Реферат: Готика Отличия и взаимовлияние Византии на архитектуру Западной Европы

--PAGE_BREAK--В готической миниатюре усилилось стремление к достоверному воспроизведению натуры, расширился круг иллюстрируемых рукописей, обогатилась их тематика. Под влиянием нидерландского и итальянского искусства появились станковые картины и портреты. Решительный переход к правдивому и жизненно убедительному изображению реальной среды произошёл в творчестве Лимбург. Высоким мастерством, тщательностью отделки отличались   произведения   искусства: мелкая пластика, эмали шпалеры, резная мебель.
Стиль французской Готики проявился в удобных и вместе с тем     торжественно-импозантных постройках королей и дворянских замков,  функционально  продуманных и прихотливо отделанных городских особняках. В них готически логичная конструкция, вертикализм и живописность композиции, живой силуэт удачно   сочетаются   с   лёгким изящным декором и тонким членением  плоскостей  стен. Таковы замки Амбуаз (1492-1498), Гайон (1501—10), отель Буртерульд и Бюро финансов в Руане.
 Помимо приглашавшихся из Италии мастеров появились многосторонне    образованные французские   архитекторы  —  Н.Башелье, Ф. Делорм, П. Леско, Ж. А. Дюсерсо. Глубоко национальные произведения стали живописные, неотъемлемые от окружающего пейзажа замки-резиденции в долине Луары (Азе-ле-Ридо, 1518-1529г.; Шенонсо,  1515-1522г.; Шамбор, 1519г.). Роскошная отделка парадных залов резным деревом,   фресками,   стуком характерна для дворца Фонтенбло, где работали итальянские мастера-маньеристы Россо Фьорентино и Приматиччо.
Жемчужиной зрелости эпохи во Франции стало здание нового Лувра (1546—74, арх. Леско, скульптор Ж. Гужон)в Париже. Жизнерадостный и изящный стиль французского Возрождения в изобразительном  искусстве наиболее ярко проявился в портрете (живописном и карандашном) таких замечательных  мастеров, как Ж. Фуке (известен также как выдающийся мастер миниатюры), Ж. и Ф. Клуэ, Корнеля де Лион.
Более трех столетий продержалась готика во Франции: последняя треть XII и первая четверть XIII века — ранняя готика; с 20-х гг. до конца XIII века — зрелая, или высокая, готика; XIV—XV века — поздняя готика, сначала радостно сияющая своей декоративностью и потому иногда называе­мая «лучистой», а затем «пламенеющая», чья бурно разросшаяся декоратив­ность обретает уже самостоятельное значение. Длительность таких же периодов была далеко не одинако­вой в разных странах.
С середины 13 века  величественные соборы строились в других европейских странах — в Германии (в Кельне), Нидерландах (в Утрехте), Испании (в Бургосе, 1221— 1599), Великобритании (Вестминстерское аббатство в Лондоне), Швеции (в Упсале), Чехии (хор и трансепт собора св. Вита в Праге), где готические строительные приёмы получили своеобразную местную интерпретацию. Крестоносцы донесли принципы Готики до Родоса, Кипра и Сирии.
4 Германия
В Германии готический стиль развился позднее, чем во Франции. Не отрицая приоритета французов, германские искусствоведы склонны видеть в германском художественном гении самого полного и яркого выразителя готического идеала красоты. Этот гений и готика, говорят они, как бы созданы друг для друга. Действительно, готика была периодом расцвета германского искусства, лишь с трудом и не до конца воспринявшего впоследствии идеалы Ренессанса. Созданное германским художественным гением в готическую пору представляет драгоценнейший вклад в сокровищницу мировой культуры. В северо-восточной Германии, бедной камнем, пригодным для крупных построек, возникла особая кирпичная готика, иногда несколько тяжеловесная, но подчас и очень внушительная, с замечательными декоративными эффекта­ми.
Немцы утверждают, что только в их зодчестве полностью выявлена сущность готического стиля и использованы все его возможности: только в их готике порыв действительно неудержим, действительно подымает к небу всю массу здания, создает и во внешнем его облике и под его сводами впечатление чего-то необъятного и непостижимого. Недаром немецкие зодчие заменили французскую розу стрельчатым окном над главным входом и нарушили боковые горизонтали контрфорсами. Во французской же готике, пусть очень тройной и гармоничной, полностью не исчезнувшая горизонтальность членений и общий размеренный ритм сдерживают порыв, вводят его в какие-то рамки разума, логики, и это- в ущерб той стихии, которая присуща готическому зодчеству.
