Реферат: В. А. Якушин, В. В. Назаров

В.А.Якушин, В.В.Назаров

Ошибка в уголовном праве и ее влияние на пределы субъективного вменения

(теоретические аспекты)

Якушин В.А.,Назаров В.В.

Я 49 Ошибка в уголовном праве и ее влияние на пределы субъективного вменения (теоретические аспекты). -

Ульяновск: УлГУ, 1997.62 с. ISBN - 5-88866-004-3

В монографии с учетом достижений в области уголовного права дается понятие ошибки лица, при совершении им общественно опас­ного деяния, обосновывается классификация заблуждений и их значе­ние не только для определения форм вины, но и установление преде­лов субъективного вменения и уголовной ответственности.

Для работников органов юстиции, суда и прокуратуры, преподава­телей, аспирантов, студентов юридических вузов.

^ От авторов

Ошибка лица при совершении тех или иных действий (в том числе и преступных) - проблема, стоящая на стыке рада наук. Ею интересуются социологи и психологи, философы и педагоги. Однако, особое значение она имеет для уголовного права, так как именно здесь затрагиваются наи­более важные интересы, права и свободы человека.

Ошибка лица при совершении им преступления влияет на содержа­ние, форму, степень и объем вины. В силу этого она определяет границы субъективного вменения при рассмотрении каждого уголовною дела, она определяет квалификацию содеянного, применение многих институтов уголовного права, пределы уголовной ответственности и наказания.

Исследования этой проблематики в уголовном праве необходимо еще и потому, что раскрытие содержания ошибки, ее причин и истоков будет способствовать дальнейшему укреплению законности и правопорядка, уси­лению охраны интересов личности.

Проблематика, связанная с юридической оценкой заблуждения лица, при совершении им социально-значимого деяния не является новой для уголовно-правовой науки. Отдельные аспекты ее рассматривались, как правило, при исследовании субъективной стороны состава преступления в работах Б.С.Волкова, П.С.Дагеля, Г.А.Злобина, В.Е.Квашиса, "В.Ф.Кири­ченко, В.В.Лунеева, А.В.Наумова, Б.С.Никифорова, К.Ф.Тихонова и др. В последние годы возрос интерес к проблематике ошибки в уголовном праве. По этой теме защищено несколько кандидатских диссертаций, появились монографические исследования.1

Ошибку лица, совершившего преступление, можно исследовать в раз­личных аспектах. Это большая и комплексная проблема. Предлагаемая ра­бота никоим образом не претендует на исчерпывающее освещение всех во­просов проблемы ошибки. Не рассматривается, например, социально-психологическая природа ошибки, ее соотношение с истиной и т.д. В ра­боте предпринята попытка рассмотреть понятие ошибки в уголовном пра­ве, даются классификации ошибок, предложенные юридической наукой, показывается влияние того или иного вида ошибки для субъективного вменения и его пределов. Что касается влияния ошибки на пределы субъ­ективного вменения, то этот аспект исследуемой проблемы рассматривает­ся впервые, и авторы надеются, что его анализ поможет научным и прак­тическим работникам по-новому взглянуть на значение ошибки в уголов­ном праве.

Авторы выражают глубокую благодарность рецензентам — профессору Казанского государственного университета Ф.Р.Сундурову и судье Ульянов­ского областного суда В.П.Зобову.

1 См.: Якушин В.А. Ошибка и ее уголовно-правовое значение. Казань, 1988; Гилязев Ф.Г. Осо­бенности вины и значение ошибки в уголовном праве. Уфа, 1993.

§1. Понятие ошибки в Российском уголовном праве.

На пределы субъективного вменения в системе: правовая норма — субъект и объект правоприменения влияет множество факторов, а в последнем звене и ошибка лица, совершившего общественно опасное деяние. Это ошибка как в отношении социальных свойств деяния в целом, отдельных его сторон, так и в отношении его правовой значимости. В данной работе предпринята попытка рассмотреть понятие ошибки, ее классификацию и значение отдельных видов ошибки для уголовного права в процессе субъективного вменения.

В уголовно-правовой литературе имеются различные определения ошибки. Одни ученые понимают под ошибкой заблуждение лица относительно фактических и юридических признаков содеянного', другие трактуют ее как неверное, неправильное представление лица о фактических и юридических признаках или свойствах совершенного деяния и его последствий2, третьи определяют ее как неверную оценку лицом своего поведения3, по мнению четвертых ошибка это «заблуждение лица относительно объективных и субъективных признаков общественно опасного деяния, которые характеризуют это деяние как преступление»4.

