал и, внезапно повернувшись, злобно шипя, скользнул вниз, в тину.

Муми-тролль, его мама и маленький зверек были так взволнованы и удивлены, что долгое время не могли произнести ни слова.

14

Наконец мама Муми-тролля торжественно ска­зала:

— Огромное спасибо за помощь, прекрасная дама!

А Муми-тролль поклонился ниже, чем всегда, по­тому что прекраснее девочки с голубыми волосами он никого в своей жизни не видел.

Вы все время живете в тюльпане? — застенчиво
спросил маленький зверек.

Это мой дом, — ответила она. — Можешь на­зывать меня Тюлиппа*.



И они стали медленно грести, переплывая на дру­гую сторону болота. Там плотной стеной росли па­поротники, и под ними мама устроила для них гнез­до во мху, чтобы все могли поспать. Муми-тролль лежал рядом с мамой, прислушиваясь к кваканью лягушек на болоте. Ночь была полна одиночества и каких-то странных звуков, и он долго не мог за­снуть.

* Tulipa — тюльпан (лат.). (Здесь и далее — примечания пере­водчиков.)

15




На следующее утро Тюлиппа уже шла впереди, а ее голубые волосы светились, словно ярчайшая лампа дневного света. Дорога поднималась все выше и выше, и наконец пред ними встала крутая обры­вистая гора, такая высокая, что ей не видно было конца.

Там, наверху, пожалуй, солнце, — мечтательно-
тоскливо произнес маленький зверек. — Я так ужасно
мерзну.

Я тоже, — подхватил Муми-тролль. И чихнул.

Так я и думала, — огорчилась мама. — Теперь
ты простужен. Будь добр, сядь сюда, пока я разведу
костер.

Притащив гигантскую кучу сухих ветвей, она за­жгла их с помощью искры от голубых волос Тюлип-пы. Они сидели всечетверо, глядя в огонь, пока ма­ма Муми-тролля рассказывала им разные истории. Она рассказывала о том, что, когда была маленькой, муми-троллям не нужно было бродить по мрачным лесам и болотам в поисках местечка для жилья.

16

В то время муми-тролли жили вместе с домашними троллями у людей, большей частью за печками.

Кое-кто из нас еще и сейчас живет там, — ска­зала мама Муми-тролля. — Разумеется, там, где еще
есть печки. Но там, где паровое отопление, мы не
уживаемся.

А люди знали, что вы ютитесь за печками? —
спросил Муми-тролль.






Кое-кто знал, — сказала мама. — Оставаясь одни
в доме, они ощущали наше присутствие, когда порой
обдавало сквозняком их затылки.

Расскажи что-нибудь о папе, — попросил Му-
ми-тролль.

Это был необыкновенный муми-тролль, — за­думчиво и печально сказала мама. — Он всегда хотел
куда-то бежать и переселяться от одной печки к дру­гой. Он никогда нигде не уживался. А потом исчез —
отправился в путешествие с хатифнаттами, этими ма­ленькими странниками.

А это что за народец? — спросил маленький
зверек.




Этакие мелкие волшебные зверюшки, — объяс­нила мама Муми-тролля. — Большей частью они не­видимки. Иногда они поселяются под половицами у
людей, и слышно, как они крадутся там по вечерам,
когда в доме все затихает. Но чаще они бродят по
свету, нигде не останавливаясь, ни о чем не заботясь.
Никогда нельзя сказать, весел хатифнатт или зол, печален он или удивлен. Я уверена, что у него вообще нет никаких чувств.

А что, папа стал теперь хатифнаттом? — спро­сил Муми-тролль.

Нет, конечно нет! — ответила мама. — Неуже­ли не понятно, что они обманом увлекли его с со­
бой?




Вот бы нам в один прекрасный день встретить
его! — воскликнула Тюлиппа. — Он бы, верно, обра­довался?

Конечно, — ответила мама Муми-тролля. — Но
этому, пожалуй, не бывать.

