Реферат: Признание и приведение в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)

Федеральное агентство по образованию РФ

Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования

«Уральская государственная юридическая академия»

Институт Юстиции


Кафедра гражданского процесса


Признание и приведение в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)


Допустить к защите. Дипломная работа
Зав. кафедрой Ярков В. В. студента 512 группы ИЮ
"___" ___________ 2006 г. Шакирова Руслана Альбертовича


Научный руководитель:
кандидат юридический наук, доцент
Загайнова Светлана Константиновна


Екатеринбург, 2007 г.

Оглавление


Введение…………………………………………………………………………...3


Глава I. Понятие признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)………….5


Глава II Основания (предпосылки) признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей).


§ 1 Международный договор как основание для признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)…………………………………………………………………..…18


§ 2 Принцип взаимности как основание для признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)……………………………………………………………………..35


Глава III Процедура признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей).


§ 1 Правовые режимы признания и исполнения решений иностранных судов……………………………………………………………………………...49


§ 2 Возбуждение и подготовка к судебному разбирательству дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)…………………………………………………50


§ 3 Рассмотрение дел о признании и приведении в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)………...58


Заключение……………………………………………………………………….74


Список литературы………………………………………………………………76


Введение


Актуальность темы дипломной работы определяется необходимостью создания эффективного правового механизма признания и приведения в исполнение решений иностранных судов на территории Российской Федерации. На современном этапе одним из наиболее приоритетных направлений во внешней политике нашего государства является установление нового уровня взаимоотношений со странами мирового сообщества, основанного на углублении торгово-экономических и культурных связей между участниками интеграционного процесса. В качестве непременного условия для успешной практической реализации поставленной задачи, называется закрепление в действующем законодательстве Российской Федерации правовых гарантий, позволяющих обеспечить надлежащую защиту субъективных прав и законных интересов зарубежных партнеров. Поэтому возникает потребность в признании правового действия зарубежных судебных решений на территории Российской Федерации, а в отдельных случаях в исполнении таких решений посредством использования мер государственного принуждения. В этой связи одним из важнейших направлений в развитии отечественного законодательства, которое призвано способствовать расширению международного сотрудничества Российской Федерации с иностранными государствами, является усовершенствование порядка защиты уже подтвержденных зарубежным судебным решением субъективных прав граждан и юридических лиц, а следовательно признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных арбитражей. Принятие новых процессуальных кодексов Российской Федерации, в которых вопросы признания и исполнения решений иностранных судов получили самостоятельную регламентацию, следует считать еще одним доказательством актуальности рассматриваемой темы. Кроме того, в последнее время ведется активная работа по развитию международно-правового сотрудничества с зарубежными государствами, с которыми ранее Российской Федерацией не были заключены договоры об оказании правовой помощи.

Целью работы является анализ действующего законодательства, судебной практики, научных работ, касающихся признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей), а так же определение подходов и главных направлений развития правоотношений по признанию и приведению в исполнение иностранных решений. Особенно с учетом того, что ни в судебной практике, ни среди ученых нет единого подхода к вопросам признания и приведения в исполнение иностранных решений, особенно это касается оснований для признания и приведения в исполнение иностранных решений. Поэтому в работе будут рассмотрены различные точки зрения ученых и сделаны выводы о возможных путях решения существующих проблем, связанных с признанием и приведением исполнением решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей).

Структура дипломной работы обусловлена целями и задачами исследования. Она состоит из введения, трех глав, включающих пять параграфов, заключения, списка использованных нормативно-правовых актов и научной литературы.


^ Глава I. Понятие признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)


В международном гражданском процессе наиболее существенным является вопрос признания и исполнения иностранного судебного решения, так как именно на этой процессуальной стадии происходит окончательное урегулирование спорных отношений в форме материального удовлетворения требований истца. Однако практическое решение этого вопроса сложно, поскольку судебное решение, будучи актом публичной власти одного государства, принятым в пределах ее юрисдикции, должно быть признано и исполнено на территории другого государства, т.к. действие судебного решения вынесенного на территории одного государства ограничено его территориальными пределами. В силу общепризнанных принципов международного права, а именно территориальной целостности и суверенного равенства государств, признание и исполнение иностранного судебного решения на территории какого-либо государства возможно лишь на основании соответствующих норм национального законодательства или международного договора.

