Реферат: Культурная парадигма 20 века предполагает свободное обращение с языковой реальностью, поощряет языковые эксперименты

Муниципальное общеобразовательное учреждение,

средняя общеобразовательная школа № 28 города Томска


Исследовательский проект


Окказионализмы – составляющая идиостиля

В. Маяковского и С. Есенина


Выполнили:

обучающиеся 11 класса

Позднякова Ксения,

Воротнева Валентина

Учитель:

Насонова Е.Ю.


Томск - 2010


Актуальность темы.

Культурная парадигма 20 века предполагает свободное обращение с языковой реальностью, поощряет языковые эксперименты. Одним из путей “раскрепощения” языка является прогрессирование окказионального словообразования, особенно необычных его форм. Проблема индивидуального языкового творчества писателей в связи с этим все более выдвигается на передний план, ей посвящены многочисленные работы отечественных ученых.

Творчество Владимира Маяковского прежде всего резко отличается от литературы классического XIX века, а во многом и от литературы рубежа XIX-XX веков. Оно неоднократно становилось предметом исследования многих отечественных лингвистов и литературоведов, таких как В.С. Паперный, В.О. Перцов, Ф.Н. Пицкель, Б.Н. Гончаров, В.А. Звегинцев, Н.И. Калитин, Ю.Н. Караулов.

В Тбилиси известным лингвистом Н.П. Колесниковым был издан словарь неологизмов В.В. Маяковского. Владимир Маяковский известен как один из поэтов-новаторов, создатель окказионализмов. Маяковский в своем словосозидании исходил из действительных законов исторической грамматики русского языка. Он искал в реальных существующих корнях, суффиксах и флексиях новых словообразований для достижения большей выразительности поэтической речи. Осуществлялось это новаторство самыми разнообразными способами.

^ Объект исследования: поэзия В.Маяковского.

Предмет исследования: окказионализмы Маяковского.

Цель исследования – определить особенности окказионализмов Маяковского.

Гипотеза: В.В.Маяковский использовал самые разнообразные способы образования окказионализмов, т.е. его творческий потенциал весьма широк.

Задачи:

Определить понятие «окказионализм» и его отличие от неологизма, потенциального слова.

Выявить признаки окказионального слова.

Составить словарик окказиональных слов Маяковского.

Классифицировать окказионализмы по морфологическому принципу.

Рассмотреть способы словообразования окказионализмов Маяковского.

Классифицировать окказионализмы по способу словообразования.

^ Методы исследования: обзор литературы; исследовательский и сопоставительный метод, классификация.


Окказиональное (слово, значение, словосочетание,

звукосочетание, синтаксическое образование) - “не узуальное, не

соответствующее общепринятому употреблению,

характеризующееся индивидуальным вкусом, обусловленное

специфическим контекстом употребления”


Причины, побуждающие художников слова к созданию индивидуально-авторских образований, таковы:

а) необходимость точно выразить мысль (узуальных слов для этого может быть недостаточно);

б) стремление автора кратко выразить мысль (новообразование может заменить словосочетание и даже предложение);

в) потребность подчеркнуть свое отношение к предмету речи, дать ему свою характеристику, оценку.

Очень часто возникновение новообразования бывает вызвано не одной, а сразу несколькими причинами.


Признаки окказионализмов описаны А. Г. Лыковым:

а) принадлежность к речи;

б) функциональная одноразовость;

в) творимость;

г) экспрессивность;

д) одномоментность;

е) индивидуальная принадлежность.


Четкого разграничения требуют окказионализмы и неологизмы как новые слова языка. Если окказионализмы появляются в речи говорящего или пишущего в данной речевой ситуации, создаются художником слова в данном тексте и не рассчитаны на широкое распространение, то неологизмы создаются для наименования нового предмета или явления внеязыковой действительности и рассчитаны на последующее закрепление в лексической системе языка.