И она заплакала так горько, что все остальные нача­ли всхлипывать вместе с ней. А плача, вспомнили мно­жество других, тоже очень горестных вещей, и тогда за-

18

плакали еще сильнее. Тюлиппа по­блекла от огорчения, и лицо ее стало совершенно матовым. Они плакали уже довольно долго, как вдруг услы­хали чей-то голос, который строго спросил:

— Чего вы там воете внизу?
Они резко оборвали плач и стали

оглядываться по сторонам, но так и не смогли обнаружить того, кто с ними заговорил. Но тут с горного склона, болтаясь во все стороны, стала спус­каться вниз веревочная лестница. А высоко наверху какой-то пожилой гос­подин высунул голову из дверцы в скале.

— Ну?! — снова закричал он.

Извините, — сказала Тюлиппа и
сделала реверанс. — Понимаете, любезный господин, все на самом деле
очень грустно. Папа Муми-тролля
куда-то исчез, а мы мерзнем и не можем перевалить через эту гору, чтобы
найти солнце, и нам негде жить.

Вот как! — произнес пожилой
господин. — Тогда вы все можете под­няться ко мне. Лучше моих солнечных лучей не придумаешь.

Вскарабкаться по веревочной лест­нице было довольно трудно, особенно для Муми-тролля и его мамы, ведь у них были такие коротенькие лапы!

— А теперь вытрите лапы, — при­
казал им пожилой господин, подтяги­вая следом за ними вверх лестницу.




Потом он хорошенько запер дверь, чтобы в гору не просочилась какая-нибудь опасность. Все влезли на эскалатор, который въехал вместе с ними прямо в недра горы.

— Вы уверены, что можно положиться на этого
господина? — прошептал маленький зверек. — Вспом­ните, что тут действуешь на свой собственный риск.

И зверек, съежившись, спрятался за спиной мамы Муми-тролля. Тут в глаза им ударил яркий свет, и эскалатор въехал прямо в удивительнейшую мест­ность. Им открылся чудесный ландшафт. Деревья ис­крились красками и ломились от невиданных фруктов и цветов, а под ними в траве простирались ослепительно белые заснеженные лужайки.

— Привет! — воскликнул Муми-тролль и побежал,
чтобы слепить снежок.

— Осторожно, он холодный! — закричала ему

мама.

Но, погрузив руки в снег, он понял, что это вовсе не снег, а стекло. А зеленая трава, треснувшая под его лапами, была сделана из тонкой сахарной пряжи. Повсюду вдоль и поперек, как попало, текли по лугам разноцветные ручьи, пенясь и журча над золотистым песком дна.

— Зеленый лимонад! — закричал маленький зве-
рек, наклонившись к ручью, чтобы напиться. — Это
вовсе не вода, это лимонад!

Мама же Муми-тролля подошла прямо к совершен­но белому ручью, потому что она всегда очень любила молоко. (Это свойственно большинству муми-троллей, по крайней мере, когда они становятся чуточку стар­ше.) Тюлиппа бегала от одного дерева к другому, на­бирая полные охапки карамелек и плиток шоколада. А стоило ей сорвать хоть один из сверкающих фрук­тов, как на его месте тотчас вырастал новый. Забыв

20

все свои огорчения, они бежали все дальше и дальше в глубь заколдованного сада. Пожилой господин мед­ленно шел за ними и, казалось, был очень доволен.

— Все это я сделал сам, — сказал он. — И солнце
тоже.

И когда они внимательно поглядели на солнце, то заметили, что оно и в самом деле не настоящее, а всего лишь огромная лампа с бахромой из золоченой бумаги.

Вот как! — разочарованно произнес маленький
зверек. — А я-то думал, это настоящее солнце. Теперь
я вижу, что оно светит чуточку искусственно.

Ничего не поделаешь, лучше не получилось, —
огорчился пожилой господин. — Но уж садом-то вы
довольны?

Конечно, конечно, — выпалил Муми-тролль, который как раз занимался тем, что поедал мелкие ка­мешки (правда, они были сделаны из марципанов).

Если захотите тут остаться, я построю вам дом
из высоченного торта, — сказал пожилой господин. —
Мне иногда бывает скучно в одиночестве.

