Реферат: В. И. Ленин неоднократно подчеркивал, что прогрессивное содержание народничества заключалось в «теории массовой мелкобуржуазной борьбы капитализма демократического против капитализма либерально-помещичьего». В

Глава 4 Социологические теории народничества Основные этапы идейной эволюции народничества
Социологические теории народничества представляют наиболее широкое и значительное явление в истории русской немарксистской социологии. Народничество   «это целое миросозерцание... громадная полоса общественной мысли»1. Народничество как идеология и движение разночинной интеллигенции отразило интересы самых широких слоев русского крестьянства пореформенного периода, мечтавших полностью покончить с феодальной эксплуатацией. Народническая идеология выражала протест как против остатков крепостничества, так и против развития капитализма в России2. В. И. Ленин неоднократно подчеркивал, что прогрессивное содержание народничества заключалось в «теории массовой мелкобуржуазной борьбы капитализма демократического против капитализма либерально-помещичьего». В то же время народники питали «ложную надежду» миновать

107


Капитализм. «Фразы о „социализме” у народников, о „социализации земли”, уравнительности и т.п. — простая словесность, облекающая реальный факт стремления крестьян к полному равенству в политике и к полному уничтожению крепостнического землевладения»3. Отсюда проистекала и связь социологии народничества с утопическим социализмом, имеющая большое влияние как на формирование школы в целом, так и на решение ее отдельных проблем. Ленинский анализ двух видов утопий — либеральной и народнической — позволяет понять истинную роль последней в системе всей народнической идеологии, выделить в ней ценное демократическое ядро.

В работе «От какого наследства мы отказываемся?» В.И. Ленин писал о народничестве как системе воззрений, которая заключает три основные черты «народнического миросозерцания», представляющие совокупность их экономических и социальных взглядов их отношение к капитализму в России, их суждение о крестьянской общине и их непонимание связи политической надстройки с материальными интересами общественных классов4.

Народнические воззрения на капитализм как упадок и отступление с пути, якобы предписанного всей исторической жизнью нации, столкнулись с действительным экономическим развитием страны, которое по своему характеру было капиталистическим. Противоречия между экономической теорией и реальным экономическим положением породили среди народников недоверие к существующему общественному развитию, что было важнейшей характеристикой народнического мировосприятия. Выступления против капитализма с мелкобуржуазной точки зрения неизбежно приводило народников к отказу от исторического реализма и обращению к утопии и романтическим мечтаниям. Такой подход к социальным событиям способствовал складыванию особой манеры мышления, в которой утопизм и иллюзии заменяли научный анализ.

Вера в самобытность России, идеализация крестьянства и сельской общины приводила в свою очередь и к идеализации патриархальных связей; вопреки фактам прокламировалось бескапиталистическое развитие русской деревни и русского общества в целом. Сложилось, по словам В.И. Ленина, «мифическое представление» о русской жизни. Народническому мышлению, попавшему во власть романтических мечтаний, не был свойствен объективный анализ социально-экономической жизни, он заменялся субъективно-волюнтаристическими конструкциями, имеющими характер желательного. Народники создали некий набор идеалов, с помощью которого капиталистической действительности противопоставлялся вымысел. Отсюда проистекал их социологический субъективизм, определивший весь их стиль мышления.

108


В.И. Ленин подробно останавливался и на третьей черте социально-экономических воззрений народников — игнорирование связи интеллигенции и политической надстройки страны с материальными интересами определенных классов. Эта черта также сказалась на характере народнического мышления. Происходило сложное взаимовлияние: субъективизм и волюнтаризм как метод подхода к действительности способствовали формированию социально-экономических воззрений народников, но в свою очередь них социально-экономические взгляды влияли на выработку приемов народнического мышления. В частности, непризнание связи между интересами интеллигенции и мелкой буржуазии породило у народников веру в решающее, почти чудотворное воздействие на народ прогрессивно настроенной интеллигенции. Отсюда и их рассуждение о том, какой путь для страны они должны избрать, что они должны сделать, чтобы не дать прийти капитализму, и т.п. Следствием такого взгляда было недоверие и пренебрежение к самостоятельным выступлениям народных масс, он плодил множество беспомощных социальных проектов. Все это вело народников, писал В.И. Ленин, «к той особой манере мышления и рассуждения об общественных делах и вопросах, которую можно назвать узко интеллигентным самомнением»5.

