Реферат: Во второй половине xviu в., когда спорадически возникавшие с XVII в

Глава

ФОРМИРОВАНИЕ РУССКОЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ

(середина XVIII - начало XIX века)

Во второй половине XVIU в., когда спорадически возникавшие с XVII в. буржуазные элементы начали формироваться в капиталистический уклад, Российское самодержавие достигло своей кульминации, вступив в эпоху "просвещенного абсолютизма". В наибольшей мере влияние идей Просвещения в политике абсолютизма проявилось в области культуры. Именно в это время в общественном сознании формировалось более широкое понимание значения всех сторон культурного процесса, возрастал интерес к гуманитарным и мировоззренческим его аспектам. Многовековой процесс развития русской культуры вступал в новую стадию, преодолевая локальность и сословную ограниченность, придавая общенациональную значимость наиболее ценным региональным и сословным особенностям культуры. Складывавшееся единство выявлялось» в форме национальной культуры. Под термином "национальная культура" подразумевается достигшая определенной степени общности культура нации, формирующаяся в условиях возникновения и утверждения капиталистического уклада. В становлении национального самосознания, национальной культуры большая роль принадлежала лучшим представителям дворянства, формирующейся интеллигенции, которым было присуще глубокое постижение самобытной народной культуры и, вместе с тем, осознание единства с мировой культурой.

Система образования

Становление общеобразовательной школы, являвшееся важным фактором развития национальной культуры во второй половине века, связано с созданием двух гимназий при Московском университете (1755 г.), гимназии в Казани1 (1758 г.) и, особенно, с открытием после 1786 г. народных училищ: в губернских городах—4-классных (главных), приближавшихся по типу к средней школе, а в уездных — 2-классных (малых), где преподавались чтение, письмо, начала арифметики и священная история. Здесь впервые вводилась классно-урочная система, единые учебные планы. Принципиально новым было то, что "Устав народных училищ" предусматривал создание единой системы светской школы — от малого народного училища до университета: закончившие малое училище могли продолжать образование в 3—4 классах главного, а выпускники последнего могли поступать в университет, изучив дополнительно латынь и один из европейских языков. Принципиальным новшеством было то, что в народные училища стали принимать девочек, принадлежавших преимущественно к непривилегированным сословиям.

В начале XIX в. эта система подверглась коренной перестройке. Программа средней школы была расширена и усложнена, а обучение продлено до 7 лет (последовательно в четырех видах учебных заведений — приходской школе, уездном и главном училищах и гимназии). С известными оговорками к общеобразовательным можно отнести созданные во второй половине века миссионерские школы для детей нерусских народов Поволжья (татар, чувашей и др.), где готовили переводчиков, учителей и низшее православное духовенство. Основной формой обучения податного населения продолжали оставаться школы грамоты. Для дворянских детей была создана сеть закрытых учебных заведений (Пажеский корпус, кон. 50-х гг.; "Воспитательное общество благородных девиц" при Смольном монастыре (Смольный институт), 1764 г.: Царскосельский лицей, 1811 г. и др.). Эти учебные заведения пользовались наибольшей финансовой поддержкой правительства. Для сравнения: один Смольный институт получал 100 тыс. руб. в год, в то время как на все народные школы целой губернии — всего 10 тыс. руб., причем, часть этих денег предназначалась на нужды больниц, богаделен и т.п. Появились профессионально-художественные училища закрытого типа, в которые не принимали детей крепостных крестьян (Балетная школа при Московском воспитательном доме, 1773 г.: Академия художеств, 1757 г., дававшая профессиональную подготовку в области живописи, ваяния и зодчества и др.). К концу XVIII в. в стране было 550 учебных заведений с числом учащихся около 60—70 тысяч.

Хотя создание системы народных училищ и других общеобразовательных школ явилось важным вкладом в становление русской светской школы, но провозглашенная всесословной, она на деле оставалась придатком сословной системы образования. Эта ситуация отражала отношение властей к распространению знаний среди низших сословий. "Черни не должно давать образование, — писала Екатерина московскому генерал-губернатору П.С. Салтыкову, — поскольку она будет знать столько же, сколько вы да я, то не станет повиноваться нам в той мере, в какой повинуется теперь". Эта ситуация не изменилась до начала XX в.

