Реферат: Но близок, близок миг победы

Но близок, близок миг победы.

Ура, мы ломим, гнутся шведы.

А.С.Пушкин.


Но мы ушли вперед, родной земли

В сиянии зари, оставив границу за собой…

Николай Грибачев.


1-й Белорусский фронт

Операция «Багратион». Освобождение Белоруссии.


Словарь-справочник «Великая Отечественная война 1941-1945» указал на с.474:

«Фронты Великой Отечественной войны, оперативно стратегические объединения… Белорусский фронт… с 17 февраля… именовался 1-м Белорусским. Командующий К.К.Рокоссовский».

- Белорусский фронт, 1-й (февраль 1944 – июнь 1945). Войска фронта провели Рогачевско-Жлобинскую, Бобруйскую, Люблин-Бретскую (1944 г.), Варшавско-Познаньскую (1945 г.) операции и участвовали в Минской (1944 г.), Восточно-Померанской (1945 г.) и Берлинской (1945 г.) операциях. С 5 по 16 апреля 1944 г. именовался Белорусским. Командующие К.К.Рокоссовский, Г.К.Жуков.

С наступлением весны, наступила распутица и, практически, всякое передвижение в полосе фронта стало почти невозможным, особенно по низинным местам. В конце февраля успешно завершилась Рогачевско-Жлобинская наступательная операция, о которой в энциклопедии «Великая Отечественная война 1941 – 1945» на с. 615 сказано:

«Рогачевско-Жлобинская наступательная операция войск правого крыла 1-го Белорусского фронта, проведенная 21 – 26 февраля с целью создания благополучных условий для наступления на Бобруйском направлении…».

«15 апреля 1944 года Ставка отдала войскам 1-го Белорусского фронта приказ о переходе к обороне».

Наступило время для решения проблемы, о которой писал К.Ф.Телегин:

«… в ходе осенне-зимних боев с исключительной остротой предстали вопросы обеспечения фронта продовольствием и фуражом… Для заготовки мяса были выделены Саратовская, Ульяновская и другие удаленные области…

Заготовки хлеба и махорки предписывались в Орловской, Сумской, Черниговской, Гомельской областях».

Анастас Микоян писал об этом («Так было. Размышления о минувшем»):

«Мы дали вашему фронту Орловскую, Сумскую, Черниговскую и Гомельскую области для заготовки хлеба… Сумейте этот хлеб взять.

Решение о таком «прикреплении» 1-му Белорусскому фронту послал Рокоссовскому и соответствующим секретарям обкомов и председателям облисполкомов».

Об этом же писал А.Н.Антипенко («На главном направлении», с. 112, 121):

«… из Москвы уже поступило распоряжение на представление нам четырех областей для заготовки хлеба… Рокоссовский и члены Военного совета Телегин и Стахурский поручили мне подготовить приказ командующего и другие документы.

… стоял вопрос о помощи населению освобожденных районов Орловской области. Рокоссовский пошел навстречу. Помощь оказали большую…».

Возникли сложности, которые отметил К.Ф.Телегин:

«… период созревания хлебов совпал с разгаром боев. Снять людей на хлебозаготовки не представлялось возможным…

Теперь фронт вынужден был развернуть уборочную… Хлеб на полях был, но находился он под снегом.

… созданные запасы полностью обеспечивали нужды фронта продовольственным и фуражным зерном, сахаром и махоркой… Одного зерна было заготовлено 13607 тыс. пудов (пятимесячная потребность фронта). А на подходе и в местах содержания находилось до 40000 голов крупного рогатого скота».

А.П.Востряков «На огненных рубежах – 12-я артиллерийская» об уборке писал:

«… решили спасти урожай ручным способом… Рокоссовский выделил для этой цели 27 тысяч солдат и 2,5 тысячи офицеров. Заготовили 50 тысяч серпов и деревянных граблей. За три месяца заготовили около 14 миллионов пудов зерна».

Начальник тыла фронта Н.Антипенко об этом времени вспоминал (см. «Новый мир», №8, 1965 г., с. 164):

«Иногда я обращался к Рокоссовскому с вопросом, не будет ли с его стороны каких-либо указаний в ближайшие десять-пятнадцать часов, надо было отдохнуть, поспать…».

Конечно, хлеб, продовольствие т.п. были очень важными факторами, влияющими на ход войны, но главным определяющим фактором была сама война, о ходе боевых действий на фронтах нам напоминал Г.Абишев:

«После успешных операций, проведенных Красной Армией зимой и весной 1944 г., наступило временное и короткое затишье по всему фронту. Это было затишье перед бурей. Войска Рокоссовского готовились к штурму сильно укрепленной, глубоко эшелонированной обороны противника».

