Реферат: Новые научные парадигмы в казахстанской науке о русском языке

НОВЫЕ НАУЧНЫЕ ПАРАДИГМЫ В КАЗАХСТАНСКОЙ НАУКЕ

О РУССКОМ ЯЗЫКЕ


Сулейменова Э.Д.

Республика Казахстан, г. Алматы

Казахский национальный университет им. аль-Фараби


Введение

Современное языкознание характеризуется постоянно расширяющимися представлениями об объекте своего исследования, "вторжением" (иногда весьма агрессивным) в иные, чем собственная, исследовательские области, использованием методологии и методов смежных наук, заметными достижениями в прикладных областях и др. Все вместе заставляет по-иному оценить место и значение языкознания: сегодня недостаточно говорить о том, что языкознание – это одна из общественных наук. Языкознание в настоящее время обеспечивает успешное решение насущных задач и в известной мере прогресс, например, в областях, связанных с обработкой и хранением громадных массивов знаний, с эффективностью программного и информационного обеспечения.

Как и когда произошли эти изменения? Ведь всегда было принято считать языкознание наукой сугубо гуманитарной и кабинетной, связанной лишь с описанием языка и его единиц. С чем же связаны столь энергичные сдвиги в системе наук, когда лингвистика становится все более и более прикладной дисциплиной, когда в пределах лингвистики сосуществуют разные дисциплины, расхождение между которыми становится все значительнее, когда лингвистика выходит за пределы традиционных представлений о "Языковедении", устремляясь в новые исследовательские области и вооружаясь новыми технологиями?

Томас Кун когда-то говорил, что феноменологическое состояние науки, или парадигма – это "признанные всеми научные достижения, которые в течение определенного времени дают модель постановки проблем и их решений".1 Понятие парадигмы стало сегодня популярным и практически "поглотило" лингвистические направления, школы, теории, став своего рода методологией (философско-лингвистическим мировоззрением, определяющим пути и способы познания языка) исследований.2 В том, что это утверждение справедливо, легко убедиться, обратившись к сосуществующим в современной лингвистике научным парадигмам: лингвистический компаративизм, системно-структурная парадигма, коммуникативно-прагматическая парадигма, дискурсивно-когнитивная парадигма и др. Включенность исследования в ту или иную парадигму означает принятие определенных научных ориентиров при определении предметной области, а также того, как, каким способом должна выделяться и изучаться предметная область. Сегодня лингвисты оперируют терминами, которые совсем недавно не использовались или использовались не столь широко: корпус языка, электронные библиотеки, когнитивные структуры, концепты, непрямая коммуникация, дискурс-анализ, фреймы речевого взаимодействия, воспроизводимость, матрицы, языковая личность и мн.-мн. др.

Каково же современное состояние казахстанской русистики и ее включенность в новые исследовательские парадигмы? Вписывается ли казахстанская русистика в общий познавательный процесс мирового языкознания, или находится на периферии научного знания? При этом следует учитывать, что русистике Казахстана при всем разнообразии исследований свойственно следование определенной системе общих установок, которые определены Е.С. Кубряковой как экспансионизм, антропоцентризм, функционализм и экспланаторность. Насколько казахстанская русистика разделяет названные принципиальные установки, если учесть, что ею унаследована общность системы взглядов семидесятилетнего советского периода и тем самым задана определенная инерционность развития?

Задаваясь столь ответственными вопросами и отдавая отчет в их сложности, можно осуществить анализ всех появившихся в последние десятилетия лингвистических работ с точки зрения их приверженности к той или иной научной парадигме. Такая попытка была осуществлена дважды.3 Однако масштабный анализ, включающий все многочисленные лингвистические исследования в Казахстане, продолжает оставаться чрезвычайно трудоемким. Поставленная задача усложняется также тем, что русский язык в казахстанской лингвистике оказывается объектом изучения не только собственно русского языкознания, но и теории языка и сопоставительных исследований. Это обстоятельство неизбежно делает фокус данной статьи несколько размытым.