Значительные успехи были достигнуты в области высшего образования. 12 января 1755 г. (в Татьянин день) императрицей Елизаветой Петровной был подписан указ об учреждении в Москве университета с двумя гимназиями. Хотя в нем говорилось, что Московский университет создан по примеру европейских, "где люди всякого звания свободно наукою пользуются", однако для дворянских детей предназначалась одна гимназия, а для разночинцев—другая. Совместно они начинали учиться лишь став студентами, и тогда все, независимо от происхождения, получали шпаги, таким образом статус разночинца повышался. В отличие от европейских университетов, обучение в Московском в XVIII в. было бесплатным, а для 30 студентов предусматривалось казенное содержание (стипендия). В начале XIX в. было образовано еще 5 университетов — Дерптский (Тартусский), Казанский, Харьковский и др.

Возросшее число школ сделало актуальной проблему подготовки учителей, которых в начале XIX в. катастрофически не хватало (на каждое уездное училище, например, приходилось в среднем по 2 учителя, преподававших по 7—8 предметов каждый). В 1779 г. была открыта Учительская семинария при Московском университете, в 1782 г. — Петербургское главное народное училище для подготовки учителей народных училищ, в начале XIX в. преобразованное в Педагогический институт. В начале XIX в. педагогические институты были созданы при всех университетах.

Утверждение системы светского образования потребовало создания принципиально новых учебников. Во второй половине XVIII в. их разработкой занимались Академия наук и Московский университет ("Первые основания металлургии", "Риторика", "Краткий российский летописец" и "Российская грамматика" М.В. Ломоносова: "Географическое и историческое описание Российской империи" Х.А. Чеботарева и др.). В конце XVIII в. наступил новый период в истории русского образования — на смену узко профессиональной и сословной школе пришла общеобразовательная. К тому же на школу возлагались задачи воспитания, принадлежавшие до тех пор семье.

Наука и техника

В рамках средневековой культуры в строгом смысле слова наука не существовала. Ее возникновение возможно только в системе новой культуры, свободной от провиденциализма, с присущим ей расширением межкультурных связей, стремлением к рациональному объяснению бытия. В предшествующее время происходило накопление научных знаний, представлений. Отличие от них науки состоит в выработке и теоретической систематизации объективных знаний о действительности, а также в создании таких социокультурных институтов, как учебные и научно-исследовательские учреждения, в формировании особого слоя людей, профессионально посвятивших себя научной деятельности.

Первые шаги в организации науки нового времени, в подготовке научных кадров относятся еще ко второй половине XVII в., создание же Петербургской Академии наук явилось качественным сдвигом в становлении науки в России. Уже во второй половине XVIII в. русская наука достигла общеевропейского уровня развития естествознания. В значительной мере это стало возможно благодаря приглашению европейских ученых. Крупнейшим среди них был Л. Эйлер (1707 — 1783 гг.) — выдающийся математик, механик, физик и астроном, отличавшийся необычайной творческой продуктивностью. Будучи автором более чем 800 научных работ, он оказал значительное влияние на развитие науки.

В середине XVIII в. развитие русской национальной науки в значительной мере связано с ^ М.В. Ломоносовым (1711 — 1765 гг.), в деятельности которого проявились народнохозяйственные нужды страны. Решая практические задачи, он занимался горным делом, металлургией, производством стекла и одновременно достиг больших успехов в разработке теоретических проблем. Ломоносов сформулировал закон сохранения материи и движения (почти на 30 лет раньше французского химика А. Лавуазье), явился одним из создателей учения о теплоте как о молекулярном движении, впервые внедрил физические методы исследования в химии и стал основоположником физической химии и т.д. Ломоносов был новатором во многих областях техники и технологии, положил начало разработке научной терминологии, вводя в научный оборот хорошо нам знакомые понятия (атмосфера, вал, горный хребет, клин, удельный вес, чернозем и др.). Не менее разнообразной и плодотворной была деятельность ученого-энциклопедиста в области гуманитарных наук: ему принадлежит выдающаяся роль в реформе русского языка: он оставил многочисленные записки на общественно-политические и экономические темы и т.п. Неоценим вклад М.В. Ломоносова в развитие просвещения, литературы, искусства.