Книга «Украинская ССР в Великой Отечественной войне 1941 – 1945» на с. 477 подытожила некоторые успехи наших войск в истекших боях:

«Советские войска под командованием прославленных полководцев Н.Ф.Ватутина, И.С.Конева, Р.Я.Малиновского, И.Е.Петрова, К.К.Рокоссовского, Ф.И.Толбухина и других полностью освободили Харьковскую, Сумскую, Полтавскую, Черниговскую, Сталинскую, Ворошиловградскую и частично Киевскую, Винницкую, Ревенскую, Днепропетровскую, Запорожскую и Кировоградскую области Украины».

И, как всегда, в периоды затишья решались наградные дела, которых было много, и мы отметим наиболее характерные (см. «Боевой отряд сражающейся партии», с. 291-292):

«26 февраля 1944 года на имя директора завода «Калибр» Г.М.Михалова пришло письмо от Рокоссовского, в котором рассказывалось о мужестве младшего лейтенанта С.К.Годовикова.

«Товарищ Годовиков, писал Рокоссовский, своим умелым управлением взводом на поле боя и образцовым выполнением заданий командования…

Особенно тов. Годовиков отличился в боях за реку Днепр, он один из первых на плоту переправился через реку, добрался до острова. Уничтожив находящихся там фашистов, занял его».

На с. 155-156 книги «Подвиг их бессмертен» писалось о знаменитом разведчике Белорусского фронта Пассаре А.П.:

«В марте сорок четвертого Пассара пригласил начальник политотдела Данилов.

- Вот вам предписание, товарищ Пассар, вас приглашает к себе командующий фронтом.

В тот же день отважный разведчик направился в Гомель, явился к Рокоссовскому. Маршал долго беседовал с Пассаром. Спросил, между прочим:

- Сколько языков на вашем счету?

- Двадцать пять…

- Надеюсь, этим счет не закончится?

- Никак нет! – ответил разведчик.

- А в отпуск домой хотите съездить?

Пассар замялся, замешательство не ускользнуло от внимания маршала, и он постарался успокоить воина:

- Дело идет к концу. Справимся. Не беспокойтесь, Александр Падалшевич (отпуск Пассару был оформлен тут же при штабе – Ю.М.)».

И еще, одному из лучших разведчиков 1-го Белорусского фронта Рокоссовский, узнав, что Пассар – гармонист, подарил ему гармонь. Это был ему не только подарок, но и память на всю жизнь.

В предыдущей главе мы отметили, что 5апреля 1944 года 2-й Белорусский фронт (1-го формирования – Ю.М.) был расформирован. Относительно этого Г.С.Надысев писал:

«Для приема новой полосы и действующих в ней войск, в город Сарны, где располагался тогда штаб 2-го Белорусского (1-го формирования – Ю.М.). 4 апреля выехали специальным поездом большая группа генералов и офицеров всех родов войск и служб, возглавляемая Рокоссовским…

К.К.Рокоссовский отдал распоряжение срочно подготовить соображения о возможности усиления армий ковельского направления за счет средств 1-го Белорусского фронта».

В предыдущей главе также было отмечено выполнение данного распоряжения командующего, и туда походным порядком было отправлено 13 артполков разного назначения.

Тогда же Н.А.Антипенко выполнял и другое распоряжение командующего:

«… когда мы оформляли прием войск 2-го Белорусского фронта, Рокоссовский поручил мне выяснить возможность перевода к нам главного хирурга фронта профессора Н.Н.Еланского…»

А.Н.Антипенко – о главном хирурге фронта Н.Н.Еланском, его переходе:

«Как бы на том основании – сказал командующий, - что мы приняли от них большое число раненых. От. Медицинских работников своего фронта я много слышал об Еланском, как о крупном ученом, блестящем и опытном хирурге, участнике первой мировой и гражданской войн, боев на Халхин-Голе в 1939 году, советско-финляндской войны 1940 г.

… я заметил, что Рокоссовский и стоящие рядом с ним смеются… Николай Николаевич был высок… Беседуя с ним, я запрокидывал голову… Еланский же вынужден был сгибаться, это развеселило наблюдавших…

Рокоссовский обратил наше внимание на выгодное положение левого крыла фронта по отношению к группировке противника, находившегося в Белоруссии и Прибалтике. Высказывалось предположение, что после усиления этого крыла, Ставка наверняка примет решение ударить с этого направления во фланг, в тыл белорусской группировки немецких войск».