Можно пойти и иным путем – постараться с точки зрения новых научных парадигм увидеть наиболее явные признаки поступательного движения казахстанской русистики (а также теории языка и сопоставительных исследований, материалом которых послужил русский язык) в виде появившихся монографических и диссертационных исследований, а также качественного состава корпуса казахстанских русистов, степени их интегрированности в международное лингвистическое сообщество, организации и проведения, а также участия в работе представительных международных форумов, конгрессов и конференций.

Учитывая все сказанное, попробуем в ограниченных рамках статьи попытаться выделить, стирая квалификационные границы направлений филологической науки, стратегически важные направления исследований русского языка.


^ Русский язык в фокусе социолингвистических исследований

Геополитические события сказались не только на языковой ситуации, сложившейся в Казахстане, но и на процессах, происходящих в институтах, определяющих исследовательские лингвистические инициативы и организующих приоритетные направления казахстанской русистики, а также функционировании языков Казахстана, задающих новые лингвистические, социолингвистические и методические параметры научного описания изменчивого "образа языка".

Русский язык в Казахстане претерпел существенные изменения, касающиеся его статусных характеристик, особенностей владения и мотивации изучения, степени и сфер использования.

Статус русского языка в Казахской Советской Социалистической Республике был таким же неопределенным, как и на всем советском пространстве: во-первых, русский язык не был объявлен государственным, однако весь пафос языковой политики заключался в его повсеместном распространении как общего языка советского народа; во-вторых, русский язык единодушно называли языком межнационального общения, однако данный статус также не был подкреплен соответствующими документами. Подобное положение с главным языком пятой части суши было одним из признаков осуществлявшейся имплицитной политики русификации. В конце ХХ века положение со статусом русского языка кардинально изменилось: конституционно он был объявлен государственным языком на всей территории Российской Федерации. В Конституции Республики Казахстан статус русского языка не был определен столь же категорично. "В государственных организациях и органах местного самоуправления, − сказано в статье 7 Конституции Республики Казахстан, − наравне с казахским официально употребляется русский язык."

Данная формулировка долго обсуждалась учеными и общественностью: одних не удовлетворяла уклончивость формулировки; другие (и их, пожалуй, большинство) сочли эту статью квалификацией статуса русского языка как официального; третьи обратились в Конституционный Совет с ходатайством об истолковании статусной характеристики русского языка. Последовавшее 23 февраля 2007 г. разъяснение Конституционного Совета сводилось к следующему: а) "...казахский и русский языки в равной степени, одинаково, независимо от каких-либо обстоятельств, употребляются в государственных организациях и органах местного самоуправления"; б) "...равенство в применении в государственных организациях и органах местного самоуправления государственного казахского и официально употребляемого русского языков не означает наделение последнего статусом второго государственного языка"; в) "...не устанавливает равенства в применении казахского и русского языков вне государственных организаций и органов местного самоуправления, в частности, при проведении общественно-значимых мероприятий (на приемах, ассамблеях, съездах, конференциях, заседаниях круглых столов), а термин "наравне", использованный в пункте 2 статьи 7 Конституции, к таким мероприятиям не относится. Конституция Республики предоставляет каждому право по своему усмотрению выбирать язык общения".

Исследования функционирования русского языка во взаимодействии с казахским языком в Казахстане осуществлялись в границах социолингвистической концепции Б.Х. Хасанова4 (К.М. Абишева, Б.К. Аяпбергенов, С.Ж. Баяндина, Б.Х. Исмагулова, К.Б. Коптлеуова, Б.Ж. Курманова, К.Х. Рахимжанов, К.М. Текжанов и др.). Получили дальнейшее развитие теория языкового взаимодействия (А.Е. Карлинский, М.К. Исаев, Д.Д. Шайбакова), теория языковой дополнительности (С.Е. Исабеков), теория языкового сдвига (Н.С. Пак). Фундаментальные теоретические исследования в области описания динамики языковой ситуации, языковой политики и оценки ее эффективности; типологии, направлений и моделей языкового планирования; терминологизации метаязыка современной социолингвистики на казахском и русском языках на основе достижений мировой науки и опыта языкового строительства в Республике Казахстан осуществлены в ряде фундаментальных монографических и двузычных лексикографических работ Э.Д. Сулейменовой, Н.Ж. Шаймерденовой, Ж.С. Смагуловой, Д.Х. Акановой. Комплексное макро- и микросоциолингвистическое изучение особенностей функционирования казахского и русского языков в новых геополитических, социально-экономических, миграционно-демографических условиях, непосредственно отразившихся на социолингвистических составляющих языковой ситуации в Казахстане, осуществлено О.Б. Алтынбековой. Е.А. Хасеновым проведено успешное металингвистическое обоснование урболингвистики как раздела социолингвистики, определена ее предметная область, основные проблемы и подходы к их решению на разных исторических этапах, разработаны параметры социолингвистического модельного описания современного казахстанского города.