Это было бы очень мило с вашей стороны,—
сказала мама Муми-тролля, — но, если вы не обиди­тесь, нам, пожалуй, придется продолжить путь. Мы




как раз собираемся построить себе дом там, где светит настоящее солнце.

Нет, останемся здесь! — закричали в один голос
Муми-тролль, маленький зверек и Тюлиппа.

Хорошо, хорошо, детки, — успокоила их мама
Муми-тролля. — Там видно будет.





И легла спать под деревом, на котором росли шо­коладки. Проснувшись, она услыхала ужасные жалоб­ные стоны и тотчас поняла, что это у ее Муми-тролля заболел живот (с ним это случалось довольно часто). От всего, что съел Муми-тролль, животик его раздул­ся, стал совершенно круглым и страшно болел. Рядом с ним сидел маленький зверек, у которого от всех съеденных им карамелек заболели зубы, и стонал еще громче, чем Муми-тролль.

Мама Муми-тролля не стала браниться, а, выта­щив из своей сумки два разных порошка, дала каж­дому тот, который был ему нужен. А потом спросила пожилого господина, нет ли у него какого-нибудь бассейна с вкусной горячей кашей.

— Нет, к сожалению, нет, — ответил он. — Но зато есть один со взбитыми сливками, а один с мармела­дом.

22


Гм, — хмыкнула мама. — Теперь вы сами видите, что им нужна настоящая горячая пища. Где Тюлиппа?

Она говорит, что не может заснуть, так как
солнце никогда не заходит, — огорченно сказал пожи­лой господин. — Как грустно, что вам у меня не нравится!

Мы вернемся, — утешила его мама Муми-трол­ля. — Но нам надо, пожалуй, выйти на свежий воздух.

И взяв лапки Муми-тролля и маленького зверька, она позвала Тюлиппу.

— Может, вам лучше воспользоваться горкой для катания, — вежливо предложил пожилой господин. — Она тянется наискосок через гору и выходит прямо к солнцу.

Да, спасибо, — сказала мама Муми-тролля. —
Тогда до свидания!

Тогда до свидания, — попрощалась и Тюлиппа.

(Муми-тролль и маленький зверек ничего сказать не могли, потому что им было ужасно худо.)

— Ну что ж, как вам угодно, — ответил пожилой
господин.

И они с головокружительной быстротой помча­лись с горки для катания. А когда вышли с другой стороны горы, голова у них шла кругом и они долгое время сидели на земле, приходя в себя. А потом стали оглядываться по сторонам.

Перед ними, сверкая на солнце, расстилался океан.

Хочу купаться! — закричал Муми-тролль, пото­му что чувствовал себя уже вполне сносно.

И я тоже, — пискнул маленький зверек.

Они впрыгнули прямо в солнечную полосу на во­де. Тюлиппа подвязала волосы так, чтобы вода не потушила их совсем, и осторожно влезла в воду.





— Уф, как холодно, — пробормотала она.



— Не сидите слишком долго в воде! — крикну­ла мама Муми-тролля и легла, чтобы погреться на солнышке, — она по-прежнему чувствовала усталость.



Вдруг, откуда, ни возьмись, появился муравьиный лев и стал расхаживать по песку, а потом злобно за­вопил:

Это мой берег! Убирайтесь отсюда!

Вот еще, вовсе он не твой, — ответила мама. —
Вот так!

Тогда лев начал рыть песок задними лапами и ки­дать его маме в глаза, он рыл песок задними лапами, он швырял его до тех пор, пока мама уже ничего не могла видеть, он подкрадывался к ней все ближе и ближе, а потом внезапно стал зарываться в песок, да так, что яма вокруг него становилась все глубже и глубже. И вот уже на дне ямы виднелись только его глаза, а он все продолжал швырять песком в маму Муми-тролля. Она начала уже соскальзывать в эту воронку и отчаянно боролась, пытаясь снова поднять­ся наверх.

— Помогите, помогите! — кричала она, выплевы­вая песок. — Спасите меня!