С.М.Штеменко отметил ход подготовки будущей операции:

«… в конце марта командующим фронтами был направлен запрос относительно их соображений на будущее. Верховный имел с некоторыми из них личный разговор по ВЧ, в частности с Рокоссовским, войска которого находились на Бобруйском направлении. Рокоссовский высказался за передачу в состав его фронта армий, расположенных на участке Полесья и под Ковелем, что позволяло добиться лучшего взаимодействия и маневра на Бобруйском и Люблинском направлениях. После разбора всех возможных «за» и «против» Ставка согласилась с этим. Рокоссовскому было предложено представить соображения о дальнейших действиях войск фронта».

То же отмечали Б.Соловьев и Б.Суходеев:

«В течение марта и апреля замысел летней кампании неоднократно обсуждался и уточнялся у Верховного. При этом Сталин нередко ссылался на свои переговоры по этим вопросам с командующими войсками фронтов, особенно К.К.Рокоссовским».

3 апреля Военный совет фронта, как указывал К.Ф.Телегин:

«… разработали и представили в Ставку свои первые предложения проведения наступательной операции.

На самом процессе разработки предложений и последовательности событий, связанных с поиском окончательного решения, я вынужден остановиться особо, поскольку на этот счет появилось несколько не полностью совпадающих и не совсем точных, на мой взгляд, толкований».

К.Ф.Телегин «Освобождение Белоруссии 1944» еще отметил время основных дел командования для подготовки будущей победы:

«Апрель и май 1944 г. для командования фронта и штаба прошли в творческих поисках наилучшего решения предстоящих задач, в заботах и привидении в порядок частей, пополнении их личным составом, боевой техникой и представлением отдыха».

К этому времени, как отмечал П.И.Батов, его 65-я армия остановилась:

«К 20 апреля войска армии достигли рубежа Ракшин, Пружинище, озеро Диксе и левым флангом вышли к реке Птичь у Копяткевичи».

П.Г.Куницкий (ВИЖ, №7, 1986 г., с.36) показал деятельность Рокоссовского по выбору направления главного удара:

«Выбору направления главного удара предшествовала кропотливая работа на местности. Особенно поучительным примером служит изучение местности при подготовке Белорусской операции 1944 года… Рокоссовский писал: «Составлению плана предшествовала большая работа на местности в особенности на переднем крае. Приходилось в буквальном смысле слова ползать на животе».

М.А.Гареев и Ф.А.Симонов «Победители 1941-1945», с. 545 указали:

«Рокоссовский считал самым опасным в военном деле и в подготовке военных кадров, когда сложнейший процесс выработки решений подменяется поверхностным, отвлеченным теории к практике, когда решение не вытекает из конкретных условий обстановки, а извлекается из теории… Теоретическое знание должно сочетаться с умением творчески их применять в конкретных условиях обстановки».

Полководческие способности, талант сами по себе ничего не решают без постоянного труда, работоспособности и желания преодолеть все ради победы, при чем, малой кровью, и не случайно у Рокоссовского везде был успех. Надо еще добавить, что наряду с неограниченным физическим трудом Рокоссовский затрачивал очень много умственного труда. К.Ф.Телегин описал и довольно подробно, процесс выработки плана действий войск фронта в Белорусской операции:

«Встречаясь в те дни с Рокоссовским, я постоянно отмечал в его поведении не свойственной ему самоуглубленной рассеянности.

Я понимал, что будучи человеком просто не способным делать что-либо в полсилы, он и сейчас полностью погружен в поиск того единственного решения, которое могло бы устоять против любых возражений, своей всесторонней продуманностью и основательностью гарантировать безусловный успех.

...в редкие минуты отдыха... ходе разговоров на... отвлеченную тему он иногда внезапно замолкал, уходил в себя, молча размышлял и вдруг, бросив коротко: "Прошу извинить!"- просил адъютанта соединить с нужным лицом.

По вечерам... до глубокой ночи, пригласив, начальника штаба и командующих родами войск, увлеченно работал на карте, спрашивал, уточнял, терпеливо выслушивал возражения.

В такие минуты главенство... Рокоссовского в кругу своих сверстников, оставаясь непоколебимым, никого и ни в чем не связывало. Разговор шел живой, мнение высказывались свободно, подчас настойчиво защищались замечания к своим суждением Константин Константинович принимал с... готовностью понять собеседника.

Чаще всего на утро после затянувшихся бдений, Рокоссовский с целью уточнения... опорных положений сам выезжал в войска, целые дни проводил на передовой, возвращался затемно, случалось промокший, со следами болотной грязи на реглане.