Но французы скажут в ответ, что в их готике порыв не сдержан, а упорядочен, что это придает зданию большую ясность и завершенность и в то же время большее изящество, что безудержная порывистость чужда французскому художественному гению, что она смущает человека, а не возвышает его, что чувство меры необходимо во всем.
Тут два взгляда, как будто несовместимые. И однако те немцы, что по-настоящему любят искусство, восхищаются Реймским собором, равно как столь же любящие искусство французы — Кельнским собором.
«… Кельна дымные громады». Это слова Александра Блока. Гоголь считал этот собор венцом готического искусства. Гордость Германии — Кельнский собор был закончен лишь в конце прошлого века по обнаруженным подлинным планам и рабочим чертежам. Гордость Франции — Амьенский собор послужил прототипом для Кельнского. Однако истинно головокружительный вертикальный порыв грандиоз­ной каменной массы выдает в Кельнском соборе вдохновенное мастерство немецких зодчих. Порыв, столь же мощный, но при этом более сконцентрированный и потому неотразимо все себе покоряющий, — во Фрейбургском соборе, несрав­ненном шедевре германской готики. В нем лишь одна башня, как бы заключившая в себе весь собор, слившись своим основанием с его фасадом, из которого она черпает великую силу, что дышит и в ажурном шатре, победно рвущемся к небу. Недаром считается, что эта башня — «самое высокое и ясное откровение готической мысли».
Французские и немецкие культурные традиции издавна переплетались в Эльзасе. Страсбургский собор (по сей день не законченный и в отличие от Фрейбургского только потому однобашенный) отражает некоторым образом это переплетение. Главным его зодчим был, вероятно, немец Эрвин Штейнбахский­­.
5 Англия
Различие в отношении высоты к длине между памятниками английской готики и французской (да и вообще материковой) сыграло решающую роль во всем развитии английского зодчества в позднее средневековье, зодчества, которому мы обязаны множеством замечательных памятников. Какова же была причина такого различия? Завоеванная норманнами, принесшими с материка уже сложившуюся куль­туру, британская островная держава была первой страной, перенявшей от Франции вслед за романским готический стиль, который она и переработала на свой лад. Условия, определившие историческое развитие английского государ­ства, определили и характер английской готики. Как и страны материковой Европы, Англия переживала в то время эконо­мический подъем. Однако в отличие от этих стран развитие промышленности и торговли Англии определялось в первую очередь не городом, а деревней, где производилось и перерабатывалось сырье, предназначенное на вывоз. Не бюр­герство. а дворянство играло в английской экономике главную роль, и, значит, городские интересы не имели в стране решающего значения. Вот почему храмовое строительство оставалось там преимущественно монастырским, как и в романское время.
Собор воздвигался не в центре города как символ его богатства и славы, а за городом, где помещался монастырь. Во Франции или в Германии собор всей своей стройной громадой царил над теснившимися у его подножия низкими жилищами горожан, мощным своим взлетом к небу противопоставляя себя им. В Англии собор гармонически вписывался в пейзаж, служивший ему живопис­ным обрамлением, и потому разрастался в первую очередь не в высоту, а так, чтобы вольготнее расположиться на лоне природы. И все же готика требовала устремленности к небу. Английские зодчие постарались выявить эту устрем­ленность по-своему. Воздвигая соборы все более вытянутыми в длину, они снабжали их стрельчатыми дугами, многократно повторяющимися в окнах, и таким же изобилием настенных вертикальных переплетов, с добавлением третьей башни, уже не фасадной, а расположенной над средокрестьем. Растянутость храмового здания, узаконенное его место среди ровного живо­писного пейзажа с упором на вертикальность не архитектурного целого, а архитектурно-декоративных деталей фасада и интерьера — таковы отличи­тельные черты английского готического зодчества. Разве не впечатляющи фасады таких соборов, как, например, в Солсбери (1220—1270 гг.) или в Линкольне (XI—XIV вв.), сплошь одетые в несчетное множество вертикальных деталей, искусно объединенных в единое целое.