Немало новых инженерных решений принадлежало русским изобретателям второй половины XVIII в. Механик-самоучка И.П. Кулибин (1735 — 1818 гг.) спроектировал небывалый одноарочный мост через Неву, изобрел телеграф и код к нему, механическую сеялку, лифт и многое другое. И.И. Ползунов (1728—1766 гг.) в 1763 г. (за 20 лет до англичанина Дж. Уатта) разработал проект универсального парового двигателя — первой в мире двухцилиндровой машины непрерывного действия. Сыну заводского мастерового, К.Д. Фролову (1726— 1800 гг.), окончившему горную школу в Екатеринбурге, также принадлежал ряд изобретений, превосходивших зарубежные технические новшества (рельсовый внутризаводской путь с механической тягой; гигантская подземная гидроустановка рудника, приводившая в действие все механизмы и др.). Передовая научная и техническая мысль не находила сколько-нибудь широкого применения в феодальном производстве России, основанном главным образом на подневольном труде.

Наибольшие достижения в области гуманитарных наук связаны с историей. К числу самых значительных принадлежат труды М.В. Ломоносова ("Древняя Российская история", где автор впервые в русской историографии коснулся вопроса об этногенезе славян, высоко оценив их прежнюю культуру; "Краткий российский летописец", бывший в XVIII в., по существу, единственным учебником отечественной истории). Кроме того, попытки выработать общую концепцию отечественной истории предприняты в сочинениях И.Н. Болотина (1735—1792 гг.) и М.М. Щербатова (1733—1790 гг.).

Общественная мысль

Усложнение духовной и умственной жизни, дифференциация и углубление общественного сознания — характерная черта нового периода общественно-культурной жизни. Вопрос о характере государственной власти оставался главным в общественной мысли. Под влиянием идей Просвещения и рационализма формировалась идеология просвещенного абсолютизма. Мысль Вольтера и других просветителей XVIII в. о государстве во главе с философом на троне, способном преобразовать общественную жизнь на разумных началах, была воспринята представителями как консервативной мысли (А.П. Сумароков, М.М. Щербатов), так и дворянско-либеральной оппозиции, идеология которой получила оформление в русском Просвещении (Н.И. Новиков, Д.И. Фонвизин и др.). А.Н. Радищев, не принявший идеологии и практики просвещенного абсолютизма, цивилизаторскую, просветительскую функцию отводил не государству, а лучшим представителям первого сословия (дворянства). "Дней алексан-дровых прекрасное начало", озаренное надеждами на конституционное ограничение самодержавия ("План государственных преобразований" М.М. Сперанского), возбудило передовую общественную мысль и, одновременно, вызвало решительную оппозицию консервативного дворянства (Н.М. Карамзин "Записка одревней и новой России", 1811 г.).

Важнейшим направлением общественной мысли 11-ой половины XVIII — нач. XIX в. явилось просветительство, включавшее целый ряд социо-культурных проблем. Русская действительность, сочетавшая самые грубые формы крепостничества и становление буржуазных отношений, а также события исторического значения в Европе (французская буржуазная революция и др.) предопределили антикрепостническую направленность просветительской идеологии в России, у истоков которой стоял М.В. Ломоносов. Участники конкурса Вольного экономического общества и депутаты Уложенной комиссии (А.Я. Поленов, Я.П. Козельский и др.) в 60-е гг. впервые выступили с критикой наиболее уродливых черт крепостничества. Одновременно, представитель крайне правого крыла депутатов Уложенной комиссии, князь Щербатов отстаивал мысль о неудобстве в России дать свободу крестьянам. Гуманистический аспект крестьянского вопроса нашел широкое отражение в деятельности Н.И. Новикова (1744— 1818 гг.), крупнейшего издателя и журналиста своего времени (сатирические журналы "Трутень", "Живописец", "Кошелек", "Пустомеля").

Трагедию радикального просветительства пережил ^ А.Н. Радищев (1749 — 1802 гг.). Впервые в истории русской общественной мысли он не только заклеймил "чудище" самовластия, но и поставил вопрос о ликвидации крепостничества и самодержавия революционным путем. Напечатанная скромным тиражом (600 экземпляров) книга Радищева "Путешествие из Петербурга в Москву" (1790 г.), по распоряжению Екатерины II была почти полностью конфискована и уничтожена. Однако о ней не забыли, долгие десятилетия многочисленные рукописные списки запрещенного сочинения ходили по России. В 1858 г. она была вновь напечатана в лондонской "Вольной типографии" А.И. Герцена. Радищев опасался повторения ужасов пугачевщины, якобинского террора и отводил для подготовки революции посредством просвещения народа целое столетие. В конце жизни, в первые годы царствования Александра 1, Радищев вернулся к мысли о реформаторской миссии просвещенного монарха ("Осьмнадцатое столетие").

