Реферат: В традициях тулы

В ТРАДИЦИЯХ ТУЛЫ

Олег СЕМЕНОВ*, иллюстрации автора

«Все охоты хороши! Каждая имеет своих горячих поклонников, предпочитающих ее другим родам охоты; но ружью должно отдать преимущество перед всеми. …всякая другая охота более или менее исключительна, одностороння… Ружье, напротив, добывает все: зверя, птицу… и во всех положениях: сидящих, бегущих и летящих».

Такую интересную мысль высказал Сергей Тимофеевич Аксаков в 1852 году в «Записках ружейного охотника Оренбургской губернии». Крайне тяжело после этого произведения классика русской литературы что-либо сочное добавить об охоте, правильнее это произведение просто перечитать.


Идея сделать в оружии что-то свое, отличное от ранее виденного, зародилась в середине 1996 года. Над проработкой и реализацией этой идеи я трудился вместе со своим другом и единомышленником, краснодеревщиком Александром Ивановичем Петровым. С ним я познакомился, когда работал гравером в цехе №28 Тульского оружейного завода. Это цех, в котором издревле изготавливалось дорогое, украшенное оружие высшего разбора.

Мы задумали сделать классический охотничий подарочный комплект, состоящий из: ружья, ножа и принадлежностей для чистки (составного шомпола, вишера, щетки и масленки).



За основу взяли добротное ЦКИБовское ружье МЦ 106-12, которое обладало хорошим качеством при не запредельной цене. Одновременно эта модель позволяла реализовать наши художественные замыслы. Нам хотелось приблизить ружье, выпускаемое мелкими сериями (МЦ 106),



за счет качественной художественной отделки к элитному штучному ружью (МЦ 109).



Для визуального удлинения ствольной коробки мы решили раздвинуть, границы изображения охотничьей сценки с колодки на приклад. Это должно было зрительно объединить поверхности металла и дерева. Такое решение заставило нас не просто объединить эстетические задачи гравера и резчика по дереву, но и максимально сблизить применяемую технику и качество работ.

Вся левая сторона ружья «утиная», а правая — «тетеревиная». Объединяющим эти сцены стал курцхаар с вальдшнепом в пасти, расположенный на «сухаре» коробки. Таким образом, цепь образов замкнулась, и ружье, предназначенное, в основном, для охоты на пернатую дичь, обрело свой логично законченный вид.

Эскизы для всех изображений и инкрустации прорабатывал я, а орнамент под резьбу на дереве Александр.При целостной общей идее, общий вид всего комплекта получился довольно гармоничным. Еще одной важной особенностью всей работы стало объединение в ней многих приемов обработки металлов и способов отделки деревянных деталей, традиционных для тульских оружейников.

Дело в том, что до прихода на ТОЗ я учился в школе оружейного мастерства ЦКИБ СОО и затем работал там гравером около 14 лет. Мастера этих двух организаций, всегда работали в совершенно разных техниках отделки. Так, даже заточка инструмента у них различна настолько, что определенные технические приемы ЦКИБовской гравировки ТОЗовским инструментом сделать просто невозможно.





В ЦКИБе традиционно применяли обронную гравировку и чеканку охотничьих сценок и орнаментов. На элитных ружьях, в дополнение к этому, – контурную всечку, позволяющую использовать в работе минимальное количество драгоценного металла. Всечка – это такая техника художественной отделки металлических деталей, когда в предварительно сделанные канавки набивают проволоку или цельный элемент с последующим выравниванием его с основным фоном.

На ТОЗе тоже использовали гравировку и чеканку, но все это делали упрощенно, зато часто использовали всечку орнамента и насечку изображений животных и птиц, т.е. в основном работали с драгоценными металлами и металлы эти использовали в очень большом объеме. Насечка – техника художественной отделки металлических деталей, при которой в отгравированные углубления (или сразу на поверхность основного металла), с предварительно сделанными специальными замками, вбивают пластину или проволоку из золота, серебра или другого металла. Насекаемый металл обязательно выступает над основным, и впоследствии его гравируют или чеканят.

Два года работы на ТОЗе, я имел возможность не только применять знания, полученные в ЦКИБе, но и присматривался к тому какими инструментами, в какой технике мастера, гравируя ружья, проводят те или иные операции. Опыт накапливался, обобщался и я смог придумать несколько собственных инструментов, выработать свои приемы в работе с драгметаллами.

Очень хотелось при работе над нашим комплектом сделать ЦКИБовское ружье необычным, нетрадиционным для этой школы, более живо украсить его кружевом всечки и насечными объемными фигурками птиц и животных. И, в то же время, оно не должно было быть перегружено украшениями, что присуще элитным ружьям ТОЗа.

Мысль, «бившая» в голове была на первый взгляд, простой — попытаться объединить традиционный орнамент всечки, который «плели» на металле оружейники с «кружевами» классических кованых оград. Хотелось приблизиться к старым мастерам-кузнецам Тулы, ковавшим их для Питера, которые столь дивно могли создавать линии орнаментов. Я убежден, что наследие кузнецов и архитекторов прошлого, работавших с декоративными оградами, воротами, решетками — это подлинный кладезь знаний и традиций, изучением которого надо серьезно заниматься.