В современной теории окказиональности дискуссионным является вопрос о соотношении окказиональных и потенциальных новообразований, имеющий два возможных варианта решения:

1) все речевые образования являются окказиональными независимо от того, созданы они по законам языка или с нарушением этих законов. При таком решении потенциальные слова являются разновидностью окказиональных;

2) среди речевых новообразований следует различать потенциальные слова как соответствующие языковой норме и окказиональные образования как противоречащие норме в той или иной степени.

Итак, условимся считать потенциальные слова разновидностью окказиональных.


Принято выделять следующие типы окказионализмов:

Фонетические окказионализмы.

Лексические окказионализмы.

Грамматические окказионализмы.

Семантические окказионализмы.


Среди окказионализмов выделяются: стандартные, нестандартные, частично нестандартные

1.Стандартные - это потенциальные образования, созданные в полном соответствии с нормами современного русского литературного языка.

2. Частично нестандартные – это новообразования, при создании которых произошло отступление от нормы, но это не порождает трудностей при определении лексического значения окказионализмов.

3. Нестандартные – это новообразования, семантическая интерпретация которых достаточно трудна, а отступление от нормы существенно.


Маяковский был новатором языка. Языковой образ говорящего в стихах Маяковского целиком строится как образ площадного митингового оратора. Маяковский сам декларировал это с навязчивой настойчивостью — от проповедника улицы, «крикогубого Заратустры» в первой его поэме до «агитатора, горлана, главаря» в последней. Маяковский и в реальном поведении старался вписываться в этот образ — отсюда его страсть к публичным выступлениям, свойский тон и зычный голос перед публикой, многократно описанный мемуаристами. Из этого образа могут быть выведены все черты поэтики Маяковского. Стих без метра, на одних ударениях, — потому что площадной крик только и напирает на ударения. Расшатанные рифмы — потому что за этим напором безударные слоги стушевываются и неточность их созвучий не слышна. Нарочито грубый язык — потому что на площадях иначе не говорят. Нововыдуманные слова, перекошенные склонения и спряжения, рваные фразы — как крушат старый мир, так взламывают и язык старого мира. Гиперболические, вещественно-зримые, плакатно-яркие образы — чтобы врезаться в сознание ошалелой толпы мгновенно и прочно. Все черты поэтики Маяковского возникли в литературе русского модернизма до него, но только у него получили единую мотивировку, которая сделала их из экспериментальных общезначимыми.

В данной работе мы остановились на одной из составляющих идиостиля Маяковского – окказионализмах.

Мы исследуем в данной работе лексические окказионализмы, взятые из двух поэм Маяковского: «Облако в штанах» (дооктябрьская) и «Владимир Ильич Ленин» (послеоктябрьская).

Мы провели словообразовательный анализ выявленных лексических окказионализмов по следующим принципам:

поиск узуальной мотивирующей основы (или мотивирующих

основ);

выявление и семантическая характеристика словообразовательного

средства;

определение способа словообразования, продуктом которого

является окказионализм;

построение словообразовательной модели, по которой создан

окказионализм;

определение степени окказиональности данного новообразования.


В «Облаке» мы насчитали 74 окказионализма, в «Ленине» - 49. В поэме, написанной в послеоктябрьский период творчества, поэт меньше употребляет окказиональных слов. От «Облака» к «Ленину» убывает количество окказиональных глаголов и возрастает – число имен существительных и прилагательных. Стиль становится статичнее, бурный темперамент самовыражения уступает место технике агитвоздействия.


Окказионализмы-существительные.