В последние годы появился целый ряд социолингвистических исследований, в которых были описаны особенности функционирования русского языка в Казахстане, его места и роли среди 126 языков народов Казахстана (Э.Д. Сулейменова, Н.Ж. Шаймерденова, Д.Х. Аканова), языковой, этнической и гражданской идентичности разных социальных групп населения страны (Э.Д. Сулейменова, Н.Ж. Шаймерденова, М.И. Акберди, Ж.К. Ибраева), участие русского языка в онтологических процессах билингвализации личности (А.К. Шаяхметова), владение русским языком представителями разных этнических и социальных групп (Г.А. Досмухамбетова) и его динамика.


^ Металингвистические исследования

Любая наука, и лингвистика не составляет исключения, нуждается в постоянном внимании к онтологии и методологии собственных исследований. В лингвистике к этому прибавляется и постоянная необходимость метаязыкового обоснования. Метаязык лингвистики получил лексикографическое описание в виде востребованного в языковедческой практике двуязычного "Словаря по языкознанию. Тіл білімі сөздігі", созданного коллективом авторов кафедры общего языкознания КазНУ им. аль-Фараби (Э.Д. Сулейменова, Н.Ж. Шаймерденова, Г.Б. Мадиева, Р.А. Авакова, Ж.С. Смагулова и др.).

Цельное метаязыковое описание современной лингвистики осуществлено исследовании А.Х. Азаматовой. Метаязык лингвистики, обозначая сущностные онтологические характеристики языка, признается изоморфным системе понятий лингвистики в той степени, в какой может быть признана изоморфность вторичного языка-описания и первичного языка-объекта, основанная на фундаментальной амбивалентности слова. Семантическая амбивалентность слова и языка в целом позволяет осуществлять вербализацию специального лингвистического знания в процессе сменяемости научных теорий. Терминологизация представляет собой когнитивно-коммуникативный процесс развития языкового знака в процессе формирования и актуализации профессиональной языковой личности, включающий этапы усвоения языкового знака, терминообразования и терминофиксации, которым соответствуют следующие стадии развития знака: знак → метазнак → метатекст → вторичный знак. Всестороннее исследование единиц метаязыка лингвистики в системном, прагматическом, структурно-семантическом, лексикографическом аспектах, осуществленное А.Х. Азаматовой, позволило установить лингвистический статус метаязыка лингвистики и составляющих его компонентов, выявить отношения взаимосвязи и взаимозависимости между семантическими процессами, протекающими в лингвотерминологическом пространстве, раскрыть деривационную природу и структурные особенности лингвистических терминов, провести инвентаризацию греко-латинских терминоэлементов лингвистической терминологии и их классификацию по разным основаниям, изучить сущность и типологию процессов порождения новых терминологических единиц, выяснить характер взаимодействия терминологического понятия и самого термина, провести сопоставительный анализ лексикографической репрезентации лингвистических терминов в словарях различного типа.

Исследованию формирования и развития метаязыка русской лингвистической поэтики посвящены работы К.К. Ахмедьярова. В них утверждается, что специфической чертой исследования художественной речи в русской поэтике является полипарадигмальность, многоаспектность, или поливариантность, которые обеспечиваются конструктивным использованием ряда лингвоэстетических "эпистем": пойема-ноэма-эйдос-меон, видение, установка, текст – генератор смысла, единый эстетический объект, внутренняя форма, образ автора, творческий контекст.