Муми-тролль услыхал ее крик и ринулся из воды на берег. Ему удалось схватить маму за уши, и он, надрываясь и ругая на чем свет стоит муравьиного

25







льва, начал вытаскивать ее из ямы. Подбежавшие Тю-липпа и маленький зверек помогли ему, и им удалось в конце концов перекинуть маму через край ямы и спасти ее. (А муравьиный лев теперь уже от злости продолжал зарываться все глубже и глубже, и никто так и не знает, выбрался он когда-нибудь наверх или нет.) Прошло немало времени, пока все избавились от песка, залепившего им глаза, и немного успокоились. Но им уже расхотелось купаться, и они продолжили путь вдоль морского берега в поисках лодки. Солнце уже начало садиться, и за горизонтом собирались грозные черные тучи. Казалось, вот-вот начнется бу­ря. Вдруг они увидели вдали множество каких-то фигурок, которые так и кишели на берегу. То были какие-то маленькие блеклые существа, пытавшиеся столкнуть в воду парусную лодку. Мама Муми-трол-ля долго разглядывала их издалека, а потом громко воскликнула:

— Это же странники! Это — хатифнатты! — И бросилась бежать к ним во всю прыть.

26

Когда подоспели Муми-тролль, маленький зверек и Тюлиппа, мама, необычайно взволнованная, стояла в толпе хатифнаттов (таких маленьких, что они едва доставали ей до пояса), и разговаривала с ними, и задавала вопросы, и размахивала руками. Она все сно­ва и снова спрашивала, правда ли, что они не видели папу Муми-тролля. Но хатифнатты только мельком поглядывали на нее своими круглыми бесцветными глазками и продолжали сталкивать в воду парусную лодку.

— Ах! — воскликнула мама. — А я ведь в спешке совершенно забыла, что они не могут ни говорить, ни слышать!

И она нарисовала на песке портрет красавца муми-тролля, а рядом — большой вопросительный знак. Но хатифнатты не обращали на нее ни малейшего внимания, им удалось столкнуть лодку в море, и они уже поднимали паруса. (Вполне возможно, что они вообще не поняли, о чем она спрашивала, ведь хатиф­натты очень глупы.)

Темные тучи поднялись еще выше, и по морю за­ходили волны.

Остается одно: плыть вместе с ними, — сказала
тогда мама Муми-тролля. — Берег кажется мрачным,
пустынным, а у меня нет ни малейшего желания
встретить еще одного муравьиного льва. Прыгайте
в лодку, детки!

Да, но не на свой же собственный риск, — про­
бормотал маленький зверек, залезая все же на борт
следом за своими спутниками.

Лодка вышла в море; у руля стоял хатифнатт. Небо темнело все сильнее и сильнее, гребни волн покрыва­лись белой пеной, а вдали глухо гремел гром. Разве­вающиеся на ветру волосы Тюлиппы отливали сла­бым-слабым светом.

Мне снова страшно, — сказал маленький зверек. — Я, пожалуй, раскаиваюсь, что поплыл вместе
с вами.

Чепуха! — воскликнул Муми-тролль, но тут же
утратил желание произнести еще хоть слово и сполз
вниз, к маме.

Время от времени на лодку накатывалась новая волна, которая была еще выше прежней, и брызги летели через штевень. Лодка, распустив паруса, нес­лась вперед с невероятной быстротой. Иногда они видели проносившуюся мимо танцующую на гребнях волн русалку. А иногда пред ними мелькала целая стая крошечных морских троллей. Все сильнее гре­мел гром, а молнии то тут, то там наискосок проре­зали небо.

— На меня еще и морская болезнь напала, — сказал маленький зверек.

Его начало рвать, а мама Муми-тролля держала над бортом его голову.

Солнце давно уже зашло, но при свете молний они заметили морского тролля, пытавшегося плыть вро­вень с лодкой.

28



Привет! — закричал сквозь бурю Муми-тролль,
желая показать, что он ни капельки не боится.

Привет, привет! — ответил морской тролль. —
Похоже, ты мне родственник!



Хорошо бы! — вежливо воскликнул Муми-
тролль. (Но подумал, что если морокой тролль ему и
родственник, то, пожалуй, очень дальний; ведь муми-
тролли гораздо знатнее, чем морские тролли.)

Прыгай в лодку! — закричала морскому троллю Тюлиппа. — А не то тебе не уплыть вместе с
нами!