Среди существительных с первого же взгляда выделяются две группы окказиональных существительных: увеличительные и уменьшительные, часто в рассчитанном контрасте: я думал, ты — всесильный божище, а ты недоучка, крохотный божик; кто сейчас оплакал бы мою смертишку в трауре вот этой бесконечной смерти; на рублях колес землища двигалась; покрывая детвориный плачик. Суффиксы такого рода очень продуктивны, поэтому некоторые слова, которые в ином контексте, может быть, и не ощущались бы как окказиональные, в «Облаке» явно приближаются к ним: кулачищ замах, обугленный поцелуишко. К собственно уменьшительным приближаются суффиксы для обозначения детенышей — именно в этом смысле в «Облаке» противопоставляются миллионы ОГРОМНЫХ чистых любовей и миллион миллионов МАЛЕНЬКИХ грязных любят; ср. МАЛЕНЬКИЙ смирный любеночек. К увеличительным, в свою очередь, приближается суффикс в слове желтоглазина. Художественная функция этих гиперболизирующих средств языка очевидна: они работают на образ мира Маяковского, оппозиция «большой — малый» — простейший способ подчеркнуть его величественность.

^ Отглагольные существительные с нулевым суффиксом: грозящих бровей морщь; в плаче и всхлипе; каждой капле слезовой течи; телеграф охрип от гуда; земля дрожит от гуда (вместо: наморщивание, всхлипывание течение, гудение). Художественная функция здесь та же: вместе с суффиксом –ени-/-ани- ликвидируется главный признак отглагольности, действие как бы превращается в предмет.

Маяковский был склонен к лексическому радикализму (лексические радикалы – безаффиксные существительные), любил безаффиксные слова, ощущая их смысловую упругость, энергию чистой значимости. Поэзия любит такие слова, потому что в них внутренняя образная форма слова выражает себя цельно. Стремление к радикализму было свойственно и А.Пушкину, за что его в свое время критиковали. В статье «Опровержение на критики и замечания на собственные сочинения» Пушкин отстаивал народность таких слов, адресуя критиков к изучению старинных песен, сказок для совершенного знания свойств русского языка. В.Даль также отмечал, что морфологическая громоздкость многих русских слов вовсе не в характере народной речи. Народная речь, по Далю, как раз и стремится в отборе слов к предельной краткости и морфологической простоте.

Особую группу, характерную только для «Облака», составляют субстантивации прилагательных. Субстантивации прилагательных знакомы русской поэтической традиции, но здесь они применяются к более «земным» образам: звон свой спрятать в мягкое, в женское; тучи и облачное прочее подняло на небе качку. В позднейших стихах Маяковского такое словообразование исчезает.

Остальные типы существительных единичны. Обозначений лиц больше в «Ленине» (пролетариатоводец; заступник и расплатчик; подготовщиком цареубийства), чем в  «Облаке» (голгофник). Остальные — это венецианское лазорье; мушиное сеево; жевотина старых котлет. Изолированный случай — раздвоение названия: у Иванова уже у Вознесенска каменные туши. Напоминает фольклорный прием.

Окказиональные прилагательные.

Среди прилагательных в обеих поэмах самые заметные — притяжательные: в «Облаке» их больше четверти, в «Ленине» почти половина: в хорах архангелова хорала; над тюремной капиталовой турой; капиталовы твердыни; коммунизмовы затоны; на капле слезовой течи; с шагом саженьим; небье лицо; слоновий клык; с флажьих покрасневших век; сатрапья твердость; детвориный плачик; губы вещины. Вместо «человеческий» Маяковский настойчиво пишет: человечий (в человечьем месиве; настоящий, мудрый, человечий ленинский огромный лоб).

Другая заметная группа прилагательных (около трети их количества) — сложносоставные:

от сочетаний существительных с числительными (стоглазое зарево; класс миллионоглавый; Ильич семнадцатигодовый),

от сочетания существительных с прилагательными (потноживотные женщины),

от сочетаний существительных с существительными (слова проклятья громоустого; крикогубый Заратустра; задолицая полиция; заступник солнцелицый).

Чтобы этот прием стал ощутимее, деформируется соединительный шов: в четыре-этажных зобах; в сорокгодовой таске (оба случая — в «Облаке»).

Далее следует ряд прилагательных с суффиксом -аст-: кудластый (бог); этот, за тобою, крыластый; крыластые прохвосты; худой и горбастый рабочий класс; в блохастом грязненьке. Вместо кудлатый, горбатый, крылатый. Видимо, суффикс –аст- указывает на более сильную степень качества, чем -ат-, и тем самым способствует гиперболизации образа мира Маяковского.