Народническая манера мышления отличалась субъективизмом, абстрактным, внеисторическим взглядом на явления и события. Народникам было свойственно также неумение увидеть внутреннюю противоречивость социальной жизни. Наиболее ярко это выразилось в их социологических воззрениях.

В социологии народничества существовали различные направления, что было связано прежде всего с различием политических взглядов народников. С первого момента возникновения народничества внутри него наметились две тенденции — революционная и либеральная. С конца 60-х годов и до начала 80-х господствующей линией развития в народничестве было революционное направление, его идеологи стремились, хотя и неодинаковыми путями, к крестьянской революции. С середины 80-х годов революционное народничество исчерпало себя и определяющее место стала занимать либеральная ориентация, которая до этого не играла заметной роли. В дальнейшем, когда во главе русского революционного движения выступил пролетариат, возглавляемый марксистской партией, либеральное народничество как идеология все отчетливее приобретает реакционные черты. С конца 90-х годов преемником народнических идей стали социалисты-революционеры, оформившиеся в 1902 г. в самостоятельную партию.

В конце 60-х — начале 70-х годов XIX в. были заложены и развиты все главные положения социологии народничества, которая выдвигается в качестве теоретического обоснования воз-

109


можности некапиталистического развития России посредством активного вмешательства в ход исторического процесса.

Относительный спад общественного движения после первой революционной ситуации породил у народников желание пересмотреть социологическую теорию Н.Г. Чернышевского и его понимание закономерностей исторического развития. В конце 60-х годов среди революционно-демократической интеллигенции произошел резкий поворот к субъективизму, к безграничной вере в творческую преобразующую силу революционной интеллигенции, при этом интеллигенция персонифицировалась в абстрактной личности. Но на общей субъективной основе сложились различные теоретические течения. Объясняется это тем, что при зарождении субъективистских воззрений на общество и историю большое значение приобрели индивидуальные особенности теоретиков, стоявших у истоков новых направлений русской социологической мысли. Индивидуальные склонности П.Л. Лаврова, М.А. Бакунина и П.Н. Ткачева сказались в том, какие свойства личности они считали доминирующими, а следовательно, определяющими историческое развитие: интеллектуально-критическую способность человека, его волю или эмоционально-действенную активность.

Так сложилось и различное понимание форм и способов революционной деятельности — подготовительно-пропагандистское направление (П.Л. Лавров), заговорщическое (П.Н. Ткачев) и бунтарское (М.А. Бакунин). Существо расхождений между ними заключалось в различии взглядов на подготовку и проведение революции. Лавров считал, что народ еще не готов к социалистическому перевороту и нуждается в длительной пропаганде социалистических идей для того, чтобы большинство населения осознало необходимость социалистической революции. Такой взгляд на революцию, как полагал Ткачев, означает «утопический путь мирного прогресса». В отличие от Лаврова Ткачев делал главный упор на меньшинство, на революционеров-заговорщиков, которые должны захватить власть и немедленно произвести социальные изменения. Задача революционеров, по его мнению, не подготовлять революцию, а «делать» ее, пользуясь имеющимися силами. Бакунин и бакунисты делали ставку на бунт крестьянских масс, на революционную инициативу мужика. Они верили, что народный взрыв приведет к уничтожению государства.

На этой основе в народнической социологии 60-х — начала 70-х годов получили большое развитие субъективистско-волюнтаристические идеи. Воля, желание и идеалы людей как активное начало противопоставлялись объективному ходу истории. Народнические социологи утверждали, что развитие общества зависит от действия критически настроенной социально активной личности. При сходстве методологических принципов идеологов народничества шла борьба по принципиальным проблемам социологии.