' См.: Коптякова Л.И. Понятие ошибок в советском уголовном праве и их классификация. - В кн.: Проблемы права, социалистической государственности и социального управления. - Свердловск: Изд-во Урал.ун-та, 1978 г., с. - 105-106; см. также Советское уголовное право: Часть Общая. - М.: Изд-во Юрид.лит-ра, 1964 г., с. -142; Уголовное право: Часть Общая. - М.: Изд-во Юрид.лит-ра, 1969 г., с. - 187;

Советское уголовное право: Общая часть. - М.: Изд-во Юрид.лит-ра, 1972 г., с. - 182;

Советское уголовное право: Общая часть. - М.: Изд-во Юрид.лит-ра, 1977 г., с. - 194 2 См.: Дагель П.С., Котов Д.П. Указ.соч., с. - 210; Кириченко В.Ф. Указ.соч., с. - 16;

Утевский Б.С. Указ.соч., с. - 201; Пионтковский А.А. Указ.соч., с. - 402; Угрехелидзе М. Указ.соч., с. - 46; см. также: Советское уголовное право: Часть Общая. - М.:

Госюриздат, 1952 г., с. - 245; Советское уголовное право: Часть Общая. - М.:

Госюриздат, 1962 г., с. - 159; Советское уголовное право: Общая часть. - М.: Изд-во Моск.ун-та, 1969 г., с. - 186; Советское уголовное право: Часть Общая. - Киев, 1973 г., с.

- 168; Советское уголовное право: Общая часть. - М., 1974 г., с. - 177; Курс советского уголовного права, Т.2 - М.: Изд-во Наука, 1970 г., с. - 336; Уголовное право России. Общая часть. Учебное пособие. - М.: Изд-во Юрид.колледж МГУ, 1994 г., с. - 55;

Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. - М.: Изд-во БЕК. 1996, с. -

233

3 См.: Курс советского уголовного права, T.I, - Л.: Изд-во Ленингр.ун-та, 1968 г., с. -

449

4 Гилязев Ф.Г. Особенности вины и значение ошибки в уголовном праве. Уфа, 1993 г., с.

-20

Компромиссное понятие ошибки применительно к приведенным де­финициям дает А.И.Рарог. Под ошибкой лица он понимает «...заблуждение лишь относительно фактических обстоятельств, опре­деляющих характер и степень общественной опасности совершенного деяния, либо относительно юридической характеристики деяния».'

Анализ юридической литературы показывает, что при определе­нии ошибки юристы используют разные понятийные категории. Но и это еще не все. Ученый, давший дефиницию ошибки вообще (в це­лом), зачастую при определении того или иного вида ошибки отхо­дит от своего же общего понятия ошибки. Так, например, А.И.Рарог юридическую ошибку определяет как неправильную оценку юриди­ческой сущности или юридических последствий совершаемого дея­ния. В то же время фактическая ошибка это неверное представление лица о фактических обстоятельствах. Ранее мы видели, что ошибка в целом раскрывалась как заблуждение2 (подчеркнуто нами. - В.Я.).

Подобное отождествление понятий при определении ошибки допускают и авторы учебного пособия по Общей части Уголовного права России, изданного МГУ в 1994 г. Так, определив ошибку в це­лом как неверное представление лица о ..., они юридическую ошибку раскрывают как неверную оценку виновным...3 (подчеркнуто нами. -В.Я.).

Более последователен в своих определениях как ошибки в це­лом, так и ее видов А.В.Наумов. Во всех случаях ошибка у А. В. Наумова раскрывается через оборот - неправильное представле­ние.4

Такое достаточно вольное обращение с понятием ошибки в уголовном праве обусловлено тем, что ему, как философскому понятию, не уделено достаточного

' Рарог А.И. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. - М.: Изд-во Юрист, 1996 г., с. - 194; Он же. Учебник. Уголовное право. Общая часть. - М.:

Изд-во Юрид.лит-ра, 1994 г., с. - 189

2 См.: Рарог А.И. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. - М.:

Изд-во Юрист, 1996 г., с. - 194-195

3 См.: Уголовное право России. Общая часть (учебное пособие). - М.: Изд-во Юрид.колледж МГУ, 1994 г., с. - 55-56

1 См.: Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть (курс лекций). - М.: Изд-во БЕК, 1996 г., с. - 233-234, 235