Но, пожалуй, еще причудливее грандиозные храмовые интерьеры — звез­дчатые, сетчатые, веерообразные. Фантастически разросшиеся пучки колонн, тончайшие нервюры, свисающие ажурные воронки, вертикально чередующи­еся решетчатые переплеты — такой общий взлет и такая кружевная симфония, что, право, рождается впечатление полной невесомости сводчатого перекры­тия. Здесь величавая одухотворенность готического зодчества как бы отсту­пает перед самой безудержной, истинно неисчерпаемой декоративностью. Да и как не закружиться голове в соборе Глостера (1351—1407 гг.) или под сводами капеллы Королевского колледжа в Кембридже (1446—1515 гг.), где всюду над нами возникают самые причудливые архитектурные узоры, напоминающие орнаментальные чудеса древней нортумбрийской миниатюры. Английский позднеготический стиль от характерной для него подчеркнутости вертикаль­ных членений получил название перпендикулярного.
Прекрасными церквами, великолепными дворцами—палаццо, открытыми галереями — лоджиями с аркадами и капителями и живописными фонтанами, в которых мы ясно распознаем элементы готического стиля, украсились города Италии. Рассчитанный на сорок тысяч молящихся, Миланский собор (конец XIV—XIX в.) — самый большой из всех готических соборов.
Близость Франции и Германии сказалась на Миланском соборе: строили его и французские, и немецкие, и итальянские мастера. В результате получилась некоторая компилятивность с преобладанием северных влияний и, быть может, не всегда оправданная, а значит, чрезмерная пышность, особенно в его скульптурном наряде. Как бы то ни было, специфически итальянского варианта готической архитектуры не выявилось в грандиозной миланской хра­мовой постройке.
6 Италия
Итальянский художественный гений шел своим особым путем, как мы знаем, наметившимся уже в романскую пору. Конечная цель пути не была, вероятно, ясна даже проводникам новых веяний. Рост городов, нарождение новых социальных отношений вместе с новым мировосприятием определяли развитие итальянского искусства, все более по своей сущности светского. Об этом речь впереди. Скажем только, что, заимствуя некоторые элементы готи­ческого стиля, воцарившегося в соседних странах, итальянские мастера остава­лись чужды самой его основе. Каркасная система, при которой как бы исчезала стена, была им не по душе, и стена сохраняла для них свое конкретное значение: ясно расчлененная, не рвущаяся ввысь, объемная, отнюдь не ажурная, прекрасная в своей стройности и уравновешенности. Не вертикаль, а размерен­ность увлекала итальянских зодчих, даже когда они строили здания с остроко­нечными башнями, стрельчатыми арками и оконными переплетами. Фронто­ны, горизонтальные полосы разноцветного мрамора, богатейшие инкрустации придают итальянским фасадам той поры радужную нарядность. А в храмовом интерьере, несмотря на стрельчатые своды и нервюры, как, например, в знаме­нитой флорентийской церкви Санта Мария Новелла (XIII—XIV вв.), кста­ти, — и это особенно знаменательно — так понравившейся величайшему гению Высокого Возрождения Микеланджело, что он назвал ее своей «не­вестой», мы ощущаем прежде всего ясную уравновешенность архитектурных форм. Даже такие шедевры позднего средневековья, как Дворец дожей (IX— XVI вв.) и Дворец Ка Д'0ро (первая половина XV в.) в Венеции с их воздуш­ными арками и стрельчатыми окнами — памятники не столько готики, сколько некоего радостного, лучезарного искусства, много почерпнувшего в своей ска­зочности от арабского Востока. Примечательно, что во Дворце дожей обыч­ные архитектурные принципы решительно нарушены. Массивный блок огром­ной стены покоится на чудесных в своей стройной легкости аркадах и лоджиях. Но это не кажется неестественным, ибо горизонтальная масса стены как бы утрачивает свою тяжесть под разноцветной мраморной облицовкой из диаго­нально поставленных квадратных плит. За исключением Италии, где его вытесняли освежающие ренессансные веяния, готический стиль был, как правило, обязательным в зодчестве, поощ­ряемом католической церковью. Интересен в этом отношении пример Литвы.