110


Характер народнической социологии 70-х годов определялся прежде всего обстановкой, сложившейся в русском освободительном движении, когда сохранились сильные революционно-демократические и социалистические традиции, сочувствие народным массам и в то же время явственно выступало неверие в революционную силу народа.

Имела место и другая причина, способствующая субъективному взгляду на общество. В России в середине XIX в. не существовало условий для победы социализма, но он вызывал у революционного народничества горячее сочувствие. Это создавало возможность уклона (при определенных условиях) к субъективизму и волюнтаризму в области теории. В середине XIX в. утверждение о субъективном характере социалистического идеала соответствовало положению, сложившемуся тогда в немарксистской социалистической мысли: все социалисты основывали будущее общества на положениях, выводимых из абстрактных понятий справедливости.

Важной причиной поворота к субъективизму в мировоззрении было влияние материалистически толкуемого позитивизма. Его распространению в революционной среде благоприятствовало общее снижение философско-теоретического уровня демократического движения, при котором цельный философский материализм и диалектика, свойственные взглядам А.И. Герцена и Н.Г. Чернышевского, заменялись эклектическими воззрениями. В.И. Ленин отмечал, что в философии и социологии Н.К. Михайловский сделал шаг назад от Чернышевского к модным теориям позитивистов6. Идеологи народничества, да не только они, а и ряд ученых, стоявших на позициях естественнонаучного материализма (И.И. Мечников, К.А. Тимирязев и др.), отождествляли позитивизм с научным подходом к миру, истолковывали его в духе материализма, подчеркивая антитеологический характер позитивизма, превознося его научный метод познания; агностицизм расценивался ими как осмотрительность подлинного ученого. Такой взгляд особенно укреплялся тем, что позитивизм критиковался со стороны религиозно-идеалистического лагеря.

Основные проблемы народнической социологии в период ее становления связаны главным образом с разработкой теории социального прогресса. Несмотря на то что, как правило, идеологи народничества решали ее по-разному, между ними было и общее. Таким общим, где сходились их взгляды, стало утверждение о ведущей роли личности как субъекта социального действия. Последний отождествлялся с революционной интеллигенцией. Эту особенность отмечал Г.В. Плеханов: «Как бы кто из революционеров ни объяснял современное порабощение русского народа — недостатком ли в нем понимания, отсутствием ли спло-

111


ченности и революционной энергии или, наконец, полною неспособностью его к политической инициативе, — каждый думал, однако, что вмешательство интеллигенции устранит указываемую им причину народного порабощения»7.

К 70-м годам относится начало развернутой марксистской критики социологических принципов народничества. Было написано несколько совместных работ К. Маркса и Ф. Энгельса, направленных против идей Бакунина, а также статья Энгельса «Об авторитете», занимающая важное место в полемике с анархизмом. В те же годы Энгельс дал разбор воззрений Лаврова и Ткачева в статьях из серии «Эмигрантская литература». В качестве характерной черты всего мировоззрения народничества Энгельс называл и эклектизм. Он писал, что при искусственно созданной интеллектуальной изоляции России от Западной Европы эклектизм был отражением социально-экономических условий страны, при которых прогрессивная крупная промышленность оказалась «привитой» к первобытной крестьянской общине и одновременно сохранялись «все промежуточные стадии цивилизации»8.

В 80-е годы ведущее место в общественном движении заняло либеральное направление. В.И. Ленин назвал данное время «либерально-буржуазной эпохой». Вместе с тем, как писал В.И. Ленин, это была также эпоха «мысли и разума», период выработки социал-демократического миросозерцания9. Происшедшие изменения не могли не сказаться на социологии народничества, что позволяет рассматривать 80-е — начало 90-х годов как второй этап ее внутренней эволюции, при котором отчетливо виден разрыв социологии народничества с революционной программой преобразования общества. Социологами, придерживавшимися в политике либерально-народнической ориентации, были В.П. Воронцов и И.И. Каблиц. Раньше, еще с середины 70-х годов, на этой позиции находился С.Н. Южаков. Наиболее сложной фигурой был Н.К. Михайловский, чья политическая программа сложилась под воздействием революционного народнического движения 70-х годов. Он один из первых поставил перед народничеством вопрос о необходимости политической борьбы. Позднее, после разгрома «Народной воли» и последовавшей затем политической и общественной реакции, Михайловский претерпел идейный кризис. Ему были свойственны, как писал В.И. Ленин, «колебания к либерализму». В.И. Ленин, критикуя в 90-е годы теоретические и политические ошибки Михайловского, однако, выделял его из числа либерально-народнических публицистов за его борьбу с самодержавием и крепостничеством10. В Михай-