внимания в философской литературе. Здесь можно выделить лишь работы философа Ф.А.Селиванова, в которых нашли освещение вопросы учения об ошибке. Он исследует ошибку в аспекте противопоставления ее к обману в рамках учения об истинном и ложном.' Проблемам заблуждения в научном познании посвящена работа П.С.Заботина.2

Что же касается теоретических работ по данной проблематике собственно в уголовно-правовой науке3, то положение на сегодняшний день таково, что высказанные идеи относительно того, как и почему именно так следует трактовать ошибку, раскрывать ее только через категорию заблуждения, не нашли достаточного количества приверженцев и рассматриваются теоретиками как спор о несущественных аспектах этой проблемы. В совокупности это, видимо, и проявилось в том, что понятия ошибки нет даже в юридическом энциклопедическом словаре. Нет его и в уголовном законе России (УК) как 1960, так и 1996 года.

Между тем, законодательное закрепление понятия ошибки способствовало бы укреплению законности, облегчило бы правоприменительным органам применение уголовного закона и уменьшило бы довольно часто встречаемые на практике случаи объективного вменения.

При совершении социально значимых действий личность соотносит конкретные обстоятельства дела с имеющимися у него знаниями о подобных обстоятельствах, своими навыками и опытом. В процессе этого соотнесения происходит как бы вторичное отражение действительности, вторичное ее познание. Ошибка, заблуждение лица в подобных ситуациях свидетельствует о неправильном, искаженном отражении объективной

' См.: Селиванов Ф.А. Заблуждение и пороки. - Томск: Изд-во Томск.ун-та, 1965 г., с. -4; Селиванов Ф.А. Истина и заблуждение. - М.: Политиздат, 1972 г., с. - 8; Селиванов Ф.А. Проблемы теории ошибок. - В кн.: Проблемы методологии и логики наук. Выпуск 6, ученые записки №85, Томск, 1970 г., с. - 5, 9; Селиванов Ф.А. Оценка и норма в моральном сознании. - М.; Изд-во Знание, 1977 г.

2 См.: Заботин П.С. Преодоление заблуждения в научном познании. - М.: Изд-во Мысль, 1979г.

3 См.: Якушин В.А. Ошибка и ее уголовно-правовое значение. Казань, 1988г.; Гилязев Ф.Г. Особенности вины и значение ошибки в уголовном праве. Уфа, 1993 г.

действительности в психике лица. Из этого следует, что ошибка при совершении преступления есть ошибка не научно-практического характера в процессе первичного познания действительности, а ошибка психологического характера в процессе вторичного познания, отражения этой действительности. В свое время еще В.И.Ленин подметил, что нужно различать "научно-историческое и психологическое исследование человеческих заблуждений...".'

Мы исходим из того, что заблуждение возможно как в рамках первичного, так и вторичного процессов познания. В гносеологическом же плане оно может быть обусловлено как чувственными, так и рациональными элементами познания. Видимо, искажение отображаемого в сознании человека происходит на каких-то отдельных уровнях познания, но в сочетании чувственного и рационального. Особенности процесса познания, которые порождают и предопределяют ошибки на том или ином уровне познания действительности принято называть гносеологическими корнями ошибки.2 Не останавливаясь подробно на социально-психологическом генезисе ошибки (он достаточно подробно рассмотрен в юридической литературе3), отметим, что определять ее можно только с учетом как чувственного, так и рационального элемента познания.

Отсюда следует вывод о том, что некоторые из приведенных нами дефиниций ошибок не всегда отвечают этому требованию. Если, например, вспомнить определение ошибки, предложенное А.В.Наумовым, то определять ошибку как неправильное представление лица относительно фактических и юридических обстоятельств деяния и его последствий нельзя, поскольку здесь акцент сделан на то, что ошибка возможна лишь на чувственном уровне процесса познания. Данное определение не учитывает,

' Ленин В.И. Полн.собр.соч., Т.18, с. - 141

2 См.: Селиванов Ф.А. Заблуждение и пороки. Томск, 1965 г., с. - 85. Он же: Истина и заблуждение. М., 1972 г., с. - 78

3 См., например: Якушин В.А. Ошибка по советскому уголовному праву и ее социально-психологическая природа. Сборник: Вопросы укрепления правовых основ государственной и общественной жизни в свете новой Конституции СССР. Казань, 1980 г., с.- 137-143

что ошибка возможна и на рациональном уровне. Мы полагаем, что недопустима при определении ошибки другая крайность - когда она рассматривается как неверная оценка обстоятельств дела или всего поведения в целом. Это определение не охватывает те ошибки, которые возможны на чувственном уровне. Под понятие ошибки должны подпадать ошибки как чувственного, так и рационального уровня.

