Реферат: Социальная стратификация
Введение
Историявсей социологии как науки, так же как и история ее важнейшей частной дисциплины- социологии неравенства, насчитывает полтора столетия.
Вовсе века многие ученые задумывались над природой отношений между людьми, надтяжелой участью большинства людей, над проблемой угнетенных и угнетателей, надсправедливостью или несправедливостью неравенства.
Разнообразиеотношений ролей, позиций приводят к различиям между людьми в каждом конкретномобществе. Проблема сводится к тому, чтобы каким — то образом упорядочить этиотношения между категориями людей, различающихся во многих аспектах.
Ещедревний философ Платон размышлял над расслоением людей на богатых и бедных. Онсчитал, что государство представляет собой как бы два государства. Односоставляют бедные, другое — богатые, и все они живут вместе, строя друг другувсяческие козни. Платон был «первым политическим идеологом, мыслившим втерминах классов», — считает Карл Поппер. В таком обществе людейпреследует страх и неуверенность. Здоровое общество должно быть иным.
Чтоже такое неравенство? В самом общем виде неравенство означает, что люди живут вусловиях, при которых они имеют неравный доступ к ограниченным ресурсам материальногои духовного потребления. Для описания системы неравенства между группами людейв социологии широко применяют понятие «социальной стратификации».
Социальнаястратификация — (от лат. stratum- слой и facere — делать) вбуржуазной социологии — понятие, обозначающее основные социальные различия инеравенство (социальную дифференциацию) в современном обществе. Противостоитмарксистской теории классов и классовой борьбы.
Буржуазныесоциологи игнорируют отношения собственности как главный признак классовогоделения общества. Вместо основных признаков противостоящих друг другу классовони выделяют производные, вторичные характеристики; при этом смежные слои малоотличаются друг от друга. В изучении социальной стратификации преобладают тринаправления. Первое в качестве ведущего критерия выделения слоев выдвигаетсоциальный престиж, воплощающийся в определенном коллективном мнении о«высшем — низшем» положении индивидов и групп. Второе главным считаетсамооценки людей относительно их социальной позиции. Третье — при описаниирасслоения использует такие объективные критерии, как профессия, доход,образование и т.п. В немарксистской социологии по существу, не различаютсяосновные признаки, по которым разделяются классы и слои, и дополнительные.
Последниене объясняют сущность, причинно — следственные связи социальной дифференциации,а лишь описывают ее следствия в разных сферах жизни. Если на эмпирическомуровне буржуазные ученые просто фиксируют социальное неравенство, подходя кпроблеме социального расслоения чисто описательно, то при переходе к объяснениюявления социальной стратификации они нарушают принцип соответствия уровнейобобщения, поскольку позиция человека в обществе объясняется черезиндивидуальное поведение, т.е. социальное растворяется в индивидуальном. Социальнаястратификация — центральная тема социологии. Она объясняет социальноерасслоение на бедных, зажиточных и богатых. Рассматривая предмет социологии,можно обнаружить тесную связь трех фундаментальных понятий социологии —социальной структуры, социального состава и социальной стратификации. Вотечественной социологии еще П.Сорокин в период своей жизни в России и впервыегоды пребывания за границей (20-е гг.) систематизировал и углубил целый рядпонятий, которые позже приобрели ключевую роль в теории стратификации(социальная мобильность, «одномерная» и «многомерная» стратификация и др.Социальная стратификация — отмечает Сорокин, — это дифференциация некой даннойсовокупности людей (населения) на классы в иерархическом ранге.
Онанаходит выражение в существовании высших и низших слоев. Структуру можновыразить через совокупность статусов и уподобить ее пустым ячейкам пчелиныхсот.
Онарасполагается как бы в горизонтальной плоскости, а создается общественнымразделением труда. В примитивном обществе мало статусов и низок уровеньразделения труда, в современном — множество статусов и, следовательно, высокуровень организации разделения труда. Но как бы много,ни было статусов, в социальной структуре они равны и связаны друг с другомфункционально.
Новот мы заполнили пустые ячейки людьми, каждый статус превратился в большуюсоциальную группу. Совокупность статусов дала нам новое понятие — социальныйсостав населения. И здесь группы равны друг другу, они также расположеныгоризонтально. Действительно, с точки зрения социального состава, все русские,женщины, инженеры, беспартийные и домохозяйки равны. Однако мы знаем, что вреальной жизни неравенство людей играет огромную роль. Неравенство — этокритерий, при помощи которого мы можем разместить одни группы выше или нижедругих. Социальный состав превращается в социальную стратификацию —совокупность расположенных в вертикальном порядке социальных слоев, вчастности, бедных, зажиточных, богатых. Если прибегнуть к физической аналогии,то социальный состав — это беспорядочная совокупность «железных опилок». Но вотположили магнит, и все они выстроились в четком порядке. Стратификация — этоопределенным образом «ориентированный» состав населения. Что же»ориентирует" большие социальные группы? Оказывается, неодинаковаяоценка обществом значения и роли каждого статуса или группы. Сантехник илидворник ценятся ниже адвоката и министра. Следовательно, высокие статусы изанимающие их люди лучше вознаграждаются, имеют больший объем власти, вышепрестиж их занятия, более высоким должен быть и уровень образования. Вот мы иполучили четыре главных измерения стратификации — доход, власть, образование,престиж. И все, Других нет. Почему? А потому что они исчерпывают кругсоциальных благ, к которым стремятся люди. Точнее сказать, не самих благ (ихкак раз может быть много), а каналов доступа к ним. Дом за границей, роскошныйавтомобиль, яхта, отдых на Канарских островах и т.п. — социальные блага,которые всегда в дефиците, но недоступны большинству и приобретаются благодарядоступу к деньгам и власти, которые в свою очередь достигаются благодарявысокому образованию и личным качествам. Таким образом, социальная структуравозникает по поводу общественного разделения труда, а социальная стратификация— по поводу общественного распределения результатов. Чтобы понять сущностьсоциальной стратификации и ее особенности необходимо провести общую оценкупроблем РФ.