112


ловском он видел главного представителя левого крыла либерального направления.

После спада второй революционной ситуации крепостники перешли к «разнузданной, невероятно бессмысленной и зверской реакции»11. Она имела ярко продворянскую направленность. Главными ее идеологами были М.Н. Катков, Д.А. Толстой, К.П. Победоносцев и В.П. Мещерский12.

Русские демократы с их «наивным демократизмом» не выдержали натиска, «струсили, присели, вместо того, чтобы идти вперед... пошли назад, к либералам»13, смыкаясь с ними в превознесении мирного прогресса. Сложилось целое течение «мещанских прогрессистов», далеких от революционной борьбы и рабочего движения.

Либеральные народники уже не отрицали наличие капитализма в России, но считали его нежизнеспособным, искусственно насажденным правительством. Капитализму они противопоставляли «народное производство» — кустарные промыслы и артели. Идеи реформизма и проповедь «народного строя» получили наиболее яркое отражение в так называемой теории малых дел и были изложены в 80-х годах в либерально-народнической газете «Неделя».

Ведущие публицисты «Недели» — Я.В. A6paмoв, С.Н. Кривенко и С.Н. Южаков — обратились к интеллигенции с призывом отказаться от попыток коренного переустройства общества, а приложить свои силы на поприще улучшения отдельных сторон народной жизни; для этого требовались, по их мнению, не революционеры-ниспровергатели, а народные учителя, врачи, работники земств, способные приносить благо народу. Была выдвинута целая экономическая программа организации народных кредитов, земских банков, создание артельных складов и т.п. Либеральные народники думали прийти к реформированию общества не через социальные битвы пролетариата с буржуазией, а путем усиления «общества», т.е. той же буржуазии, не выходя за пределы капитализма. В результате «из политической программы, рассчитанной на то, чтобы поднять крестьянство на социалистическую революцию против основ современного общества — выросла программа, рассчитанная на то, чтобы заштопать, „улучшить” положение крестьянства при сохранении основ современного общества»14.

Не умея понять антагонистические буржуазные отношения, которые пришли в Россию, не умея найти в них же такие силы, к которым могли бы примкнуть «одинокие личности», либеральные народники ограничивались сочинением теорий, которые уте-

113


шали «одиноких личностей» тем, что историю делали «живые личности»15. Наиболее полно это проявилось в работах В.П. Воронцова «Судьбы капитализма в России» (1882), «Очерки теоретической экономии» (1895) и особенно «Наши направления» (1893), И.И. Каблица «Основы народничества» (т.1, 1882; т.2, 1885), С.Н. Южакова «Социологические этюды» (вып.1, 1892; вып.2, 1895).

Утратив сильные стороны старого революционного народничества, либеральные народники восприняли и развили «одну из крупных его ошибок — непонимание классового антагонизма внутри крестьянства»16. Отсюда проистекало не только различное по сравнению с первым этапом решение традиционных социологических вопросов, но и изменение самой проблематики, значимости отдельных проблем в общей системе социологических воззрений.

Уже в конце первого этапа зарождается психологическое течение в социологии народничества. Народники стремились рассмотреть в категориях индивидуальной и коллективной психологии проблемы соотношения личности и общества, место личности в движении масс, структуру общества, а также широкий круг вопросов, связанных с социальным развитием. Социальная психология как проблема не приобрела в их работах самостоятельного значения, она была только поиском нового решения узловых социальных вопросов. В рамках самой социологии она во многом объяснялась разочарованием в грубом редукционизме натуралистической социологии.