В этой связи возникает вопрос о том, как соотносятся такие понятия как "ошибка" и "заблуждение"? В философской литературе отмечается, что понятия эти близки, но не тождественны.' П.С.Заботин, например, заблуждение понимает как несоответствие знания предмету в силу причин и обстоятельств, не зависящих от личных качеств субъекта. В то же время ошибка раскрывается как несоответствие, "обусловленное чисто случайными качествами индивида ",2 Мы полагаем, что различие между этими понятиями не в том, что одно определяется объективными факторами, а другое - личностными качествами индивида (в конечном итоге и личностные факторы объективны), а тем, что заблуждение всегда связано с жизнедеятельностью человека, с его социальной практикой, которая так или иначе отражается в психике человека, опосредованно его сознанием и волей. В то же время, некоторые ошибки не связаны тесно с чувственными и рациональными аспектами процесса познания, например, механическая ошибка при написании, двигательная ошибка при переключении передачи и т.д.

При определении тех или иных понятий, при формулировании дефиниций всегда нужно помнить положение о том, что дать определение -"значит, прежде всего, подвести данное понятие под другое более широкое ",3 Это позволит наиболее полно и в обобщенной форме не только

' См.; Селиванов Ф.А. Истина и заблуждение. М., 1972 г., с. - 9; Он же: Оценка и норма в моральном сознании. М., 1977 г., с. - 25-26; Заботин П.С. Преодоление заблуждений в научном познании. М., 1979 г., с. - 70

2 Заботин П.С. Указ.соч., с. - 71. Подобная трактовка заблуждения дается в философском энциклопедическом словаре. См.: Философский энциклопедический словарь, М., "Советская энциклопедия", 1983 г., с. - 188

3 Ленин В.И. Полн.собр.соч., Т. 18, с. - 149

8

представить себе предметы и явления действительности, но и раскрыть связи между ними посредством фиксации общих и специфических признаков, в качестве которых выступают свойства предметов и явлений, подпадающих под ту или иную дефиницию.'

Поскольку уголовное право интересует ошибка лица, совершающего общественно опасное деяние, то есть ошибка, определяющая характер, форму и содержание его интеллектуальных и волевых процессов, то в этих случаях ее можно считать разновидностью, особой формой заблуждения. В таком аспекте ее трактовки можно согласиться с утверждением П.С.Заботина о том, что в действительности ошибка "выглядит как частная форма проявления заблуждения "2 В то же время, как совершенно верно отмечается в литературе, "термин "заблуждение" употребляется для обозначения ошибки в знании"3 то есть подводится под более широкое понятие - понятие ошибки вообще. В этом нет противоречия и взаимоисключения. Это диалектика взаимосвязи понятий. Правильно подмечено, что "...человеческие понятия—вечно движутся, переходят друг в

^ JT

друга, переливают одно в другое, без этого они не отражают живой

"4

ЖИЗНИ ••*

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что при определении понятия ошибки в уголовном праве, наиболее последовательны те ученые, которые раскрывают ее через заблуждение, рассматривают ее как частный случай заблуждения.

Однако даже среди тех ученых, которые понимают под ошибкой в уголовном праве своеобразный вид заблуждения, нет единства мнений о том, относительно каких обстоятельств существует это заблуждение.

Так, по мнению Ф.Г.Гилязева это заблуждение относительно как объективных, так и субъективных признаков общественно опасного деяния,

' См.: Философский энциклопедический словарь. М., "Советская энциклопедия", 1983 г., с.-513

2 Заботин П.С. Указ.соч., с. - 72

3 Селиванов Ф.А. Истина и заблуждение. М., 1972 г., с. - 9

4 Ленин В.И. Полн.собр.соч., Т.29, с. - 226-227

которые характеризуют его как преступление. При этом под "субъективными признаками понимаются как признаки личностного свойства, например, потерпевшего (его возраст, особенность профессиональной деятельности и т.д.) или соучастника (признан ли соучастник особо опасным рецидивистом, является ли он малолетним и т.д.), так и признаки субъективной стороны иных соучастников, в отношении которых лицо ошибается. Например, ошибка в содержании мотива и цели соучастника.'