Социальнаястратификация
Социологическоепонятие стратификации (от лат. stratum— слой, пласт) отражает расслоение общества, различия в социальном положенииего членов.
Социальнаястратификация— это системасоциального неравенства, состоящая из иерархически расположенных социальныхслоев (страт). Под стратой понимается совокупность людей, объединенных общими статуснымипризнаками.
Рассматриваясоциальную стратификацию как многомерное, иерархически организованноесоциальное пространство, социологи по-разному объясняют ее природу, причиныпроисхождения. Так, марксистские исследователи считают, что в основе социальногонеравенства, определяющего стратификационную систему общества, лежат отношениясобственности, характер и форма владения средствами производства. По мнениюсторонников функционального подхода (К. Дэвис и У. Мур), распределениеиндивидов по социальным стратам происходит в соответствии с их вкладом вдостижение целей общества в зависимости от важности их профессиональнойдеятельности. Согласно теории социального обмена (Дж. Хоманс), неравенство вобществе возникает в процессе неэквивалентного обмена результатами человеческойдеятельности.
Дляопределения принадлежности к той или иной социальной страте социологипредлагают самые различные параметры и критерии.
Один изсоздателей стратификационной теории П.Сорокин выделял три вида стратификации:
1)экономическую (по критериям дохода и богатства);
2)политическую (по критериям влияния и власти);
3)профессиональную (по критериям мастерства, профессиональных навыков, успешногоисполнения социальных ролей).
В своюочередь основоположник структурного функционализма Т. Парсонс выделил тригруппы признаков социальной стратификации:
• качественныехарактеристики членов общества, которыми они обладают от рождения(происхождение, родственные связи, половозрастные особенности, личные качества,врожденные особенности и т.д.);
•ролевые характеристики, определяемые набором ролей, которые индивид выполняет вобществе (образование, профессия, должность, квалификация, различные видытрудовой деятельности и т.д.);
/>/>/>/>/>/>/>/>/>/>•характеристики, связанные с владением материальными и духовными ценностями(богатство, собственность, произведения искусства, социальные привилегии,возможность влиять на Других людей и т.д.).
Всовременной социологии существует множество моделей социальной стратификации.Социологи преимущественно выделяют три основных класса: высший, средний инизший. При этом доля высшего класса составляет примерно 5—7%, среднего —60—80% и низшего класса — 13—35%.
Квысшему классу относятся лица, занимающие наиболее высокие позиции по критериямбогатства, власти, престижа, образования. Это влиятельные политики иобщественные деятели, военная элита, крупные бизнесмены, банкиры, менеджерыведущих фирм, видные представители научной и творческой интеллигенции.
B состав среднего класса входятсредние и мелкие предприниматели, управленческие работники, государственныеслужащие, военнослужащие, работники финансовой сферы, врачи, юристы,преподаватели, представители научной и гуманитарной интеллигенции,инженерно-технические работники, рабочие высокой квалификации, фермеры и некоторыедругие категории.
Низшийкласс составляют лица, имеющие невысокие доходы и снятые преимущественнонеквалифицированным трудом (грузчики, уборщики, подсобные рабочие и т.д.), атакже различные деклассированные элементы (хронические безработные, бездомные,бродяги, нищие и др.).
Типыстратификационных систем
Характерсоциального расслоения, способы его детерминации и воспроизводства в своемединстве образуют то, что социологи называют стратификационной системой.
Висторическом плане выделяют четыре основных типа стратификационных систем:
— рабство
— касты
— сословия
— классы.
Первыетри характеризуют закрытые общества, а четвертый тип — открытое общество. Вданном контексте закрытым считается такое общество, где социальные перемещенияиз одной страты в другую либо полностью запрещены, либо существенно ограничены.Открытым называется общество, где переходы из низших страт в высшие официальноникак не ограничены.
Рабство—формамаксимально жесткого закрепления людей в низших стратах. Это единственная вистории форма социальных отношений, когда один человек выступает собственностьюдругого, лишенный всяких прав и свобод.
Кастоваясистема — стратификационнаясистема, предполагающая пожизненное закрепление человека за определеннойстратой по этническо-религиозному или экономическому признаку. Кастапредставляет собой замкнутую группу, которой отводилось строго определенноеместо в общественной иерархии. Это место
детерминировалосьособой функцией каждой касты в системе разделения труда. В Индии, где кастоваясистема получила наибольшее распространение, существовала детальнаярегламентация видов деятельности для каждой касты. Поскольку принадлежность ккастовой системе передавалась по наследству, возможности социальной мобильностиздесь были ограничены.
Сословнаясистема — стратификационная система,предполагающая юридическое закрепление человека за той или иной стратой. Праваи обязанности каждого сословия определялись законом и освящались религией.Принадлежность к сословию в основном передавалась по наследству, но в видеисключения могла быть приобретена за деньги или дарована властью. В целом длясословной системы была характерна разветвленная иерархия, которая выражалась внеравенстве социального положения и наличии многочисленных привилегий.
Сословнаяорганизация европейского феодального общества предусматривала деление на двавысших сословия (дворянство и духовенство) и непривилегированное третьесословие (купцы, ремесленники, крестьяне). Поскольку межсословные барьеры былидостаточно жесткими, социальная мобильность существовала, главным образом,внутри сословий, включавших множество чинов, рангов, профессий,
слоеви т.д. Однако, в отличии от кастовой системы, иногда допускались межсословныебраки и индивидуальные переходы из одной страты в другую.
Классоваясистема— стратификационнаясистема открытого типа, не предполагающая юридического или какого-либо другогоспособа закрепления индивида за определенной стратой. В отличие отпредшествующих стратификационных систем закрытого типа, принадлежность к классамне регламентируется властями, не устанавливается законодательно и не передаетсяпо наследству. Она определяется, прежде всего, местом в системе общественного производства,владением собственностью, а также уровнем получаемых доходов.