...поужинав, шел к себе или к Малинину, куда без приглашения, а по заведённому порядку собирались все те же лица, многие из которых также день провели в войсках.

...можно сказать, что именно тогда, в ходе... обсуждения различных мнений оформились основные положения плана действий.

Примерно во второй половине апреля в Генеральном штабе были сведены воедино все предложения относительно проведения летней кампании.

В начале мая Генеральный штаб повторно запросил наши соображения, сообщив… фронту… будут переданы из резерва Ставки 28-я армия и 9-й танковый корпус…

Теперь развернулся напряжённый поиск нового, надежного оперативного решения... По замыслу... Рокоссовского... принятым вариантом предусматривалось нанесение двух ударов, из которых каждый был в своем роде главным».

Не все предложение Рокоссовского были приняты, что отметил Штеменко:

"К сожалению Ставка, не имела возможности в сложившейся тогда обстановке выделить и сосредоточить в районе Ковеля необходимые силы и средства, особенно танковые армии. Поэтому, чрезвычайно интересный замысел Рокоссовского осуществлен не был. Однако сама идея о направлении ударов и последовательности действий войск, обусловленная разделением 1-го Белорусского фронта огромными массивами болот и лесов, была использована Оперативным управлением Генерального штаба при последующей планируемой операций.

В первую половину мая 1944 года шла черновая, работа над планом летней кампании... пришлось отказаться от предложений... Рокоссовского о наступлении через Ковель, в тыл противника западнее Полесья...

Операция предстояла сложная. По мнению Рокоссовского она не могла осуществляться одновременно всеми силами фронта, поскольку оборона противника восточнее Минска являлась весьма устойчивой и прорывать ее в лоб было опрометчиво... предполагалось проводить операцию в два этапа…

Такой замысел служил примером оригинального решения наступательной задачи на очень широком фронте. Перед командующим фронтом вставали весьма сложные вопросы руководства действиями войск на разобщенных Полесьем направлениях".

С.М.Штеменко довольно подробно писал о подготовке операции в полосе 1-го Белорусского франта на лето 1944 года:

"...Рокоссовский и его штаб разобрались во всем и доложили нам свои соображения к 11 мая. Целью операции они считали разгром жлобинской группировки гитлеровцев, а в дальнейшем - развитие успеха па Бобруйск, Осиповичи, Минск. При этом наносили два. одновременных удара равной мощи: первый на восточном берегу реки Березина... на Бобруйск, второй - на западном берегу, в обход Бобруйска с юга...

В 1944 г. операторы Генерального штаба были буквально поражены красотой редкой по форме и оригинальности замысла операции большого размаха, предложенной Рокоссовским и его штабом для paзгрома противника в Белоруссии. Выдающийся советский полководец задумал обойти с запада главные силы группы армий "Центр", расположенных к востоку от Минска.

Рокоссовский рассматривал огромный и весьма сложный район. Белоруссии, в том числе Полесье и Ковель, как достаточно благоприятный для осуществления смелых, глубоких операций.

Применение двух одинаковых по силе главных ударов, во-первых, дезориентировало противника, было для него внезапным, во-вторых, лишало его возможности противодействовать нашему наступлению с помощью маневра. Особое значение Рокоссовский придавал непрерывности наступления».

Б.Соловьев и В.Суходеев о выработке решений Ставкой ВГК:

"О механизме выработки решений в Ставке, о решающей роли И.В.Сталина в планировании наступательных операций 1944 гола дают представление воспоминании К.К.Рокоссовского, касаясь разработки Белорусской операции, он пишет... настаивая на своей точке зрения, исходил из особенностей характера местности предстоящих боев... "

Г.К.Жуков отметил замысел операции 1-го Белорусского фронта и сложности его осуществления:

«Рокоссовский после тщательной доразведки всей обстановки, принял решение прорвать оборону противника двумя группировками: одной - севернее Рогачева и другой - южнее Паричи... ставилась ближайшая задача - разгромить противостояние врага и сходящими ударами обеих групп окружить Жлобин-бобруйскую группу и ликвидировать ее…

Главная сложность предстоящего наступления войск, особенно южно? группы... в том, что им предстояло действовать в трудно проходимой лесистой и сильно заболоченной местности".

Вместе с разработкой наступательной операции на лето сорок четвёртого года стали поступать и подкрепления войскам фронта, что отметил К.Ф.Ивановский, указав прибытие танкового корпуса:

"В начале мая был подучен приказ Ставки о передислокации корпуса в район Киверцы, Ровно. Корпус вошёл в состав 1-го Белорусского фронта, которым командовал известный, авторитетный в армии военачальник Рокоссовский".