На втором этапе эволюции социологии народничества стала отчетливо заметна нисходящая линия ее движения. Многие их социологические концепции утеряли всякую связь с идеей коренной социальной ломки общества, в них решение проблемы исторического прогресса было перенесено в сферу индивидуальной психологии, ограниченной миром чувств и желаний отдельной личности.

В 70-х годах благодаря тому, что «еще не обнаружилось так ярко разложение деревни»17, можно было верить в социальную солидарность общества и строить свои социологические доктрины на этой основе. Однако и в новых исторических условиях, когда обострилась классовая борьба в городе и в деревне, субъективисты продолжали писать о солидарности, они, по выражению В.И. Ленина, «надевают себе на глаза шапку иллюзий и мечтаний, чтобы не видеть неприятной действительности»18. Социальное развитие вскрыло теоретическую несостоятельность и политическую реакционность подобных иллюзий.

114


Черты исторической ограниченности несло на себе и учение Михайловского «героях и толпе». В изменившихся условиях, когда происходил стремительный рост организованности и классового самосознания пролетариата, Михайловский по-прежнему рассуждал о народе как инертной массе.

В то же время в 80-90-х годах в социологии народников появилась новая тенденция, которая была связана со значительным вниманием к экономическому фактору. Зародилась она под влиянием разработки экономической теории и земской статистики, что отражало быстрое развитие капитализма в России с его интенсивными преобразованиями в экономической и социальной сферах19.

Сказалось и некоторое влияние идей марксизма. Наиболее полно отмеченная тенденция проявилась у Лаврова в его дополнении к «Историческим письмам». Автор, оставаясь по-прежнему последователем субъективной социологии, пытался сочетать исторический идеализм с признанием большого значения материальных, экономических потребностей.

Отступление от умозрительных схем и обращение к экономическому анализу России заметно у Воронцова и, в меньшей степени, у Южакова. «Именно в эту эпоху, — писал В.И. Ленин, — старое русское народничество перестало быть одним мечтательным взглядом в будущее и дало обогатившие русскую общественную мысль исследования экономической действительности России»20.

К 80-м — началу 90-х годов относится появление марксистских работ Г.В. Плеханова, в которых критиковалась идеология народничества, — «Социализм и политическая борьба» (1883), «Наши разногласия» (1885), «К вопросу о развитии монистического взгляда на историю» (1895). Плеханов нанес сильный удар и по народническим социологическим концепциям, уделяя значительное внимание раскрытию научной несостоятельности субъективистских взглядов народников на историю и общество. Однако идейный разгром народничества, которое оставалось главной помехой на пути социал-демократического движения в России, требовал четкого анализа классовых корней их идеологии, что не было сделано в трудах Плеханова. Эту задачу и решил В.И. Ленин в своих работах «Что такое „друзья народа” и как они воюют против социал-демократов?» (1894) и «Экономическое содержание народничества и критика его в книге г. Струве» (1895). Как отмечал В.И. Ленин, было бы отступлением от материалистического метода, если бы критика народнических теорий ограничивалась только сопоставлением их идей с марксистскими теориями. Крайне необходимо, подчеркивал он, пока-

115


зать еще их социальные основания, взгляды каких классов или социальных групп они выражают. Подобный подход позволил В.И. Ленину дать принципиально научный, классово-партийный анализ особой манеры мышления и рассуждений русских субъективистов, противопоставив им «социологический реализм».

Примерно с середины 90-х годов начинает складываться новый, третий период в развитии социологии народничества. В эти годы социологическая мысль народников обращается к теоретическому наследию Лаврова и Михайловского. Происходит попытка в новых исторических условиях оживить умирающее субъективное направление. Наиболее отчетливо это проявилось у теоретиков партии эсеров — В.М. Чернова (1876-1952), М.Р. Гоца (1866-1906) и Л.Э. Шишко (1852-1910). У субъективистов по-прежнему оставалась идеологическая ориентация на интеллигенцию как авангард революции. Воззрения эсеров как бы замкнули два направления в народнической мысли: течение, идущее от субъективной социологии Лаврова, и течение, связанное с именем Ткачева.