Классоваясистема характерна для современного индустриального общества, где существуютвозможности для свободного перехода из одной страты в другую. Так, накоплениесобственности и богатства, успешная предпринимательская деятельность позволяютавтоматически занять более высокую социальную позицию.
Выделениерабовладельческой, кастовой, сословной и классовой стратификационных системявляется общепризнанной, но не единственной классификацией. Она дополняетсяописанием таких типов стратификационных систем, комбинация из которыхвстречается в любом обществе.
Срединих можно отметить следующие:
• физико-генетическаястратификационная система, в основе которой лежит ранжирование людей поестественным признакам: полу, возрасту, наличию определенных физических качеств— силы,
ловкости,красоты и др.
• этакратическаястратификационная система, в которой дифференциация между группамипроводится по их положению во властно-государственных иерархиях (политических,военных, административно-хозяйственных), по возможностям мобилизации и распределенияресурсов, а также по тем привилегиям, которые эти группы имеют в зависимости отсвоего ранга в структурах власти.
•социально-профессиональная стратификационная система, в соответствии скоторой группы делятся по содержанию и условиям труда. Ранжирование здесьосуществляется при помощи сертификатов (дипломов, разрядов, лицензий, патентови т.д.), фиксирующих уровень квалификации и способность выполнять определенныевиды деятельности (разрядная сетка в государственном секторе промышленности,система аттестатов и дипломов о полученном образовании, система присвоениянаучных степеней и званий и т.д.).
•культурно-символическая стратификационная система, возникающая изразличий доступа к социально значимой информации, неравных возможностейотбирать, сохранять и интерпретировать эту информацию (для до индустриальныхобществ характерно теократическое манипулирование информацией, дляиндустриальных — партократическое, для постиндустриальных — технократическое).
•культурно-нормативная стратификационная система, в которойдифференциация построена на различиях в уважении и престиже, возникающих врезультате сравнения существующих норм и стилей
/>/>/>/>/>жизни,присущих тем или иным социальным группам (отношение к физическому и умственномутруду, потребительские стандарты, вкусы, способы общения, профессиональнаятерминология, местный диалект, — все это может служить основанием ранжированиясоциальных групп).
•социально-территориальная стратификационная система, формирующаяся всилу неравного распределения ресурсов между регионами, различий в доступе крабочим местам, жилью, качественным товарам и услугам, образовательным икультурным учреждениям и т.д.
Вреальности все эти стратификационные системы тесно переплетаются, дополняютдруг друга. Так, социально-профессиональная иерархия в виде официальнозакрепленного разделения труд не только выполняет важные самостоятельныефункции для поддержания жизнедеятельности общества, но и оказывает значительноевлияние на структуру любой стратификационной системы. Поэтом исследованиестратификации современного общества не может быть сведено лишь к анализукакого-либо одного типа стратификационной системы.
Неравенствокак источник расслоения
Расслоение— русский понятийный аналог признанного в мировой социологии термина «стратификация»— отражает процесс развития социального неравенства и иерархическогогруппирования людей на социальных уровнях, которые различаются между собойпрестижем, собственностью и властью. Э. Гидденс определяет ее как«структурированные неравенства между различными группами людей», каждая изкоторых различается объемом и характером социальных привилегий. Т. Парсонсрассматривает стратификацию через призму интегративных общественных институтовкак «главное, хотя отнюдь не единственное, средоточие структурного конфликта всоциальных системах», выделяя критерии престижа и власти в качестве ведущихдифференцирующих оснований.
Основысоциальной жизни — в обыденных взаимодействиях, и привычные стереотипы помогаютлюдям в их общем смысловом контексте по-своему понимать состояние и поведениедруг друга.
Ичем больше социальная дистанция между представителями разных социальныхобщностей во временном, пространственном или статусном смысле, тем жестчестереотип восприятия и интерпретации.
«Социальнаяструктура является общей суммой этих типизаций и повторяющегося характеравзаимодействий, который создается с их помощью. Социальная структура кактаковая является важным элементом действительности в обыденной жизни». Этот мирвзаимных стереотипов и приписанных мотивов суть то же самое структурированноеобщественное пространство, в котором признание, номинация, общественные нормы имнения организуют, разводят по четко определенным местам людей и целыеобщности, определяя их привилегии, обязанности и правила взаимодействия. В этомракурсе изучение социальной структуры и культуры (в ее социологическом смысле)становятся тождественны.
Посколькупонятие стратификации охватывает и эволюционные (слоевые), и революционные(расслаивающие) социальные изменения, необходимо обращать внимание наособенности развития неравенства по самым разным основаниям, во всех сегментахобщества. Рассматривая личность как порождение социума (как объект, продукт, результаткультуропроизводства в широком смысле), можно интерпретировать неравенство как неравноценностьусловий развития, несправедливость, ущемление естественных человеческих прав,обман, наказание, отчуждение, создание искусственных социальных барьеров,монополизацию условий и правил (протекционистских и демпинговых) социальноговоспроизводства. Рассматривая личность как активного творца социума (каксубъекта, производителя, источник постоянных изменений общества), можнопредставить неравенство как социальное благо, способ выравнивания стартовыхпозиций вследствие конкуренции, как механизм закрепления вновь завоеванногосоциального положения и сопровождающих его привилегий, систему стимулирования(вознаграждения и наказания), условие приоритета «пассионарности», поддержанияпотенциала выживания, социальной активности, творчества, инновации.
Имеяразные точки отсчета, мы получаем по одному и тому же критерию (справедливости)альтернативные выводы: во-первых, неравенство несправедливо, так как все людиимеют равные права; во-вторых, неравенство справедливо, так как позволяетдифференцированно и адресно компенсировать социальные затраты разных людей.