О том же писал И.А.Плиев:

"Конно-механизированная группа была включена в состав 1-го Белорусского фронта Рокоссовского.

Новая встреча с замечательным полководцем, ветераном кавалерии, давним боевым товарищем меня очень обрадовала, заслушав мой доклад... Рокоссовский воскликнул: "Слава Богу, что прибыл! " - и заключил меня в крепкие объятия. Было видно, что он рад тому, что мы в месте.

В результате долгой и откровенной, дружеской беседе, в его штабе в Дуревичах, я еще яснее понял грандиозность предстоящей операции в Белоруссии... под кодовым названием "Багратион".

В.Карпов («Полководец», с.8) – краткая оценка операции «Багратион»:

"Багратион является одной из блестящих операций военного искусства. В ней показали свое мастерство Сталин, Жуков, Василевский, Рокоссовский, Черняховский, Баграмян, Поплавский..."

Книга «Освободительная миссия Советских вооруженных сил во второй мировой войне» на с. 319 зафиксировала:

«1-я Польская армия в составе трех пехотных дивизий и армейских частей 30 апреля 1944 года вошла в оперативное подчинение командующего фронтом и получила приказ Рокоссовского о передислокации к 15 мая в район Киверцев. Здесь армия находилась во втором эшелоне фронта, до 15 июня занималась боевой подготовкой».

Прибытие артиллерийского пополнения к Рокоссовскому отметил Г.Д.Пласков:

«Рокоссовский встретил меня улыбкой:

- Ну, бравый артиллерист, с просьбой или без оной?

Я доложил, вручил папку. Он раскрыл, посмотрел бумаги, взглянул на меня:

- Помните конные состязания в Пскове?

Еще бы не помнить лета 1935 года. Команду 20-го артполка послали на окружные соревнования в Псков. Главным судьёй соревнований был Рокоссовский. На гладких скачках вперед вырвался командир батареи Н.М.Титов. Его подсек рядом мчавшийся всадник. Конь упал, с врачом я подлетел к Николаю Михайловичу, получившему сильные ушибы. Приказываю команде полка подготовиться к отъезду. Но тут, по радиотрансляции раздаётся голос Рокоссовского:

- Первое место занял командир батареи Титов.

… ко мне подбежал младший командир и передал: вас просит командир корпуса. Поздоровавшись, Рокоссовский мягко, но внушительно сказал:

- Виноватого наказали, но самовольничать нельзя. Без разрешения судейской комиссии уходить с поля не положено…

- Виноват, товарищ комкор – произнес я. Разрешите отставить распоряжение.

- Оставайтесь здесь.

Стоявший рядом командир дивизии С.П.Зыбин шепнул мае: "Комендант уже передал твоим приказ комкора...

Константин Константинович прошёлся по комнате. Годы не изменили его. Также стройный, красивый. Та же добрая улыбка. С восхищением смотрю на него. Его имя известно всем. Войска под его командованием прославились под Москвой, Сталинградом, Курском, в Белоруссии. Для каждого из нас - высочайшая честь сражаться, под руководством этого военачальника.

- Как ваша рука? - поинтересовался он. - Не тяжело вам работать?

- Теперь все в пороке, товарищ командующий.

Мы тепло простились..."

Известно, что Верховное Главнокомандование к концу апреля приняло решение о подготовке фронтов к проведению летней кампании сорок четвертого года, включая и Белорусское направление (кодовое наименование «Багратион»). И тут же ВГК поручило Ставке начать разработку планов фронтовых операций. О подготовке Бобруйской наступательной операции1-го Белорусского фронта подробно рассказано на с. 525-526 книги «Герои огненных лет»:

"Рокоссовский и Малинин не раз бывали в армиях, проверяя ход подготовки, заслушивали мнения командиров, проводили рекогносцировки. После тщательного анализа обстановки командующий поручил начальнику штаба разработать план операции с целью окружить и уничтожить бобруйскую группировку врага. Для этого, по мнению Рокоссовского, следовало создать две, примерно равные по силам, ударные группировки.