^ Исследования русского языка как полинационального феномена

В исследованиях конца ХХ века большое место уделяется изучению русского литературного языка как средства межнационального общения и методике преподавания его как иностранного. В настоящее время встает проблема рассмотрения его с позиции полинациональности, в одном ряду с английским, испанским, французским языками. Актуальность этой проблематики очевидна.

Состояние и пути развития русского языка вне России, количество носителей в мире, новые геополитические условия, межэтническая интеграция, активные языковые контакты и коммуникативно-языковое пространство в новых независимых государствах (в частности, языковая ситуация, статусное положение и сферы использования русского языка в Казахстане) позволяют определить русский язык как полинациональный. В Казахстане подходы к данной проблеме в разное время и с разных позиций осуществлялись в работах З.К. Ахметжановой, Л.К. Жаналиной, В.И. Жумагуловой, М.М. Копыленко, Э.Д. Сулейменовой, Б.Х. Хасановым, Д.Д. Шайбаковой, Н.Ж. Шаймерденовой и мн. др.

Исследование русского языка как полинационального феномена осуществлено Е.А. Журавлевой. Русский язык, функционирующий в Казахстане, рассматривается в контексте его системных взаимосвязей с языком, функционирующим на территории его исконного распространения. В лексической системе русского языка исследователь выявляет сформировавшиеся особые языковые формы, позволяющие говорить о его национальном варианте – русском языке Казахстана. Комплексное исследование лексической макросистемы русского языка Казахстана, осуществленное Е.А. Журавлевой, позволило представить ее в виде корреляционной иерархии, состоящей из ядерной части, то есть базового корпуса слов и выражений национального языка, и вариативной части, включающей в себя дополнительный объем лексических средств во всей полноте своих значений (денотативного, коннотативного, переносного, ассоциативного). Особенностью полинационального русского языка является то, что своеобразие проявляется не только в языке этносов, использующих русский язык во внутриэтническом общении, но и в языке этнических русских. Изучение частных элементов полинационального русского языка, каковыми являются его варианты в Казахстане, позволяет познать определенные закономерности, присущие системе в целом.

Исследованию русско-тюркских языковых и культурных контактов, приводящих к глубокому взаимовлиянию языков и влияющих на формирование ментальных черт русского этноса, проживающего в окружении другой культуры, посвящены многие работы З.К. Сабитовой.

Это направление имеет значение не только для русского языка в Казахстане, но и для русистов в других регионах с русскоязычным населением и для лингвистики в целом.


^ Исследования русского языка и его единиц в общих познавательных и коммуникативных процессах

Для новейших исследований в области русского языкознания Казахстана характерно обращение к чрезвычайно сложной и актуальной проблеме роли языка в познавательной деятельности человека, соотношения языковой семантики и знаний о мире, языковых средств создания и выражения концептуальной языковой картины мира: разработана концепция номинации как формы речевой деятельности, дано ономасиологическое и семасиологическое описание номинативных процессов (Г.И. Байгунисова, Л.К. Жаналина, С.Е. Исабеков, Г.А. Хамитова и мн. др.), экспликации значений лексических единиц в различных текстах (Н.Ж. Шаймерденова, Г.М. Далабаева, А.А. Успанова и др.), категории пропозитивности как особой категории языка (В.С. Ли), эксплицитных и имплицитных словообразовательных значений и отношений (К.Ж. Айдарбек, Р.С. Зуева, Н.Ю. Зуева, В.А. Кудрявцева, Г.Л. Елистратова, Т.В. Егорова и др.), единиц и функциональных категорий стилистического словообразования (Л.К. Жаналина), мотивационных процессов и словообразовательного потенциала различных групп лексики (Л.В. Эглит, Т.П. Адскова, А.Ш. Сулейменова, Н.Ф. Крылова, О.А. Попович, Ж.С. Бейсенова, А.К. Казкенова, Ш.А. Сабитова и др.), прагматических факторов, определяющих интерпретацию речевых актов и гармонию/дисгармонию речевого общения (М.К. Акашева, Д.Е. Масалимова), особенностей разговорной речи молодежи (Г.А. Бедусенко).