В первые годы XIX в. просветительская тенденция общественной мысли была представлена "Вольным обществом любителей словесности, наук и художеств" (1801 г.), в котором преобладали идеи мирного просветительства (И.М. Борн, В.В. Попугаев, И.П. Пнин и др.). Из общего русла просветительства этого времени выделялся А.С. Кайсаров (1782 — 1813 гг.) пониманием перспектив общественного развития (диссертация "Об освобождении крепостных в России", изданная в Геттингене, в России не печаталась до 1966 г.).

Большинство антикрепостнических просветительских произведений не увидело света в XVIII в., а значит почти не оказало влияния на развитие общественной мысли. Это порождало разочарование в просвещенной монархии и просветительском рационализме, толкало на поиски выхода в иных сферах. Попытка разрешить на религиозно-нравственной основе противоречия вступившего в стадию разложения феодального общества, а также неудовлетворенность официальной церковностью привели к появлению нового духовно-общественного движения — масонства2 (30-е гг. XVIII в. — 1822 г.). Движение состояло из нескольких противоборствующих "партий" (французское, английское масонство, рыцарство, иллюминатство), его общей чертой были религиозно-нравственные искания. Большинство масонов, оставаясь монархистами, противостояли деспотизму и стремились к большему социальному равенству посредством "нравственного исправления", просвещения, самовоспитания "на стезях христианского нравоучения" (Н.И. Новиков). Масонами были лучшие представители дворянства (Н.И. Новиков, И.В. Лопухин и др.). "Странная смесь мистической набожности и философского вольнодумства, бескорыстная любовь к просвещению, практическая филантропия ярко отличали их от поколения, которому они принадлежали," — писал А. С. Пушкин о масонах. В начале XIX в. масонское движение имело двойственный характер: с одной стороны среди масонов было около 50 будущих декабристов (К. Муравьев, С. и М. Муравьевы-Апостолы, П. Пестель и др.), с другой — многие масоны были убежденными крепостниками (О. Поздеев).

Рубеж XVIII—XIX вв. отмечен ростом национального самосознания. Этим обусловлен повышенный интерес к отечественной истории, языку, народной культуре. Яркое свидетельство тому — полемика Н.М. Карамзина и А.С. Шишкова о литературном русском языке (руб. XVIII — XIX вв.), издание первого сборника русского фольклора Киршей Даниловым "Древние российские стихотворения" (1804, 1818 гг.), создание при Московском университете Общества любителей российской словесности (1814 г.) и многих других литературных обществ по стране. В публицистике все чаще звучал призыв приучать россиян к уважению собственного, вникать в характер российского народа, в дух российской древности. Народная культура в общественном сознании воспринималась как средство познания народа и как один из источников формирования национальной культуры.

Литература

Классицизм господствовал в русской литературе в течение четырех десятилетий (до конца 60-х гг.). В отличие от западноевропейского, отечественный классицизм теснее связан с просветительством, что привносило в литературу русского классицизма демократические черты.

Ведущую роль в ней играли значительные этические коллизии, нормативные типизированные образы. В середине XVIII в. на литературном небосклоне взошла звезда талантливого поэта и теоретика классицизма А.П. Сумарокова (1717— 1777 гг.). Созданная им школа развивала жанры сатирической и лирической поэзии. Сумароков — дворянин, монархист и крепостник, но, будучи идеологом передового просвещенного дворянства, он выступал со страстным обличением "знатной черни":

Какое барина различье с мужиком?

И тот и тот земли одушевленной ком.

А если не ясней ум барский мужикова.

Так я различия не вижу никакова.

Сумароков — выдающийся драматург, автор первых русских стихотворных трагедий ("Хорев", "Синав и Трувор", "Новые лавры"), которым присущи национально-патриотическая тематика, гражданский пафос, элементы реализма и народности.

В последней трети XVIII в. в литературе начал складываться новый метод — реализм3, первые успехи одержавший в драматургии. Д.И. Фонвизин (1744/1745 — 1792 гг.), воспитанник гимназии при Московском университете, не только рано заинтересовался литературой, но и приобщился к просветительской идеологии. В своих комедиях в равной мере он осуждал как "русских французов", таких как Иванушка из "Бригадира" (1769 г.), получивших французское воспитание, презиравших все русское и, по мнению драматурга, ставших дурными сыновьями своего отечества4, так и необразованных и развращенных безграничной помещичьей властью представителей провинциального дворянства, как Скотинины и Простаковы из "Недоросля" (1782 г.). Таким образом, "Фонвизин казнил в своих комедиях дикое невежество старого поколения и грубый лоск поверхностного и внешнего европейского полуобразования новых поколений" (В.Г. Белинский). По существу, "Бригадир" явился первой национальной русской комедией, а "Недоросль"—первой реалистической комедией.