Рокоссовский неоднократно заходил в штаб, помогая советом, уточнил ряд вопросов, однажды... сказал:

- В теории оперативного искусства укрепилось положение, Михаил Сергеевич, что фронт наносит один главный удар и один - два вспомогательных… Это правильно. Опыт проведенных операций – убедительное тому подтверждение. В наших конкретных условиях целесообразно нанести два главных удара. Что это, отступление от теории? Нет, это ее развитие. Но в Генеральном штабе и в Ставке нам могут возразить. Поэтому каждый вопрос следует продумать, а главное - глубоко обосновать…

И Малинин снова и снова, совместно с командующим и начальниками родов войск уточнял, проверял каждый вопрос, сравнивая соотношение сил и возможностей сторон. Все говорило о том, что фронт способен нанести, два мощных удара, окружить и быстро уничтожить бобруйскую группировку противника, а затей стремительно развивать наступление в оперативной глубине".

В.Марамзин (ВИЖ, №5, 1973 г., с.11) о методике подготовки фронтовых операций Рокоссовским и другими военачальниками Красной Армии:

"В ряде случаев командующие фронтами сами выезжали на КП армии, заслушивали решения командармов, планы операций и утверждали их. Так поступали... Рокоссовский, при утверждении плана наступления 65-й армии в Бобруйской операции".

П.Г.Куницкий (ВИЖ, №7, 1986 г., с.36) писал о выборе направления главного удара:

«Выбору направления главного удара предшествовала кропотливая работа на местности. Особенно поучительным примером служит изучение местности при подготовки Белорусской операции 1944 г. Рокоссовский писал: «Составлению плана предшествовала большая работа на местности, в особенности на переднем крае…»

Также этот вопрос подробно описывал К.Ф.Телегин, касаясь других сторон подготовки летней кампании войск фронта:

«Тщательное изучение противника, его системы обороны и местности, привели Рокоссовского к выводу о целесообразности нанесения мощных ударов на Бобруйск-Осиповичи и на Слуцк, в глубокий обход бобруйской группировки противника с юга с последующим наступлением на Минск - Барановичи – Брест. Одновременно предусматривалось, что левое крыло будет связывать силы противника, и по выходе правого крыла в район Минска – Барановичи нанесет удар на Брест – Люблин…

Главное в замысле командующего - второй удар планировался на направлении, откуда противник меньше всего ожидал его, и где оборона врага наиболее уязвима. Наступление же с участка Рогачев-Жлобин потребовало бы преодоления наиболее сильной и глубоко эшелонированной обороны, где противник все время настороже, где у него развита сеть дорог для маневра...

...Рокоссовский обладал замечательной способностью убедительно обосновывать правильность своих решений, а мы уже хорошо знали, что этот план - плод его больших раздумий, творческих поисков, глубокого анализа, трезвого учета сил и возможностей противника и глубокой веры в свои войска. Знали мы также, что он досконально изучил передний край, всесторонне обдумал предложения командармов, членов военных советов, командиров корпусов и дивизии".

Военный совет единодушно принял этот план. Остались два сомнения. Первое – удастся ли пройти войскам с их тяжелой техникой через болота, второе – даст ли Ставка дополнительные силы, ибо замысел третьего удара из-под Ковеля лишал возможности что-либо перебросить оттуда на правое крыло…

Во главе фронта стоял один из талантливых, смелых и творческих полководцев, счастливо сочетающих в себе широту оперативного мышления, твердости и решительности в осуществлении замыслов, глубокое проникновение в жизнь войск и понимание их возможностей, удивительную теплоту и сердечность в отношении с подчиненными».

Н.А.Светлишин отметил конкретное содержание плана операции:

«Разработанный во главе с Рокоссовским план операции предусматривал два удара примерно равных по силе: такое решение Рокоссовского давало важные преимущества: во-первых, дезориентировал противника, во-вторых, исключило для него возможность маневра».

Коротко, ясно и понятно!

Н.Коротченко отметил характеристику Белорусского Полесья и его значение, как театра военных действий:

«Белорусское Полесье – одно из самых тяжелых для наступления… Особенно трудной, гибельной была местность в полове 1-го Белорусского фронта… Здесь была прочнейшая оборона, созданная противником для защиты путей ведущих к Восточной Пруссии».

А воинам Рокоссовского предстояло открыть ворота на путях, ведущих в Германию…

"История второй мировой войны 1939 - 1945" т.9, с.43 отметила:

"1-й Белорусский фронт Рокоссовского должен был разгромить бобруйскую группировку гитлеровцев нанесением ударов: одного - из района Рогачева в направлении Бобруйск, Осиповичи и другого - из района нижнего течения реки Березины, Озаричи на Старые Дороги, Слуцк. Одновременно войскам фронта предстояло правым крылом содействовать 2-му Белорусскому фронту в разгроме Могилевской группировки противника и в дальнейшем наступать с целью выхода в район Пуховичи, Слуцк, Осиповичи. В последующем намечалось наступление левого крыла фронта на Ковельском направлении. Действия фронта должна была поддерживать Днепровская военная флотилия».