Морской тролль перепрыгнул через край лодки и отряхнулся, как пес.

Прекрасная погода, — сказал он, разбрызгивая
воду во все стороны. — Куда вы плывете?

Все равно куда, только бы выйти на берег, —
жалобно пискнул маленький зверек, совершенно по­
зеленевший от морской болезни.

Тогда лучше мне стать ненадолго у руля, — ска­зал морской тролль. — При таком курсе вы въедете
прямо в океан.

29




И оттолкнув хатифнатта, стоявшего у руля, он укрепил мачту штагом*. Удивительно, насколько луч­ше пошло дело, когда с ними в лодке оказался мор­ской тролль. Лодка весело неслась по морю, а иногда высоко подпрыгивала на гребнях волн.

Маленький зверек чуть повеселел, а Муми-тролль просто кричал от восторга. И только хатифнатты, си­дя в лодке, равнодушно смотрели вдаль, на линию горизонта. Им было все безразлично и хотелось лишь плыть да плыть, все вперед, от одного незнакомого места к другому.

— Я знаю одну прекрасную гавань, — сказал морской тролль. — Но вход в нее невероятно узок, и лишь
такие превосходные мореходы, как я, могут провести
туда лодку.

Громко захохотав, он заставил лодку совершить ги­гантский прыжок над волнами. И тут они увидели, что из моря, под скрещивающимися молниями, вы­растает берег. Маме Муми-тролля он показался диким и мрачным.

Есть там какая-нибудь еда? — спросила мама.

Там есть все что душе угодно, — ответил мор-
ской тролль. — А теперь держитесь, потому что мы
вплываем прямо в гавань!

В тот же миг лодка ринулась в черное ущелье, где буря завывала меж горными склонами гигантской вы­соты. Море омывало белой пеной скалы, и казалось, словно лодка несется прямо на них. Но она легко, буд­то птица, влетела в большую гавань, где прозрачная вода была зеленоватой и спокойной, как в лагуне.

— Слава Богу, — сказала мама, не очень-то надеяв­шаяся на морского тролля. — Здесь довольно уютно.

* Канат от верхней части мачты или стеньги до носа, удержи­вающий мачту от падения назад.

30

— Кому что нравится, — заметил морской тролль. —
Я больше всего люблю, когда штормит. Лучше мне
снова отправиться в море, пока волны не успокоились.

И, кувыркнувшись вниз, он исчез за бортом.

Увидев перед собой незнакомый берег, хатифнатты оживились, некоторые начали укреплять слабые пару­са, а другие вытащили весла и стали усердно грести к цветущим зеленым берегам. Лодка причалила к при­брежному лугу, усеянному полевыми цветами, и Му­ми-тролль выскочил на берег с чалкой в руках.

— Поклонись и поблагодари хатифнаттов за путе­шествие, — велела мама Муми-троллю.

И он низко поклонился, а маленький зверек в знак благодарности замахал хвостиком.

— Большое спасибо, — поблагодарили хатифнат­тов и мама Муми-тролля с Тюлиппой, приседая до
самой земли.

Но когда они снова подняли головы, хатифнатты уже исчезли.

— Они, верно, сделались невидимками, — предпо­ложил маленький зверек. — Чудной народец!

31





И вот они, все четверо, пошли среди цветов. Солн­це начало подниматься, и в его лучах сверкала и блес­тела на солнце роса.

Как хотелось бы мне здесь жить, — сказала Тю-
липпа. — Эти цветы еще красивее, чем мой старый
тюльпан. Кроме того, он не очень-то подходит по цве­ту к моим волосам.

Смотрите, дом из чистого золота! — восклик­нул внезапно маленький зверек, указывая пальцем на
середину луга.

Там стояла высокая башня, и солнце отражалось в длинных рядах ее окон. Верхний этаж был весь застеклен, и солнечные лучи сверкали в окнах, слов­но пылающее багрово-красное золото.

Интересно, кто там живет? — спросила мама. —
Может, слишком рано будить хозяев?

Но я так ужасно хочу есть, — сказал Муми-
тролль.