Екатерина II, недовольная стремлением Фонвизина лечить социальные язвы посредством литературы, в сущности, запретила ему печататься, произведения писателя долгие годы ходили только в списках.

Г.Р. Державин (1743 — 1816 гг.) сделал решающий вклад в развитие реалистической лирики. Придерживаясь консервативных взглядов, Державин всюду искал правду, боролся с несправедливостью, требовал соблюдения законов и поэтому остался в истории литературы "бичом вельмож".

В последнее десятилетие века главенствующим направлением дворянской литературы стал сентиментализм5. Между сентиментализмом и реализмом XVIII в. много общего — оба направления, опираясь на идеи

Просвещения, утверждали веру в великую роль человека на з^мле, воспитывали в нем чувство достоинства. Но метод изображения человека был разным. Реализм, раскрывая личность, связывал ее с окружающим миром, сентиментализм же стремился освободить человека от власти среды. Расцвет сентиментализма в России связан с творчеством А.Н. Радищева и И.М. Карамзина (1766 — 1826 гг.), создавшего в Москве своеобразный центр новой школы. В 1792 г. в издаваемом Карамзиным "Московском журнале" была опубликована серия его повестей, представлявших некоторые разновидности этого жанра. "Наталья, боярская дочь" — повесть-предание, изображающая приключения древности: "Прекрасная царевна и счастливый карла" — сказочная повесть; "Лиодор" — авантюрная, а "Бедная Лиза" — современная городская повесть. По существу, с "Бедной Лизы" началась новая русская проза. При внешней простоте и даже некоторой наивности сюжета в повести отразились заветные мысли и убеждения Карамзина, в ней поднята типичнейшая проблема той эпохи — проблема социального неравенства. Вспомним, что именно эта проблема—главная и в "Путешествии из Петербурга в Москву" Радищева. Вообще, связь между "Бедной Лизой" и "Путешествием..." велика и современникам, видимо, была еще более очевидна. По существу, тема и образы повести Карамзина подсказаны книгой Радищева, хотя раскрыта тема в одном случае средствами художественного произведения, в другом—публицистики.

В конце XVIII в. в произведениях разных русских писателей и поэтов проступают черты того стиля, той эстетической системы, которые спустя десятилетия получат развитие в творчестве Жуковского, молодого Пушкина и др. Повести Карамзина "Остров Борнгольм" (1794 г.) и "Сиерра-Морена" (1795 г.) ознаменовали новый этап в его творчестве и в русской литературе в целом. Это первые чисто романтические повести в русской литературе.

Архитектура

Расцвет русского зодчества и изобразительного искусства в середине XVIII в. связан, с одной стороны, со зрелым владением принципами искусства нового времени, с другой — с обращением к древнерусской традиции с позиций нового искусства. На единой стилевой основе (барокко) складывался синтетический характер искусства — нерасторжимое единство архитектуры, скульптуры, монументальной и декоративной живописи, прикладного искусства. Специфика русского барокко 40 — 50-х годов связана с использованием опыта других европейских стилей (французского классицизма XVIII в.), рококо6 и отечественной традиции. Лицо архитектуры этого периода определяли новые для России объемно-пространственные композиции.

Крупнейшим зодчим середины века был Ф.Б. Растрелли (1700? — 1771 гг.). Становление стиля мастера происходило уже в ранних постройках—дворцы Бирона в Митаве (теперь Епгава, 1738 — 1740 гг.) и Руентале (теперь Рундаль, 1736 — 1740 гг.); дворец М.И. Воронцова на Садовой ул. в Петербурге (1749—1757 гг.). Лучшие загородные постройки зодчего — Большой дворец в Петергофе (1745 — 1755 гг.) и Большой или Екатерининский дворец в Царском Селе (1752— 1757 гг.) с обширным регулярным парком и парковыми павильонами.