Неравенствокак стабилизатор структуры
Людинаделены сознанием, волей и активностью, поэтому в обществе неравенствопроявляется как система преимуществ.
Системаприоритетов очень сложна, но принцип ее действия прост: регулирование факторовсоциального выживания.
Социальныепреимущества могут быть связаны с выгодным положением в социальной диспозиции,легкостью перемещения в привилегированные общественные слои, монополией насоциально значимые факторы и аранжированы всеми теми характеристиками, которыедемонстрируют повышение степени социальной свободы и защищенности. Классики«классики» (О. Конт, Г. Спенсер), «модерна» (М. Вебер, П. Сорокин, Т. Парсонс)и постмодернистской социологии (например, П. Бурдье) прямо говорят офундаментальности и нерушимости принципа социального неравенства и его высокойфункциональной значимости для организации общностей. Видоизменения претерпеваютконкретные формы неравенства, сам принцип проявляется всегда. «И если на какой-томиг некоторые формы стратификации разрушаются, то они возникают вновь в старомили модифицированном виде и часто создаются руками самих уравнителей», —утверждает П. Сорокин. Он связывает неравенство с иерархическим строениемобщества и называет ряд причин утверждения устойчивых социальных формнеравенства, расслаивающих общество по вертикали, среди которых ростчисленности, разнообразие и разнородность объединившихся людей, необходимостьподдержания стабильности группы, спонтанная самодифференциация, функциональноераспределение деятельности в сообществе. Иной аспект каузальностипросматривается в концептах теории социального действия Т. Парсонса.
Онконцентрирует внимание на уникальных и потому фундаментальных функцияхсоциальной системы, которые по этой причине приобретают характер социальноймонополии. Незаменимость, обязательность и качественное различие этих функцийпредопределяют специализацию и профессионализацию (закрепление) за нимиобособленных социальных групп, где энергетически насыщенные (экономические,производящие) общности подчиняются информационно насыщенным (политическим,правоподдерживающим и культуровоспроизводящим). Другая известнаяобъяснительная модель объективной необходимости социального неравенствасформулирована марксизмом. В ней социальное неравенство выводится изэкономических отношений, институционализации эксклюзивного права распоряженияполезным эффектом, который создается при использовании средств производства.Социальная монополизация дефицитных ресурсов в индустриальных обществахконституируется в системе субъектов собственности. Таким образом, социальноенеравенство, классовое деление, эксплуатация как способ иерархическоговзаимодействия крупных социальных групп в экономическую эпоху рассматриваютсякак объективные следствия внутренних законов развития обществ западного типа.
Встратообразующей модели американского марксиста Э. Райта наряду с факторомвладения собственностью выделяется второй не менее значимый фактор — отношениек власти, которое конкретно трактуется как место в системе управленияобществом. При этом большую роль играют сама идея многофакторности социальногорасслоения и признание дифференцирующей роли монополии на социальную функциюобщественного управления. М. Вебер считал, что процесс социального слоения изанятия более выигрышных позиций в обществе организован достаточно сложно,выделяя три координаты, определяющие положение людей и групп в социальномпространстве: богатство, власть, социальный престиж.
Такаямодель является не просто многофакторной, она знаменует переход отсфокусированного и линейного к пространственному исследовательскому видениюпроблемы, когда динамика социальных диспозиций фактически рассматривается каксистема векторных перемещений. Роль социального престижа, оценки членамисообщества реальной, иллюзорной или сознательно демонстрируемой социальнойпозиции, действительно чрезвычайно велика.
Онасоздает мифический, знаковый, символический мир разделяемых большинствомценностей и оценок, наделения социальной значимостью — мир номинаций. Символикасоциальных «кажимостей», иллюзорно сконструированный имидж проявляются и впростых (демонстративных), и в достаточно экзотических формах. Так, всовременном обществе аранжировка социальной истории присуща не только группам(как это было в советской России), но и индивидам. Таким образом, значениевеберовского подхода состоит и в том, что он по-новому осветил так называемыеобъективные и субъективные критерии стратификации, что позже былосформулировано следующим образом: то, что люди считают критерием социальногоположения, становится реальным источником социального структурирования ирегулирования отношений между ними. П. Бурдье развил концепт роли престижа,репутации, имени, официальной номинации в идее символического капитала, которыйнаряду с экономическим, культурным и социальным капиталами определяет влияние(власть) и позицию своего носителя в общественном пространстве. ПредставленияБурдье о структурировании общества придают новый ракурс развитию теориинеравенства, с одной стороны, генерализируя идею влияния социального субъектана социум (в понятии «капитал»), а с другой — формулируя идею многомерности(следовательно, и «иномерности») социального пространства. «Социальное полеможно описать как такое многомерное пространство позиций, в котором любаясуществующая позиция может быть определена, исходя из многомерной системыкоординат, значения которых коррелируют с соответствующими различнымипеременными», — считает он. Многомерность и структурированность социальногопространства, наличие множества находящихся в разных соотношениях позиций всвою очередь имеют различные теоретические объяснения и эмпирические описания.
Новеллао символах расслоения
Современноеобщество с его опосредованной ролевой коммуникацией делает людей субъектамиразных, часто дезинтегрированных, социальных статусов. Идентификационнаясимволика упорядочивает социальное пространство, закрепляя систему устойчивыхобозначений общностей и их позиций. Она часто обманчива по существу, однакодостаточно точно отражает тесную связь знаковых форм с важнейшими социальнымихарактеристиками их носителей.Поскольку люди действуют, исходя изсвоего понимания знаков социального пространства (при этом опираясь наобщепринятые и личные, стандартные и оригинальные, подтвержденные игипотетические представления), мир общественной символики опосредуетпрактически все формы коммуникации, собственно и являясь для людей миром ихспецифической действительности. Социокультурное производство, в котором каждаяличность и сам социум предстают как специфический артефакт, в каждом своем актесодержит притязание на культурную легитимность. «Коллективно организованныеобразцы символических кодов» объективно структурируют социальное пространство,интегрируя страты, кристаллизуя классы, порождая то, что в привычном смыслеслова называется «общество». Сложившаяся в современном обществе сложная ролеваяи статусная диспозиция актуализирует проблему социального различения.