Тому же служат уменьшительные суффиксы: идите, голодненькие, потненькие, покорненькие.

Остальные суффиксы единичны: пол ампиристый (суффикс – ист-), потолок рококовый (суффикс – ов-); стекло окошенное (суффикс –енн-). Они, видимо, работают только на образ разламываемого языка.


^ Окказиональные глаголы.

Среди глаголов четко различаются две группы:

1. приставочные образования, в подавляющем большинстве отглагольные,

2. бесприставочные, от других частей речи.

Доля приставочных образований, более легких, со временем убывает: в «Облаке» - 18, в «Ленине» только 9.

Круг предпочитаемых приставок тоже меняется: в «Облаке» это вы-, из-, об-, в «Ленине» это раз-.

Характерны для «Облака»: выстонать, выпеть, выплясать, вымолиться, вылюбить («Любовница, которую вылюбил Ротшильд»); изъиздеваться, изодраться, изругаться, исслезить, исцвести («губ неисцветшую прелесть») испешеходить, изъязвить; обрыдать, окапать, оплясать, обжиреть, обсмеять, огромить.

Нехарактерны: наслезнить, перехихикиваться, размозолеть, свиться. Характерны для «Ленина»: развихрить, размозолить, рассиять, раззвенеться, рассинеться.

Нехарактерны: встучнетъ, вымычать, довидеться, обдрябнуть.

Даже по этому списку видно, что семантика новообразованных глаголов в «Облаке» и «Ленине» различна: в «Облаке» это доведение действия до предела (вы-, из-) и охват со всех сторон (об-), в «Ленине» — распространение действия во все стороны (рас-).

В «Облаке» глаголы динамичнее и напряженнее, в «Ленине» спокойнее и увереннее.

Гиперболизация действий так же характерна для мира Маяковского, как и гиперболизация предметов; в «Облаке» перед нами один оттенок этой гиперболизации, в «Ленине» другой.

Из этих 31 приставочных глаголов 6 образованы не от глагола, а от существительного, и 1 от прилагательного.

От существительных: ленинские лозунги развихрь; грудь испешеходили; мир огромив мощью голоса (от «гром», не от «громить»); долго ходят, размозолев от брожения, каждый труд размозоливая лично; золото и грязь изъязвили проказу («распространили покрывающую язвами проказу»: от «язва», а не от «язвить»).

От прилагательного: глаза наслезненные бочками выкачу ( от «слезный», не от «слеза»).

Явный стилистический оттенок имеет употребление приставочной формы об- вместо о-: обсмеянный, как анекдот; обжиревший, как любовница: капитализм разбух и обдряб. С приставкой о- эти глаголы не были бы неологизмами. Форма об-привносит в них оттенок грубости (ср. соотношение надсмехаться — насмехаться) и этим работает на создание образа автора. Такая форма позволяет энергичнее и ярче выразить экспрессию неодобрения автора. Противоположный стилистический оттенок, возвышенность — только один раз, иронически о торжествующем капитализме: встучнел.

Бесприставочные глаголы преимущественно образованы от существительных: небо иудит; ночь по комнате тинится; мысли морщинят кожей; город глыбил пуза касс; капитал рос и креп, штыками иглясь.

От прилагательных образованы: гнев густится в тучи; милел людскою лаской; то ли от прилагательного, то ли от существительного — дождинки гримасу громадили.

От глагола, посредством возвратной частицы -ся: зашвырнувшись в трактирные углы. Заключение.

Таким образом, окказионализмы поэта образуются в пределах 3 важнейших частей речи: существительного, прилагательного, глагола. Характерно преобладание окказионализмов глаголов, способствующих передачи динамики, энергии.

Выявлены и описаны способы образования окказиональных слов поэзии Маяковского. Они образованы стандартными способами словообразования, частично нестандартными, а также по собственно окказиональным способам словообразования. Образование новых слов по окказиональным способам характерно для всех частей речи.