Дифференцированный подход к речевой деятельности как номинации и речевой коммуникации углубил представления о словообразовании и словообразовательных реляциях, об общих ментальных процессах, а также изоморфизме внутренних и внешних связей в абсолютном и относительном плане (Л.К. Жаналина). Изучены категориальные и некатегориальные способы представления грамматических категорий глагола в именах деятеля, проблема преемственности залоговой семантики в отглагольных наименованиях лиц, осуществлен анализ валентностей, содержащихся при имени и мотивирующем глаголе (В.А. Кудрявцева). В многочисленных трудах Л.А. Шеляховской рассмотрены проблемы производного, сложного и сложносокращенного слова, роль комплексных словообразовательных единиц в системной организации словообразования и языка в целом, неологическая лексика русского языка, принципы морфемного и словообразовательного анализа слова, системные связи словообразования, лексики и морфологии, актуальные проблемы семантики и мн.др. Теоретические исследования морфемной и деривационной структуры слова, а также словообразовательной структуры производных слов, возникших на основе тюркских заимствований, получили воплощение в прикладной лексикографии.

Значительную часть исследований казахстанских лингвистов составляют работы по лексикологии и лексической семантике русского языка: комплексное изучение семантики слова, рассматриваемой в парадигматике и синтагматике, синхронии и диахронии (Н.И. Гайнуллина, В.А. Кудрявцева, А.П. Комаров, Н.Ж. Шаймерденова, С.М. Треблер, Н.К. Хан и др.), описание варьирования абсолютных и относительных параметров слова (К.Т. Аубакирова, А.С. Бузело, А.К. Жумабекова, О.А. Прокопьева и мн. др.). Необходимость системного изучения лексики вызвала к жизни работы В.А. Акимовой, Ж.Р. Амировой, К.Н. Бухарбаевой, А.Р. Даировой, Р.С. Зуевой, Д.Ф. Ермаковой, А.Б. Коразовой, имеющие целью описать отдельные лексико-семантические группы русского языка как звенья целого механизма, вобравшего в себя не только языковой, но и социальный, исторический, культурный опыт.

Казахстанские русисты все чаще и последовательней обращаются к реальному функционированию языковой системы, принимая во внимание то, что язык − феномен, представляющий собой не механическое соединение языковых единиц, не статическую систему, а разумно устроенный организм, живущий по определенным законам и обеспечивающий успешную коммуникацию и жизнедеятельность человека.

В центре внимания функциональной лингвистики находится речевая деятельность и ее фрагменты, а также результаты этой деятельности, в которых проявляется коллективная и индивидуальная языковая компетенция говорящего/слушающего. В русле этого направления лингвисты стремятся отразить глубинные, скрытые механизмы языка, в которых он предстает в неразрывном единстве с мыслительной, психической, перцептивной деятельностью, с сознанием, памятью, воображением. М.М. Копыленко описаны разноуровневые средства выражения в русском языке одной из важнейших категорий мышления − количества (ФСП количества) с позиции говорящего. В работах Л.К. Жаналиной субъективный компонент признается как обязательный элемент лингвистического описания, утверждается, что теория языка отражает понимание исследователем содержания общих и индивидуальных знаний языка у его носителей.

Функционально-семантические поля были избраны в качестве инвариантов при сопоставительно-функциональном исследовании казахского и русского языков в значительной части лингвистических работ. З.К. Ахметжановой проанализированы функционально-семантические поля аспектуальности, посессивности, компаративности и построена типология средств выражения сопоставляемых функционально-семантических категорий. Применение функционального подхода к сопоставительному анализу типологически контрастных языков знаменовало начало нового этапа в сопоставительных исследованиях 'категориальных ситуаций'.

Развитие науки о грамматическом строе русского языка явилось естественным продолжением уже сложившихся исследований с упором на функциональную грамматику (З.К. Ахметжанова, М.М. Копыленко, А.Т. Шарапединова, Л.К. Жаналина, Н.Г. Шаймердинова и др.). Функционально-коммуникативное описание категорий оценочности и эмотивности как смысловой основы субъективной модальности осуществляется на материале различных способов квалификации сообщаемого в целом ряде работ (З.Х. Ибадильдина, Г.Ж. Кажигалиева, О.С. Песельник, В.С. Ли, С.А. Турбекова, З.К. Темиргазина и др.).