М.Вебер, определяющий социальный порядок как способ распределения символическихпочестей, рассматривал социальный статус как корпоративный символ, которыйформируется постольку, «поскольку он не является индивидуально и социальноиррелевантной имитацией другого стиля жизни, но представляет собой основанноена достигнутом согласии совместное действие закрытого типа».
П.Бурдье специально изучал вопрос о том, как «посредством свойств и ихраспределения социальный мир приходит, в самой своей объективности, к статусусимволической системы, которая организуется по типу системы феноменов всоответствии с логикой различий...» Прикладным аспектом этой проблемы являетсяоценка статуса человека по определенным символическим индикаторам.
Внешнеесимволическое признание, престиж, является, по Веберу, индикатором страты,легитимизации ее социальной позиции и ее потенциальной или реально используемоймонополии «особого рода». В достаточно точном смысле символическая стилизацияжизни отдельных общностей и страт отражает устойчивость соответствующейструктуры общества. Определенная символика, выработанный язык социальнойкоммуникации, внутренняя культура (субкультура), очень корректноотграничивающая «своих» от «чужих», конструирует не только внутреннее, но ивнешнее общественное пространство (отношений, связей с другими субъектами) итем самым способствует институционализации страты.
Российскоеобщество в этом смысле имеет достаточно размытые и пересеченные контуры, хотямы обоснованно говорим о дифференцированной структуре современных элит,включающих «старую» и «новую» подобщности. Маргинальность новых элит, как иновых слоев аутсайдеров, вынуждает их продолжать использовать сложившиесяпрежде символические стереотипы и смысловые ценности, держаться традиционногодля них знакового ряда; но процесс легитимизации статуса не столько связан сотграничением прежнего социального бытия, сколько с символической инициацией вновой общности. По мере закрепления в элите осваиваются новая культура и стиль,теряет социальный смысл гипериндикация (символическая демонстрациясамопричисления). Как выявляется в результате сопоставления, символическаясоциальная «упаковка» субъекта оценивается в современной России довольносвоеобразно: в первую очередь учитываются знаки принадлежности к власти,демонстрация уровня благосостояния (материальных «возможностей»), наличие«патронажа» и связанных с ним возможностей заимствования ресурсов.
Всвязи с этим меняются оценки социального престижа разных видов деятельности,когда физически или этически «грязная» работа все же считается болеепривлекательной с точки зрения денежного вознаграждения.
Профессиональнаястратификация в значительной степени теряет свою первостепенность в определениисоциального статуса и престижа, поскольку вознаграждения очень иррациональносоотносятся и с системными (общефункциональными) ценностями профессии, и сдостигнутым уровнем профессионализма как таковым. По этим причинамсоответствующие индикаторы социального положения оказываются содержательнозапутанными и фактически неадекватными.
Динамикакоэффициентов удовлетворенности, характеризующая изменения качества жизнироссиян, показывает стабильный приоритет круга общения (0,8) и отношений всемье (0,77), которые определяют сегодня микромир человека. Н. Смелзер,обобщая современные социологические представления о классе, писал, в частности,о том, что многие исследователи отмечают значительно большую вовлеченность всемейные заботы людей из нижних, а не из средних слоев. В примерах, которые онприводит, просматривается социальное сходство с досуговым поведением россиян,характеристики которого подтверждают неразвитость среднего класса, выявленнуюпо функциональным и формальным параметрам.
Изучениеценностных оснований идентификации в современном российском обществе (например,исследования С.Г. Климовой, В.А. Ядова и др.) показывает, что по сравнению сначалом 80-х гг. значительно увеличивается эмоциональное переживание проблемвитально-мотивационного и семейно-родственного комплексов. Эволюцияиндивидуального названия, включая характеристики номинации,легитимизирующей положение человека в социальной структуре, символическизакрепляющей его общественный рейтинг, суть социография, описаниепроисхождения, социализации жизненных свершений, статусной траекторииконкретного человека. Даруя символический капитал, конвертируемый вэмоциональные формы поддержки, доверие, авторитет, политическое влияние, прямыематериальные выигрыши, название приносит разного рода социальные прибыли. Номинацияв современном обществе создает социальные страты, посколькуперераспределяет статусно подкрепленный престиж, задним числом формирует дляпоименованного социальную позицию, транслируя возможности «достичь особого родамонополии» (М. Вебер).
Речьидет, в сущности, о правилах социальной метаигры, договоре об условиях занятиятех или иных общественных позиций. Д. Белл именно в этом смысле определяетсоциальный класс как «институционализированную систему основных правилприобретения, удержания и изменения дифференциальной власти и связанных с неюпривилегий». Такой договор, такого рода правила устанавливаются путемсимволической позитивной санкции — легитимизации.
Номинация,признанная и затверженная норма отношений к субъекту (именно так она может бытьрассмотрена в теоретической перспективе Р.К. Мертона), в случаях уклонения отправил установленной директивно или только рекомендуемой субординации создаетболее тонко проявленное социальное напряжение. Рассматривая общество каксимволический порядок, П. Бурдье описывает мобилизацию всех социальных ресурсовконкурирующих субъектов в целях завоевания официального имени.
«Всимволической борьбе… за монополию легитимной номинации… агенты используютсимволический капитал, приобретенный ими в предшествующей борьбе, и,собственно, любую власть, которой они располагают в установленнойтаксономии...»
Такаявнешне бессмысленная борьба за символы: «значки», «марки», отвлеченные отметинысоциальной позиции на самом деле — полная внутреннего напряжения содержательнаяработа по социальному продвижению, поскольку символический социальный капиталумножается, а «соотношение объективных сил стремится воспроизвести себя всоотношении символических сил».
