Реферат: Режиссер: Лаура Гроза. Спектакль: «Я – Фрида Кало». Где идет: театр «Дайлес». Два случая из жизни фриды кало

Режиссер: Лаура Гроза.

Спектакль: «Я – Фрида Кало».

Где идет: театр «Дайлес».


ДВА СЛУЧАЯ ИЗ ЖИЗНИ ФРИДЫ КАЛО


Мексиканская художница Фрида Кало любила повторять, что в ее жизни было два несчастных случая. Когда она попала под трамвай и когда женилась на Диего Ривера. Об этом Фрида говорит весь спектакль.

Он начинается необычно. Войдя в зал, поражаешься, как красиво обустроена сцена. Над полом как будто парит огромный прозрачный кокон. Мне кажется, я эту аллегорию понял: потом станет ясно, что хрупкая Фрида живет не как все, твердо стоя на ногах, а почти в буквальном смысле держась за воздух. В коконе весь ее мир – картины, мастерская, инвалидная коляска. Фрида парализована и передвигаться может только на колесах.

Кстати, коляска у нее допотопная – этот экзотический музейный экспонат зритель будет с любопытством разглядывать на протяжении всего спектакля. На этом здесь все и строится – на разглядывании. Не так важно, что Фрида говорит, как то, как она выглядит, что она делает и в каком интерьере все это происходит.

Интерьер тоже экзотический – напоминает алтарь мексиканского храма. Потому что все происходит в Мексике. Народный колорит превращает спектакль в сказку. И то, что Фрида без конца примеряет яркие платья, и, как заколдованная что-то рассказывает, смеется и азартно матерится, пьет текилу и курит – это тоже превращается в какой-то эпатажный мексиканский орнамент. Вот так они жили – эти два латиноамериканских художника с мировым именем. С шизофреническими капризами и вывертами, от которых близкие хватались за голову.

Фрида о своих трагедиях рассказывает нам со смехом, перцем и солью. Диего Ривера, вулканообразный чудак, был для нее и мужем, и любовником, и ребенком. Наверное, нет женщины, для которой первые два рано или поздно не переходили бы в третью ипостась. Тем более, если у нее нет детей. А детей у Фриды нет: пережить два таких несчастных случая и заиметь детей было для нее немыслимо.

Да, так с чего начинается спектакль? Мы, в своей провинции у моря, стремимся быть современными, а современных вещей часто не понимаем. Когда зрители расселись по местам и налюбовались прозрачным коконом с мексиканской экзотикой, и уже стал меркнуть свет, какая-то женщина на правом фланге зала неожиданно встала и, размахивая чем-то в бумаге, тревожно заговорила. Сперва тихонько, потом все громче…

Зал занервничал. Кто-то даже возмутился – что это, дескать, такое… А это был всего лишь маленький перфоманс с куклой-перевертышем. В свертке оказалась театральная кукла: головой вверх повернешь - девочка в нарядном платье, наоборот – скелет в белом саване. Талантливейшая актрисой Резия Калниня этой виньеткой к спектаклю задала тему и, раззадорив зрителя, вдруг проникла в кокон. Начался моноспектакль.

Труднейшая, между прочим, задача. Надо все время, находясь перед зрителем на расстоянии вытянутой руки и даже ближе, держать его в напряжении. Резия Калниня провела спектакль блистательно. У нее вообще что ни роль – судьбы одна сложней другой. Под этим строго биографическим спектаклем Фрида Кало, пожалуй, не отказалась бы поставить свою подпись, как на собственной картине. Зритель в крохотном зале заворожено не отрывал от нее глаз. А когда подвыпившая Фрида поднялась вдруг с коляски, хотела шагнуть и вдруг рухнула на пол, кто-то из сидевших рядом мужчин импульсивно вскочил ей на помощь. Вот так играет Резия Калниня.

Это не кинофильм, здесь все вживую. Кстати, видевшие такой же кинофильм о художнице, я знаю, смотрели этот спектакль тоже с интересом. Да и мало у нас таких постановок, где день сегодняшний тесно сочетается с давними 30-50-ми годами. И чтобы в них живо звучали многим еще знакомые имена - Пикассо, Кандинский, Троцкий и др.

А еще картины Фриды - очень яркие, экзотические. Кстати, Кало фигура серьезная. Уже при жизни ее работа была выставлена в Лувре. А посмертно они стоили миллионы. В спектакле все тоже построено на том, что Фрида собирается отправиться в городскую художественную галерею на персональную выставку. И вот, пока ее одевают и она прихорашивается, все и происходит. Фрида вспоминает свою жизнь… Только, если в кинофильме ее воспоминания оживают в реальных кадрах, здесь все иначе – Фрида просто рассказывает. Очень эмоционально, живописно, трогательно, чуть-чуть эпатируя при этом публику.

Ее с Риверой называли детьми революции. Они бредили Марксом, бывали в Москве. Революция стала их знаменем, мечтой, смыслом жизни. В мыслях о революции художница находила силы, чтобы продолжать жить и работать. Несмотря на частые боли, она держалась стойко. В пьесе Глории Монтеро и в спектакле тоже марксизм и революционный дух Фриды и Диего воспринимаются как само собой разумеющиеся вещи без какого бы то ни было намека на то, что это вчерашний день или пропаганда красного террора. И что удивительно, латышский зритель воспринимает это как должное. Без тени сомнения и недоверия.

Гарри Гайлит.