Выдвинутые Рокоссовским предложения о нанесении двух главных ударов привлекли внимание многих военных исследователей. Так Б.Петров на с. 14 ВИЖ, №11, 1983 г. указал причину возникновения подобного явления:

«Привлечение большого количества стратегических резервов позволило Рокоссовскому создать две ударные группировки для нанесения ударов, в обход Бобруйска…»

О причинах, побудивших Рокоссовского спланировать нанесение двух ударов, писал Лев Толкунов:

«Рокоссовский выдвинул план удара по двум главным направлениям. Этот план необычен тем, что решающее превосходство необходимо было создать на двух участках. Обычно такое шло на одном направлении, учитывая характер местности, командующий и его штаб пришли к выводу, что именно двумя ударами фронт может создать наиболее тяжелое положение для гитлеровских войск.

… удар через болотистый район, где командование армейской группы «Центр» исключало вообще возможность наступления силами пехоты».

«Советское военное искусство в Белорусской операции 1944 г. (ВИЖ, №6, 1984 г., с. 12) гласило:

«Рокоссовский всесторонне учитывая группировку и оборону противника и характер местности, принял решение нанести на правом крыле фронта два главных удара с разных участков. Один из района Рогачева на Бобруйск, Осиповичи, другой из района нижнего течения Березины… Это решение шло вразрез с установившимися взглядами, но было оправдано условиями, по мнению Рокоссовского, в сражение одновременно вводилась основная группировка войск, что было недостижимо на одном участке из-за его ограниченности: противник терял реальную возможность маневра, успех, достигнутый на одном из этих участков, ставил немецкие войска в тяжелое положение, а нашему фронту обеспечивались реальные условия энергичного развития наступления».

И.Х.Баграмян указал стратегические объединения, которые должны были участвовать в разгроме противника в Белоруссии:

«Разгром возлагался на войска 1-го Прибалтийского фронта, командовать которым довелось мне, 3, 2 и 1-го Белорусских фронтов под командованием Черняховского, Захарова и Рокоссовского. Совместно с ними Днепровская флотилия, авиация дальнего действия, оперативные объединения противовоздушной обороны (ПВО) страны и соединения Белорусских партизан».

М.П.Колесников «Освобождение Белоруссии» (ВИЖ, №6, 1994 г., с.3-4) писал:

«… прикреплялись войска четырех фронтов: 1-го Прибалтийского, 3-го, 2-го и 1-го Белорусских…

...Рокоссовский писал: "Наше решение о нанесении двух равнозначных ударов подверглось сильной критике. Верховный и некоторые члены Ставки не соглашались с этим решением. Сталин упорно настаивал на нанесении одного мощного удара... Он дважды отправлял Рокоссовского в соседнюю комнату, обдумать мнение Ставки... Молотов и Маленков стали уговаривать его согласиться с мнением Сталина... Рокоссовский настаивал на своем. Члены Ставки ждали "бури", когда и в третий раз Рокоссовский продолжил отстаивать свою позицию. Сталин утвердил план операции».

По содержанию плана операции на лето 1944 г. Малинин отметил одно:

«Фронт Рокоссовского должен был разгромить врага на Бобруйском направлении и главными силами выйти в район Осиповичи, Пуховичи, Слуцк».

Ю.В.Плотников этот же вопрос раскрыл шире («В сражении за Белоруссию»):

«… нанести два мощных удара по сходящим направлениям на Бобруйск, окружить и ликвидировать бобруйскую группировку противника и образовать оперативную брешь в обороне противника... выйти на Осиповичи, Пуховичи, Старые Города, Слуцк...

Рокоссовский создал две ударные группировки - северную и южную. 3-я армия Горбатова имела за Днепром небольшой плацдарм, который мог стать исходным районом для будущего наступления. Что же касается соседней 48-й армии Романенко, то дело обстояло хуже. Рокоссовский лично провёл в ее полосе рекогносцировку и убедился: здесь наступать невозможно...

Рокоссовский принял единственно приемлемое в этих условиях решение - перебросить основную часть войск 48-й на плацдарм 3-й…

А.Митяев «1418 дней», с. 510 отмечал характер местности при ударе:

«Рокоссовский вспоминал впоследствии: «Войска 65-й и 28-й армий, наносили второй удар, тоже имел перед собой лесистую, заболоченную местность, которую пересекали протоки реки Припять…»

Второй удар наносился из района юго-западнее Паричей…

К этому времени относится высказывание К.Ф.Телегина:

«Посещая войска, наблюдая за учебно-тренировочной работой, мы с Рокоссовским с удовлетворением отмечали высокий творческий дух командиров, сержантов и солдат, их уверенность, выдержку, непоколебимую веру в победу».