Каждоеполе, или сфера, социальных взаимодействий является пространством «более илименее декларированной» борьбы за установление официально закрепленных правил«разметки». Политика как особое пространство, где определяются иустанавливаются «правила правил» метасоциальной игры: законы, формальныйрегламент общественных взаимодействий, имеет ряд уникальных особенностей. Когдареальные капиталы для получения социальной номинации недостаточны и не действуетлогика взаимоучета власти монополий разного рода, в ход идет манифестация каксимволическая акция, становящаяся эффективной только в случаесимволического(информационного) резонанса, Ю.Л. Качанов формулирует вывод отом, что монополия производства системы легитимной социально-политическойдифференциации имеет исключительное значение, так как воплощается вмобилизованных группах. Поскольку практика номинации устанавливает правиласоциальных отношений, поощрения, санкции и привилегии, закрепляя соответствующиестереотипы восприятия, возникает благодатная почва для имитации (и мобилизацииновых) символических солидарностей, а также индивидуальной социальнойпринадлежности. Аскриптивная модель «культурного соответствия» предполагаетразвитие через вариативность, игру, инновационный поиск всоциальномтворчестве, способствует разложению «культурных консервов» общества.Достигательная модель требует аутентичного освоения норм и ценностей «приемной»культуры, ее ортодоксального поддержания, однако на начальных стадиях врастанияв новую общность это происходит лишь формально и стандартная социальнаясимволика получает эклектичные интерпретации инеобычные акценты. Значительномубольшинству россиян сегодня приходится осваивать новые элементы социокультурнойиндикации, приобретать ранее не свойственные стереотипы, менять оценки иустановки. Это неизбежно приводит к эклектизму, гипертрофированному следованиютем символическим социальным образцам, которые кажутся нормальными в новыхобщностях, достаточными не только для «включения», но и принятия в ней. Такимобразом, социальная стратификация в конце концов предстает перед нами каксложившаяся культурная стилистика разных сосуществующих общностей. Этотрезультат не отрицает других оснований возникновения общественных структур ииерархий, однако позволяет констатировать, что возрастает роль социальнойсимволики в поддержании регламента и упорядоченности социальной организации всовременном обществе.
Стратификациясовременного российского общества
Впроцессе развития демократических и рыночных реформ социальная стратификацияроссийского общества претерпела значительную трансформацию. Во-первых, кореннымобразом изменился сам характер стратификационной системы. Если в советскомобществе преобладали черты этакратической системы, построенной на властныхиерархиях и формальных рангах, то в современном российском обществеформулирование стратификационной системы происходит на экономической основе,когда главными критериями становятся уровень доходов, владение собственностью ивозможность осуществлять самостоятельную хозяйственную деятельность. Во-вторых,сложился довольно многочисленный предпринимательский слой, высшиепредставители которого не только составляют существенную частьхозяйственно-экономической элиты, но и в ряде случаев входят в политическуюэлиту страны. Можно по-разному оценивать сущность, состав и структуру этогослоя, но нельзя не видеть, что переход к рыночной экономике породил качественноновые статусные группы, обладающие экономической свободой и претендующие насамые высокие места в системе общественной иерархии. В-третьих, в ходереформ появились новые престижные виды деятельности, что заметно изменилосоциально-профессиональную стратификационную систему. Так, резко возрос престижпредпринимательской, коммерческой, финансово-банковской, управленческой,юридической и некоторых других видов деятельности (реклама, маркетинг, операциис недвижимостью и т.д.). В-четвертых, наметилось полярное расслоениеобщества, что находит выражение в растущей дифференциации доходов населения.Так, если незадолго до распада советского государства децильный коэффициент(соотношение средних доходов 10% наименее обеспеченных и 10% наиболееобеспеченных слоев населения) равнялся пяти, то в 1997 г. он повысился додвенадцати, а в настоящее время — до двадцати пяти. В-пятых, несмотря насущественную социальную полярность общества, начинает формироваться среднийкласс, ядро которого образуют высокопродуктивные, инициативные и предприимчивыесоциальные категории (предприниматели, менеджеры, бизнесмены, фермеры,представители научно-технической интеллигенции, высококвалифицированные рабочиеи др.).
Среднийкласс определяет стабильность социальной системы и одновременно обеспечивает еединамичное развитие. Он заинтересован в осуществлении экономических реформ ивыступает субъектом технологической модернизации и политической демократизацииобщества. Вопросы социально-стратификационной дифференциации находятся в центревнимания российских социологов. Предлагаются самые различные теоретическиесхемы, объясняющие расслоение современного российского общества.
Наибольшеепризнание получила стратификационная модель, разработанная академиком Т. И.Заславской на базе данных, полученных в ходе мониторинговых исследований,проводимых Всероссийским центром по изучению общественного мнения (ВЦИОМ) всередине 1990-х гг.
Встратификационной структуре современного российского общества Т. И. Заславскаявыделила четыре слоя: верхний, средний, базовый и нижний. Верхнийслой (6% занятого населения) образуют элитные и субэлитные группы,занимающие важные позиции в системе государственного управления, вэкономических и силовых структурах. Это политические лидеры, верхушкагосударственного аппарата, значительная часть генералитета, руководителипромышленных корпораций и банков, преуспевающие предприниматели и бизнесмены,видные деятели науки и культуры. Верхний слой почти на 90% представленмужчинами молодого и среднего возраста. Это самый образованный слой: две третиего представителей имеют высшее образование.
Уровеньдоходов этого слоя в 10 раз превышает доходы нижнего слоя и в 6—7 раз — доходыбазового слоя.