Признание и исполнение решений иностранных судов - понятия неравнозначные. Некоторые судебные решения требуют лишь признания (например, решение суда о расторжении брака), другие - также совершения исполнительных действий (например, решения по искам о присуждении).

Понятие признания и приведения в исполнение иностранных судебных решений играет ключевую роль при решении многих вопросов, возникающих в связи с реализацией иностранных судебных постановлений. Без четкого определения содержания и объема названных категорий невозможно решение многих важных задач, среди которых выработка единого подхода к объектам признания и приведения в исполнение. Необходимо отметить, что отсутствие в России закрепления этих понятий на законодательном уровне, разность подходов к данным категориям в разноуровневых нормативных источниках имеют ряд негативных последствий и могут повлечь за собой трудности, связанные с применением норм соответствующих глав гражданского и арбитражного процессуального кодексов. Попытка определения понятий признания и исполнения иностранного решения может быть встречена в международных соглашениях России. В частности, согласно ст. 19 Договора между РФ и КНР о правовой помощи по гражданским и уголовным делам от 19.06.1992, посвященной "юридической силе признания и исполнения", признание или исполнение судом одной Договаривающейся Стороны решения суда другой Договаривающейся Стороны имеет такую же силу, как и признание или исполнение решения суда этой Стороны. Однако приведенное определение сложно признать удачным.

Прежде чем перейти непосредственно к содержанию терминов признания и приведения в исполнение иностранных решений, целесообразно остановиться на выработанных западными и российскими исследователями теоретических положениях, лежащих в основе определения названных понятий.

Согласно теории распространения действия, иногда называемой теорией распространения последствий иностранного решения, признание судебного решения имеет своим следствием наделение его таким же действием, какое оно имеет в государстве, на суверенной территории которого судебное решение было вынесено. Критикуя данную теорию, исследователи совершенно справедливо отмечают, что, поскольку в различных правовых системах действие судебных решений очень многообразно, наделение иностранного решения тем же действием, что и в стране, где оно было вынесено, может иметь непредсказуемые последствия. Например, во Франции вынесенное против основного должника судебное решение одновременно имеет эффект и против поручителя, однако сложно говорить о допустимости наделения французского решения подобными свойствами и в России.

По названной выше причине более предпочтительной и практикуемой является теория кумулятивности, обозначаемая также как теория ассимиляции. На основе данной теории распространение действия иностранного судебного решения возможно только до пределов, в которых действует соответствующее, аналогичное решение, вынесенное внутри признающего государства. Действительно, объектом признания и приведения в исполнение всегда выступает конкретный юрисдикционный акт. Вполне логично, что признающее государство, которое в рамках конкретного дела фактически подменяет иностранным судебным актом, подтверждающим права и обязанности сторон, собственный акт, не должно наделять признаваемый иностранный судебный акт большими последствиями, нежели при внутригосударственном разрешении того же дела. В связи с этим иностранные судебные решения в Российской Федерации не могут наделяться действием более широким, чем российские судебные постановления.

Одновременно нужно учитывать, что, если объективные и субъективные пределы действия иностранного судебного решения ограничены по сравнению с пределами действия российских судебных актов, действие иностранных судебных актов в случае их признания в России должно распространяться до пределов действия в государстве, на территории которого иностранный судебный акт был вынесен.

В качестве положительного примера подобного положения вещей может быть приведена статья 84b Закона Австрии 1896 года "Об исполнительном производстве и о принятии мер по обеспечению требований" (Уставе исполнительного производства). В названной статье зафиксировано правило, согласно которому после вступления в законную силу объявления принудительного исполнения иностранный исполнительный документ следует рассматривать как местный (австрийский). Однако ему придают действие не большее, чем то, которое он имеет в государстве его происхождения1.