Об этом же писал П.И.Батов, указав высокую творческую деятельность личного состава его армии при поисках путей преодоления топей, болот в полосе будущего наступления:

«Однажды мы сидели среди гвардейцев, беседуя об этих гиблых болотах.

- Пройти по ним можно – сказал пожилой солдат. – Я тутошный и знаю, пройти можно, мы в мокроступах ходили.

- Что это такое? – спросил комкор.

… лыжи из лозы. Ноги в грязи не тонут, а шагаешь легко, грязь в решетках не задерживается.

- Сможешь сделать завтра десяток?

- Раз надо, сделаем.

К вечеру подполковник доложил: 20 комплектов сделано, подготовлена группа разведчиков.

Данные разведки подтвердили: во-первых, противник исключал возможность наступления на этом направлении и имел здесь слабую оборону по принципу отдельных опорных пунктов на сухих участках, имевших между собой лишь огневую связь, во-вторых, топи, проходимы для людей, а если проложить гати, то и для техники…

П.В.Швыдкой со своими инженерами произвел расчеты, построил на топях в тылу гати и предложил испытать. Лучшие механики вывели три боевые машины…

Машины преодолели болото, прошли обратно.

У меня утверждалась мысль, что главный удар через топи принесет армии успех…»

В тоже время войска фронта решали и другие неотложные задачи, об одной из них писал В.Петров (ВИЖ, №3, 1978 г., с. 78):

«Командующий поставил задачу – к началу операции иметь пять боекомплектов боеприпасов, 5 заправок ГСМ и 15 сутодач продовольствия. Тылу врага предстояла напряженная работа. Одних только боеприпасов требовалось подвезти 1908 вагонов…»

О тыловой деятельности упоминал и Н.А.Антипенко:

«… в селе Народичи в 20 километрах от Овруча, где располагался штаб фронта, я неоднократно выезжал на правое крыло для докладов Рокоссовскому…»

Наряду с этими решались и задачи взаимодействия с соседями фронта и между соединениями самого 1-го Белорусского, причем, в теорию оперативного искусства было внесено новое, на что указывал Б.Лопов (ВИЖ, №6, 1974 г., с. 19):

«Рокоссовский отмечает: «Совершенно новым, впервые осуществившимся во время войны, было взаимодействие с 3-м Белорусским фронтом при окружении Минской группировки противника. Его своеобразие заключалось в том, что нас разделял 2-й Белорусский фронт, и мы должны были взаимодействовать как бы через него. В целях лучшей информации в штаб 3-го Белорусского фронта был направлен наш представитель, а Черняховский прислал к нам своего офицера. В ходе операции мы постоянно следили за развитием боевых действий, мне не раз приходилось лично обсуждать с Черняховским вопросы совместных действий в районе Минска».

А.Шиманский (ВИЖ, №6, 1973 г., с.14-15) отметил, что взаимодействие 1-го и 3-го Белорусских фронтов талантливые полководцы Рокоссовский и Черняховский предвидели еще при разработке Белорусской операции, когда их вызвали на заседание Ставки и в Генштаб:

«Рокоссовский обсудил с Черняховским вопрос о том, какие силы каждый из них выделит для удара на Минск. Черняховский решил направить туда танковые соединения, а Рокоссовский – танковый корпус и соединения 3-й и 48-й армий… Договорились об обмене представителями, которые будут держать в курсе событий свои штабы и командующих…»

Не забыта была в Белорусской операции и маскировка, о которой писал В.Черняев (ВИЖ, №8, 1974 г., с.16-17, по материалам фронта Рокоссовского):

«Во всех фронтах была успешно проведена оперативная маскировка войск… Подробно рассмотрим ее на 1-ом Белорусском фронте (Рокоссовский).

Штаб фронта тщательно разработал план сосредоточения войск и мероприятия по оперативной маскировке. «От штабов – вспоминает Рокоссовский – мы требовали постоянного контроля с земли и с воздуха за тщательной маскировкой всего. Немцы могли увидеть только то, что мы им хотели
А без этого не обойтись?

Другая цена… Общий успех будет, но какой ценой?

- Ты хоть понимаешь, что наступил на любимую мозоль? На неприкосновенную мозоль?