Такимобразом, верхний слой обладает самым мощным экономическим и интеллектуальнымпотенциалом и имеет возможность оказывать прямое влияние на процессы реформ. Среднийслой(18% занятого населения) состоит из мелких и среднихпредпринимателей, полупредпринимателей, менеджеров средних и небольшихпредприятий, представителей среднего звена государственного аппарата,администраторов непроизводственной сферы, старших офицеров, лицинтеллектуальных профессий, фермеров, наиболее квалифицированных рабочих ислужащих. Почти 60% из них заняты в негосударственном секторе. Большую часть издесь составляют мужчины, преимущественно среднего возраста. Уровень образованияпредставителей этого слоя значительно выше, />/>/>/>чем в среднем постране, однако несколько ниже по сравнению с верхним слоем.
Поуровню доходов средний слой существенно уступает верхнему слою и,соответственно, заметно хуже его социальное самочувствие. Несмотря на то, чтобольшинство представителей среднего слоя не обладают ни достаточным капиталом,ни отвечающим в полной мере современным требованиям уровнем профессионализма,ни высоким социальным престижем, социологи рассматривают этот слой российскогообщества в качестве зародыша среднего класса в его западном понимании. Базовыйслой(66% занятого населения) включает лиц, занятымипреимущественно в государственном секторе экономики. К нему относятся рабочиеиндустриального типа, значительная часть интеллигенции (специалисты),полуинтеллигенция (помощники специалистов), служащие из технического персонала,основная масса военнослужащих, работники массовых профессий торговли и сервиса,а также большая часть крестьянства.
Около60% этого слоя составляют женщины, в основном среднего и старшего возраста.Только 25% его представителей имеют высшее образование. Уровень жизни этогослоя, и прежде невысокий, в последние годы постоянно снижается: 44% егопредставителей живут за чертой бедности. Хотя потребности, интересы иценностные ориентации групп, составляющих базовый слой, весьма различны, ихмодель поведения в переходный период достаточно сходна:
этоприспособление к изменяющимся условиям с целью выжить и по возможностисохранить достигнутый статус. Нижний слой(10%занятого населения) обладает наименьшим профессионально-квалификационным итрудовым потенциалом. К нему относятся работники, занятые простейшими видамитруда, не требующими профессиональных знаний (уборщики, лифтеры, вахтеры,курьеры, подсобные рабочие, такелажники и т.д.). Из них более 40% заняты виндустриальных отраслях и 25% — в сфере торговли, обслуживания. Две трети этогослоя составляют женщины, а доля 1 пожилых людей в три раза выше средней постране. Для этих социальных категорий характерен чрезвычайно низкий уровеньжизни: 2/3 живут за чертой бедности, из них четверть— загранью нищеты. Большинство представителей этого слоя выступают против реформ, а1/3 считает, что стране нужна диктатура.
Нарядус этими основными слоями Т. И. Заславская отмечает также наличие «социальногодна», которое образуют алкоголики, бомжи, бродяги, криминальные элементы и т.д.Однако эмпирически идентифицировать эти группы не удалось, что связано с ихдесоциализацией, изолированностью от общества, включенностью в различныекриминальные и полукриминальные структуры.
Несколькоиную модель стратификационной системы современного российского обществапредлагает известный социолог М. Н. Римашевская, которая выделяет следующиесоциально-классовые группы:
ü «общероссийские элитные группы»,обладающие крупной собственностью и средствами властного влияния на федеральномуровне; «региональные и корпоративные элиты», обладающиезначительной собственностью и влиянием на уровне регионов и секторов экономики;«верхний средний класс», имеющий собственность и доходы, обеспечивающиезападные стандарты поведения и притязания на повышение социального статуса;
ü «динамичный средний класс»,проявляющий социальную активность и имеющий доходы, обеспечивающиесреднероссийские и более высокие стандартные потребления;
ü «аутсайдеры», характеризующиесянизкой социальной активностью, невысоким уровнем доходов и ориентацией налегальные способы их получения;
ü «маргиналы», отличающиеся низкойстепенью социальной адаптации, незначительными доходами и неустойчивостьюсоциально-экономического положения;
ü «криминальные элементы»,проявляющие высокую социальную активность, но противоречащую моральным иправовым нормам общества.
Приведенныеконцепции социальной стратификации современного российского общества неисчерпывают многообразия точек зрения по данной проблематике. Интересныерезультаты получены в ходе исследований, проведенных по вопросам социальнойдифференциации в разных регионах страны. Дискуссия продолжается и по проблемамформирования среднего класса в России. И это вполне понятно, ибостратификационный профиль нашего общества подвижен, меняется в зависимости отмножества факторов — подъема, или спада производства, структурной перестройкиэкономики, технологического обновления, появления новых престижных профессий ит.д. Потребность в социологическом объяснении этих бурно развивающихсяпроцессов будет и в дальнейшем стимулировать изучение различных аспектовстратификации российского общества.
Особенностисоциальной стратификации в России:
«Размывание››среднего слоя, возможное в периоды экономических кризисов, чревато для обществасерьезными потрясениями. Обнищание в условиях либерализации цен и паденияпроизводства основной массы населения России резко нарушило социальноеравновесие в обществе, привело к выдвижению на первый план требованийлюмпенской части населения, которая, как показывает опыт несет в себе большойразрушительный заряд, направленный в основном, на перераспределение, а не насозидание национального богатства.
Заключение
Десятилетиетрансформационного периода в России, которые многие склонны рассматривать, какновую попытку создать условия для проведения в стране органическоймодернизации, принесли радикальные изменения в социальную структуру исоциальную стратификацию общества. В качестве универсального пусковогомеханизма модернизации реформаторами рассматривался рынок.
Напроизошедшие в обществе изменения никак не соответствовали тем ожиданиям, скоторыми большинство населения связывало преодоление этакратического социализма.Последнее десятилетие 20 века было периодом спонтанных изменений социальныхинститутов, ускоренной замены государства как собственника общественныхресурсов частникам, формирования олигархической структуры собственности,оставившей опору власти, маргинализации большинства социальных групп обнищаниянаиболее слабых социальных слоев.