Таким образом, при определении содержания понятий признания и приведения в исполнение иностранных судебных актов в основу более правильно положить теорию кумулятивности (ассимиляции) с оговоркой о том, что при признании иностранного судебного решения его действие не может выходить как за пределы действия судебных актов признающего государства, так и за пределы, которые оно имеет в государстве происхождения.

Принципиальные расхождения при определении понятий признания и приведения в исполнение иностранных решений российскими авторами, написавшими свои работы в разное время, отсутствуют. При этом раскрытие содержания понятия признания иностранного решения в основном осуществляется посредством категорий юридических качеств, законной силы и правового действия иностранного решения. К наиболее известным российским авторам можно отнести Ануфриеву Л.П., Богуславского М.М., Марышеву Н.И., Нешатаеву Т.Н., Сорокину С.С. и других.

Несколько иные подходы к раскрытию и разграничению исследуемых категорий могут быть встречены в работах зарубежных авторов. Проводя различие между понятиями признания и приведения в исполнение, Джонатан Хилл указывает, что признание иностранного судебного решения является пассивным в том смысле, что не требует от суда страны, где признание требуется, каких-либо активных действий. Приведение в исполнение, с другой стороны, требует от суда страны, где должно происходить исполнение, активных шагов по разрешению исполнения иностранного решения против активов должника2.

Питер Стоун отмечает, что приведение в исполнение иностранного решения означает, что судебное решение, которое было вынесено судом одной страны (страны происхождения решения), возлагающее на сторону обязанность выполнить определенные действия либо воздержаться от выполнения конкретных действий, будет являться тем актом, сообразно которому суды и иные органы власти другой страны (страны признания решения) будут действовать в целях обеспечения согласованности своих действий с обязательствами, установленными иностранным решением1.

Согласно определению Кристофера Вадлоу признание иностранного решения означает тот статус, которым иностранное решение наделяется законом и за получением которого могут следовать определенные правовые последствия2.

Помимо приведенных формулировок не может быть оставлено в стороне и используемое в рамках европейского союза понятие официального признания иностранного решения, сущность которого была раскрыта Судом европейских сообществ, указавшим, что иностранное судебное решение, вынесенное в одном из договаривающихся государств, должно иметь такое же действие в государстве, где оно должно быть официально признано3.

Приведенные определения в большинстве своем имеют скорее практический, нежели научный характер. И хотя данное обстоятельство не следует относить к их недостаткам, для уяснения сути исследуемых категорий они должны быть подвергнуты анализу с разных сторон.

Анализ совокупности выработанных определений позволяет выделить основные черты признания и приведения в исполнение иностранных судебных актов. Прежде всего следует согласиться с тем, что признание иностранного судебного решения представляет собой юридический акт, которым суверенное государство выражает свое отношение к актам иностранной юстиции, распространяя их действие на собственное правовое пространство. При этом вопреки позиции, согласно которой иностранные судебные решения признаются и исполняются в России только ее судами, свое отношение к иностранным судебным актам государство может выразить различными правовыми средствами.

Направленный на признание иностранного судебного решения акт государства может быть выражен вовне не только посредством судебного санкционирования такого признания, но и иными способами. В частности, посредством закрепления допустимости такого признания в законе либо международном договоре Российской Федерации во внесудебном порядке. В связи с этим возможны редкие ситуации, при которых исполнение судебных решений, вынесенных в другой стране, будет осуществляться в том же порядке, в каком исполняются решения внутригосударственных судов.

Так, национальный режим исполнения судебных актов предусмотрен Соглашением между Российской Федерацией и Республикой Беларусь о порядке взаимного исполнения судебных актов арбитражных судов Российской Федерации и хозяйственных судов Республики Беларусь, на основании ст. 1 которого судебные акты компетентных судов не нуждаются в специальной процедуре признания и исполняются в том же порядке, что и судебные акты судов своего государства, на основании исполнительных документов судов, принявших решение1. Подобное положение вещей отнюдь не означает, что такие судебные решения исполняются автоматически, минуя процедуру их признания. Юридический акт признания и дачи согласия на исполнение таких решений находит внешнее выражение посредством заключения государством соответствующего международного договора, устраняющего необходимость обращения в судебные органы в целях признания иностранного решения и приведения его в исполнение.