Одно из выдающихся открытий Растрелли — комплексы парадных интерьеров, наполненных светом, льющимся через огромные окна и отражающимся в зеркальных пилястрах и зеркалах, размещенных в простенках. Позолоченная резьба и лепнина, бронза и живописные плафоны дополняли великолепие пространственного решения дворцовых помещений, где от парадной лестницы на пути зрителя разворачивалась анфилада неповторяющихся залов, приводящих к большому танцевальному залу. В 1754 — 1762 гг. Растрелли создал знаменитый Зимний дворец в Петербурге, монументальные формы фасадов которого должны были отражать славу и могущество Российской империи. Сам архитектор писал об этом в донесении Сенату: "Строение каменного Зимнего дворца строится для одной славы всероссийской". Комплекс Смольного монастыря (1748 — 1764 гг.) — одно из лучших творений Растрелли. К сожалению, замысел мастера не был полностью претворен в жизнь. Собор к 1764 г. был выполнен лишь вчерне и более 70 лет простоял незавершенным. Лишь в 30-е гг. XIX в. его достроил архитектор В.П. Стасов. При этом был значительно изменен его интерьер, а недостроенная колокольня (по проекту — более 140 м) разобрана. Предел роскоши стиля барокко — богатство скульптурного убранства, игру светотени, красочность сочетаний интенсивно-голубого, белого цветов и позолоты — во всех постройках зодчий умело соединял с грандиозным пространственным размахом и удивительной ясностью основной композиции.

В Москве в это время сложилось свое понимание барочной формы, характеризующееся более бережным отношением к старомосковской традиции. Крупнейшим зодчим Москвы середины века был Д.В. Ухтомский (1719 — 1774 гг.). Одна из самых известных его построек — многоярусная колокольня Троице-Сергиевой лавры, строительство которой было начато еще в 1741 г. учителем Ухтомского, видным московским зодчим И.Ф. Мичуриным, а отделка завершена лишь в 1770 г. Ухтомский вошел в историю русской архитектуры не только в связи с постановкой серьезных творческих задач и широким размахом строительства, но и благодаря активной педагогической работе. Под его руководством в Москве действовала своеобразная школа-мастерская, так называемая "архитекторская команда", в которой воспитанники сочетали теоретическое обучение с практической работой. Среди учеников этой школы были А.Ф. Ко-коринов, В.И. Баженов, М.Ф. Казаков — будущие выдающиеся архитекторы, во второй половине XVIII в. составившие славу и гордость русской архитектурной школы.

В 60-е гг. классицизм7, с его благородной, величавой простотой, пришел на смену живописному барокко. Архитектура русского классицизма во второй половине XVIII в. пережила два этапа: ранний классицизм (60-е — нач. 80-х гг.) и строгий классицизм (середина 80-х — 90-е гг.). На первом этапе ведущее значение имели общественные знания, архитектурные формы которых определяли характер и всех других типов построек. В основе планировочных схем как правило лежали одна-две правильные геометрические фигуры (круг, квадрат, треугольник), а объемы зданий монолитны. На втором этапе преобладали частные городские дворцы и усадебные постройки с присущей им схемой — центральный корпус соединялся с боковыми флигелями посредством галерей, форма портиков, разновидность и пропорции ордера и другие детали также различны для каждого периода. Центр Петербурга административными зданиями и дворцами застраивали лучшие русские и иностранные архитекторы. Крупнейшим русским зодчим, начавшим новую линию в архитектуре, был А.Ф. Кокоринов (1726 — 1772 гг.). Обращение к формам античной классики, характерное для раннего классицизма, особенно раскрылось в крупнейшем по размерам сооружении тех лет—в здании Академии художеств (1764 — 1783 гг.), в проектировании фасадов которого принимал участие француз Ж.Б. Валлен-Деламот (1729 — 1800 гг.). Здание, занимающее целый квартал, было задумано Кокориновым с учетом его местоположения. Широкий невский разлив предопределил огромный массив постройки и простоту основных членений, строгость и лаконичность архитектурных форм. Данью скульптурным принципам барокко явилась отделка средней части фасада, украшенной колоннами, статуями и чередующимися вогнутыми и выпуклыми элементами.

Д. Кваренги (1744 —1817 гг.), итальянец, в 1780 г. приехавший в Россию, долго и плодотворно работавший здесь, явился наиболее ярким выразителем строгого классицизма. Очень характерны для творчества Кваренги здания Ассигнационного банка на Садовой улице (1783 —1790 гг.) и Академии наук на набережной Невы (1783 — 1789 гг.) в Петербурге; Английский дворец в Петергофе (1781 —1789 гг.), полностью разрушенный фашистами во время войны, и, конечно, едва ли не самая замечательная постройка зодчего — Александровский дворец в Царском Селе (1792 — 1796 гг.). Кваренги особенно присуще использование трехчасной схемы как для административных, так и жилых построек, при которой центральный корпус, отмеченный портиком, соединялся пониженными галереями с двумя симметричными флигелями.