Начиная примерно с середины 90-х годов XIX в. народническая социология под напором марксистской критики приходит в упадок. Русские марксисты, отмечал В.И. Ленин, подорвали теоретическую основу либерального народничества21, вскрыв полнейшую несостоятельность их философии, социологии, экономических учений и политических воззрений. Расшатать теоретические принципы целого направления общественной мысли стало возможным благодаря тому, что критика устарелых социально-политических воззрений была дополнена практикой пролетарской борьбы. Впервые произошло соединение социализма с рабочим движением, одновременно и народничество все отчетливее ограничивается борьбой за политические свободы. Народничество как социалистическая доктрина потерпело полнейший крах. Это в значительной мере сказалось и на его социологии. В русской общественной мысли произошло решительное размежевание социалистических идей и мелкобуржуазных теорий, что позволило вести последовательную борьбу со всей системой народнических взглядов, в том числе и с концепциями социологии.

Кроме уже отмеченных произведений Г.В. Плеханова и В.И. Ленина, в 90-х годах появился ряд марксистских статей в русской легальной прессе, из них большинство было направлено против народничества22. Вышел сборник «Материалы к характеристике нашего хозяйственного развития» со статьями В.И. Ленина, Г.В. Плеханова и А.Н. Потресова23. В Петер-

116


бурге русские марксисты печатались в «Новом слове» и «Начале», но вскоре журналы были закрыты. Изредка марксистам удавалось помещать свои статьи в журналах «Жизнь», «Научное обозрение», «Образование». В этот же период появилась важнейшая работа Ленина «Развитие капитализма в России», в которой на огромном фактическом материале вскрыта полнейшая несостоятельность экономической концепции народников. Исследование имело большое значение и для критики субъективной социологии.

Обобщая опыт революции 1905-1907 гг., Ленин подчеркивал необходимость принципиально иного по сравнению с 90-ми годами критерия оценки народнической идеологии. Революция, писал он, не оставила вопроса в прежнем виде, она перенесла его «на несравненно более высокую почву: прежде дело шло только о сравнении доктрин и идеологий, о политике группок; теперь дело идет о сравнении исторической деятельности классов и масс, идущих за этой или родственной идеологией»24.

Итак, из характеристики основных этапов развития народнической социологии проистекают два вывода. Во-первых, социология народничества постепенно эволюционировала в сторону все большего субъективизма и обращалась к категориям психологии. Во-вторых, теоретическая эволюция народничества была тесно связана с превращением относительно стройного и целостного народнического учения об особом пути развития России у революционных народников в эклектически лоскутные доктрины эсеров. Такое вырождение народничества происходило под влиянием социально-экономических сдвигов в стране, роста ка­питализма и классовой борьбы, а также под воздействием осмысления опыта неудачных попыток осуществить в жизни свои концепции. Разложению народничества в значительной степени способствовало возникновение марксизма в России, его критика мелкобуржуазных субъективистских доктрин.

^ Русские анархисты об обществе и его эволюции
С конца 60-х годов XIX в. в России получили большое развитие анархические идеи. Анархическое направление в русской социологии сочетало в себе волюнтаризм и субъективизм как методологическую основу анализа общества и как идею безвластия25. Оба положения неразрывно переплетаются и взаимно до-

117


полняются. Направление отражало социально-психологическую природу мелкой буржуазии, которая под давлением крупной собственности легко впадала в словесную и крайне абстрактную революционность. «Неустойчивость такой революционности, — писал В.И. Ленин, — бесплодность ее, свойство быстро превращаться в покорность, апатию, фантастику, даже в „бешеное” увлечение тем или иным буржуазным „модным” течением, — все это общеизвестно»26.