К сторонникам противоположной позиции может быть отнесена Т. Морщакова, которая указывает, что главное в Соглашении с Республикой Беларусь - устранение процедуры признания судебных актов другой стороны. Хотя можно предположить, что в данном случае автор имела в виду именно судебное признание1.

Далее следует подробнее остановиться на последствиях признания государством иностранного судебного решения. Целью любого судебного разбирательства в той или иной мере является "упорядочивание общественных отношений", защита прав физических и юридических лиц. Иными словами, правоприменительный акт, вступившее в силу судебное решение ликвидируют существующий между сторонами спор, конкретизируя права и обязанности сторон, признавая за стороной, в пользу которой состоялось решение, бесспорное право с возможностью его принудительной реализации. В то же время решением об отказе в иске может быть признано и отсутствие на ответчике какой-либо обязанности, на выполнении которой настаивает истец.

Однако до момента признания иностранного решения говорить о ликвидации существующего между сторонами, находящимися под юрисдикцией признающего государства, спора достаточно сложно. Как справедливо указывает А.И. Муранов, основанное на иностранном судебном решении право может считаться существующим только после того, как будет разрешено приведение данного решения в исполнение. До этого момента иностранное решение не наделяет каким-либо бесспорным правом или какой-либо обязанностью ни лицо, в пользу которого состоялось решение, ни лицо, против которого оно вынесено2.

Действительно, до момента признания иностранного судебного решения оно не наделяет стороны бесспорными правами и обязанностями. Однако национальное российское право, равно как и право других государств, отнюдь не относятся к состоявшемуся иностранному решению безразлично. В мире существует ярко выраженная, распространенная повсюду и известная всем правовым системам практика, ограничивающая повторное рассмотрение судами одинаковых дел, которая кратко может быть выражена так: "одно дело - одно разбирательство".

Трудно не согласиться с утверждением о том, что после полного и окончательного рассмотрения дела сторонам не должна предоставляться возможность возобновления процесса, даже в другой стране. Эта практика, нашедшая воплощение в доктрине res judicata, защищает стороны от пересмотра решений, которые были вынесены по результатам рассмотрения спора между ними компетентным судом. При этом в соответствии с данным общепризнанным принципом недопустимости повторного рассмотрения однажды разрешенного дела (принципом res judicata), дело не может быть рассмотрено заново не только при наличии национального решения по тождественному иску, но и решения иностранного государства.

Учитывая изложенное выше, можно прийти к выводу, что, фактически признавая судебное решение, государство выражает свое отношение к нему как к юридическому факту, с которым связывается возникновение, изменение или прекращение установленных иностранным судом правоотношений. В связи с этим признание иностранного судебного решения представляет собой юридический акт, которым суверенное государство, распространяя действие иностранного решения на собственную территорию, выражает свое отношение к нему как к юридическому факту, с которым связывается возникновение, изменение или прекращение установленных иностранным судом бесспорных правоотношений. При этом иностранное решение воспринимается как окончательное, что влечет за собой невозможность повторного рассмотрения того же спора, и наделяется такими же юридическими качествами, как и судебные акты признающего государства, однако пределы его действия не могут быть большими, чем те, которыми оно ограничено в стране происхождения.

В соответствии с данным определением понятия признания иностранного судебного акта в теории может быть выделено несколько видов такого признания. Западные исследователи отмечают, что признание иностранного решения может проявиться тремя способами: во-первых, приведением решения в исполнение, чему обязательно должно предшествовать признание; во-вторых, признание может применяться само по себе в отрицательном направлении, когда иностранное решение используется в качестве средства защиты против нового иска и, в-третьих, признание может действовать самостоятельно в положительной плоскости, например, для того чтобы установить право собственности.

Независимо от того, относить ли приведение в исполнение иностранного решения к отдельному виду его признания или считать данные категории самостоятельными, все судебные акты подлежат разграничению на две группы, а именно: подлежащие признанию и подлежащие признанию с приведением в исполнение. При этом в качестве основания классификации иностранных судебных актов на названные категории не может быть использован, как это часто бывает, исключительно критерий имущественного либо неимущественного характера спора, равно как и единственно критерий вида рассмотренного зарубежным судом иска - о признании или о присуждении.