С подобным определением вряд ли можно полностью согласиться. Во-первых, ошибка лица в качествах потерпевшего или свойствах "своего" соучастника не является заблуждением в отношении субъективных признаков. Субъективны они для самого потерпевшего или соучастника, а также для правоприменителя, так как при применении закона он "вскрывает" личностные свойства того и другого, возможные варианты отражения этих свойств в психике данных лиц как бы с их, внутренних позиций потерпевшего или соучастника. Что же касается самого субъекта преступления, ошибающегося в этих признаках потерпевшего или соучастника, то для него они выступают в качестве объективных обстоятельств (признаков). Это признает и сам Ф.Г.Гилязев в ходе рассмотрения данной проблемы.

Во-вторых, исходя из изложенного, да и строго в научном плане, вряд ли можно относить мотив и цель соучастников к субъективным признакам общественно опасного деяния, совершаемого исполнителем. Они субъективны в своем филогенезе. Но, зародившись и проявляясь вовне с помощью слов, мимики, жестов, усилий и т.д., они в онтогенезе выступают уже внешними силами для других, элементами субъективной реальности. Только в этом случае возможно заблуждение в отношении этих признаков, ибо ошибка при совершении есть результат неправильного отражения

' См.: Гилязев Ф.Г. Особенности вины и ошибки в уголовном праве. Уфа, 1993 г., С. - 20, 74-93

10

каких-то сторонних явлений в психике человека.' Если занять иную позицию, то все, что ни будет исходить от соучастника (например, подстрекателя) и восприниматься исполнителем - слово ли, жесты, действия - все это следует называть субъективными признаками. В обыденном плане, действительно, мы именуем мотив, цель соучастника, в отношении которых ошибалось лицо (исполнитель), субъективными признаками, но для исполнителя они уже объективная реальность -- внешняя по отношению к собственным психическим явлениям "материя".

В-третьих, исходя из предложенного определения ошибки можно сделать и такой вывод - что ошибка будет и тогда, когда лицо заблуждается в отношении признаков субъективной стороны своего же деяния. Кстати, именно такое понимание ошибки в субъективных признаках совершаемого деяния высказывалось Н.С.Таганцевым. Он, например, выделял ошибку лица относительно мотивов собственных действий, как субъективных основаниях этих действий.2

При всей заманчивости такого подхода вряд ли с ним можно согласиться. Он противоречит механизму протекания психических процессов.... Заблуждение, как неправильное отражение, является частью всего отражательного процесса, элементом содержания последнего, одновременно предопределяя и само содержание психического. Ошибка меняет содержание вины, ее форму, характер цели, свойство побуждений не потому, что это какая-то обособленная часть психического, а потому, что само заблуждение вплетено в живую ткань этих субъективных обстоятельств. Они выступают не субъектами неправильного отражения -ошибки, заблуждения, а субстратами, носителями этого заблуждения. Лишь в научном плане, в интересах раскрытия граней содержания таких психологических формирований как вина, мотив, цель, мы рассматриваем

' См.: Якушин В.А. Ошибка по советскому уголовному праву и ее социально-психологическая природа. В сб.: Вопросы укрепления правовых основ государственной и общественной жизни в свете новой Конституции СССР. Казань, 1980 г., с. - 140-141 2 См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Общая часть, T.I, M., 1994 г., с. - 232,235

11

ошибку обособленно и показываем ее влияние на эти формирования. Однако при этом всегда помним, что она является частью содержания последних и всегда обусловлена реальными обстоятельствами, предопределяющими это неправильное, неадекватное отражение. А вот эти реальные обстоятельства действительно могут быть как объективного, так и субъективного характера.

В определении А.И.Рарога акцент сделан на то, что ошибка это прежде всего заблуждение в отношении обстоятельств, обусловливающих характер и степень общественной опасности деяния. Но не любых обстоятельств, а реальных (фактических) обстоятельств. Конечно, характер и степень общественной опасности зависят как от объективных, так и субъективных признаков (в числе последних вина, мотив, цель). Однако, когда подчеркиваем, что на это влияют вина, мотив и цель, то учитываем их содержание, формы и т.д. уже в целом, со всеми их "погрешностями" -заблуждениями, которое всегда возможно лишь в отношении реальных обстоятельств дела. Видимо, это обстоятельство не было учтено Ф.Г.Гилязевым, когда он давал определение ошибки.

Кроме того, общепризнанно, что лицо может ошибаться не только относительно характера и степени общественной опасности деяния, но и в отношении его юридической характеристики, в отношении его противоправности. Это то же субъективное обстоятельство, нашедшее неправильное отражение в психике лица, совершающего социально значимое деяние.'