Хочется отдельно отметить, что наше ружье приобрело и собственное имя – «Грация». Произошло это после окончательной проработки и прорисовки всех деталей. Багаж знаний, накопленный за годы работы, и огромное желание реализовать на практике все свои идеи привели к необходимости применить в отделке ружья практически все, известные на то время в Туле, техники и способы обработки, как металлических деталей, так и деревянных.

Все фигурки птиц и животных выполнены из серебра и отчеканены (кроме, естественно, двух уточек на выступе под щеку ложи, они врезаны в дерево заподлицо и просто растушеваны). Орнамент на ствольной коробке и деталях ружья всечен золотом. Для того чтобы орнамент на дереве не слился с фоном и был так же ярко выделяющимся, как и орнамент на металле, он инкрустирован серебром. В свою очередь, изображения природы и орнамента инкрустированы разными металлами.

Резьба на ложе и цевье (они сделаны из турецкого ореха) стилистически выполнена подобно обронной гравировке на металле. Фон выбран минимально и, в то же время, растительный орнамент очень плотно заполнил все предназначенное для него пространство. На ложе, на затыльнике, выгравирована сценка – косуля как бы на мгновение остановилась и прислушивается к звукам леса.

Желтый фон на коробке и деталях (под расчеканенным лиственным орнаментом) насечен золотой проволокой. То есть, в специально подготовленные для этого места, называемые в среде тульских оружейников «замком», механически (чеканком или матуаром) вбивают золотую проволоку диаметром около 0.2 мм. Толщина получаемого насеченного золотого фона получается и того меньше – несколько сотых миллиметра.

Хочется особо отметить, что в такой технике тульские оружейники работали в XVIII веке, потом она была утрачена. А в начале 90-х годов ХХ столетия Владимир Сергеевич Левашов, тогда еще гравер ЦКИБ СОО, начал работы по возрождению этой техники и фактически заново создал ее! У меня немного другой, я бы сказал усовершенствованный под себя, подход к тому, как выполнять этот вид работы, но базовые положения, однозначно, отработаны Владимиром Сергеевичем. Вот такая небольшая частичка истории сегодняшней Тулы.

Пожалуй, теперь можно перейти к рассказу о ноже, который был создан для этого охотничьего комплекта совместно с тульским мастером-клиночником — Алексеем Владимировичем Рязанцевым, в 1998 году. Мы специально использовали довольно часто встречающуюся, традиционную форму охотничьего ножа.



Стиль отделки ружья был применен и для украшения ножа и шомпола.

Так как нож — рабочий инструмент охотника, то его клинок сделали не из дорогой и требующей тщательнейшего ухода дамасской стали, а из более практичной нержавеющей стали 95Х18. Для того чтобы украсить клинок и в то же время облегчить уход за ним, я отгравировал его плоскостным орнаментом, где главной движущей зрительной силой является гармония линии, так как работа резцами, молоточными и ручными, должна быть сродни рисунку, нарисованному пером.

То, что на таком сложном для гравера металле, как нержавейка, применять эту технику крайне тяжело, долго убеждать, я думаю, никого не нужно. Особая сложность даже не в том, справится ли мастер с заточкой резца и техникой гравировки, а в постоянно давящем в подсознании грузе ответственности – опасности допустить невольный брак. Ведь если внезапно скрошится кромка заточки резца, то очень просто можно пустить «зайца» по глянцевому фону и этот «брак» скрыть от взгляда зрителя будет крайне затруднительно, а то и просто невозможно. Желание украсить клинок не просто качественно, но рационально и практично для владельца потребовало именно такой техники гравировки.

Чтобы весь охотничий комплект получился более динамичным, на центральных голоменях клинка изображены сцены из жизни двух очень благородных животных – лосей и оленей. Если с первыми наши охотники встречаются сравнительно часто, они для них более обыденны, в то же время желанны, как охотничий трофей, то с оленями встретиться в природе удается далеко не каждому. Поэтому я посчитал, что охотнику или коллекционеру будет приятно, если я порадую его «глаз и душу» такой гравировкой. Сцены на клинке и подтолкнули назвать этот охотничий нож – «Гон».

Однажды нож выступал, как самостоятельное изделие. «Гон» был показан на выставке «Клинки России — 2000» (Современное художественное оружие), проходившей в парадном вестибюле Государственной Оружейной палаты Московского Кремля.

Обобщить все сказанное об отделке ружья МЦ 106-12 «Грация» и ножа «Гон» хочу одним – во всей этой работе применены исконно тульские приемы и методы, которыми пользовались славные тульские оружейники для украшения оружия особ царского и великокняжеского рода. Да, это подарочный вариант! Но и ружье, и нож после нашей работы с ними нисколько не растеряли свои технические, рабочие характеристики, поэтому и находятся в комплекте принадлежности для чистки ружья.


*Семенов Олег Сергеевич, художник-оружейник, член Гильдии мастеров-оружейников, член Союза Художников России.