Сложно не согласиться с тем, что признание само по себе без каких-либо дальнейших действий по исполнению судебного акта может требоваться, например, тогда, когда ответчик был признан исполнившим обязательство надлежащим образом решением суда одного из государств и посредством этого судебного решения хочет воспрепятствовать новому рассмотрению дела в другой стране. Нужно согласиться и с тем, что иногда доверие по отношению к иностранному решению может быть выражено в отрицательной плоскости в виде признания его в качестве средства защиты против нового иска на основе принципа res judicata.

Соответственно вполне логичным было бы признать, что основанные на нормах процессуального закона действия российского суда по прекращению производства по делу по иску, например, о взыскании денежной суммы, в случае установления судом наличия вынесенного ранее иностранным судом решения об отказе в тождественном иске, будут являться не чем иным, как признанием иностранного судебного решения, возможным в данном случае на основании соответствующего международного договора. При этом иностранное решение об отказе в иске о взыскании денежных средств, хотя и является решением по имущественному спору и решением по иску о присуждении, но не требует принудительного исполнения. Если приведение в исполнение иностранного решения по имущественному спору представляет собой позитивный процесс, то само по себе признание такого иностранного решения создает барьер для предъявления истцом нового тождественного иска в другом государстве.

В этой связи целесообразно проводить разграничение иностранных судебных актов на решения, требующие только признания, и решения, требующие одновременно признания и принудительного исполнения, исключительно по характеру самого решения безотносительно к критериям наличия имущественного спора и вида рассмотренного иска1.

Если же по характеру вынесенного иностранного судебного решения оно требует принудительного исполнения, то под приведением его в исполнение следует понимать юридический акт, которым суверенное государство, распространяя действие иностранного решения на собственную территорию, признает бесспорность установленных им прав и обязанностей сторон и санкционирует принудительное осуществление содержащихся в нем властных предписаний. То есть приведение иностранного решения в исполнение подразумевает одновременное признание иностранного решения с санкционированием его принудительной реализации, порядок осуществления которой закреплен в законодательстве об исполнительном производстве.

При этом, как и в случае простого признания иностранного решения, юридический акт по приведению иностранного судебного акта в исполнение может быть выражен не только с использованием судебных процедур, процедур выдачи экзекватуры, но и иными закрепленными в законе или международном договоре способами.

В современном мире существуют различные системы исполнения решений иностранных судов. Одна группа ученных выделяет две системы исполнения:

1. система экзекватуры;

2. система англо-американского общего права.

Другая группа ученых, представителем которой является Богуславский М.М., выделяет три системы исполнения иностранных решений:

1. В одних странах (например, в Италии) для исполнения судебного решения требуется проверка его правильности лишь с формальной точки зрения, а также установление непротиворечия его публичному порядку страны суда и выполнение ряда других условий;

2. В других странах (например, во Франции, Бельгии, ФРГ и ряде других европейских государств) необходима выдача экзекватуры. Под экзекватурой понимается вынесение судом после рассмотрения соответствующего ходатайства специального постановления о разрешении исполнения;

3. В третьей группе стран для судебных решений, вынесенных в странах, которые предоставляют взаимность в отношении исполнения решений, требуется регистрация решения в особом реестре (например, в Великобритании - в суде по гражданским делам Высокого суда). Регистрация, в свою очередь, возможна при наличии ряда условий.

Согласно ГПК Литвы 2002 г. в этой стране решения иностранных судов признаются и исполняются, если не имеется установленных в Кодексе общих оснований для отказа в таком признании и исполнении. Пересмотр решений по существу не будет допускаться и требование взаимности не устанавливается1.

В КНР согласно Закону о гражданской процедуре 1991 г. во всех, предусмотренных этим законом случаях (исполнение решения суда КНР против стороны, которая не находится на территории КНР, исполнение решения международного арбитражного органа (третейского суда), когда сторона или ее имущество не находится на территории КНР, признание и исполнение в КНР решения, принятого иностранным судом), исполнение может иметь место в соответствии с международным договором или на основании принципа взаимности (ст. 266 - 269).