^ Частично нестандартное образование окказионализма – глагола «новородить».

От причастия-прилагательного «новорожденный» любопытным образом реконструируется глагол: каждое слово душу новородит.

Глагол изъязвить образуется не от глагола язвить, а от существительного язва приставочно-суффиксальным способом. Так же образуются глаголы испешеходить, развихрить, огромить.

Деформируется соединительный шов при образовании окказиональных прилагательных от сочетаний числительного с существительным: в четыре-этажных зобах; в сорокгодовой таске.

Нестандартным способом образуется существительное «склянь».

Бессуффиксным способом образуется отыменное существительное: упираются небу в склянь горы, каторги и рудники: здесь «склянь» явно означает нечто вроде «стеклянность».

Интересное отглагольное образование: земли с еще большей болью не довиделось видеть мне — здесь скрещиваются пассивный оборот «не довелось видеть» и активный «видел — не довиделся».

Большинство отыменных новообразований В.Маяковского появилось суффиксальным способом и сложением. Глагольные окказионализмы продуктивно образовывались приставочным способом. При этом поэт использовал весьма ограниченный круг приставок (в-, вз-, раз-, об-).

Для окказиональных прилагательных поэта характерно употребление относительных в значении притяжательных.

Роль глагола в стилистическом разграничении и семантической экспрессии словообразования более активна, чем имени. Окказиональные глагольные новообразования как стилистическое средство согласуются с приемами экономии речевых средств. Максимальная семантическая насыщенность слова при минимуме формальных средств выражения достигается такими способами словообразования, как: префиксация, суффиксация, сложение.

Среди изученных окказионализмов есть однокоренные:

слеза – слезный – наслезненный;

слеза – слезовый;

слеза – (слезить) - исслезить.

Словообразовательные цепочки составляют окказиональное словообразовательное гнездо с опорным словом «слеза». Поэт как бы заполняет потенциально существующие, но по каким-то причинам не заполненные в языке словообразованиями существительного «слеза» словообразовательные ячейки.

В словообразовательном гнезде с опорным словом «стекло» восполняется незаполненная ячейка: стеклянность - склянь - склянка.

В ходе исследования подтверждена исходная гипотеза: В.В.Маяковский использовал самые разнообразные способы образования окказионализмов, его творческий потенциал широк.

В результате пришли к выводу: активное словотворчество поэта направлено на создание динамичного, гиперболичного образа мира, подчеркивание недостаточности старого языка (словаря) и широты, богатства нового.

От словообразовательного анализа окказионализмов мы намерены обратиться к их семантическому анализу, который предполагает:

анализ словарной статьи узуального мотивирующего слова с целью выявления сем, перешедших в семантику окказионального слова;

выявление сем, возникших в результате окказионального скрещения мотивирующей основы и словообразовательного средства;

выявление сем новообразования, которые являются контекстуально обусловленными;

характеристика семантического поля (ядерные и периферийные семы) новообразования;

формулирование лексического значения новообразования.

характеристика функциональной значимости окказионализма в поэтическом тексте.

В итоге структурно-семантического анализа окказионализмов В.Маяковского предполагаем составить словарик окказионализмов на основании следующих принципов:

Словарь должен быть не только толковым, но и словообразовательным;

В словаре должны найти отражение стандартные и нестандартные типы индивидуального словообразования.

В словаре должен быть выяснен вопрос о месте окказионализмов в

языковой системе.

В словаре по возможности должно быть отражено функционирование

окказионализмов в поэтической речи.

Словарь должен отражать историю окказионализма (авторство, время

создания, название произведения).


Пример словарной статьи:

Склянь – то же, что стеклянность.

Упираются небу в склянь горы, каторги и

рудники. Маяковский В.В., «Облако в

штанах», 1914 г.

Безаффиксное существительное от

прилагательного стеклянный (или

существительного стеклянность).