И я тоже, — произнесли в один голос малень­кий зверек и Тюлиппа.

И все вместе посмотрели на маму Муми-тролля.

— Ну тогда ладно, — решилась она и, подойдя
к башне, постучала.

Немного погодя окошечко в воротах отворилось и оттуда выглянул мальчик с ярко-рыжими воло­сами.

Вы потерпели кораблекрушение? — спросил он.

Почти что так, — ответила мама Муми-тролля. — Но то, что мы голодны, — это точно.

Тогда мальчик распахнул ворота настежь и при­гласил их войти:

— Пожалуйста!

А увидев Тюлиппу, низко поклонился, потому что никогда прежде в жизни не видел таких красивых голубых волос. И Тюлиппа поклонилась так же низ-

32



ко, потому что и ей его рыжие волосы показались восхитительными. И они все вместе поднялись сле­дом за ним по винтовой лестнице на самый верх за­стекленной башни, откуда открывался со всех сторон вид на море. Посреди башни стояло на столе огром­ное блюдо с дымящимся морским пудингом.

Это в самом деле для нас? — спросила мама
Муми-тролля.

Ясное дело, — ответил мальчик. — Во время бу­ри я всегда наблюдаю за морем и всех, кому удается
спастись в моей гавани, приглашаю отведать мой мор­ской пудинг. Так было всегда.

Тут они уселись за стол, и вскоре блюдо опустело. (Маленький зверек, который иногда отличался не очень изящными манерами, залез вместе с блюдом под стол и вылизал его там дочиста.)

Огромное спасибо! — поблагодарила мальчика
мама Муми-тролля. — Думаю, немало спасенных ели
такой пудинг в твоей башне.

Ну да, — ответил мальчик. — Со всех краев све­та: снусмумрики, морские привидения, разные мелкие ползучки и взрослые, снорки и хемули. А иногда
кое-кто из рыб — морских чертей.

А тебе случайно не доводилось встречать других муми-троллей? — спросила мама.

Она была так взволнована, что голос ее дрожал.

— Да нет, довелось увидеть одного... — ответил
мальчик. — Это было в понедельник после циклона.

Неужели это был папа! Не может быть! — вос­кликнул Муми-тролль. — Есть у него привычка пря­
тать хвост в карман?

Да, есть, — ответил мальчик. — Я это особенно
запомнил, до того это было забавно...



Тут Муми-тролль и его мама так обрадовались, что упали друг другу в объятия, а маленький зверек прыгал и кричал «ура!».


Куда же он ушел? — спросила мама Муми-
тролля. — Говорил он что-нибудь важное? Где он?
Как он поживает?

Прекрасно, — ответил мальчик. — Он отправил­ся на юг.

Тогда нам нужно тотчас последовать за ним, —
сказала мама Муми-тролля. — Может, мы нагоним
его. Поскорее, малыши! Где моя сумка?

И она ринулась вниз по винтовой лестнице так быстро, что они едва поспевали за ней.

— Подождите! — закричал мальчик. — Подождите
немножко!

Он нагнал их в воротах.

-- Извини, что мы как следует не попрощались, — сказала мама Муми-тролля, подпрыгивая от нетерпе­ния. — Но ты ведь понимаешь...

Да я не о том, — возразил мальчик и покраснел так, что щеки его стали почти такого же цвета,
как и волосы. — Я только думал... Я считаю, нельзя ли...

Ну давай, выкладывай уж все до конца, — ска­зала мама Муми-тролля.

Тюлиппа, — произнес мальчик. — Прекрасная
Тюлиппа, у тебя, верно, нет желания остаться здесь,
со мной?

Почему же нет! Охотно, — тут же радостно
согласилась Тюлиппа. — Я все время сидела там,
наверху, и думала, как прекрасно могли бы мои
волосы светить мореходам в твоей стеклянной башне. И я замечательно умею готовить морской пудинг...

Но тут она чуточку испугалась и посмотрела на маму Муми-тролля.

— Конечно, я бы страшно хотела помочь вам в
поисках... — И она осеклась.


34

35







— О, мы наверняка спра­вимся и сами, — ответила ма­ма. — Мы пошлем вам обоим письмо и расскажем, как все было...