7 Норвегия
Дания, Норвегия, Швеция и Финляндия украсились внушительными готи­ческими соборами и замками. Но, пожалуй, норвежское деревянное зодчест­во — наиболее оригинальный вклад Скандинавии в средневековое искусство, как романское, так и готическое. Лесистые горы страны в изобилии постав­ляли материал, из которого создавались затейливые, стройные церкви и церк­вушки с крутыми двускатными кровлями и башенкой в два-три яруса. Около тридцати норвежских деревянных церквей (самая ранняя — конца XI в.) дошло до нас. Ими гордится вся Норвегия, а каждой в отдельности — какой-нибудь городок или деревушка.
Вертикальные столбы и брусья определяют конструкцию стен норвежских деревянных храмов. Общее движение ввысь, подчеркнутое на кровлях рез­ными коньками в виде драконов, придает неповторимое своеобразие силуэту таких построек. А чудесная резьба порталов с переплетающимися фантастическими чудовищами ярко свидетельствует о преемственности от тех, еще недалеких времен, когда грозные викинги бороздили моря на своих дракарах.
8 Польша
Мощна и во многом своеобразна польская готика с ее крепким, лаконич­ным построением, живописными церковными фасадами из красного кирпича, рыночными площадями (где все вокруг, будь то ратуша, цеховое здание или островерхий жилой дом, создавалось как часть единого архитектурного ансам­бля) да такими примечательными памятниками, как, например, знаменитый краковский барбакан — круглый редут, увенчанный небольшими башнями, грозный, массивный ив то же время радующий глаз плавной просторностью своих могучих изогнутых стен. Краков, некогда пышная столица Польского королевства, с его многочи­сленными памятниками искусства, как готической поры, так и Ренессанса, занимает почетное место среди городов, прославившихся художественными сокровищами.
9 Испания
И в других странах Европы готика сочетала в себе черты присущей ей худо­жественной системы с традициями и особенностями, рожденными местными историческими условиями. Это сочетание породило в средневековой Испании довольно своеобразное искусство.
Там уже в романскую пору построили такое множество замков-крепостей, что целая область Кастилья, где их было, пожалуй, больше всего, получила от них свое название (castilio — «замок»). Это строительство было вызвано посто­янными войнами. Но главная особенность испанского зодчества в другом.
Почти вся Испания была завоевана мусульманами. Мавры имели свою худо­жественную систему, притом очень высокую и утонченную. И вот произошло нечто, казалось бы, невозможное.
Испанцы и мавры воюют друг с другом. А между тем арабская культура пронизывает европейскую культуру средневековья на Иберийском полуостро­ве. Мавританская ажурная восьмиконечная звезда воцаряется на сводах хри­стианских соборов над готическими нервюрами. Каркас не всегда торжествует над стеной. Роскошны фасады знаменитых соборов XIII в. в Бургусе и Толедо. Грандиозный пятинефный Севильский собор, воздвигнутый в начале XVI в. на месте арабской мечети, с колокольней, перестроенной из минарета, больше разросшийся в ширину, чем ввысь, сам очень напоминает мечеть. Рождается особый стиль «мудэхар», в котором сочетается и готика, и искусство арабского Востока. При взаимной национальной и религиозной вражде — плодотворное переплетение культур. Мусульманские мастера приглашаются для строитель­ства христианских церквей, не говоря уже о замках феодалов. Все это сыграет свою роль в становлении испанского художественного гения в эпоху Возрожде­ния.
10 Архитектура Византии
В конце IV столетия после раз­деления Римской империи и перено­са императором Константином своей резиденции в греческую Византию ведущая роль в политической, эконо­мической и общественной жизни пере­ходит в восточную часть. С этого вре­мени начинается эпоха византийского государства, центром которого стала его новая столица — Константино­поль. История архитектуры Визан­тии делится на три периода: ранне-византийский (V—VIII вв.), средне-византийский (VIII—XIII вв.) и позднее-византийский (XIII—XV вв.). Време­нем высшего расцвета был первый период, особенно время царствова­ния Юстиниана (20—60 гг. VI в.), ког­да Византия превратилась в могуще­ственную державу, покорившую по­мимо Греции и Малой Азии народы Передней Азии, южного Средиземно­морья, Италии и Адриатики.
    продолжение
--PAGE_BREAK--