Поэтому наше утверждение о том, что в самом обобщенном виде ошибка есть "...заблуждение лица относительно объективных свойств общественно опасного деяния, которые характеризуют его как преступление"2, - представляется наиболее верным. Вина, разумеется, характеризует преступление как таковое, как преступление. Но она, как

' См.: Якушин В.А, Ошибка в противоправности и ее значение для определения вины и уголовной ответственности. В кн.: Актуальные вопросы советского права. Казань, 1985 г., с. - 99 2 Якушин В.А. Ошибка и ее уголовно-правовое значение. Казань, 1988 г., с. - 35

12

было отмечено ранее, не может быть объектом заблуждения. Как реальность она существует у личности, совершающей общественно опасное деяние. Для него она - субъективное начало, основа его деятельности. Но для нас, для тех, кто извне смотрит на факт совершения преступления и констатирует, что у личности имелось психическое отношение к совершаемому, она выступает как данность, существующая (существовавшая) объективно.

Нельзя вставать на ту позицию, что лицо, совершающее преступление, как бы в зеркале видит психическое содержание вины, мотива, цели, оценивает их, неправильно соотносит с чем-то, а в конечном итоге ошибается и на этой основе совершает действия.

Поскольку, в соответствии с редакцией ст.14 УК России 1996 года, преступлению присущи два объективных признака: общественная опасность и уголовная противоправность, то и ошибка лица при совершении преступления касается этих признаков. При этом нет; видимо, принципиальной разницы в том, следует ли именовать ошибку в отношении второго объективного признака преступления ошибкой в противоправности или, как это у А.И.Рарога, назвать ее ошибкой относительно юридической характеристики деяния. Суть от этого не меняется, однако стилистически предпочтительнее первое наименование данного рода ошибки.

С учетом изложенного, можно констатировать, что под ошибкой в уголовном праве следует понимать заблуждение лица относительно характера и степени общественной опасности совершаемого деяния и его уголовной противоправности.

§2. Классификация ошибок.

Классификация ошибок лиц, совершивших общественно опасное деяние, не самоцель того или иного исследователя. Она осуществляется в интересах более углубленного изучения данного явления, раскрытия его граней и характера взаимодействия объективного и субъективного, в целях установления реальной картины происшедшего и надлежащего применения закона, в целях совершенствования уголовного законодательства.

Анализ юридической литературы показывает, что существует множество классификаций ошибок. При этом в основу классификаций ложатся различные признаки.' Можно, например, классифицировать ошибки по источнику их возникновения. По этому основанию нами выделялись ошибки, обусловленные: а) внешними, объективными и б) внутренними, субъективными факторами.2 В.Ф.Кириченко выделил ошибку вследствие неправильного восприятия и неправильного заключения.3 Н.С.Таганцев полагал, что по этому основанию следует различать ошибку в поведении и ошибку в силу неправильного представления.4 С учетом уровня отражения действительности в процессе совершения социально-значимых действий можно выделить ошибку на уровне чувственного и рационального отражения реальности.

Мы видим, что проблемой классификации ошибок ученые активно занимались и до 1917 года. В дореволюционном уголовном праве России выделялись многие виды ошибок. Так, в работах Н.С.Таганцева выделяются ошибки извинительные и неизвинительные5, случайные®,

' См.: Якушин В.А. Ошибка и ее значение в применении уголовного закона. В кн.:

Вопросы осуществления прав и обязанностей в развитом социалистическом обществе. -Казань, 1983 г., с. - 59-62

2 См.: Якушин В.А. Ошибка и ее уголовно-правовое значение. - Казань, 1988 г., с. - 48

3 См.: Кириченко В.Ф. Значение ошибки по советскому уголовному праву. - М., 1952 г., с.-17

4 См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Обшая, T.I, М., 1994 г., с. -232

5 См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. - Часть Общая, T.I - С.-Петербург, 1902 г., с. - 545

6 Там же, с.-581,582

14

фактические и юридические / По своему содержанию Н.С.Таганцев выделял ошибку, относящуюся к деянию и его последствиям, и ошибку в мотивах, как основе деятельности.2 П.П.Пусторослевым, помимо фактической и юридической ошибки, выделялась ошибка в лице или предмете.3 Н-Д.Сергеевский выделял ошибку в плане и ошибку в выполнении.4