Кваренги, как и некоторые другие русские архитекторы (Н.А. Львов, Ч. Камерон), в 80—90-е гг. не избежал увлечения палладианством8, но их творчество не было простым копированием и представляло собой результат творческой интерпретации идей Палладио. Об этом свидетельствуют постройки Н.А. Львова (1751 — 1803 гг.), весьма разностороннего деятеля русской художественной культуры. Не имея профессионального образования, он однако с успехом выступал как поэт и как фольклорист-собиратель русских песен, как переводчик и как изобретатель и, наконец, как архитектор и теоретик архитектуры (именно он перевел и издал с комментариями трактат А. Палладио). Среди лучших построек Львова в Петербурге — Главный почтамт (1782 — 1789 гг.), удачно сочетавший практическое предназначение здания и монументальность внешнего облика крупнейшего почтовогоучреждения России.

Особое место в истории русской архитектуры занимает английский архитектор Ч. Камерон (1740-е— 1812 гг.), приглашенный в Россию в 1779 г. Большой знаток античности, тонко чувствующий красоту природы в ее гармоничном единстве с архитектурой, зодчий создал ряд выдающихся дворцово-парковых ансамблей в основном в пригородах Петербурга — комплекс в Царском Селе (Камеронова галерея, 1783 — 1787 гг.) и ансамбль Павловска (Дворец, 1782—1786 гг.; Колоннада Аполлона, 1780— 1783 гг.; Храм дружбы, 1780 — 1783 гг. и др.). Камерон впервые привнес в русскую архитектуру подлинный греческий ордер, в то время как русский классицизм использовал формы римской архитектуры в интерпретации зодчих эпохи Возрождения.

Строгим решением архитектурных форм отличаются сооружения замечательного мастера второй половины века — И.Е. Старова (1745 — 1808 гг.). Наиболее значительным из них является Таврический дворец (1783 —1789 гг.) — громадная городская усадьба екатерининского вельможи Г.А. Потемкина, созданная в стиле старого классицизма: объемы центрального корпуса и боковых павильонов просты по массам, стены оставлены гладкими, использован дорический ордер. Предназначенный для торжественных приемов, дворец своей архитектурой и интерьерами восхищал уже современников. Г.Р. Державин, в апреле 1791 г. посетивший Таврический дворец, писал: "При первом шаге представляется длинная овальная зала, или, лучше сказать, площадь в пять тысяч человек вместить в себя удобная, и разделенная в длину в два ряда -еще тридцатью шестью столпами. Кажется, что исполинскими силами вмещена в ней вся природа. Сквозь оных столпов виден обширный сад... С первого взгляда усомнишься и помыслишь, что сие есть действие очарования или, по крайней мере, живописи и оптики, но приступив ближе, увидишь живые лавры, мирты..." Так Державин описал свое впечатление от грандиозной галереи для массовых празднеств, отделенной колоннадой из восемнадцати пар колонн от зимнего сада. Частые окна с написанными в простенках деревьями как бы уничтожали преграду, отделявшую зимний сад от парка, и создавали ту иллюзию живой природы, о которой писал Державин.

Гармония единства классических и национальных начал, характерная для русского классицизма, гениально воплотилась в творениях московских зодчих В.И. Баженова (1738— 1799 гг.) и М.Ф. Казакова (1738—1812 гг.). Выученик архитекторской команды Ухтомского, в 1756 — 1760 гг. Баженов продолжил образование в Академии наук у архитектора С. И. Чевакинского (Академия художеств еще не была открыта).

Годы пенсионерства во Франции и Италии (1760 — 1765 гг.) развили дарование молодого Баженова. По возвращении на родину ему было присуждено звание академика. Столь блестящее начало, казалось, сулило архитектору большое будущее. Однако дерзновенность творческих замыслов и независимый характер, раздражавшие академическое начальство, сделали невозможным дальнейшее пребывание Баженова в Академии художеств. В 1767 г. он переехал в Москву.