В казахстанской русистике получило развитие описание синтаксических единиц в сфере конструктивного синтаксиса и особенно в области коммуникативного синтаксиса, выросшего на фундаменте традиционной лингвистической науки и впитавшего богатства позитивных знаний предшествующих грамматик. В центре внимания русистов оказываются диктумно-модусная организация семантики предложения (З.К. Темиргазина и др.), синтаксическая синонимия, структурно-семантические особенности словосочетаний, синтаксические связи и отношения в них (Р.С. Зуева и др.), взаимосвязь между синтаксисом и морфологией, синтаксисом и лексикой (Н.В. Благочиннова) проблемы простого предложения; синтаксические функции языковых единиц и их референциальная характеристика, например, имени действия в роли подлежащего, инфинитива (А.Ш. Аймагамбетова, А.Р. Бейсембаев), структурно-семантические типы простых предложений (З.П. Табакова, Г.В. Ким, З.К. Сабитова и др.), факторы структурно-семантического осложнения предложения (Т.И. Благочиннова и др.), пропозициональная структура предложения как частная модель представления знаний (Д.М. Базарбекова), проблемы сложного предложения и лингвистики текста (И.М. Копыленко и др.).

Семантические, референциальные различия составов предложения легли в основу классификации З.К. Сабитовой простых глагольных предложений, при этом семантико-синтаксический тип предложения, его истинность и логическое содержание определяются структурно-семантическими, референциальными, прагматическими признаками субъекта.

Интенсивно развивающимся направлением является исследование разных типов текста в качестве базовой единицы вербальной коммуникации, в частности, осуществляется целенаправленное функционально-прагматическое описание языка казахстанских газет (Ж.С. Абаева, Б.Б. Абилхасимова, М.С. Абишева, З.К. Ахметжанова, А.Г. Бозбаева, В.И. Жумагулова, А.С. Жуматова, Е.А. Журавлева, Г.К. Ихсангалиева, Б.Ж. Раимбекова, Б.А. Смагулова, И.М. Филиппова и др.). В исследованиях В.И. Жумагуловой рассматривается широкий круг проблем, связанных с типологическим изучением языковых средств выражения комического. Выявлены и описаны средства создания сатиры и юмора в русскоязычной прессе Казахстана, их специфика, художественная ценность и выразительность, определены устойчивые словесные комплексы, несущие эмоционально-экспрессивную нагрузку, структурно-стилистические особенности изложения сатирических текстов. Как общая закономерность реализации лингвистической природы сатиры и юмора выступает направленное семантико-прагматическое моделирование смыслового содержания единиц языка на всех его уровнях, когнитивная обработка социально-значимой информации, отражающей авторские интенции.

Особое место занимают исследования в области общей и русской ономастики, характеризующиеся значительным расширением предметного поля за счет антропонимов, этнонимов и топонимов (А. Абдрахманов, Т.М. Абдрахманова, К.М. Головина. М.А. Диарова, Г.А. Габдуллина, А. Кайдаров, М.Е. Какимова, Е.А. Керимбаев, Ж.Б. Кошпанова. Г.Б. Мадиева, В.Н. Попова, О.А. Султаньяев и др.). Монографическое описание ономастического пространства современного Казахстана с точки зрения его структуры, семантики, функционирования прецедентных имен и проблемы лексикографирования осуществлено в ряде работ Г.Б. Мадиевой.


^ Исследования в области дискурса и стилистики

Исследования дискурса занимают большое место в казахстанской лингвистике: среди них следует особо отметить изучение делового дискурса (Г.Г. Буркитбаева, Б. Абишева), форм выражения языкового сознания в политическом дискурсе (Б.А. Ахатова), перифразирования как средства эвфемизации, перцептивных образов в политическом дискурсе (Ю.А. Куличенко, Э.К. Еркебекова).