Несмотря на отрицание буржуазного общества, «миросозерцание анархистов, — отмечал В.И. Ленин, — есть вывороченное наизнанку буржуазное миросозерцание»27. Такая характеристика объясняется тем, что и экономическая ориентация анархистов на разрозненные мелкие хозяйства, и отрицание всех средств политической борьбы масс, и непризнание социалистического государства в деле уничтожения капитализма — все это не выводило и не могло вывести анархистов за пределы буржуазного общества. Зарождение анархизма в России связано с именем M.А. Бакунина. Бакунизм — явление крайне сложное, поскольку оно выступало и как влиятельное течение среди народничества, последователи которого призывали к немедленному крестьянскому бунту, и как разновидность сектантства в международном рабочем движении. В истории революционного движения бакунизм играл двойственную роль — крайне реакционную на Западе и относительно прогрессивную в России28. В России политические теории Бакунина были, по словам В.И. Ленина, «революционной программой», рассчитанной на то, чтобы поднять русское крестьянство на социалистическую революцию29.Ленин называл Бакунина одним из представителей «непролетарского, домарксистского социализма»30.

Характерная особенность бакунизма заключается в попытке сделать широкие политические и социологические обобщения, преломленные через призму крестьянских восстаний, под углом ; зрения социально-политических и исторических особенностей России. Стремление бакунизма уничтожить царскую империю превратилось отрицание любого государства, историческая неподго-

118


товленность крестьянства к широкой политической организации приняла вид отрицания политической борьбы, в том числе и для рабочих Запада31.

Значительную роль в развитии социологии с позиции анархизма сыграли теоретические идеи «Земли и воли». Во второй половине 70-х годов теория социального прогресса получила конкретизацию в разработке отдельных вопросов, связанных с проблемой социальной революции.

Анархическое направление в социологии народничества поставило ряд проблем. Из них главной была проблема уничтожения государства.

Касаясь деятельности Бакунина в международном рабочем движении, необходимо отметить, что Маркс и Энгельс боролись с раскольнической деятельностью бакунизма в I Интернационале. Они подвергли глубокой критике политические и социологические воззрения Бакунина, вскрыв их теоретическую несостоятельность и политический вред32. Маркс и Энгельс хорошо знали также «русскую сторону» деятельности Бакунина. В их совместной работе «Альянс социалистической демократии и международное товарищество рабочих» содержится подробный разбор бакунизма в России. Они осудили беспринципное метание Бакунина от готовности присоединиться к Александру II до призыва к разбойникам делать революцию; они порицали бакунинскую проповедь «культа невежества», в которой революционной молодежи предлагалось бросить университеты и школы и идти звать народ к немедленному бунту. «Казарменным коммунизмом» окрестили Маркс и Энгельс представления бакунистов об устройстве будущего общества, в котором все должно быть строго регламентировано. На примере деятельности испанских анархистов во время восстания 1873 г. Энгельс показал безжизненность и практический вред бакунинской программы. Бакунизм, резюмировал Энгельс, не способен руководить восстанием масс33.

В.И. Ленин, верный методу проверки социальных теорий революционной практикой, глубоко вскрыл причины резкого ослабления влияния анархизма в России в 70-х годах XIX в. Он указал на то, что анархизм, развившийся необычайно пышно на русской почве в 70-е годы, проявил свою полнейшую несостоятельность в эпоху подъема русского освободительного движения.

119


Анархизм, писал Ленин, обнаружил «до конца свою неверность, свою непригодность как руководящей теории для революционного класса»34.

В.И. Ленин указывал на три главных порока, свойственных всей концепции анархистов и сказавшихся на содержании их социологических взглядов. Во-первых, непонимание причин эксплуатации. Для анархистов оставалось совершенно неясным то, что в основе угнетения личности при капитализме лежит частная собственность на средства производства, что лишь ее переход в ведение общества способен принести личности социальное освобождение. Во-вторых, неумение постичь пути общественного развития, роль крупного капиталистического производства, создавшего материальные предпосылки социализма. В-третьих, у анархистов отсутствовало осознание классовой борьбы как творческой силы осуществления социализма35. Отсюда проистекало их отрицание политики, отрицание необходимости организации и воспитания масс.