Московский период стал важнейшим в творчестве зодчего, хотя и здесь его преследовали неудачи —лучшие проекты Баженова по разным причинам не были претворены в жизнь. Реализация проекта Кремлевского дворца (1767— 1773 гг.), по существу явившегося грандиозным проектом реконструкции всего Кремля и создания нового центра Москвы, ограничилась торжественной церемонией закладки дворца и некоторыми подготовительными работами. Не менее печальна судьба загородного дворцово-паркового ансамбля в Царицыне под Москвой (1775 — 1785 гг.), спроектированного в популярном в то время в ряде европейских стран стиле—псевдоготике9. Баженов однако не ограничивался европейскими прототипами, но использовал и средневековые традиции русского зодчества, заимствовал и умение располагать здания в природной среде, и характер внешней отделки—сочетание красного кирпича с белым камнем.

По прихоти Екатерины II, в 1785 г. посетившей Царицыно, строительство было прекращено, некоторые корпуса срыты, а переделка дворца поручена М.Ф. Казакову (но и его постройка не была закончена). Даже простоявший в развалинах более 200 лет Царицынский ансамбль сохранил свою привлекательность. Неприязнь императрицы вызвали, очевидно, непривычная натуральная планировка ансамбля, обусловленная пересеченным характером местности, и, особенно, масонские символы, которые легко угадывались в готической декорации построек.

Самым совершенным творением Баженова в Москве является дом Пашкова (1784— 1786 гг.), ныне здание Российской государственной библиотеки. Здание, построенное по принципам усадебного дворца, — подлинная жемчужина русской архитектуры. Уличный фасад украшен коринфским портиком, поднятым на уровень второго этажа, по бокам портика — статуи. Над центральным корпусом — балюстрада, а над ней — бельведер (беседка над домом). Здание возведено на крутом холме и лицевым фасадом обращено к Кремлю. На склоне холма был разбит сад, внизу обнесенный кованой решеткой.

М.Ф. Казаков, познакомившийся с Баженовым еще в архитектурной команде Ухтомского, помогал ему в работе над проектом Кремлевского дворца, совместно зодчие работали над проектом увеселительных строений на Ходынском поле (1775 г.). Влияние Баженова на творчество Казакова сказалось в строительстве Петровского дворца в Москве (1775 — 1782 гг.). Величественный купол, обилие башен, резной белый камень на красном фоне стен дворца близки формам только что законченных сооружений на Ходынском поле и строящегося царицынского ансамбля. Вся постройка демонстрирует влияние популярных в то время палладианства и псевдоготики, но древнерусские традиции преобладают над классическими.

К лучшим памятникам московского классицизма относятся и другие творения Казакова (здание Сената в Московском Кремле, 1776 — 1787 гг.; Московский университет на Моховой, 1786 — 1793 гг.; дом Благородного собрания со знаменитым Колонным залом, сер. 80-х гг.; Голицынская (ныне 1-я градская) больница, 1796—1801 гг. и др.).

В начале XIX в. русские зодчие, используя только основные принципы ордерной архитектуры, создали произведения, воплощавшие идею величия и силы Российского государства. С наибольшей полнотой достижения высокого классицизма воплотились в творчестве А.Н. Воронихина (1759 — 1814 гг., Казанский собор в Петербурге), Ж. Томаде Томона (1760—1813 гг., ансамбль Биржи на стрелке Васильевского острова), А.Д. Захарова (1761 — 1811 гг., Адмиралтейство).

Скульптура

Во второй половине века все более самостоятельное значение приобретала скульптура. Развитие монументальной скульптуры происходило в русле классицизма. Лучшие русские ваятели этого времени ничем не уступали знаменитым европейским скульпторам. К старшему поколению принадлежал видный мастер монументальной и декоративной скульптуры Ф.Г. Гордеев (1744 — 1810 гг.). Сын дворцового скотника, окончивший Академию художеств, он продолжил образование в Париже, а вернувшись на родину, блестяще проявил себя в мемориальной пластике (надгробия А.М. Голицына, 1780 г., ГНИМА; героя битвы при Хотине, фельдмаршала А.М. Голицына, 1799 г., ГМГС и др.). Замечательны поздние работы мастера — рельефы для Казанского собора в Петербу^ Театр и музыка
Русский профессиональный театр во второй половине столетия переживал период становления, важнейшими этапами которого было создание в Петербурге нескольких театров: в 1756 г. — "Русского для представления трагедий и комедий театра", директором которого был назначен Сумароков, а руководителем труппы ~Ф. Волков (1729—1763 гг.), человек разносторонних талантов: блестящий актер, поэт, драматург, музыканти скульптор; в 1779 г. — частного театра на Ц