И так, остановимся на наиболее значимых выводах, которые могут быть сделаны при определении содержания понятий признания и приведения в исполнение актов иностранных судов.

Во-первых, иностранные судебные решения в Российской Федерации не могут наделяться действием более широким, чем российские судебные постановления. При этом если временные, объективные и субъективные пределы действия иностранного судебного решения ограничены по сравнению с пределами действия российских судебных актов, действие иностранных судебных актов в случае их признания в России должно распространяться только до пределов действия в государстве, на территории которого иностранный судебный акт был вынесен.

Во-вторых, признание решения иностранного суда означает, что оно является подтверждением гражданских и иных прав и обязанностей наравне с решением национального суда. Приведение же в исполнение означает, что иностранное решение будет подвергнуто специальной процедуре по разрешению исполнения (например, выдача экзекватуры или регистрация в специальном реестре). Таким образом, признание иностранного судебного решения является необходимой предпосылкой его принудительного исполнения; для принудительного исполнения обычно устанавливаются дополнительные требования сверх тех, которые необходимы для признания решения.

В-третьих, признание иностранного судебного решения представляет собой юридический акт суверенного государства, который может быть выражен вовне не только посредством судебного санкционирования такого признания, но и иными способами, например, посредством закрепления процедуры автоматического признания в законе.

В-четвертых, разграничение иностранных судебных актов на решения, требующие только признания, и решения, требующие одновременно признания и принудительного исполнения, целесообразно проводить исключительно по характеру самого решения безотносительно к критериям наличия имущественного спора и вида рассмотренного иска.


Глава II Основания (предпосылки) признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)


§ 1 Международный договор как основание для признания и приведения в исполнение решений иностранных судов и иностранных третейских судов (арбитражей)


В российской правовой системе принципы признания и исполнения иностранных судебных решений и иностранных третейских решений (арбитражей) традиционно закрепляются в законодательных актах. Помимо Конституции РФ, где установлены основные принципы гражданского судопроизводства, и Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. "О судебной системе Российской Федерации1", положения в рассматриваемой области содержатся в ГПК РФ2, вступившем в силу с 1 февраля 2003 г. (гл. 45), и АПК РФ3, введенном в действие с 1 сентября 2002 г. (гл. 31). Ранее соответствующие правила были сосредоточены в основном в Указе Президиума Верховного Совета СССР от 21 июня 1988 г. "О признании и исполнении в СССР решений иностранных судов и арбитражей", который, после распада СССР, продолжал действовать в Российской Федерации. В отношении решений арбитражей действует также Закон РФ "О международном коммерческом арбитраже"4. Положения Указа Президиума Верховного Совета СССР послужили базой при формулировании норм обоих указанных Кодексов. Существенное значение имеет также Федеральный закон "Об исполнительном производстве".

Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации" установил норму о том, что "обязательность на территории Российской Федерации постановлений судов иностранных государств, международных судов и арбитражей определяется международными договорами Российской Федерации" (ч.3 ст.6).

Применение законодательных норм выявляет ряд проблем, привлекающих к себе внимание как практиков, так и теоретиков. Имеются в виду вопросы, относящиеся: во-первых, к кругу подлежащих признанию и исполнению иностранных судебных решений, во-вторых, к условиям, и, в-третьих, к порядку (процедуре) такого признания и исполнения. Причем это касается как тех решений, которые подлежат признанию и исполнению, так и тех, которые подлежат только признанию.