Формы выражения языкового сознания в политическом дискурсе, по мнению Б.А. Ахатовой, обладают прогностическими возможностями: языковое сознание представляет собой «барометр» общественного сознания, который в необходимой степени предсказывает развитие политических событий. Своеобразным индикатором языкового сознания и общественного сознания в целом в исследовании Б.А. Ахатовой избраны ассоциативные поля концептов парламент, партия, оппозиция, СМИ, народ, достоинство, демократия. Политический дискурс, являясь ярким представителем институционального дискурса, имеет заданную схему: цель общения (борьба за власть и ее сохранение) диктует тематику и тональность дискурса, типичные для данной сферы ситуации общения, а также определенные модели речевого поведения участников дискурса в соответствии с их статусно-ролевыми характеристиками и интенциями. Языковое сознание в политическом дискурсе в виде ключевых образов сознания различных социальных групп респондентов испытывает сильное воздействие со стороны общественно-политической обстановки, социально-политических факторов, условий жизни, менталитета и др. Общее и специфичное в формах существования и функционирования языкового сознания различных социальных групп русскоязычного и казахоязычного населения Казахстана дает особый ключ к объяснению специфики группового и этнического мышления и восстановлению фрагментов группового образа мира, который заключается, во-первых, в опосредованности языкового сознания казахской/русской культурой; во-вторых, во влиянии на языковое сознание различных экстралингвистических факторов (социальных, политических, психологических и т.п.), а также приводит к выводу об эвристическом и прагматическом потенциале языкового сознания. Специфичное в формах языкового сознания в политическом дискурсе не является доминирующим, т.к. языковое сознание в большей степени обусловлено социальной принадлежностью, чем этнической. Казахский или русский языки оказывают, считает Б.А. Ахатова, опосредованное влияние на восприятие и отражение реальности сознанием, которое проявилось в сходстве семантических зон Народ, Свобода, Власть, Политика в семантических гештальтах, в параллельности стратегий коммуникативного поведения вне зависимости от их культурной принадлежности.

В исследованиях большой группы русистов продолжают развиваться идеи главы казахстанской школы стилистики Х.Х. Махмудова и введенные им в лингвистический обиход понятия стилемы, творческого контекста, стилистической достаточности и функциональной значимости стилем и др. Отличительной чертой исследований по стилистике, по всей вероятности, следует считать стремление использовать единую когнитивную основу для рассмотрения семантики слова, построения смысла предложения, формирования и понимания текстов: работы Г.К. Абдрахман, Ж.Р. Амировой, К.К. Ахмедьярова, Г.Ф. Булгаковой, Т.М. Веселовской, Н.Е. Джанаевой, Б.М. Джилкибаева, А.К. Жумабековой, Г.В. Ким, З.И. Манякиной, П.И. Мельникова, В.Г. Мироновой, В.Г. Салагаева, Н.М. Томановой, С.К. Шаймардановой и др. по жанрово-коммуникативному изучению слова в общественно осознанных и системных контекстах.


^ Исследования в области лингвистической герменевтики, источниковедения и истории русского языка

Большим достижением казахстанской русистики явились фундаментальные исследования в области лингвистической герменевтики, источниковедения и истории русского языка: описание эволюции структуры и грамматических категорий простых предложений (Е.А. Седельников), лексики, лексической семантики, фразеологии раннего древнеславянского и разных периодов истории русского литературного языка (М.М. Копыленко, Н.Ж. Шаймерденова, А.К. Каиржанов и др.), изучение эпистолярного наследия Петра Великого (Н.И. Гайнуллина), комплексное исследование способов и средств экспликации семантики слова (от глосс до классических лексикографических дефиниций) в памятниках русской письменности (Н.Ж. Шаймерденова), изучение картины мира древних славян через становление категории наклонения (Л.Т. Килевая), описание динамики средств выражения синтаксических отношений (Т.И. Благочиннова), системное сравнительно-историческое описание категории определенности/ неопределенности предложения в памятниках древнерусской письменности различных жанров (З.К. Сабитова и др.), характеристика эгоцентрических языковых средств в летописном жанре (А.Р. Бейсембаев), лингвостилистический, семантико-функциональный и прагматический анализ старорусских текстов (О.А. Анищенко, А.И. Ахметжанова, Д.Р. Ахтаева, Г.П. Байгарина, Ж.К. Киынова, Г.П. Мельников, Н.В. Медведенко, Л.Ю. Мирзоева, О.А. Радутная, О.Л. Сохацкая, Е.А. Торпакова, Е.В. Тюкачева, Г.К. Шаикова, Т.В. Шевякова и др.), лексическая вариативность тюркизмов в памятниках русской письменности XI-XVII вв. (М.А. Бурибаева), анализ темпоральной семантики, лексико-семантических преобразований заимствованных слов в древнерусском языке (И.В. Марченко, М.К. Шарипова), и мн. др.