Достаточно большое внимание уделено классификации ошибок и в послеоктябрьский период. Так, В.Ф.Кириченко выделял заблуждения относительно: а) общественной опасности деяния; б) обстоятельств, являющихся элементами состава преступления; в) юридических факторов или юридическую ошибку (ошибку в праве).5 П.С.Дагель классифицировал ошибки по следующим основаниям: а) по предмету - ошибка юридическая и фактическая; б) по причинам возникновения - ошибка извинительная и неизвинительная; в) по своей значимости - ошибка существенная и несущественная; г) ошибка виновная и невиновная.6

В отличии от В.Ф.Кириченко многие ученые считают, что нужно выделять не три, а два вида ошибок. При этом одни считают, что таковыми являются фактическая и юридическая ошибка7, другие полагают, что ими выступают ошибки в объекте и в обстоятельствах, относящихся к

' Там же. с. - 585

2 Там же, с. - 583

3 См.: Пусторослев П.П. Русское уголовное право. Общая часть. - Юрьев. 1907 г., с. - • 344, 366

4 См.: Сергеевский Н.Д. Русское уголовное право (пособие к лекциям). Часть Общая. -С.-Петербург, 1910 г., с. - 299

5 Кириченко В.Ф. Указ.соч., с. - 18

6 См.: Дагель П.С. Обстоятельства, исключающие виновность субъекта и влияющие на форму вины. - Советская юстиция, 1973 г., №3, с. - 14-16

7 См.: Коптякова Л.И. Понятие ошибок в советском уголовном праве и их классификация. В кн.: Проблемы права социалистической государственности и социального управления. - Свердловск, 1978 г., с. - 107; Уголовное право. Общая часть, М.: Юрид.лит-ра, 1994 г., с. - 189; Уголовное право Российской Федерации. Общая часть. М.: Юрист, 1996 г., с. - 194; Уголовное право России. Общая часть. Учебное пособие, М.: Изд-во Юрид.колледж МГУ, 1994 г., с. - 55; Новое уголовное право России (учебное пособие). Общая часть, М.: ТЕИС, 1996 г., с. - 52; Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций, М.: БЕК, 1996 г., с. - 234

15

объективной стороне', по мнению третьих это ошибка относительно объективных или субъективных признаков общественно опасного деяния, которые характеризуют его как преступление.2

Предложенные классификации ошибок отражают в той или иной мере рассматриваемое явление, открывают какие-то стороны его и уже в силу этого имеют практическое значение, а отсюда заслуживают и внимания науки уголовного права. Разумеется, что практическая значимость приведенных классификаций неоднозначна. Одни из них раскрывают существенные связи явления (ошибки) и, тем самым, раскрывают его природу, социальное и уголовно-правовое значение, место во всеобщей взаимосвязи и т.д. Другие классификации помогают раскрыть лишь отдельные стороны, грани, срезы этих явлений и как таковые носят вспомогательный, дополнительный характер.

Практическая значимость той или иной классификации зависит от весомости, важности, значимости того признака, который положен в основу этой классификации. Кроме того, любая классификация будет иметь большую значимость, более полно и правильно раскрывать содержание явления, его сущностные моменты, если избрано такое ее основание, которое включает в себя все предметы с подобными признаками,

основаниями.

Если с учетом этих позиций рассмотреть предложенные классификации ошибок, то зачастую требования такого рода, например, «исключительности основания», в них не соблюдаются. Так, один и тот же классификационный признак наличествует как в одной, так и в другой классификации. Действительно, почему, к примеру, не считать юридическую ошибку видом фактической ошибки? При юридической ошибке лицо ошибается относительно какого-то факта - правомерности поведения, квалификации, вида и размера, наказания и т.д. Исследователь,

' См.: Дурманов Н.Д. Стадии совершения преступления по советскому уголовному

праву. М.: Госюриздат, 1956 г., с. - 164

2 См.: Гилязев Ф.Г. Особенности вины и значение ошибки в уголовном праве. Уфа, 1993

г., с.- 20,25

16

утверждающий, что юридическая ошибка это ошибка относительно каких-то фактических обстоятельств, будет совершенно прав.'

С другой стороны, заблуждение лица относительно фактических обстоятельств, например, в объекте преступления, совершенно обоснованно можно отнести к виду юридической ошибки, поскольку происходит заблуждение относительно вида и характера нарушаемого общественного отношения, охраняемого определенными нормами права и только ими, в отношении которых так же имеется неправильное представление или оценка. Полагая, что нарушая одну сферу общественных отношений лицо считает, что нарушает и определенные нормы права. Поэтому, если виновный посягал, например, на лицо в связи с его политической деятельностью, но по ошибке лишил жизни другого, то его преступные действия будут рассматриваться как преступление против основ конституционного строя и безопасности государства, а не как преступление против жизни и здоровья.