^ М. А. Бакунин
Идейными учителями Михаила Александровича Бакунина (1814-1876)36 были М. Штирнер и П. Прудон37. Мирную антигосударственную проповедь Прудона Бакунин превратил в бунтарскую теорию революции. Анархистские взгляды французского социалиста получили распространение среди революционного народничества раньше, чем работы Бакунина, и в какой-то мере подготовили идейно-психологическую почву для восприятия революционной интеллигенцией бакунинских идей38. Бакунин выразил

120


формальное согласие с основными положениями материалистического понимания истории, но он не понял истинного существа марксистской социологии, сделав оговорку в духе плюралистического понимания различных факторов исторического развития39.Его рассуждения о марксизме, а также его собственные социологические положения отчетливо свидетельствуют о том, что исходным взглядам Бакунина на историю был свойствен идеализм. Бакунин, по верному замечанию Плеханова, «совершенно не усвоил материалистического понимания истории»40.

Наиболее крупные работы Бакунина, в которых высказаны социологические идеи; «Кнуто-Германская империя и социальная революция» (1871), «Государственность и анархия» (1873), «Федерализм, социализм и антитеологизм»41 (работа осталась незаконченной).

Основные принципы социологии Бакунина сформировались в результате сложного переплетения материалистических и идеалистических положений. Бакунин признавал исходный принцип философского материализма о первичности материального мира. Жизнь естественная и социальная, считал он, предшествует мысли. Мировой эволюционный процесс начался с неорганического состояния материи, переходя к органическому, «животности», а затем к человеку.

Отличие биологического и социального Бакунин верно усматривал в разумной трудовой деятельности человека, направленной на удовлетворение не только непосредственно «животных» потребностей, но и потребностей «мыслящего существа». Начало цивилизации Бакунин связывает со временем, когда человек начал познавать естественные законы природы и с ними сообразовывать свои трудовые действия. В этой связи Бакунин решал вопрос свободы и необходимости. Человек необходимо должен повиноваться законам природы, он бессилен их изменить, но жизнь людей, их трудовая деятельность требует познания законов. «Свобода человека, — писал Бакунин, — состоит единственно в том, что он повинуется естественным законам, потому что он сам их

121


признает таковыми»42. Во всех остальных случаях свобода людей и их воля ничему не подвластны, они сами творят окружающую их социальную действительность. Здесь у Бакунина обнаруживается переход к идеалистическому истолкованию проблемы свободы. Постоянное увеличение свободы личности выступает в социологии Бакунина и как цель прогресса, и как его критерий. Все силы, расчищающие путь индивидуальной свободе и процветанию, социально прогрессивны. Свобода личности имела у Бакунина абсолютизированный характер, она давалась без малейшей попытки выяснить, для чего эта свобода необходима.

Такую проповедь абсолютной свободы В.И. Ленин называл буржуазной фразой, ложной в самой основе, поскольку не существует никогда людей, живущих в обществе, но свободных от него. Ничем не ограниченная свобода, о которой так много писала некоторая часть буржуазной интеллигенции, на деле явилась лишь прикрытой зависимостью от господствующих классов буржуазного общества. Именно утверждение буржуазного индивидуализма В.И. Ленин определил как «основу всего мировоззрения анархизма»43. Отсюда проистекала и их волюнтаристическая теория. По мнению Бакунина, человеку присуща способность мыслить и потребность бороться. Из этих черт русский анархист выводил возможность покончить с препятствиями на пути развития человечества: разум преодолевает религию, а бунт разрушает государство. Данное положение вносило в его социологию значительную струю психологизации.

В социологии Бакунина отчетливо видна и естественно-биологическая тенденция, которая связана у него с рассмотрением общества со стороны его строения, Общество, считал он, есть «социальное тело», развивающееся по естественным законам, которые присущи ему, «как физические законы присущи материальным телам»44. С этим сопряжено одно из положений Бакунина о значении экономики в определении структуры общества и взаимозависимости его элементов45. Однако это положение, заимствованное у марксизма, уживается у Бакунина с идеалистическим взглядом на роль социальной воли в обществе. Бакунин был далек от исторического материализма.