В многочисленных работах Н.Ж. Шаймерденовой рассматриваются основные проблемы, связанные с раскрытием семантики неизвестных и малопонятных носителям языка слов и выражений, осуществляемым с помощью глосс и иных способов и средств экспликации семантики. Источниковедческий анализ глосс, эксцерпированных из разнообразных в хронологическом и жанровом отношении письменных памятников XI − начала ХУШ вв, позволил описать типологию данного феномена и предложить принципы классификации глосс. Доказывается, что экспликация семантики языковых единиц, направленная на восприятие и постижение смысла, − специфический человеческий феномен, сущностью которого является желание человека понять, осмыслить и истолковать как внешний, так и собственный внутренний мир. Выявлено, что степень осознанности и обязательности экспликации семантики языковых единиц неодинакова для текстов разных типов и периодов, и это находит отражение в своеобразной языковой адаптации, выраженной в глоссировании и семантизации. В древних текстах экспликация семантики языковых единиц носит, как правило, спонтанный характер и связана с речевым общением, в современных текстах характеризуется целенаправленной деятельностью авторов, редакторов, издателей и во многом определяется мастерством истолкования агнонимов.

Выявлению особенностей значений и функций средств выражения определенности/неопределенности предложения на основе системного сравнительно-исторического анализа памятников письменности ХI−ХIV вв. древнерусского и иных славянских языков посвящены работы З.К. Сабитовой. Доказывается, что определенность/неопределенность представляет собой функционально-семантическую категорию с инвариантным значением и системой разноуровневых средств выражения. С учетом степени определенности/неопределенности субъекта построена шкала подлежащности, предопределяющая выбор имени на роль подлежащего и, следовательно, структурно-семантический тип предложения. В связи с этим предлагается градуальное в порядке убывания значения определенности (индивидности) субъекта описание предложений древнерусского языка. Более дифференцированная по сравнению с современной система средств выражения определенности/неопределенности древнерусского языка перестраивается по направлению к более абстрактной, обобщенной системе, способной выразить бесконечное разнообразие форм определенности и неопределенности минимумом языковых средств. Для языка восточных славян характерным является отсутствие специфического грамматического средства выражения категории определенности / неопределенности (члена, артикля), что компенсируется богатейшей системой разноуровневых средств ее выражения.


^ Контрастивные исследования

Истоки формирования казахстанской национальной традиции контрастивной лингвистики с использованием русского языка в качестве исходного языка или языка-цели восходят к систематическому сопоставлению грамматической и фонетической систем русского и казахского языков, осуществленному в границах описательного синхронического подхода в первых сопоставительных грамматиках русского и казахского языков 60-х годов. Опыт сопоставительного изучения казахского и русского языков в области функционально-семантических полей посессивности, аспектуальности и компаративности впервые был осуществлен 3.К. Ахметжановой. В 80-90-е гг. Э.Д. Сулейменовой были разработаны теоретические основы контрастивной лингвистики как междисциплинарной науки, дано обоснование принципиальной соизмеримости языков и рассмотрены возможные формы сводимости лингвистических описаний, дана сущностная характеристика процессов владения, усвоения и обучения второму языку и представлена контрастивная спецификация казахского и русского языков. С позиций контрастивной лингвистики осуществлен синтез теоретических представлений о когнитивном, креативном и педагогическом аспектах развития и существования человека во втором языке, предложены подходы к разработке проекта контрастивного описания казахского и русского языков для осу