Более того, само по себе понятие «ошибка в факте», «фактическая ошибка» не раскрывает уголовно-правового значения этого заблуждения, да и самой классификации в целом. Ошибка возможна, например, в таком факте, который никак не влияет на характеристику преступного деяния. Применительно же к проблеме субъективного вменения ошибка в факте не ориентирует правоприменителя на выяснение того, какое значение имеет подобная ошибка для вменения, а отсюда и определения формы вины, ее содержания и т.д.

В литературе отмечалось, что весьма проблематичным для юридической практики является деление ошибки на извинительную и неизвинительную. По этому поводу еще Н.С.Таганцев подмечал, что если ошибка неизвинительна, то устраняется умысел, а если ошибка

извинительна, то устраняется всякое вменение.' Позднее подобное возражение было высказано Л.И.Коптяковой.2

Отметим одну неточность в рассуждениях Н.С.Таганцева и Л.И.Коптяковой. Неизвинительная ошибка необязательно ведет к неосторожной форме вины. Она может быть и в рамках умысла. В лучшем же случае неизвинительная ошибка может свидетельствовать о наличии не умышленной, а неосторожной формы вины.

Мы полагаем, что подобная классификация ошибки возможна лишь при разграничении преступного и непреступного, ибо каждая из видов ошибки данной классификации подчеркивает, раскрывает различные юридические полюса социально-значимой деятельности.

Однако вряд ли возможно выделить эти виды ошибок в рамках преступного деяния. Например, лицо из-за заблуждения совершает не умышленное, а неосторожное преступление. Если рассматривать эту классификацию через призму субъективного вменения, то получается, что любая «извинительная» ошибка в рамках общественно опасного деяния исключает вину и уголовную ответственность. В действительности «извинительные» ошибки могут изменять, например, лишь содержание и форму вины, а отсюда и пределы субъективного вменения, но не исключают уголовную ответственность в целом.

Имеет практическое значение деление ошибки на существенную и несущественную, поскольку она может предопределять уголовно-правовую оценку деяния. Ошибка лица в отношении обстоятельств, с которыми законодатель связывает основание и пределы уголовной ответственности, может влиять на содержание и форму вины и в силу этого признаваться существенной. Определенное практическое значение имеют и иные классификации ошибок. Мы уже отмечали, что они имеют дополнительный, вспомогательный характер. В то же время было бы

1 См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Часть Общая, T.I, С.-Петербург, 1902 г., с. - 545

2 См.: Коптякова Л.И. Указ.раб., с. - 107

18

неправильным их игнорировать, недооценивать, поскольку они являются предпосылкой для основных классификаций, помогают раскрыть те существенные признаки, на которых они могут строиться, которые служат их основой и базой. Вот почему следует согласиться с мнением Ф Р Сундурова о том, что «нельзя пренебрегать в качестве первоначальной стадии исследования сравнительным анализом на основе тех отдельных, частных признаков, которые видимы для исследователя».1

Социальная ценность и практическая весомость классификации ошибок (равно как и иных явлений) при совершении социально-значимых действий определяется значимостью того признака, который положен в основу этой классификации.2

Общеизвестно, что преступление представляет собой такой акт поведения человека, в котором диалектически представлено внешнее и внутреннее, физическое и психическое, объективное и субъективное. Именно это единство объективного и субъективного отражено в" понятии преступления, данного законодателем в ст.14 УК России 1996 года. Оно раскрыто путем указания основных, существенных признаков преступления. Преступление это общественно опасное, противоправное и виновно совершенное деяние.3

Содержание субъективной стороны, и прежде всего вины, определяется тем, как объективные и социально значимые факторы, определяющие общественную опасность и противоправность деяния, представлены в психике лица и каково отношение к ним личности, совершающей это деяние. Следовательно, «виновно совершаемое деяние» (подчеркнуто нами. - В.Я.) - вина есть ничто иное как отражение в психике

' Сундуров Ф.Р. Социально-психологические и правовые аспекты исправления и перевоспитания правонарушителей. Казань, 1976г., с. - 38

2 См.: Загородников Н.И., Наумов А.В. Теоретические основы классификации преступлений в уголовном праве. - Правоведение, 1983 г., №2, с. - 56

3 В уголовно-правовой литературе выделяются и иные признаки преступления.^ См.:

Джекебаев У.С. О