Местосреднего класса заняла «средняя масса», имеющая пассивные стратегии адаптации креформам.
Сложившаясясоциологическая стратификация отличается крайней неуравновешенностью,нестабильностью, социальной дезинтеграцией и малым потенциалом развития. Акторысоциального роста и инноваций сосредоточились преимущественно в верхнем элитномслое, который действовал исходя из собственных интересов, игнорируя интересыдругих социальных групп. Мотор органической модернизации реально не только незаработал, он не был даже и запущен, а минимизация роли государства привела кархаизации экономики, ее структурной деградации и криминализации. Не удалосьсформировать массовый слой мелких и средних предпринимателей. Условияфункционирования этого самого массового актора экономической активности из годав год ухудшалась, что препятствовало росту количества малых и среднихпредприятий и численности, занятых в них работников, остававшихся практическинеизменными на протяжении 1994-2000 гг.
Темне менее, за последнее десятилетие 20 века в России начали функционироватьновые элементы институциональной матрицы, соответствующие рыночной экономике:частная собственность в разнообразных видах, конкуренция, прибыль. Формируетсярынок труда, цена рабочей силы, отношения свободного обмена товарами и услугамина рыночных принципах. И хотя эти элементы рынка функционируют в локальныхсредах, не стали доминирующими, их влияние на жизнь общества уже очевидна, иони все больше завоевывают социальное и экономическое пространство.
Крометого, широкое распространение в обществе, особенно в молодых возрастныхкогортах, получает новая система ценностей, ориентированная на частнуюсобственность, индивидуальный успех, либеральные свободы. Соответственно, ипрофессиональная подготовка молодежи стала более приближена к потребностямсовременного этапа развития рыночной экономики в России, ее отраслевойструктуры. Десятилетие реформ сформировало потенциал инновационного поведения вновых экономических условиях, которые еще далеки от стандартов западногорыночного общества и отражают ситуацию, сложившуюся в России. В то же времябольшая часть населения, особенно среднего и старшего возраста, заметно хуже,чем молодежь, приспособилась к общественным изменениям и существует в режимевыживания и неуверенности в своем будущем.
Направлениядальнейшей трансформации социальной стратификации напрямую связаны с тем,несколько будет выдержан провозглашенный на рубеже веков новый курс нацентрализацию властных функций, усиление роли государства в проведениилиберальных экономических реформ и в защите слабых социальных слоев.
Этизадачи изначально противоречивы по методам своего решения. При этом речь идет,прежде всего, о самых неотложных мерах, которые не были, а должны бы были бытьреализованы уже на первом, так называемом либеральном этапе реформ.
В«основных направлениях социально-экономической политики правительстваРоссийской Федерации на долгосрочную перспективу» предлагается решениекомплекса проблем: инвестиционных, бюджетных, денежно-кредитных, региональных иразвития рынка земли и иной недвижимости.
Выделимсреди них те меры экономического характера, которые могут оказать существенноевлияние на социальную стратификацию общества, изменить ее композицию. Во-первых,совершенствование налогообложения: рациональное, справедливое обложениеприродных ресурсов и недвижимости, последовательное снижение налогов, созданиеусловий для легализации прибыли предприятий. Эти меры способны стимулироватьразвитие реального сектора экономики и соответствующим образом повыситьзанятость населения на эффективных предприятиях, сокращая число низкодоходныхгрупп. Во-вторых, защита и реализация прав собственников. Здесьсущественно не только предусмотренное совершенствование законов и работыправоохранительных органов, но и последовательное расширение права частнойсобственности на землю, уравнивание шансов государственных и частныхпредприятий в получении госзаказа на оборонные исследования и производство, атакже в сфере социальных услуг. Таким образом, делаются шаги по реальномувыравниванию условий функционирования государственного, смешанного и частногосекторов экономики, их конкуренции в привлечении государственных и западныхинвестиций. В-третьих, реформа заработной платы, которая постепеннодолжна возрасти в 2-2,5 раза. Известно, что рост доходов населения способенснизить социальные расходы государства и исправить антирыночную налоговуюсистему, при которой основную часть налогов платят предприятия, тогда как встранах с рыночной экономикой основной налогоплательщик — население. Ростзаработной платы должен повысить трудовую мотивацию работников и, кроме того,расширить внутренний спрос в стране, что является одним из условийэкономического роста. В-четвертых, социальная защита населения иинвестиции в «человеческий капитал». Их надежность и рост возможны только припоступательном развитии экономики. Но они являются жизненно необходимыми,поскольку вложения в эти сферы дают долгосрочный кумулятивный социальныхэффект, сообщая обществу стабильность и социальный ресурс развития. Кнастоящему времени этот ресурс, накопленный за годы социалистическоймодернизации, в значительной мере израсходован. В-пятых, созданиеусловий роста инвестиций (отечественных и иностранных) в высокотехнологичные иконкурентные сектора экономики. При этом имеется ввиду наконец-то начатьосуществление структурной реформы экономики, чтобы преодолеть ее сырьевуюнаправленность и попытаться включиться в общемировой процесс глобализации,создания постиндустриальной информационной экономики и становления открытогообщества.
Этимеры экономического характера, комплексно реализованные, могут стать решающимдля развития страны и определения ее места в ряду развитых стран. Они способнысоздать более благоприятное социальное поле и нормативно-правовой порядок длярационального поведения значительных групп людей. При этом социальнаястратификация населения должна приобрести более устойчивый вид с увеличившейсядолей среднего класса.
Административныерычаги укрепленной централизованной власти могут содействовать такому развитию,если они не трансформируются и если чиновничий аппарат не может защищать своиправа на получение так называемой статусной ренты. При таком развитии событийтрансформации общества к рынку и демократии и не препятствовать другимобщественным группам, реализовывать свой модернизационный потенциал.