Тогда все обнялись на про­щание и Муми-тролль со сво­ей мамой и маленьким зверь­ком продолжили путь к югу. Целый день шли они по цвету­щим полям и лугам, которые Муми-троллю хотелось бы как следует разглядеть. Но мама торопилась и не позволяла ему останавливаться.

Видели вы когда-ни­будь такие удивительные деревья? — спросил маленький
зверек. — С таким ужасно
длинным стволом и совсем ма­ленькой метелкой на верхушке. Мне кажется, у этих деревьев очень глупый вид.

Это у тебя глупый вид, —
сказала мама Муми-тролля,
потому что она нервничала. —
Эти деревья называются паль­мами и они всегда такие.

Пальмы так пальмы, —
уязвленно заметил маленький
зверек.

Ближе к полудню стало очень жарко. Растения по­всюду поникли, а солнце светило каким-то жутким красным светом. Хотя муми-тролли обожают тепло, они чувствовали себя как-то очень вяло и охотно прилегли бы отдохнуть под одним из высоких, рос­ших везде кактусов. Но у мамы Муми-тролля не бы­ло желания останавливаться, пока они не найдут ка­ких-либо следов папы. Они шли все время прямо на юг и продолжали свой путь, хотя уже начало смер­каться. Внезапно маленький зверек остановился, при­слушиваясь.

— Кто это крадется и топчется вокруг нас? —
спросил он.

Но тут все поняли, что это шепчутся и шелестят листья.

— Это всего лишь дождь, — сказала мама Муми-
тролля. — Теперь, хочешь не хочешь, придется залезть
под кактусы.

Дождь шел всю ночь, а утром он полил как из ведра. Все было серым и беспросветным, когда они выглянули из-под кактусов.

— Ничего не поделаешь, придется идти дальше, —
сказала мама Муми-тролля. — Но сейчас я вам что-то
дам. Я приберегла это на случай крайней необходи­мости.

И она вытащила из сумки большой шоколадный пряник, который захватила с собой из удивительного сада пожилого господина. Разломав его пополам, она оделила поровну и зверька, и сына.

— А себе ты ничего не оставила? — спросил Му­ми-тролль.

— Нет, — ответила мама. — Я не люблю шоколад.
И они пошли дальше под проливным дождем. Они

шли целый день и назавтра тоже. Единственное, что им досталось из еды, были вымокшие насквозь ко-

37






решки и немного фиников. На третий день дождь полил еще сильнее, чем прежде, и каждый маленький ручеек превратился в пенящуюся бурную речку. Все труднее и труднее становилось пробиваться вперед. Вода непрерывно поднималась, а в конце концов им пришлось взобраться на невысокую горушку, чтобы их не унесли потоки воды. Там они и сидели, глядя, как все ближе и ближе подступают к ним бурные водовороты, и чувствуя, что все они начинают про­стуживаться — и мама, и Муми-тролль, и маленький зверек. Вокруг плавали мебель, и дома, и высокие деревья, которые принесло с собой наводнение.

— Мне кажется, я снова хочу домой! — заявил ма­ленький зверек.

А Муми-тролль и его мама неожиданно заметили в воде нечто удивительное; оно приближалось к ним, танцуя и кружась.

38

— Потерпевшие кораблекрушение! — закричал
Муми-тролль, у которого были очень зоркие глаза. —
Целая семья! Мама, мы должны их спасти!

Это было мягкое кресло, которое, качаясь на вол­нах, плыло им навстречу. Иногда оно застревало в верхушках деревьев, торчавших над головой, но бур­ные течения тут же освобождали его из плена и гнали дальше. В кресле сидела мокрая кошка в окружении пяти таких же мокрых котят.

— Несчастная мать! — воскликнула мама Муми-
тролля, вбежав по пояс в воду. — Держите меня, я
попробую зацепить кресло хвостом!

Муми-тролль крепко ухватился за маму, а малень­кий зверек был так взбудоражен, что даже не смог ничего сделать. Но тут мягкое кресло закружилось в водовороте, и мама Муми-тролля с быстротой молнии обх