В каких случаях, т.е. при каких условиях, возможно признание и приведение в исполнение иностранного судебного решения в России? АПК и ГПК по-разному отвечают на этот вопрос. Согласно п.1 ст.241 АПК решения судов иностранных государств, принятые ими по спорам и иным делам, возникающим при осуществлении предпринимательской и иной экономической деятельности, признаются и приводятся в исполнение в России арбитражными судами, если признание и приведение в исполнение таких решений предусмотрено международным договором Российской Федерации и федеральным законом. Согласно п.1 ст.409 ГПК решения иностранных судов, в том числе решения об утверждении мировых соглашений, признаются и исполняются, если это предусмотрено международным договором Российской Федерации. Казалось бы, упоминание в п.1 ст.241 АПК о федеральном законе не меняет существа дела, так как основной акцент в обоих кодексах сделан на международном договоре как основании для признания и исполнения иностранного судебного решения, однако в действительности это совсем не так. Возможность признания и исполнения иностранного судебного решения на основании федерального закона означает введение нового основания для такого признания и исполнения, которое и закрепляется в отдельных федеральных законах.

Следовательно, принципиально важный вопрос о круге подлежащих исполнению в России иностранных судебных решений и в ГПК РФ, и в АПК РФ решается в зависимости от того, имеется ли со страной, суд которой вынес решение, международный договор на этот счет (ст. 409 ГПК, ст. 241 АПК). Оба Кодекса опираются на положение ч. 3 ст. 6 Федерального конституционного закона "О судебной системе Российской Федерации", согласно которой "обязательность на территории РФ постановлений судов иностранных государств, международных судов и арбитражей определяется международными договорами Российской Федерации". Законодатель, как видно, не отступил от применявшегося в России и ранее принципа, хотя при разработке АПК и ГПК высказывались и обосновывались предложения о допущении исполнения решений иностранных судов и при отсутствии международного договора, если в отношениях с соответствующей страной соблюдена взаимность.

Санкционирование принудительной реализации иностранных судебных постановлений зачастую воспринимается как некая услуга, оказываемая иностранному государству за счет умаления собственного суверенитета. К сожалению именно такое восприятие превалирует в России, на что указывает сегодняшнее состояние регулирования рассматриваемой сферы отношений, которое зачастую не оправдывает ожиданий не только иностранных, но и российских граждан и организаций.

Сегодня существует ситуация, при которой иностранное судебное решение по делу о присуждении, вынесенное против иностранного субъекта в пользу Российского резидента, встретит законодательные препятствия при приведении его в исполнение на территории России. Получается, что, ставя барьер неблагоприятным иностранным решениям, одновременно отсекается возможность признания выгодных для России судебных актов иностранного происхождения, а также собственные судебные постановления лишаются свойства исполнимости вне пределов страны. Такое положение вещей сложно признать правильным, и, образно выражаясь, на смену барьеру должен быть поставлен фильтр, позволяющий избирательно подходить к решению обозначенных вопросов.

В теории судебная процедура признания и приведения в исполнение иностранных решений может быть условно разделена на два этапа1. Первый из них представляет собой проверку наличия предпосылок, наиболее общих позитивных правовых условий для признания. При установлении наличия таковых должна быть проведена представляющая собой второй этап проверка отсутствия негативных условий, служащих основаниями для отказа в признании и приведении в исполнение, несмотря на наличие общих условий.

Буквальное толкование ст. 409 ГПК РФ и ст. 241 АПК РФ служит подтверждением обоснованности вывода о том, что если международным договором не предусматривается возможность признания и исполнения на территории России решения иностранного суда, то это исключает совершение данных действий2.

Таким образом, важнейшей предпосылкой для признания и приведения в исполнение актов иностранных судов в России является наличие двустороннего либо многостороннего международного договора, предусматривающего такую возможность, либо федерального закона, который прямо говорит о допустимости признания и приведения в исполнение иностранных решений в отсутствие международного договора.

Существуют примеры отказа в признании иностранных решений по мотивам отсутствия международного договора. Так, Определением от 9 января 2003 г. по делу N А26-7934/02-15 Арбитражный суд Республики Карелия отказал в признании и приведении в исполнение решения суда г. Осло, обосновав отказ отсутствием международного соглашения о признании решений государственных судебных органов.

В современной отечественной юридической литературе все чаще высказываются суждения о допустимости признания и приведения в исполнение в России актов иностранных судов в отсутствие соответствующего международного договора на началах взаимности. Например, Г. Комарова, являющаяся судьей Арбитражного суда г. Москвы, прямо указывает, что приведение к исполнению ин